По делу № 2-216/2023

УИД 52RS0054-01-000087-56

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

05 июля 2023 года г. Чкаловск

Чкаловский районный суд Нижегородской области в составе председательствующего судьи Звягенцева С.Н., при секретаре судебного заседания Лицовой Н.В., с участием истца ФИО1, его представителя по ордеру адвоката Крайновой А.А., ответчика ФИО2, представителя ответчика ФИО3 по ордеру адвоката Пендина Е.А., третьего лица ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО4, ФИО3 о признании договора купли-продажи квартиры недействительным, признании недействительной выписки из единого государственного реестра недвижимости о характеристиках и зарегистрированных правах на квартиру, прекращении права собственности на квартиру, применении последствий недействительности сделки купли-продажи квартиры и признании права собственности на квартиру,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО4, ФИО3, с учетом уточнения исковых требований просит признать недействительным договор купли-продажи квартиры, общей площадью 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>) кв.м., состоящей из двух жилых комнат, кухни, туалета, прихожей, расположенной по адресу: 

<

адрес>, на втором этаже трехэтажного кирпичного дома, имеющей кадастровый №, заключенный 12 ноября 2018 г. между ФИО1 и ФИО3; признать недействительной выданную ФИО3 выписку из Единого государственного реестра недвижимости об основных характеристиках и зарегистрированных правах на объект недвижимости на квартиру, общей площадью 

<

данные изъяты> кв.м., состоящей из двух жилых комнат, кухни, туалета, прихожей, расположенной по адресу: 

<

адрес>, на втором этаже трехэтажного кирпичного дома, имеющей кадастровый № от 17.12.2018 г., прекратить право собственности за ФИО3, 

<

дата> года рождения, на жилое помещение – квартиру, общей площадью 

<

данные изъяты>) кв.м., состоящей из двух жилых комнат, кухни, туалета, прихожей, расположенной по адресу: 

<

адрес>, на втором этаже трехэтажного кирпичного дома, имеющей кадастровый №, а также применить последствия недействительности сделки купли-продажи спорной квартиры; признать за ФИО1, 

<

дата> года рождения, право собственности на жилое помещение – квартиру, общей площадью 

<

данные изъяты>) кв.м., состоящей из двух жилых комнат, кухни, туалета, прихожей, расположенной по адресу: 

<

адрес>, на втором этаже трехэтажного кирпичного дома, имеющей кадастровый №. 

В обосновании иска указано, что 12.11.2018 г. между истцом и ответчиком ФИО3 был заключен договор купли-продажи квартиры, общей площадью 

<

данные изъяты> кв.м., состоящей из двух жилых комнат, кухни, туалета, прихожей, расположенной по адресу: 

<

адрес>, на втором этаже трехэтажного кирпичного дома. Согласно условиям договора, стоимость двухкомнатной квартиры была определена в сумме 1 200 000 рублей 00 копеек. До подписания договора купли-продажи квартиры, стороны обусловились, что ее реальная стоимость составляет 950 000 рублей 00 копеек. По факту, сумма в 950 000 рублей не передавалась покупателем ФИО3, а также ее супругом ФИО4 продавцу ФИО1, а в договоре купли-продажи сумма в размере 1 200 000 рублей была прописана только лишь для получения налогового вычета, который составил 156 000 рублей, для дальнейшего окончательного расчета с продавцом, которая входила бы в оговоренную стоимость квартиры.

По условиям расписки от 12.11.2018 г., заключенной между ФИО4 и ФИО3 с одной стороны, а также ФИО1 с другой стороны, сумма без учета налогового вычета должна была быть передана ФИО1 в течение четырех лет с момента осуществления государственной регистрации перехода права собственности на квартиру (дата проведения государственной регистрации права собственности – 17 декабря 2018 года), т.е. до 17.12.2022 года включительно. 

Отсрочка выплаты суммы за переданное жилье ФИО4 и ФИО3 была обусловлена тем, что на момент совершения сделки истец ФИО1 состоял с ответчиками в родственных отношениях и поверил добросовестности с их стороны – передаче денежных средств в течение четырех лет с момента заключения договора купли-продажи. 

В соответствии с п. 5 договора купли-продажи квартиры от 12.11.2018 года продавец денежные средства от покупателя принял в полном объеме и претензий по расчетам не имеется. Содержащийся в договоре данный пункт о том, что денежные средства были переданы до подписания договора – вынужденная мера, так как в противном случае сделка купли-продажи была бы не реализована, а ответчики не получили бы налоговый вычет в размере 156 000 рублей, исходя из чего цель истца по сделке не была связана с продажей квартиры по указанным условиям в договоре купли-продажи. 

