ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

18 января 2019 года г. Иркутск 

Свердловский районный суд г. Иркутска в составе: 

председательствующего судьи Лобач О.В.,

при секретарях Соболь О.В., Поморгайло Т.А., Кожуховой И.А., Горностаевой А.В., 

с участием государственных обвинителей Артеменко Э.А., Кораблиной С.Г., Ситникова Д.Ю., подсудимой ФИО1, защитников Зарубиной Е.В., представившей удостоверение № 1608 и ордер № 53, ФИО3, представившей удостоверение № 3272 и ордер № 43/18,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело № 1-7/2019 в отношении:

ФИО1, .... не судимой, 

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 303 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

Подсудимая ФИО1 совершила преступление, предусмотренное ч. 2 ст. 303 УК РФ, а именно фальсификацию доказательств по уголовному делу лицом, производящим дознание, при следующих обстоятельствах.

Подсудимая ФИО1, являясь должностным лицом, производящим дознание, наделенным организационно – распорядительными полномочиями и правом принимать решения, имеющие юридическое значение и влекущие юридические последствия, а именно старшим дознавателем отделения дознания отдела полиции № 3 МУ МВД России «Иркутское» (далее по тексту ОД ОП № 3 МУ МВД России «Иркутское») .... назначенной на указанную должность приказом начальника управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по городу Иркутску 

<

Номер обезличен> л/с от 

<

Дата обезличена>, действующей на основании Должностного регламента (должностной инструкции) от 

<

Дата обезличена>, утвержденной начальником ОП № 3 МУ МВД России «Иркутское», уполномоченная в пределах компетенции, предусмотренной ст. 40, 41, 150 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, производить предварительное расследование в форме дознания по находящимся в её производстве уголовным делам, имея специальное звание – майор полиции, с 

<

Дата обезличена> производила дознание по возбужденному в указанную дату дознавателем ЖЕИ и принятому к производству 

<

Дата обезличена> уголовному делу 

<

Номер обезличен> в отношении ЧАА о совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 228 УК РФ.

В период времени с 

<

Дата обезличена> по 

<

Дата обезличена>, более точные дата и время органом следствия и судом не установлены, у подсудимой ФИО1, находящейся в ОП-3 МУ МВД России «Иркутское» по адресу: г. Иркутск, бул. ФИО4, 45 «б», осознававшей, что по факту обнаружения 

<

Дата обезличена> наркотических средств у доставленного в отдел полиции ЧАА будет возбуждено уголовное дело по ч. 1 ст. 228 УК РФ, дознание по которому будет поручено ей в целях равномерного распределения нагрузки, возник умысел, направленный на фальсификацию доказательств по уголовному делу, в связи с тем, что ФИО1, действуя из иной личной заинтересованности, а именно в целях экономии своего времени в ходе проведения следственного действия, не желала организовывать должным образом, в соответствии УПК РФ, производство следственных действий по уголовному делу. 

С целью реализации указанного умысла, направленного на фальсификацию доказательств по уголовному делу, а именно протокола допроса подозреваемого ЧАА, старший дознаватель ФИО1 в период времени с 10 часов 47 минут по 13 часов 06 минут 

<

Дата обезличена>, более точное время органом следствия и судом не установлено, находясь в ОП-3 МУ МВД России «Иркутское» по адресу: 

<

...> «б», действуя из иной личной заинтересованности, в целях экономии своего времени в ходе проведения дознания, умышленно, не желая проводить в предусмотренном законом порядке следственное действие - допрос подозреваемого ЧАА, осознавая общественную опасность своих действий, достоверно зная, что согласно ст. 75 УПК РФ доказательства, полученные с нарушением УПК РФ, являются недопустимыми, не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, вопреки положениям ст. 46 УПК РФ, а также ст. 156 УПК РФ, согласно которой, предварительное расследование начинается с момента возбуждения уголовного дела, о чем следователь, дознаватель, орган дознания выносит соответствующее постановление, намереваясь ускорить производство дознания по уголовному делу и направление уголовного дела в суд, составила протокол допроса в качестве подозреваемого ЧАА без фактического его проведения и до возбуждения уголовного дела, который фактически не имел статуса подозреваемого, при этом указала дату проведения данного следственного действия, не соответствующую действительности, а именно указала – 

<

Дата обезличена>, хотя фактически протокол допроса в качестве подозреваемого ЧАА был составлен 

<

Дата обезличена>, тем самым сфальсифицировав доказательство по уголовному делу 

<

Номер обезличен> - протокол допроса подозреваемого.

Продолжая реализовывать свой умысел, направленный на фальсификацию доказательств по уголовному делу, подсудимая ФИО1 с 10 часов 47 минут до 13 часов 06 минут 

<

Дата обезличена>, более точное время органом следствия и судом не установлено, но после совершения фальсификации протокола допроса подозреваемого ЧАА, находясь в ОП-3 МУ МВД России «Иркутское» по адресу: 

<

...> «б», действуя из иной личной заинтересованности, в целях экономии своего времени в ходе проведения следственного действия, умышленно, не желая проводить в предусмотренном законом порядке следственное действе в виде проверки показаний на месте с участием ЧАА, осознавая общественную опасность своих действий, достоверно зная, что согласно ст. 75 УПК РФ доказательства, полученные с нарушением УПК РФ, являются недопустимыми, не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, понимая, что своими умышленными действиями она совершает фальсификацию доказательства и вносит ложные сведения в протокол следственного действия по уголовному делу 

<

Номер обезличен>, без фактического присутствия на действительном месте инкриминируемого ЧАА преступления в 

<

адрес обезличен>, не устанавливая обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела путем проведения проверки показаний подозреваемого на месте, связанном с исследуемым событием, в соответствии со ст. 194 УПК РФ, а также осознавая, что согласно ч. 1 ст. 74 УПК РФ доказательствами по уголовному делу являются любые сведения, на основе которых суд, прокурор, следователь, дознаватель в порядке, определенном УПК РФ, устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела, заведомо зная, что в соответствии с п.п. 1, 5 ч. 2 ст. 74 УПК РФ показания подозреваемого, обвиняемого и протоколы следственных действий с их участием являются доказательствами по уголовному делу и относятся к официальным документам, так как обладают соответствующей формой и реквизитами, которые указаны в Уголовно-процессуальном кодексе Российской Федерации, вопреки интересам службы, из личной заинтересованности, выразившейся в стремлении сэкономить свое время при проведении следственного действия – проверки показаний на месте с участием подозреваемого ЧАА, а также, не желая находиться на улице в холодное время года, достоверно зная, что местом совершения инкриминируемого ЧАА преступления является поле, расположенное около 

<

адрес обезличен>, что следовало из материалов проверки, а также ЧАА в начале проведения проверки показаний на месте указал, что необходимо проехать на поле, расположенное около 

<

адрес обезличен>, совместно с участвующими лицами проследовала к иному месту, расположенному неподалеку от ОП №3 МУ МВД России «Иркутское», а именно к местности, находящейся на территории стадиона «Рекорд», расположенного по адресу: 

<

...> «г», что было для нее очевидно, где провела проверку показаний на месте с участием ЧАА под фотосъемку, после чего при составлении протокола проверки показаний на месте умышленно внесла в указанный протокол заведомо ложные сведения, указав, что данное следственное действие было проведено на поле, расположенном неподалеку от р.

<

адрес обезличен>, а также указала дату проведения данного следственного действия, не соответствующую действительности, а именно указала – 

<

Дата обезличена>, хотя фактически проверка показаний на месте с внесенными в протокол заведомо ложными сведениями о месте проведения следственного действия была проведена 

<

Дата обезличена>, и до возбуждения уголовного дела, когда ЧАА не имел статуса подозреваемого, тем самым, сфальсифицировав доказательство по уголовному делу 

<

Номер обезличен> - протокол проверки показаний на месте.

После чего, приняв к производству уголовное дело 

<

Номер обезличен>, возбужденное 

<

Дата обезличена>, лицо, производящее дознание, – старший дознаватель ФИО1, умышленно, 

<

Дата обезличена>, находясь в ОП-3 МУ МВД России «Иркутское» по адресу: г. Иркутск, бул. ФИО4, 45 «б», приобщила к уголовному делу указанные сфальсифицированные ею доказательства, а затем 

<

Дата обезличена>, находясь в том же месте, включила указанные сфальсифицированные доказательства – протокол допроса подозреваемого ЧАА, датированный 

<

Дата обезличена>, протокол проверки показаний на месте с участием подозреваемого ЧАА, датированный 

<

Дата обезличена>, в обвинительный акт по уголовному делу 

<

Номер обезличен>.

<

Дата обезличена> подсудимая ФИО1 направила в порядке ч. 4 ст. 225 УПК РФ уголовное дело 

<

Номер обезличен> в отношении ЧАА в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 228 УК РФ, прокурору Свердловского района г. Иркутска для утверждения обвинительного акта с приобщенными к уголовному делу сфальсифицированными доказательствами в виде протокола проверки показаний на месте с участием подозреваемого ЧАА от 

<

Дата обезличена> и протокола допроса подозреваемого ЧАА от 

<

Дата обезличена>.

<

Дата обезличена> обвинительный акт по уголовному делу 

<

Номер обезличен> утвержден заместителем прокурора Свердловского района г. Иркутска советником юстиции САВ 

<

Дата обезличена> уголовное дело 

<

Номер обезличен> с сфальсифицированными вышеуказанными доказательствами поступило в Свердловский районный суд 

<

адрес обезличен> для рассмотрения по существу.

Подсудимая ФИО1 виновной себя в фальсификации доказательств по уголовному делу в отношении ЧАА не признала, от дачи показаний отказалась, воспользовавшись правом, предусмотренным ст. 51 Конституции РФ, пояснив, что готова отвечать на заданные сторонами и судом вопросы после оглашения показаний.

В судебном заседании, в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 276 УПК РФ, оглашены показания, данные ФИО1 при производстве предварительного расследования в качестве подозреваемой. 

Из показаний ФИО1 в качестве подозреваемой от 

<

Дата обезличена> (том 1 л.д. 69-73), а также данных ею в судебном заседании следует, что 

<

Дата обезличена> ей начальником дознания ИЕА было передано в производство уголовное дело в отношении ЧАА, который подозревался в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 228 УК РФ. Сразу после передачи уголовного дела в ее производство, она позвонила адвокату ГФИ, чтобы он приехал представлять интересы ЧАА, который в тот момент уже находился в отделе полиции. Допросив ЧАА в качестве подозреваемого с участием защитника, она уведомила всех, что проверка показаний на месте с ним будет проведена 

<

Дата обезличена> в утреннее время. На момент допроса ЧАА она видела в уголовном деле объяснение последнего о том, что наркотическое средство было приобретено им в поселке 

<

адрес обезличен>. Аналогичные показания были даны им и при допросе в качестве подозреваемого в присутствии защитника. На следующий день ЧАА пришел в отдел полиции с защитником ГФИ, где ему было предложено указать место, где его показания будут проверяться. ЧАА, как и при допросе в качестве подозреваемого, пояснил, что наркотические средства он приобрел на поле в поселке 

<

адрес обезличен>. На автомашине защитника ГФИ они проследовали по тому адресу, который указал ЧАА Весь маршрут движения был зафиксирован ею со слов подозреваемого, который находился на переднем пассажирском сиденье. Поскольку стекла были замерзшие, она не видела, куда они приехали, но при этом, выйдя из машины, она поняла, что это то место, где ЧАА собирал наркотические средства. ЧАА сам указал на участок местности, где он собирал наркотики, в связи с чем, она все занесла в протокол и сфотографировала ЧАА, после чего села в машину, где составила протокол, который все затем и подписали. О том, что эта местность оказалась территорией стадиона «Рекорд», ей не было известно, поскольку она раньше ни в поселке Маркова, ни на стадионе «Рекорд» никогда не была. После составления и подписания протокола проверки показаний на месте в машине защитника ГФИ, ЧАА поехал по своим делам, при этом добавила, что все сведения в протоколах допроса ЧАА и проверке показаний на месте были написаны именно со слов последнего. Полагает, что ЧАА оговаривает ее с целью избежать уголовной ответственности за совершенное им преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 228 УК РФ.

Виновность подсудимой ФИО1 в фальсификации доказательств по уголовному делу, несмотря на не признание своей вины, полностью подтверждается представленными суду и исследованными в ходе судебного разбирательства доказательствами.

Свидетель ЖЛА (сотрудник полиции) суду показала, что работает в ОП-3 дознавателем. Ранее в их отделе работала дознаватель ФИО1, которая в 2017 году вышла из декретного отпуска. Нареканий к работе ФИО1 у начальства не было. В апреле 2018 года она узнала, что в отношении ФИО1 проводится проверка по факту фальсификации доказательств по уголовному делу в отношении ЧАА, которое находилось в ее производстве и было направлено в январе 2018 года в суд. Охарактеризовала ФИО1 только с положительной стороны, как исполнительного, ответственного работника.

Отвечая на вопросы сторон, свидетель ЖЛА добавила, что, несмотря на то, что в должностной инструкции дознавателя не указаны границы территории отдела полиции, в котором она работает, ей известно, что стадион «Рекорд» относится к территории Свердловского района г. Иркутска. Также сообщила, что материалы проверок в порядке ст.ст. 144-145 УПК РФ собирают участковые, оперативные сотрудники либо сотрудники ДПС, после чего привозят в отдел полиции уже готовые материалы, и они, как дознаватели, рассматривают данные материалы для решения вопроса о возбуждении уголовного дела или проводят следственные действия, при этом по всем материалам проверок, связанным с незаконным оборотом наркотических средств, имеются исследования экспертов, которые приобщаются к материалу участковыми или иными лицами.

Свидетель ИЕА (сотрудник полиции) суду показала, что работает начальником дознания отдела полиции № 3, где также работала дознавателем ФИО1, у которой в производстве находилось уголовное дело в отношении ЧАА Изначально данное уголовное дело было возбуждено дознавателем ЖЕИ, а затем сразу после возбуждения уголовного дела оно было передано в целях равномерной нагрузки ФИО1 После того, как уголовное дело было направлено в суд, ей стало известно, что по уголовному делу имеется сфальсифицированный протокол проверки показаний на месте, который был признан судом недопустимым доказательством. Осуществляя процессуальный контроль за расследованием уголовных дел дознавателями, она при направлении уголовного дела прокурору не заметила, что в деле имелась фотография, сделанная не в поселке Маркова, где Черниговский собирал наркотические средства.

Кроме того, как и свидетель ЖЛА пояснила, что ей не знакомы границы территории отдела полиции № 3, поскольку положение, которое определяет границы отделов полиции, находится у начальника, однако добавила, что территория стадиона «Рекорд» граничит с территорией Марковского муниципального образования, а также с отделом полиции 

<

Номер обезличен>.

Дополнительно отвечая на вопросы сторон, свидетель ИЕА пояснила порядок поступления в отдел дознания материалов проверок по преступлениям, связанным с незаконным оборотом наркотических средств, при котором проверки в порядке ст. 144 УПК РФ проводят участковые, которые потом передают материалы для принятия решения, которые содержат административные протоколы, объяснения лиц, понятых, которые участвовали при изъятии наркотических средств, результаты исследования. После поступления материалов она отписывает материал проверки конкретному дознавателю, который и возбуждает уголовное дело, при этом заблаговременно не известно о том, какому дознавателю будет отписан материал проверки или уголовное дело. 

Также пояснила порядок проведения следственного действия – проверки показаний на месте, способы фиксации показаний лица, с чьим участием проводится следственное действие, и подтвердила, что дознаватель должна проверить адрес места, который называет лицо как место совершения преступления.

При этом согласилась, что при описанном в протоколе проверки показаний на месте с участием ЧАА маршруте движения невозможно оказаться на стадионе «Рекорд» Свердловского района г. Иркутска.

Свидетель ЖЕИ (сотрудник полиции) суду пояснила, что 

<

Дата обезличена> она по переданному ей начальником дознания ИЕА материалу проверки возбудила уголовное дело в отношении ЧАА Из данного материала следовало, что ЧАА совершил преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 228 УК РФ. После возбуждения уголовного дела она передала его начальнику дознания ИЕА, поскольку только начальник распределяет нагрузку, записывает его регистрационный номер в журнал, указывает фамилию дознавателя, который будет расследовать, сами дознаватели не могут оставлять себе без указания уголовное дело, именно начальник должна отписать уголовное дело для расследования. По поводу расследования дознавателем ФИО1 уголовного дела в отношении ЧАА ей ничего не известно, но пояснила, что ЧАА она в отдел полиции на 15 или 

<

Дата обезличена> не вызывала, о том, как ЧАА 

<

Дата обезличена> через 20 минут после возбуждении уголовного дела мог оказаться в отделе полиции, достоверно ответить не смогла. 

Дополнительно отвечая на вопросы сторон, пояснила порядок осуществления пропускного режима в отделе полиции, порядок вызова должностного лица в дежурную часть при посещении отдела полиции гражданских лиц и добавила, что стадион «Рекорд» относится к территории 

<

адрес обезличен>, при этом сам стадион виден с дороги на расстоянии около 200 метров, поскольку там имеется и вывеска стадиона.

Аналогичные показания в части нахождения стадиона «Рекорд» и его визуальном наблюдении были даны свидетелем ТАМ который пояснил, что территория стадиона «Рекорд» хорошо узнаваема, при въезде на территорию стадиона имеются железные ворота, наверху большими буквами написано – «стадион «Рекорд», слева при въезде находится административное здание хоккейного клуба «Байкал Энергия», прямо при въезде находится административное здание спортивной школы «Рекорд», имеется хоккейное поле, которое заливается зимой водой, летом оно предназначено для игры в футбол, есть еще одно футбольное поле, а также две площадки - волейбольная и баскетбольная. Иной возможности, нежели чем через железные ворота, над которыми имеется большая вывеска, попасть на территорию стадиона «Рекорд» невозможно, при этом добавил, что находясь на территории стадиона «Рекорд», невозможно не увидеть и не понять того факта, что ты находишься именно на территории указанного стадиона. 

Свидетель КАВ (сотрудник полиции) суду показала, что в декабре 2017 года осуществляла дежурство в отделе полиции 

<

Номер обезличен> на контрольно –пропускной вахте. Для фиксации на вахте предусмотрен журнал учета посетителей. Порядок вызова должностного лица, к которому пришел посетитель, выглядит следующим образом: сотрудник контрольно-пропускной вахты записывает в журнал посетителей данные посетителя, время его прихода, фамилию сотрудника, к которому пришел посетитель, цель визита. Дополнительно по громкой связи вызывается на пропускной пункт должностное лицо, к которому пришел посетитель, поэтому не занести данные посетителя в журнал и при этом пропустить данного посетителя в отдел полиции - невозможно. 

