Дело №

УИД: №

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

ДД.ММ.ГГГГ 

<

адрес>

Центральный районный суд 

<

адрес> в составе судьи Петровой Н.В.,

при секретаре судебного заседания Чупиной М.Н.,

с участием представителя истца ФИО1, ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО2, ФИО4 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия,

у с т а н о в и л:

ФИО3 обратился в суд с указанным иском и с учетом уточнения в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации просил взыскать с ответчика материальный ущерб в размере 760 370 рублей, расходы по оплате независимой оценки в размере 10 000 рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 85 000 рублей, расходы по оплате услуг эвакуатора в размере 5 500 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 15 428 рублей, а также почтовые расходы в размере 318 рублей 04 копеек.

В обоснование заявленных требований ФИО3 указал, ему на праве собственности принадлежит транспортное средство ФИО5, государственный регистрационный номер № ДД.ММ.ГГГГ по адресу: 

<

адрес>, корп. А произошло дорожно-транспортное происшествие с участием принадлежащего истцу автомобиля и транспортного средства БМВ 320, государственный регистрационный № №, под управлением ФИО2 Столкновение произошло по вине водителя ФИО2, который при управлении транспортным средством БМВ, перед поворотом направо не занял соответствующее крайнее положение на проезжей части и совершил столкновение с автомобилем Субару под управлением ФИО3 Ввиду того, что истцу как собственнику поврежденного автомобиля Субару был причинен материальный ущерб, при этом в добровольном порядке ФИО2 указанный вред не возместил, истец был вынужден обратиться в суд с настоящим исковым заявлением.

Истец ФИО3 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещался надлежащим образом.

Представитель истца ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержала с учетом уточнения, также поддержала доводы дополнительных письменных пояснений в части того обстоятельства, что дорожно-транспортное происшествие произошло по вине именно ФИО2, просила исковые требования удовлетворить в полном объеме.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании полагал, что дорожно-транспортное происшествие произошло по вине ФИО3, результаты судебной экспертизы не оспаривал, дал соответствующие пояснения по делу. Ранее, в судебном заседании от ДД.ММ.ГГГГ, по фактическим обстоятельствам дорожно-транспортного происшествия пояснил следующее: ДД.ММ.ГГГГ он двигался на принадлежащем ФИО4 автомобиле БМВ 320, государственный регистрационный № № по 

<

адрес> в 

<

адрес>. Данным автомобилем ответчик управлял на основании доверенности, выданной ФИО4 (адрес проживания: 

<

адрес>, 6-й микрорайон, 

<

адрес>). В каждом направлении движения было по четыре полосы, ответчик ФИО2 двигался в крайней левой полосе, остановился, чтобы пропустить впереди находящийся автомобиль, который готовился к осуществлению разворота налево. После того, как впереди движущийся автомобиль осуществил разворот, ФИО2 также совершил маневр разворота. После разворота он оказался во встречном (по отношению к первоначальному направлению движения) направлении, в крайней правой полосе, то есть при развороте ответчик пересек три полосы встречного направления (по отношении к первоначальному направлению движения). После разворота ФИО2 попытался оказаться максимально близко к бордюру, скорость движения транспортного средства после разворота была незначительной (около 20 км/ч), поскольку спустя непродолжительное расстояние ответчик намеревался повернуть направо между путепроводом и гаражами, не доезжая до магазина. Однако осуществить маневр поворота направо ответчик не успел, поскольку произошло столкновение с автомобилем ФИО5, который двигался позади автомобиля БМВ, в крайней правой полосе. Ответчик ФИО2 свою вину в столкновении не признает, полагает, что водитель ФИО5 мог избежать столкновения путем снижения скорости. Более того, ФИО2 не согласен с заявленной ко взысканию стоимостью восстановительного ремонта транспортного средства.

Ответчик ФИО4 в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом, ранее просила рассмотреть дело в свое отсутствие.

Суд в соответствии с положениями статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации полагал возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте рассмотрения дела.

Суд, выслушав пояснения сторон, исследовав письменные доказательства по делу, установил следующее.

Как следует из представленных документов, истцу ФИО3 на праве собственности принадлежит транспортное средство ФИО5, государственный регистрационный номер 

<

***>, что подтверждается свидетельством о регистрации транспортного средства (л.д. 5).

ДД.ММ.ГГГГ в 07 час. 30 мин. по адресу: 

<

адрес> А, произошло дорожно-транспортное происшествие с участием принадлежащего истцу транспортного средства и под уго управлением и автомобиля марки БМВ 320, государственный регистрационный № №, под управлением водителя ФИО3

Согласно постановлению по делу об административном правонарушении № от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что ДД.ММ.ГГГГ по адресу: 

<

адрес>А, ФИО2, управляя транспортным средством БМВ, государственный регистрационный № АВС 03, совершил нарушение пункта 8.5 Правил дорожного движения Российской Федерации, а именно перед поворотом направо не занял соответствующее крайнее положение на проезжей части, произошло дорожно-транспортное происшествие с автомобилем марки ФИО5, государственный регистрационный номер №, под управлением водителя ФИО3 (№

В результате указанного дорожно-транспортного происшествия автомобиль истца ФИО3 получил механические повреждения.

Обращаясь в суд с указанным исковым заявлением, ФИО3 ссылается на то обстоятельство, что поскольку столкновение транспортных средств произошло по вине водителя ФИО2, следовательно, материальный ущерб подлежит взысканию именно с водителя автомобиля БМВ ФИО2

Анализируя обоснованность заявленных исковых требований, суд учитывает следующее.

В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Как следует из материалов дела, собственником автомобиля БМВ, государственный регистрационный №, на момент дорожно-транспортного происшествия и в настоящее время является ФИО4

При этом согласно представленной в материалы дела доверенности от ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 уполномочивает ФИО2 управлять принадлежащим ей автомобилем БМВ, государственный регистрационный № №). Доверенность выдана сроком на три года, что позволяет суду прийти к выводу о том, что по состоянию на дату дорожно-транспортного происшествия на ДД.ММ.ГГГГ, полномочия ответчика ФИО2 по управлению названным транспортном средством были оформлены соответствующей доверенностью.

С учетом изложенного, разграничивая ответственность собственника транспортного средства БМВ и водителя ФИО2, суд учитывает следующее.

В соответствии с положениями статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В соответствии с пунктом 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

Пунктом 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» по смыслу статьи 1079 ГК РФ, лицо, в отношении которого оформлена доверенность на управление транспортным средством, признается его законным владельцем, если транспортное средство передано ему во временное пользование и он пользуется им по своему усмотрению.

Если в обязанности лица, в отношении которого оформлена доверенность на право управления, входят лишь обязанности по управлению транспортным средством по заданию и в интересах другого лица, за выполнение которых он получает вознаграждение (водительские услуги), такая доверенность может являться одним из доказательств по делу, подтверждающим наличие трудовых или гражданско-правовых отношений. Указанное лицо может считаться законным участником дорожного движения (пункт 2.1.1 Правил дорожного движения), но не владельцем источника повышенной опасности.

Исходя из содержания представленной доверенности (л.д. 59), пояснений ответчика ФИО2, суд приходит к выводу о том, что ФИО2, фактически управлявший автомобилем БМВ в день дорожно-транспортного происшествия, является его законным владельцем в соответствии с положениями статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем именно водитель ФИО2 является надлежащим ответчиком по указанному делу.

В ходе рассмотрения указанного гражданского дела ФИО2 оспаривал как свою вину в дорожно-транспортном происшествии, так и размер ущерба, в связи с чем по ходатайству стороны ответчика судом по делу была назначена судебная комплексная экспертиза, производство которой поручено обществу с ограниченной ответственностью «Лаборатория Судебной Экспертизы» (л№

Согласно выводам эксперта возможность у водителя БМВ 320, государственный регистрационный № предотвратить произошедшее дорожно-транспортное происшествие зависела не от технической возможности, а от выполнения водителем автомобиля БМВ требований пунктов 8.1, 8.5 Правил дорожного движения. При выполнении водителем автомобиля БМВ требований пунктов 8.1, 8.5 Правил дорожного движения, произошедшее дорожно-транспортное происшествие с участием автомобилей БМВ и Субару Л., исключалось.

Если бы водитель автомобиля ФИО5, государственный регистрационный номер № в момент нахождения автомобиля Субару Л. от автомобиля БМВ на расстоянии более 14 м, применил меры к снижению скорости движения автомобиля ФИО5, он имел бы техническую возможность предотвратить столкновением с автомобилем БМВ (№).

При этом эксперт указывает, что констатировать то, что водителем автомобиля ФИО5 предпринимались какие-либо действия, предусмотренные Правилами дорожного движения (в том числе торможение в соответствии с пунктом 10.1 Правил дорожного движения) для предотвращения столкновения автомобиля Субару Л. с автомобилем БМВ, никаких оснований у эксперта не имеется (л.д. 104).

В рассматриваемой дорожно-транспортное ситуации водителями автомобилей Субару Л. и БМВ, с учетом механизма дорожно-транспортного происшествия, который усматривается исходя из представленных для производства экспертизы материалов, следовало руководствоваться в своих действиях следующими требованиями Правил дорожного движения: 

- водителю автомобиля БМВ 320 – требованиями пунктов 8.1, 8.5 Правил дорожного движения; 

- водителю Субару Л. – требованиями пункта 10.1 Правил дорожного движения.

Действия водителя БМВ требованиям пунктов 8.1, 8.5 Правил дорожного движения не соответствовали. Действия водителя Субару Л. требованиям пункта 10.1 Правил дорожного движения не соответствовали.

Также эксперт указывает, что с технической точки зрения, действия водителей Субару Л. и БМВ, как несоответствующие требованиям Правил дорожного движения, находятся в причинной связи с произошедшим дорожно-транспортным происшествием (л.д. 104).

В соответствии с пунктом 8.1 Правил дорожного движения Российской Федерации перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

Сигналу левого поворота (разворота) соответствует вытянутая в сторону левая рука либо правая, вытянутая в сторону и согнутая в локте под прямым углом вверх. Сигналу правого поворота соответствует вытянутая в сторону правая рука либо левая, вытянутая в сторону и согнутая в локте под прямым углом вверх. Сигнал торможения подается поднятой вверх левой или правой рукой.

Пунктом 8.5 Правил дорожного движения Российской Федерации предусмотрено, что перед поворотом направо, налево или разворотом водитель обязан заблаговременно занять соответствующее крайнее положение на проезжей части, предназначенной для движения в данном направлении, кроме случаев, когда совершается поворот при въезде на перекресток, где организовано круговое движение.

При наличии слева трамвайных путей попутного направления, расположенных на одном уровне с проезжей частью, поворот налево и разворот должны выполняться с них, если знаками 5.15.1 или 5.15.2 либо разметкой 1.18 не предписан иной порядок движения. При этом не должно создаваться помех трамваю.

Согласно пункту 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

При этом устанавливая механизм дорожно-транспортного происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, эксперт указывает, что до столкновения водитель Субару Л. двигался по крайнему правому ряду проезжей части 

<

адрес> со стороны 

<

адрес> в сторону 

<

адрес>, со скоростью 50 км/ч (со слов водителя). Водитель автомобиля БМВ двигается во встречном направлении (по 

<

адрес> со стороны 

<

адрес>), начинает осуществлять маневр разворота. Осуществив маневр разворота, водитель БМВ двигается в сторону 

<

адрес>, расстояние от правого борта транспортного средства до правого края проезжей части 

<

адрес>, составляет, вероятно, не менее 2,0 м. При этом водитель автомобиля Субару Л. продолжает движение по крайнему правому ряду проезжей части 

<

адрес>, приближается к автомобилю БМВ, движущемуся левее, с меньшей скоростью. На автомобиле БМВ включается сигнал правого поворота. Однако какого-либо замедления автомобиля Субару Л. не происходит, автомобиль Субару Л. продолжает сближаться с автомобилем БМВ. Примерно через 8 с. после начала осуществления водителем автомобиля БМВ маневра разворота, через примерно 3 с. после включения на автомобиле БМВ сигнала правого поворота, в 2 м от правого края проезжей части 

<

адрес>, при смещении автомобиля БМВ вправо, происходит попутное косое касательное столкновение автомобилей Субару Л. и БМВ (л.№).

Кроме того, эксперт в заключении указывает, что в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации водитель БМВ, осуществлявший маневр правого поворота не из крайнего правого положения на проезжей части, преимущественным право на движение по отношению к водителю Субару Л., движущемуся в попутном направлении, правее автомобиля БМВ, не пользовался. В этой связи возможность у водителя автомобиля БМВ предотвратить произошедшее дорожно-транспортное происшествие зависела не от технической возможности, а от выполнения водителем автомобиля БМВ требований пунктов 8.1, 8.5 Правил дорожного движения Российской Федерации. При выполнении водителем БМВ указанных пунктов произошедшее дорожно-транспортное происшествие исключалось (л.д. 99).

При этом водитель автомобиля Субару Л., как водитель, пользующийся в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации преимущественным правом на движение (как водитель, движущийся прямолинейно), имел бы техническую возможность предотвратить столкновение с автомобилем БМВ.

Эксперт обращает внимание, что полная остановка автомобиля Субару Л. для предотвращения столкновения с автомобилем БМВ не требовалась. Для предотвращения столкновения были бы достаточны действия водителя автомобиля Субару Л., направленные на снижение скорости движения автомобиля Субару Л. до скорости движения автомобиля БМВ, то есть снижение скорости движения автомобиля Субару Л. с 50 км/ч до скорости движения автомобиля БМВ – 20 км/ч.

Для снижения скорости движения транспортного средства с 50 км/ч до скорости движения препятствия (20 км/ч) необходимо расстояние величиной 14 м (л.д№

При этом исходя из видеозаписи события дорожно-транспортного происшествия, зарегистрированной техническим устройством (видеорегистратором, установленным в автомобиле Субару Л.), отсутствия следов торможения Субару Л. – констатировать то, что водителем автомобиля Субару Л. предпринимались какие-либо действия, предусмотренные Правилами дорожного движения Российской Федерации (в том числе торможение в соответствии с пунктом 10.1 ПДД РФ) для предотвращения столкновения автомобиля Субару Л. с автомобилем БМВ, никаких оснований у эксперта не имеется. 

Проведенное исследование позволяет заключить, что если бы водитель автомобиля ФИО6 момент нахождения автомобиля Субару Л. от автомобиля БМВ на расстоянии более 14 м, применил меры к снижению скорости движения автомобиля Субару Л., он имел бы техническую возможность предотвратить столкновение с автомобилем БМВ (л.д. №).

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы (статья 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Часть 1 статьи 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает, что в случаях недостаточной ясности или неполноты заключения эксперта суд может назначить дополнительную экспертизу, поручив ее проведение тому же или другому эксперту.

Суд, оценив представленное в материалы дела заключение, пришел к выводу, что указанное экспертное заключение является ясным и может быть признано допустимым доказательством по делу. Суд принимает указанное заключение в качестве доказательства, подтверждающего механизм произошедшего дорожно-транспортного происшествия и доказательства нарушений участниками дорожного движения определенных экспертом пунктов Правил дорожного движения Российской Федерации.

У суда отсутствуют основания сомневаться в заключении судебного эксперта в указанной части, поскольку выводы сделаны экспертом на основании представленных материалов, выводы эксперта научно обоснованы и не опровергаются иными доказательствами по делу.

Данное заключение было составлено экспертом, имеющим большой стаж экспертной работы, эксперт был предупрежден об уголовной ответственности, для проведения экспертизы в распоряжение эксперта были представлены имеющиеся материалы дела, административный материал, в том числе материал видеофиксации дорожно-транспортного происшествия.

Также суд учитывает, что по ходатайству стороны истца эксперт, проводивший судебную экспертизу в указанной части, был допрошен и предупрежден судом об уголовной ответственности. 

В судебном заседании эксперт Кем И.В. пояснил, что с момента обнаружения водителем Субару Л. опасности для движения, у водителя данного автомобиля было достаточно времени для снижения скорости движения транспортного средства, что позволило бы водителю Субару Л. избежать столкновения. При этом применения экстренного торможения в данном случае не требовалось. Однако исходя из представленных материалов, в том числе видеозаписи дорожно-транспортного происшествия не усматривается, что водителем Субару Л. предпринимались хоть какие-то меры к снижению скорости. Более того, эксперт Кем И.В. в судебном заседании пояснил, что расстояния между автомобилем БМВ и правым краем проезжей части было явно недостаточно для проезда автомобиля Субару Л.. В связи с чем с момента осуществления водителем БМВ маневра разворота, последующего включения сигнала правого поворота у водителя автомобиля Субару Л. была возможность для обнаружения препятствия и своевременного снижения скорости, что позволило бы избежать столкновения.

С учетом указанных пояснений эксперта Кем И.В., данных им в судебном заседании, суд полагает возможным отклонить доводы стороны истца о том, что дорожно-транспортное происшествие от ДД.ММ.ГГГГ произошло исключительно по вине водителя ФИО2 Также суд учитывает, что ранее заявленное стороной истца ходатайство о назначении по делу повторной экспертизы, в итоге не было поддержано представителем истца, от указанного ходатайства сторона истца отказалась, представила письменные дополнительные пояснения истца (вх. от ДД.ММ.ГГГГ).

В соответствии с положениями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Оценив представленные доказательства, а также принимая во внимание результаты судебной экспертизы, показания эксперта, предупрежденного судом об уголовной ответственности, суд приходит к выводу о том, что действия обоих водителей состоят в причинно-следственной связи со столкновением и причинением истцу материального ущерба.

Принимая во внимание фактические обстоятельства дорожно-транспортного происшествия, в частности, то обстоятельство, что водитель Субару Л. (истец) пользовался преимущественным правом на движение (как водитель, движущийся прямолинейно), нарушения водителем ФИО2 пунктом 8.1, 8.5 ПДД РФ состоят в причинной связи с дорожно-транспортном происшествии, а также учитывая, что водитель Субару Л. (истец) имел возможность с момента обнаружения опасности предотвратить столкновение путем снижения скорости (даже без применения экстренного торможения), однако доказательств совершения ФИО3 хоть каких-либо действий, направленных на снижение скорости с целью предотвращения столкновения не имеется и не усматривается из административного материала, видеоматериала, суд (с учетом компетенции суда при разрешении данного вопроса) полагает возможным распределить степень вины водителей следующим образом: степень вины водителя автомобиля БМВ ФИО2 – 90%, а степень вины водителя Субару Л. – истца ФИО3 – 10%.

Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ экспертом ФИО7 определен перечень повреждений, который мог быть получен автомобилем ФИО6 результате указанного дорожно-транспортного происшествия от ДД.ММ.ГГГГ.

При этом стоимость восстановительного ремонта автомобиля Субару Л., государственный регистрационный номер № без учета износа деталей на дату ДТП – ДД.ММ.ГГГГ составляет 1 303 100 рублей (л.д. №).

Стоимость восстановительного ремонта автомобиля Субару Л. с учетом износа деталей на дату ДТП составляет 332 000 рублей.

Также эксперт пришел к выводу о том, что восстановление автомобиля Субару Л. экономически нецелесообразно.

Рыночная до аварийная стоимость автомобиля Субару Л. на дату ДТП составляет 890 150 рублей. Стоимость остатков годных для дальнейшего использования автомобиля Субару Л. на дату ДТП составляет 129 780 рублей (л.д. №

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы (статья 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Часть 1 статьи 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает, что в случаях недостаточной ясности или неполноты заключения эксперта суд может назначить дополнительную экспертизу, поручив ее проведение тому же или другому эксперту.

Суд, оценив представленное в материалы дела заключение, пришел к выводу, что указанное экспертное заключение является ясным и может быть признано допустимым доказательством по делу. Суд принимает указанное заключение в качестве доказательства, подтверждающего механизм произошедшего дорожно-транспортного происшествия и доказательства нарушений участниками дорожного движения определенных экспертом пунктов Правил дорожного движения Российской Федерации.

У суда отсутствуют основания сомневаться в заключении судебного эксперта в указанной части, поскольку выводы сделаны экспертом на основании представленных материалов, выводы эксперта научно обоснованы и не опровергаются иными доказательствами по делу.

Данное заключение было составлено экспертом, имеющим большой стаж экспертной работы, эксперт был предупрежден об уголовной ответственности, для проведения экспертизы в распоряжение эксперта были представлены имеющиеся материалы дела, административный материал, в том числе материал видеофиксации дорожно-транспортного происшествия.

В указанной части результаты судебной экспертизы стороны не оспаривали, ходатайств о назначении повторной или дополнительной экспертизы не заявляли.

Истцом с учетом результатов судебной экспертизы заявлено требование о взыскании с ответчика материального ущерба с учетом полной гибели транспортного средства в размере 760 370 рублей (890 150 рублей – 129 780 рублей).

Согласно части 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.

Следовательно, исходя из распределенной судом степени вины водителей взысканию с ФИО2 в пользу истца подлежит материальный ущерб в размере 90% от указанной суммы в размере 760 370 рублей, то есть денежные средства в размере 684 333 рублей в счет возмещения ущерба.

Также истцом заявлены требования о взыскании расходов по оплате независимой оценки в размере 10 000 рублей и расходов по оплате услуг эвакуатор в размере 5 500 рублей, в подтверждение чего представлены соответствующие платежные документы.

В силу пункта 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» в случаях, когда законом либо договором предусмотрен претензионный или иной обязательный досудебный порядок урегулирования спора, расходы, вызванные соблюдением такого порядка (например, издержки на направление претензии контрагенту, на подготовку отчета об оценке недвижимости при оспаривании результатов определения кадастровой стоимости объекта недвижимости юридическим лицом, на обжалование в вышестоящий налоговый орган актов налоговых органов ненормативного характера, действий или бездействия их должностных лиц), в том числе расходы по оплате юридических услуг, признаются судебными издержками и подлежат возмещению исходя из того, что у истца отсутствовала возможность реализовать право на обращение в суд без несения таких издержек (статьи 94, 135 ГПК РФ, статьи 106, 129 КАС РФ, статьи 106, 148 АПК РФ).

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что расходы, понесенные истцом на проведение независимой экспертизы, по своей сути, являются судебными расходами и подлежат взысканию в пользу истца в пропорциональном порядке, с учетом степени установленной судом вины – в размере 9 000 рублей.

Согласно положениям статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В этой связи взысканию с ФИО2 в пользу истца в пропорциональном порядке также подлежат расходы по оплате эвакуатора в размере 4 950 рублей.

Что касается требования истца о взыскании расходов по оплате услуг представителя в размере 85 000 рублей, то суд приходит к следующим выводам.

Часть 1 статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает, что судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Статья 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относит, помимо прочего, расходы на оплату услуг представителей.

В соответствии с частью 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Как следует из представленных материалов, ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 и ООО ЮК «Опора» был заключен договор об оказании услуг №-А (№ по условиям которого исполнитель принял на себя обязательство по представлению интересов ФИО3 по вопросу возмещения ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, с участием принадлежащего истцу автомобиля Субару Л., государственный регистрационный номер №

В соответствии с пунктом 2.1 договора стоимость услуг составляет 85 000 рублей.

Факт несения истцом указанных расходов подтверждается соответствующей квитанцией на сумму 85 000 рублей от ДД.ММ.ГГГГ (№).

С учетом приведенных норм и представленных доказательств, суд приходит к выводу, что требование о взыскании расходов за оказание юридических услуг является правомерным.

Как указывал Конституционный Суд Российской Федерации, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в части первой статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации речь идет, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле. Вместе с тем, вынося мотивированное решение об изменении размера сумм, взыскиваемых в возмещение расходов по оплате услуг представителя, суд не вправе уменьшать его произвольно, тем более если другая сторона не заявляет возражений и не представляет доказательств чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (определения от ДД.ММ.ГГГГ N 1666-О, от ДД.ММ.ГГГГ N 1762-О, Определение Конституционного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 2712-О и др.).

Обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым - на реализацию требования ст. 17 Конституции Российской Федерации.

Таким образом, Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно подчеркивал обязанность судов проверять обоснованность заявленного стороной требования о взыскании судебных расходов, недопущение как произвольного взыскания заявленной суммы, так и произвольного уменьшения.

Как следует из постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ, статья 112 КАС РФ, часть 2 статьи 110 АПК РФ).

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Согласно разъяснениям пункта 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № от ДД.ММ.ГГГГ «О некоторых вопросах применения законодательства о применении законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов.

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

В Определении Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-О указано, что обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации.

Исходя из вышеназванных положений, учитывая объем оказанных услуг (в том числе составление искового заявления объемом 3 стр., количества судебных заседаний с участием представителя истца, составление дополнительных письменных пояснений истца, поступивших в адрес суда ДД.ММ.ГГГГ), категорию дела, объем защищаемых прав и интересов, характер правоотношений, суд полагает необходимым снизить размер данных расходов до 25 000 рублей, полагая данную сумму разумной и обоснованной.

При этом согласно части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Следовательно, взысканию с ответчика в пользу ФИО3 подлежат расходы по оплате услуг представителя в пропорциональном отношении, то есть в размере 90% от определенной судом суммы расходов (25 000 рублей), а именно – 22 500 рублей.

Аналогично взысканию в пропорциональном соотношению взысканию с ФИО2 в пользу истца подлежат расходы по оплате государственной пошлины в размере 10 043 рублей и почтовые расходы – в размере 286 рублей 24 копеек.

При вынесении указанного решения, с учетом определенных судом ко взысканию денежных сумм с ответчика ФИО2, суд учитывает, что на основании определения суда от ДД.ММ.ГГГГ судом были приняты обеспечительные меры в виде наложения ареста на имущество, принадлежащее ФИО2 на сумму 1 445 520 рублей 50 копеек. При этом решением суда ко взысканию с данного ответчика определена меньшая денежная сумма.

В соответствии с пунктом 31 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах принятия судами мер по обеспечению иска, обеспечительных мер и мер предварительной защиты» замена одних обеспечительных мер другими допускается в порядке, предусмотренном процессуальным законодательством, в частности, если ранее установленная мера перестала быть достаточной для обеспечения возможности исполнения решения суда либо когда эта мера значительно ущемляет права ответчика или ему могут быть причинены убытки, которых можно избежать.

При таких обстоятельствах суд с учетом необходимости соблюдения баланса прав и законных интересов участников спорных правоотношений, а также с учетом недопустимости ущемления прав ответчика, полагает необходимым заменить ранее принятые обеспечительные мер на обеспечительные меры в виде наложения ареста на имущество ФИО2 на сумму 684 333 рублей (с учетом удовлетворенного судом требования).

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 98, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд, 

р е ш и л:

Исковые требования ФИО3 к ФИО2, ФИО4 о возмещении ущерба, полученного в результате дорожно-транспортного происшествия удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 (паспорт № №, выдан Автозаводским ОВД 

<

адрес> 

<

адрес>, код подразделения №) в пользу ФИО3 (паспорт № №, выдан Отделом УФМС России по 

<

адрес> в 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ, код подразделения №) денежные средства в размере 684 333 рублей в счет возмещения причиненного ущерба, расходы по оплате услуг оценки в размере 9 000 рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 22 500 рублей, расходы по оплате услуг эвакуатора в размере 4 950 рублей, расходы по уплате государственной пошлины в размере 10 043 рублей, почтовые расходы в размере 286 рублей 24 копеек, а всего 731 112 рублей 24 копейки.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО3 отказать.

Заменить обеспечительные меры, принятые на основании определения суда от ДД.ММ.ГГГГ в виде наложения ареста на имущество, принадлежащее ФИО2, на сумму 1 445 520 рублей 50 копеек, на обеспечительные меры в виде наложения ареста на имущество, принадлежащее ФИО2, на сумму 684 333 рубля.

Разъяснить сторонам, что настоящее решение может быть обжаловано ими в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме в 

<

адрес> областной суд путем подачи апелляционной жалобы через суд, вынесший решение. 

Судья Н.В. Петрова

Мотивированное решение суда составлено ДД.ММ.ГГГГ.