По мнению истца, сделка содержит пороки, влекущие ее недействительность по основаниям ст. 168, 1104 ГК РФ, полагает оспариваемую сделку безденежной. Факт безденежности договора подтверждается отсутствием расписки на передачу денежных средств как до, так и после заключения и регистрации договора купли-продажи квартиры, отсутствием необходимой суммы на оплату в размере 950 000 рублей, так как ответчики – бывшие супруги все предметы, составляющие совместно нажитое имущество приобретали посредством заключения большого количества кредитных договоров. Целью заключения договора являлось получение налогового вычета от покупки квартиры ФИО3, для последующей передачи истцу в счет стоимости квартиры по договору купли-продажи. 

Данная сделка нарушает права и законные интересы истца, так как неполучение денежных средств за продажу квартиры привело к неблагоприятным для истца последствиям, а именно уменьшению уровня его жизни, поскольку он рассчитывал на получение денежных средств от продажи квартиры, а размер пенсии не позволяет вести достойный уровень жизни. Требование истца от 29.11.2022 года об оплате стоимости квартиры, обусловленной договором купли – продажи квартиры от 12.11.2018 г. в размере 950 000 рублей оставлено без ответа, то есть ответчиками добровольно не было удовлетворено требование об оплате стоимости квартиры. 

Истец ФИО1 в судебном заседании уточненные исковые требования поддержал в полном объеме по основаниям указанным в исковом заявлении. Пояснил, что, когда подписывали договор, он никаких денег не видел, ему их не отдавали, поэтому составили расписку, но кто ее составлял, не помнит. Договор подписывал добровольно без какого-либо давления, после его прочтения. Со всем, что было указано в договоре, был согласен. Разговор шел только о том, что семье надо получить налоговый вычет, который пойдет на плату квартиры. Документов, подтверждающих обращения к ответчикам за деньгами нет. Расписка была написана в 2018 году о том, что в течение 4-х лет выплатят деньги за квартиру. Когда составляли договор купли-продажи квартиры, семья ответчиков уже жила в квартире, которую он приобрел в 2013 году, а в 2018 году решили переписать на ответчиков. Семья ответчиков жила в квартире с момента ее приобретения, так как в 2013 году появился внучек. Себе они купили квартиру 22.10.2018 года по адресу: 

<

адрес> за 1 200 000 рублей, на первом этаже. С продавцом расплачивался наличными деньгами. В 2018 году ответчики работали: ФИО3 – на винзаводе, а ФИО4 - где не помнит. Аудиозапись в квартире ФИО4 велась на телефон жены, модель и марку не помнит. Запись велась 18.01.2023 года. Согласия ответчика ФИО5 на производство записи не получал, но помнит, что уведомил ее. Телефон находился в кармане кофты. В разговоре ответчик отвечала на вопросы. Говорила, что квартиру покупали ребенку, что сдаст сдачу Алексею.

Представитель истца Крайнова А.А. исковые требования своего доверителя поддержала, по указанным в уточненном исковом заявлении основаниям. Пояснила, что основаниями для удовлетворения исковых требований являются безденежье договора, что подтверждают свидетельские показания, скрин-шоты, огромное количество кредитных договоров, письменные пояснения ответчика ФИО4, аудиозапись из квартиры ФИО3, расписка. Все свидетельствует о том, что деньги не передавались. У истца есть выбор получить деньги за квартиру или вернуть квартиру. Он выбрал вариант с возвращением квартиры. Заявление о восстановлении срока исковой давности имеется, так как имеется расписка о выплате денег до 01 декабря 2022 года.

Ответчик ФИО4 в судебном заседании исковые требования признал в полном объеме. Письменное заявление о признании исковых требований приобщено к материалам гражданского дела. Пояснил, что денег в семье действительно не было, из-за чего много брали кредитов. Квартиру после переезда практически всю переоборудовали, сделали перегородку, санузел, прорубили арку, провели газ, на который он брал деньги в долг, а оформлялось все на отца, так как он был собственником квартиры. Было принято решение, что квартиру передадут им. С момента проживания в квартире услуги ЖКХ оплачивали они, бывали случаи, когда образовывались долги. Был долг и более 10 000 рублей, когда переоформлялись в другую обслуживающую компанию, даже обрезали свет за неуплату. Подлинника расписки не имеется, есть только копия, которая осталась только у него в компьютере. Договор купли-продажи квартиры истец подписывал добровольно. У них в семье даже планов на покупку квартиры не было, так как он стабильного дохода не имел. Оба пробовали взять ипотечный кредит, но получили отказ. Своими действиями они ввели его родителей в заблуждение. Ему обидно, что ответчица не дает ему ребенка и за родителей, которые всегда помогали деньгами. Все имущество, которое у них было приобретено, бралось в кредиты. 90% средств ответчика ФИО5 уходило на оплату кредитов. Отец обращался в полицию по факту мошеннических действий ФИО5, но получил отказ. Сомневается, что Болонкина во время их совместной жизни сэкономила хотя бы какие-нибудь деньги. 

