УИД 65RS0016-01-2021-000253-51

Дело №2-327/2021

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

12 июля 2021 года город Углегорск

Углегорский городской суд Сахалинской области в составе:

председательствующего – Стародубцевой М.А.,

при секретаре – Ивановой А.С.,

с участием истца ФИО1, представителя истцов ФИО2, 

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Углегорского городского суда гражданское дело по иску ФИО3, ФИО1, действующей в своих интересах и интересах несовершеннолетних Х.П.П. и Х.А.П., к Комитету по управлению муниципальной собственностью Углегорского городского округа, муниципальному унитарному предприятию «Городской жилищный комплекс» о признании приобретшими право пользования жилым помещением, возложении обязанности заключить договор социального найма,

установил:

16 марта 2021 года ФИО1, действующая в своих интересах и интересах несовершеннолетних ФИО3, Х.П.П. и Х.А.П., обратилась в суд с иском к Комитету по управлению муниципальной собственностью (далее – КУМС) Углегорского городского округа о признании приобретшими право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: 

<

адрес>,возложении обязанности заключить договор социального найма указанного жилого помещения, с указанием членов семьи нанимателя А.В.А, Х.П.П. и Х.А.П.

В обоснование заявленных требований истец указала, что 29 июня между ней и Х.П.Г. был заключен брак, от которого имеются совместные дети Х.П.П., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и Х.А.П., ДД.ММ.ГГГГ года рождения. До заключения брака Х.П.Г. являлся нанимателем жилого помещения – 

<

адрес>, которое в установленном законом порядке было признано непригодным для проживания. 

После заключения брака истец с супругом и детьми проживали в 

<

адрес>, принадлежащей матери истца. Проживая в стесненных условиях и получив от наймодателя сведения о том, что жилое помещение взамен признанного непригодным Х.П.Г. будет предоставлено не ранее 2019-2020 годов, семья Х-вых ДД.ММ.ГГГГ вынужденно, с учетом кредитных денежных средств и средств материнского капитала, приобрели в долевую собственность истца и несовершеннолетних детей, жилое помещение – 

<

адрес>. 

Однако на основании постановления администрации Углегорского городского округа от 19 октября 2018 года Х.П.Г. было предоставлено жилое помещение, расположенное по адресу: 

<

адрес>. 06 ноября 2018 года Х.П.Г. с муниципальным унитарным предприятием (далее – МУП) «Городской жилищный комплекс» был заключен договор социального найма указанного жилого помещения. ДД.ММ.ГГГГ Х.П.Г. погиб в результате дорожно-транспортного происшествия. Сославшись на то, что в данное жилое помещение истец с детьми была вселена с согласия нанимателя и проживают с 2018 года, обратилась в суд с настоящим иском.

Определениями суда от 22 марта и 22 апреля 2021 года к участию в деле в качестве третьего лица на стороне истца привлечен ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, на стороне ответчика – МУП «Городской жилищный комплекс».

24 мая 2021 года от ФИО3 поступило ходатайство о вступлении в дело в качестве соистца, которое удовлетворено протокольным определением суда от этой же даты.

Определением суда от 23 июня 2021 года к участию в деле в качестве соответчика привлечено МУП «Городской жилищный комплекс».

В судебном заседании соистец ФИО1, действующая в своих интересах и интересах несовершеннолетних Х.П.П. и Х.А.П., представитель соистцов ФИО2 исковые требования поддержали в полном объеме, привели доводы, аналогичные доводам искового заявления.

Соистец ФИО3, представители соответчиков КУМС Углегорского городского округа и МУП «Городской жилищный комплекс» в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания уведомлены надлежащим образом. Представитель МУП «Городской жилищный комплекс» ходатайствовал о рассмотрении дела в свое отсутствие.

Руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определил рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав лиц, участвующих в деле, пояснения свидетелей Л.В.А., С.Н.Г., П.Е.О. и И.И.А., исследовав материалы дела и оценив имеющиеся доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

В силу статьи 10 Жилищного кодекса Российской Федерации жилищные права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными правовыми актами, а также из действий участников жилищных отношений, которые хотя и не предусмотрены такими актами, но в силу общих начал и смысла жилищного законодательства порождают жилищные права и обязанности, в том числе, из актов государственных органов и актов органов местного самоуправления, которые предусмотрены жилищным законодательством в качестве основания возникновения жилищных прав и обязанностей.

Согласно части 1 статьи 60 Жилищного кодекса Российской Федерации по договору социального найма жилого помещения одна сторона - собственник жилого помещения государственного жилищного фонда или муниципального жилищного фонда (действующие от его имени уполномоченный государственный орган или уполномоченный орган местного самоуправления) либо управомоченное им лицо (наймодатель) обязуется передать другой стороне - гражданину (нанимателю) жилое помещение во владение и в пользование для проживания в нем на условиях, установленных настоящим Кодексом.

Частью 1 статьи 61 Жилищного кодекса Российской Федерации установлено, что пользование жилым помещением по договору социального найма осуществляется в соответствии с настоящим Кодексом, договором социального найма данного жилого помещения.

В соответствии со статьей 63 Жилищного кодекса Российской Федерации договор социального найма жилого помещения заключается в письменной форме на основании решения о предоставлении жилого помещения жилищного фонда социального использования.

В соответствии с частями 1 и 2 статьи 69 Жилищного кодекса Российской Федерации к членам семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма относятся проживающие совместно с ним его супруг, а также дети и родители данного нанимателя.

Члены семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма имеют равные с нанимателем права и обязанности. Дееспособные и ограниченные судом в дееспособности члены семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма несут солидарную с нанимателем ответственность по обязательствам, вытекающим из договора социального найма.

Исходя из положений статьи 70 Жилищного кодекса Российской Федерации, наниматель вправе в установленном порядке вселить в занимаемое им жилое помещение по договору социального найма своего супруга и своих детей.

Вселение в жилое помещение граждан в качестве членов семьи нанимателя влечет за собой изменение соответствующего договора социального найма жилого помещения в части необходимости указания в данном договоре нового члена семьи нанимателя.

В пунктах 24 - 26 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 02 июля 2009 года №14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации» даны разъяснения, из которых следует, что согласно части 2 статьи 69 Жилищного кодекса Российской Федерации члены семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма имеют равные с нанимателем права и обязанности независимо от того, вселялись ли они в жилое помещение одновременно с нанимателем или были вселены в качестве членов семьи нанимателя впоследствии. 

Члены семьи нанимателя имеют, в частности, следующие права: бессрочно пользоваться жилым помещением (часть 2 статьи 60 Жилищного кодекса Российской Федерации); сохранять право пользования жилым помещением в случае временного отсутствия (статья 71 Жилищного кодекса Российской Федерации); участвовать в решении вопросов: переустройства и перепланировки жилого помещения (пункт 5 части 2 статьи 26 Жилищного кодекса Российской Федерации), вселения в установленном порядке в жилое помещение других лиц (статья 70 Жилищного кодекса РФ), обмена жилого помещения (статья 72 Жилищного кодекса РФ), сдачи жилого помещения в поднаем (статья 76 Жилищного кодекса РФ), вселения временных жильцов (статья 80 Жилищного кодекса РФ), переселения в жилое помещение меньшего размера (статья81 Жилищного кодекса РФ), изменения договора социального найма (статья 82 Жилищного кодекса РФ), расторжения договора социального найма (часть 2 статьи 83 Жилищного кодекса РФ).

Разрешая споры, связанные с признанием лица членом семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма, необходимо учитывать, что круг лиц, являющихся членами семьи нанимателя, определен частью 1 статьи 69 Жилищного кодекса Российской Федерации и к ним относятся супруг, а также дети и родители данного нанимателя, проживающие совместно с ним.

Под ведением общего хозяйства, являющимся обязательным условием признания членами семьи нанимателя других родственников, нетрудоспособных иждивенцев, следует, в частности, понимать наличие у нанимателя и указанных лиц совместного бюджета, общих расходов на приобретение продуктов питания, имущества для совместного пользования и т.п.

В случае спора факт вселения лица в качестве члена семьи нанимателя либо по иному основанию может быть подтвержден любыми доказательствами.

По смыслу находящихся в нормативном единстве положений статьи 69 и части 1 статьи 70 Жилищного кодекса Российской Федерации лица, вселенные нанимателем жилого помещения по договору социального найма в качестве членов его семьи, приобретают равные с нанимателем права и обязанности при условии, что они вселены в жилое помещение с соблюдением предусмотренного частью 1 статьи 70 Жилищного кодекса Российской Федерации порядка реализации нанимателем права на вселение в жилое помещение других лиц в качестве членов своей семьи.

Частью 2 статьи 82 Жилищного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что дееспособный член семьи нанимателя с согласия остальных членов своей семьи и наймодателя вправе требовать признания себя нанимателем по ранее заключенному договору социального найма вместо первоначального нанимателя. Такое же право принадлежит в случае смерти нанимателя любому дееспособному члену семьи умершего нанимателя.

