РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

06 июля 2020 года город Нижневартовск

Нижневартовский городской суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры, в составе: 

председательствующего судьи Свиновой Е.Е., 

при секретаре Пановой Н.К.,

с участием помощника прокурора Покрасенко Т.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-1691/2020 по исковому заявлению ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «РН-Бурение» о взыскании компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с указанным иском, мотивируя свои требования тем, что с 

<

дата> по 

<

дата> работал в ООО «НПРС» и ЗАО «Нижневартовскбурнефть» в должности бурильщика эксплуатационного и разведочного бурения скважин на нефть и газ и помощником бурильщика эксплуатационного и разведочного бурения скважин на нефть и газ, в течение 11 лет. В период с 

<

дата> по 

<

дата> работал в ООО «НПРС-1» бурильщиком эксплуатационного и разведочного бурения скважин на нефть и газ и помощником бурильщика эксплуатационного и разведочного бурения скважин на нефть и газ, в течение 3 лет 6 месяцев. ЗАО «Нижневартовскбурнефть» и ООО «НПРС-1» были реорганизованы путем присоединения в ООО «РН-Бурение». Из акта о случае профессионального заболевания от 

<

дата> следует, что истцу установлено профессиональное заболевание – потеря слуха, вызванная шумом (хроническая двухсторонняя сенсорная тугоухость I степени). Стаж его работы в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов составляет 21 год 9 месяцев; степень утраты трудоспособности составила 20%. Наличие вины истца актом не установлено. В связи с полученным профессиональным заболеванием истец не может полноценно коммуницировать с окружающими людьми, делать покупки, ему трудно общаться, не усваивает информацию. Истец не допущен к управлению транспортом, так как не прошел медицинскую комиссию. Просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 700000 рублей в связи с получением профессионального заболевания, судебные расходы в размере 10000 рублей за составление иска, расходы по оплате услуг представителя в размере 25000 рублей.

До начала судебного заседания от истца поступило заявление об увеличении требований, просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 750000 рублей в связи с получением профессионального заболевания, судебные расходы в размере 10000 рублей за составление иска, расходы по оплате услуг представителя в размере 25000 рублей.

Истец в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного разбирательства извещен надлежащим образом, представил заявление о рассмотрении дела без его участия.

Представитель истца ФИО2, действующая на основании ордера, в судебном заседании исковые требования поддержала, суду объяснила, что истец в связи с утратой здоровья испытывает физические и нравственные страдания. Потеря слуха вызывает неудобства, он не может управлять автомобилем.

Представитель ответчика по доверенности ФИО3 в судебном заседании с требованиями не согласилась, суду объяснила, что общий стаж работы истцу на предприятии ответчика 15 лет 11 месяцев из 31 года, заболевание выявлено после 4 лет работы и причинно-следственная связь не установлена. Кроме того, работникам обеспечены безопасные условия труда, медосмотры проводятся регулярно. Считает, что истцом не представлено доказательств получения вреда у ответчика. Полагает, что размер компенсации морального вреда явно завышен и не соответствует правоприменительной практике. Поддержала доводы, изложенные в возражении на исковое заявление.

Суд, выслушав объяснения представителей сторон, заключение прокурора, полагавшего требования истца обоснованными и подлежащими удовлетворению частично, с учетом требований разумности и справедливости, изучив материалы дела, приходит к следующему. 

В судебном заседании установлено, подтверждено материалами дела, трудовой книжкой №, приказом №-к от 

<

дата>, приказом №-к от 

<

дата>, приказом №-к от 

<

дата>, приказом №-к от 

<

дата>., личными карточками, что ФИО1 в период с 

<

дата> по 

<

дата> состоял в трудовых отношениях с ЗАО «Нижневартовскбурнефть» в должности бурильщика эксплуатационного и разведочного бурения скважин на нефть и газ 6 разряда и помощником бурильщика эксплуатационного и разведочного бурения скважин на нефть и газ 5 разряда; 

<

дата> был принят в ООО «Нижневартовское предприятие по ремонту скважин-1» помощником бурильщика эксплуатационного и разведочного бурения скважин на нефть и газ 5 разряда, 

<

дата> трудовой договор расторгнут по инициативе работника в связи с выходов на пенсию (л.д. 29-33,40-53). 

ЗАО «Нижневартовскбурнефть» и ООО «НПРС-1» прекратили деятельность путем реорганизации в форме присоединения к ООО «РН-Бурение».