Свидетель КДИ (сотрудник полиции) суду показал, что работает участковым уполномоченным отдела полиции 

<

Номер обезличен>. В декабре 2017 года к ним в отдел был доставлен ЧАА, который совершил административное правонарушение – мелкое хулиганство. По этой причине им был составлен протокол личного досмотра ЧАА, в ходе которого у него было изъято, предположительно, наркотическое средство. Данное средство было им упаковано, опечатано и направлено на экспертизу. После получения результатов исследования он передал материал в отдел дознания для принятия правового решения. 

<

Дата обезличена> он, возможно, созванивался с ЧАА по сотовому телефону, однако, по какому поводу были разговоры, пояснить не может, предположил, что ЧАА мог принести какие-то недостающие документы, сам он документов, удостоверяющих личность ЧАА, у последнего не забирал.

Отвечая на вопросы сторон, дополнил, что с ЧАА ни о чем не договаривался, он не помнит, чтобы ЧАА приходил к нему в отдел полиции 

<

Дата обезличена>, о том, что уголовное дело в отношении ЧАА будет передано дознавателю ФИО1, он не знал. Также пояснил, что обслуживает территорию стадиона «Рекорд» 

<

адрес обезличен>, при этом о наличии на железных воротах вывески с надписью «стадион «Рекорд» ему ничего не известно. 

Свидетель ГФИ (адвокат) суду показал, что работая адвокатом, в декабре 2017 года по просьбе дознавателя ФИО1, с которой ранее не был знаком, осуществлял защиту ЧАА, который подозревался в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 228 УК РФ. Находясь в отделе полиции № 3, ЧАА был в его присутствии допрошен в качестве подозреваемого. В ходе допроса ЧАА сообщил, что собрал наркотическое средство на поле, расположенном в поселке 

<

адрес обезличен>. Все, что нашло свое отражение в протоколе допроса ЧАА, было сообщено непосредственно самим ЧАА Никаких сомнений в правдивости показаний ЧАА у него не возникло. На следующий день с его участием, а также с участием ЧАА дознавателем ФИО1 была проведена проверка показаний на месте. По указанию ЧАА они втроем на его автомашине поехали в 

<

адрес обезличен>. Дорогу показывал сам ЧАА В итоге по тем указаниям, которые давал ЧАА, они приехали к лесистой местности, расположенной на территории стадиона «Рекорд», который расположен в районе «Синюшина гора» 

<

адрес обезличен>. Они проехали ворота и остановились по указанию ЧАА возле лесистой местности. Он понял, что указанное ЧАА место, фактически находится на стадионе «Рекорд», так как он ранее был неоднократно на указанном стадионе, но не стал ничего говорить по этому поводу, поскольку его позиция должна совпадать с позицией подзащитного, при этом он не думал о том, что ЧАА вводит кого-то в заблуждение, так как около стадиона располагалась лесная местность, и он считал, что раз ЧАА указал на это место именно как на 

<

адрес обезличен>, то значит, данная лесная местность может относиться именно к территории поселка Маркова. На его уточняющий вопрос ЧАА пояснил, что именно в указанном месте он собирал наркотическое средство. Дознаватель ФИО1 фиксировала показания ЧАА в протоколе, а место, где им было собрано наркотическое средство, была ею сфотографировано. После этого они проследовали на машине по указанию ЧАА на остановку общественного транспорта, где его задержали сотрудники полиции за совершение административного правонарушения. После подписания протокола каждый разъехался по своим делам. Причины, по которым в протоколе проверки показаний на месте с участием ЧАА, не были отражены сведения о том, что данная проверка показаний на месте с указанием места совершения преступления фактически была проведена на стадионе «Рекорд», он не знает, поскольку значения этому не придал. В дальнейшем он еще раз встречался с ЧАА по просьбе последнего для обсуждения вопросов, связанных с его защитой, при этом ЧАА звонил ему с другого номера телефона, нежели того, который он ему изначально давал. Кроме того, свидетель ГФИ пояснил, что в ходе осуществления защиты ЧАА он, действительно, выписывал ордер, при этом допустил, что исправления в дате, которые указаны вверху ордера и по ходу текста, были сделаны им, однако, достоверно утверждать, что именно он вносил такие изменения, не может.

Свидетель ЧАА суду показал, что 

<

Дата обезличена> он на своей автомашине проследовал в район поселка 

<

адрес обезличен> для того, чтобы собрать наркотическое средство ..... Насобирав в пакет наркотики, он выехал на машине на дорогу, однако был остановлен сотрудниками полиции, которые через несколько часов доставили его в отдел полиции, где забрали у него пакет с наркотиками, предложили ему квалифицировать его действия по более мягкой статье, пояснив, что ему будет назначено наказание в виде штрафа, упомянув в своем разговоре, что расследованием уголовного дела будет заниматься дознаватель ФИО1 Сотрудники полиции дали ему другой пакет, в котором, по их словам, находились также наркотики, но в меньшем количестве. Указанный пакет был у него в присутствии понятых изъят одним из сотрудников полиции. В этот день дознавателя ФИО1 не было уже на месте, поэтому участковый КДИ забрал у него паспорт, отпустил домой, но сказал прийти на следующий день в утреннее время, дав номер своего сотового телефона. На следующий день он позвонил КДИ, сообщил, что в назначенное время прийти не сможет, попросил прийти позже, на что КДИ дал свое согласие. В дальнейшем он еще несколько раз созванивался с КДИ, уведомляя о своем прибытии в отдел полиции. КДИ провел его через вахту и сопроводил в кабинет к дознавателю ФИО1 На протяжении полутора часов он беседовал с ФИО1 по уголовному делу, хотя думал, что это административное правонарушение. Не отрицает, что сообщал ей сведения, в том числе, о своей жизни, родственниках, ей же он сообщил и действительные обстоятельства, при которых произошло его задержание и доставление в отдел полиции. По прошествии указанного времени приехал адвокат ГФИ, в его присутствии никого не допрашивали, он подписал много бумаг, не читая их, после чего ФИО1 сказала, что необходимо съездить на проверку показаний на месте. Выйдя на улицу, они сели в машину адвоката ГФИ и куда-то поехали. В процессе движения он слышал, как ФИО1 указывала направление движения, говорила, куда именно нужно ехать, при этом он сидел на заднем сиденье, а ФИО1 на переднем пассажирском. Кроме того, до поездки на машине ФИО1 высказалась о том, что у нее нет теплой обуви, и она не собирается ходить по сугробам. Через некоторое время они приехали на стадион «Рекорд», где он ранее не был, ФИО1 указала ему место, куда необходимо встать, где он, якобы, собирал наркотические средства, после чего сфотографировала его. О том, что это была территории стадиона «Рекорд», он понял не только из разговора между ГФИ и ФИО1, но и по железным воротам, через которые они проезжали в машине, на которых была большая вывеска. Кроме того, они сфотографировались на остановке общественного транспорта, где его, якобы, задержали сотрудники полиции за административное правонарушение. Затем он поехал по своим делам. 15 и 

<

Дата обезличена> он к дознавателю ФИО1 не приходил и не приезжал, что подтверждается сведениями о соединениях его сотового телефона, которые он приобщал в ходе следствия. Через несколько дней он встретился с защитником ГФИ, но поскольку, как он понял, ГФИ был в курсе всего происходящего и не внушал доверия, он не стал пользоваться его услугами и пригласил другого адвоката, которому и сообщил действительные обстоятельства по уголовному делу. При рассмотрении его уголовного дела в суде он сообщал сведения, в том числе, и о том, что был задержан другими сотрудниками полиции, а не за совершение административного правонарушения. По согласованию с адвокатом он съездил к данным сотрудникам, просил их выступить в суде, чтобы они сказали правду, что они его задержали на поле в поселке Маркова. 

Дополнительно отвечая на вопросы сторон, он пояснил, что маршрут движения от отдела полиции к тому месту, где он собирал наркотическое средство, ему не был известен, узнал о нем только позднее, прочитав протокол проверки показаний на месте, таких сведений дознавателю ФИО1 он не сообщал. То, что место, где его фотографировала дознаватель ФИО1, относится к стадиону «Рекорд» он понял, в том числе, исходя из того, что в это время на стадионе играли девушки в форме «Байкал Энергия», а на территории самого стадиона стояли машины.

По ходатайству стороны защиты в связи с существенными противоречиями, в соответствии с ч. 3 ст. 281 УПК РФ, оглашены показания свидетеля ЧАА, данные им при производстве предварительного расследования.

Допрошенный 

<

Дата обезличена> свидетель ЧАА пояснял, что проверка показаний на месте с его участием была проведена 14-

<

Дата обезличена> (том 1 л.д. 58-61).

Аналогичные сведения были даны им и при проведении проверки показаний на месте 

<

Дата обезличена> (том 1 л.д. 63-68).

Свидетель ЧАА показания, данные в ходе предварительного следствия в части даты проведения дознавателем ФИО1 с его участием проверки показаний на месте, подтвердил, но при этом уточнил, что проверка показаний на месте была проведена именно 

<

Дата обезличена>, а данные о том, что проверка показаний на месте могла быть проведена 

<

Дата обезличена> и что наркотические средства он собирал также 

<

Дата обезличена>, не соответствуют действительности и являются явной ошибкой или опечаткой.

В связи с чем, суд находит объяснение противоречий свидетелем вполне логичным и отдает предпочтение показаниям свидетеля ЧАА в части даты проведения проверки показаний на месте, данным в ходе судебного следствия, учитывая при этом, что судом фактически были установлены обстоятельства, при которых ЧАА был доставлен в отдел полиции в вечернее время именно 

<

Дата обезличена>, когда он собирал наркотические средства в поселке Маркова в этот же день, а потому принимает показания свидетеля на стадии следствия как доказательство вины ФИО1 в той части, в какой они не противоречат другим доказательствам.

Подсудимая ФИО1 после допроса свидетеля и оглашения его показаний, заявила, что давая такие показания, ЧАА оговаривает ее, поскольку желает уйти от уголовной ответственности за совершенное им преступление.

Вместе с тем, свидетель ЧАА опроверг такие доводы подсудимой, пояснив, что он никогда не отрицал того факта, что находясь на поле в поселке 

<

адрес обезличен>, он собирал наркотические средства для личных целей, однако, его задержание, доставление в отдел полиции, изъятие наркотических средств, время и порядок проведения с ним следственных действий, были совершены с ним при иных обстоятельствах, нежели тех, которые указаны в материалах уголовного дела. При этом размер наркотического средства, который был им собран, был явно больше того количества, который ему дали сотрудники полиции.

Все эти обстоятельства и позволили, по мнению суда, прийти органу предварительного расследования в форме дознания к выводу, что в действиях ЧАА отсутствует состав инкриминируемого преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 228 УК РФ, в связи с чем, 

<

Дата обезличена> уголовное дело в отношении него было прекращено по п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

Таким образом, оценив показания свидетеля ЧАА в совокупности с другими доказательствами, в том числе, объективными, суд считает, что доводы подсудимой относительно порочности показаний данного свидетеля были опровергнуты в судебном заседании, в связи с чем, расценивает утверждения подсудимой ФИО1 надуманными и несостоятельными.

Объективным подтверждением вины подсудимой ФИО1 являются следующие доказательства.

В ходе предварительного следствия следователем был осмотрен служебный кабинет 

<

Номер обезличен> ФИО1, расположенный в ОП-3 МУ МВД России «Иркутское» по адресу: 

<

...> «б», установлено место совершения преступления (том 1 л.д. 76-83).

<

Дата обезличена> по месту жительства ФИО1 по адресу: 

<

адрес обезличен> был проведен обыск, в ходе которого были изъяты ноутбук марки «ДНС», компьютерная мышь и зарядное устройство (том 1 л.д. 95-99). После осмотра указанных предметов (том 1 л.д. 153-197) они были возвращены ФИО1 на ответственное хранение (том 1 л.д. 200-201).

<

Дата обезличена> была осмотрена территория стадиона «Рекорд» по адресу: 

<

...> «г». В ходе осмотра было установлено, что при входе на территорию стадиона имеются металлические ворота, на которых имеется надпись «стадион «Рекорд». На территории стадиона имеются спортивные сооружения, здание с вывеской «Байкал Энергия», кассы, игровые площадки, рядом со стадионом по левую сторону расположена лесная местность (том 1 л.д. 142-150).

В ходе предварительного расследования следователем были осмотрены материалы уголовного дела 

<

Номер обезличен>, возбужденного 

<

Дата обезличена> в отношении ЧАА, с документов которого были получены копии, которые приобщены к материалам уголовного дела в качестве вещественных доказательств (том 1 л.д. 153-197, 198).

Суд, допросив свидетелей, подсудимую ФИО1, проверяя и оценивая каждое доказательство с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, находит их относимыми, допустимыми, достоверными, а в совокупности достаточными для разрешения уголовного дела и установления виновности подсудимой ФИО1 в содеянном, несмотря на непризнание своей вины, поскольку последовательные и стабильные показания ряда свидетелей подтверждаются совокупностью изложенных доказательств.

Так, свидетель ЧАА подробно изложил не только обстоятельства приобретения им наркотических средств на поле в поселке 

<

адрес обезличен>, но и обстоятельства его задержания, доставления в отдел полиции, изъятия наркотических средств, а также обстоятельства, при которых дознавателем ФИО1 проводились следственные и процессуальные действия с его участием. 

Несмотря на то, что в возбуждении уголовного дела в отношении сотрудников полиции ПЕЮ, КДИ, ВАС 

<

Дата обезличена> было отказано, а 

<

Дата обезличена> данное постановление было отменено, суд, вопреки утверждениям подсудимой ФИО1 и его защитников о порочности показаний свидетеля ЧАА, не находит оснований сомневаться в правдивости и достоверности показаний указанного свидетеля. 

При этом суд учитывает, что согласно ч. 1 ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению, а подсудимой ФИО1 не предъявлено никаких обвинений, связанных с подменой наркотических средств по уголовному делу в отношении ЧАА, а также сговоре с вышеуказанными сотрудниками полиции, на что ссылается свидетель ЧАА

Показания свидетеля ЧАА достоверно отражают как обстоятельства совершенного ФИО1 преступления, так и иные обстоятельства, которые имеют существенное значение при оценке показаний допрошенных по уголовному делу свидетелей, в том числе, со стороны защиты - ЛМС и САА

Все показания ЧАА основаны именно на личном восприятии как непосредственного участника событий как в период с 13 по 

<

Дата обезличена>, так и последующие события, связанные с судебным следствием по уголовному делу в отношении него, а не на полученных опосредованным путем данных преступления. Свидетель ЧАА последовательно и логично объяснил причины, по которым первоначальные его показания в части даты проведения проверки показаний на месте были изложены иначе. Такие неточности в показаниях ЧАА были оговорены им в судебном заседании, которые соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

В судебном заседании подсудимая ФИО1 и ее защитники попытались опорочить не только показания свидетеля ЧАА, уверяя суд, что последний оговаривает ФИО1, желая избежать уголовной ответственности, но и собранные органами предварительного расследования доказательства, утверждая, что процедура возбуждения уголовного дела не была нарушена, уголовное дело в отношении ЧАА было передано в ее производство 

<

Дата обезличена>, в связи с чем, она не могла проводить следственные действия с ЧАА 

<

Дата обезличена>.

Вместе с тем доводы о порочности ряда доказательств суд не может признать обоснованными, поскольку приведенные подсудимой и стороной защиты ссылки на отдельные доказательства по делу не отражают в полной мере их существо и оценены ими в отрыве от других доказательств, имеющихся по делу, в то время как именно суд дает оценку всей совокупности доказательств, представленных как стороной обвинения, так и стороной защиты.

Из материалов уголовного дела следует, что 

<

Дата обезличена> участковым отдела полиции № 3 ПАА за совершение административного правонарушения в отдел полиции № 3 МУ МВД России «Иркутское» был доставлен ЧАА, у которого в ходе личного досмотра участковым отдела полиции № 3 КДИ был обнаружен и изъят пакет с веществом, предположительно, являющимся наркотическим, что нашло свое отражение в рапорте об обнаружении признаков преступления, составленном последним.

Регистрация рапорта в книге учета сообщений о преступлениях явилась поводом к проведению по данному факту проверки сообщения о преступлении и направлении указанного вещества на исследование.

Действительно, в соответствии с материалами уголовного дела в отношении ЧАА 

<

Дата обезличена> на основании постановления о передаче сообщения о преступлении по подследственности, материалы проверки были переданы в отдел дознания отдела полиции № 3 для принятия правового решения.

В этот же день дознаватель отдела дознания отдела полиции № 3 ЖЕИ в соответствии с поручением, данным ей начальником дознания ИЕА, приняла решение о возбуждении уголовного дела в отношении ЧАА по ч. 1 ст. 228 УК РФ, которое было у нее изъято и передано в производство дознавателю ФИО1

При таких обстоятельствах каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона, устанавливающих порядок возбуждения уголовного дела, при вынесении постановления от 

<

Дата обезличена> допущено не было: постановление вынесено уполномоченным должностным лицом после проверки наличия поводов и основания для возбуждения уголовного дела (ст. 140 УПК РФ), в материалах дела имеется рапорт об обнаружении признаков преступления, что не противоречит положениям ст. 143 УПК РФ, постановление вынесено в установленный законом срок, надлежаще мотивировано и соответствует нормам закона (ст. 146 УПК РФ).

Однако, подсудимой ФИО1 вменяется органами следствия не нарушение процедуры, связанной с возбуждением уголовного дела, а фальсификация доказательств по уголовному делу, а именно фабрикация протокола допроса подозреваемого ЧАА и протокола проверки показаний на месте с его участием, проведение следственных действий как раз до возбуждения уголовного дела и внесение в указанные протоколы обстоятельств, содержащих заведомо ложные сведения, которые затем были приобщены к материалам уголовного дела в качестве доказательств совершения ЧАА преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 228 УК РФ.

Свидетели ЖЕИ и ИЕА в суде уверяли, что обстоятельства, при которых было возбуждено уголовное дело в отношении ЧАА, установлены представленными суду копиями материалов уголовного дела в отношении ЧАА, из которых, как указывалось выше, следует, что уголовное дело было возбуждено дознавателем ЖЕИ 

<

Дата обезличена> на основании представленных участковым уполномоченным КДИ в этот же день материалов, после чего уголовное дело было передано в производство дознавателю ФИО1 

Вместе с тем, данные свидетели не учли, что на постановлении о передаче сообщения по подследственности от 

<

Дата обезличена> имеется резолюция начальника дознания ИЕА, где содержится никем не оговоренное изменение даты поручения дознавателю ЖЕИ о принятии правового решения по ст. 228 УК РФ. Изучение данного документа позволяет прийти к выводу, что изначально в поручении стояла дата – 

<

Дата обезличена>, вместо исправленной на 

<

Дата обезличена>.

Кроме того, свидетель ЖЕИ пояснила, что после возбуждения уголовного дела в отношении ЧАА она передала его начальнику дознания ИЕА и больше уголовное дело в ее производство не поступало, при этом подозреваемого ЧАА она не вызывала и не видела в этот день.

Свидетель ИЕА также пояснила, что возбужденное ЖЕИ уголовное дело в отношении ЧАА она передала в производство дознавателю ФИО1 

<

Дата обезличена>.

Однако, никто из указанных свидетелей, а также сама подсудимая ФИО1, не смогли мотивированно и логично объяснить причину, по которой через 20 минут после возбуждения уголовного дела, то есть 

<

Дата обезличена> в 16 часов 35 минут, подсудимая ФИО1 уже приступила к допросу подозреваемого ЧАА, которого никто из них не вызывал в отдел полиции на указанное время для допроса. 

Не было логического объяснения и тому факту, что на постановлении о возбуждении уголовного дела начальником дознания ИЕА имеются две резолюции – одна дознавателю ЖЕИ для принятия уголовного дела к производству, а другая в этот же день - дознавателю ФИО1 также для принятия уголовного дела к производству, при тех показаниях, данных свидетелями, что уголовное дело дознаватель ЖЕИ сразу же после возбуждения уголовного дела передала начальнику ИЕА и больше к своему производству его не принимала.

Как пояснил в судебном заседании свидетель ЧАА 

<

Дата обезличена>, а также 

<

Дата обезличена> дознаватель ФИО1 не проводила с его участием следственных действий, 

<

Дата обезличена> он подписал дознавателю ФИО1 по просьбе последней много бумаг, с содержанием которых не знакомился. 

Такие показания свидетеля являются логичными исходя из того, что подсудимая ФИО1, а также свидетели ЖЕИ и ИЕА показали, что не вызывали ЧАА на 

<

Дата обезличена> в отдел полиции, в то время как из информации о телефонных соединениях абонентского номера 

<

***>, принадлежащего и находящегося в пользовании ЧАА, предоставленных ООО «Т2 Мобайл» за 

<

Дата обезличена> следует, что 

<

Дата обезличена> ЧАА не мог присутствовать на допросе у дознавателя ФИО1 в отделе полиции, поскольку находился в других районах 

<

адрес обезличен> и, в частности, в период времени с 16 часов 05 минут до 16 часов 48 минут (в протоколе допроса подозреваемого указано время 16 часов 35 минут – 17 часов 35 минут) находился в районе 

<

адрес обезличен> и 

<

адрес обезличен>.

Защитник подсудимой ФИО1, выступая в прениях сторон, сослалась на показания свидетеля ГФИ, данные им в судебном заседании, согласно которых ЧАА звонил ему через несколько дней после инкриминируемых ФИО1 событий, якобы, с другого номера телефона.

Вместе с тем, такие показания свидетеля ГФИ являются голословными, объективно ничем не подтверждены и заявлены были им только на стадии судебного следствия, при этом каких-либо конкретных данных, свидетельствующих о поступающих ему звонках от ЧАА с других номеров телефонов, суду представлено и сообщено не было.

Свидетель ЧАА как на предварительном следствии, так и в судебном заседании последовательно утверждал, что на протяжении всего периода времени он пользовался только одним телефоном с абонентским номером 

<

***>, никому телефон в пользование не давал, номера телефонов не менял.

Такие показания были объективно подтверждены представленными стороной обвинения доказательствами, из которых следует, что 14, 15 и 

<

Дата обезличена> ЧАА пользовался одной моделью телефона с IMEI номером 

<

Номер обезличен> с абонентским номером 

<

Номер обезличен> (том 1 л.д. 191-193, 241-242).

Свидетель КАВ, в свою очередь, показала, что работая на контрольно-пропускной вахте отдела полиции, записывала в журнал посетителей данные всех посетителей, время их прихода, фамилию сотрудника, к которому пришел посетитель, а также цель визита, уверяя суд, что не занести данные посетителя в журнал и при этом пропустить посетителя в отдел полиции – невозможно.

Однако и такие показания свидетеля являются несостоятельными, поскольку, несмотря на то, что согласно данных журнала посетителей от 

<

Дата обезличена> ЧАА не проходил в отдел полиции № 3, вместе с тем, в таком журнале отсутствуют сведения о приходе ЧАА в отдел полиции 15 и 

<

Дата обезличена>, когда, как уверяет подсудимая ФИО1, она проводила следственные действия с ЧАА в отделе полиции. 

По сути, все показания свидетелей ЖЛА, ИЕА, КАВ и ЖЕИ сводятся к описанию процедуры собирания материалов проверки в порядке ст. 144-145 УПК РФ, возбуждения уголовного дела, порядка изъятия и передачи уголовного дела от одного дознавателя к другому, проведению следственных и процессуальных действий, пропуска посетителей в отдел полиции, которые регламентированы нормативно-правовыми актами, а также действующим уголовно-процессуальным законодательством. Никаких доказательств, которые позволили бы суду прийти к выводу о невиновности подсудимой ФИО1 в инкриминируемом преступлении, указанные свидетели не сообщили. 

Более того, такие показания свидетелей обусловлены, по мнению суда, не только ложно понимаемой помощью, оказываемой подсудимой ФИО1, которая являлась их коллегой по работе на протяжении длительного периода времени, но и боязнью быть привлеченными к какой-либо ответственности, поскольку свидетель ЧАА фактически указывает на такие нарушения требований действующего законодательства, установление которых может явиться основанием для привлечения указанных лиц к различного вида ответственности.

При оценке показаний указанных свидетелей суд учитывает и наличие фактически приятельских отношений между ними и подсудимой ФИО1, обусловленное такими отношениями нежелание прямо свидетельствовать против подсудимой, которая также как ИЕА и ЖЕИ не стала свидетельствовать против них.

Аналогичным образом это относится и к показаниям свидетеля КДИ, поскольку свидетель ЧАА утверждал в судебном заседании, что КДИ не только забрал его паспорт, но и являлся свидетелем подмены наркотических средств, которые он собрал на поле в поселке Маркова, а потому такие показания в судебном заседании свидетеля КДИ направлены исключительно на дискредитацию свидетеля ЧАА и обусловлены желанием опорочить его показания.

К такому выводу суд пришел, в том числе, исходя из того, что в судебном заседании свидетель КДИ утверждал, что если 

<

Дата обезличена> свидетель ЧАА и приходил в отдел полиции, то только для того, чтобы донести какие-либо документы.

Вместе с тем, анализ приобщенных к материалам настоящего уголовного дела копий уголовного дела в отношении ЧАА, свидетельствуют о том, что в них отсутствуют документы, датированные 

<

Дата обезличена>, что позволяет прийти к выводу о голословности, надуманности и неискренности показаний свидетеля КДИ в этой части.

Все доводы и версии, выдвигаемые подсудимой и ее защитниками в ходе судебного следствия тщательно проверялись, но не нашли своего подтверждения. Анализ материалов уголовного дела позволяет суду прийти к выводу, что показания подсудимой ФИО1, которые суд считает надуманными и несостоятельными, направлены исключительно на то, чтобы дискредитировать свидетеля ЧАА, в том числе и потому, что он, якобы, неоднократно был замечен на поле в поселке 

<

адрес обезличен>, где произрастает наркотическое средство конопля.

В подтверждение данной версии по ходатайству стороны защиты в судебном заседании были допрошены свидетели ЛМС и САА

Свидетель САА (сотрудник полиции) суду показал, что в 2018 году к ним в отдел пришел ранее незнакомый молодой человек, позже он узнал его фамилию как ЧАА, который обманным путем узнал данные его сотрудника ЛМС, сообщив о, якобы, совершенном в отношении его брата указанным сотрудником преступлении. Он вызвал ЛАА к себе в кабинет, где в его присутствии ЧАА стал говорить о том, что его привлекают к уголовной ответственности за незаконный оборот наркотических средств, в связи с чем, просил ЛАА прийти в суд и изменить показания, чтобы «развалить» его дело в суде, дав свой номер телефона, на что ЛМС ответил отказом.

Аналогичные показания были даны свидетелем ЛМС (сотрудник полиции), из которых следует, что ЧАА ему знаком по роду его деятельности. Ранее ЧАА он видел на поле в поселке 

<

адрес обезличен>, который, как он полагал, собирал наркотические средства. Однако установив, что у ЧАА не было при себе никаких запрещенных предметов, он (ЧАА) был отпущен. Затем он увидел ЧАА уже в декабре 2017 года, когда проезжал около остановки общественного транспорта по бульвару ФИО4 в 

<

адрес обезличен>. ЧАА был задержан его знакомым участковым уполномоченным за совершение административного правонарушения. Поскольку участковый был без транспортного средства, он помог довести всех до отдела полиции. В дальнейшем он видел ЧАА у себя на работе, когда ЧАА пришел к начальнику САА и просил в его (САА) присутствии прийти в суд и изменить показания, чтобы помочь избежать уголовной ответственности за совершенное преступление, однако он отказал в этом ЧАА

Подвергая оценке показания указанных свидетелей, сопоставляя их с другими имеющимися доказательствами, суд считает их показания недостоверными и несоответствующими действительности, поскольку они полностью опровергаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств. 

Так, свидетель ЧАА последовательно утверждал, что 

<

Дата обезличена> был задержан сотрудниками полиции при иных обстоятельствах, нежели тех, которые были отражены в протоколе его допроса в качестве подозреваемого. При этом одним из сотрудников полиции являлся как раз ЛМС Он, действительно, в ходе судебного следствия по своему делу нашел ЛАА и просил его прийти в суд, чтобы дать правдивые показания относительно действительных обстоятельств его задержания и доставления в отдел полиции.

Таким образом, в судебном заседании установлено, что свидетель ЧАА ссылается на ЛАА как на лицо, которое задерживало его, доставляло в отдел полиции, вело с ним переговоры относительно квалификации его действий по незаконному обороту наркотических средств и осуществляло действия по подмене наркотических средств, в связи с чем, такие показания свидетеля ЛАА в судебном заседании обусловлены желанием опорочить показания свидетеля ЧАА, чтобы не быть привлеченным к ответственности за такие действия.

Показания же свидетеля САА в большей степени обусловлены желанием помочь своему коллеге ЛМС, которого, как считают указанные свидетели, оговаривает ЧАА

Более того, как установлено в судебном заседании, ЛАА дал показания о том, что ЧАА просил его изменить показания с целью избежать уголовной ответственности только в ходе судебного следствия по настоящему уголовного делу, в то время, как давая показания в судебном заседании по уголовному делу в отношении ЧАА, он не сообщил суду и сторонам о том, что к нему обращался ЧАА и просил изменить показания, хотя ему также задавались вопросы, связанные с задержанием и доставлением ЧАА в отдел полиции.

Этим и объясняется тот факт, что ЛАА отрицал в судебном заседании по делу ЧАА то обстоятельство, что задерживал и доставлял последнего из поселка 

<

адрес обезличен> в отдел полиции, поскольку установление таких обстоятельств может явиться основанием для привлечения его к ответственности.

Тем более, выглядит нелогичным при таких показаниях ЛАА желание ЧАА вообще пригласить данного свидетеля в судебное заседание для дачи показаний, поскольку, как пояснил ЛАА, он дал ЧАА понять, что не будет давать в суде ложных показаний. 

Свидетель ЧАА мотивированно опроверг такие показания свидетелей, сославшись на то, что обращение к ЛАА было обусловлено желанием дать последним показания в суде относительно фактических обстоятельств, связанных с его задержанием и доставлением в отдел полиции.

Давая показания в судебном заседании со ссылкой на показания свидетеля ГФИ, подсудимая ФИО1 уверяла суд, что не могла проводить с ЧАА следственные действия 

<

Дата обезличена>, а выполняла свою работу в рамках возбужденного 

<

Дата обезличена> уголовного дела в отношении ЧАА

Действительно, в судебном заседании свидетель ЧАА не отрицал того факта, что в протоколе его допроса в качестве подозреваемого, датированного 

<

Дата обезличена> и в протоколе проверки показаний на месте, датированном 

<

Дата обезличена>, стоит его подпись.

Аналогичным образом высказался и свидетель ГФИ, подтвердив наличие своих подписей в указанных протоколах.

Однако, несмотря на то, что в указанных протоколах имеются данные, что ЧАА были разъяснены права, предусмотренные законом, с предупреждением о возможности использования его показаний в качестве доказательств, в том числе и при последующем отказе от данных показаний, и при проведении указанных следственных действий присутствовал защитник, который является гарантом соблюдения конституционных прав подозреваемого, что по смыслу закона исключает неправомерные действия со стороны дознавателя, установленные судом фактические обстоятельства в совокупности с исследованными в судебном заседании доказательствами позволяют суду прийти к выводу, что все такие следственные действия, как допрос подозреваемого ЧАА и проверка показаний на месте с его участием, были проведены подсудимой ФИО1 до возбуждения в отношении ЧАА уголовного дела 

<

Номер обезличен>.

Анализируя показания свидетеля ГФИ в части даты, времени и обстоятельств проведения следственных действий с его участием и участием ЧАА, в совокупности с представленными сторонами доказательствами, суд приходит к твердому убеждению, что показания указанного свидетеля являются неискренними и направлены исключительно на то, чтобы ввести суд в заблуждение.

Так, свидетель ГФИ уверял суд, что допрос подозреваемого ЧАА проходил 

<

Дата обезличена> и его для проведения следственных действий вызывала дознаватель ФИО1

Вместе с тем, такие показания были мотивированно опровергнуты не только самим ЧАА, который пояснил, что его допрос проводился без участия защитника ГФИ, а проверка показаний на месте проводилась с защитником ГФИ 

<

Дата обезличена>, но и были объективно подтверждены детализацией абонентского номера, принадлежащего и находящегося в пользовании ЧАА, из которой следует, что 

<

Дата обезличена> он не мог присутствовать на допросе у дознавателя ФИО1 в отделе полиции, поскольку находился в указанное время в районе улиц Челнокова, Трактовой, ФИО5 и Розы Люксембург.

Согласно этой же детализации ЧАА 

<

Дата обезличена> в утреннее время находился в районе базовой станции по адресу: 

<

адрес обезличен>, бульвар ФИО4, 45, то есть в районе нахождения отдела полиции 

<

Номер обезличен>, куда он пришел по требованию участкового КДИ и где дознавателем ФИО1 проводился его допрос 

<

Дата обезличена>, а немногим позже и проверка показаний на месте.

Показания свидетеля ГФИ опровергаются и ордером самого адвоката ГФИ 

<

Номер обезличен> от 

<

Дата обезличена>, в котором имеется не оговоренное исправление в части даты с 14 на 

<

Дата обезличена>, что не допускается Порядком изготовления, хранения и выдачи ордеров адвокатам, утвержденным Советом Федеральной палаты адвокатов Российской Федерации 

<

Дата обезличена> (протокол 

<

Номер обезличен>), и, безусловно, свидетельствует о том, что допрос подозреваемого ЧАА, и, как следствие, проверка показаний на месте, проводились именно 

<

Дата обезличена>, как первоначально и было указано в ордере адвоката.

Позиция в деле ГФИ, ответы на вопросы сторон, очевидно, обусловлены его желанием максимально отстраниться от совершенного ФИО1 преступления, представить произошедшее события таким образом, что при его участии никакие преступные действия подсудимой ФИО1 не совершались, поскольку он являлся защитником подозреваемого ЧАА, который должен осуществлять в установленном уголовно-процессуальном законодательстве защиту прав и интересов подозреваемых и обвиняемых и оказывать им юридическую помощь при производстве по уголовному делу, а не формально относиться к своим обязанностям.

Кроме того, анализируя сам протокол допроса подозреваемого ЧАА, суд приходит к единственно правильному выводу, что он проводился именно 

<

Дата обезличена>.

Позволяет суду утвердиться в сложившемся убеждении тот факт, что такие сведения, как фамилия, имя, отчество подозреваемого ЧАА, дата и место его рождения, другие анкетные данные, а также сами показания ЧАА были напечатаны с помощью технических средств, однако такие сведения, как дата и время проведения следственного действия, номер уголовного, данные защитника, а также сведения о том, в чем именно подозревается ЧАА, с указанием вида и размера наркотических средств внесены рукописным текстом самой подсудимой ФИО1, что, безусловно, свидетельствует о том, что эти сведения были внесены подсудимой позднее, то есть после 

<

Дата обезличена>, поскольку на момент допроса ЧАА 

<

Дата обезличена> подсудимая ФИО1 логично не владела информацией о номере уголовного дела, о виде и размере наркотических средств, которые были обнаружены у ЧАА при его доставлении, потому что согласно материалов уголовного дела справка об исследовании поступила в распоряжении участкового КДИ только 

<

Дата обезличена>, а ее отсутствие явилось основанием для продления 

<

Дата обезличена> срока проверки сообщения о преступлении. 

Кроме того, дознавателю ФИО1 по состоянию на 

<

Дата обезличена> не было достоверно известно, что интересы ЧАА будет представлять именно защитник ГФИ 

На протяжении всего производства по делу свидетель ЧАА изобличал подсудимую ФИО1 в преступлении, его показания стабильны, последовательны, не имеют существенных для дела противоречий. Им, в отличие от свидетеля ГФИ, подробно описаны обстоятельства, при которых 

<

Дата обезличена> после формального допроса проводилась проверка показаний на месте.

Свидетель ЧАА пояснял, что проверка показаний на месте 

<

Дата обезличена> была формальной, маршрут движения от отдела полиции до того места, где он, якобы, собирал наркотическое средство, был ему не известен, он находился на заднем пассажирском сиденье в машине защитника ГФИ и все время молчал. О том, что в итоге они оказались на стадионе «Рекорд» 

<

адрес обезличен>, то есть не в том месте, где он действительно собирал наркотики, понял, когда стали заезжать на территорию стадиона, где имелись железные ворота, над которыми висела вывеска с надписью «стадион «Рекорд». На указанной территории, а именно на поле, играла женская хоккейная команда, имелись иные спортивные сооружения. 

Такие показания были подтверждены и свидетелем ФИО6, который подробно описал возможность въезда на территорию стадиона «Рекорд», наличие на данной территории спортивных сооружений, парковки для машин, баскетбольной и волейбольной площадок. 

Тем более и свидетель ГФИ подтвердил в судебном заседании, что проверка показаний на месте была фактически проведена на территории стадиона «Рекорд», однако продолжил уверять суд, что дорогу на стадион показывал ЧАА, не называя при этом названия улиц, по которым они двигались, что ЧАА сам указал место сбора наркотических средств, обозначив его как поле поселка 

<

адрес обезличен>, а потому он был уверен, что за стадионом «Рекорд» находится 

<

адрес обезличен>.

Вместе с тем и такие показания свидетеля ГФИ являются надуманными, неискренними и направлены на то, чтобы ввести суд в заблуждение.

Данные доводы были предметом проверки в судебном заседании, однако не нашли своего подтверждения, в связи с чем, являются не состоятельными.

Судом бесспорно установлено, что 

<

Дата обезличена> свидетель ЧАА находился с ГФИ и подсудимой ФИО1 в машине защитника.

По показаниям ГФИ дорогу показывал ЧАА, не называя улиц. Подсудимая ФИО1 также утверждает, что дорогу показывал ЧАА, но при этом он подробно описывал маршрут их движения, называл названия улиц, жилых комплексов, название дорожного тракта, а также остановок общественного транспорта, и данные показания она фиксировала в протоколе проверки показаний на месте.

Вместе с тем, анализ собранных доказательств, в том числе показаний ЧАА, ТАМ и других свидетелей позволяет суду прийти к твердому убеждению, что при описанном в протоколе проверки показаний на месте с участием ЧАА маршруте движения, который датирован 

<

Дата обезличена>, в то время как ЧАА не мог находиться в это время на проверке показаний на месте, что подтверждено представленными материалами, невозможно оказаться на стадионе «Рекорд» 

<

адрес обезличен>. 

Если, как утверждают свидетель ГФИ и подсудимая ФИО1, двигаться на машине по указанному в протоколе проверки показаний на месте маршруту, при этом называя названия улиц и иные достопримечательности, а подсудимая ФИО1 уверяла суд, что именно ЧАА указывал отраженный в протоколе проверки показаний на месте маршрут движения с названиями улиц, то и конечной целью будет именно поле, которое расположено в поселке Маркова иркутского района 

<

адрес обезличен>, а не лесистая местность и не стадион. 

При этом исходя из схемы проезда от отдела полиции № 3 до места приобретения ЧАА наркотических средств в районе поселка 

<

адрес обезличен>, как и указано в протоколе проверки показаний на месте, датированном 

<

Дата обезличена>, следует, что конечная точка, обозначенная как место приобретения ЧАА наркотических средств, находится на значительно удаленном расстоянии, вне 

<

адрес обезличен>, в то время как стадион «Рекорд» находится на территории 

<

адрес обезличен> и на небольшом расстоянии от отдела полиции № 3, откуда и начиналась проверка показаний на месте, что в своей совокупности и подтверждает показания свидетеля ЧАА, что подсудимая ФИО1 не желала проводить проверку показаний на месте именно в поселке Маркова в связи с желанием сократить свое время и ввиду отсутствия теплой обуви. 

Кроме того, подсудимая ФИО1 при таких обстоятельствах не могла не знать, что находится именно на территории стадиона «Рекорд», поскольку согласно материалов дела и в соответствии с показаниями свидетеля ТАМ при въезде на территорию стадиона имеются металлические ворота, на которых отражена большая надпись «стадион «Рекорд», а на самой территории находятся спортивные сооружения, игровые площадки, кассы. 

В указанный ЧАА период времени на стадионе занималась женская хоккейная команда «Байкал Энергия», а потому участники данного следственного действия не могли не заметить их, что свидетельствует об умысле подсудимой ФИО1 на фальсификацию протокола проверки показаний на месте и внесение в указанный протокол заведомо ложных сведений, не соответствующих действительности. А утверждение подсудимой ФИО1 об обратном с приведением неубедительных мотивов и доводов свидетельствует о желании избежать уголовной ответственности.

Абсолютно не логичным и неубедительным выглядит в такой ситуации объяснение свидетеля ГФИ, который, понимая, что находится в указанный период времени на стадионе «Рекорд», хотя согласно указанного в протоколе проверки показаний на месте должен находиться в поселке 

<

адрес обезличен>, не внес никаких замечаний в этой части в протокол, поставив под показаниями ЧАА свою подпись, испугавшись, как он пояснил, подачи на него со стороны ЧАА жалобы.

Правовая регламентация порядка производства проверки показаний на месте предусмотрена ст. 194 УПК РФ. Согласно положениям ч. 2 данной нормы уголовно-процессуального закона сущность указанного следственного действия заключается в том, что ранее допрошенное лицо воспроизводит на месте обстановку и обстоятельства исследуемого события, указывает на предметы, документы, следы, имеющие значение для уголовного дела, демонстрирует определенные действия.

Совокупность исследованных в судебном заседании доказательств, а также их анализ и оценка, позволяет суду прийти к твердому убеждению, что подсудимая ФИО1 в нарушение указанных требований закона, действуя из личной заинтересованности, а именно в целях экономии своего времени в ходе проведения следственного действия, не желая организовывать должным образом производство следственных действий по уголовному делу в отношении ЧАА, внесла в указанный протокол заведомо ложные, не соответствующую действительности сведения, а именно указала дату проведения – 

<

Дата обезличена>, хотя фактически проверка показаний на месте с внесенными в протокол заведомо ложными сведениями о месте проведения следственного действия была проведена 

<

Дата обезличена>, в том числе и до возбуждения уголовного дела, когда ЧАА не имел статуса подозреваемого, тем самым, сфальсифицировав доказательство по уголовному делу 

<

Номер обезличен> - протокол проверки показаний на месте.

Аналогичным образом подсудимая ФИО1 внесла в протокол допроса подозреваемого ЧАА заведомо ложные, не соответствующие действительности сведения, а именно: без фактического его проведения и до возбуждения уголовного дела указала дату проведения данного следственного действия как 

<

Дата обезличена>, хотя фактически протокол допроса в качестве подозреваемого ЧАА был составлен 

<

Дата обезличена>, тем самым сфальсифицировала доказательство по уголовному делу 

<

Номер обезличен> - протокол допроса подозреваемого.

Стороной защиты в интересах подсудимой ФИО1 заявлено о ее непричастности к совершению инкриминируемого преступления, о порочности доказательств стороны обвинения, показаний свидетеля ЧАА, заявлено об оговоре подсудимой данным свидетелем, а также указано на отсутствие в должностном регламенте и инструкции обязанности знать границы отдела полиции, в котором работала подсудимая ФИО1

Вместе с тем, помимо критики доказательств стороны обвинения, показаний о своей непричастности к содеянному, в обоснование своей позиции стороной защиты не представлено никаких доказательств, которые бы могли поставить под сомнение представленные стороной обвинения доказательства в этой части. 

Согласно ст. 12 Федерального закона от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» сотрудник органа внутренних дел при осуществлении служебной деятельности обязан знать и соблюдать Конституцию Российской Федерации, законодательные и иные нормативные правовые акты Российской Федерации в сфере внутренних дел, обеспечивать их исполнение; знать и исполнять должностной регламент (должностную инструкцию) и положения иных документов, определяющие его права и служебные обязанности, исполнять приказы и распоряжения прямых руководителей (начальников), а также руководствоваться законодательством Российской Федерации при получении приказа либо распоряжения прямого или непосредственного руководителя, соблюдать при выполнении служебных обязанностей права и законные интересы граждан, общественных объединений и организаций.

Согласно п.п. 2.1, 2.6 Должностного регламента, утвержденного начальником отдела полиции № 3 МУ МВД России «Иркутское» 

<

Дата обезличена>, подсудимая ФИО1, являясь старшим дознавателем отдела дознания, обязана была производить дознание по уголовным делам, неся персональную ответственность за выполнение возложенных на нее задач и функций, а по возбужденным делам обязана обеспечивать соблюдение процессуальных сроков дознания, законность и обоснованность привлечения к уголовной ответственности, качество расследования уголовных дел и выполнение требований уголовно-процессуального законодательства РФ.

В связи с чем, доводы подсудимой ФИО1 и стороны защиты о том, что подсудимая не знала и не обязана была знать границы отдела полиции, в котором работала, имея при этом достаточный опыт работы и необходимую квалификацию, суд отвергает и расценивает их как форму защиты.

Несмотря на то, что подсудимой ФИО1 вменяется органом предварительного расследования, в том числе, проведение указанных следственных действий до возбуждения уголовного дела, в то время как диспозиция ч. 2 ст. 303 УК РФ предусматривает ответственность за фальсификацию доказательств лицом, производящим дознание, дальнейшие действия ФИО1 после фактического принятия уголовного дела в отношении ЧАА к производству, как это установлено материалами уголовного дела, свидетельствуют о том, что она приобщила к уголовному делу сфальсифицированные ею доказательства, а затем включила указанные сфальсифицированные доказательства в обвинительный акт по уголовному делу в отношении ЧАА и направила уголовное дело прокурору для утверждения обвинительного акта с приобщенными к уголовному делу сфальсифицированными доказательствами, являясь, таким образом, субъектом указанного преступления.

Согласно ст. 83 УПК РФ протоколы следственных действий допускаются в качестве доказательств, если они соответствуют требованиям, установленным процессуальным законом. Положениями ч. 1 ст. 75 УПК РФ предусмотрено, что доказательства, полученные с нарушением требований УПК РФ, являются недопустимыми. Недопустимые доказательства не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания любого из обстоятельств, предусмотренных ст. 73 УПК РФ.

Само по себе содержание протоколов допросов не может считаться доказательством, если при их получении не были соблюдены требования ст. 166 УПК РФ. Таким образом, несоблюдение установленной формы допроса, проведение его до возбуждения уголовного дела и фактическое отсутствие защитника при допросе ЧАА в качестве подозреваемого, исключает возможность использования содержания его показаний как доказательства по уголовному делу. Доводы защиты о том, что фактические данные, изложенные в показаниях подозреваемого ЧАА, не были искажены и записаны, якобы, с его слов, не влияют на правильность выводов суда о виновности ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 303 УК РФ, поскольку, весь протокол допроса подозреваемого ЧАА, датированный 

<

Дата обезличена>, является сфальсифицированным источником доказательств, поскольку был проведен до возбуждения уголовного дела и в отсутствие защитника.

В соответствии с действующим законодательством, в обязанности дознавателя входит сбор доказательств по делу в установленном законом порядке, в целях обеспечения по делу надлежащего правосудия. За соблюдение установленного порядка сбора доказательств дознаватель несет персональную ответственность. 

Из материалов настоящего дела следует, что ФИО1, осуществляющей дознание по делу в отношении ЧАА, были представлены фальсифицированные ею доказательства, что согласно ст. 303 УК РФ образует состав преступления, связи с чем, представленные доказательства по данному преступлению, а также их совокупность, позволяют суду сделать однозначный, единственно правильный вывод о наличии в действиях ФИО1 состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 303 УК РФ, как фальсификация доказательств по уголовному делу лицом, производящим дознание.

В соответствии с ч. 2 ст. 303 УК РФ, под фальсификацией доказательств понимается, в том числе, и искусственное создание доказательств, независимо от того, являются ли они доказательствами обвинения или защиты, а также независимо от наступления каких-либо последствий и от целей его создания: осуждение лица, его оправдание, либо иная цель в соответствии с предусмотренным ст. 73 УПК РФ предметом доказывания.

Исследованные судом доказательства свидетельствуют о том, что органом следствия предмет фальсификации по делу определен правильно - протокол допроса подозреваемого ЧАА, датированный 

<

Дата обезличена>, и протокол проверки показаний на месте с его участием, датированный 

<

Дата обезличена>. Инкриминированное ФИО1 преступление, предусмотренное ч. 2 ст. 303 УК РФ, признается оконченным с момента предъявления надлежащим специальным субъектом - дознавателем, соответствующего протокола допроса подозреваемого и протокола проверки показаний на месте как доказательства для приобщения к материалам дела. Ссылка на указанные протоколы допроса и проверки показаний на месте как на доказательства по делу имеется и в обвинительном акте по делу ЧАА Признание или непризнание впоследствии этих доказательств недопустимыми не влияет на квалификацию содеянного как оконченного преступления.

Субъективная сторона данного деяния характеризуется прямым умыслом, поскольку ФИО1 не только осознавала, что допрос ЧАА и проведение проверки показаний на месте с его участием, она проводит до возбуждения уголовного дела, когда ЧАА не имел соответствующего статуса подозреваемого, искажая дату проведения указанных следственных действий, а в протоколе проверки показаний на месте указывает заведомо ложные сведения о месте проведения данного следственного действия, но и желала этого, что и установлено по настоящему делу, исходя из личного и виновного характера действий ФИО1 

При этом, мотивы и цели, которыми руководствовалась ФИО1, на квалификацию преступления не влияют.

Сомнений во вменяемости подсудимой ФИО1 у сторон и суда не возникло, поскольку подсудимая ФИО1 на учете у врача психиатра не состоит и никогда не состояла, психическими заболеваниями не страдает, с учетом личности подсудимой, ее адекватного поведения в судебном заседании, суд признает ФИО1 вменяемой и подлежащей уголовной ответственности и наказанию за содеянное.

При назначении наказания подсудимой ФИО1 суд, в соответствии со ст. 60 УК РФ, учитывает характер и степень общественной опасности совершенного умышленного преступления, относящегося, в соответствии с ч. 3 ст. 15 УК РФ, к категории преступлений средней тяжести, направленного против правосудия, личность виновной, в том числе, обстоятельства, смягчающие наказание, отсутствие отягчающих, а также влияние назначаемого наказания на исправление осужденной и на условия жизни ее семьи.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств суд признает наличие малолетних детей у виновной и привлечение к уголовной ответственности впервые.

Обстоятельств, отягчающих наказание, суд не усматривает в связи с их отсутствием.

В соответствии с ч. 1 ст. 6 УК РФ наказание и иные меры уголовно-правового характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, должны быть справедливыми, то есть соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного.

Руководствуясь ч. 1 ст. 6 УК РФ, принимая во внимание данные о личности подсудимой ФИО1, которая не судима и впервые привлекается к уголовной ответственности, ранее ни в чем предосудительном замечена не была, по месту жительства характеризуется положительно, жалоб со стороны соседей на нее не поступало, по предыдущему месту работы в качестве дознавателя зарекомендовала себя исключительно положительно, как дисциплинированный и аккуратный работник, нареканий к ее работе не имелось, учитывая, что подсудимая имеет на иждивении двух малолетних детей, нуждающиеся в воспитании и материальной поддержке, сообщений о ненадлежащем исполнении родительских обязанностей по воспитанию, обучению, содержанию своих несовершеннолетних детей ФИО1 не поступало, при этом имеет постоянное место жительства, то есть социально адаптирована, несмотря на то, что совершила преступление, относящееся к категории средней тяжести и направлено против правосудия, являясь дознавателем отдела полиции, ее посткриминальное поведение является безупречным, учитывая все вышеизложенные обстоятельства в своей совокупности, суд в данном конкретном случае считает возможным исправление и предупреждение совершения ФИО1 новых преступлений без изоляции ее от общества, считает справедливым и правильным назначить ей наказание, не связанное с реальным отбыванием, назначив лишение свободы не на максимальный срок, с применением ст. 73 УК РФ, условно, с лишением права занимать должности в правоохранительных органах, связанные с осуществлением функций представителя власти, поскольку приходит к выводу о том, что именно такое наказание будет соответствовать характеру и степени общественной опасности совершенного преступления, обстоятельствам совершения, личности подсудимой, а также, по мнению суда, окажет надлежащее влияние на исправление осужденной, формирование у нее уважительного отношения к обществу и стимулирование правопослушного поведения и будет способствовать ее исправлению, обеспечит достижение целей наказания.

Суд также учитывает влияние назначаемого наказания на исправление осужденной и условия жизни семьи подсудимой ФИО1, которая имеет двух малолетних детей, один из которых имеет ряд заболеваний. Учитывает наличие постоянного места жительства и все условия для нормального проживания и исправления, в связи с чем, назначение наказания, связанного с изоляцией ее от общества и направление ФИО1 в места лишения свободы крайне негативно может сказаться как на ней самой, так и на ее семье, затруднит в последующем ее малолетних детей социализацию в обществе. При этом суд приходит к выводу, что нахождение подсудимой в местах лишения свободы также не сможет обеспечить потребности подрастающих детей, несмотря на то, что у подсудимой есть и иные родственники, способные оказать надлежащую помощь и поддержку ее малолетним детям и семье.

Суд, назначая ФИО1 более строгий вид наказания из числа предусмотренных за совершенное преступление, предусмотренное ч. 2 ст. 303 УК РФ, в виде лишения свободы с лишением права занимать должности в правоохранительных органах, связанные с осуществлением функций представителя власти, считает, что только такое наказание ФИО1 является справедливым, будет соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновной, приходя к выводу, что менее строгие виды наказания не смогут обеспечить достижение целей наказания.

Суд не усматривает исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновной, ее поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, предусмотренных ст. 64 УК РФ, поскольку суд учел при назначении наказания ФИО1 все смягчающие наказание обстоятельства и не находит их совокупность, а также каждое в отдельности исключительными.

С учетом фактических обстоятельств совершенного преступления, способа его совершения, мотива, характера и размера наступивших последствий, личности подсудимой, которая характеризуется только с положительной стороны, степени общественной опасности преступления, совершение которого ФИО1, являвшейся должностным лицом правоохранительного органа, повлекло фактически причинение ущерба общественному правопорядку и дискредитировало авторитет органов внутренних дел Российской Федерации как системы органов государственной власти, суд приходит к выводу, что оснований для изменения категории преступления, в совершении которого обвиняется подсудимая ФИО1, на менее тяжкую, в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ, не имеется.

Вещественные доказательства по уголовному делу: ноутбук, зарядное устройство, компьютерную мышь, переданные на ответственное хранение ФИО1, - оставить в ее распоряжении, копии материалов уголовного дела 

<

Номер обезличен>, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств СО по Свердловскому району г. Иркутска СУ СК России по Иркутской области, - подлежат уничтожению.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 296-299, 303-304, 307-309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО1 признать виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 303 УК РФ, и назначить ей наказание в виде лишения свободы сроком на три года с лишением права занимать должности в правоохранительных органах, связанные с осуществлением функций представителя власти, сроком на два года.

На основании ст. 73 УК РФ назначенное наказание в виде лишения свободы считать условным, с установлением испытательного срока в течение трех лет. 

Испытательный срок исчислять с момента вступления приговора в законную силу. В испытательный срок зачесть время, прошедшее со дня провозглашения приговора.

На основании ч. 5 ст. 73 УК РФ возложить на осужденную ФИО1 следующие обязанности: не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего исправление осужденных; являться для регистрации в специализированный государственный орган, осуществляющий исправление осужденного в установленные уголовно-исполнительной инспекцией дни.

Вещественные доказательства по уголовному делу: компьютерную мышь, переданные на ответственное хранение ФИО1, - оставить в ее распоряжении, копии материалов уголовного дела 

<

Номер обезличен>, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств СО по Свердловскому району г. Иркутска СУ СК России по Иркутской области, - уничтожить по вступлении приговора в законную силу.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Иркутский областной суд в течение 10 суток со дня его провозглашения. В случае подачи апелляционной жалобы, осужденная вправе ходатайствовать о своем участии при рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий: