Судья Соломаха А.В. 33-1559/2026 (2 инст.)

№ 2-1168/2025 (1 инст.)

УИД: 61RS0033-01-2025-001396-56

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

11 февраля 2026 г. г. Ростов-на-Дону

Судебная коллегия по гражданским делам Ростовского областного суда в составе председательствующего судьи Власовой А.С.

судей Семеновой О.В., Портновой И.А.

при секретаре Халиловой А.К.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о возмещении ущерба в результате ДТП по апелляционной жалобе ФИО2 на решение Зерноградского районного суда Ростовской области от 16 октября 2025 г. Заслушав доклад судьи Семеновой О.В., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к ФИО2, ФИО3 о возмещении ущерба в результате дорожно-транспортного происшествия (далее – ДТП), указав в обоснование заявленных требований, что 04.02.2025 года на 33 км автодороги «Ростов-Ставрополь» в Кагальницком районе Ростовской области произошло ДТП с участием автомобиля «Audi Q8», государственный регистрационный знак НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН, под управлением ФИО2, и автомобиля «Kia Sorento», государственный регистрационный знак НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН, под управлением ФИО1

Виновником ДТП признана водитель автомобиля «Audi Q8» - ФИО2

В результате произошедшего ДТП, 04.02.2025 года, автомобилю марки «Kia Sorento», были причинены механические повреждения.

Согласно заключению № 56/25 от 28.03.2025 года, выполненному Южно-региональным центром экспертиз и оценки, полная стоимость восстановительного ремонта (без учета снижения стоимости заменяемых запчастей вследствие их износа) автомобиля «Kia Sorento» составляет 8 643 071,39 руб.; стоимость восстановительного ремонта (с учетом снижения стоимости заменяемых запчастей вследствие их износа) равна 7 294 899,70 руб.; стоимость АМТС в неповрежденном виде на момент определения стоимости годных остатков составляет 3 447 170,00 руб.; годные остатки поврежденного транспортного средства составляют 405 387,19 руб.

На момент ДТП автогражданская ответственность виновника, управляющего транспортным средством «Audi Q8», и собственника данного автомобиля - ФИО3 застрахована не была.

На основании изложенного, ФИО1 просил суд взыскать с ФИО2 и ФИО3 сумму стоимости автомобиля на момент ДТП, за вычетом годных остатков автомобиля, в размере 3 041 782,81 руб., а также судебные расходы по проведению досудебной экспертизы в размере 17 500 руб., оплату государственной пошлины при подаче искового заявления в суд в размере 45 293 руб., оплату государственной пошлины в суд за ходатайство об обеспечении исковых требований в размере 10 000 руб., а всего 72 793 руб.

Решением Зерноградского районного суда Ростовской области от 16.10.2025 года исковые требования ФИО1 к ФИО2 удовлетворены.

Суд взыскал с ФИО4 в пользу ФИО1 возмещение материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, в сумме 3 041 782,81 руб., судебные расходы по проведению досудебной экспертизы 17 500 руб., оплате государственной пошлины при подаче искового заявления в суд в размере 45 293 руб., оплате государственной пошлины в суд за ходатайство об обеспечении исковых требований 10 000 руб., а всего взыскал судебные расходы в сумме 72 793 руб.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3 - отказал.

Не согласившись с вынесенным решением, ФИО2 подала апелляционную жалобу, в которой просит указанное решение суда отменить.

В обоснование доводов жалобы апеллянт выражает несогласие с тем, что суд положил в основу решения выводы досудебного заключения № 56/25 от 28.03.2025 года, выполненного лицом, который не был предупрежден об уголовной ответственности, и не вызывался в суд для подтверждения своего заключения. При этом апеллянт также приводит ссылки на статьи 79 и 87 ГПК РФ, согласно которым суд при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знания в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, назначает экспертизу, а в случаях недостаточной ясности или полноты заключения эксперта, суд может назначить дополнительную экспертизу.

Кроме того, апеллянт указывает, что в рамках досудебного урегулирования спора ею предлагалось приобрести автомобиль аналогичной комплектации из Кореи или Китая, стоимость которого была бы около 2 500 000 руб., однако истец отказался. На предложение о мирном урегулировании спора путем зачета долга передачей автомобиля «Audi А4», 2018 года выпуска, стоимостью 2 500 000 руб., и оставшейся части долга в рассрочку, также отказался.

Не апелляционную жалобу подан отзыв, в котором ФИО1 просит решение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу- без удовлетворения.

Рассмотрев материалы дела, доводы апелляционной жалобы в пределах, установленных ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ, отзыв на апелляционную жалобу, выслушав ФИО1, просившего решение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения, а также представителя ФИО2, просившего решение суда первой инстанции отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить, при этом не поддержавшего довод жалобы относительно необоснованности принятия судом досудебного заключения № 56/25 от 28.03.2025 года и необходимости назначения судебной экспертизы, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Разрешая спор и частично удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции руководствовался положениями ст. ст. 15, 401, 1064, 1079, 1083 ГК РФ, Федерального закона от 25.04.2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», разъяснениями, изложенными в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», и, с учетом выводов досудебного заключения, исходил из того, что, поскольку ФИО4 управляла транспортным средством «Audi Q8» на законном основании, то она должна отвечать по обязательствам, связанным с причинением вреда в результате ДТП. ФИО1 имеет право на возмещение причинного ему вреда, а потому ФИО4 в соответствие с положениями ст. 15 ГК РФ обязана возместить истцу ущерб, причиненный в результате повреждения автомобиля, размер которого составляет 3 041 782,81 руб. С учетом изложенного, суд не усмотрел оснований для взыскания указанного ущерба, в том числе, с ФИО3 – собственника автомобиля «Audi Q8».

Руководствуясь ст. ст. 94, 98 ГПК РФ, суд также распределил судебные расходы, взыскав с ФИО4 в пользу ФИО1 расходы по проведению досудебной экспертизы в размере 17 500 руб., расходы по оплате государственной пошлины при подаче искового заявления в суд в размере 45 293 руб., расходы по оплате государственной пошлины в суд за ходатайство об обеспечении исковых требований 10 000 руб.

Судебная коллегия с изложенными выводами суда первой инстанции соглашается, поскольку они основаны на правильном применении норм материального и процессуального права, соответствуют обстоятельствам дела и подтверждены имеющимися в деле доказательствами, оцененными судом в соответствии со статьей 67 ГПК РФ.

В силу пунктов 1 и 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ) лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно пункту 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 данного Кодекса.

Как разъяснено в пунктах 11, 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", применяя статью 15 ГК РФ, следует учитывать, что по общему правилу лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Возмещение убытков в меньшем размере возможно в случаях, предусмотренных законом или договором в пределах, установленных гражданским законодательством.

По делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Если лицо несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности (например, пункт 3 статьи 401, пункт 1 статьи 1079 ГК РФ).

Как следует из материалов дела, 04.02.2025 года по вине ФИО2, управлявшей транспортным средством «Audi Q8», государственный регистрационный знак НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН, было допущено столкновение с автомобилем «Kia Sorento», государственный регистрационный знак НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН, принадлежащим ФИО1

Вина водителя ФИО2 установлена вступившим в законную силу 21.07.2025 года постановлением мирового судьи судебного участка № 5 Зерноградского судебного района Ростовской области от 10.07.2025 года.

Гражданская ответственность как виновника, так и собственника автомобиля «Audi Q8», на момент ДТП застрахована не была.

Согласно заключению № 56/25 от 28.03.2025 года, выполненному Южно-регионального центра экспертиз и оценки по поручению ФИО1, полная стоимость восстановительного ремонта (без учета снижения стоимости заменяемых запчастей вследствие их износа) автомобиля «Kia Sorento» составляет 8 643 071,39 руб.; стоимость восстановительного ремонта (с учетом снижения стоимости заменяемых запчастей вследствие их износа) равна 7 294 899,70 руб.; стоимость АМТС в неповрежденном виде на момент определения стоимости годных остатков составляет 3 447 170,00 руб.; годные остатки поврежденного транспортного средства составляют 405 387,19 руб.

Указанное заключение, составленное Южно-регионального центра экспертиз и оценки, принято судом в качестве допустимого и достоверного доказательства по делу.

Согласно ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими (ч. ч. 1 и 4 ст. 67 ГПК РФ).

Оценка доказательств и отражение ее результатов в судебном решении являются проявлениями дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия, вытекающих из принципа самостоятельности судебной власти, что, однако, не предполагает возможность оценки судом доказательств произвольно и в противоречии с законом.

В соответствии с ч. 3 названной выше статьи суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими (ч. 4 ст. 67 и п. 2 ч. 4 статьи 198 ГПК РФ).

Указанное заключение Южно-регионального центра экспертиз и оценки № 56/25 от 28.03.2025 года отвечает требованиям об относимости и допустимости доказательств, содержит подробное описание проведенного исследования, используемую для определения стоимости восстановительного ремонта автомобиля «Kia Sorento» методику, нормативное обоснование, источники используемых при расчете цен ремонтных работ.

Принимая во внимание, что достаточных и допустимых доказательств, опровергающих заключение № 56/25 от 28.03.2025 года, стороной ответчика представлено не было, ходатайство о назначении судебной экспертизы по вопросу определения стоимости восстановительного ремонт автомобиля «Kia Sorento» не заявлялось и, более того, в заседании суда апелляционной инстанции представитель апеллянта ФИО2 не поддержал довод жалобы относительно необоснованности принятия судом досудебного заключения № 56/25 от 28.03.2025 года и необходимости назначения по делу судебной экспертизы, судебная коллегия находит обоснованным вывод суда первой инстанции о принятии указанного заключения в качестве допустимого и достоверного доказательства в силу положений ст. 71 ГПК РФ, позволяющего установить стоимость восстановительного ремонта автомобиля «Kia Sorento» и величину годных остатков.

С учетом изложенного, а также принимая во внимание доказанность управления ФИО4 автомобилем «Audi Q8» на законных основаниях на момент ДТП, судебная коллегия находит обоснованным вывод суда о наличии основания для взыскания с ФИО4 в пользу ФИО1 возмещение материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, в сумме 3 041 782,81 руб.

Довод апеллянта об отказе ФИО1 от мирного урегулирования спора также не свидетельствует о незаконности обжалуемого судебного акта.

В соответствии со статьей 153.3 ГПК РФ Споры могут быть урегулированы путем проведения переговоров, посредничества, в том числе медиации, судебного примирения, или использования других примирительных процедур, если это не противоречит федеральному закону.

В части 2 статьи 153.1 ГПК РФ предусмотрено, что примирение сторон осуществляется на основе принципов добровольности, сотрудничества, равноправия и конфиденциальности.

Результатами примирения лиц, участвующих в деле, могут быть, в частности, мировое соглашение в отношении всех или части заявленных требований; частичный или полный отказ от иска; частичное или полное признание иска (ч. 1 ст. 153.7 ГПК РФ).

На основании правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 24.02.2004 года № 1-О, мировое соглашение представляет собой соглашение сторон о прекращении спора на основе добровольного урегулирования взаимных претензий и утверждения взаимных уступок, что является одним из процессуальных средств защиты субъективных прав.

Следовательно, для мирного урегулирования спора необходимо согласие обеих сторон, участвующих в процессе. Заключая мировое соглашение, стороны самостоятельно, на взаимоприемлемых условиях определяют порядок, способ и сроки исполнения своих обязательств. Полный или частичный отказ от иска также является результатом добровольного волеизъявления стороны при наличии добровольного урегулирования взаимных претензий между сторонами спора и утверждения взаимных уступок.

Таким образом, заключение мирового соглашения, как полный или частичный отказ от исковых требований, является правом, а не обязанностью стороны. Ни одна из сторон не может быть понуждена к мирному урегулированию спора.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия приходит к выводу о том, что доводы апелляционной жалобы не содержат правовых оснований к отмене решения суда, по существу сводятся к изложению обстоятельств, являвшихся предметом исследования и оценки суда первой инстанции, а также к выражению несогласия с произведенной судом оценкой представленных по делу доказательств, не содержат фактов, не проверенных и не учтенных судом первой инстанции при рассмотрении дела и имеющих юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияющих на обоснованность и законность судебного постановления, либо опровергающих выводы суда первой инстанции, в связи с чем, являются несостоятельными и не могут служить основанием для отмены законного и обоснованного решения суда.

Руководствуясь ст. ст. 328-330 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Зерноградского районного суда Ростовской области от 16 октября 2025 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 13 февраля 2026 года.