В соответствии со статьей 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В статье 209 Трудового кодекса Российской Федерации содержится определение понятия безопасных условий труда, под которыми понимаются условия труда, при которых воздействие на работающих вредных и (или) опасных производственных факторов исключено либо уровни их воздействия не превышают установленных нормативов, а вредный производственный фактор - это такой производственный фактор, воздействие которого на работника может привести к его заболеванию. 

В силу части 1 ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Частью 1 ст. 219 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с данным Кодексом, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда.

В соответствии со ст.3 Федерального Закона от 24.07.1998 №125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», под хроническим профессиональным заболеванием понимается заболевание, являющееся результатом длительного воздействия на работника вредного производственного фактора (факторов), повлекшее временную или стойкую утрату профессиональной трудоспособности. 

Указанный закон и Положение о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденное постановлением Правительства РФ от 15.12.2000 № 967, связывают возникновение как острого, так и хронического профессионального заболевания у работника (застрахованного) с условиями труда, которые характеризуются наличием на рабочем месте вредных производственных факторов, превышающих гигиенические нормативы и способных оказывать неблагоприятное воздействие на здоровье работника (застрахованного). Иных правил и условий признания заболевания профессиональным законом не установлено.

Согласно п.п. 30, 32 Постановления Правительства Российской Федерации от 15.12.2000 № 967 «Об утверждении Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний» надлежащим документом, устанавливающим профессиональный характер заболевания, возникшего у работника на данном производстве, является акт о случае профессионального заболевания. В акте о случае профессионального заболевания подробно излагаются обстоятельства и причины профессионального заболевания, а также указываются лица, допустившие нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил, иных нормативных актов. В случае установления факта грубой неосторожности застрахованного, содействовавшей возникновению или увеличению вреда, причиненного его здоровью, указывается установленная комиссией степень его вины (в процентах).

Материалами дела установлено, что в отношении истца составлен акт о случае профессионального заболевания от 

<

дата> (л.д. 13-17).

Из акта от 

<

дата> о случае профессионального заболевания, утвержденного начальником территориального отдела Управления Роспотребнадзора по ХМАО-Югре в г. Нижневартовске, Нижневартовском районе и в г.Мегионе, следует, что заболевание истца - потеря слуха, вызванная шумом (хроническая двусторонняя сенсоневральная тугоухость первой степени), установлено впервые 

<

дата>, является профессиональным и возникло в результате работы в условиях длительного воздействия на организм производственного фактора – шума не соответствующего санитарно-гигиеническим требованиям по величине воздействия, в течение профессионального маршрута. 

Справкой Бюро № - филиал ФКУ «ГБ МСЭ по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре» Минтруда России серии МСЭ-2012 № от 

<

дата> подтверждено, что в связи с профессиональным заболеванием истец утратил профессиональную трудоспособность на 20% (л.д.38).

Как следует из санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания (отравления) от 

<

дата> №, условия труда ФИО1 согласно профессиональному маршруту не соответствовали санитарно-гигиеническим требованиям по величине воздействия вредных производственных факторов: шума, общей вибрации, микроклимату, тяжести и напряженности трудового процесса (отмечается превышение гигиенических нормативов). 

В соответствии с заключением по государственной экспертизе Департамента труда и занятости населения ХМАО-Югры № от 

<

дата> условия труда на рабочем месте ФИО1 № помощника бурильщика эксплуатационного и разведочного бурения скважин на нефть и газ ООО «НПРС-1» не соответствуют государственным нормативным требованиям охраны труда в связи с превышением действующих нормативов от воздействия шума, общей вибрации и тяжести трудового процесса, согласно «Руководству по гигиенической оценке факторов рабочей среды и трудового процесса. Критерии и классификация условий труда Р 2.2.2006-05». по ее заполнению». 

Суд, проанализировав доказательства, представленные в судебное заседание, приходит к выводу, что причиной возникновения у истца профессионального заболевания явилось воздействие на его организм вредных производственных факторов в период его работы у ответчика, в связи с необеспечением работодателем безопасных условий труда.

Доказательств, подтверждающих отсутствие своей вины в возникновении у истца профессионального заболевания, ответчик нарушение требований ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суду не представил. 

