ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ КРЫМ

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

09 июля 2019 года город Симферополь

Верховный Суд Республики Крым в составе: 

председательствующего – Дорошенко Т.И.,

при секретаре – Корохове А.С., 

с участием прокурора – Новосельчука С.И., 

осужденного – ФИО1, 

защитника – Рустемова К.Д., представившего ордер №118 от 15 января 2019 года и удостоверение №1532 от 29 апреля 2016 года,

потерпевшего – ФИО6, 

представителя потерпевшего – Мосесяна К.М., представившего ордер №12 от 15 мая 2019 года и удостоверение №1074 от 26 октября 2015 года, 

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам защитника осужденного ФИО1 – адвоката Рустемова К.Д. и представителя потерпевшего ФИО6 – адвоката Мосесяна К.М. на приговор Кировского районного суда Республики Крым от 13 мая 2019 года, которым

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, 

<

данные изъяты>, ранее не судимый,

осужден по ч.3 ст.264 УК РФ к 3 годам лишения свободы, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением любым видом транспортных средств сроком на 3 года, с отбыванием основного наказания в виде лишения свободы в колонии – поселении. 

Осужденному ФИО1 определен порядок следования в колонию – поселение самостоятельно, в соответствии с предписанием о направлении к месту отбывания наказания территориального органа уголовно – исполнительной системы. Контроль по обеспечению направления осужденного ФИО1 в колонию – поселение возложен на УФСИН России по Республике Крым. 

Срок наказания постановлено исчислять со дня прибытия осужденного в колонию – поселение, в срок наказания зачтено время следования осужденного к месту отбывания. 

Разъяснено осужденному ФИО1, что в случае уклонения от получения предписания территориального органа уголовно – исполнительной системы или неприбытия к месту отбывания наказания в установленный в предписании срок осужденный будет объявлен в розыск и будет подлежать задержанию на срок до 48 часов, который может быть продлен судом до 30 суток, с заключением под стражу с направлением в колонию – поселение под конвоем в порядке, предусмотренном ст.ст.75,76 УИК РФ. 

До вступления приговора в законную силу мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена прежней. 

Разрешен вопрос о вещественных доказательствах.

Заслушав доклад судьи об обстоятельствах дела и доводах апелляционных жалоб, осужденного и его защитника, поддержавших поданную защитником апелляционную жалобу, возражавших против удовлетворения апелляционной жалобы представителя потерпевшего, представителя потерпевшего, поддержавшего поданную им апелляционную жалобу, возражавшего против удовлетворения апелляционной жалобы защитника осужденного, прокурора, возражавшего против удовлетворения апелляционных жалоб, просившего оставить приговор суда без изменений, как законный и обоснованный, суд 

УСТАНОВИЛ:

Приговором Кировского районного суда Республики Крым от 13 мая 2019 года ФИО1 признан виновным и осужден за нарушение правил дорожного движения при управлении автомобилем, повлекшее по неосторожности смерть человека – ФИО17 

Преступление совершено ДД.ММ.ГГГГ примерно в 

<

данные изъяты> в районе 

<

адрес>, при обстоятельствах подробно изложенных в приговоре суда.