Эти положения воспроизводят (применительно к договору социального найма) нормы пункта 2 статьи 686 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым в случае смерти нанимателя или его выбытия из жилого помещения договор продолжает действовать на тех же условиях, а нанимателем становится один из граждан, постоянно проживающих с прежним нанимателем, по общему согласию между ними. Если такое согласие не достигнуто, все граждане, постоянно проживающие в жилом помещении, становятся сонанимателями.

Положения пункта 2 статьи 686 Гражданского кодекса Российской Федерации в силу пункта 3 статьи 672 указанного Кодекса применимы и к договору социального найма жилого помещения, поскольку иное не предусмотрено жилищным законодательством.

Приведенные нормы в их взаимосвязи указывают на то, что в случае, если после смерти нанимателя, а также его выезда в другое место жительства в жилом помещении остаются проживать члены его семьи, договор социального найма не признается расторгнутым и продолжает действовать на тех же условиях, при этом нанимателем признается один из проживающих или все проживающие признаются сонанимателями. По смыслу части 3 статьи 83 Жилищного кодекса Российской Федерации договор социального найма признается расторгнутым лишь в том случае, если из жилого помещения выехал как сам наниматель, так и члены его семьи.

Таким образом, возникновение равного с нанимателем права пользования жилым помещением обусловлено вселением в жилое помещение с соблюдением предусмотренного порядка реализации нанимателем права на вселение в жилое помещение других лиц в качестве членов своей семьи.

Как установлено судом и следует из материалов дела, Х.П.Г. совместно с матерью Х.В.П., умершей ДД.ММ.ГГГГ, с 30 мая 2012 года были зарегистрированы в 

<

адрес>, что подтверждается поквартирной карточкой формы Б на указанное жилое помещение. 

29 июня 2013 года отделом ЗАГС Углегорского района агентства ЗАГС Сахалинской области зарегистрирован брак между Х.П.Г. и Ш. (ныне – ФИО1) Е.А. ДД.ММ.ГГГГ у супругов родилась дочь П.; ДД.ММ.ГГГГ – дочь А.

05 мая 2017 года ФИО1, действующей от себя и как законный представитель несовершеннолетних ФИО3, Х.П.П. и Х.А.П., по договору купли-продажи, с согласия супруга Х.П.Г., приобретено жилое помещение 

<

адрес>, в общую долевую собственность – по ? доли в праве.

Согласно сведениям, представленным ОВМ ОМВД России по Углегорскому округу, ФИО1, ФИО3, Х.П.П. и Х.А.П. с 07 июня 2017 года по настоящее время зарегистрированы по месту жительства в указанном жилом помещении.

На основании постановления администрации Углегорского городского округа № от 19 октября 2018 года 

<

адрес>, общей площадью 

<

данные изъяты>, была предоставлена Х.П.Г. взамен признанного аварийным жилья – 

<

адрес>. Данное жилое помещение является муниципальной собственностью Углегорского городского округа Сахалинской области. 06 ноября 2018 года МУП «Городской жилищный комплекс» с нанимателем Х.П.Г. заключен договор социального найма указанного жилого помещения. 

ДД.ММ.ГГГГ Х.П.Г. скончался, что подтверждается свидетельством о смерти №.

Из объяснений соистца ФИО1 установлено, что она с детьми (ФИО3, Х.П.П. и Х.А.П.) были вселены в указанную квартиру как члены семьи Х.П.Г., проживали с ним совместно одной семьей, заботились друг о друге, вели общее хозяйство, несли общие расходы на приобретение продуктов питания, имущества для совместного пользования, по оплате жилищно-коммунальных услуг. После смерти Х.П.Г. она с детьми продолжала проживать в спорном жилом помещении, пыталась реализовать свое право на спорную квартиру, но получила устный отказ. С момента смерти Х.П.Г. и до настоящего времени она производит оплату за жилье и коммунальные услуги.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля Л.В.А. пояснила, что с 2018 года постоянно проживает по адресу: 

<

адрес>. Х.П.Г. знала с детства. Последний проживал с ФИО1 и детьми в соседней квартире с 2019 года, семья жила дружно, ссор она не слышала. После смерти Х.П.Г., ФИО1 с детьми продолжает проживать в указанной квартире. 

Свидетель С.Н.Г. суду пояснила, что ее дочь ФИО1 после заключения брака с Х.П.Г. проживали в принадлежащем ей жилом помещении - 

<

адрес>. После приобрели 

<

адрес>, проживали там до 2018 года. После предоставления ныне спорного жилого помещения семья переехала в него, жили одной семьей, вели совместное хозяйство. Квартира по 

<

адрес> сдавалась в аренду. После смерти Х.П.Г., ФИО1 с детьми продолжают проживать в указанной квартире, оплачивают коммунальные услуги. 

Свидетель П.Е.А. суду пояснила, что они с супругом проживали в жилом помещении – 

<

адрес> с апреля 2020 года по февраль 2021 года. Собственники данной квартиры проживали на 

<

адрес> в новом доме. 

Свидетель И.И.А. суду пояснила, что ФИО1 с супругом Х.П.Г. и детьми проживали в жилом помещении – 

<

адрес>. После предоставления квартиры по 

<

адрес> семья Х-вых переехала в него, жили одной семьей, вели совместное хозяйство. 

Оснований не доверять показаниям указанных свидетелей у суда не имеется, они не противоречат имеющимся в материалах дела письменным доказательствам, свидетели предупреждены об ответственности за дачу ложных показаний по статьям 307 - 308 Уголовного кодекса РФ.

Факт проживания в спорном жилом помещении также подтвержден представленными суду трудовым договором от 01 июля 2019 года, справками МБДОУ детский сад №1 г. Углегорска от 09 июля 2021 года и МБОУ СОШ №5 г. Углегорска от 22 июня 2021 года.

Суд также полагает необходимым отметить, что согласно правовой позиции, сформулированной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 25 апреля 1995 года № 3-П, Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 4 апреля 1996 года № 9-П, Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 2 февраля 1998 года № 4-П, сама по себе регистрация по месту жительства или отсутствие таковой не могут служить основанием ограничения или условием реализации прав и свобод граждан; регистрация в том смысле, в каком это не противоречит Конституции Российской Федерации, является лишь предусмотренным федеральным законом способом учета граждан в пределах Российской Федерации, носящим уведомительный характер и отражающим факт нахождения гражданина по месту пребывания или жительства. 

Таким образом, учитывая, что ФИО1, ФИО3, несовершеннолетние Х.П.П. и Х.А.П. вселены в спорную квартиру в установленном законом порядке с волеизъявления нанимателя квартиры на их вселение в качестве членов семьи, после смерти Х.П.Г. продолжают проживать в спорной квартире, в связи с чем, суд приходит к выводу об удовлетворении требований в части признания их приобретшими право пользования указанным жилым помещением.

В силу пункта 3 статьи 672 Гражданского кодекса Российской Федерации договор социального найма жилого помещения заключается по основаниям, на условиях и в порядке, предусмотренных жилищным законодательством, к такому договору применяются правила статей 674, 675, 678, 680, пунктов 1 - 3 статьи 685 настоящего Кодекса, другие положения настоящего Кодекса применяются к договору социального найма жилого помещения, если иное не предусмотрено жилищным законодательством.

Поскольку отношения по социальному найму жилого помещения возникают на основании договора, которым определяются права и обязанности сторон, договор заключается в письменной форме, учитывая, что семья Х-вых на законных основаниях занимает вышеуказанную квартиру, суд приходит к выводу о наличии оснований для возложения на ответчика МУП «Городской жилищный комплекс», которому делегированы функции наймодателя при заключении договоров социального найма жилых помещений с гражданами, на основании постановления администрации Углегорского городского округа № от 29 января 2018 года, обязанности по заключению договора социального найма в отношении указанного жилого помещения.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194–198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковое заявление ФИО3, ФИО1, действующей в своих интересах и интересах несовершеннолетних Х.П.П. и Х.А.П., к Комитету по управлению муниципальной собственностью Углегорского городского округа, муниципальному унитарному предприятию «Городской жилищный комплекс» о признании приобретшими право пользования жилым помещением, возложении обязанности заключить договор социального найма, – удовлетворить.

Признать за ФИО1, ФИО3, Х.П.П. и Х.А.П. право пользования жилым помещением – 

<

адрес>.

Возложить на муниципальное унитарное предприятие «Городской жилищный комплекс» обязанность заключить с ФИО1 договор социального найма жилого помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес>, вместо умершего ДД.ММ.ГГГГ Х.П.Г., с указанием в нем членами семьи нанимателя ФИО3, Х.П.П. и Х.А.П..

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Сахалинский областной суд через Углегорский городской суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 16 июля 2021 года. 

Председательствующий М.А. Стародубцева