Довод представителя ответчика о том, что профессиональное заболевание истца возникло в период трудовой деятельности до приема на работу к ответчику, является необоснованным, поскольку доказательств того, что при работе истца у иных работодателей уровни воздействия на него вредных производственных факторов превышали установленные нормативы, суду не представлено, следовательно, не подтверждено наличие неправомерных действий или бездействия иных работодателей. Как и не представлено суду доказательств некачественного проведения периодических медицинских осмотров, как на то ссылается ответчик. 

Обязанность работодателя возмещать причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя моральный вред предусмотрена ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации.

Согласно ст.8 Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» обязанность компенсировать моральный вред, причиненный работнику в связи с трудовым увечьем, возлагается на причинителя вреда. 

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», и в соответствии со статьей 237 названного Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Аналогичные критерии определения размера компенсации морального вреда содержатся и в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда».

Согласно ст.151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащее гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу ст.1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием для возмещения вреда.

Ссылку ответчика на п.2 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации об уменьшении размера возмещения вреда при наличии грубой неосторожности самого потерпевшего, суд находит несостоятельной, поскольку доказательств наличия в действиях истца грубой неосторожности судом не установлено, ответчиком соответствующие доказательства не представлены, и опровергается актами о случае профессионального заболевания, из п. 19 которых следует, что наличие вины работника не установлено. 

С учетом изложенного, суд считает обоснованным возложение обязанности на ответчика по выплате истцу компенсации морального вреда.

При определении размера возмещения вреда суд исходит из степени утраты трудоспособности истца, характера его заболевания, необратимости последствий болезни, глубины нравственных и физических страданий, его возраста, учитывает длительность периода времени воздействия на организм истца неблагоприятных условий труда, с учетом требований разумности и справедливости, полагает разумной сумму 350000 рублей.

В соответствии со ст.98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Согласно ч.1 ст. 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. 

Статья 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, в том числе относит расходы на оплату услуг представителей; другие признанные судом необходимыми расходы.

Согласно ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

При рассмотрении настоящего гражданского дела интересы истца ФИО1 представляла ФИО2, действующая на основании ордера, участвовала в судебных заседаниях, оказала услуги: составление иска, представление интересов в суде.

В соответствии с ч.1 ст.48 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации граждане вправе вести свои дела в суде лично или через представителей. Личное участие в деле гражданина не лишает его права иметь по этому делу представителя.

По смыслу статьи 4 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации представитель не является самостоятельным участником судопроизводства. Действия представителя создают, изменяют и прекращают гражданские права и обязанности представляемого лица. 

По смыслу указанных правовых норм, расходы по оплате услуг, оказанных представителем (за участие в судебном заседании, за самостоятельное копирование документов, за изучение материалов дела, за консультирование, за составление искового заявления и т.п.) могут суммироваться для компенсации в порядке ст.100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. 

Квитанциями № от 

<

дата>, № от 

<

дата>, представленными в материалы дела, подтверждено, что ФИО2 получила от ФИО1 в счет оплаты услуг 10000 рублей и 25000 рублей соответственно (л.д.54, 55).

Таким образом, ФИО1 были понесены расходы по оплате услуг представителя в общей сумме 35000 рублей. 

Как следует из разъяснений, приведенных в пунктах 11-13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов. Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер (п. 11).

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (п. 13).

Исследовав представленные истцом документы в обоснование понесенных расходов на оплату услуг представителя, учитывая состоявшееся в его пользу решение суда, с учетом объема выполненной представителем работы, характера защищаемого права, сложности дела, продолжительности судебных заседаний, в которых принимал участие представитель истца, а также соблюдая принцип разумности, суд полагает обоснованными расходы по оплате услуг представителя в размере 20 000 рублей, которые подлежат взысканию с ООО «РН-Бурение».

В соответствии со ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в доход местного бюджета в размере 300 рублей.

Руководствуясь ст. ст. 198, 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

РЕШИЛ:

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «РН-Бурение» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в связи с получением профессионального заболевания в размере 350000 рублей и расходы на оплату услуг представителя в размере 20000 рублей, всего взыскать 370000 (триста семьдесят тысяч) рублей 00 копеек.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «РН-Бурение» в доход местного бюджета муниципального образования город Нижневартовск государственную пошлину в размере 300 рублей 00 копеек. 

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Суда Ханты-Мансийского автономного округа в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме, через Нижневартовский городской суд.

Судья Е.Е. Свинова

Мотивированное решение изготовлено 13 июля 2020 года