Мотивированное 

апелляционное определение

изготовлено _ _

Судья Лихачев В.И.

№ 33-3195/2025

УИД 51RS0016-01-2024-001129-52

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Мурманск

10 декабря 2025 г.

Судебная коллегия по гражданским делам Мурманского областного суда в составе:

председательствующего

ФИО1,

судей

ФИО2,

с участием прокурора

при секретаре

Засыпкиной В.А.,

ФИО3

ФИО4,

рассмотрела в открытом судебном заседании посредством вебконференции гражданское дело * по иску ФИО5, ФИО6, ФИО7 к индивидуальному предпринимателю ФИО8 о признании договора возмездного оказания услуг недействительным, установлении факта трудовых отношений с погибшим, признании смерти несчастным случаем на производстве, обязании уплатить страховые взносы по обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве в пользу умершего работника, взыскании задолженности по заработной плате, взыскании компенсации морального вреда,

и по иску ФИО9 к индивидуальному предпринимателю ФИО8 о взыскании компенсации морального вреда,

по апелляционным жалобам представителя ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО9 – ФИО10 и индивидуального предпринимателя ФИО8 на решение Кировского городского суда Мурманской области от _ _

Заслушав доклад судьи Засыпкиной В.А., выслушав объяснения истцов ФИО5, ФИО11, и их представителя ФИО10, представителя ответчика ИП ФИО8 - ФИО12, поддержавших доводы своих апелляционных жалоб и возражавших относительно доводов апелляционных жалоб оппонентов, заключение прокурора, полагавшего решение суда законным и обоснованным, судебная коллегия по гражданским

делам Мурманского областного суда

установила:

ФИО5, ФИО6, ФИО7 обратились в суд с иском к индивидуальному предпринимателю (далее - ИП) ФИО8 о признании договора возмездного оказания услуг недействительной сделкой, об установлении факта трудовых отношений с погибшим, о признании смерти несчастным случаем на производстве, об обязании уплатить страховые взносы по обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве, о взыскании компенсации морального вреда.

В обосновании заявленных требований указано, что ФИО6 на основании договора возмездного оказания услуг от _ _ *, заключенного с ИП ФИО8, осуществлял деятельность по управлению и техническому обслуживанию грузового автомобиля заказчика при перевозке грузов, в том числе иные работы, предусмотренные договором.

_ _ в период исполнения обязанностей по договору возмездного оказания услуг на отвале карьера ГОКа «Олений ручей» произошел несчастный случай, в результате которого ФИО6 погиб.

Истцы полагают, что между ИП ФИО8 и ФИО6 фактически сложились трудовые отношения, а несчастный случай, произошел в период исполнения им трудовых обязанностей.

В результате смерти ФИО6 истцы испытали моральные страдания, которые оценили в 5 000 000 рублей каждый.

Просили признать договор оказания услуг * от _ _ заключенный между ИП ФИО8 и ФИО6 недействительной сделкой; установить факт трудовых отношений вахтовым методом между ИП ФИО8 и ФИО6 на период _ _ по специальности «водитель самосвала» с размером заработной платы - 149 420 рублей; признать смерть ФИО6 несчастным случаем на производстве; возложить на ИП ФИО8 обязанность осуществить отчисления в ОСФР за работника ФИО6 за период _ _ по специальности «водитель самосвала»; взыскать с ИП ФИО8 компенсацию морального вреда в размере 5 000 000 рублей каждому, задолженность по заработной плате в размере 149 420 рублей в пользу истцов в равных долях, расходы по оформлению нотариальных доверенностей в размере 3030 рублей каждому.

ФИО9 обратился в суд с иском к ИП ФИО8 о взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование иска приводит обстоятельства дела, изложенные в исковом заявлении ФИО5, ФИО6, ФИО7

Указывает, что ФИО6 приходился ему отцом, гибелью которого ему причинен моральный вред, который оценил в размере 5 000 000 рублей.

Просил взыскать с ИП ФИО8 компенсацию морального вреда в размере 5 000 000 рублей, нотариальные расходы в размере 3200 рублей.

Определением суда от _ _ . к участию в деле, в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: акционерное общество «Северо-Западная фосфорная компания» (далее – АО «СЗФК»), Государственная инспекция труда в Мурманской области (далее – ГИТ в Мурманской области).

Определением суда, отраженным в протоколе судебного заседания от _ _ к участию в деле, в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена несовершеннолетняя ФИО13, в лице законного представителя ФИО14

Определением суда от _ _ гражданские дела объединены в одно производство для совместного рассмотрения и разрешения с присвоением номера № *

Определением суда от _ _ к участию в деле, в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО15

Определением суда от _ _ производство по делу в части требований ФИО5, ФИО6, ФИО7 к ИП ФИО8 о взыскании задолженности по заработной плате прекращено, в связи с отказом истцов от иска.

Судом постановлено решение, которым исковые требования ФИО5, ФИО6, ФИО9, ФИО7 удовлетворены частично.

Установлен факт трудовых отношений между ФИО6 и ИП ФИО8 на период _ _ по специальности «водитель самосвала» с размером заработной платы 149 420 рублей.

На ИП ФИО8 возложены обязанности: произвести отчисления обязательных взносов в отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Карелия за ФИО6 с _ _ оформить акт о несчастном случае на производстве.

С ИП ФИО8 взыскана компенсация морального вреда: в пользу ФИО7 в размере 350 000 рублей, в пользу ФИО5 в размере 450 000 рублей, в пользу ФИО6 в размере 450 000 рублей, в пользу ФИО9 в размере 450 000 рублей.

С ИП ФИО8 взысканы расходы на оформление доверенностей: в пользу ФИО5 в размере 2000 рублей, в пользу ФИО6 в размере 2000 рублей, в пользу ФИО7 в размере 2000 рублей, в пользу ФИО9 в размере 3200 рублей

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО5, ФИО6, ФИО9, ФИО7 к ИП ФИО8 отказано.

С ИП ФИО8 в доход местного бюджета взыскана государственная пошлина в размере 17000 рублей.

В апелляционной жалобе представитель истцов ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО9 – ФИО10 просит решение суда отменить в части отказа в признании договора возмездного оказания услуг * от _ _ недействительной сделкой, а также в части возложения на ответчика обязанности составить акт о несчастном случае, принять в данной части новое решение которым договор возмездного оказания услуг признать недействительной сделкой и установить юридический факт смерти ФИО6 несчастным случаем на производстве; изменить в части установления факта трудовых отношений, установив факт трудовых отношений вахтовым методом, изменить в части определенных к взысканию сумм компенсации морального вреда, увеличив их размер.

В обоснование жалобы полагает, что судом не дана оценка требованиям истцов об установлении факта трудовых отношений именно вахтовым методом, что значительно влияет на имущественные права истцов, а именно на получение гарантий и компенсаций, предусмотренных ст. 302 Трудового кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ).

Считает, что суд вышел за пределы заявленных требований, поскольку истцами заявлено требование о признании смерти ФИО6 несчастным случаем на производстве, между тем суд возложил на ответчика обязанность составить акт о несчастном случае на производстве, тогда как такие требования не заявлялись. При этом, возлагая на ответчика обязанность, суд не установил срок, в течение которого, данная обязанность должна быть исполнена.

Настаивает на том, что судом не рассмотрено требование истцов о признании сделки по заключению договора возмездного оказания услуг от _ _ * недействительной по мотиву ее притворности (прикрывающей трудовые отношения), фактически судом дана оценка только требованиям о признании указанной сделки ничтожной.

Полагает, что отказ в удовлетворении требований о признании договора возмездного оказания услуг недействительным повлечет для истцов негативные последствия в виде обязанности возместить ответчику материальный ущерб, причиненный транспортному средству.

Считает выводы суда о наличии в действиях ФИО6 грубой неосторожности необоснованными, поскольку судом не дана оценка режиму труда и отдыха погибшего, а также акту предрейсового медосмотра, из которого не следует, что ФИО6 находился в состоянии алкогольного опьянения.

В апелляционной жалобе ИП ФИО8 просит решение суда отменить, принять по делу новое решение, которым в удовлетворении требований отказать.

В обоснование жалобы, выражает несогласие с выводами суда об установлении факта трудовых отношений, поскольку между ФИО6 и ИП ФИО8 фактически заключен гражданско-правовой договор возмездного оказания услуг.

Обращает внимание, что при заключении договора возмездного оказания услуг, ФИО6 трудовую книжку и иные документы, предусмотренные ст. 65 ТК РФ, не представил, при этом понимал, что заключаемый договор не является трудовым, на протяжении всего периода исполнения договора, погибший к работодателю с предложением оформить трудовой договор не обращался, действия ответчика по заключению гражданско-правового договора не обжаловал.

Отмечает, что в договоре возмездного оказания услуг не указана должность, в соответствии со штатным расписанием, на которую принимался ФИО6, а также отсутствуют иные условия, предусмотренные ст. 57 ТК РФ, позволяющие квалифицировать данный договор как трудовой, что свидетельствует об отсутствии трудовых отношений между погибшим и ответчиком.

Приводит довод о том, что материалы дела не содержат доказательств того, что ФИО6 был ознакомлен с должностной инструкцией, правилами внутреннего трудового распорядка и иными локально-правовыми актами, в том числе, регулирующими оплату труда, что также доказывает факт отсутствия между погибшим и ответчиком трудовых отношений.

Выражает несогласие с выводами суда о том, что ФИО6 не являлся самостоятельным хозяйствующим субъектом, поскольку в рамках заключенного договора возмездного оказания услуг, погибший действовал самостоятельно и был обязан самостоятельно контролировать выполнение его условий.

Полагает, что из представленных в материалы дела документов, в том числе заключения ГИТ по Мурманской области и акта от _ _ составленного по результатам прокурорской проверки, невозможно установить наличие прямой причинно-следственной связи между несоблюдением ИП ФИО8 требований трудового законодательства и смертью ФИО6

В судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились истцы ФИО6, ФИО9, ответчик ИП ФИО8, третьи лица: ФИО14, действующей в интересах несовершеннолетней ФИО13, ФИО15, представители третьих лиц: ОСФР по Мурманской области, АО «СЗФК», ГИТ в Мурманской области, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела с учетом положений статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, неявка которых в силу части 3 статьи 167 и части 1 статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) не является препятствием к разбирательству дела.

В соответствии с частью 1 статьи 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобах, и возражениях относительно жалоб.

Проверив материалы дела, материалы проверки *, обсудив доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия приходит к следующему.

Отношения в области защиты прав и интересов работника регулируются положениями Трудового кодекса Российской Федерации, а также разъяснениями по их применению, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» и иными Федеральными законами.

Как установлено судом и следует из материалов дела, _ _ между ИП ФИО8 и ФИО6 был заключен договор возмездного оказания услуг по управлению и техническому обслуживанию грузового автомобиля заказчика при перевозке грузов, принадлежащих третьему лицу и принятых заказчиком к перевозке, на срок с _ _ с оплатой услуги в размере 7471 рублей за каждый день оказываемой услуги, с продолжительностью оказываемой услуги 12 часов в день с графиком учета времени оказания услуг (том 1 л.д. 47-52, том 2 л.д. 148).

_ _ между ответчиком ИП ФИО8 и АО «СЗФК» заключен договор * на осуществление перевозок транспортными средствами ИП ФИО8 горной массы (том 2 л.д. 5-7).

Дополнительным соглашением от _ _ * к договору от _ _ * стороны согласовали срок исполнения договора с _ _ а также иные условия (том 2 л.д. 10).

К дополнительному соглашению приложены единичные расценки, сопроводительный талон и заявка для производства работ по договору от _ _ . для оформления пропуска на сотрудника ТК «МЕГАтранс» (ИП ФИО8) – водителя ФИО6 с _ _ . (т. 2 л.д. 11-13, 15).

Согласно п. 1.1 договора, ИП ФИО8 обязуется выполнить работы по осуществлению перевозок транспортными средствами горной массы, с предоставлением необходимого количества транспортных средств для оказания услуг (п. 1.2.)

В соответствии с пунктами 6.4 - 6.6. работы по договору выполняются работниками заказчика - ИП ФИО8

В пункте 6.9 договора указано, что исполнитель (ИП ФИО8) обязуется обеспечить при производстве работ на объекте соблюдение техники безопасности, охрану труда, промышленной и пожарной безопасности, обеспечивать, исправное техническое состояние и безопасную эксплуатацию машин, механизмов, приборов, технологической оснастки используемых при оказании услуг, средств коллективной защиты работников исполнителя.

Заявки на допуск для производства работ подписаны сторонами.

В дополнение к договору между ИП ФИО8 и АО «СЗФК» заключен договор предрейсовых и послерейсовых медосмотров. Перечисленные выше условия договора осуществлялись и контролировались договорившимися сторонами по отношению к ФИО6 (т.2 л.д. 115-116, л.д. 159).

Акт приемки выполненных работ по договору возмездного оказания услуг от _ _ * не составлялся, в связи со смертью ФИО6 в последний день исполнения договора _ _

Кроме того, из материалов дела следует, что _ _ при выполнении работ по перевозке горной массы, на территории ГОК «Олений ручей АО «СЗФК» произошел несчастный случай, повлекший смерть ФИО6, что подтверждается свидетельством о смерти * от _ _ ., выданным МО ЗАГС * Управления ЗАГС Республики Карелия (том 1 л.д. 41).

По факту гибели работника ИП ФИО8 – ФИО6, СО по г. Апатиты СУ СК РФ по Мурманской области проведена доследственная проверка, по результатам которой вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела.

По факту несчастного случая, произошедшего с ФИО6, проведено расследование и составлен акт о расследовании группового несчастного случая (тяжелого несчастного случая, несчастного случая со смертельным исходом), из которого следует, что причиной, вызвавшей несчастный случай, явились нарушения со стороны ФИО6 требований безопасности эксплуатации транспортных средств, который нарушил требования безопасности при производстве работ Типового паспорта отвалообразования в карьере, инструкцию по охране труда для, водителя автомобиля * АО «СЗФК». Дополнительно установлено, что ФИО6 был допущен к работе в состоянии алкогольного опьянения (акт судебно-химического исследования * от _ _ обнаружен этиловый спирт в концентрации 0,4%) (том 1 л.д. 229-232).

Главный государственный инспектор труда в Мурманской области указал на нарушения требований ИП ФИО8 выразившиеся в неудовлетворительной организации производственных работ в создании и обеспечении функционирования системы управления охраны труда, а именно, в отсутствии идентификации опасностей, оценки профессиональных рисков и СУОТ (нарушений требований ст. 214, 218 ТК РФ, а также нарушения режима труда и отдыха, работником в течение 20 дней без выходных.

Возражая относительно заявленных требований, ответчик настаивал на том, что между ФИО6 и ИП ФИО8 заключен гражданско-правовой договор возмездного оказания услуг, при исполнении которого ФИО6 являлся самостоятельным хозяйствующим субъектом.

Разрешая спор и удовлетворяя требования истцов об установлении факта трудовых отношений между ФИО6 и ИП ФИО8, суд первой инстанции, руководствуясь приведенными нормами материального права с учетом разъяснений по их применению, исследовав по существу с учетом доводов, представленные в материалы дела доказательства, которые оценил по правилам статьи 67 ГПК РФ в их совокупности, исходил из того, что, _ _ ведома и по поручению ИП ФИО8 приступил к выполнению трудовых обязанностей по управлению и техническому обслуживанию грузового автомобиля заказчика по перевозке грузов и до _ _ между сторонами существовали трудовые отношения, характеризующиеся устойчивым и стабильным характером, выполнением работником трудовой функции за плату и в соответствии с указаниями работодателя.

При этом суд также учитывал, что при выполнении работ ФИО6 не являлся самостоятельным хозяйственным субъектом в понимании пункта 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), не нес риска, связанного с осуществлением своего труда, а выполнял работу ежедневно, в течение рабочего дня/смены, в соответствии с графиком учета времени оказания услуг.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда о наличии оснований для удовлетворения требований истцов об установлении факта трудовых отношений, поскольку они мотивированы, соответствуют установленным по делу обстоятельствам и требованиям закона, оснований считать их неправильными не имеется.

Проверяя решение суда по доводам апелляционной жалобы стороны ответчика, которые направлены на переоценку выводов суда в данной части и признавая их несостоятельными, судебная коллегия исходит из следующего.

Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (часть 1 статьи 67 ТК РФ).

Трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом (часть 2 статьи 67 ТК РФ).

Из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 2.2 определения от 19 мая 2009 г. № 597-0-0, следует, что в целях предотвращения злоупотреблений со стороны работодателей и фактов заключения гражданско-правовых договоров вопреки намерению работника заключить трудовой договор, а также достижения соответствия между фактически складывающимися отношениями и их юридическим оформлением федеральный законодатель предусмотрел в части четвертой статьи 11 ТК РФ возможность признания в судебном порядке наличия трудовых отношений между сторонами, формально связанными договором гражданско-правового характера, и установил, что к таким случаям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

Порядок признания отношений, связанных с использованием личного труда, которые были оформлены договором гражданско-правового характера, трудовыми отношениями регулируется статьей 19.1 ТК РФ, часть третья которой содержит положение о том, что неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

В соответствии с частью четвертой статьи 19.1 ТК РФ, если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии в порядке, установленном частями первой - третьей данной статьи, были признаны трудовыми отношениями, такие трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица, являющегося исполнителем по указанному договору, к исполнению предусмотренных указанным договором обязанностей.

В абзаце третьем пункта 8 и в абзаце втором пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, если между сторонами заключен договор гражданско-правового характера, однако в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения между работником и работодателем, к таким отношениям в силу части четвертой статьи 11 ТК РФ должны применяться положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права. Если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть вторая статьи 67 ТК РФ).

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» (далее - постановление Пленума от 29 мая 2018 г. № 15) содержатся разъяснения, являющиеся актуальными для всех субъектов трудовых отношений.

В целях надлежащей защиты прав и законных интересов работника при разрешении споров по заявлениям работников, работающих у работодателей - физических лиц (являющихся индивидуальными предпринимателями и не являющихся индивидуальными предпринимателями) и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям, судам следует устанавливать наличие либо отсутствие трудовых отношений между ними. При этом суды должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 ТК РФ, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции (абзацы первый и второй пункта 17 постановления Пленума от 29 мая 2018 г. № 15).

К характерным признакам трудовых отношений в соответствии со статьями 15 и 56 ТК РФ относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату (абзац третий пункта 17 постановления Пленума от 29 мая 2018 г. № 15).

О наличии трудовых отношений может свидетельствовать устойчивый и стабильный характер этих отношений, подчиненность и зависимость труда, выполнение работником работы только по определенной специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения (абзац четвертый пункта 17 постановления Пленума от 29 мая 2018 г. № 15).

При разрешении вопроса, имелись ли между сторонами трудовые отношения, суд в силу статей 55, 59 и 60 ГПК РФ вправе принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством.

К таким доказательствам, в частности, могут быть отнесены письменные доказательства (например, оформленный пропуск на территорию работодателя; журнал регистрации прихода-ухода работников на работу; документы кадровой деятельности работодателя: графики работы (сменности), графики отпусков, документы о направлении работника в командировку, о возложении на работника обязанностей по обеспечению пожарной безопасности, договор о полной материальной ответственности работника; расчетные листы о начислении заработной платы, ведомости выдачи денежных средств, сведения о перечислении денежных средств на банковскую карту работника; документы хозяйственной деятельности работодателя: заполняемые или подписываемые работником товарные накладные, счета-фактуры, копии кассовых книг о полученной выручке, путевые листы, заявки на перевозку груза, акты о выполненных работах, журнал посетителей, переписка сторон спора, в том числе по электронной почте; документы по охране труда, как то: журнал регистрации и проведения инструктажа на рабочем месте, удостоверения о проверке знаний требований охраны труда, направление работника на медицинский осмотр, акт медицинского осмотра работника, карта специальной оценки условий труда), свидетельские показания, аудио- и видеозаписи и другие.

Статья 56 ГПК РФ предусматривает, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

В ходе судебного разбирательства достоверно установлено, что договором возмездного оказания услуг от _ _ * сторонами определены сроки оказываемой услуги (_ _ продолжительность оказываемой услуги (12 часов в день), оплата услуги (7471 рубль за каждый день), а также график учета времени оказания услуг.

В ходе рассмотрения дела, сторонами не оспаривалось, что ИП ФИО8 допустил ФИО6 до работы по управлению и техническому обслуживанию грузового автомобиля заказчика при перевозке грузов, принадлежащих третьему лицу (АО «СЗФК») и принятых заказчиком к перевозке. ФИО6 приступил к работе и выполнял ее лично с ведома ИП ФИО8 Работы выполнялись ФИО6 на транспортном средстве, принадлежащим ИП ФИО8, в интересах, под контролем и управлением работодателя ИП ФИО8, в том числе в рамках договора заключенного _ _ . между ИП ФИО8 и АО «СЗФК». ФИО6 проходил предрейсовые медицинские осмотры, трудовые функции выполнялись им за плату.

Кроме того, из материалов дела следует, что для выполнения трудовой функции на территории ГОК «Олений ручей АО «СЗФК», на имя ФИО6, в рамках производства работ по договору от _ _ . *, заключенного между ИП ФИО8 и АО «СЗФК», оформлен временный пропуск (_ _ как на сотрудника ответчика ИП ФИО8

Также, в материалы дела представлены копии удостоверений * и * на имя ФИО6, которые подтверждают право работника ИП ФИО8 на работы на объекте открытых горных работ (ГОК «Олений ручей»), а также факт проведения проверки знаний требований охраны труда по Программе теоретического обучения безопасным методам и приемам труда работников ИП ФИО8 (том 1 л.д. 61).

Таким образом, установленные судом обстоятельства свидетельствуют о наличии трудовых отношений, которые носят устойчивый и стабильный характер таких отношений, подчиненность и зависимость труда, выполнение работником работы только по определенной специальности «водитель самосвала» на транспорте работодателя.

Учитывая изложенное, принимая во внимание положения статей 15, 16, 56, части 2 статьи 67 ТК РФ, по смыслу которых наличие трудового правоотношения презюмируется, если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, суд первой инстанции, вопреки доводам жалобы стороны ответчика, пришел к обоснованному выводу о том, что между сторонами фактически сложились трудовые отношения.

При этом, суд первой инстанции верно исходил из того, что обстоятельства допуска работника к работе, выполнения им определенной трудовой функции на основании соглашения сторон, могут подтверждаться любыми видами доказательств, указанными в части 1 статьи 55 ГПК РФ, в том числе доказательствами, представленными стороной истца, являющейся наиболее слабой стороной возникших между сторонами правоотношений, которые в силу положений части 3 статьи 19.1 ТК РФ при наличии неустранимых сомнений при рассмотрении судом споров об установлении факта трудовых отношений толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

Подписание между сторонами гражданско-правового договора свидетельствует о неисполнении ИП ФИО8 обязанности оформить трудовые отношения с ФИО6, и данное обстоятельство не исключает возможности фактического установления таких отношений.

В настоящем споре достоверно установлено, что ФИО6 выполнялась именно трудовая функция, работодатель предоставлял ФИО6 постоянное место работы, договор по своему характеру не предполагает достижения конкретного результата, учитывая, что ФИО6 был допущен к работе с ведома и по поручению работодателя, лично выполнял трудовые обязанности по управлению и техническому обслуживанию грузового автомобиля заказчика при перевозке грузов, принадлежащих третьему лицу и принятых заказчиком к перевозке, подчинялся установленному режиму работы (смены) – продолжительностью 12 часов в день (с 8 часов 00 минут до 20 часов 00 минут) с графиком учета времени оказания услуг.

Доводам стороны ответчика, ссылавшегося на то, что между сторонами не заключался трудовой договор, отсутствие заявления о приеме на работу, приказов о приеме на работу, трудовых книжек с записями ответчика, а также иных документов и локальных актов работодателя, суд дал надлежащую оценку, учитывая, что эти обстоятельства могут свидетельствовать о неисполнении работодателем обязанности оформить трудовые отношения с ФИО6, но не исключают возможности фактического установления таких отношений.

При этом, как обоснованно учтено судом первой инстанции, ответчик, утверждая о наличии гражданско-правового договора возмездного оказания услуг с ФИО6 не опроверг установленные судом признаки трудовых отношений, где работником выполнялась не какая-то конкретная разовая работа, а определенная трудовая функция, входящая в обязанности работника, при этом оказанная услуга со стороны ФИО6 судом не установлена. Также, ответчиком не доказано и наличие оказываемой услуги, где ФИО6 сохранял бы положение самостоятельного хозяйствующего субъекта. По факту работник принял на себя обязанность выполнять работу в рамках договора оказания услуг между ИП ФИО8 и АО «СЗФК» по определенной трудовой функции, подчинением установленному режиму труда и работал под контролем и руководством работодателя. Доказательств исполнения договора услуги со стороны ФИО6 и выполнения работы на свой риск не получено.

Ответчик, в нарушение положений статьи 56 ГПК РФ, не представил доказательств, опровергающих доводы стороны истцов о трудовом характере отношений, связывающих ФИО6 с ответчиком.

С учетом изложенного, судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о наличии правовых оснований для удовлетворения требований истцов в части установления факта трудовых отношений между ФИО6 и ИП ФИО8, поскольку все представленные доказательства в их совокупности свидетельствуют о наличии между сторонами трудовых отношений, достижении согласия между сторонами относительно всех существенных условий работы.

При таких обстоятельствах, доводы жалобы ИП ФИО8 в данной части подлежат отклонению.

Оценивая доводы жалобы стороны истцов о необходимости квалификации трудовых отношений между ФИО6 и ИП ФИО8 как работы вахтовым методом, судебная коллегия приходит к следующему.

Особенности регулирования труда лиц, работающих вахтовым методом, установлены главой 47 Трудового кодекса Российской Федерации (статьи 297-302).

Так, в соответствии с положениями ч. 1 и ч. 2 ст. 297 ТК РФ вахтовый метод - особая форма осуществления трудового процесса вне места постоянного проживания работников, когда не может быть обеспечено ежедневное их возвращение к месту постоянного проживания.

Вахтовый метод применяется при значительном удалении места работы от места постоянного проживания работников или места нахождения работодателя в целях сокращения сроков строительства, ремонта или реконструкции объектов производственного, социального и иного назначения в необжитых, отдаленных районах или районах с особыми природными условиями, а также в целях осуществления иной производственной деятельности.

Положениями ст. 301 ТК РФ предусмотрено, что рабочее время и время отдыха в пределах учетного периода регламентируются графиком работы на вахте, который утверждается работодателем с учетом мнения выборного органа первичной профсоюзной организации в порядке, установленном ст. 372 настоящего Кодекса для принятия локальных нормативных актов, и доводится до сведения работников не позднее чем за два месяца до введения его в действие.

Между тем, доказательств того, что ИП ФИО8 принимались локальные нормативные акты о применении вахтового метода организации работы, материалы дела не содержат.

Напротив, из материалов дела следует, что в период _ _ ФИО6 не осуществлял трудовую деятельность вахтовым методом, поскольку в договоре возмездного оказания услуг, квалифицированного судом, как трудовой договор, прямо указано место осуществления трудовой деятельности, расположенное на объекте в п. Коашва Кировского района Мурманской области (ГОК «Олений ручей»).

Кроме того, из условий договора не следует, что деятельность ФИО6 по оказанию услуг, определенных договором, будет осуществлялся вахтовым методом.

При этом судебная коллегия считает необходимым отметить, что организация работы вахтовым методом предусматривает, что рабочее время и время отдыха в пределах учетного периода регламентируются графиком работы на вахте, который утверждается работодателем, тогда как в рассматриваемом случае, сторонами определена продолжительность оказания услуг в течение суток, которая составляет 12 часов по графику.

Вместе с тем, доказательств тому, что между ФИО6 и ИП ФИО8 заключались аналогичные договора в иной период, что позволило бы суду сделать вывод о вахтовом методе организации работы, в материалы дела не представлено.

Таким образом, установленные по делу обстоятельства и приведенные положения закона опровергают состоятельность позиции истцов относительно того, что ФИО6 был трудоустроен у ИП ФИО8 вахтовым методом.

С учетом изложенного, принимая во внимание, что условия договора, с которыми ФИО6 был ознакомлен при его заключении, не определяли выполнение им работы вахтовым методом, под признаки работы вахтовым методом указанные отношения не подпадают, оснований для установления факта трудовых отношений между ФИО6 и ИП ФИО8 именно вахтовым методом, о чем поставлен вопрос в апелляционной жалобе, у суда первой инстанции не имелось.

В этой связи, доводы апелляционной жалобы стороны истца в данной части отклоняются как несостоятельные, основанные на неверном толковании норм права.

Разрешая требования истцов о признании договора возмездного оказания услуг от _ _ * недействительной, притворной сделкой, суд первой инстанции исходя из смысла положений Гражданского кодекса Российской Федерации, Трудового законодательства Российской Федерации, с учетом разъяснений по их применению, пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований.

Оснований не согласится с выводами суда в данной части, в том числе по доводам апелляционной жалобы, судебная коллегия не усматривает.

В соответствии с положениями пункта 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц (абзац 3 пункта 2 статьи 166).

В соответствии с пунктом 1 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В силу пункта 2 статьи 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Как разъяснено в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 8 данного постановления к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 ГК РФ).

Между тем, обстоятельств, с которыми положения статей 166, 168, 170 ГК РФ связывают возможность признание сделок недействительными, при разрешении спора судом установлено не было, договор возмездного оказания услуг от _ _ фактически исполнен сторонами.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции отмечает, что заинтересованным в судебной защите является лицо, имеющее законное право или охраняемый законом интерес, а предъявленный этим лицом иск выступает средством защиты его нарушенного права и законных интересов. Соответствующий иск может быть удовлетворен только в том случае, если оспариваемой сделкой нарушены права и охраняемые законом интересы и целью его обращения в суд является восстановление этих нарушенных прав и интересов. Наличие указанного договора возмездного оказания услуг, не может быть препятствием к защите его прав в рамках рассматриваемого спора, поскольку оспариваемый договор признан трудовым.

В данном случае признание договора возмездного оказания услуг недействительным, в том числе, по мотиву его притворности не повлечет за собой восстановление прав истцов.

Таким образом, доводы апелляционной жалобы стороны истца о притворности сделки по тем основаниям, что между сторонами фактически сложились трудовые отношения, отклоняются судебной коллегией как несостоятельные.

Установив факт трудовых отношений и наличие страхового случая – смерти работника при исполнении трудовых обязанностей, суд первой инстанции возложил на ответчика обязанность оформить акт о несчастном случае на производстве, а также возложил на работодателя обязанность произвести отчисления обязательных взносов в отношении ФИО6, в отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Карелия в период работы ФИО6 с _ _ у ответчика ИП ФИО8

Доводов о несогласии с решением суда в части возложения на работодателя обязанности произвести отчисления обязательных взносов в отношении ФИО6, в отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Карелия, апелляционная жалоба не содержит, в связи с чем законность и обоснованность решения в указанной части в соответствии с положениями части 2 статьи 327.1 ГПК РФ не является предметом проверки суда апелляционной инстанции.

Рассматривая доводы жалобы стороны истца о том, что суд вышел за пределы заявленных требований со ссылкой на то, что требование о возложении на ответчика обязанности по составлению акта о несчастном случае на производстве истцами не заявлялось, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии со статьей 227 ТК РФ расследованию и учету в соответствии с главой 36 ТК РФ подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

Расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены: телесные повреждения (травмы), в том числе нанесенные другим лицом; тепловой удар; ожог; обморожение; утопление; поражение электрическим током, молнией, излучением; укусы и другие телесные повреждения, нанесенные животными и насекомыми; повреждения вследствие взрывов, аварий, разрушения зданий, сооружений и конструкций, стихийных бедствий и других чрезвычайных обстоятельств, иные повреждения здоровья, обусловленные воздействием внешних факторов, повлекшие за собой необходимость перевода пострадавших на другую работу, временную или стойкую утрату ими трудоспособности либо смерть пострадавших, если указанные события произошли, в частности, при следовании к месту служебной командировки и обратно, во время служебных поездок на общественном или служебном транспорте, а также при следовании по распоряжению работодателя (его представителя) к месту выполнения работу (поручения) и обратно, в том числе пешком.

Правовое регулирование отношений по возмещению вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, осуществляется по нормам Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» (далее также - Федеральный закон от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ).

Обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний подлежат в числе других физические лица, выполняющие работу на основании трудового договора, заключенного со страхователем (абзац второй пункта 1 статьи 5 Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ).

Несчастным случаем на производстве в силу абзаца десятого статьи 3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных данным федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

В силу пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 г. № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» для правильной квалификации события, в результате которого причинен вред жизни или здоровью пострадавшего, необходимо в каждом случае исследовать следующие юридически значимые обстоятельства: относится ли пострадавший к лицам, участвующим в производственной деятельности работодателя, указано ли происшедшее событие в перечне событий, квалифицируемых в качестве несчастных случаев, соответствуют ли обстоятельства, сопутствующие происшедшему событию, обстоятельствам, указанным в части третьей статьи 227 ТК РФ, произошел ли несчастный случай на производстве с лицом, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, имели ли место обстоятельства, при наличии которых несчастные случаи могут квалифицироваться как не связанные с производством и иные обстоятельства.

Из изложенного правового регулирования следует, что физические лица, выполняющие работу на основании трудового договора, подлежат обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

По общему правилу несчастным случаем на производстве признается и подлежит расследованию в установленном порядке событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах как на территории работодателя, так и за ее пределами, повлекшее необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

Для расследования несчастного случая работодателем (его представителем) образуется комиссия. По ее требованию в зависимости от характера и обстоятельств несчастного случая за счет средств работодателя для проведения расследования могут привлекаться специалисты-эксперты, заключения которых приобщаются к материалам расследования. На основании собранных материалов расследования комиссия устанавливает, в том числе обстоятельства и причины несчастного случая с работником, определяет, были ли действия (бездействие) пострадавшего в момент несчастного случая обусловлены трудовыми отношениями с работодателем, и квалифицирует несчастный случай как несчастный случай на производстве или как несчастный случай, не связанный с производством.

Следовательно, суду с учетом приведенных норм о расследовании, оформлении и учете несчастных случаев, разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации при разрешении спора о признании несчастного случая, произошедшего с работником при исполнении им трудовых обязанностей, как связанного или не связанного с производством, необходимо каждый раз принимать во внимание конкретные обстоятельства, при которых с работником произошел несчастный случай, в том числе находился ли пострадавший в момент несчастного случая при исполнении трудовых обязанностей, был ли он допущен работодателем к исполнению трудовых обязанностей.

Между тем, приведенные выше нормы права не были учтены судом первой инстанции.

Так, разрешая требования истцов о признании смерти ФИО6 несчастным случаем на производстве, суд первой инстанции, установив, что произошедший несчастный случай со смертельным исходом является страховым (смерть работника при исполнении трудовых обязанностей), возложил на ответчика обязанность по оформлению акта о несчастном случае на производстве.

При этом, суд не нашел оснований для удовлетворения требований истцов в части признании смерти ФИО6 несчастным случаем на производстве.

Вместе с тем, материалами дела достоверно подтверждено, что погибший ФИО6 в период _ _ г. осуществлял трудовую деятельность у ответчика.

Несчастный случай с указанным работником произошел _ _ в промежутке времени с ***, то есть, в рабочее время, на территории предприятия ГОК «Олений ручей АО «СЗФК» (договор от _ _ заключенный между ИП ФИО8 и АО «СЗФК» на осуществление перевозок).

Кроме того, договором от _ _ * определено место осуществления трудовой деятельности ФИО6, а именно на объекте в п. Коашва Кировского района Мурманской области (ГОК «Олений ручей»).

Таким образом, действуя согласно воле работодателя, находясь в период осуществления трудовой деятельности на организованной работодателем территории, произошедший с ФИО6 несчастный случай связан непосредственно с производством, так как работник осуществлял правомерные действия, обусловленные его трудовыми отношениями с ИП ФИО8, действовал по заданию и в интересах своего работодателя - ответчика.

С учетом изложенного, судебная коллегия приходит к выводу о том, что несчастный случай с ФИО6, произошедший _ _ отвечает признакам, установленным приведенными выше положениями закона, а потому является несчастным случаем, связанным с производством.

При указанных обстоятельствах, решение суда в части отказа в удовлетворении требований о признании смерти ФИО6 несчастным случаем на производстве подлежит отмене, с принятием в данной части нового решение об удовлетворении требований.

Оснований полагать, что суд вышел за пределы заявленных требований, как на то указано в апелляционной жалобе стороны истца, судебная коллегия не усматривает, поскольку в ходе рассмотрения дела достоверно установлен факт несчастного случая с ФИО6 на производстве, суд первой инстанции, вопреки доводам указанной жалобы, обоснованно возложил на ИП ФИО8 обязанность составить акт о несчастном случае на производстве.

Также, судебная коллегия полагает заслуживающим внимания довод апелляционной жалобы стороны истцов о том, что судом не установлен срок исполнения решения суда в части возложения на ответчика обязанности по оформлению акта о несчастном случае на производстве.

В соответствии с ч. 1 ст. 206 ГПК РФ при принятии решения суда, обязывающего ответчика совершить определенные действия, не связанные с передачей имущества или денежных сумм, суд в том же решении может указать, что, если ответчик не исполнит решение в течение установленного срока, истец вправе совершить эти действия за счет ответчика с взысканием с него необходимых расходов.

Согласно ч. 2 ст. 206 ГПК РФ суд устанавливает в решении срок, в течение которого решение суда, обязывающее ответчика совершить определенные действия, должно быть исполнено.

Принимая во внимание, что по данному вопросу решение судом первой инстанции не принято, решение суда первой инстанции в указанной части подлежит изменению.

Разрешая вопрос о сроке, который необходимо предоставить ответчику для исполнения решения, судебная коллегия считает разумным и достаточным установить срок для исполнения решения в течение 1 (одного) месяца с момента вступления решения суда в законную силу.

Определяя размер подлежащей взысканию в пользу ФИО7, ФИО5, ФИО9 и несовершеннолетней ФИО6 компенсации морального вреда, суд первой инстанции принял во внимание фактические обстоятельства дела, степень и характер причиненных истцам нравственных страданий, связанных с гибелью соответственно, брата, супруга и отца, а также что причиненные нравственные страдания обусловлены переживаниями, чувствами потери и горя, вызванными невосполнимой утратой близкого человека, наличие грубой неосторожности потерпевшего ФИО6, который в момент происшествия находился в состоянии алкогольного опьянения, виновное поведение ответчика, выразившееся в неудовлетворительной организации производства работ, что послужило, в том числе, причиной несчастного случая на производстве, повлекшего смерть работника, а также иные заслуживающие внимания обстоятельства.

В этой связи, суд первой инстанции определил к взысканию сумму компенсации морального вреда, взыскав с ответчика в пользу ФИО7 (сестра) денежную компенсацию в размере 350 000 рублей, ФИО5 (супруга), ФИО9 (сын), ФИО6 (несовершеннолетняя дочь) денежную компенсацию по 450 000 рублей каждому.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, как принятыми в соответствии с требованиями закона на основании правильной правовой оценки доказательств в их совокупности.

Размер денежной компенсации морального вреда, взысканный в пользу истцов, соразмерен степени перенесенных ими нравственных страданий и определен судом в соответствии с требованиями статей 151, 1101, п. 2 ст. 1083 ГК РФ, с учетом разъяснений по их применению, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», отвечает принципам разумности и справедливости. Оснований считать определенный судом первой инстанции размер несправедливым, заниженным, о чем поставлен вопрос в апелляционной жалобе истцов, у суда апелляционной инстанции не имеется.

Судом в полной мере учтена степень нравственных и физических страданий, причиненных родственникам погибшего, конкретные обстоятельства произошедшего несчастного случая.

Доказательств, понесенных истцами нравственных страданий в более высокой степени, в соответствии с положениями статьи 56 ГПК РФ суду не представлено, не содержит ссылку на такие доказательства и апелляционная жалоба.

Оснований для повышения размера компенсации морального вреда судебная коллегия не усматривает.

Доводы жалобы стороны истцов, выражающие несогласие с выводами суда в части наличия в действиях ФИО6 при управлении транспортным средством грубой неосторожности, судебная коллегия признает несостоятельными, поскольку они противоречат материалам дела.

Так, из выводов эксперта, изложенных в заключении эксперта (экспертиза трупа) от _ _ * следует, что в крови трупа ФИО6 обнаружен этиловый спирт в концентрации 0,4 промилле.

Таким образом, оценивая действия ФИО6, находившегося в состоянии алкогольного опьянения, суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что допущенная потерпевшим неосторожность, связанная с употреблением алкоголя, находится в причинно-следственной связи с наступившими последствиями в виде смерти, поскольку наличие алкоголя в крови не позволило потерпевшему в должной степени предусмотрительности и осторожности соблюсти все требования безопасности при эксплуатации автомобиля в ходе выгрузки горной породы, вследствие чего он пробил ориентирующий вал и упал вниз.

При этом как верно отмечено судом, каких-либо данных о неисправности транспортного средства, либо обстоятельств, повлекших несчастный случай, суду представлено не было.

Ввиду изложенного, вопреки доводам жалобы стороны истца, выводы суда о наличии в действиях ФИО6, при управлении транспортным средством, грубой неосторожности являются верными.

Ссылка в жалобе на акт предрейсового медицинского осмотра, выводов суда о наличии в действиях ФИО6 грубой неосторожности, не опровергает, поскольку не исключает возможность употребления погибшим алкогольных напитков после прохождения предрейсового медицинского осмотра.

В этой связи, оснований для переоценки выводов суда в данной части, судебная коллегия не усматривает.

Вопрос взыскания судебных расходов разрешен судом в соответствии с правилами главы 7 ГПК РФ. В данной части апелляционные жалобы доводов о несогласии с решением суда не содержит, в связи с чем, в соответствии с требованиями статьи 327.1 ГПК РФ не является предметом проверки суда апелляционной инстанции.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 327, 328, 329 и 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Мурманского областного суда

определила:

Решение Кировского городского суда Мурманской области от _ _ отменить в части отказа в удовлетворении требований о признании смерти ФИО6 несчастным случаем на производстве.

Принять в данной части новое решение, которым установить факт несчастного случая, произошедшего _ _ повлекшего смерть ФИО6, _ _ года рождения, связанного с производством в период его работы у индивидуального предпринимателя ФИО8.

Решение Кировского городского суда Мурманской области от _ _ изменить в части возложения на индивидуального предпринимателя ФИО8 (ИНН *) обязанности по оформлению акта о несчастном случае на производстве, установив срок – один месяц со дня вступления решения суда в законную силу.

В остальной части решение суда оставить без изменения.

Апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО8 - без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи