КОПИЯ

Дело № 2-359/19

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

18 января 2019 года город Нижнекамск

Нижнекамский городской суд Республики Татарстан в составе: председательствующего судьи Р.Ш. Хафизовой, при секретаре Н.Ф. Руш, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Частное охранное предприятие «Стража» об установлении факта трудовых отношений, о взыскании невыплаченной заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск, денежной компенсации за просрочку выплаты заработной платы, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Представитель по доверенности ФИО2 обратился в интересах ФИО1 в суд с иском к ООО «Частное охранное предприятие «Стража» (далее по тексту - ООО «ЧОП «Стража») об установлении факта трудовых отношений, о взыскании невыплаченной заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных требований указано, что с января 2017 года истец был принят на работу в ООО «ЧОП «Стража» на должность охранника. При приеме на работу устно были оговорены условия и режим работы, а именно: сутки через трое, размер оплаты труда - 2 000 рублей за одну рабочую смену. Со слов руководителя ООО «ЧОП «Стража» оформление трудового договора в письменной форме и издание приказа о приеме на работу должно было произойти в ближайшее время. С 05 января 2017 года истец выполнял трудовые обязанности на территории набережной в пос.Красный Ключ. Перед началом работы производились прием-сдача дежурства от предыдущей смены, о чем делалась запись в журнале учета дежурств. За период работы с марта по май 2017 года выплата заработной платы была произведена частично в размере 12 000 рублей, а также с задержкой, в связи с чем истец прекратил трудовые отношения с ООО «ЧОП «Стража» с мая 2017 года. 16 сентября 2017 года истец возобновил работу в ООО «ЧОП «Стража» в должности охранника на тех же условиях. Основанием возобновления трудовых отношений также явилось то, что руководство ООО «ЧОП «Стража» пообещало погасить задолженность за март, апрель, май 2017 года. Истцу был выдан экземпляр трудового договора не подписанный ответчиком. Истец прекратил трудовые отношения с ответчиком 04 апреля 2018 года, что подтверждается приказом №4 от 13 апреля 2018 года. До настоящего времени окончательный расчет с истцом не произведен. Просит установить факт трудовых отношений между истцом и ответчиком с января 2017 года по май 2017 года в должности охранника, взыскать с ответчика в пользу истца заработную плату в размере 20 000 рублей, компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 12 117 рублей 60 копеек, компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей.

Заочным решением Нижнекамского городского суда Республики Татарстан от 02 июля 2018 года исковые требования удовлетворены частично. 

Определением Нижнекамского городского суда Республики Татарстан от 20 ноября 2018 года заочное решение Нижнекамского городского суда Республики Татарстан от 02 июля 2018 года отменено. 

В судебное заседание истец ФИО1 не явился. 

Представитель истца ФИО1 по доверенности ФИО2 в судебном заседании исковые требования уточнил, просил взыскать с ответчика задолженность по заработной плате за период с 05 января 2017 года по 01 мая 2017 года в размере 10 272 рубля, компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 3 213 рублей 63 копейки, компенсацию за неиспользованный отпуск с 16 сентября 2017 года по 04 апреля 2018 года в размере 5 218 рублей 27 копеек, проценты, рассчитанные по статье 236 Трудового кодекса Российской Федерации, за задержку выплаты заработной платы и выплаты компенсации за неиспользованный отпуск за период с 01 мая 2017 года по 22 мая 2018 года в размере 2 880 рублей 09 копеек, проценты, рассчитанные по статье 236 Трудового кодекса Российской Федерации, за задержку выплаты компенсации за неиспользованный отпуск за период с 04 апреля 2018 года по 14 января 2019 года в размере 734 рубля 30 копеек, также просил взыскать с ответчика в пользу истца расходы по оплате услуг представителя в размере 10 000 рублей, остальные требования поддержал в полном объеме. 

Представитель ответчика ООО «ЧОП «Стража» по доверенности ФИО3 в судебном заседании исковые требования в части взыскания компенсации за неиспользованный отпуск за период с 16 сентября 2017 года по 04 апреля 2018 года в размере 5 218 рублей 27 копеек признал, пояснив, что истец в период времени с 16 сентября 2017 года по 13 апреля 2018 года действительно работал в ООО «ЧОП «Стража» в должности охранника. За данный период истец претензий к ответчику по выплате заработной платы не имеет. Однако, в спорный период времени с 05 января 2017 года 01 мая 2017 года, истец среди работников ООО «ЧОП «Стража» не числился, трудовой договор с истцом в установленном порядке не заключался, какой-либо задолженности перед истцом по заработной плате у ответчика не имеется. С какими-либо претензиями в адрес ответчика по вопросам оформления трудовых отношений истец не обращался. Между тем, истец и его представитель утверждают, что истец прекратил трудовые отношения с ответчиком с 02 мая 2017 года, а в суд с настоящим иском обратились 28 апреля 2018 года, то есть по истечении установленного законом трехмесячного срока. При этом, требования о взыскании задолженности по заработной плате, компенсации за неиспользованный отпуск являются производными требованиями. Просил применить срок исковой давности в части требования об установлении факта трудовых отношений с 05 января 2017 года по 01 мая 2017 года и в удовлетворении требований за данный период времени отказать. Требование в части взыскания процентов, рассчитанных по статье 236 Трудового кодекса Российской Федерации, за задержку выплаты компенсации за неиспользованный отпуск за период с 04 апреля 2018 года по 14 января 2019 года в размере 734 рубля 30 копеек не признал, просил в удовлетворении данного требования отказать. Полагал, что заявленные истцом размеры компенсации морального вреда и расходов по оплате услуг представителя подлежат снижению, поскольку являются завышенными и не соответствуют принципам разумности и справедливости. 

Суд в силу статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившегося истца. 

Суд, выслушав доводы представителей сторон, изучив письменные материалы дела, приходит к следующему. 

Согласно статье 15 Трудового кодекса Российской Федерации под трудовыми отношениями понимаются отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

В соответствии со статьей 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключенного в соответствии с данным кодексом. Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Трудовым договором является соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя (ст.56 Трудового кодекса РФ).

В соответствии с частью 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома, или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя.

Согласно п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть вторая статьи 67 ТК РФ). При этом следует иметь в виду, что представителем работодателя в указанном случае является лицо, которое в соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными документами юридического лица (организации) либо локальными нормативными актами или в силу заключенного с этим лицом трудового договора наделено полномочиями по найму работников, поскольку именно в этом случае при фактическом допущении работника к работе с ведома или по поручению такого лица возникают трудовые отношения (статья 16 ТК РФ) и на работодателя может быть возложена обязанность оформить трудовой договор с этим работником надлежащим образом.

При этом в силу положений статьи 56 ГПК РФ бремя доказывания факта возникновения трудовых отношений возлагается на истца.

Исходя из системного анализа действующего трудового законодательства, регулирующего спорные правоотношения, к характерным признакам трудового правоотношения, позволяющим отграничить его от других видов правоотношений, в том числе гражданско-правового характера относятся: личный характер прав и обязанностей работника, обязанность работника выполнять определенную, заранее обусловленную трудовую функцию, выполнение трудовой функции в условиях общего труда с подчинением правилам внутреннего трудового распорядка, возмездный характер трудовых отношений.

В подтверждение наличия трудовых отношений работник должен предоставить трудовой договор либо приказ о приеме на работу. Доказательством может являться и трудовая книжка работника, заверенная работодателем, в котором имеются внесенные в соответствии с требованиями закона сведения о приеме работника на работу.

При отсутствии таковых и при оспаривании работодателем самого факта наличия между ним и работником трудовых отношений, работник вправе установить в судебном порядке факт нахождения его в трудовых отношениях с работодателем.

После установления наличия трудовых отношений между сторонами, они подлежат оформлению в установленном трудовым законодательством порядке, а также после их признания таковыми у работника возникает право требовать распространение норм трудового законодательства на имевшие место трудовые правоотношения, и в частности, требовать взыскания задолженности по заработной плате и предъявлять другие требования, связанные с трудовыми правоотношениями.

Как следует из материалов дела, в период времени с 05 января 2017 года по 01 мая 2017 года (включительно) между ФИО1 и ООО «ЧОП «Стража» трудовой договор о выполнении им трудовой функции в качестве охранника не заключался, приказ о приеме истца на работу ответчиком не издавался.

В подтверждение того, что работал в ООО «ЧОП «Стража» в период с 05 января 2017 года по 01 мая 2017 года (включительно) истец представил в материалы дела, копии журнала учета дежурств охранников на набережной пос. Красный Ключ (л.д. 7-36). 

Однако, указанные копии журнала учета дежурств охранников не могут быть признаны судом в качестве допустимых доказательств, подтверждающих спорные трудовые отношения, поскольку из них нельзя однозначно сделать вывод о том, что данный журнал вёлся охранниками именно ООО «ЧОП «Стража», они не заверены печатями ООО «ЧОП «Стража», не подписаны ответственными лицами, при этом в них расписывался сам истец. Ссылка на то, что в журнале учета также расписывалась другие охранники, которые в спорный период времени работали в ООО «ЧОП «Стража», является несостоятельной, поскольку доказательств, подтверждающих, что данные лица являлись охранниками ООО «ЧОП «Стража», истцом не представлено. 

Кроме того, истец, заявляя требования об установлении факта трудовых отношений с ответчиком в период с 05 января 2017 года по 01 мая 2017 года (включительно), просит взыскать задолженность по заработной плате за спорный период в размере 10 272 рубля, исходя из приказа №14/1 от 16 сентября 2017 года о приеме его на работу с часовой оплатой труда в размере 58 рублей в час, при этом, доказательств того, что в спорный период часовая оплата труда истца составляла в заявленном им размере, истцом и его представителем в материалы дела не представлено.

Таким образом, допустимых доказательств в подтверждение допуска в период времени с 05 января 2017 года по 01 мая 2017 года (включительно) к работе уполномоченным на то лицом, суду истцом не представлено, а иные, перечисленные доказательства также не могут иметь какой-либо правовой силы для установления наличия трудовых правоотношений.

Ответчик в спорный период времени каких-либо кадровых решений в отношении истца не принимал, заявление о приеме на работу к ответчику истец не писал, приказ о приеме его на работу не издавался, трудовой договор с ним ответчиком не заключался, с правилами внутреннего трудового распорядка, должностной инструкцией и локальными актами, регулирующими оплату труда, ответчик его не знакомил, оплачиваемые отпуска и иные социальные гарантии не предоставлялись, табель учета рабочего времени в отношении истца не велся, документы о начислении, выплате заработной платы также не представлены.

Таким образом, факт наличия в период времени с 05 января 2017 года по 01 мая 2017 года (включительно) между сторонами трудовых отношений не нашел своего подтверждения, а представленные доказательства не являются достаточными для подтверждения трудовых отношений и исполнения им трудовых обязанностей.

Поскольку судом отказано в удовлетворении требований о признании отношений между ООО «ЧОП «Стража» и истцом в период с 05 января 2017 года по 01 мая 2017 года (включительно) трудовыми, то у суда не имеется оснований для удовлетворения производных требований о взыскании заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации морального вреда, компенсации за задержку выплаты заработной платы и компенсации за неиспользованный отпуск.

Кроме того, представителем ответчика ООО «ЧОП «Стража» по доверенности ФИО3 в судебном заседании было заявлено о применении срока исковой давности к заявленным требованиям. 

В соответствии с ч. 2 ст. 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В соответствии с положением ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

Предусмотренный ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации срок для обращения в суд выступает в качестве одного из необходимых правовых условий для достижения оптимального согласования интересов сторон трудовых отношений, сам по себе этот срок не может быть признан неразумным и несоразмерным, поскольку направлен на быстрое и эффективное восстановление нарушенных прав работника и является достаточным для обращения в суд.

Лицам, по уважительным причинам, не реализовавшим свое право на обращение в суд в срок, установленный ч. 1 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации, предоставляется возможность восстановить этот срок.

Согласно разъяснениям, данным в п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).

Таких доказательств истец и его представитель суду не предоставили и не заявили ходатайство о восстановлении пропущенного процессуального срока для обращения в суд.

Из пояснений истца и его представителя следует, что истец работал в ООО «ЧОП «Стража» с 05 января 2017 года по 01 мая 2017 года (включительно).

Исковое заявление подано в суд 28 апреля 2018 года, то есть с пропуском установленного ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации срока.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Согласно статье 140 Трудового кодекса Российской Федерации, при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете.

Судом установлено, что 16 сентября 2017 года истец был принят на работу в ООО «ЧОП «Стража» на должность охранника с часовой оплатой труда в размере 58 рублей в час (л.д. 102). 

13 апреля 2018 истец был уволен по собственному желанию на основании пункта 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (л.д.103).

В судебном заседании представитель истца ФИО1 по доверенности ФИО2 пояснил, что при увольнении ответчик выплатил истцу заработную плату в полном объеме, однако компенсация за неиспользованный отпуск до настоящего времени не выплачена. 

Размер компенсации за неиспользованный отпуск за период работы с 16 сентября 2017 года по 04 апреля 2018 года согласно расчету, представленному представителем истца, составляет 5 218 рублей 27 копеек. 

Суд соглашается с расчетом компенсации за неиспользованный отпуск, произведённым представителем истца, поскольку данный расчет соответствует периоду работы истца, рассчитан исходя из установленного трудовым договором размера часовой оплаты труда, при этом указанный размер задолженности представителем ответчика ФИО3 не оспаривался, в связи с чем компенсация за неиспользованный отпуск за период работы с 16 сентября 2017 года по 04 апреля 2018 года в размере 5 218 рублей 27 копеек подлежит взысканию с ответчика в пользу истца ФИО1.

В соответствии со статьей 236 Трудового кодекса Российской Федерации, при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

При прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете (статья 140 Трудового кодекса Российской Федерации). 

В связи с тем, что истцу была задержана выплата за неиспользованный отпуск за период работы с 16 сентября 2017 года по 04 апреля 2018 года в сумме 5 218 рублей 27 копеек, подлежит начислению компенсация за период с 04 апреля 2018 года по 14 января 2019 года в размере 734 рубля 30 копеек. 

Из статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации усматривается, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Как установлено в судебном заседании, истец уволен с 13 апреля 2018 года, все причитающиеся законодательством суммы при увольнении ответчиком истцу не выплачены. Учитывая изложенное суд, приходит к выводу, что в данном случае имеет место невыплата ответчиком компенсации за неиспользованный отпуск истцу продолжительное время.

Таким образом, задержкой в выплате причитающегося истцу расчета при увольнении нарушались гарантированные Конституцией РФ и трудовым законодательством права истца, что, безусловно, повлекло причинение ему морального вреда в виде нравственных страданий. Для восстановления нарушенных прав истец вынужден был обратиться в суд с исковым заявлением, что также свидетельствует о перенесенных им нравственных страданиях.

При определении размера подлежащего взысканию с ответчика компенсации морального вреда, суд учитывает степень нравственных страданий, понесенных истцом в результате нарушения его трудовых прав, нежелание ответчика своевременно восстановить его нарушенные права.

Принимая во внимание вышеуказанные обстоятельства, при этом, учитывая требования разумности и справедливости, суд полагает необходимым определить компенсацию морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика в пользу истца 1 000 рублей. 

Из статьи 46 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьей 19 (часть 1), закрепляющей равенство всех перед законом и судом, следует, что конституционное право на судебную защиту предполагает не только право на обращение в суд, но и возможность получения реальной судебной защиты в форме эффективного восстановления нарушенных прав и свобод в соответствии с законодательно закрепленными критериями (Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 11 мая 2005 года N 5-П, от 20 февраля 2006 года N 1-П, от 5 февраля 2007 года N 2-П и др.).

В целях создания механизма эффективного восстановления нарушенных прав и с учетом принципа максимальной защиты имущественных интересов заявляющего обоснованные требования лица, правам и свободам которого причинен вред, Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации предусматривает порядок распределения между сторонами судебных расходов. Согласно части первой статьи 98 и статье 100 этого Кодекса стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, включая расходы на оплату услуг представителя.

В связи с рассмотрением дела ФИО1 понес расходы на оплату услуг представителя в размере 10 000 рублей, что подтверждается договором №10 на оказание юридических услуг от 20 апреля 2018 года и квитанцией №25773 от 24 апреля 2018 года (л.д. 83, 84).

Согласно правовой позиции, изложенной Конституционным Судом Российской Федерации в Определении от 17 июля 2007 года N 382-О-О, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размеров оплаты услуг представителя и тем самым - на реализацию требований ст. 17 (часть 3) Конституции РФ, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в части 1 статьи 100 ГПК РФ речь идет, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле. Вместе с тем, вынося определение о взыскании судебных расходов на оплату услуг представителя, суд не вправе произвольно уменьшать документально подтвержденные расходы, понесенные сторонами.

В пунктах 11, 12 Постановления от 21.01.2016 г. N 1 Пленум Верховного Суда Российской Федерации разъяснил, что разрешая вопрос о размере сумм взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшить его произвольно, если другая сторона не заявляет возражений и не представляет доказательств чрезмерности взыскиваемых с нее расходов.

Вместе с тем, в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ, статья 112 КАС РФ, часть 2 статьи 110 АПК РФ).

При неполном (частичном) удовлетворении требований расходы на оплату услуг представителя присуждаются каждой из сторон в разумных пределах и распределяются в соответствии с правилом о пропорциональном распределении судебных расходов (статьи 98, 100 ГПК РФ, статьи 111, 112 КАС РФ, статья 110 АПК РФ).

Принимая во внимание положения указанных норм и разъяснений, объем выполненной представителем истца юридической работы, затраченное им время, сложность дела, требования разумности, а также частичное удовлетворение исковых требований, суд приходит к выводу о том, что с ответчика подлежат взысканию в пользу истца расходы на оплату услуг представителя в размере 1 620 рублей.

В соответствии с частью 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, издержки, понесенные судом, в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в федеральный бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

При таких обстоятельствах, с учетом требований статей 333.19, 333.20 Налогового кодекса Российской Федерации, с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в размере 700 рублей. 

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

иск удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Частное охранное предприятие «Стража» в пользу ФИО1 компенсацию за неиспользованный отпуск за период с 16 сентября 2017 года по 04 апреля 2018 года в размере 5 218 рублей 27 копеек, проценты за задержку выплаты компенсации за неиспользованный отпуск за период с 04 апреля 2018 года по 14 января 2019 года в размере 734 рубля 30 копеек, компенсацию морального вреда в размере 1 000 рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 1 620 рублей. 

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 отказать. 

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Частное охранное предприятие «Стража» в бюджет муниципального образования «Нижнекамский муниципальный район Республики Татарстан» государственную пошлину в размере 700 рублей. 

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Татарстан в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Нижнекамский городской суд Республики Татарстан.

Судья подпись:

Копия верна.

Судья Р.Ш. Хафизова

Подлинник подшит в деле №2-359/2019 и хранится в Нижнекамском городском суде.