Дело № 2-2255/2017

Решение

Именем Российской Федерации

г.Белгород 16 ноября 2017 года

Белгородский районный суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи Марковской С.Н.

при секретаре Михайловой А.А.,

с участием истца ФИО1

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о компенсации морального вреда, причиненного преступлением,

установил:

ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к ФИО2 о возмещении компенсации морального вреда, причиненного преступлением в размере 50 000,00 рублей, мотивируя свои исковые требования тем, что ответчик совершил публичное оскорбление представителя власти при исполнении им своих должностных обязанностей в связи с их исполнением, т.е. совершил преступление, предусмотренное ст. 319 УК РФ. 

Приговором мирового судьи судебного участка N 2 Западного округа г.Белгорода от 29.06.2017 года ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 319 УК РФ.

При рассмотрении уголовного дела в отношении ФИО2, гражданский иск о взыскании с ответчика компенсации морального вреда заявлен не был.

Истец в судебном заседании поддержал заявленные исковые требования по основаниям, изложенным в заявлении.

Ответчик в судебное заседание не явился, о дате и времени судебного разбирательства извещен своевременно и надлежащим образом, о причинах своей не явки суду не сообщил, в процессе подготовки к судебному разбирательству исковые требования не признал.

Выслушав истца, исследовав обстоятельства, по представленным сторонами доказательствам, суд считает исковые требования обоснованными и подлежащими удовлетворению в части по следующим основаниям.

Конституция Российской Федерации, в силу ч. 1 ст. 17 которой в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина, одновременно устанавливает, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц, в частности достоинство личности, охраняемое государством (часть 1 статья 21).

Из анализа данных конституционных норм в их взаимосвязи следует, что право на выражение своего мнения не допускает употребление в нем оскорбительных выражений, унижающих защищаемое конституционными нормами достоинство личности каждого.

Оскорбительные выражения являются злоупотреблением права, в связи с чем, в силу статьи 10 ГК РФ, не допускаются.

Так, в соответствии с разъяснениями, содержащимися в абз. 6 пункта 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 года N 3 " О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц", если субъективное мнение было высказано в оскорбительной форме, унижающей честь, достоинство или деловую репутацию истца, на ответчика может быть возложена обязанность компенсации морального вреда, причиненного истцу оскорблением (статья 130 Уголовного кодекса Российской Федерации, статьи 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 ст. 1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. 

В соответствии с частью 4 ст. 61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Из материалов дела следует, что 26.04.2017 года ФИО2 будучи в состоянии алкогольного опьянения, выражая недовольство законными действиями сотрудников полиции, связанными с его задержанием и привлечением к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 20.1 КоАП РФ, действуя с умыслом, направленным на публичное оскорбление представителей власти, желая унизить человеческое достоинство находящегося при исполнении должностных обязанностей в форменной одежде, публично высказывал в адрес истца оскорбительные выражения в том числе с использованием нецензурной лексики, в присутствии граждан М. А., а также сотрудника полиции В.

Указанным приговором суда установлено, что 26 апреля 2017 года, около 19 часов 10 минут, экипаж патрульно-постового наряда в составе младшего сержанта полиции ФИО1 и младшего сержанта полиции В. осуществляли охрану общественного порядка возле дома № (адрес обезличен), где обратили внимание на раннее не знакомого им гражданина ФИО2, который, находясь в состоянии алкогольного опьянения, громко выражался нецензурной бранью, размахивал руками, тем самым нарушал общественный порядок. В связи с тем, что в действиях ФИО2 усматривались признаки административного правонарушения предусмотренного ч. 1 ст. 20.1 КоАП РФ - мелкое хулиганство, последний был доставлен в УМВД России по г. Белгород для дальнейшего разбирательства; 26 апреля 2017 года, около 19 часов 30 минут, ФИО2, находясь в специальном помещении задержанных лиц УМВД России по г. Белгороду, будучи в состоянии алкогольного опьянения, выражая недовольство законными действиями сотрудников полиции, осознавая, что младший сержант полиции ФИО1 является представителем власти и находится при исполнении обязанностей, действуя умышленно, с целью избежать установленной законом ответственности за совершенное им административное правонарушение, желая унизить человеческое достоинство находящегося в форменной одежде полицейского ФИО1, осознавая преступный характер и публичность своих действий, в присутствии граждан М. А., а также сотрудника полиции В., умышленно высказал в адрес младшего сержанта полиции ФИО1, являющегося представителем власти и находящегося при исполнении своих должностных обязанностей, публичные оскорбительные выражения, в том числе с использованием нецензурной лексики, унижающие его честь и достоинство. Подсудимый с обвинением согласился.

Приговором мирового судьи судебного участка №2 Западного округа г.Белгорода от 29.06.2017 года, ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 319 Уголовного кодекса РФ, и ему назначено наказание в виде штрафа. 

Приговор суда вступил в законную силу 11.07.2017 года.

Таким образом, виновными действиями ФИО2 истцу был причинен моральный вред в результате совершения публичного оскорбления представителя власти при исполнении им своих должностных обязанностей.

Прослеживается причинно-следственной связь между действиями ответчика и наступившими последствиями, в виде причинения истцу нравственных переживаний.

В силу ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно ст. 1101 Гражданского кодекса РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права.

Учитывая обстоятельства совершения преступления, наличие и степень вины причинителя вреда ФИО2 в совершенном умышленном преступлении, а также требования разумности и справедливости, суд принимая во внимание все обстоятельства произошедшего между сторонами конфликта, в результате которого истцу причинены нравственные страдания, отсутствие доказательств негативных последствий для истца считает возможным удовлетворить требования истца о взыскании с ответчика компенсации морального вреда в размере 5000,00 рублей.

В соответствии с частью 1 ст. 103 ГПК РФ с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в доход местного бюджета, от оплаты которой истец освобожден в соответствии пп. 4 пункта 1 ст. 333.36 Налогового Кодекса РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ

решил:

исковое заявление ФИО1 к ФИО2 признать обоснованным и удовлетворить в части.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1, компенсацию морального вреда в размере 5 000,00 рублей.

В удовлетворении остальной части исковые требований, отказать.

Взыскать с ФИО2 в бюджет муниципального образования муниципальный район Белгородский район государственную пошлину в размере 300,00 рублей.

Решение может быть обжаловано в Белгородский областной суд в течение месяца с момента изготовления текста решения в окончательной форме, путем подачи апелляционной жалобы через Белгородский районный суд.

Судья С.Н.Марковская

Мотивированный текст решения изготовлен 17.11.2017 года

Судья С.Н.Марковская