Дело № 2-1582/2019

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

06 августа 2019 года город Челябинск

Советский районный суд города Челябинска в составе:

председательствующего судьи Губановой М.В.,

при секретаре Сапельниковой А.В.,

с участием прокурора Рыскиной О.Я., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к АО «Группа Компаний «Российское молоко» о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, расходов на представителя, взыскании морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в суд с исковыми требованиями к АО «Группа Компаний «Российское молоко» (с учетом уточнений) о восстановлении на работе в должности специалиста по охране труда 1 категории, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула с ДД.ММ.ГГГГ по день восстановления на работе, расходов на юридические услуги в размере 5 000 руб., компенсации морального вреда в размере 5 000 000 руб.

В обосновании поданного искового заявления указал, что с ДД.ММ.ГГГГ работал у ответчика в должности специалиста по охране труда 1 категории по трудовому договору от ДД.ММ.ГГГГ №. В связи со сложившейся конфликтной ситуацией с генеральным директором по юридическим вопросам ФИО3 на личной почве написал ДД.ММ.ГГГГ заявление об увольнении по собственному желанию, просил уволить его, как пенсионера с ДД.ММ.ГГГГ, заявление оставил в отделе кадров, поскольку специалист отдела кадров отказалась принимать от него заявление, ДД.ММ.ГГГГ дополнительно передал дубликат своего заявления заместителю директора по кадрам С.И.И., которая отказалась выдавать ему обходной лист. 

ДД.ММ.ГГГГ уведомил о своем увольнении непосредственного руководителя - технического директора Т.Т.А.., сдал пропуск в отдел кадров С.И.И. и обратился к ней за получением трудовой книжки, в чем ему было отказано, в связи с тем, что не подписан приказ о его увольнении. 

Позже, обратившись за выдачей трудовой книжки ДД.ММ.ГГГГ, получил ее и узнал, что уволен на основании приказа № от ДД.ММ.ГГГГ о прекращении трудового договора (увольнении) с ДД.ММ.ГГГГ на основании однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей – прогула по пп «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации, что послужило основанием для обращения с настоящим исковым заявлением в суд (л.д. 5-9 том 1).

Истец ФИО2 в судебном заседании на удовлетворении заявленных им исковых требований в полном объеме настаивал.

Представители ответчика АО «Группа Компаний «Российское молоко» ФИО3, ФИО4 в судебном заседании возражали против удовлетворения заявленных истцом требований по мотивам, изложенным в отзыве и дополнениях к нему. Полагают, что АО «Группа Компаний «Российское молоко» законно и обоснованно с соблюдением предусмотренной Трудовым кодексом Российской Федерации процедуры произведено увольнение истца ФИО2 по пп «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 за прогул, который носил длящийся характер (л.д. 71-76, 195 – 196 том 1). С заявлением на увольнение по собственному желанию истец к работодателю не обращался.

Суд, выслушав истца, представителей ответчика, свидетелей, исследовав письменные материалы дела, выслушав заключение прокурора, приходит к следующим выводам.

Судом установлено, что на основании приказа № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 был принят в дирекцию АО «Группа Компаний «ФИО1 молоко» на должность специалиста по охране труда 1 категории на основное место работы с окладом 17 500 руб., в том числе уральский коэффициент 15%, на основании личного заявления от ДД.ММ.ГГГГ.(л.д. 13 том 1).

Трудовые отношения сторон оформлены трудовым договором № от ДД.ММ.ГГГГ, в соответствии с которым истец ФИО2 принят на должность специалиста по охране труда 1 категории в структурное подразделение «дирекция» АО «Группа Компаний «Российское молоко» (л.д. 135-136 том 1).

Из содержания трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ усматривается, что ФИО2 установлена пятидневная рабочая неделя с двумя выходными днями: суббота и воскресенье, 8-часовой рабочий день с 8:30 до 17:00 часов с временем перерыва для отдыха и питания с 12:30 часов до 13:00 часов.

Такой же режим рабочего времени установлен в Правилах внутреннего трудового распорядка ответчика, утвержденных приказом № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 210 – 228 том 1).

ДД.ММ.ГГГГ на основании Актов об отсутствии на рабочем месте ФИО2 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, служебной записки технического директора Т.Т.А. от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ, требования от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ о предоставлении ФИО2 письменных объяснений, акта от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ о не предоставлении ФИО2 письменных объяснений о причинах отсутствия на рабочем месте, истец был уволен с должности специалиста по охране труда 1 категории с ДД.ММ.ГГГГ за прогул, подпункт «а» пункта 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, увольнение оформлено приказом № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 11 том 1).

В трудовую книжку работника ФИО2 внесена запись за номером № об увольнении за прогул, подпункт «а» пункта 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации (л.д. 34-49 том 1).

ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ на основании ст. 84.1 ТК РФ истцу ответчиком почтой по месту жительства выслано уведомление о необходимости явиться за трудовой книжкой либо дать согласие на отправку трудовой книжки по почте, что подтверждено почтовыми конвертами, описью вложений с штампом почтового отделения и самими уведомлениями ( л.д. 140-148 т. 1). 

Трудовая книжка ФИО2 выдана ему ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается выпиской из книги учета движения трудовых книжек и вкладышей к ним (л.д. 87-89 том 1).

Как следует из пояснений истца, с заявлением об увольнении он обращался 09, ДД.ММ.ГГГГ в отдел кадров к заместителю директора по кадрам С.И.И., к секретарю К.Т.Е., оставил заявление на увольнение в связи с выходом на пенсию, положив его на оргтехнику в отделе кадров и на стол секретаря ДД.ММ.ГГГГ, в связи с тем, что работники ответчика не хотели принимать его заявление.

Ответчиком суду представлена выписка из Журнала учета заявлений об увольнении АО «Группа Компаний «ФИО1 молоко», в котором не отображена регистрация заявления об увольнении истца как ДД.ММ.ГГГГ, так и ДД.ММ.ГГГГ.(л.д. 77-84 том 1).

Допрошенная в качестве свидетеля С.И.И. - заместитель директора по кадрам в суде дала показания, что истец приходил в отдел кадров ДД.ММ.ГГГГ с заявлением на увольнение, свидетель заявление не приняла, поскольку оно не было согласовано с непосредственным руководителем, текст заявления не видела. Истец ушел из отдела кадров с заявлением и больше не обращался по поводу принятия заявления, ДД.ММ.ГГГГ истец сдал в отдел кадров пропуск и просил вернуть трудовую книжку, на что С.И.И. пояснила истцу, что увольнение невозможно без его заявления на увольнение, с которым истец так и не обратился в отдел кадров. Свидетель - специалист отдела кадров М.Н.А., находившаяся в кабинете отдела кадров в момент обращения истца ДД.ММ.ГГГГ, пояснила, что не видела, чтобы С.И.А. принимала от истца заявление.

Свидетель К.Т.Е. пояснила, что ДД.ММ.ГГГГ истец приходил в приемную директора с заявлением на увольнение, свидетель заявление не приняла и направила истца в отдел кадров, содержание заявления свидетель не видела.

Таким образом, из показаний свидетелей следует, что истец ДД.ММ.ГГГГ пытался обратиться к работодателю с заявлением об увольнении, однако заявление неправомерно, в нарушение трудовых прав истца, не было принято от истца работниками кадровой службы.

Суд полагает, что, получив заявление об увольнении по собственному желанию, работодатель, на котором лежат обязанности по организации приема и увольнения работников, обязан совершить организационно-распорядительные действия по оформлению увольнения работника.

Как пояснил истец, заявление об увольнении он также отослал ответчику по электронной почте, однако другими способами обращения к работодателю (направлением письма по почте, телеграммы и т.п.) не воспользовался, потому не представляется возможным с достоверностью установить содержание текста заявления истца на увольнение с указанием основания увольнения, с которым истец обращался в ответчику. Представленная истцом не заверенная копия заявления на увольнение в связи с выходом на пенсию не отвечает признакам допустимости доказательств (л.д. 33 т. 1).

