Дело №

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

18 ноября 2019 года 

<

адрес>

Центральный районный суд 

<

адрес> в составе председательствующего судьи Хитренко А.И.

при секретаре судебного заседания Шуман К.А.

с участием истца ФИО1,

представителя истца ФИО2,

ответчика ФИО3,

представителя ответчика ФИО4, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 чу о взыскании неосновательного обогащения,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратился в суд с указанным иском, просит с учетом уточнений взыскать с ФИО3 неосновательное обогащение в размере 1 575 000 рублей, что составляет ? от суммы денежных средств, уплаченных при покупке квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>; 2 100 000 рублей, что составляет ? от суммы денежных средств, уплаченных при покупке квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>; 100 000 рублей – сумму, похищенную из сейфа и присвоенную ответчиком. 

В обоснование заявленных требований указал, что истец ФИО1 его супруга ФИО5 и ее сын - ответчик ФИО3 проживали в 

<

адрес> края. В 2016 году решили поменять место жительства на 

<

адрес>. По различным причинам одновременно выехать из 

<

адрес> не смогли. Первым летом 2015 г. вылетел ФИО3, который остановился у своей тети (сестры матери) ФИО6 и проживал у нее по адресу: 

<

адрес> проспект, 

<

адрес> до приезда своей матери (супруги истца) ФИО5, которая должна была купить на совместно нажитые в браке денежные средства квартиру или квартиры в 

<

адрес> или в совместную, или в долевую собственность супругов. Только в начале июля 2016 г. истцу стало известно, что на совместные супружеские денежные средства ФИО5 были куплены две однокомнатные квартиры в 

<

адрес> на имя ее сына ФИО3 Одна квартира - по адресу: 

<

адрес>, находится во владении и пользовании ФИО3 (на нее право собственности возникло ДД.ММ.ГГГГ). Другая квартира - по адресу: 

<

адрес>, находилась во владении и пользовании супругов ФИО1 и ФИО5 На квартиру по адресу: 

<

адрес>, у ФИО3 возникло право собственности ДД.ММ.ГГГГ. после смерти ФИО5, умершей ДД.ММ.ГГГГ, истец полагал, что сохраняет право проживания в 

<

адрес>, так как при жизни ФИО5, так же как и она, истец был вселен в нее и зарегистрирован с согласия собственника ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ. ФИО3 не мог приобрести недвижимое имущество ни в марте, ни в апреле 2016 г., так как на тот момент никакого дохода не имел. ФИО5 являлась инвалидом I группы, также дохода не имела. Кроме того, ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ забрал из сейфа в квартире по месту жительства истца денежные средства в размере 100 000 рублей, сообщив, что они принадлежали его матери. Поскольку ввиду указанных обстоятельств у ответчика возникло неосновательное обогащение, истец обратился в суд с настоящим иском.

В судебном заседании истец ФИО1, представитель истца ФИО2 заявленные исковые требования поддержали, дали соответствующие пояснения.

Ответчик ФИО3, представитель ответчика ФИО4 исковые требования не признали, дали пояснения согласно письменному отзыву.

Выслушав истца, ответчика, представителей сторон, допросив свидетеля, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Согласно статье 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Неосновательное обогащение имеет две формы: неосновательное приобретение, то есть лицо приобрело имущество, не имея на это необходимых оснований и неосновательное сбережение, то есть лицо неосновательно сберегло имущество за счет другого лица.

Для возникновения обязательства из неосновательного обогащения необходимо наличие условий, которые должен доказать истец, обратившись в суд с таким иском, а именно:

- имеет место приобретение или сбережение имущества, то есть увеличение стоимости собственного имущества приобретателя, присоединение к нему новых ценностей или сохранение того имущества, которое по всем законным основаниям неминуемо должно было выйти из состава его имущества;

- приобретение или сбережение произведено за счет другого лица, а имущество потерпевшего уменьшается вследствие выбытия из его состава некоторой части или неполучения доходов, на которые это лицо правомерно могло рассчитывать;

- отсутствуют правовые основания, то есть, когда приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого не основано ни на законе (иных правовых актах), ни на сделке, а значит, происходит неосновательно.

В соответствии с частью 1 статьи 9 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В силу части 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

По смыслу указанных норм, обязательства, возникшие из неосновательного обогащения, направлены на защиту гражданских прав, так как относятся к числу внедоговорных, и наряду с деликтными служат оформлению отношений, не характерных для обычных имущественных отношений между субъектами гражданского права, так как вызваны недобросовестностью либо ошибкой субъектов. Обязательства из неосновательного обогащения являются охранительными - они предоставляют гарантию от нарушений прав и интересов субъектов и механизм защиты в случае обнаружения нарушений. Основная цель данных обязательств - восстановление имущественной сферы лица, за счет которого другое лицо неосновательно обогатилось.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда РФ в Постановлении от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (пункт 1).

В силу пункта 1 статьи 33 Семейного кодекса Российской Федерации законным режимом имущества супругов является режим их совместной собственности.

Согласно пункту 1 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации и имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.

К имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие). Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов осуществляются по обоюдному согласию супругов.

При совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом супругов предполагается, что он действует с согласия другого супруга.

Имущество, принадлежавшее каждому из супругов до вступления в брак, а также имущество, полученное одним из супругов во время брака в дар, в порядке наследования или по иным безвозмездным сделкам (имущество каждого из супругов), является его собственностью (пункт 1 статьи 36 Семейного кодекса Российской Федерации). Вещи индивидуального пользования (одежда, обувь и другие), за исключением драгоценностей и других предметов роскоши, хотя и приобретенные в период брака за счет общих средств супругов, признаются собственностью того супруга, который ими пользовался (пункт 2 статьи 36 Семейного кодекса Российской Федерации). Исключительное право на результат интеллектуальной деятельности, созданный одним из супругов, принадлежит автору такого результата (пункт 3 статьи 36 Семейного кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 56 Гражданского процессуального кодекса РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Судом установлено, что ФИО1 и ФИО5 с ДД.ММ.ГГГГ состояли в браке (л.д.10).

ФИО3 является сыном ФИО5 (л.д.69).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 умерла (л.д.11).

В период жизни ФИО5 ФИО3 были совершены сделки по приобретению недвижимого имущества в 

<

адрес>.

Так, ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 приобретена квартира по адресу: 

<

адрес> по цене 4 200 000 рублей (л.д. 58-58).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 также приобретена квартира по адресу: 

<

адрес> по цене 3 150 000 рублей (л.д.48-49).

Право собственности на квартиру по адресу: 

<

адрес>, зарегистрировано ДД.ММ.ГГГГ (л.д.5-7), на квартиру по адресу: 

<

адрес> – ДД.ММ.ГГГГ (л.д.8).

В квартире, расположенной по адресу: 

<

адрес> по месту жительства ФИО5 была зарегистрирована ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 – ДД.ММ.ГГГГ (л.д.9).

Как указывает ответчик ФИО3, квартиры были приобретены им на денежные средства, полученные от дедушки ФИО7 (отца его матери), которые были выручены дедушкой от продажи его квартиры в 

<

адрес>, кроме того, на денежные средства, переданные ему в дар его тетей ФИО6, а также на деньги, накопленные им самим – ФИО3

Так, согласно свидетельству о государственной регистрации права, ФИО7 являлся собственником квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес> (л.д.70).

Указанная квартира была продана ФИО7 в лице его представителя ФИО5 с согласия его супруги ФИО8 ДД.ММ.ГГГГ по цене 6 600 000 рублей (л.д.89-91, 110).

ФИО8 (бабушка ответчика) представила в суд нотариально заверенные пояснения, согласно которым денежные средства от продажи квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, были переданы их внуку ФИО3, который на эти денежные средства приобрел в 2016 г. две квартиры в 

<

адрес> (л.д.149-150).

Свидетель ФИО6 в ходе допроса в зале суда показала, что она приходится родной сестрой матери ответчика ФИО5, тетей ответчику ФИО3 Ее отец ей говорил, что деньги от продажи квартиры в 

<

адрес> он передает внуку ФИО3 Для приобретения квартир свидетель также давала денежные средства ФИО3 в размере 1 500 000 рублей в дар (л.д.132-133).

Согласно сведениям ОПФР по 

<

адрес> ФИО3 с июля 2007 г. по июнь 2014 г. получал социальную пенсию по случаю потери кормильца в размере от 1335,26 рублей до 6 354 рублей ежемесячно (л.д.151-153).

Таким образом, доводы ответчика о наличии у него финансовой возможности оплатить цену договоров купли-продажи спорных квартир нашли свое подтверждение, поскольку общая стоимость указанных квартир составляет 7 350 000 рублей, от дедушки и тети ответчиком получено 8 100 000 рублей, кроме того, ответчик имел собственный доход в виде пенсии по случаю потери кормильца, что подтверждено документально.

Истцом же не представлено доказательств получения им дохода, достаточного для приобретения квартир, и материального участия в данных сделках истца и его супруги ФИО5 за счет совместно нажитого имущества. 

Согласно сведениям ЕГРИП ФИО1 был зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя с ДД.ММ.ГГГГ (л.д.160-164), то есть в период после состоявшихся сделок по приобретению квартир, следовательно, доводы о том, что указанные квартиры были приобретены на денежные средства, вырученные от предпринимательской деятельности ФИО1, не могут быть признаны состоятельными. Иных доказательств предпринимательской деятельности и доходов истца суду не представлено.

Документы, представленные истцом (л.д.168-224) подтверждают расходы по приобретению имущества (мебели, предметов обихода и пр.), в том числе, понесенные ФИО5 и ФИО6 Сведения о том, на чьи денежные средства данное имущество приобреталось, отсутствуют, учитывая, что денежные суммы от продажи квартиры отца ФИО5 и полученные от ее сестры ФИО6 превышали стоимость квартир на 750 000 рублей, без учета пенсии ответчика.

Таким образом, данные документы не являются доказательством того, что спорные квартиры приобретены ответчиком на совместно нажитые денежные средства его матерью ФИО5 и истцом.

В этой связи также заслуживают внимания доводы представителя ответчика о том, что брак между истцом и ФИО5 зарегистрирован ДД.ММ.ГГГГ, в то время, как первая квартира была приобретена менее, чем через год после указанной даты. Доказательств того, что ФИО1 и ФИО5 имели доходы, которые позволяли бы им менее, чем за год приобрести две квартиры в 

<

адрес> по общей стоимости 7 350 000 рублей, суду не представлено.

Кроме того, ответчиком заявлено о пропуске срока исковой давности для обращения истца с иском в суд.

Общий срок исковой давности в соответствии с требованиями статьи 196 Гражданского кодекса РФ составляет три года.

Согласно пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Как следует из материалов дела, право собственности ФИО3 на квартиру по адресу: 

<

адрес>, зарегистрировано ДД.ММ.ГГГГ, на квартиру по адресу: 

<

адрес> – ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, сведения о регистрации права внесены в публичный реестр, следовательно, должны быть известны неопределенному кругу лиц, в том числе и ФИО1, с указанной даты регистрации.

Кроме того, сам ФИО1 в исковом заявлении указывает, что его супруга ФИО5 в начале 2016 года выехала в 

<

адрес> для приобретения квартир, то есть ФИО1, проявляя должную осмотрительность и заботливость, должен был удостоверится в том, состоялись ли сделки. О том, что ФИО5 сообщила ему недостоверную информацию о регистрации права собственности на квартиры не на сына ФИО3, а на самих ФИО1 и ФИО5 АВ., истец не указывает. Также истец сообщает, что после смерти ФИО5 он полагал, что сохраняет право пользования квартирой, так как был вселен в квартиру с согласия собственника. То есть, из совокупности фактических обстоятельств, указанных выше, учитывая позицию самого истца, после приобретения спорных квартир истец рассчитывал на пользование одной из них, но не претендовал на признание за ним собственности, более того, не на одну, а на обе квартиры. 

Учитывая, что с иском в суд истец обратился ДД.ММ.ГГГГ, срок исковой давности по данным требованиям истцом пропущен.

При таких обстоятельствах суд не усматривает оснований для взыскания с ФИО3 в пользу ФИО1 неосновательного обогащение в размере 1 575 000 рублей, то есть ? от суммы денежных средств, уплаченных при покупке квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, и 2 100 000 рублей, то есть ? от суммы денежных средств, уплаченных при покупке квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 98, 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

р е ш и л:

исковые требования ФИО1 оставить без удовлетворения. 

Решение может быть обжаловано в Новосибирский областной суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Центральный районный суд 

<

адрес>. 

Судья (подпись) Хитренко А.И. 

Решение в окончательной форме изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.

Копия верна: судья Хитренко А.И.