В апелляционной жалобе защитник осужденного – адвокат Рустемов К.Д. просит приговор отменить и вынести новый приговор, которым ФИО1 оправдать. В обоснование своих доводов указывает, что при вынесении приговора суд не учел основных элементов дорожно – транспортной обстановки, существенно влияющих на оценку действий водителя и решения вопроса о технической возможности предотвратить наезд на пешеходов, в частности, суд не принял во внимание то обстоятельство, что согласно показаниям свидетеля ФИО2 днем ДД.ММ.ГГГГ прошел дождь и дорожное покрытие было частично мокрым. Также суд не учел показания ФИО1 о том, что в момент, предшествовавший дорожно – транспортному происшествию, во встречном для него направлении двигалось крупногабаритное транспортное средство, которое ограничивало видимость. По мнению защитника, суд необоснованно не принял во внимание объяснения свидетеля ФИО4, который пояснял, что на проезжую часть они с ФИО5 вышли после того, как пропустили автомобиль Камаз, двигавшийся со стороны города Симферополь. Как указывает защитник, данные показания свидетеля косвенно подтверждают версию ФИО1 о наличии встречного транспортного средства. Считает, что заключение эксперта №1010/3-5 от 11 сентября 2018 года противоречит выводу суда об отсутствии встречного для ФИО1 транспорта, закрывавшего от него пешеходов. Исходные данные, в соответствии с которыми была проведена экспертиза, не соответствуют имеющимся в материалах дела сведениям. Эксперт ФИО7 не провел анализ технической состоятельности показаний ФИО1 о месте наезда и не принял во внимание показания свидетеля ФИО4 о том, что он сделал только один шаг от разделительной полосы. В судебном заседании ФИО1 пояснил, что он фактически не принимал участия в дополнительном осмотре места происшествия, эксперт ФИО8, принимавший участие при проведении данного следственного действия, самостоятельно указывал, как располагались транспортные средства, сам определил место наезда на пешеходов. По мнению защитника, место наезда на пешеходов, определенное в ходе дополнительного осмотра, не соответствует материалам уголовного дела и не позволяет восстановить механизм дорожно – транспортного происшествия. Указывает, что не была установлена фактическая скорость движения пешеходов. Отмечает, что ни в ходе предварительного следствия, ни в ходе судебного разбирательства не проводились следственные действия, в результате которых можно было установить скорость и темп движения пешеходов. При этом без установления движения скорости пешеходов проведение остальных расчетов было невозможным. Суд не принял во внимание выводы, к которым пришел специалист Кисир в своем заключении, приобщенном к материалам дела. Специалист Кисир указал на все ошибки, допущенные экспертом ФИО7. Фактически из заключения специалиста Кисир следовало, что имеющееся в деле заключение автотехнической экспертизы является недостоверным, выполненным с нарушением требований нормативных документов и методических рекомендаций. Кроме того, в постановлении следователя о назначении автотехнической экспертизы следователем не были указаны в качестве исходных данных скорость движения до наезда, поскольку эти данные не были установлены в результате проведения следственных действий и без них проведение экспертизы было невозможно. Тем не менее, при проведении экспертизы эксперт ФИО7 самостоятельно дополнил недостающие исходные, что запрещено нормами закона. В случае недостатка данных эксперт должен был ходатайствовать о проведении соответствующих следственных действий, в результате которых органы следствия могли добыть в установленном законом порядке недостающие эксперту сведения. Защитник указывает, что назначение органом предварительного следствия судебной автотехнической экспертизы было проведено с нарушением требований ФЗ №73 «О государственной судебно – экспертной деятельности в РФ» с нарушением административно – территориального принципа. Указывает, что пешеходы не выполнили ни одно из требований правил дорожного движения, что свидетельствует о противоправности их поведения в конкретной дорожной ситуации. Также защитник указывает, что в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции им неоднократно подавались ходатайства о проведении по делу повторной судебной автотехнической экспертизы. Однако суд необоснованно отказал в удовлетворении данных ходатайств, что предопределило вынесение необоснованного и незаконного приговора по делу. 

В апелляционной жалобе представитель потерпевшего – адвокат Мосесян К.М., не оспаривая обоснованности осуждения и правильности квалификации действий осужденного, ссылаясь на несправедливость приговора вследствие чрезмерной мягкости назначенного наказания, просит его изменить, назначив ФИО1 более строгое наказание. В обоснование своих доводов указывает, что ФИО1 не признавал свою вину в ходе всего разбирательства по делу, пытался обвинить пешеходов, переходивших дорогу, пытался ввести суд в заблуждение, указывая о наличии большегрузного автомобиля, двигавшегося во встречном направлении. Вместе с тем, ни один из допрошенных свидетелей не подтвердили версию ФИО1 о большегрузном транспортном средстве. Считает, что свидетель Каракаш давал показания по просьбе или договоренности с ФИО1. Просит исключить признание осужденным своей вины из перечня доказательств, смягчающих наказание ФИО1, поскольку в суде он отказался от своих признательных показаний. Считает назначенное наказание ФИО1 несоразмерным содеянному, не соответствующим личности виновного, не отвечающим задачам исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений, в связи с чем просит его усилить. 

В возражениях на апелляционные жалобы защитника и представителя потерпевшего государственный обвинитель Балема А.М. просит в их удовлетворении отказать, а приговор суда оставить без изменения, как законный и обоснованный. 

Проверив материалы дела и доводы апелляционных жалоб, выслушав стороны, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Материалами уголовного дела установлено, что предварительное расследование и судебное разбирательство в суде первой инстанции проведено полно и всесторонне, с соблюдением требований норм УПК РФ. 

Виновность ФИО1 в причастности к преступлению, за совершение которого он был осужден, подтверждается совокупностью собранных и тщательно исследованных в ходе судебного рассмотрения доказательств, которым суд дал надлежащую правовую оценку. 

Осужденный ФИО1 в ходе судебного разбирательства виновным себя в совершении преступления по предъявленному обвинению не признал и показал, что ДД.ММ.ГГГГ в районе 19 часов 00 минут в районе магазина «Салхат» на пешеходном переходе остановился, после продолжил движение, двигался со скоростью 50-60 километров по своей полосе. Навстречу двигалась грузовая автомашина, после проезда которой он увидел на разделительной полосе пешехода – ФИО4. ФИО5 он не видел, стал тормозить, взял вправо, но столкновения не избежал. Во время проведения дополнительного осмотра места дорожно – транспортного происшествия, эксперт говорил ему, как именно необходимо поставить автомобиль. 

Вместе с тем, из материалов дела усматривается, что, будучи допрошенным в ходе предварительного расследования по уголовному делу в качестве обвиняемого, ФИО1 полностью признал себя виновным и пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ около 

<

данные изъяты> на своем автомобиле выехал из 

<

адрес> и направился в 

<

адрес> ФИО3. На заднем сидении располагалась жительница 

<

адрес> ФИО3 со своим несовершеннолетним сыном. Двигались по автодороге 

<

данные изъяты> в направлении 

<

адрес>. В этот день погодные условия были нормальные, видимость была достаточной. Дорожное покрытие было сухим. Когда он подъехал к 

<

адрес> ФИО3, то двигался со скоростью 50-60 км/ч. Подъезжая к торговому центру 

<

данные изъяты> он остановился перед пешеходным переходом, после этого он продолжил движение, на автомобиле был включен ближний свет фар. Когда он стал приближаться к дому № по 

<

адрес> в 

<

адрес> ФИО3, то увидел уже на полосе своего движения пешехода, который располагался относительно его автомобиля правым боком. Второго пешехода он вообще не видел. Расстояние от его автомобиля до пешехода в тот момент, когда он его обнаружил на полосе своего движения было минимальным, он сразу же прибегнул к экстренному торможению, старался принять правее, но избежать наезда ему не удалось. Произошел удар на полосе его движения, практически посредине полосы, он сразу же остановил автомобиль. Когда вышел, то увидел, что пешеходов было двое, их госпитализировали, через некоторое время он узнал, что ФИО5 скончался. Вину в том, что совершил наезд на пешеходов признал полностью, пояснил, что должен был увидеть пешеходов и принять меры, чтобы не совершить на них наезд. 

Указанные показания ФИО1 давал ДД.ММ.ГГГГ в присутствии защитника, будучи допрошенным в качестве обвиняемого (т.1, л.д.226-229). 

Суд апелляционной инстанции считает, что показания ФИО1, данные им в ходе предварительного расследования, нашли свое объективное подтверждение другими исследованными судом доказательствами, которые согласуются между собой как в целом, так и в отдельных деталях, создавая картину совершенного преступления в целом. 

При этом его утверждения о непричастности к совершению инкриминируемого ему преступления, а также доводы апелляционной жалобы защитника об отсутствии в деле достоверных доказательств о доказанности виновности ФИО1 в преступлении, за которое он был осужден, надлежащим образом проверялись в судебном заседании и обоснованно признаны несостоятельными, поскольку они не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и опровергаются собранными по делу и положенными в основу приговора доказательствами.

Так, из показаний свидетеля и непосредственного участника дорожно – транспортного происшествия ФИО16, допрошенного в судебном заседании, следует, что ДД.ММ.ГГГГ на автомашине за ним заехал ФИО17, они проехали по 

<

адрес>, не доезжая трассы, остановились с правой стороны. Погода была хорошая, асфальтовое покрытие сухое. Стояли у бордюра на 

<

адрес> и смотрели 5-7 минут в левую и правую сторону, чтобы перейти дорогу. Наступил момент, когда машин совсем на дороге не было, обзор ничего не ограничивало. ФИО5 шел на шаг впереди чуть левее. Спокойным шагом они дошли до сплошной линии, сделав один шаг ногой, он получил удар и потерял память. Если бы услышал звук тормозов, то отреагировал бы. Утверждает, что ФИО10 в этот день он не видел. 

Указанные показания свидетеля ФИО4 о месте, времени и участниках дорожно-транспортного происшествия полностью согласуются и с показаниями свидетеля ФИО11, которые были даны ей в ходе предварительного следствия и оглашены в судебном заседании в порядке ст.281 УПК РФ, из которых следует, что ДД.ММ.ГГГГ ее подвозил ФИО1, она находилась на заднем сидении с сыном. За 100 метров до места происшествия она посмотрела на дорогу, на обочине увидела ФИО5 и ФИО4. Обратила внимание на то, что они стали пересекать проезжую часть слева направо по ходу движения их автомобиля. Увидела только как ФИО5 и ФИО4 сделали шаг и ступили на проезжую часть. Когда подняла голову, почувствовала, что ФИО1 прибегнул к экстренному торможению, а перед их автомобилем на полосе их движения практически перед капотом находятся два пешехода. 

После оглашения показаний свидетель ФИО11 пояснила, что их не оспаривает, показания давала добровольно, в протоколе допроса ее в качестве свидетеля все изложено верно. 

Протоколом осмотра места дорожно – транспортного происшествия от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что автомобиль ВАЗ 210994-20 государственный регистрационный знак 

<

***>, которым управлял ФИО1, находится на полосе движения в сторону 

<

адрес>, автодорога «Симферополь-Феодосия» 89км+44м, 

<

адрес> ФИО3. Видимость дороги составляет 200 метров, проезжая часть горизонтальная, на подъем, дефекты дороги отсутствуют, состояние покрытия частично сухое, частично мокрое.

Схема дорожно – транспортного происшествия, составленная в день происшествия с участием ФИО1, а также понятых, содержит сведения относительно характеристики проезжей части, места расположения транспортного средства, пешеходов, направления движения транспортного средства, места дорожно – транспортного проишествия. Сведения, зафиксированные на схеме, и место наезда были получены в результате осмотра места происшествия и со слов ФИО1. 

При проведении дополнительного осмотра места дорожно-транспортного происшествия ДД.ММ.ГГГГ с участием водителя ФИО1, последний на месте рассказал об обстоятельствах произошедшего дорожно – транспортного происшествия, указал, что двигался со скоростью 50 км/ч на подъем в сторону 

<

адрес>. Во встречном направлении двигалась колонна транспортных средств, неожиданно увидел из – за задней части грузового автомобиля двух пешеходов, которые пересекали проезжую часть слева направо. Во избежание столкновения применил резкое торможение и изменил направление движения вправо, но наезд избежать не удалось. Место выхода на проезжую часть, характер и темп их движения ФИО1 указать не мог. При этом он указал место наезда на пешеходов, на полосе его движения, на расстоянии 1,87 м от правового края проезжей части. Также ФИО1 указал, что его автомобиль двигался на расстоянии 0,95 м от правового края проезжей части. Встречный грузовой автомобиль двигался со скоростью 40 км/ч на расстоянии 0,65 м от левых колес до осевой линии дорожной разметки. 

Согласно заключения эксперта №1010/3-5 от 11 сентября 2018 года, водитель автомобиля марки ВАЗ 210994-20 государственный регистрационный знак 

<

***>, ФИО1 в данной дорожной обстановке с целью обеспечения безопасности движения должен был руководствоваться требованиями п.10.1 (ч.2) Правил дорожного движения РФ, согласно которым при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства. Водитель ФИО1 с технической точки зрения располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешеходов в случае выполнения им требований п.10.1 (ч.2) ПДД РФ, для чего помех технического характера не усматривалось. 

Стороной защиты неоднократно заявлялись ходатайства о проведении по делу повторной судебной автотехнической экспертизы. Суд первой инстанции отказал в их удовлетворении. При этом данное решение суда было достаточно мотивировано, учтены высказанные мнения всех участников процесса, принципы состязательности нарушены не были.

Вместе с тем, стороной защиты по своей собственной инициативе было проведено автотехническое исследование по факту наезда на пешеходов, проведение которого было поручено эксперту Автономной некоммерческой организацией «Крымская независимая экспертиза» ФИО12

Судом первой инстанции обоснованно не положено в основу обвинительного приговора указанное заключение, так как оно добыто с нарушением действующего уголовно-процессуального законодательства, поскольку в соответствии с Постановлением Плену Верховного суда РФ N 28 от 21.12.2010 года «О судебной экспертизе по уголовным делам» Автономная некоммерческая организация «Крымская независимая экспертиза» не является надлежащим лицом, обладающим полномочиями на проведение такого рода экспертиз по уголовным делам и в соответствии с ч. 1 ст. 75 УПК РФ не может быть принято как доказательство по делу, в связи с чем суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции, который не принял во внимание выводы специалиста ФИО12, изложенные в указанном заключении.

Однако по ходатайству стороны защиты специалист ФИО12, проводивший указанное исследование, был допрошен в судебном заседании и пояснил, что материалы уголовного дела он не исследовал, исходные данные брал из документов, предоставленных адвокатом. В заключении №1010/3-5 эксперт ФИО13 провел расчеты по недопустимой для данного исследования методике и использовал табличные значения скорости движения пешеходов. Кроме того, при расчете фактического замедления не учел загрузку автомобиля двумя пассажирами и состояние проезжей части частично мокрое. Эти упущения, по мнению специалиста ФИО12, привели к ошибочной оценке действий водителя ФИО1. 

Вместе с тем, в судебном заседании был также допрошен и эксперт ФИО13, проводивший судебную автотехническую экспертизу, который пояснил, что ошибочное применение коэффициента замедления для одного водителя, при условии, что в автомашине находились два пассажира и водитель, не повлияло на конечный вывод экспертизы. Коэффициент замедления при такой загрузке будет составлять 6,6 метра в секунду, а тормозной путь при этом будет равен 31,6 метра, что не повлияло на конечный вывод экспертизы. Дорожное покрытие, зафиксированное на фототаблице к протоколу осмотра места происшествия, принималось в расчет как сухое. Согласно методике скорость пешеходов определена в соответствии с установленными значениями. 

Вопреки доводам апелляционной жалобы защитника, заключение экспертизы №1010/3-5 от 11 сентября 2018 года отвечает требованиям закона, предъявляемым к производству экспертиз. Оснований не доверять выводам эксперта, у суда не имеется. 

Данное заключение эксперта, вопреки доводам апелляционной жалобы, обосновано было положено в основу обвинительного приговора как допустимое и достоверное доказательство. Оснований сомневаться в компетентности, объективности и достоверности вышеприведенных выводов эксперта у суда первой инстанции не имелось, не имеется таковых и у апелляционной инстанции. Заключение выполнено экспертом, имеющим высшее техническое и юридическое образование, соответствующую квалификацию, большой опыт работы по специальности, в полном соответствии с требованиями ст. ст. 195, 199, 204 УПК РФ и положениями Федерального закона "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" от 31 мая 2001 года N 73-ФЗ. Несогласие автора апелляционной жалобы с выводами эксперта не является основанием для сомнений в обоснованности данных заключений. При этом приведенные доводы о том, что экспертиза была проведена в нарушение приказа МВД РФ №511 от 29 июня 2005 года «Вопросы организации производства судебных экспертиз в экспертно – криминалистических подразделениях органов внутренних дел РФ» не по территориальному расположению экспертного учреждения, суд апелляционной инстанции отклоняет, как основанные на неверном толковании норм уголовно – процессуального законодательства, в соответствии с которым выбор экспертного учреждения является прерогативой следователя. Экспертное автотехническое исследование вправе проводить не только ЭКЦ МВД, но и в соответствии с ч.2 ст.195 УПК РФ, государственные судебные эксперты. 

Кроме того, апелляционный суд считает необходимым отметить, что обвиняемый ФИО1 и его защитник Чащин С.Я. были ознакомлены с постановлением о назначении экспертизы в ходе предварительного следствия и при этом ни у кого из участников данного следственного действия не было замечаний относительно экспертного учреждения, которому было поручено проведение судебной экспертизы. 

Данных, которые указывали бы на недопустимость заключения эксперта, материалы дела не содержат. Оснований сомневаться в обоснованности, объективности и достоверности указанной экспертизы не имеется. Новых сведений, имеющих отношение к данному уголовному делу в отношении ранее исследованных обстоятельств, не установлено. Все вопросы, имеющие отношение к данному уголовному делу, были разрешены в полном объёме, посредством исследования самого заключения эксперта и допроса эксперта ФИО13

Тяжесть причиненного потерпевшему ФИО17 в результате дорожно-транспортного происшествия вреда здоровью, приведшего к смерти потерпевшего, подтверждается заключением судебно-медицинской экспертизы №152 от 23 июля 2018 года. 

Выводы суда о доказанности виновности ФИО1 в приговоре обоснованы исследованными в суде вышеприведенными и другими доказательствами, и надлежаще мотивированы.

Таким образом, суд первой инстанции, исследовав и оценив все собранные доказательства в их совокупности, дал им надлежащую оценку в соответствии со ст.ст.17, 88 УПК РФ, и привел мотивы, по которым признал их достоверными, соответствующими установленным фактическим обстоятельствам дела, а также указал мотивы, по которым он их принимает. В соответствии с требованиями закона каждое из доказательств оценено с точки зрения относимости, допустимости, а совокупность доказательств - с точки зрения достаточности для разрешения дела.

Поскольку представленные доказательства, на основании которых суд пришел к выводу об их достаточности для вынесения по делу обвинительного приговора, согласуются между собой и дополняют друг друга, суд апелляционной инстанции соглашается с данной им судом первой инстанции оценкой.

Доводы апелляционной жалобы защитника осужденного о движущемся во встречном направлении крупногабаритного транспортного средства, были предметом исследования и рассмотрения суда первой инстанции, и обоснованно признаны несостоятельными. Так, в судебном заседании просмотрены видеозаписи с камер наблюдения СТО «

<

данные изъяты>» и ТЦ «

<

данные изъяты>» и на трех видеозаписях в течение времени с 19 часов 40 минут до 19 часов 49 минут большегрузный автомобиль, двигавшийся в сторону 

<

адрес>, не зафиксирован. 

При этом, судебная автотехническая экспертиза была проведена с учетом исходных данных о том, что пешеходы появились из – за задней части грузового автомобиля, и несмотря на это эксперт пришел к выводу о наличии у ФИО1 возможности предотвратить наезд на пешеходов.

Как следует из материалов дела, для определения скорости пешеходов эксперт правомерно в соответствии с методикой, использовал нормативные значения. Также свидетель ФИО4 пояснял, что он с ФИО5 переходили дорогу спокойным шагом, в связи с чем доводы защитника о том, что не установлена скорость движения пешеходов не являются основанием для признания заключения эксперта недопустимым доказательством по делу. В ходе проведения экспертизы эксперт использовал предоставленные ему данные, в частности, о том, что пешеходы возрастом 70 лет и двигались в темпе обычного шага. Исходные данные, на основании которых была произведена экспертиза, были установлены экспертом на основании имеющихся материалов уголовного дела, в частности, показаний самого осужденного, указавшего о скорости движения его транспортного средства, протокола осмотра места происшествия, в котором была зафиксирована дорожная обстановка и состояние асфальтного покрытия. 

Вопреки доводам апелляционной жалобы защитника, судом на основании всех исследованных в судебном заседании доказательств, в том числе протокола осмотра места ДТП, схемы места совершения наезда на пешеходов, показаний самого осужденного и свидетелей, верно установлено место совершения ДТП. Место совершения наезда, зафиксированное в схеме, было обозначено на основании показаний самого ФИО1, которое в дальнейшем подтверждено свидетелями-очевидцами ДТП.

Оснований для признания каких-либо доказательств, предоставленных в судебном заседании стороной обвинения, в том числе протокола дополнительного осмотра места ДТП, о чем ставит вопрос защитник в поданной им апелляционной жалобе, недопустимыми либо не достоверными, суд апелляционной инстанции не усматривает. Фактические данные, установленные в ходе проведения указанных следственных действий, не противоречат данным, изложенным осужденным и свидетелями в ходе предварительного следствия и в суде. Каких-либо новых данных, которые бы могли повлиять на исход дела, не представлено. Оценку следственному действию по дополнительному осмотру места происшествия на предмет соответствия требованиям уголовно-процессуального закона суд дал в приговоре, оснований не согласиться с такой оценкой суд апелляционной инстанции не имеет.

До возбуждения уголовного дела ДД.ММ.ГГГГ был проведен дополнительный осмотр места дорожно – транспортного происшествия для установления всех значимых по делу обстоятельств. При этом указанное следственное действие было проведено в соответствии с требованиями ст.176-177 УПК РФ, согласно которым осмотр предметов осуществляется в целях обнаружения следов преступления, выяснения других обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела. 

С учетом указанного, суд апелляционной инстанции отвергает доводы апелляционной жалобы защитника о том, что протокол дополнительного осмотра места происшествия составлен с нарушением норм УПК РФ и с применением давления на ФИО1. 

Установленные фактические обстоятельства позволили суду прийти к обоснованному выводу о нарушении ФИО1 п.10.1 ч.2 ПДД РФ, а именно в том, что он, управляя технически исправным автомобилем ВАЗ 210994-20, двигаясь по автодороге «Симферополь-Феодосия», при возникновении опасности для движения, не принял мер по снижению скорости своего движения, тем самым проявив преступное легкомыслие к обеспечению безопасности дорожного движения, в результате чего совершил наезд на двух пешеходов, что повлекло причинение ФИО5 тяжкого вреда здоровью, приведшего к смерти потерпевшего. 

Изложенные в апелляционной жалобе доводы защитника о нарушении пешеходами правил дорожного движения, что и явилось причиной ДТП, были предметом проверки суда первой инстанции и обоснованно отклонены судом, с чем соглашается суд апелляционной инстанции, поскольку данное обстоятельство не влияет на наступление уголовной ответственности ФИО1. 

Вопреки доводам осужденного и адвоката, несмотря на позицию ФИО1, согласно которой у него не было технической возможности предотвратить наезд на пешеходов, суд пришел к правильному и обоснованному выводу о том, что водитель ФИО1, будучи обязанным знать и соблюдать Правила дорожного движения, а также действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда, проявил преступное легкомыслие и невнимательность в дорожной обстановке и ее изменении, выразившееся в том, что в момент обнаружения опасности он не предпринял мер к снижению скорости своего движения до полной остановки транспортного средства, тем самым проявил преступное легкомыслие к обеспечению безопасности дорожного движения. Своими действиями ФИО1 допустил нарушения Правил дорожного движения, которые и привели к последующему дорожно-транспортному происшествию, в результате которого потерпевший ФИО5 скончался. 

Судом правильно установлено наличие прямой причинно-следственной связи между неосторожными действиями виновного и наступившими последствиями. 

Соглашаясь с такими выводами суда первой инстанции, суд, помимо прочего, учитывает и показания свидетеля ФИО9, ехавшей на заднем сидении автомобиля под управлением ФИО1, которая показала, что заметила двух пешеходов на обочине за 100 метров до места дорожно – транспортного происшествия. При этом ФИО1 управлял источником повышенной опасности, каковым является механическое транспортное средство, вследствие чего, в силу требований п.10.1 ПДД РФ обязан был принять все возможные меры для предотвращения ДТП и препятствий технического характера для этого материалами дела не установлено.

Нарушений уголовно-процессуального закона, способных путем ограничения прав участников судопроизводства повлиять на правильность принятого судом решения, в ходе предварительного следствия и судебного разбирательства по делу не допущено.

Таким образом, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что как в ходе предварительного следствия, так и в судебном заседании нарушений норм уголовно-процессуального законодательства, которые могли нарушить права и законные интересы участников процесса при рассмотрении уголовного дела, допущено не было.

Содеянное осужденным получило надлежащую юридическую оценку. Квалификация действий ФИО1 по ч.3 ст.264 УК РФ как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека является правильной. Выводы суда относительно квалификации содеянного осужденным в приговоре мотивированы.

С учетом указанного и доказанности вины ФИО1 в совершении им преступления, предусмотренного ч.3 ст.264 УК РФ, вопреки доводам апелляционной жалобы защитника, у суда апелляционной инстанции не имеется оснований для оправдания ФИО1. 

Назначая осужденному наказание, суд указал о его назначении в соответствии с требованиями ст.60 УК РФ, с учетом характера, тяжести и общественной опасности совершенного преступления, данных о его личности, наличия обстоятельств, смягчающих наказание, отсутствия отягчающих обстоятельств, а также влияния назначенного наказания на исправление осужденного.

При назначении наказания ФИО1 судом первой инстанции учтены и правильно оценены характер и степень общественной опасности совершенного преступления, в силу ст.15 УК РФ относящегося к категории преступлений средней тяжести, данные, характеризующие его личность.

Должным образом судом первой инстанции изучена личность осужденного, который ранее не судим, не привлекался к административной ответственности за нарушение правил ПДД, на учете у врача психиатра и врача нарколога не состоит, по месту жительства характеризуется положительно, проживает совместно с родителями и сестрой. 

Судом первой инстанции было учтено влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни семьи виновного, поскольку в судебном заседании были исследованы характеризующие в отношении ФИО1 материалы уголовного дела. Иных характеризующих сведений стороной защиты не представлено, ходатайств об их истребовании в судебном заседании суда первой инстанции не поступило. 

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание осужденного, судом признано признание им своей вины в ходе предварительного следствия и молодой возраст виновного. 

Обстоятельств, отягчающих наказание осужденного, судом первой инстанции не установлено. Не усматривает таковых и суд апелляционной инстанции. 

Вместе с тем, как установлено судом и не оспаривается никем из участников уголовного дела, наезд на пешеходов ФИО4 и ФИО5 водителем ФИО1 был совершен на проезжей части вне пределов пешеходного перехода, то есть пешеходами не были выполнены требования п. 4.3 Правил дорожного движения.

Согласно п. 10 Постановления Пленума ВС РФ от 9 декабря 2008 года N 25 "О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения" (в редакции от 23 декабря 2010 года N 31), если последствия, предусмотренные ст. 264 УК РФ, наступили не только вследствие нарушения Правил дорожного движения лицом, управляющим транспортным средством, но и ввиду несоблюдения их потерпевшим, эти обстоятельства, могут быть учтены судом как смягчающие. 

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает необходимым признать данное обстоятельство смягчающим и снизить назначенное осужденному наказание в виде лишения свободы. При определении пределов смягчения суд апелляционной инстанции принимает во внимание фактические обстоятельства дела и наступившие последствия. 

Вместе с тем, решение суда о назначении осужденному наказания в виде лишения свободы мотивировано, является справедливым, соответствующим характеру и степени общественной опасности содеянного, полностью отвечает задачам восстановления социальной справедливости, исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений.

Доводы апелляционной жалобы представителя потерпевшего об исключении из числа смягчающих наказание обстоятельств признание им своей вины являются необоснованными, поскольку как следует из материалов дела ФИО1 на протяжении всего предварительного следствия действительно признавал свою вину, ходатайствовал о проведении судебного разбирательства в особом порядке.

Таким образом, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы потерпевшего и усиления назначенного ФИО1 наказания суд апелляционной инстанции не усматривает. 

С учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности, оснований для изменения категории преступления на основании ч.6 ст.15 УК РФ суд апелляционной инстанции, как и суд первой инстанции, не усматривает.

Основания для применения в отношении ФИО1 положений ст.73 УК РФ, суд первой инстанции не усмотрел, не находит их и суд апелляционной инстанции, исходя из характера и степени общественной опасности содеянного и наступивших последствий. 

В соответствии с п.«а» ч.1 ст.58 УК РФ суд правильно определил вид исправительного учреждения и назначил ФИО1 отбывание наказания в колонии – поселении.

Вместе с тем, в соответствии с ч. 1 ст. 389.19 УПК РФ при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке суд не связан доводами апелляционных жалобы, представления и вправе проверить производство по уголовному делу в полном объеме. 

Так, суд при назначении осужденному наказания учел то обстоятельство, что ФИО1 официально не трудоустроен, но данное обстоятельство, согласно ч.3 ст.60 УК РФ, не может учитываться при назначении наказания, в связи с чем из описательно-мотивировочной части приговора необходимо исключить указание на то, что ФИО1 официально не трудоустроен.

Нарушений требований уголовного и уголовно-процессуального законов при рассмотрении дела, влекущих за собой отмену приговора, в апелляционном порядке не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.15, 389.18, 389.19, 389.20, 389.26, 389.28 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Кировского районного суда Республики Крым от 13 мая 2019 года в отношении ФИО1 – изменить.

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на то, что ФИО1 официально не трудоустроен.

Признать нарушение пешеходами ФИО18 и ФИО19 п. 4.3 Правил дорожного движения смягчающим наказание ФИО1 обстоятельством.

Смягчить наказание, назначенное ФИО1 по ч. 3 ст. 264 УК РФ, до 2 лет 10 месяцев лишения свободы, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением любым видом транспортных средств сроком на 3 года, с отбыванием основного наказания в виде лишения свободы в колонии – поселении. 

В остальной части приговор суда оставить без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения. 

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в соответствии с требованиями Главы 47.1 УПК РФ.

Председательствующий: