Дело № 2-1081/2019 (37RS0022-01-2019-000452-95)

РЕШЕНИЕ

 

именем Российской Федерации

13 августа 2019 года г.Иваново

Фрунзенский районный суд города Иваново

в составе председательствующего судьи Козиной Ю.Н.,

при секретаре Васильевой К.Н.,

с участием прокурора Рождественской В.В.,

представителя истца ФИО1,

представителя ответчиков ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г.Иваново гражданское дело по иску ФИО3 к Обществу с ограниченной ответственностью «Люси», Индивидуальному предпринимателю ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л :

ФИО3 обратилась в суд с иском к ООО «Люси» о взыскании компенсации морального вреда в размере 2000000 руб.

Иск мотивировала тем, что 20.02.2018 в результате пожара в здании по адресу: 

<

адрес>, погибла ее мать ФИО5 В момент гибели ФИО5 была трудоустроена в ООО «Люси» в должности швеи и находилась при исполнении трудовых обязанностей. 

В связи с гибелью матери истец испытала сильные нравственные страдания и переживания, мама была для нее единственным близким человеком, кроме бабушки. Полагая, что вина в связи с гибелью мамы лежит на работодателе ООО «Люси», не обеспечившем безопасные условия труда, ФИО3 обратилась в суд с настоящим иском.

В ходе рассмотрения дела по ходатайству истца к участию в деле в качестве ответчика был привлечен ИП ФИО4

Кроме того, к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, были привлечены ООО «Борей», ФИО6 к.

В судебном заседании были объявлены перерывы с 19.07.2019 по 02.08.2019, с 02.08.2019 по 13.08.2019.

В судебное заседание истец, третье лицо ФИО6 к. не явились, о месте и времени судебного заседания извещены в порядке гл.10 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

От ответчика ФИО4 представлено заявление о рассмотрении дела в его отсутствие.

Истец просила рассмотреть дело в ее отсутствие с участием представителя.

Руководствуясь положениями ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Представитель истца заявленные требования поддержала в полном объеме по основаниям, указанным в иске. Полагала, что ответственность ответчиков должна быть солидарной. Указала, что к показаниям, свидетелей, которые показали, что видели ФИО5 в толпе, следует отнестись критически, поскольку данные показания опровергаются показаниями иных лиц, опрошенных в ходе расследования уголовного дела по факту пожара.

Представитель ответчиков с иском не согласился по основаниям, изложенным в письменных отзывах. Полагал, что оснований для удовлетворения иска не имеется поскольку наличия только родственных связей недостаточно для взыскания компенсации морального вреда. Кроме того, истец в трудовых отношениях с ответчиками не состоит и не имеет права требовать взыскания компенсации морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве.

Представитель ООО «Борей», участвовавший в судебном заседании до объявления перерыва, пояснил, что ответственность за соблюдение пожарной безопасности на основании заключенных договоров возложена на ООО «Люси» и ИП ФИО4

Выслушав представителей истца, ответчиков, исследовав материалы гражданского дела, материалы уголовного дела по факту пожара, материалы Государственной инспекции труда в Ивановской области по расследованию группового несчастного случая, произошедшего 20.02.2018 в ООО «Люси», выслушав заключение прокурора о частичном удовлетворении иска, суд пришел к следующим выводам.

20.02.2018 в результате пожара произошел групповой несчастный случай в ООО «Люси» по адресу фактического осуществления деятельности организацией : 

<

адрес>.

Собственником указанного здания является ООО «Борей», нежилым помещением по адресу 

<

адрес> владеют ООО «Люси», ИП ФИО4 на основании договоров аренды №8 от 01.09.2017, №10 от 01.09.2017.

Стороны не оспаривали, что в результате пожара на производстве в здании по адресу: 

<

адрес>, арендуемом ООО «Люси» и ИП ФИО4, 20.02.2018, в том числе, погибла ФИО5, которая являлась матерью ФИО3 и состояла на момент гибели в трудовых отношениях с ООО «Люси».

В связи с гибелью матери ФИО3 предъявила к взысканию компенсацию морального вреда в размере 2000000 руб.

В соответствии со ст.2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью.

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личными неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В абз.2 п.2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что моральный вред может заключаться, в частности, в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.

При рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (п.8 указанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации).

Как разъяснено в п.32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», с учетом того, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (ст.1100 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. Вместе с тем при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

По факту гибели в результате пожара Следственным отделом по Фрунзенскому району г.Иваново Следственного комитета Российской Федерации по Ивановской области возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст.109 Уголовного кодекса Российской Федерации.

В ходе предварительного следствия и оперативно-розыскных мероприятий, установить лицо, подлежащее привлечению в качестве обвиняемого по уголовному делу, не представилось возможным. 

В ходе предварительного следствия деяние неустановленного лица переквалифицированы с ч.1 ст.109 Уголовного кодекса Российской Федерации на ч.2 ст.167 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Заключением экспертов №102/18 от 25.07.2018 ФГБУ «Судебно- экспертное учреждение федеральной противопожарной службы «Испытательная пожарная лаборатория» по Ивановской области в рамках предварительного следствия (т3 материалов уголовного дела) установлено, что очаг пожара расположен у средней части восточной стены, выполненной из металлических конструкций, помещения матрацного цеха производственного корпуса здания. Первоначальное горение возникло у средней части восточной стены, выполненной из металлических конструкций, помещения матрацного цеха производственного корпуса здания. Далее горение по горючим материалам распространилось по всей площади матрацного цеха. Впоследствии через открытый проем фронт пожара распространился в основную часть производственного корпуса, где горение развивалось с восточной части в западную часть по поверхности горючих материалов и конструкций. Зоной горения является производственный корпус здания. Зона с наибольшими термическими поражениями находится в границах средней части производственного корпуса здания. Быстрая динамика развития горения была обусловлена наличием легковоспламеняемого горючего материала в большом количестве (текстильных материалов), а также притоком воздуха в зоне горения. Наиболее вероятной непосредственной (технической) причиной возникновения пожара является возгорание текстильных материалов в очаге пожара под воздействием термического источника зажигания.

При этом, из указанного заключения следует, что в северо-восточной части помещения производственной части располагалось одноэтажное помещение по изготовлению матрацев размером 12х6 метров (матрацный цех), которое представляло отгороженное деревянным каркасом помещение. Каркас был обтянут пленкой. На потолке располагались светильники с пластмассовой защитой. С восточной стороны данное помещение отгорожено от коридора административной части здания металлической перегородкой (имеет листы в количестве 11 штук, размерами 100х300 см). Коридор административной части ведет непосредственно наружу северной и южной сторон здания. В матрацном цехе хранилась вата по набиванию матрацев. 

Согласно заключению Государственного инспектора труда Государственной инспекции труда в Ивановской области от 27.02.2019, производство матрацев было организовано ИП ФИО4, ответчик ФИО4 данное обстоятельство не оспаривал.

В указанном заключении в качестве причин несчастного случая указаны:

- умышленное уничтожение чужого имущества, совершенное из хулиганских побуждений путем применения открытого огня вблизи легкогорючих материалов;

- допуск размещения производства матрацев из легкогорючего материала (ваты) в помещении, не отвечающем требованиям пожарной безопасности по объемно-планировочным решениям, с перегородками, не обеспечивающими ограничение распространения пожара за пределы очага и не исключающими доступ посторонних лиц, в том числе, с источником открытого огня.

На данные причины пожара указано и в акте №1 о несчастном случае на производстве от 28.02.2019, утвержденном директором ООО «Люси» ФИО6 к.

Предъявляя требования о взыскании компенсации морального вреда истец должен доказать факт причинения вреда, его размер, противоправность действий причинителя вреда, наличие причинно-следственной связи между причинением вреда и действиями причинителя вреда.

В п.11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» разъяснено, что по общему правилу, установленному п.п.1, 2 ст.1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная ст.1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Предъявляя требования к ООО «Люси», истец указывает на необеспечение указанным ответчиком безопасных условий для работы погибшей ФИО5

В ходе рассмотрения дела судом в качестве свидетелей были допрошены, в том числе, ФИО7, ФИО8, ФИО9

Так, свидетель ФИО8 показала, что в дату пожара по адресу: 

<

адрес>, работала в ООО «Люси» в должности кладовщика и находилась на работчем месте. После того, как начался пожар в матрацном цехе, работники были эвакуированы. Погибшую ФИО5 свидетель видела в толпе эвакуированных работников на улице, пояснила, что ФИО5 сменила имя со Светланы на Ярославу, но все ее знали как Светлану. Сама свидетель после того, как вышла на улицу, возвращалась в горящее здание, чтобы забрать шубу.

Свидетель ФИО7 показала, что также была трудоустроена в ООО «Люси» на момент пожара и находилась на своем рабочем месте. Рабочее место ФИО5 находилось неподалеку. После того, как начался пожар, все швеи вышли на улицу. На улице около здания свидетель увидела и ФИО5, она стояла в группе из 8-10 человек, была в рабочей одежде. Паники среди стоявших не было, обсуждали, кто, что оставил в горящем здании. ФИО5 упомянула про оставленные ключи. Что произошло впоследствии свидетелю не известно, поскольку она ушла домой. Свидетель также показала о смене имени погибшей со Светланы на Ярославу.

Свидетель ФИО9 также подтвердила, что в процессе поиска своей тети ФИО10 ей пояснили, что вторая Света швея находится на улице. При этом, указала, что погибшую ФИО5 все знали как Светлану.

Поскольку свидетели были предупреждены об уголовной ответственности, у суда не имеется оснований не доверять их показаниям, в связи с чем, суд полагает доказанным, что после возникновения пожара ФИО5 была эвакуирована и находилась на улице.

В этой связи, с учетом представленных доказательств, суд полагает, что причинно-следственная связь между действиями ответчика ООО «Люси» и гибелью ФИО5 является недоказанной в порядке ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, что является самостоятельным основанием для отказа в иске к данному ответчику.

Относительно ответственности ИП ФИО4, суд считает необходимым отметить следующее.

В соответствии с положениями ст. 52 ФЗ от 22.07.2008 №123-ФЗ «Технический регламент о требованиях пожарной безопасности», защита людей и имущества от воздействия опасных факторов пожара и (или) ограничение последствий их воздействия обеспечиваются, в том числе путем применения объемно-планировочных решений и средств, обеспечивающих ограничение распространения пожара за пределы очага.

В данном случае ИП ФИО4 допущено размещение производства матрацев из легкогорючего материала (ваты) в помещении с перегородками, не обеспечивающими распространение пожара за пределы очага и не исключающими доступ посторонних лиц, в том числе, с источником открытого огня. 

Данные действия находятся в прямой причинно-следственной связи с фактом возникновения пожара по всей площади производства и способствовали наступлению гибели ФИО5

При этом, суд считает необходимым отметить, что в соответствии с п.2.3.2 договора аренды нежилого помещения №8 от 01.09.2017 на ФИО4 возложена обязанность по соблюдению требований пожарной безопасности., с учетом вида осуществляемой хозяйственной деятельности.

Достаточных доказательств отсутствия своей вины ответчик ФИО4, с учетом распределения бремени доказывания, не представил.

Ответственность ФИО4 за гибель ФИО5, с учетом того обстоятельства, что погибшая являлась матерью ФИО3, одним из самых близких людей, учитывая, что в результате гибели, нарушились семейные связи, тело погибшей было практически полностью уничтожено огнем, суд определяет в размере 500000 руб. При определении размера компенсации морального вреда суд также принимает во внимание действия со стороны ФИО4 по оказанию помощи в захоронении останков погибшей ФИО5

В соответствии со ст.1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается. Вина потерпевшего не учитывается при возмещении дополнительных расходов (п.1 ст.1085), при возмещении вреда в связи со смертью кормильца (ст.1089), а также при возмещении расходов на погребение (ст.1094).

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации, данным в Постановлении от 26.01.2010 №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при отсутствии вины владельца источника повышенной опасности, при наличии грубой неосторожности лица, жизни или здоровью которого причинен вред, суд не вправе полностью освободить владельца источника повышенной опасности от ответственности (кроме случаев, когда вред причинен вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего). В этом случае размер, возмещения вреда, за исключением расходов, предусмотренных абз. 3 п.2 ст.1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, подлежит уменьшению.

Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.) (п.17 указанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации).

Действия погибшей ФИО5 по возвращению в горящее здание являются действиями по ее усмотрению, доказательств обратного суду не представлено, и расцениваются судом как грубая неосторожность со стороны погибшей.

По мнению суда, данное обстоятельство подлежит учету в обязательном порядке, в связи с чем, суд полагает необходимым уменьшить размер взыскиваемого морального вреда до суммы 200000 руб.

Довод о том, что в рамках настоящего гражданского дела рассматривается исковое заявление, аналогичное гражданскому исковому заявлению, предъявленному ФИО3 не может быть основанием для отказа в удовлетворении иска, поскольку круг ответчиков, к которым предъявлены требования о взыскании компенсации морального вреда, является различным. Данный вывод согласуется с позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении №83-КГ18-12.

Довод о том, что ФИО3 не состоит в трудовых отношениях ни с ООО «Люси», ни с ИП ФИО4 также не может быть основанием для отказа в удовлетворении иска, поскольку в данном случае при частичном удовлетворении иска судом применены общие нормы по возмещению вреда, с учетом норм относительно компенсации морального вреда.

При этом, под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. Законодатель, закрепив в ст.151 Гражданского кодекса Российской Федерации общий принцип компенсации морального вреда, не установил ограничений в отношении оснований такой компенсации. Поскольку возможность денежной компенсации морального вреда связана с посягательством на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, само по себе отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда.

Истцом к взысканию предъявлены расходы на оплату услуг представителя в размере 50 000 руб. Факт несения указанных расходов, а также связь между понесенными истцом расходами на представителя и рассмотренным делом подтверждены квитанцией об оплате на сумму 50000 руб., договором об оказании юридической помощи, доверенностью на имя ФИО1

Руководствуясь ст.ст. 98, 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, п.п.4,12,13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», определяя разумный предел подлежащих возмещению судебных расходов, суд принимает во внимание сложность рассмотренного гражданского дела, количество судебных заседаний, объем работы представителей. С учетом указанных обстоятельств, суд определяет разумный предел расходов по оплате услуг представителя – 30000 руб. Поскольку в данном случае истцом заявлено требование неимущественного характера, правило ст.98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации о пропорциональном возмещении судебных расходов применению не подлежит.

В соответствии с положениями ст.333.40 Налогового кодекса Российской Федерации, суд считает необходимым возвратить истцу уплаченную за подачу иска госпошлину.

Руководствуясь ст.ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил :

исковое заявление ФИО3 удовлетворить частично.

Взыскать с Индивидуального предпринимателя ФИО4 в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 200000 руб., расходы по оплате услуг представителя в размере 30000 руб.

В остальной части исковых требований отказать.

Возвратить ФИО3 госпошлину, уплаченную по чеку-ордеру Ивановского ОСБ №8639 от 11.02.2019.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Ивановский областной суд через Фрунзенский районный суд города Иванова в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья Козина Ю.Н.

решение в окончательной форме принято 19.08.2019