Председательствующий в суде 1-й инстанции Зорин О.А.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 22-9/2019

город Североморск

15 февраля 2019 года

Северный флотский военный суд под председательством судьи Груздева К.Ю., при секретаре Вайгачеве В.Л.., с участием старшего помощника военного прокурора Северного флота полковника юстиции ФИО3, рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении военного суда апелляционное представление старшего помощника военного прокурора Северодвинского гарнизона капитана юстиции Варушина В.М. на постановление судьи Северодвинского гарнизонного военного суда от 12 декабря 2018 года об отказе в удовлетворении ходатайства заместителя военного прокурора Северодвинского гарнизона о разрешении отмены постановлений следователя военного следственного отдела Следственного комитета Российской Федерации по гарнизону Северодвинск лейтенанта юстиции ФИО6 от 14 августа 2018 года о прекращении уголовного преследования и уголовного дела №23/03/0003-15 в отношении ФИО7, ФИО8 и ФИО9,

у с т а н о в и л:

Обжалуемым постановлением судьи отказано в удовлетворении ходатайства заместителя военного прокурора Северодвинского гарнизона подполковника юстиции ФИО10 о разрешении отмены постановлений следователя военного следственного отдела Следственного комитета Российской Федерации по гарнизону Северодвинск лейтенанта юстиции ФИО6 от 14 августа 2018 года о частичном прекращении уголовного преследования в отношении ФИО7, ФИО8 и ФИО9 по признакам преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, п. "а", "в", "г", "з" ч.2 ст.126 УК РФ на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, то есть отсутствием в деянии состава преступления, а также о прекращении уголовного преследования и уголовного дела №23/03/0003-15 в отношении ФИО7, ФИО8 по признакам преступлений, предусмотренных ч.1 ст.120 УК РФ, ч.3 ст.30, п. "а", "г" ч.2 ст.127 УК РФ на основании п.3 ч.1 ст.27 УПК РФ, то есть вследствие акта об амнистии, а также ФИО9 в совершении этих же преступлений на основании ст.25 УПК РФ, то есть в связи с примирением сторон.

В апелляционном представлении Варушин В.М., не соглашаясь с постановлением судьи, просит его отменить и направить материалы на новое рассмотрение в Северодвинский гарнизонный военный суд. 

Аргументируя представление, Варушин утверждает, что выводы суда, изложенные в постановлении, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. При этом суд вследствие допущенных существенных нарушений норм процессуального права необоснованного отказал в заявленном прокурором ходатайстве о разрешении отмены постановлений следователя и на соответствие данных постановлений следователя требованиям ч.4 ст.7 УПК РФ не проверял, оценку изложенным в ходатайстве доводам прокурора о конкретных обстоятельствах и новых сведениях, подлежащих дополнительному расследованию, не дал. 

Так как в ходатайстве прямо указано о неправильной квалификации действий ФИО7, ФИО8 и ФИО9, то вывод суда о том, что несогласие прокурора с указанной квалификацией не может являться предметом данного судебного разбирательства, противоречит требованиям ст.214.1 УПК РФ.

Не соответствует действительности утверждение суда о том, что при прекращении уголовного преследования и уголовного дела получены согласия указанных лиц. Суд оставил без внимания, что в силу требований ч.2 ст.27 УПК РФ прекращение уголовного дела по основаниям, указанным в ст.25 и п.3 ч.1 ст.27 УПК РФ не допускается, если обвиняемый против этого возражает.

ФИО7, ФИО11 и ФИО9 с предъявленным им обвинениям по ч.1 ст.120 УК РФ, ч.3 ст.30, п. "а", "г" ч.2 ст.127 УК РФ не признали, а поэтому согласие указанных лиц на прекращение уголовного дела, полученное в 2015 году до предъявления обвинения, не может являться основанием для прекращения уголовного дела в 2018 году.

Ранее после отмены прокурором постановлений о прекращении данного уголовного дела следователем в полном объеме не выполнялись изложенные в постановлениях указания прокурора, а именно: не отражено подробное содержание переписки ФИО9 со свидетелем ФИО1., не прослушаны и не отражены в протоколе присланные последним аудиозаписи; не допрошен г-н ФИО2., а поэтому противоречия в показаниях ФИО9 и ФИО1 не устранены; не осмотрены сведения о движении денежных средств по банковским счетам ФИО9, открытых в ПАО "Сбербанк"; не получены достоверные сведения о принадлежности абонентского номера ЗАО "Теле2-Архангельск", предположительно зарегистрированного на имя ФИО7; полученные сведения из компании сотовой связи о соединениях к протоколу не приложены; не получены сведения от всех операторов мобильной связи о регистрации абонентских номеров на имя ФИО7, ФИО8 и ФИО9; не проведена фоноскопическая и техническая экспертиза аудиозаписи разговора в ходе оперативного эксперимента от 22 января 2015 года; не проведена психолого-психиатрическая экспертиза потерпевшего ФИО4.

В связи с этим необоснованным является вывод суда о выполнении следователем указаний надзорного органа по данному делу.

В возражениях руководитель военного следственного отдела Следственного комитета Российской Федерации по гарнизону Северодвинск майор юстиции ФИО12 полагал представление не подлежащим удовлетворению. 

В судебном заседании прокурор привел доводы, аналогичные изложенным в представлении, и настаивал на его удовлетворении.

Изучив представленные материалы, обсудив доводы, изложенные в апелляционном представлении, и возражения на него, заслушав мнение прокурора, флотский военный суд приходит к следующему.

В соответствии с ч.1.1 ст.214 и ст.214.1 УПК РФ отмена постановления о прекращении уголовного дела или уголовного преследования по истечении одного года со дня его вынесения допускается на основании судебного решения, принимаемого по результатам рассмотрения соответствующего ходатайства прокурора или руководителя следственного органа о разрешении отмены постановления о прекращении уголовного дела или уголовного преследования в порядке, предусмотренном ст.214.1 УПК РФ. При этом право суда по результатам рассмотрения ходатайства отказать в его удовлетворении прямо предусмотрено п.2 ч.4 ст.214.1 УПК РФ.

Из представленных материалов следует, что 23 января 2015 года следователем военного следственного отдела Следственного комитета Российской Федерации по гарнизону Северодвинск старшим лейтенантом юстиции Потовиченко в отношении младшего сержанта ФИО7, ефрейтора ФИО8, а также гр-ки ФИО9 возбуждено уголовное дело (№23/03/0003-15) по признакам преступления, предусмотренного ч.3 ст.30 и п. "а", "в", "г" ч. 2 ст. 126 УК РФ. 

Кроме того, 13 мая 2015 года в отношении указанных лиц возбуждено уголовное дело (№ 23/03/0024-15) по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст.30 и ч. 1 ст. 120 УК РФ. Названные уголовные дела соединены в одно производство и уголовному делу присвоен номер 23/03/0003-15.

29 июня 2015 года в отношении ФИО7, ФИО8 и ФИО9 возбуждено уголовное дело (№ 23/03/0030-15) по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст.120 УК РФ, которое соединено в одном производстве с уголовным делом №23/03/0003-15. 

Постановлением следователя военного следственного отдела Следственного комитета Российской Федерации по гарнизону Северодвинск от 14 мая 2015 года ФИО7 предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30 ч. 1 ст. 120 и ч. 3 ст. 30, п. "а", "в", "г", "з" ч. 2 ст. 126 УК РФ; 20 июля 2015 года – новое обвинение в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 120 и ч. 3 ст. 30, п. "а", "в", "г", "з" ч. 2 ст. 126 УК РФ; 14 сентября 2015 года – новое обвинение в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 120, ч. 3 ст. 30 и п. "а", "г" ч. 2 ст. 127 УК РФ.

Постановлением следователя военного следственного отдела Следственного комитета Российской Федерации по гарнизону Северодвинск от 29 июля 2015 года ФИО8 предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст.120 и ч. 3 ст. 30, п. "а", "в", "г", "з" ч. 2 ст. 126 УК РФ; 11 сентября 2015 года – новое обвинение в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст. 120 и ч. 3 ст. 30, п. "а", "г" ч. 2 ст. 127 УК РФ.

Постановлением следователя военного следственного отдела Следственного комитета Российской Федерации по гарнизону Северодвинск от 21 июля 2015 года ФИО9 предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст.120 и ч. 3 ст. 30, п. "а", "в", "г", "з" ч. 2 ст. 126 УК РФ, а 18 августа 2015 года – новое обвинение в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст.120 и ч. 3 ст. 30, п. "а", "г" ч. 2 ст. 127 УК РФ.

Постановлением заместителя руководителя военного следственного отдела Следственного комитета Российской Федерации по гарнизону Северодвинск майором юстиции ФИО13 от 30сентября 2015года уголовное преследование в отношении ФИО7 и ФИО8 прекращено на основании п. 3 ч. 1 ст. 27 УПК РФ, то есть вследствие акта об амнистии, а постановлением этого же лица от 19ноября 2015 года прекращено уголовное преследование в отношении ФИО9 по основанию, предусмотренному ст. 25 УПК РФ, то есть в связи с примирением сторон.

Названные постановления следственного органа отменены постановлением заместителя военного прокурора Северного флота от 13 мая 2016 года полковника юстиции ФИО14

В последующем на основании постановлений следственного органа от 21 июля 2016 года, 14 ноября 2016 года, 17 мая 2017 года, 13 ноября 2017 года и 12 апреля 2018 года уголовное дело прекращалось по аналогичным основаниям, однако соответствующими постановлениями надзорного органа от 19 сентября 2016 года, 06 марта 2017 года, 06 сентября 2017 года, 15 марта 2017 года и 11 июля 2018 года они отменялись, а уголовного дело направлялось руководителю военного следственного отдела Следственного комитета Российской Федерации по гарнизону Северодвинск для возобновления предварительного расследования. 

Постановлениями следователя военного следственного отдела Следственного комитета Российской Федерации по гарнизону Северодвинск лейтенанта юстиции ФИО6 от 14 августа 2018 года частично прекращено уголовное преследование ФИО7, ФИО8 и ФИО9 по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. "а", "в", "г", "з" ч. 2 ст. 126 УК РФ, по основанию, предусмотренному п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, то есть в связи с отсутствием в деянии состава преступления, а также в отношении ФИО7 и ФИО8 прекращено уголовное преследование по признакам преступлений, предусмотренных ч.1 ст. 120 и ч. 3 ст. 30, п. "а", "г" ч. 2 ст. 127 УК РФ, на основании п. 3 ч. 1 ст. 27 УПК РФ, то есть вследствие акта об амнистии, и в отношении ФИО9 в совершении названных преступлений на основании ст. 25, то есть в связи с примирением сторон. 

Принимая решение по ходатайству заместителя военного прокурора Северодвинского гарнизона, суд исследовал представленные на судебную проверку материалы и пришел к правильному выводу об отсутствии оснований для его удовлетворения, поскольку постановления следственного органа о прекращении уголовного преследования и уголовного дела в отношении ФИО7, ФИО8 и ФИО9 по вышеназванным основаниям являются мотивированными и обоснованными, а доводы надзорного органа в ходатайстве не убедительными и достаточными для дачи судом разрешения отменить постановления следователя для последующего возобновления предварительного расследования.

Расследуемое на протяжении длительного времени уголовное дело в отношении указанных лиц неоднократно прекращалось по не реабилитирующим основаниям и отменялось постановлениями надзорного органа. При этом в ходе возобновленного предварительного расследования, вопреки утверждению в апелляционном представлении, следователем выполнены все значимые указания прокурора, направленные на полноту расследования (получение сведений о движении денежных средств по банковским счетам, открытым на имя ФИО9, проверка сведений об оплате ФИО9 услуг адвоката Медведева, истребование данных у операторов мобильной связи по абонентским номерам, зарегистрированным на имена обвиняемых, получение результатов оперативно-розыскных действий, а невозможность выполнения отдельных следственных действий по делу обусловлена объективными причинами, на которые имеется ссылка в постановлении следователя (утрата ФИО9 телефона, отсутствие аудиозаписи разговора ФИО9 и ФИО5 и др.). 

Вместе с тем в ходе дополнительного расследования убедительных доказательств, ставящих под сомнение правильность квалификации действий обвиняемых и обоснованность выводов следователя о возможности прекращения уголовного преследования в отношении указанных лиц, а также уголовного дела, не получено. Указания прокурора в ходатайстве на необходимость получения следователем отдельных документов, проведения психолого-психиатрической экспертизы потерпевшего и устранения процессуальных нарушений, допущенных при производстве следственных действий, не указывают на явное несоответствие предъявленных ФИО7, ФИО8 и ФИО9 обвинений содеянному ими. 

Мнение прокурора со ссылкой на ч.2 ст.27 УПК РФ о том, что уголовное преследование в отношении ФИО7, ФИО8 и ФИО9 не подлежало прекращению, поскольку в 2015 году после согласия обвиняемых на прекращение уголовного дела вследствие акта об амнистии и в связи с примирением сторон соответственно, в последующем при предъявлении обвинений они не признали свою вину в инкриминируемых преступлениях, является несостоятельным, так как для прекращения уголовного преследования по названным основаниям обязательного признания обвиняемыми своей вины не требуется, а само по себе несогласие с предъявленными обвинениями при четко выраженном ими согласии на прекращение уголовного дела по не реабилитирующим основаниям после разъяснения последствий порядка прекращения уголовного дела не может расцениваться в качестве возражений этих лиц против принятия такого решения органом следствия.

Как видно из материалов дела, ФИО9, ФИО7 и ФИО8 обвиняются в совершении преступлений средней тяжести. ФИО7 и ФИО8 принимали участие в проведении контртеррористической операции на территории Республики Дагестан и в своих заявлениях просили прекратить уголовное преследование вследствие акта об амнистии (т.4, л.д. 161, 163). Потерпевший ФИО4 и обвиняемая ФИО9, указав в своих заявлениях о достигнутом примирении, просили прекратить уголовное преследование по основанию, предусмотренному ст.25 УПК РФ (т.4, л.д. 100, 202).

Помимо этого, является ошибочной ссылка в апелляционном представлении на то, что при вынесении постановления о прекращении уголовного дела следователь исходил из соответствующих заявлений обвиняемых, поданных им до предъявления обвинений в 2015 году, так как в 2017 году ФИО9, ФИО7 и ФИО8 в своих обращениях в следственный орган также высказали согласие на прекращение уголовного преследования в отношении них по не реабилитирующим основаниям (т.6, л.д. 272, 275, 284). 

Более того, об отсутствии каких-либо претензий к обвиняемым и о согласии прекратить в отношении них уголовное дело потерпевший неоднократно заявлял в ходе предварительного расследования, в том числе при допросах в октябре 2016 года, апреле и ноябре 2017 года (т.6, л.д.33, 92, 280). 

Данная позиция потерпевшего, по мнению суда апелляционной инстанции, также находит подтверждение в том, что в августе 2018 года ФИО4, будучи не согласный с возобновлением предварительного расследования по делу, обжаловал в суд постановление военного прокурора Северодвинского гарнизона от 15 марта 2018 года. 

При принятии решения по данному ходатайству гарнизонный военный суд верно руководствовался правовой позицией Конституционного Суда РФ, в том числе изложенной в Определении от 10 февраля 2016 года №223-О, согласно которой при решении вопросов, связанных с возобновлением прекращенных уголовных дел, надлежит исходить из необходимости обеспечения и защиты как интересов правосудия, прав и свобод потерпевших от преступлений, так и прав и законных интересов лиц, привлекаемых к уголовной ответственности, недопустимо произвольное многократное возобновление прекращенного уголовного дела по одному и тому же основанию (в частности, по причине неполноты проведенного расследования), создающее для лица, в отношении которого дело было прекращено, постоянную угрозу уголовного преследования. 

Изучив изложенные прокурором в ходатайстве основания, приняв во внимание срок предварительного расследования, а также многократность отмен постановлений следователя, гарнизонный военный суд, вопреки мнению в представлении, обоснованно не усмотрел оснований для удовлетворения просьбы прокурора разрешить отмену постановления следователя от 14 августа 2018 года о прекращении уголовного преследования и уголовного дела в отношении ФИО7, ФИО8 и ФИО9 по признакам вышеназванных преступлений. 

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену постановления суда, не допущено. 

При таких обстоятельствах оснований для отмены или изменения обжалуемого постановления суда не имеется.

Руководствуясь п.1 ч.1 ст.389.20 и ст. 389.28 УПК РФ, флотский военный суд

п о с т а н о в и л:

Постановление судьи Северодвинского гарнизонного военного суда от 12 декабря 2018 года об отказе в удовлетворении ходатайства заместителя военного прокурора Северодвинского гарнизона о разрешении отмены постановлений следователя военного следственного отдела Следственного комитета Российской Федерации по гарнизону Северодвинск лейтенанта юстиции ФИО6 от 14 августа 2018 года о прекращении уголовного преследования и уголовного дела №23/03/0003-15 в отношении ФИО7, ФИО8 и ФИО9 оставить без изменения, а апелляционное представление старшего помощника военного прокурора Варушина В.М. – без удовлетворения.

Председательствующий