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явилась. О дате, времени и месте рассмотрения дела судом извещалась должным образом. Согласно представленного отзыва, считает исковые требования незаконными, необоснованными и не подлежащими удовлетворению, так как обстоятельства, изложенные в исковом заявлении, заявлениях об уточнении исковых требований, не соответствуют действительности. Довод истца о том, что при заключении договора купли-продажи квартиры от 12.11.2018 г. денежные средства покупателем ФИО3 продавцу ФИО1 не передавались, не соответствует действительности. В соответствии с условиями договора купли-продажи квартиры от 12.11.2018 г., ФИО1 продал ФИО3 жилое помещение – квартиру общей площадью 

<

данные изъяты> кв.м., расположенную по адресу: 

<

адрес> (п. 1 договора). На основании п. 4 договора стороны заявляют, что они действуют сознательно, добровольно, не вынуждено, на обоюдовыгодных, не кабальных условиях, понимают значение своих действий и не заблуждаются относительно сделки, не лишались и не ограничивались в дееспособности, не страдают заболеваниями, в том числе психическими, лишающими их возможности понимать значение своих действий и руководить ими. 

Согласно п. 5 указанного договора, по соглашению сторон цена квартиры определяется в сумме 1 200 000 рублей. Указанная стоимость отчуждаемой квартиры установлена по соглашению сторон договора, является окончательной и в дальнейшем изменению не подлежит. Сторонам известно, что соглашение о цене является существенным условием настоящего договора. Указанная сумма получена продавцом до подписания договора в полном объеме. Продавец денежные средства от покупателя принял в полном объеме и претензий по расчетам не имеет. 

В соответствии с п. 8 договора купли продажи квартиры от 12.11.2018 г., стороны пришли к соглашению о том, что настоящий договор имеет силу акта приема-передачи. Таким образом, денежные средства за спорное жилое помещение были переданы и получены истцом в полном объеме. 

Довод истца в исковом заявлении о том, что семья не располагала необходимой для оплаты квартиры денежными средствами, является несостоятельным и необоснованным. В 2008 году между ФИО3 и ФИО4 был зарегистрирован брак. На протяжении десяти лет они копили денежные средства с целью приобретения собственного жилья. Весь период времени проживания в браке они трудились и имели доход. Более того, ФИО4 всегда стремился к хорошему заработку и трудился как официально, так и подрабатывал неофициально. Его доход всегда был выше среднего. Она также всегда была трудоустроена и имела доход, и также как бывший супруг стремилась подрабатывать и иметь дополнительный доход. Как и у родителей бывшего супруга, так и у её матери имеются в собственности земельные участки, где выращиваются овощи и многое другое, на продукты питания они расходовали минимальное количество денежных средств. Семья старалась экономить денежные средства, и к 2018 году необходимая сумма была накоплена и была приобретена спорная квартира. Довод в исковом заявлении о том, что она и бывший супруг пользовались заемными денежными средствами, не указывает на отсутствие денежных средств. Семье было так удобно. Взяв кредит на приобретение техники, они выплачивали его, так как у каждого из бывших супругов имелся дополнительный доход помимо дохода от основного места работы.

С сентября 2022 года она и ФИО4 перестали вести совместное хозяйство, а 01.12.2022 г. решением мирового судьи судебного участка № 2 Чкаловского судебного района Нижегородской области брак между ними расторгнут. После прекращения семейных отношений и ввиду того, что ФИО4 перестал материально поддерживать сына, она была вынуждена обратиться в Чкаловский районный суд с иском о взыскании алиментов на содержание ребенка в твердой денежной сумме. После обращения в суд, ФИО4 заявил, что оставит ее без всего, в том числе и без квартиры. Истец и третье лицо ФИО2 являются родителями соответчика ФИО4 и всячески желают ему помочь, поэтому ФИО1 обратился в суд и поддерживает позицию сына, который желает лишить ее и сына единственного жилья. Истец ФИО1, соответчик ФИО4 и третье лицо ФИО2 испытывают к ней личную неприязнь, и к их показаниям следует отнестись критически. 

Наличие расписки от 12.11.2018 года, из которой следует, что ответчики обязуются выплатить истцу денежные средства в срок до 01.12.2022 года, не указывает на безденежность договора. Во-первых, юридическим оформлением сделки полностью занимался бывший супруг ФИО4, являющийся юристом и на тот момент супругом, который готовил документы, в которых она ставила свои подписи. Она полностью доверяла соответчику и предполагает, что он воспользовался её доверием и подготовил текст данной расписки на чистом листе бумаги, где она ранее ставила свою подпись. Обращает внимание на то, что в тексте расписки не указана сумма подлежащая уплате истцу ФИО1.

