Дело N 2-122/2019

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

12 июля 2019 года

Бийский городской суд Алтайского края в составе: 

председательствующего судьи Ю.В. Штополь, 

при секретаре В.М.Алексеевой,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 об устранении препятствий в пользовании земельным участком, возложении обязанности произвести демонтаж ограды и самовольного огорода,

у с т а н о в и л:

ФИО3 (далее по тексту – истец) обратилась в суд с учетом уточненного иска к ФИО4 (далее по тексту - ответчик) об устранении препятствий в пользовании земельным участком, возложении обязанности произвести демонтаж ограды и самовольного огорода, 

В обоснование заявленных требований указала на то, что она является собственником жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: 

<

адрес>. Ответчик является владельцем соседнего земельного участка и жилого дома, расположенных по адресу: 

<

адрес> на принадлежащий ей на праве собственности земельный участок был загорожен ответчиком, а именно: вдоль ее жилого дома, вплоть до калитки (вход на ее земельный участок) был загорожен ответчиком, ответчик высадила картофель и огородила участок забором. Теперь к своему участку истец не может подъехать ни на своем автомобиле, ни в случае необходимости не сможет подъехать спец.техника. Кроме того, весной, когда истице понадобится вспахать огород, трактор не сможет заехать на территорию из – за того, что ответчик возвела преграду на пути. Другого проезда к ее земельному участку не существует. 

На основании изложенного просила обязать ответчика не чинить истцу препятствия в пользовании земельным участком, расположенным по адресу: 

<

адрес>, освободить проезд к земельному участку, между земельными участками, расположенными по адресу: 

<

адрес> произвести демонтаж ограды и самовольного огорода. 

Истец ФИО3, представитель истца ФИО5, действующая по устному ходатайству, в судебном заседании поддержали заявленные уточненные исковые требования по изложенным основаниям, суду дали аналогичные пояснения. 

Ответчик ФИО4, представитель ФИО6, действующий по устному ходатайству, в судебном заседании просили отказать истцу в удовлетворении заявленных требований в полном объеме в связи с необоснованностью и недоказанностью, указывая на то обстоятельство, что земельным участком, расположенным по адресу: 

<

адрес> а, ответчик владеет на праве аренды земли, что подтверждается договором от 24.10.2017, заключенным с МКУ «УМИ», фактические границы земельного участка не выходят за плановые, истцом не доказано нарушение ее прав со стороны ответчика.

Представители третьих лиц: Администрации города Бийска, МКУ "Управление муниципальным имуществом Администрации г Бийска" в судебное заседание не явились, о месте и времени извещены надлежаще, каких-либо возражений, ходатайств суду не представили.

В связи с изложенным суд на основании п. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации полагал возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав пояснения участников процесса, изучив материалы дела, инвентарные дела по следующим адресам: 

<

адрес>, документы по предоставлению земельного участка в аренду гражданам ФИО3, ФИО7 для эксплуатации жилого дома по 

<

адрес>, документы по предварительному согласованию предоставления в аренду земельного участка по 

<

адрес>, суд находит уточненные исковые требования ФИО3 подлежащими отклонению в полном объеме в связи с нижеследующим.

В ходе судебного разбирательства установлено, что истец является собственником жилого дома и земельного участка по адресу: 

<

адрес>, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права от №, свидетельством о государственной регистрации права от №, а также выписками из ЕГРП, представленными по запросу суда. 

Собственником смежного земельного участка, а также жилого дома по адресу: 

<

адрес> является ФИО4, что подтверждается выписками из ЕГРП, представленными по запросу суда (номер государственной регистрации №).

Кроме того, согласно договору аренды №276 от 24.10.2017, заключенному между МКУ "Управление муниципальным имуществом Администрации г Бийска" и ФИО4, арендодатель сдает, а арендатор принимает в пользование на условиях аренды сроком на три года земельный участок (кадастровый №) площадью 543 кв. м., расположенный по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>. Категория земель – земли населенных пунктов. Земельный участок расположен в кадастровом квартале №. (л.д. 139-140). 

Истец указывает на то, что вдоль ее жилого дома, вплоть до калитки (вход на ее земельный участок) был загорожен ответчиком, она там высадила картофель и огородила участок забором.

Оценивая доводы сторон, суд исходит из следующего. 

Из положений статьи 46 Конституции РФ и требований части 1 статьи 3 Гражданского процессуального кодекса РФ следует, что судебная защита прав заинтересованного лица возможна только в случае реального нарушения права, свобод и законных интересов, а способ защиты права должен соответствовать по содержанию нарушенного права и характеру нарушения.

Ст. 11 ГК РФ предусматривает защиту нарушенных или оспоренных гражданских прав в судебном порядке.

В соответствии с п.1 ст. 304 ГК РФ собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Согласно п.45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29 апреля 2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», применяя ст.304 ГК РФ, в силу которой собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения, судам необходимо учитывать следующее.

В силу ст.ст. 304, 305 ГК РФ иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что он является собственником или лицом, владеющим имуществом по основанию, предусмотренному законом или договором, и что действиями ответчика, не связанными с лишением владения, нарушается его право собственности или законное владение.

Такой иск подлежит удовлетворению и в том случае, когда истец докажет, что имеется реальная угроза нарушения его права собственности или законного владения со стороны ответчика.

В силу вышеприведенных норм действующего законодательства, собственник недвижимого имущества вправе самостоятельно выбирать способ защиты своих прав при устранении неправомерно размещенных на нем объектов. Он вправе самостоятельно устранить препятствие в свободном пользовании объектом собственности или же предъявить негаторный иск (ст. 304 ГК РФ), потребовав демонтажа неправомерно размещенных объектов.

Согласно требованию ст. 42 ЗК РФ собственники земельных участков и лица, не являющиеся собственниками земельных участков, обязаны использовать земельные участки в соответствии с их целевым назначением способами, которые не должны наносить вред окружающей среде, в том числе земле как природному объекту; соблюдать при использовании земельных участков требования градостроительных регламентов, строительных, экологических, санитарно-гигиенических, противопожарных и иных правил, нормативов.

Третьим лицом МКУ "Управление муниципальным имуществом Администрации г Бийска" в материалы дела представлен акт осмотра земельного участка № от 19.11.2018 по адресу: 

<

адрес>, согласно которому домовладение по адресу: 

<

адрес> расположено на земельном участке с кадастровым номером №. Территория участка огорожена, доступ на участок осуществляется через калитку и ворота гаража, расположенные в северной части участка. На землях муниципального образования г. Бийск, государственная собственность на которые не разграничена, расположенные в непосредственной близости от входа на участок, свободны, препятствий для прохода не обнаружено. Также доступ на земельный участок с кадастровым номером № (собственник ФИО3) может осуществляться с восточной стороны участка, выходящей на проезд между домовладениями по адресам № и № по 

<

адрес> в 

<

адрес>. Домовладение по адресу: 

<

адрес> в 

<

адрес> расположено на земельном участке с кадастровым номером 22:65:017904:98. Территория земельного участка огорожена, доступ на участок осуществляется через калитку и ворота с западной стороны. Севернее вышеуказанных домовладений располагается земельный участок с кадастровым номером 22:65:017904:100, предоставленной ФИО4 по договору аренды № от 24.10.2017 сроком на 3 года для ведения огородничества. На момент осмотра участок пустует, засыпан снегом. Территория участка огорожена по периметру металлической сеткой, которая не препятствует доступу на участок с кадастровым номером 22:65:017904:16 ( собственник ФИО3).

По ходатайству стороны истца по делу была назначена судебная строительно-техническая экспертиза.

В соответствии с заключением эксперта № от 17.06.2019, составленным экспертами Сибирского филиала АО «Ростехинвентаризация-Федеральное БТИ», по первому вопросу «Соответствуют ли фактические границы земельного участка, с кадастровым номером 22:65:017904:100, площадью 553 кв.м., расположенного по адресу: 

<

адрес> плановым?» Фактические границы земельного участка по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес> определены в точках ф1-ф2-ф3-ф4-ф5-ф6-ф7-ф8-ф9-ф1. Координаты поворотных точек фактических границ земельного участка в системе координат МСК 22, приведены в таблице А.

Фактическая площадь земельного участка по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, в границах, определенных на дату экспертного осмотра, составила 540 кв.м., что менее на (553-540=13) 13 кв.м. и не соответствует площади, указанной в договоре аренды земле № от 24.10.2017г. (л.д.139).

Допустимая погрешность (разность) площадей составляет Pдоп=3,5*0,1*553=8,23кв.м. – округленно 8 кв.м. 

Земельный участок по адресу: 

<

адрес> в фактических границах, определенных на дату осмотра, в Приложении 2 показан заливкой зеленого цвета.

В результате сравнительного анализа плановых границ земельного участка по адресу: 

<

адрес> согласно сведений ЕГРН эксперта, с фактическими границами на дату экспертного осмотра установлено, что фактические границы земельного участка на дату осмотра не соответствуют плановым границам (см. Приложение 2):

1) Размер северо-восточной фактической границы ф1-ф2, составляет 9,80м, что не соответствует размеру плановой границы п1-п2 - 9,73м, больше на (9,80м-9,73м=0,07м) 0,07м, что не превышает максимально допустимое расхождение (fдоп=0,30м). Местоположение фактической границы соответствует местоположению плановой границы.

2) Размер юго-восточной фактической границы ф2-ф3-ф4 составляет (22,26+30,10=52,36) 52,36м, что не соответствует размеру плановой границы п2-п3-п4 (12,69+39,69=52,38) 52,38, меньше на (52,38-52,36=0,02) 0,02м, что не превышает максимально допустимое расхождение (fдоп=0,30м). 

Фактическая граница в точке ф2 смещена от плановой точки п2 на северо-запад на расстояние 0,19м, что не превышает максимально допустимое расхождение (fдоп=0,30м).

Фактическая граница в точке ф3 смещена от плановой границы п3-п4 на северо-запад на расстояние 1,07м, что превышает максимально допустимое расхождение (fдоп=0,30м).

Фактическая граница в точке ф4 смещена от плановой точки п4 на северо-запад на расстояние 0,65м, что превышает максимально допустимое расхождение (fдоп=0,30м).

3) Размер юго-западной фактической границы ф4-ф5, составляет 10,82м, что не соответствует размеру плановой границы п4-п5 - 11,02м, меньше на (11,02м-10,82м=0,2м) 0,2м, что не превышает максимально допустимое расхождение (fдоп=0,30м). Местоположение фактической границы соответствует местоположению плановой границы.

4) Конфигурация северо-западной фактической границы не совпадает конфигурации плановой границы. Расстояние между крайними точками ф5 и ф1 северо-западной фактической границы составляет 52,54, что не соответствует размеру плановой границы п5-п6-п7 (2,88+49,46=52,34) 52,34м, больше на (52,54-52,34=0,2) 0,2м, что не превышает максимально допустимое расхождение (fдоп=0,30м). 

Фактическая граница в точке ф5 смещена от плановой точки п5 на северо-запад на расстояние 0,55м, что превышает максимально допустимое расхождение (fдоп=0,30м).

Фактическая граница в точке ф8 смещена от плановой границы п6-п1 на северо-запад на расстояние 1,76м, что превышает максимально допустимое расхождение (fдоп=0,30м).

Фактическая граница в точках ф9-ф1 смещена от плановой границы п1-п6 на северо-запад на расстояние 0,09м, что не превышает максимально допустимое расхождение (fдоп=0,30м).

По второму и третьему вопросам:

«Имеются ли подъезды (проезды) с мест общего пользования, отвечающие действующим нормам, к земельному участку и жилому дому, расположенных по адресу: 

<

адрес>?» и «Отвечает ли ширина оставленного для технологических нужд проезда к жилому дому и земельному участку, расположенных по адресу: 

<

адрес>, действующим нормам?»

В результате проведенных исследований эксперт делает вывод, что к земельному участку, а также к жилому доме по адресу: 

<

адрес> имеется подъезд с мест общего пользования с северо-западной и северо-восточной сторон данного земельного участка.

1) Расстояние от фактической границы земельного участка по 

<

адрес> (стен жилого дома) до фактической границы участка по севернее земельного участка по 

<

адрес> в месте расположения жилого 

<

адрес> составляет от 3,68м до 4,05м, что соответствует требуемой ширине проезда (3,5м) и достаточно для проезда к жилому дому с северо-западной стороны земельного участка.

2) Расстояние от плановой границы земельного участка по 

<

адрес> до плановой границы участка по севернее земельного участка по 

<

адрес> в месте расположения жилого 

<

адрес> составляет от 4,18м до 4,78м, что соответствует требуемой ширине проезда (3,5м) и достаточно для проезда к жилому дому с северо-западной стороны земельного участка.

Эксперт отмечает, что действующими нормами регламентируется обеспечение земельного участка проездом с мест общего пользования (шириной не менее 3,5м), при этом не регламентируются нормы для обеспечения въезда и технологического проезда на территорию земельного участка, в том числе с разрешенным использованием (для размещения домов индивидуальной жилой застройки).

Таким образом, в результате проведенной по делу судебной экспертизы каких-либо нарушений прав истицы, как собственника жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: 

<

адрес>, со стороны ответчика не установлено; земельный участок по адресу: 

<

адрес> 

<

адрес> а, вопреки доводам истицы ответчиком не захвачен, ФИО4 владеет указанным земельным участком на праве аренды, по договору аренды, заключенным с органом местного самоуправления; к земельному участку, а также к жилому дому по адресу: 

<

адрес> имеется подъезд с мест общего пользования с северо-западной и северо-восточной сторон данного земельного участка; требуемая ширина проезда соблюдена, составляет 3,5м и достаточна для проезда к жилому дому ФИО3 с северо-западной стороны земельного участка.

У суда не имеется оснований подвергать сомнению данное заключение эксперта, поскольку оно составлено на основании определения суда, данное заключение мотивировано, не содержит каких-либо противоречий, выполнено экспертом, имеющим соответствующую квалификацию и образование, значительный стаж экспертной деятельности, при этом эксперт предупрежден об ответственности по ст. 307 УК РФ, в его распоряжение были представлены материалы гражданского дела, инвентарные дела и дела по предоставлению земельных участков, выводы эксперта изложены последовательно, полно, содержат исчерпывающие ответы на поставленные судом вопросы, согласуются с фактическими обстоятельствами дела и представленными доказательствами, в том числе с актом осмотра земельного участка № от 19.11.2018, составленным специалистом МКУ «УМИ».

Доводы истицы об отсутствии возможности обслуживать электроопору опровергаются как выводами судебной экспертизы о соответствии требуемой ширине проезда (3,5м) и достаточности его для проезда к жилому дому истицы с северо-западной стороны земельного участка, так и

схемой расположения земельного участка по адресу: 

<

адрес> а, на которой имеются сведения от 03.07.2017 о согласовании данной схемы с АО «Сетевая компания Алтайкрайэнерго» филиал «Бийские МЭС» (л.д. 22 документов по предварительному согласованию предоставления в аренду земельного участка по адресу: 

<

адрес>, исследованных в качестве письменного доказательства)

Также судом учитывается отсутствие доводов со стороны собственника спорного земельного участка – Муниципального образования г. Бийск в лице МКУ "Управление муниципальным имуществом Администрации г Бийска" и Администрации города Бийска о незаконности использования ответчиком земельного участка по адресу: 

<

адрес>. 

Напротив, в судебном заседании 05.12.2018 представитель третьего лица Муниципального образования г. Бийск в лице МКУ "Управление муниципальным имуществом Администрации г Бийска" ФИО8, действующая на основании доверенности, суду пояснила, что препятствий для прохода на земельный участок по адресу: 

<

адрес> 

<

адрес>, принадлежащий на праве собственности истцу, не обнаружено, также доступ может осуществляться с восточной стороны участка, выходящей на проезд между домовладениями №39 и 38. 

Анализируя представленные доказательства в совокупности по правилам ст.67 ГПК РФ, суд приходит к выводу, что указанные истцом обстоятельства нарушения его права, как собственника земельного участка и жилого дома по адресу: 

<

адрес> не нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства.

Согласно ст. ст. 56, 60 ГПК РФ каждая сторона должна доказать обстоятельства на которые ссылается в обоснование своих требований и возражений. Обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности, стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений, и принять на себя все последствия совершения или несовершения процессуальных действий.

Обязанность по предоставлению доказательств в обоснование исковых требований, закрепленная в ст.56 ГПК РФ, судом истцу разъяснялась, в судебных заседаниях ставился на обсуждение вопрос о нарушении истца и в чем оно выражается.

Истица ФИО3 в нарушение ст. 56 ГПК РФ не представила суду доказательств, свидетельствующих о нарушении ее прав, как собственника жилого дома и земельного участка по адресу: 

<

адрес> 

<

адрес>, в том числе не представила доказательств невозможности проезда к ее дому специальной техники. 

При указанных обстоятельствах, разрешая спор, суд полагает, что, так как отсутствуют доказательства нарушения прав и охраняемых законом интересов истца со стороны ответчика, исковые требования истца ФИО3 не подлежат удовлетворению в полном объеме.

Согласно ч.1 ст. 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Ст. 98 ГПК РФ установлено, что, по общему правилу, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны понесенные судебные расходы пропорционально удовлетворенным исковым требованиям.

На основании ст.100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

ФИО4 понесены расходы по оплате услуг представителя в сумме 10000 рублей, что подтверждается договором на оказание услуг от 07 ноября 2018 года, распиской представителя в получении денежных средств.

В силу п.28 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 1 от 21.01.2016 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении судебных издержек, связанных с рассмотрением дела» после принятия итогового судебного акта по делу лицо, участвующее в деле, вправе обратиться в суд с заявлением по вопросу о судебных издержках, понесенных в связи с рассмотрением дела, о возмещении которых не было заявлено при его рассмотрении. При рассмотрении заявления по вопросу о судебных издержках суд разрешает также вопросы о распределении судебных издержек, связанных с рассмотрением данного заявления.

Кроме того, в п. 12, п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 г. N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" разъяснено, что расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ, статья 112 КАС РФ, часть 2 статьи 110 АПК РФ).

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Разумность судебных издержек на оплату услуг представителя не может быть обоснована известностью представителя лица, участвующего в деле (п. 13).

Исходя из объема оказанных представителем ФИО6 услуг (представительство в суде в трех судебных заседаниях: 08.11.2018, 05.12.2018 и 12.07.2019), а также принципа разумности, который позволяет, с одной стороны, максимально возместить понесенные стороной убытки, а с другой стороны- не допустить необоснованного завышения размера оплаты услуг представителей, вне зависимости от формальной стоимости услуг, принимая во внимание категорию спора, уровень его сложности, отсутствие возражений о необоснованно завышенном размере расходов со стороны истца, суд находит соразмерным взыскать с истца в пользу ответчика расходы на оплату услуг представителя в полном объеме.

Таким образом, с ФИО3 в пользу ФИО4 необходимо взыскать в возмещение расходов на оплату услуг представителя 10000 рублей. 

Кроме того, ФГУП «Ростехинвентаризация – Федеральное БТИ» заявлено ходатайство о возмещении расходов, понесенных экспертным учреждением при производстве судебной экспертизы в сумме 20353 руб. согласно представленной смете. 

Определением суда о назначении по делу судебной строительно-технической экспертизы, расходы по проведению экспертизы были возложены на истца – ФИО3 

Как следует из пояснений истицы в судебном заседании, экспертиза ею не оплачена.

Согласно ч. 2 ст. 85 ГПК РФ эксперт или судебно-экспертное учреждение не вправе отказаться от проведения порученной им экспертизы в установленный судом срок, мотивируя это отказом стороны произвести оплату экспертизы до ее проведения. В случае отказа стороны от предварительной оплаты экспертизы эксперт или судебно-экспертное учреждение обязаны провести назначенную судом экспертизу и вместе с заявлением о возмещении понесенных расходов направить заключение эксперта в суд с документами, подтверждающими расходы на проведение экспертизы, для решения судом вопроса о возмещении этих расходов соответствующей стороной с учетом положений части первой статьи 96 и статьи 98 ГПК РФ.

Оснований не согласиться с заявленной суммой расходов у суда не имеется, работа по даче экспертного заключения фактически выполнена, экспертное заключение и смета на выполнение судебной строительно-технической экспертизы по делу представлены суду. Учитывая объем проделанной экспертом работы, категорию сложности экспертизы, оснований не согласиться с представленной сметой у суда не имеется.

Таким образом, поскольку истцу в удовлетворении заявленных требований было отказано, с ФИО3 в пользу ФГУП «Ростехинвентаризация – Федеральное БТИ» подлежат взысканию расходы по проведению судебной экспертизы в размере 20353,92 руб. 

На основании ч.1 ст.98 ГПК РФ понесенные истцом судебные расходы возмещению ответчиком не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК PФ, суд

Р Е Ш И Л:

Отказать ФИО1 в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Взыскать с ФИО1 в пользу ФИО2 в возмещение расходов на оплату услуг представителя 10 000 рублей.

Взыскать с ФИО1 в пользу Сибирского филиала АО «Ростехинвентаризация-Федеральное БТИ» в возмещение расходов на производство экспертизы 20 353,92 рублей.

Решение может быть обжаловано в Алтайский краевой суд через Бийский городской суд Алтайского края в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Штополь Ю.В.