Таким образом, судом не установлено, а истцом не представлено суду доказательств тому, что в заявлении от ДД.ММ.ГГГГ об увольнении по собственному желанию без отработки в качестве основания был указан статус истца как пенсионера, поскольку данное заявление не было зарегистрировано и принято работодателем, в материалах дела отсутствуют доказательства получения ответчиком заявления с таким содержанием. Иных доказательств, подтверждающих содержания заявления, в суд не предоставлено.

При таких обстоятельства и с учетом того, что фактическое содержание заявления не может быть установлено, суд исходит из недоказанности наличия у истца права на увольнение без отработки в срок – ДД.ММ.ГГГГ.

Из фактических обстоятельств увольнения следует, что истцу было известно о том, что увольнение по собственному желанию без отработки не было ему согласовано ответчиком.

Из позиции истца следовало, что он был уверен, что у работодателя имеется его заявление на увольнение, ДД.ММ.ГГГГ с истцом по телефону связался его непосредственный руководитель - заместитель технического директора Т.Т.А. – К.С.В. и передал распоряжение руководителя о необходимости продолжить работу. Таким образом, истец подтвердил, что работодателем до него была доведена информация об отсутствии согласования даты увольнения.

Будучи уведомленным работодателем о необходимости выйти на работу, истец, не выразил каким-либо образом возражений против принятого работодателем решения, однако, как установлено судом, не выходил на работу, начиная с ДД.ММ.ГГГГ, фактически совершая прогулы в период течения срока предупреждения об увольнении в отсутствие согласованной работодателем даты увольнения. 

Отсутствие истца на рабочем месте с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ подтверждается табелем учета рабочего времени за ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 129-130 том 1), пояснениями истца, представителей ответчика и свидетелей.

Отсутствие истца на рабочем месте оформлено актами об отсутствии работника на рабочем месте от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ – ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ - ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ – ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ – ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, подписанным Т.Т.А., К.С.В., Л.Н.Н., от ДД.ММ.ГГГГ - ДД.ММ.ГГГГ, подписанным К.В.А., К.С.В., Л.Н.Н. (л.д. 90-116 том 1).

Из пояснений непосредственного руководителя истца Т.Т.А., допрошенного в качестве свидетеля следовало, что он обнаружил отсутствие истца на рабочем месте и ДД.ММ.ГГГГ направил служебную записку на имя директора АО «Группа Компаний «Российское молоко» Ч.В.А. об отсутствии ФИО2 на рабочем месте (л.д. 126 том 1).

Из служебной записки от ДД.ММ.ГГГГ на имя директора ответчика, представленной в материалы дела и составленной Т.Т.А., следует, что ФИО2 отсутствует на рабочем месте с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 127 том 1).

Также служебная записка по факту отсутствия ФИО2 на рабочем месте в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ была составлена техническим директором Т.Т.А. на имя директора ДД.ММ.ГГГГ.(л.д. 128 том 1).

В связи с отсутствием работника на рабочем месте ДД.ММ.ГГГГ работодатель по почте направил истцу по месту жительства уведомление от ДД.ММ.ГГГГ №, которым работодатель просит указать причины отсутствия на рабочем месте, уведомление направлено в адрес ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ заказным письмом с описью вложений, истцом не получено, возвращено и получено отправителем, с отметкой на конверте – истек срок хранения (л.д. 117-119). На почтовом конверте имеются отметки сотрудника почты о попытке вручения письма ДД.ММ.ГГГГ.

Повторное уведомление от ДД.ММ.ГГГГ № направлено в адрес ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ заказным письмом с описью вложений, истцом не получено, возвращено и получено отправителем, с отметкой на конверте – истек срок хранения (л.д. 120-122 том 1).

В соответствии со ст. 193 ТК РФ для выяснения всех обстоятельств совершения дисциплинарного проступка, а также степени вины работника, совершившего проступок, руководитель организации обязан затребовать от него письменное объяснение по существу совершенного им проступка. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. Однако отказ работника от письменного объяснения не препятствует тому, чтобы применить взыскание.

В соответствии с отчетами об отслеживании отправлений, указанные выше уведомления от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ с требованиями о предоставлении объяснений по факту отсутствия работника на рабочем месте были возвращены в адрес работодателя ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ в связи с неполучением указанных писем истцом (л.д. 45-46 том 2).

Из ответа Челябинского почтамта УФПС Челябинской области- филиала ФГУП «Почта России» следует, что доставлялось ли извещение в почтовый ящик клиента, выяснить невозможно в связи со сменой штата руководства и почтальонов (л.д. 140 т. 2).

Из Актов от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 25-27, 123-125 том 1) о непредставлении ФИО2 письменных объяснений о причинах отсутствия на рабочем месте усматривается, что актах отражены факты направления писем от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, по которым от истца не поступило письменных объяснений или документов, подтверждающих отсутствие на рабочем месте по уважительной причине.

Также из материалов дела усматривается, что непосредственный руководитель истца – технический директор Т.Т.А. безрезультатно предпринимал попытки установить причины отсутствия истца на рабочем месте путем осуществления дозвона с телефона, установленного на рабочем месте свидетеля, на телефон истца (л.д. 24-25, 78-79 том 2), что следует также из показаний, данных в судебном заседании свидетелем Т.Т.А.

Представленные в суд доказательства подтверждают надлежащее выполнение работодателем возложенных на него ч. 1 ст. 193 ТК РФ обязанностей по истребованию от работника объяснений по факту дисциплинарного поступка.

Таким образом, ответчик предпринял все достаточные действия для надлежащего истребования у истца ФИО2 объяснений в порядке ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации.

Суд полагает, что ответчиком были соблюдены требования ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации, в том числе, в части истребования ответчиком у истца ФИО2 объяснений о причине отсутствия на работе. 

Как установлено в суде, каких-либо иных причин для отсутствия на рабочем месте, кроме того, что истец считал себя уволенным с ДД.ММ.ГГГГ, у истца не было. Потому говорить о том, что работодатель не учел каких-либо обстоятельств при совершении истцом проступка, нет оснований, поскольку невыход на работу не был обусловлен какими-либо уважительными причинами. На наличие иных обстоятельств, которые объективно препятствовали выйти ему на работу, истец не указывал в ходе рассмотрения дела.

Рассматривая сроки привлечения к дисциплинарной ответственности, суд пришел к выводу, что дисциплинарное взыскание применено в течение 1 месяца со дня обнаружения проступка, носящего длящийся характер.

В соответствии с пп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случаях: однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей: а) прогула, то есть отсутствия на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены), независимо от его (ее) продолжительности, а также в случае отсутствия на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены).

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в подпункте «в» пункта 39 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» если трудовой договор с работником расторгнут по подпункту «а» пункта 6 части первой статьи 81 ТК РФ за прогул, необходимо учитывать, что увольнение по этому основанию, в частности, может быть произведено: в) за оставление без уважительной причины работы лицом, заключившим трудовой договор на неопределенный срок, без предупреждения работодателя о расторжении договора, а равно и до истечения двухнедельного срока предупреждения (часть первая статьи 80 ТК РФ).

Ст. 80 ТК РФ предоставляет работнику безусловное право уволиться по собственному желанию. Во всяком случае подобное увольнение возможно с предупреждением не позднее, чем за 2 недели, сокращение указанного срока возможно по соглашению сторон, а также в соответствии с установленными в законе основаниями (с выходом на пенсию).

При рассмотрении дела в суде, ответчиком вынесен приказ № от ДД.ММ.ГГГГ о внесении изменений в приказ № от ДД.ММ.ГГГГ об увольнении истца за прогул: изменена формулировка основания увольнения на увольнение по собственному желанию в связи с выходом на пенсию ДД.ММ.ГГГГ (т.е., согласно пояснениям истца, с точной формулировкой и датой увольнения, указанными истцом в заявлении на увольнение). 

В судебном заседании истец пояснил, что не согласен с вынесенным приказом о внесении изменений формулировки увольнения в приказ 16-к от ДД.ММ.ГГГГ.

Суд полагает, что приказ № от ДД.ММ.ГГГГ, восстанавливает нарушенное право истца на увольнение по собственному желанию, вынесен законно в соответствии с выраженной истцом при подаче заявления от ДД.ММ.ГГГГ волей на прекращение трудовых отношений между ним и ответчиком.

Таким образом, действия работодателя, в одностороннем порядке внесшего изменении в спорный приказ, направлены на восстановление нарушенного права работника на распоряжение своим правом на труд.

При реализации гарантий, предоставляемых Трудовым кодексом РФ, работникам в случае расторжения с ними трудового договора, должен соблюдаться общеправовой принцип недопустимости злоупотребления правом, в том числе и со стороны самих работников.

При установлении судом факта злоупотребления работником правом суд может отказать в удовлетворении его иска о восстановлении на работе (изменив при этом по просьбе работника, уволенного в период временной нетрудоспособности, дату увольнения), поскольку в указанном случае работодатель не должен отвечать за неблагоприятные последствия, наступившие вследствие недобросовестных действий со стороны работника.

Согласно п. 2 ст. 10 ГК РФ в случае несоблюдения требований о недопустимости злоупотребления правом суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Суд полагает, что истец ФИО2 злоупотребил своими правами как при реализации своего права на увольнение по собственному желанию, так и заявляя требование о восстановлении на работе. 

Так, обратившись в отдел кадров с заявлением на увольнение ДД.ММ.ГГГГ, истец оставил заявление в отделе кадров и в приемной директора на столе, осознавая, что прием заявления не оформлен надлежащим образом, не появлялся на работе с ДД.ММ.ГГГГ, при этом достоверно зная с ДД.ММ.ГГГГ, что работодатель не согласовал ему дату увольнения по собственному желанию.

Из показаний же свидетеля И.И.С. следует, что истец приходил ДД.ММ.ГГГГ в отдел кадров за трудовой книжкой, в получении которой ему было отказано в связи с отсутствием заявления на увольнение. Допрошенные в качестве свидетелей С.И.И., М.Н.А., Т.Т.А. пояснили, что истец с ДД.ММ.ГГГГ на работе не появлялся, в отдел кадров не обращался. 

В то же время истцом в суд не представлено доказательств своим доводам о том, что он неоднократно пытался получить трудовую книжку и приказ об увольнении. Как установлено судом, с письменными заявлениями по данным обстоятельствам к руководителю ответчика он не обращался.

Таким образом, суд усматривает противоречия в пояснениях истца. Так, из пояснений истца следует, что он считал трудовые отношения прекращенными с даты, указанной им в заявлении на увольнение ДД.ММ.ГГГГ, однако судьбой заявления об увольнении, оставленного им в отделе кадров и у секретаря директора не интересовался, обстоятельство не оформления прекращения трудовых отношений, с учетом устного распоряжения работодателя о необходимости выхода на рабочее место после обращения с заявлением на увольнение, истца не смутило, каких-либо действий для выяснения данной ситуации истцом предпринято не было.

В судебном заседании истец ФИО2 неоднократно пояснял, что написал заявление в связи с личным конфликтом с заместителем директора по юридическим вопросам ФИО3, которая неуважительно вела себя по отношению к нему, поэтому он добровольно принял решение об увольнении в связи с выходом на пенсию, не желал дальше работать у ответчика, к ответчику не обращался с заявлением об отзыве заявления об увольнении.

ДД.ММ.ГГГГ при посещении непосредственного руководителя Т.Т.А. сообщил ему о своем решении.

Тем не менее, истец обратился в суд с требованием к ответчику о восстановлении на работе, со слов истца, желание восстановиться на работе возникло у истца только ДД.ММ.ГГГГ, после получения приказа об увольнении с формулировкой об увольнении за прогул (подпункт «а» пункта 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации). 

Действия работника после написания заявления об увольнении по собственному желанию подтверждают желание работника прекратить трудовые отношения с указанным работодателем. 

Истец ФИО2 после ДД.ММ.ГГГГ на работу не выходил, с заявлением к работодателю о допуске к осуществлению трудовой деятельности (либо иным заявлениями о несогласии с действиями работодателя) не обращался, пропуск выдать не просил, не получил заработную плату в указанный им в заявлении – ДД.ММ.ГГГГ срок, за копией приказа об увольнении или за трудовой книжкой также не обращался вплоть до ДД.ММ.ГГГГ, как не обращался к работодателю (в том числе и по телефону) в целях выяснить результаты оформления поданного им заявления об увольнении по собственному желанию.

На основании изложенного суд полагает, что фактическое поведение истца во время и после подачи заявления об увольнении по собственному желанию подтверждает его волеизъявление на прекращение трудовых отношений с работодателем, при таких обстоятельствах требование о восстановлении на работе является формой злоупотребления правом, поскольку судом установлено, что работодатель не оказывал давления на работника при принятии последним решения об увольнении по собственному желанию.

Личный конфликт с другим работником ответчика не является уважительной причиной для самовольного оставления рабочего места. Заключая трудовой договор, работник обязуется добросовестно выполнять свои трудовые обязанности, соблюдать трудовую дисциплину и правила внутреннего трудового распорядка организации (статья 21 Трудового кодекса Российской Федерации). Эти требования предъявляются ко всем работникам. Их виновное неисполнение, в частности совершение прогула, может повлечь расторжение работодателем трудового договора в соответствии с подпунктом «а» пункта 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, что является одним из способов защиты нарушенных прав работодателя. При этом Трудовым кодексом Российской Федерации (в частности, его статьей 193) закреплен ряд положений, направленных на обеспечение объективной оценки фактических обстоятельств, послуживших основанием увольнения, и на предотвращение необоснованного применения дисциплинарного взыскания.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что требование истца о восстановлении на работе и вытекающее из него требование о взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула удовлетворению не подлежит.

В то же время, действия по отказу истцу в принятии заявления об увольнении по собственному желанию ДД.ММ.ГГГГ оцениваются судом как действия, свидетельствующие о неправомерных действиях работодателя при оформлении увольнения работника по собственному желанию. Таким образом, работодатель породил конфликтную ситуацию.

Согласно ч. 1 ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

По смыслу статьи 237 ТКРФ, в случае нарушения работодателем прав и законных интересов работника возникновение у последнего нравственных страданий не требует дополнительного доказывания.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Из анализа названной нормы права усматривается, что, установив нарушение работодателем трудовых прав работника, суд вправе удовлетворить требования работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями (бездействиями) работодателя.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела, с учетом объема и характера, причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Исходя из положений статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации, учитывая что, при нарушением трудовых прав истцу ФИО2 причинены нравственные страдания, с учетом требований разумности и справедливости суд приходит к выводу, что требования истца о взыскании компенсации морального вреда подлежат частичному удовлетворению в размере 5 000 руб.

В соответствии со статьей 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 ГПК РФ. 

При обращении в суд истцом ФИО2 произведена оплата услуг представителя (юридических услуг) в размере 5 000 руб., что подтверждается квитанцией к приходно-кассовому ордеру № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 24 том 1).

Взыскание расходов на оплату услуг представителя в разумных пределах процессуальным законодательством отнесено к компетенции суда и направлено на пресечение злоупотребления правом и недопущение взыскания несоразмерных нарушенному праву сумм. 

Для установления разумности рассматриваемых расходов суд оценивает их соразмерность применительно к условиям договора на оказание юридических услуг, характеру и объему услуг, оказанных в рамках данного договора для целей восстановления нарушенного права. Размер возмещения стороне расходов на ведение дел представителем предполагает его сопоставление с объемом защищаемого права, которое обусловлено характером спора, его сложностью и продолжительностью.

С учетом принципа разумности и соразмерности суд полагает необходимым взыскать в пользу истца расходы на представителя частично в размере 1 000 руб.

В соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов.

В связи с чем, с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 руб. за требование неимущественного характера.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 к АО «Группа Компаний «Российское молоко» о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Взыскать с АО «Группа Компаний «Российское молоко» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 5 000 руб. 00 коп., расходы на судебное представительство в размере 1 000 руб. 00 коп.

В удовлетворении исковых требований ФИО2 к АО «Группа Компаний «Российское молоко» о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, отказать.

Взыскать с АО «Группа Компаний «Российское молоко» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 руб.

Решение может быть обжаловано в Челябинский областной суд через Советский районный суд города Челябинска в течение месяца путем подачи апелляционной жалобы.

Судья М.В. Губанова