Считает, что истец ФИО1 избрал неверный способ защиты своих прав, и в случае отсутствия оплаты по договору ФИО1 надлежало обратиться в суд с иском о взыскании денежных средств. По требованию о признании недействительным договора купли-продажи квартиры от 12.11.2018 г., считает, что истцом пропущен срок исковой давности. Как следует из текста искового заявления, истец ФИО1 знал о том, что ему якобы не были переданы денежные средства по договору купли-продажи квартиры в день его заключения, то есть 12.11.2018 года, следовательно, истцом пропущен срок исковой давности по заявленным требованиям. Просит в удовлетворении исковых требований отказать, применить срок исковой давности. 

Представитель ответчика ФИО3, Пендин Е.А. в судебном заседании исковые требования не признал, дал пояснения, подтверждающие доводы изложенные в отзыве на исковое заявление ответчика ФИО3. Дополнил, что безденежность договора, своего подтверждения не нашла. Аудиозапись прослушанная в судебном заседании не подтверждает безденежья, а наоборот в ней речь со стороны ответчика ФИО3 идет о сдаче за квартиру ФИО4, так как квартира приобретена в браке. Однако, отсутствует разрешение ФИО3 на проведение записи. Копия расписки ответчиков не является допустимым доказательством по основаниям указанным в отзыве на исковое заявление, к тому же еще и отсутствует оригинал. 

Третье лицо ФИО2 заявленные исковые требования поддержала, пояснила, что когда у ответчиков родился ребенок, они разрешили им жить в их приобретенной квартире. Она до 10 лет воспитывала внука. Они даже оплачивали тренировки внука. Семья постоянно брала кредиты для ублажения запросов ФИО3. На весь ремонт, произведенный в квартире, деньги давали они. На продаже квартиры ФИО3 настояла она. Теперь у нее присутствует чувство обиды из-за квартиры и распада семьи. Ответчики проживали в спорной квартире с момента ее покупки. Она присутствовала при заключении договора купли-продажи. При ней по договору никаких денег не передавалось. При заключении договора присутствовала она, истец и ответчики. Ей известно о том, что мать ответчицы говорила о том, что она им квартиру отдаст. Кто читал договор купли-продажи квартиры, она не помнит. Договор писал Алексей. Она не думала, что их кто-то обманет. В квартире у ответчицы были, но не скандалили.

Представители третьих лиц Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Нижегородской области Управление Федеральной налоговой службы России по Нижегородской области в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом. 

Учитывая вышеизложенное, суд, руководствуясь статьей 167 ГПК РФ пришел к выводу о возможности рассмотрения данного дела в отсутствие не явившихся лиц. 

Свидетель Т.Н.В. в судебном заседании 19.04.2023 г. пояснила, что она знакома с ФИО1, так как он приходится свекром её бывшей золовки, отец ФИО4. Ей известно, что ответчики покупали квартиру у истца ФИО1. Покупали указанную квартиру без денег, чтобы оформить налоговый вычет, который возвращается при покупке недвижимости в размере 13%. Они оформили данную сделку на ФИО3, так как она работала на ООО «Бальзам» (на винзаводе), а Алексей ФИО5 на тот момент нигде не работал. О данных обстоятельствах она узнала от самих ответчиков и от свекрови. До покупки данной квартиры по договору купли-продажи она знала, что ответчики уже проживали в указанной квартире, приблизительно где-то с 2013 года. С того времени, когда родители ФИО4 купили эту квартиру, ответчики сразу же заселились в нее и стали там делать ремонт. Со слов ФИО5 Надежды она может сказать, что заработная плата ее составляет где-то 20 000 - 25 000 рублей. По поводу накоплений у ФИО5 Надежды пояснить не может, но навряд ли, они у нее были. Может только сказать, что она всегда плакалась, что денег не хватает. О том, что в период брака ответчиков оформлялось множество кредитных договоров, она знала. С ответчиками они дружили, постоянно созванивались, часто ходили друг к другу в гости. Величина совокупного дохода семьи Б-ных на период 2017-2018 гг. ей не известна. Ответчики зарегистрировали брак 11.01.2008 году. ФИО6 не был, он трудился, но стабильного дохода у него не было. Сколько он зарабатывал, ей не известно. Со слов ФИО5 Надежды ей было известно, что у семьи накоплений не было. ФИО7 сообщила ей (свидетелю), что спорную квартиру переоформляют на Надежду, так как необходимо было получить налоговый вычет, который возвращается при покупке недвижимости в размере 13%. Она поинтересовалась, почему не на сына ФИО4 оформляют, на что получила ответ о том, что у Алексея на тот момент не было стабильного заработка, официально он был не оформлен, а Надежда была трудоустроена официально и поэтому оформили на нее. По поводу передачи денежных средств за данную квартиру Надежда ей пояснила, что на самом деле никакие денежные средства не передавались, а также желания отдать эти денежные средства у нее не было. Более того, никаких денежных средств у нее не было. Ей известно, что ФИО3 несет расходы по квартплате, кредитным обязательствам, а также расходы на ребенка. Ответчики вселились в квартиру сразу же после ее покупки истцом ФИО1. 

Свидетель Б.А.П. в судебном заседании 19.04.2023 г. пояснил, что знаком с ответчиками Б-ными. Однажды он с ответчиками сидел в кафе, они ждали своих детей, поскольку те были на тренировке. Разговор зашел про детей, и он (свидетель) им намекнул, что им надо еще второго ребенка, на что получил ответ от ФИО5 Надежды, что чтобы второго ребенка заводить, необходимо улучшить квартиру. Он понял из разговора, что у них двухкомнатная квартира, и они за квартиру должны еще родителям ФИО4. Какие-либо сведения о доходах ответчиков ему не известны. О кредитных договорах на момент брака ответчиков ему ничего не известно, данную информацию они ему не сообщали. Разговор, который состоялся в кафе с ответчиками был летом в 2022 году.

Свидетель Г.Л.А. в судебном заседании 19.04.2023 г. пояснила, что она знакома с истцом, потому что это её зять, муж старшей сестры. Её старшая сестра ФИО2 решили с мужем купить квартиру, но так как ответчик ФИО3 была беременная, они решили их пустить пожить в эту квартиру. В данной квартире ответчики стали жить, потом у сестры ФИО2 заболели ноги, и они решили с мужем купить квартиру на первом этаже. По той причине, что денег на покупку не хватало, они пошли к ответчикам, чтобы те отдали им деньги за квартиру, в которой они проживали. Ей не известно, по какой цене они договорились о покупке спорной квартиры. Ей известно, что истец с третьим лицом ФИО2 продали квартиру ответчикам, в которой они проживали. 02.08.2022 года ответчик ФИО3, пригласила к себе в гости в спорную квартиру её (свидетеля) и родителей мужа на чай. Она стала осматривать квартиру, поскольку у них был сделан ремонт. После осмотра, она похвалила ответчиков, что у них хорошая квартира. На это в ответ от истца ФИО1 услышала то, что да, хорошая, только денег за нее он не может до сих пор с ответчиков получить. Ответчик ФИО3 на это обиделась, скандала конечно по этому поводу не было. Через две недели её сестра ФИО2 позвонила ей и сообщила, что ответчик – ФИО4, сын ее пришел к ним домой жить, ФИО3 его выгнала из спорной квартиры, поскольку данная квартира была оформлена на нее. С конца августа 2022 года ответчики уже совместно не живут. Также ей известно, что ответчики в период совместного брака оформляли множество кредитных договоров, так как им хотелось жить круто, особенно ФИО3. Информацией о доходах семьи ответчиков она не владеет, только знает, что ФИО4 является самозанятым, имеет минимальный размер заработной платы, не шикует. Ответчик ФИО3 работает на ООО «Бальзам» (на винзаводе), какую должность она там занимает, экономиста или бухгалтера, ей не известно, но думает, что заработная плата там тоже небольшая. Может сказать точно, что когда ответчики проживали совместно, затраты по оплате за квартиру, покупку продуктов в семью и одежду на ребенка нес ФИО4, на свои деньги и на деньги своей мамы ФИО2. Сестра ФИО2 постоянно им помогала денежными средствами. Ей не известен совокупный доход семьи ответчиков на период 2016 – 2018 гг. Отец ФИО4 – истец ФИО1 даже будучи на пенсии работал, чтобы помочь своему сыну. Более того, иногда даже в её присутствии родители ФИО4 передавали ему денежные средства, в какой сумме ей не известно, но бывали случаи, что у ответчика ФИО4 даже денег на бензин не было. Жили, конечно плохо, семья ответчиков, но люди и сама ответчик ФИО3 говорила о том, что ФИО4 живет шикарно. При заключении договора купли-продажи спорной квартиры она не присутствовала, но ей известно, что в 2018 году между истцом ФИО1 и ответчиком ФИО3 был заключен договор купли-продажи спорной квартиры. По поводу передачи денежных средств истцу за указанную квартиру, ей известно, что никаких денежных средств не передавалось, поскольку, когда они находились у ответчиков в гостях вместе с сестрой ФИО2 и ее мужем ФИО1, истец говорил, что данную квартиру он продал за так и денег до сих пор не получил, на что ответчик ФИО3 разозлилась. После данного инцидента она лишь задала вопрос своей сестре ФИО2 по поводу того, платит ли семья ответчиков за указанную квартиру, на что та ответила, что ни копейки еще не отдали. Когда истец приобретал вторую квартиру, денежных средств ему не хватало, и он взял кредит. Для того чтобы погасить данный кредит, истец решил продать спорную квартиру на 

<

адрес> ответчикам. Ответчики в свою очередь пообещали выплатить ФИО1 денежные средства за спорную квартиру. Ей не известно о том, что истцом вновь приобретенная вторая квартира куплена полностью на заемные средства. По поводу периода, за который ответчики обещали выплатить денежные средства истцу за спорную квартиру ей не известно, но сестра ФИО2 в разговоре говорила, что ни копейки за указанную квартиру ответчики им не отдали. Истцу даже будучи на пенсии, пришлось пойти работать, чтобы оплачивать кредит за вновь приобретенную им вторую квартиру. Ответчик ФИО3 в настоящее время проживает в квартире на ул. 

<

адрес>. Спорную квартиру истец покупал для себя. Он с ее сестрой ФИО2 изначально сами хотели туда переезжать. Ранее они проживали в однокомнатной квартире на четвертом этаже по адресу: г. 

<

адрес>. Поводом приобрести истцом другой квартиры, пониже этажом, послужило наличие заболевания у ФИО2. У нее артроз, поэтому она плохо ходит. В связи с этим они приобрели квартиру на 

<

адрес>, но так как ответчик ФИО3 на тот момент была на последнем месяце беременности, а проживали ответчики на частной квартире, истец решил предоставить им указанную квартиру. В спорную квартиру семья ответчиков переехали сразу же после ремонта, который делал истец лично сразу же после покупки данной квартиры. Спорную двухкомнатную квартиру на 

<

адрес> истец приобрел в 2012 году, а продал ее в 2018-2019 гг., точно не помнит.

Заслушав объяснения истца ФИО1, его представителя Крайновой А.А., ответчика ФИО4, представителя ответчика ФИО3 Пендина Е.А., третьего лица ФИО2, допросив свидетелей, проверив материалы дела и дав оценку собранным по делу доказательствам, суд приходит к следующему.

Частью 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации установлено, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Согласно пунктам 3 и 4 ст. 1 Гражданского кодекса РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В силу ч. 2 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

В ст. 8 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что гражданские права и обязанности возникают из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

В соответствии с п.п. 1, 2 ст. 209 Гражданского кодекса РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В силу ч. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). 

В случае несоблюдения данного запрета суд на основании п. 2 ст. 10 Гражданского кодекса РФ с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом. 

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в п. 1 Постановления Пленума от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны. 

Согласно п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются. 

В соответствии с п. 1 ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключение договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством. 

Из п. 4 ст. 421 ГК РФ усматривается, что условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422). 

В соответствии с п. 1 ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение. 

Согласно п. 3 ст. 432 ГК РФ сторона, принявшая от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердившая действие договора, не вправе требовать признания этого договора незаключенным, если заявление такого требования с учетом конкретных обстоятельств будет противоречить принципу добросовестности (пункт 3 статьи 1). 

По договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену) (ч. 1 ст. 454 ГК РФ). 

Согласно п. 1 ст. 549 ГК РФ по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (ст. 130 ГК РФ). 

Переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации (п. 1 ст. 551 ГК РФ). 

В соответствии с п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). 

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо (п. 3 ст. 166 ГК РФ). 

Согласно п. 5 ст. 166 ГК РФ заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки. 

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. 

Как следует из материалов дела, и установлено судом, 12.11.2018 года между ФИО1 и ФИО3 был заключен договор купли-продажи квартиры, общей площадью 

<

данные изъяты> кв.м., расположенной по адресу: 

<

адрес>.

Пунктом 5 договора установлено, что по соглашению сторон цена указанной квартиры определяется в сумме 1 200 000 рублей, указанная сумма получена продавцом до подписания настоящего договора в полном объеме. Продавец денежные средства от покупателя принял в полном объеме и претензий по расчетам не имеет, что подтверждается подписью продавца. То есть текст договора содержит условие о том, что на дату совершения сделки расчет между сторонами произведен в полном объеме. 

Право собственности на квартиру возникает у покупателя с момента регистрации перехода права собственности (п. 12 договора).

Из содержания договора следует, что договор купли-продажи квартиры содержит четкую, понятную и не допускающую двоякого толкования информацию о предмете сделки, ее правовой природе, сторонах договора. Между сторонами были согласованы существенные условия договора купли-продажи, соблюдена форма договора, договор содержит все указания о предмете договора, его цену, порядок передачи, содержит подпись истца с расшифровкой, что свидетельствует об ознакомлении истца с текстом данного договора.

В п. 5 договора имеется указание на то, что денежные средства по договору переданы покупателем продавцу до подписания настоящего договора, а продавец денежные средства от покупателя принял в полном объеме и претензий по расчетам не имеет, что подтверждается личными подписями продавца ФИО1 и покупателя ФИО3. 

Из буквального толкования договора явно следует, что указанные денежные средства были «переданы» ответчиком, и «получены» истцом.

Суд полагает, что условия договора - п. 5, являются по своей сути письменным подтверждением факта передачи и получения денег независимо от того, как это оформлено. В этой связи, отсутствие каких-либо иных документов о передаче денежных средств, например, расписок, не может свидетельствовать о неисполнении покупателем обязательств по договору купли-продажи. 

Истцом ФИО1 не оспаривался факт присутствия при подаче заявления о государственной регистрации вышеуказанной сделки и перехода права собственности к покупателю в территориальный орган Управления Росреестра по Нижегородской области, при этом он не был лишен возможности до регистрации перехода права собственности на спорный объект недвижимости к ФИО3 отозвать свое заявление.

Факт исполнения договора купли-продажи подтверждается государственной регистрацией права собственности на спорный объект недвижимости за ФИО3. При этом после совершения оспариваемого договора купли-продажи ФИО1 претензий по поводу оплаты по указанному договору не предъявлял, каких-либо ограничений (обременении) в отношении спорной квартиры не зарегистрировал. Доказательств, опровергающих данные обстоятельства, истцом в материалы дела не представлено. 

После исполнения договора купли-продажи квартиры истец оплату услуг ЖКХ, поддержания квартиры в надлежащем состоянии, ее оборудовании, переоборудовании, ремонте не принимал, требований о передаче ему денежных средств за выполненные работы не предъявлял, что давало основания ответчикам полагаться на действительность заключенной сделки. 

Представленная истцом копия расписки от 12.11.2018 г. об обязательстве ФИО4 и ФИО3 выплатить до 01 декабря 2022 г. ФИО1 стоимость квартиры - не может быть признана допустимым доказательством, поскольку подлинник расписки отсутствует, а сам факт наличия такой расписки и ее подписания ответчиком ФИО3 оспаривается. 

Согласно ст. 60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами. 

В соответствии с п. 2 ст. 71 ГПК РФ письменные доказательства представляются в подлиннике или в форме надлежащим образом заверенной копии. Подлинные документы представляются тогда, когда обстоятельства дела согласно законам или иным нормативным правовым актам подлежат подтверждению только такими документами, когда дело невозможно разрешить без подлинных документов. 

В отсутствие подлинника долговой расписки нельзя признать установленным факт возникновения у ответчиков обязательств по заключенному договору купли-продажи квартиры, указанная копия расписки не может рассматриваться как подтверждение наличия соглашения между сторонами, свидетельствующего о волеизъявлении сторон на установление обязательств. 

Довод ФИО1 о том, что фактически денег по договору купли-продажи от ФИО3 он не получал, не является основанием для признания сделки купли-продажи недействительной, а также не свидетельствует о притворности договора купли-продажи, требований же о признании договора купли-продажи не заключенным ввиду его безденежности ФИО1 не заявлялось.

Доводы стороны истца о том, что семья ответчиков в различное время брала много кредитов так же не могут являться основанием для признания сделки купли-продажи недействительной и не доказывает отсутствие денежных накоплений в семье.

При этом материалы дела не содержат доказательств совершения ответчиком каких-либо действий, направленных на обман истца относительно характера сделки, ее условий, предмета и других обстоятельств, влияющих на заключение истцом договора купли-продажи квартиры. 

В материалах гражданского дела имеется нотариально заверенное согласие супруги и третьего лица по делу ФИО2 на совершение сделки по продаже квартиры, что подтверждает подготовку к совершению сделки истца в соответствие с действующим законодательством.

С учетом изложенного выше суд считает, что истец ФИО1 действует недобросовестно.

Согласно ст. 39 ч. 2 ГПК РФ суд не принимает отказ истца от иска, признание иска ответчиком и не утверждает мировое соглашение сторон, если это противоречит закону или нарушает права и законные интересы других лиц. Поскольку признание иска ответчиком ФИО4 нарушает права других участников процесса, суд не может принять во внимание признание иска ФИО4.

Из представленных суду скрин-шотов переписки ответчиков ФИО3 и ФИО4 наличие долговых обязательств ответчика ФИО3 перед истцом ФИО1 судом установлена быть не может, так как в переписке отсутствуют ссылки на конкретную квартиру и конкретную сумму долга, если таковой имелся. Однако в переписке имеются сведения о том, что и ответчик ФИО4, ту квартиру, о которой идет речь в переписке считает своей, а не истца.

Суд критически относится к аудиозаписи диалога ФИО1, ФИО2 и ФИО3, и не может ее признать надлежащим доказательством, поскольку стороной истца не представлено суду сведений о том, каким техническим средством велась аудиозапись и наличие согласия ответчика по делу ФИО3 на производство данной аудиозаписи. Кроме того из записи также следует, что ФИО3 подтверждает, что квартира принадлежит ответчикам и она должна сдать сдачу за квартиру только ФИО4, ответчику по делу.

Суд также критически относится к пояснениям опрошенных в судебном заседании свидетелей, так как они при заключении оспариваемого договора не присутствовали, передачу или не передачу денег не видели, а об отсутствие передачи денег по договору купли-продажи квартиры знают только со слов стороны истца. К тому же часть свидетелей является родственниками истца, третьего лица и ответчика ФИО4, поэтому имеют заинтересованность в исходе дела.

При разрешении спора ответчиком ФИО3 заявлено ходатайство о применении к требованиям истца срока исковой давности, так как договор был заключен 12.11.2018 г., подписан истцом, который не мог не знать о совершенной сделке и об ее условиях. 

Требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности. 

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. 

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске. (ст. 199 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

В силу ч. 1 ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 181 ГК РФ (в редакции Федерального закона от 21 июля 2005 г. № 109-ФЗ, действующей на момент совершения сделки) срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки.

Таким образом, при разрешении вопроса о применении срока исковой давности в настоящем споре юридически значимым обстоятельством является момент начала исполнения оспариваемой сделки.

Как следует из оспариваемого договора купли-продажи от 12 ноября 2018 г., стороны определили предмет договора - квартира, и оценили его в 1 200 000 руб., расчет между сторонами произведен на момент подписания договора, настоящий договор подтверждает, что продавец передал, а покупатель принял квартиру, претензий у сторон не имеется, переход права собственности зарегистрирован, при осуществлении регистрационных действий истец присутствовал.

Статьей 196 Гражданского кодекса Российской Федерации в редакции на дату возникновения спорных правоотношений установлен общий срок исковой давности - три года, начало течения которого, рассчитывается в порядке ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

В соответствии с ч. 2 ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. 

При этом срок исковой давности по основаниям, предусмотренным ст. 178 Гражданского кодекса Российской Федерации составляет один год и течение данного срока следует исчислять с 12.11.2018, то есть с момента подписания истцом договора купли-продажи спорной квартиры. 

Учитывая, что сделка купли-продажи была исполнена непосредственно после заключения договора, суд делает вывод о пропуске срока давности и о том, что истец не мог не знать о совершенной сделке. К тому же в материалах гражданского дела имеется нотариально заверенное согласие супруги и третьего лица по делу ФИО2 на совершение сделки по продаже квартиры, что также подтверждает еще и подготовку к совершению сделки в соответствие с действующим законодательством.

Оснований, кроме наличия расписки, и допустимых доказательств наличия оснований для восстановления срока исковой давности стороной истца суду не предоставлено.

При указанных обстоятельствах, требование о признании недействительным договора купли-продажи квартиры, общей площадью 

<

данные изъяты> кв.м., состоящей из двух жилых комнат, кухни, туалета, прихожей, расположенной по адресу: 

<

адрес>, заключенного 12 ноября 2018 г. между ФИО1 и ФИО3, удовлетворению не подлежит.

Поскольку требования о признании недействительной выписки из Единого государственного реестра недвижимости об основных характеристиках и зарегистрированных правах на объект недвижимости на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, прекращении права собственности ФИО3 на жилое помещение – квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, применении последствий недействительности сделки купли-продажи спорной квартиры, признании за ФИО1 права собственности на жилое помещение – квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, являются производными от основного требования, в удовлетворении которого отказано, то данные требования также не подлежат удовлетворению. 

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 193-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО4, ФИО3:

- о признании договора купли-продажи квартиры общей площадью 

<

данные изъяты> кв. м., состоящей из двух комнат, кухни, туалета прихожей, расположенной по адресу: 

<

адрес> на втором этаже трехэтажного кирпичного дома, имеющую кадастровый №, заключенный 12 ноября 2018 года между ФИО1 и ФИО3 недействительным; 

- о признании недействительной выданной ФИО3 выписки из Единого государственного реестра недвижимости об основных характеристиках и зарегистрированных правах на объект недвижимости, на квартиру общей площадью 

<

данные изъяты> кв. м., состоящую из двух комнат, кухни, туалета прихожей, расположенную по адресу: 

<

адрес> на втором этаже трехэтажного кирпичного дома, имеющую кадастровый № от 17.12.2018 года выписки из единого государственного реестра недвижимости о характеристиках и зарегистрированных правах на квартиру; 

- о прекращении права собственности ФИО3, 

<

дата> г.р., на жилое помещение, квартиру общей площадью 

<

данные изъяты> кв. м., состоящую из двух комнат, кухни, туалета прихожей, расположенную по адресу: 

<

адрес> на втором этаже трехэтажного кирпичного дома, имеющую кадастровый №, а также применении последствий недействительности сделки купли-продажи данной квартиры;

- о признании за ФИО1, 

<

дата> г.р., право собственности на квартиру общей площадью 

<

данные изъяты> кв. м., состоящую из двух комнат, кухни, туалета прихожей, расположенную по адресу: 

<

адрес> на втором этаже трехэтажного кирпичного дома, имеющую кадастровый №, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Нижегородский областной суд через Чкаловский районный суд Нижегородской области в течение месяца со дня его вынесения в окончательной форме.

Судья С.Н.Звягенцев. Решение не вступило в законную силу.