УИД 21RS0024-01-2024-005302-81

Апелляционное дело №22-665/2025

Судья Васильев А.М. 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

23 апреля 2025 года город Чебоксары

Верховный Суд Чувашской Республики в составе председательствующего судьи Ермолаева Л.Г.,

при секретаре судебного заседания Христофоровой А.О.,

с участием прокурора отдела уголовно – судебного управления прокуратуры Чувашской Республики Аснашевой Ю.О.,

потерпевшего ФИО2,

осуждённого ФИО25,

адвоката Рыжовой Н.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Гришина С.И. и апелляционной жалобе адвоката Рыжовой Н.В. в интересах осуждённого ФИО25 на приговор Ленинского районного суда г.Чебоксары Чувашской Республики от 21 февраля 2025 года в отношении 

ФИО25, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, 

<

данные изъяты>, ранее не судимого.

Заслушав доклад судьи Ермолаева Л.Г., выступление осуждённого ФИО25 и адвоката Рыжову Н.В., поддержавшие доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора Аснашевой Ю.О. и потерпевшего ФИО2, поддержавшие доводы апелляционного представления, суд апелляционной инстанции

установил:

Приговором Ленинского районного суда г. Чебоксары Чувашской Республики от 21 февраля 2025 года ФИО25 осуждён по ч. 1 ст. 143 УК Российской Федерации к наказанию в виде лишения свободы на срок 2 года, на основании ст. 73 УК Российской Федерации условно с испытательным сроком на 3 года с возложением на него обязанности: встать на учёт в специализированный государственный орган, осуществляющий исправление осуждённого, не менять место своего жительства и работы без уведомления этого органа, являться для регистрации в специализированный орган два раза в месяц в установленные данным органом дни.

Мера пресечения до вступления приговора в законную силу в отношении ФИО25 оставлена прежняя - подписка о невыезде и надлежащем поведении.

Постановлено взыскать с ФИО25 в пользу потерпевшего ФИО3 в счет компенсации морального вреда 1000000 (один миллион) рублей. 

Постановлено взыскать с ФИО25 в пользу федерального бюджета процессуальные издержки в размере 48 292 (сорок восемь тысяч двести девяносто два) рубля, из них 3292 (три тысячи двести девяносто два) рубля за оплату услуг адвоката Алгашева Б.З., 45000 (сорок пять тысяч) рублей за оплату услуг эксперта ФИО8. 

За гражданским истцом ФИО2 признано право на удовлетворение иска к ОАО «

<

данные изъяты>» о возмещении морального вреда, причинённого преступлением, в размере 3000000 рублей и вопрос о размере возмещения гражданского иска передан для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

По делу разрешён вопрос о вещественных доказательствах.

Приговором суда ФИО25 признан виновным в том, что он, занимая должность начальника цеха № ОАО «

<

данные изъяты>» в соответствии с приказом (распоряжением) генерального директора ОАО «

<

данные изъяты>» от 31 января 2005 года № 11-к, то есть, являясь должностным лицом, на которое была возложена обязанность по обеспечению и соблюдению безопасных условий и охраны труда в цехе № указанного Общества, допустил нарушения требований охраны труда, которые в период с 23 часов 07 марта 2024 года до 03 часов 08 марта 2024 года на территории ОАО «

<

данные изъяты>», расположенного по адресу: 

<

адрес>, повлекли по неосторожности смерть работника ФИО1.

Преступление ФИО25 совершено при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

Подсудимый ФИО25 в судебном заседании свою вину в предъявленном обвинении не признал. 

В апелляционном представлении государственный обвинитель Гришин С.И., не оспаривая выводы суда о доказанности вины ФИО25 в совершении преступления и квалификации содеянного, считает приговор подлежащим изменению в связи с нарушением судом норм уголовно-процессуального закона.

В соответствии с ч. 1 ст. 389.18 УПК Российской Федерации неправильным применением уголовного закона является нарушение требований Общей части УК Российской Федерации; применение не той статьи или не тех пункта и (или) части статьи Особенной части УК Российской Федерации, которые подлежали применению; назначение наказания более строгого, чем предусмотрено соответствующей статьей Особенной части УК Российской Федерации.

Согласно п.п. 3, 4 ч. 1 ст. 308 УПК Российской Федерации в резолютивной части обвинительного приговора должны быть указаны, в том числе, пункт, часть, статья УК Российской Федерации, предусматривающие ответственность за преступление, в совершении которого подсудимый признан виновным, вид и размер наказания, назначенного подсудимому.

Из п. 29 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2016 № 55 «О судебном приговоре» следует, что во всех случаях резолютивная часть обвинительного приговора должна быть изложена таким образом, чтобы не возникало сомнений и неясностей при его исполнении. В связи с этим в резолютивной части обвинительного приговора должны быть приведены решения суда по каждому из вопросов, указанных в ст.ст. 308 и 309 УПК Российской Федерации.

ФИО25 обвинялся в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст. 143 УК Российской Федерации. Суд первой инстанции, квалифицируя действия ФИО25 в описательно-мотивировочной части приговора по ч.2 ст. 143 УК Российской Федерации, в резолютивной части неверно указал о признании ФИО25 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 143 УК РФ, что также повлекло назначение несправедливого наказания, не предусмотренного санкцией данной статьи.

Просит приговор суда изменить, указать в резолютивной части приговора о признании ФИО25 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 143 УК РФ. В остальной части приговор оставить без изменения.

В апелляционной жалобе адвокат Рыжова Н.В. в защиту интересов осуждённого ФИО25, считая приговор суда незаконным, необоснованным, просит его отменить и вынести оправдательный приговор.

Указывает, что в материалах дела имеется приказ № от 28.12.2022, и согласно п. 1.3 ответственным за обеспечение безопасных условий труда на производственных объектах предприятия был назначен технический директор ФИО5, а согласно п. 3 приказа, при отсутствии начальников цехов, ответственность за обеспечение безопасных условий труда и охраны труда несут лица, исполняющие их обязанность по приказу.

В нерабочие праздничные и выходные дни, а также в ночные смены ответственность за обеспечение безопасных условий труда и соблюдение техники безопасности возлагается на мастеров смен.

Несчастный случай на производстве произошёл в ночную смену, в нерабочий праздничный день - 8 марта. На момент несчастного случая ФИО25 трудовую функцию не выполнял, а обязанности по охране труда в период его отсутствия на рабочем месте возлагались на мастера смены ФИО4, который и должен был в момент несчастного случая наблюдать за соблюдением правил охраны труда и техники безопасности ФИО1.

Свидетель ФИО4 в судебном заседании показал, что это он должен нести ответственность, потому что несчастный случай произошёл в праздничный день, но указанным обстоятельствам судом не дана оценка, и данный довод стороны защиты о невиновности ФИО25 им не опровергнут.

Анализ содержания должностных инструкций и Положения о системе управления охраной труда в ОАО «

<

данные изъяты>» показывает, что в обязанности начальника цеха входит только реализация мероприятий по улучшению условий и охраны труда.

Согласно заключению №21/8-2195-24-И/12-4077-И/47-269 государственного инспектора труда ФИО6 от 28.05.2024 ответственным лицом за нарушение правил охраны труда и техники безопасности был признан технический директор ФИО5.

Также судом не дана оценка тем обстоятельствам, что в соответствии с п. 4.2. Положения о системе управления охраны труда в ОАО «

<

данные изъяты>» от 01.03.2022 за разработку мероприятий по исключению опасности от воздействия движущихся частей оборудования и механизмов, требований безопасного выполнения работ сотрудниками по погрузке известняковой муки, также отвечает технический директор ФИО5.

Считает, что несчастный случай наступил в результате нарушения самой ФИО1 правил охраны труда и технической безопасности в ходе выполнения своих трудовых обязанностей, и в смену, когда произошёл этот несчастный случай, за соблюдением правил охраны труда и техники безопасности ФИО1, должен был наблюдать мастер смены ФИО4,

В связи с изложенным, выводы суда о виновности ФИО25 в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 143 УК Российской Федерации, не соответствуют фактическим обстоятельствам и опровергаются материалами настоящего дела.

ФИО1 была принята на работу выгрузчиком извести 3 разряда в цех керамзитового гравия № с 27 октября 2023 года, и была ознакомлена с должностной инструкцией. 26 октября 2023 года с нею был проведён вводный инструктаж по охране труда, о чём в журнале регистрации имеется её подпись. 2 января 2024 года с ФИО1 был проведен повторный инструктаж.

Согласно медицинским документам у ФИО1 противопоказаний для работы выгрузчиком извести выявлено не было. 07 февраля 2024 года она была ознакомлена с картой № специальной оценки условий труда выгрузчика извести и с картой идентификации и оценки рисков №. После этого был оформлен протокол № проверки ФИО1 знаний требований охраны труда работниками, которая прошла её с удовлетворительным результатом, о чём в протоколе имеется отметка. Таким образом, с ней были проведены все необходимые мероприятия по охране труда.

Обращает внимание на то, что согласно Акту о расследовании несчастного случая, основная причина несчастного случая установлена не была. Сопутствующей причиной несчастного случая на производстве было нарушение ФИО1 инструкции по охране труда для выгрузчика извести, и ответственными лицами были признаны мастер смены цеха № ФИО4, сама ФИО1 и специалист по охране труда ФИО7, нарушившая правила оформления протокола. Несчастный случай, повлекший смерть ФИО1, стал следствием грубого нарушения и невыполнение ею инструкции по охране труда для выгрузчика извести, что и стало непосредственной причиной несчастного случая.

В основу приговора судом положено заключение эксперта АНО «Негосударственный экспертный центр» ФИО8 № от 24.09.2024, который в судебном заседании был допрошен в связи с наличием обоснованных сомнений в его выводах. 

По мнению защиты, эксперт ФИО8 не мог дать им ответ, с какого времени он проводит экспертизы по охране труда, а из приложения к заключению эксперта видно, что он имеет диплом о присвоении ему квалификации «специалист по охране труда» только с марта 2024 года. Они полагают, что ФИО8 не имеет опыта в проведении такого рода экспертиз.

В заключении также не указано, на основании каких материалов проводилась экспертиза, не приведён перечень использованных при этом документов, не указаны объекты исследований, отсутствует ссылка в исследовательской части заключения на тома и листы из уголовного дела, и не понятно, на основании каких материалов эксперт ФИО8 пришёл к таким выводам. 

На эти вопросы в судебном заседании эксперт ФИО8 не смог ответить, и не смог устранить их сомнения в объективности проведённого им заключения. 

Считает, что эксперту ФИО8 следовало провести экспертизу с обязательным выездом на место происшествия с исследованием и изучением всех факторов, повлиявших на наступление несчастного случая, т. к. полагают, что в материалах дела недостаточно сведений для формирования механизма, каким образом ФИО1 попала в зону действия опудривающего ковша вращающейся печи обжига №, для чего требовалось мнение специалиста, который обладал бы специальными познаниями, и владеющего методологией проведения подобных экспертиз.

Эксперт ФИО8 в ходе допроса не мог ответить, в связи с чем он не выехал на место происшествия для осмотра оборудования с целью для определения, каким образом ФИО1 попала в зону действия опудривающего ковша вращающейся печи обжига №, что позволяет сделать вывод о нарушении им методологии проведения экспертизы, что является существенным и влияющим на формулирование объективных выводов по результатам исследования.

При проведении экспертизы ФИО8 приведены выводы из акта расследования несчастного случая № от 23 апреля 2024 года, а также выводы, изложенные в особом мнении председателем комиссии ФИО6 о причинах несчастного случая, но самостоятельное исследование ФИО8 по поставленным вопросам отсутствует. 

Исследовательской части и выводам эксперта АНО ДПО «Центр независимой экспертизы» ФИО8 № 14/ОХ от 24 сентября 2024 года дана оценка экспертами-рецензентами ФИО17, ФИО18, ФИО19 в своей рецензии №, и полагает, что заключение эксперта ФИО8 является недопустимым доказательствам, как не отвечающим принципам всесторонности, полноты и объективности, и оно не может быть положено в основу обвинительного приговора.

В целях устранения допущенных при проведении экспертизы нарушений экспертом ФИО8 стороной защиты было заявлено ходатайство о проведении повторной экспертизы, но судом в её проведении было незаконно отказано. 

Также указывает, что выводы о наличии гражданско-правовой ответственности работника ФИО25 перед потерпевшим ФИО3 являются необоснованными. 

Судом установлено, что ФИО25 в период совершения преступления исполнял возложенные на него трудовые обязанности в ОАО «

<

данные изъяты>» на основании трудового договора от 30 декабря 2013 года № в должности «начальник цеха №», осуществляя по поручению работодателя трудовую функцию в соответствии с должностной инструкцией начальника цеха № ОАО «

<

данные изъяты>» от 2010 года, утверждённой генеральным директором ЗАО - фирмы «

<

данные изъяты>» в 2010 году.

Приводя нормы ст. 1064, 1079, 1100, 1068 ГК Российской Федерации, и ссылаясь на определение от 09 января 2018 года № 5-КГ17-220 указывает, что на работодателя возлагается обязанность возместить не только имущественный, но и моральный вред, причинённый его работником при исполнении трудовых обязанностей, а на владельца источника повышенной опасности - как материальный, так и моральный вред, причинённый этим источником. 

Поскольку вред причинён при исполнении трудовых обязанностей, то гражданско - правовая ответственность должна быть возложена на работодателя ОАО «

<

данные изъяты>», а не на работника ФИО25, а на него возлагается ответственность перед работодателем ОАО «

<

данные изъяты>» за причинённый вред в регрессном порядке на основании ст. 1081 ГК Российской Федерации.

В связи с этим решение суда о возложении гражданско-правовой ответственности на работника ФИО25 по возмещению потерпевшим морального вреда является существенным нарушением норм материального права.

Так как гражданский иск потерпевшего не может быть удовлетворён с ФИО25, то арест на принадлежащий ему автомобиль судом наложен незаконно.

В связи с изложенным, просит приговор суда в части гражданского иска отменить, в удовлетворении иска потерпевшего ФИО3 к ФИО25 о компенсации морального вреда отказать, арест, наложенный на принадлежащий ФИО25 автомобиль марки «Changan CS3 5 Plus», 2024 года выпуска, с государственным регистрационным знаком №, отменить. 

В возражениях на апелляционную жалобу адвоката государственный обвинитель Гришин С.И., потерпевшие ФИО2 и ФИО3 просят приговор суда изменить по доводам апелляционного представления, а апелляционную жалобу адвоката - оставить без удовлетворения.

Изучив материалы уголовного дела, проверив доводы апелляционного представления и апелляционной жалобы, возражения государственного обвинителя и потерпевших на апелляционную жалобу адвоката, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Выводы суда первой инстанции о доказанности вины ФИО25 в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 143 УК Российской Федерации, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным судом, подтверждаются совокупностью исследованных в судебном заседании и приведённых в приговоре доказательств. 

ФИО25 показал, что с 2005 года работает в ОАО «

<

данные изъяты>» начальником цеха №. Технологическое оборудование на предприятии с момента его основания не менялось. У них в основном работает одна печь обжига. Её обслуживает выгрузчик извести: наполняет бункер извёсткой вручную, следит за остатком извести в бункере, в конце смены производит уборку. За время его работы на месте работы выгрузчика извести не было ни одного происшествия. С картой идентификации профессиональных рисков № он ознакомлен. Индексы опасности на рабочем месте не превышали значения 4,5, и при таких показателях разработка мероприятий по рискам не требуется. Он не является ответственным лицом за обеспечение безопасности условий труда, таким лицом согласно приказу назначен технический директор ФИО5. В праздничные и выходные дни, в ночные смены ответственным за обеспечение безопасных условий труда и соблюдением техники безопасности является мастер смены. 

ФИО1 была принята на работу выгрузчиком извести, он показал ей рабочее место и объяснил суть её работы. Мастер проводил с ней первичный и вводный инструктаж, объяснял рабочий процесс, она также прошла обучение по охране труда. После ознакомления с должностной инструкцией ФИО1 сначала работала с наставником. 

Считает, что обстоятельства несчастного случая не установлены. Его обвиняют в том, что лестница не соответствует требованиям безопасности, а ковш печи обжига не имеет ограждений для исключения возможности травмирования работника. Это оборудование введено в эксплуатацию в 1968 году, а тогда действовали жесткие ГОСТы. Считает, что перила лестницы являются ограждением.

По факту несчастного случая комиссией было проведено расследование, и был составлен акт. При этом трое из комиссии пришли к выводу, что одной из причин несчастного случая стало нарушение самой ФИО1 инструкции по охране труда для выгрузчика извести. Затем государственным инспектором труда ФИО6 проведено дополнительное расследование и ОАО «

<

данные изъяты>» выдано предписание об устранении допущенных нарушений, с чем Общество не согласилось. 

Со стороны самой ФИО1 допущены грубые нарушения инструкции по охране труда для выгрузчика извести, т.к. при работе по загрузке извести в опудривающую установку не должно быть контакта работника с опудривающим ковшом, который вращается на уровне лестницы, по которой работник поднимается к опудривающей установке. По делу вывод о несоответствии параметров ограждения установленным требованиям не сделан. В мае 2019 года проверка в этой части не нашла каких – либо нарушений. Считает, что именно нахождение ФИО1 в зоне вращения обжиговой печи стало причиной её попадания в корыто извести, а попасть под ковш она могла лишь перегнувшись через перила. При этом ФИО1 ранее привлекалась к ответственности за нарушение инструкции по охране труда. В инструкции по охране труда для выгрузчиков извести были разработаны все мероприятия по безопасному выполнению работ, и с нею ФИО1 была ознакомлена под роспись. 

Также полагает, что замеры по перилам и лестнице произведены неправильно, но эксперт при проведении экспертизы на место происшествия не выезжал, а доверился замерам, полученным в ходе первоначального осмотра места происшествия.

Из показаний свидетеля ФИО5 усматривается, что он в ОАО «

<

данные изъяты>» является техническим директором – главным инженером. Считает, что несчастный случай произошёл из – за того, что ФИО1 на рабочем месте облокотилась на перила либо через перила наклонилась в сторону печи. За соблюдение техники безопасности отвечают мастер смены и начальник цеха, и начальник цеха несёт ответственность за осуществление контроля по охране труда. Приказом генерального директора от 05.12.2023 № начальник цеха №, наряду с ним также был назначен ответственным по охране труда на территории этого цеха. 

Из показаний свидетеля ФИО4 усматривается, что в ОАО «

<

данные изъяты>» он работает мастером смены цеха №, начальником которого является ФИО25 7 марта 2024 года он работал в ночную смену, в которую работала также ФИО1, и загружала известь в бункер печи №. Около 02 - 03 часов 8 марта 2024 года в ходе обхода он возле бункера ФИО1 не нашёл и стал её искать. Около 05 часов 30 минут ФИО10 обнаружила ФИО1 между корытом и редуктором печи №. Считает, что ФИО1 каким - то образом зацепилась за движущийся ковш печи, который потащил её в корыто и перебросил её на другую сторону печи. За выполнением требований по охране труда, как мастер смены, он несёт ответственность в выходные и праздничные дни, а в будние дни - начальник цеха. 

Из показаний свидетеля ФИО7 следует, что она в ОАО «

<

данные изъяты>» вела работу по охране труда: выдавала работникам спецодежду, организовывала проведение медосмотров, вела журналы вводных инструктажей. По факту несчастного случая со смертью ФИО1 по итогам его расследования было установлено, что она нарушила порядок оформления протокола проверки знаний требований охраны труда с ФИО1, с которой действительно, когда она устраивалась на работу, проводилась проверка её знаний по охране труда 26 октября 2023 года, о чём имеется её подпись. При оформлении протокола она, распечатав бланк, забыла поменять фамилию ФИО22, которая уже уволилась, на свою фамилию, и расписалась в бланке. 

Из показаний свидетеля ФИО9 усматривается, что она на предприятии работает сушильщицей. С 19 часов 7 марта 2024 года она заступила в ночную смену. С ней работали ФИО10, ФИО11, обжигальщик ФИО12, крановщик ФИО13, выгрузчик извести ФИО1 и мастер смены ФИО4.

Около 02 часов 30 минут 8 марта 2024 года, когда она проходила мимо обжиговой печи, возле лестницы увидела вёдра с известью, извести в бункере не было, а ФИО1 отсутствовала. Около 5 часов утра ФИО10 нашла ФИО1 с другой стороны печи рядом с корытом извести, которая признаков жизни не подавала. Считает, что ФИО1 могла опереться на перила и не заметить ковш, который вращается с печью. Ковш мог её зацепить, затянуть в корыто и перекинуть на другую сторону печи. 

Из показаний свидетеля ФИО14 - руководителя Государственной инспекции труда в Чувашской Республике следует, что в июне 2024 года к ним поступила жалоба генерального директора ОАО «

<

данные изъяты>» на заключение по расследованию смертельного несчастного случая на производстве, имевшего место 8 марта 2024 года с ФИО1. Жалоба была мотивирована тем, что вывод инспектора ФИО6 об отсутствии вины ФИО1 в произошедшем несчастном случае, неверный. При рассмотрении жалобы установлено, что согласно дополнительным расследованием этого несчастного случая установлено, что работодателем не разработаны и не реализованы мероприятия по исключению опасности от воздействия движущихся частей оборудования и механизмов, допущена эксплуатация вращающейся печи без ограждения вращающегося опудривающего ковша, установленного на корпусе этой печи, исключающего возможность затягивания работника в металлическое корыто для сбора извести. В связи с этим в результате воздействия на ФИО1 вращающегося опудривающего ковша и произошёл несчастный случай. 

При этом работодателем не была внесена в реестр обученных лиц информация о проведении проверки знаний требований охраны труда у ФИО1, которая была допущена к работе без соответствующего обучения и проверки знаний требований охраны труда. Решение ФИО6 им признано обоснованным и правильным. 

Из показаний свидетеля ФИО15 - заместителя главного бухгалтера предприятия следует, что он был в составе комиссии по расследованию несчастного случая с ФИО1, и председателем комиссии была ФИО6. По итогам расследования был составлен акт, и большинством голосов членов комиссии было принято решение, что причины несчастного случая не установлены. ФИО6 и двое членов комиссии с таким решением не согласились.

Он считает, что ФИО1 сама грубо нарушила требования охраны труда для выгрузчика извести. Считает, что требования п. 27 Правил по охране труда при размещении, монтаже, техническом обслуживании и ремонте технологического оборудования, в соответствии с которым движущиеся, вращающиеся и выступающие части технологического оборудования и вспомогательных механизмов должны быть ограждены или расположены так, чтобы исключалась возможность травмирования работников, выполнены надлежащим образом, поскольку лестница, ведущая к бункеру загрузки извести, оборудована оградительными перилами. 

Из показаний свидетеля ФИО16 - генерального директора ОАО «

<

данные изъяты>» следует, что причину несчастного случая с ФИО1 назвать не может. Его заместители - ФИО17 и ФИО18, технический директор - главный инженер ФИО5 согласно приказу № от 28.12.2022 контролируют технологические процессы на предприятии. Согласно приказу от 05.12.2023 года № начальник цеха № ФИО25 является ответственным по охране труда на территории этого цеха, отвечает за безопасные условия и охрану труда работников цеха № во избежание их травмирования на производстве. По итогам расследования несчастного случая, происшедшего 08.03.2023, его причина не была установлена. Были установлены лица, нарушившие требования охраны труда – сама ФИО1, ФИО7 и мастер смены ФИО4, который не проконтролировал работу ФИО1 В ОАО «

<

данные изъяты>» регулярно проводится специальная оценка условий труда на предмет соответствия рабочих мест требованиям охраны труда, в том числе и в цехе №, в ходе чего наличия нарушений на рабочем месте выгрузчика извести, не установлено, и считает, что имеющиеся на рабочем месте ФИО1 перила, как ограждение, были достаточны. 

Из показаний свидетеля ФИО19 - секретаря генерального директора ОАО «

<

данные изъяты>» следует, что ФИО25 с приказами № от 28.12.2022 «О назначении ответственных лиц за обеспечение безопасных условий и охраны труда» и № от 05.12.2023 «О назначении ответственных лиц» был ознакомлен под роспись. 

Из показаний свидетеля ФИО20 - директора ООО «Содружество специалистов по охране труда» усматривается, что они сотрудничали с ОАО «

<

данные изъяты>» и помогали им разрабатывать документацию по идентификации и оценке профессиональных рисков. Она была на этом предприятии в 2021 году и видела, что ограждение в виде поручней возле вращающихся механизмов печи имелись. Затем требования по охране труда в этой части изменились. И считает, что риски необходимо было пересматривать. Согласно договору № от 22.12.2020 они проводили мероприятия по охране труда. Оценка рисов была проведена и на рабочем месте выгрузчика извести цеха №. Она определила следующие риски: опасность, связанная от воздействия движущихся частей механизмов (в том числе и вращающихся и вибрирующих); с отсутствием защитных ограждений на оборудовании, опасность падения с высоты из-за отсутствия ограждения, из-за потери равновесия при подъёме, спуске, крутизне лестниц и при нештатной ситуации. 

Они тогда разработали план мероприятий по снижению этих рисков, в том числе и относительно пересмотра инструкции по охране труда на наличие в них перечня возможных аварий на рабочем месте. Все риски были отражены в карте идентификации и оценки рисков и были доведены до комиссии по оценке рисков ОАО «Чебоксарская керамика». На этот момент движущиеся, вращающиеся и выступающие части печи № цеха № не были ограждены, что было отражено в карте, которые на предприятии должны были исключить.

Считает, что ответственные лица предприятия проигнорировали эти опасности и не исключили для работника опасность от воздействия движущихся частей механизмов, а также опасность в связи с отсутствием защитных ограждений на оборудовании. 

Они должны были пересмотреть карту идентификации и оценки рисков на рабочем месте выгрузчика извести цеха № с учётом изменений в законе. Из - за отсутствия травматизма на месте выгрузчика извести цеха № индекс профессиональных рисков определён как небольшой, и не требует применения мероприятий по профилактике риска, но уровень опасности всегда следует контролировать работодателю и устранять их. 

Из показаний свидетеля ФИО21 - главного специалиста-эксперта группы расследования и экспертизы несчастных случаев управления организации страхования профессиональных рисков Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Чувашской Республике следует, что после происшедшего в ОАО «

<

данные изъяты>» несчастного случая со смертельным исходом с выгрузчиком извести ФИО1, он в марте 2024 года в качестве члена комиссии участвовал в его расследовании. Согласно акту по итогам расследования большинством голосов принято решение, что причины несчастного случая не установлены. Он с этим решением не согласился, т. к. на рабочем месте выгрузчика извести цеха № была установлена опасность от воздействия движущихся частей оборудования и механизмов. Проверкой было установлено, что причиной несчастного случая явилось неприменение средств коллективной защиты: работодателем не разработаны и не реализованы мероприятия по исключению опасности от воздействия движущихся частей оборудования и механизмов, т. к. вращающаяся печь № была допущена к эксплуатации при отсутствии ограждения вращающего опудривающего ковша на печи, что исключало бы возможность затягивания работника в корыто с известью, выгрузчик извести ФИО1 была допущена к работе при отсутствии технической документации организации - изготовителя, обеспечивающей безопасную эксплуатацию технологического оборудования, а в Инструкции по охране труда для выгрузчика извести отсутствовали требования по безопасной погрузке извести ручным способом в опудривающую установку печи, а также по контролю количества извести в установке печи, а также при допуске её к работе в установленном порядке не было проведено обучение и проверка знаний требований охраны труда. 

Из показаний свидетеля ФИО22 - председателя Чувашской Республиканской организации профсоюза строителей России усматривается, что он также в составе комиссии участвовал в расследовании несчастного случая со смертельным исходом с ФИО1, и согласно акту было принято решение, что причины несчастного случая не установлены. Председатель комиссии ФИО6 и двое членов комиссии с решением не согласились. Он считает, что несчастный случай произошёл из - за того, что ФИО1 допущены грубые нарушения требований охраны труда, которая была ознакомлена со своими должностными инструкциями, и допущена к работе после прохождения обучения и проверки знаний навыков в области охраны труда. Было установлено, что ФИО1 не были выданы защитные каска, очки и средство защиты органов дыхания, но со слов ФИО7 ФИО1 отказалась от их получения. Комиссия пришла к выводу, что отсутствовал контроль за выполнением требований должностной инструкции ФИО1 со стороны мастера смены ФИО4.

Из показаний свидетеля ФИО23, ранее работавшего выгрузчиком извести в ОАО «

<

данные изъяты>» усматривается, что загружая известь в бункер печи №, ему приходилось проходить под печью №, нагибаясь. Шнек он прочищал прутком, находясь справа от лестницы, только тогда, когда опудривающий ковш пройдёт. По своей невнимательности его мог задеть ковш печи, но он успевал увернуться. Возможно, ФИО1 могла через перила лестницы пытаться почистить шнек от извести, но из - за того, что правил по наблюдению и очистке шнека у них не было, каким образом это им делать, им не разъясняли, точно сказать не может. 

Из показаний свидетеля ФИО24 следует, что она работает выгрузчиком извести в ОАО «

<

данные изъяты>». Показала, что возле вращающегося ковша на печи ограждения нет. 

Из показаний свидетеля ФИО6 - начальника отдела по государственному контролю за соблюдением законодательства по охране труда в Государственной инспекции труда в Чувашкой Республики, следует, что она была председателем комиссии по расследованию несчастного случая, связанного гибелью выгрузчика извести ОАО «

<

данные изъяты>» ФИО1 Согласно акту, большинством голосов было принято решение о не установлении причин несчастного случая. Она с этим решением не была согласна. Расследованием установлено, что на рабочем месте выгрузчика извести цеха № имеется опасность от воздействия движущихся частей оборудования. Приказом № от 05.12.2023 ответственным за безопасность при осуществлении технологических процессов в цехе № назначен его начальник ФИО25

Также установлено, что работодателем не разработаны и не реализованы мероприятия по исключению опасности от воздействия движущихся частей вращающейся печи № без ограждения вращающего опудривающего ковша, установленного на ней, исключающего возможность затягивания работника в металлическое корыто для сбора извести этим ковшом. 

Согласно заключению по несчастному случаю ответственным за допущенные нарушения законодательных и иных нормативных правовых, локальных нормативных актов, явившихся причинами несчастного случая, был определён начальник цеха № ФИО25, который допустил эксплуатацию вращающейся печи № в отсутствие ограждения вращающегося опудривающего ковша. ФИО25 должен был исключить возможность травмирования работников движущимися, вращающимися и выступающими частями технологического оборудования, которые должны быть ограждены, но не обеспечил соблюдение требований охраны труда на вверенном ему участке и не доложил об указанных нарушениях руководству предприятия. 

Из показаний эксперта ФИО8 следует, что он проводил экспертное исследование в сфере охраны труда и техники безопасности и составил заключение. Он пришёл к выводу, что имеется прямая причинно-следственная связь между нарушениями требований нормативных документов начальником цеха № ОАО «

<

данные изъяты>» ФИО25 и наступившими последствиями в виде получения выгрузчиком извести ОАО «

<

данные изъяты>» ФИО1 травм, от последствий которых та скончалась. 

При этом на ФИО25 согласно Положению о системе управления охраной труда возложена персональная ответственность за создание условий труда, соответствующих требованиям охраны труда, реализация мероприятий по улучшению условий труда и охраны труда в цехе № ОАО «

<

данные изъяты>». Он должен был на основании п. 27 Правил по охране труда при размещении, монтаже, техническом обслуживании и ремонте технологического оборудования, утверждённых Приказом Министерства труда и социальной защиты РФ от 27.11.2020 №н., разработать и реализовать мероприятия по исключению опасности от воздействия движущихся частей оборудования и механизмов. Имеющиеся нарушения со стороны главного инженера предприятия ФИО5 и специалиста по охране труда ФИО7 не находятся в причинно-следственной связи с наступившими последствиями. Главная причина несчастного случая - отсутствие коллективной защиты, т. к. движущиеся, вращающиеся и выступающие части технологического оборудования и вспомогательных механизмов, чтобы исключить возможность травмирования работников, не были ограждены. Все вращающиеся механизмы печи, в том числе и ковш, должны иметь ограждения, либо при приближении сопровождаться звуковым сигналом. На место происшествия он не выезжал, т. к. все параметры и замеры он использовал из протокола осмотра места происшествия, полученного в ходе расследования уголовного дела.

Показания приведённых выше свидетелей судом первой инстанции обоснованно признаны достоверными, поскольку они согласуются между собой, в их показаниях отсутствуют какие - либо существенные противоречия, искажающие или взаимоисключающие установленные по делу фактические обстоятельства произошедшего, которые в свою очередь, также дополняются и подтверждаются другими исследованными доказательствами.

Согласно протоколу осмотрена территория цеха № ОАО «

<

данные изъяты>», где находится обжиговая печь №. Со стороны привода печи между редуктором и корытом извести обнаружен труп ФИО1 с множественными телесными повреждениями, одежда на которой, в том числе куртка (спецовка) и другие части одежды имеют множественные повреждения в виде разрывов. На трубе печи в районе корыта извести обнаружены следы волочения размерами 0,7 м – 1,2 м (т. 1 л.д. 5-28).

Заключением эксперта от 09 апреля 2024 года № 67 установлено, что смерть потерпевшей ФИО1 наступила от сочетанной тупой травмы головы, туловища и конечностей, осложнившейся травматическим шоком, жировой эмболией легочных сосудов, аспирацией пищевых масс в дыхательные пути и острой дыхательной недостаточностью.

Заключением эксперта № 14/ОХ-24 от 20.09.2024 установлено, что основной причиной получения ФИО1 при выполнении работ по загрузке извести в бункер извести печи обжига № повреждений, несовместимых с жизнью, явилось неприменение средств коллективной защиты, в том числе и от воздействия механических факторов. 

В соответствии с должностным обязанностям начальник цеха № ФИО25 не разработал и не реализовал мероприятия по исключению опасности от воздействия движущихся частей оборудования и механизмов, допустил эксплуатацию вращающейся печи № без ограждения вращающего опудривающего ковша, установленного на печи, что исключало бы возможность затягивания работника в металлическое корыто для сбора извести ковшом, не разработал требования безопасного выполнения работ по погрузке известковой муки ручным способом в опудривающую установку печи, и осуществлению контроля количества известковой муки в опудривающей установке печи.

Согласно Приказу № от 05.12.2023 начальник цеха № ФИО25 в цехе № ОАО «

<

данные изъяты>» является лицом, ответственным за безопасность при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, применения в производстве инструментов, сырья и материалов, соответствующих требованиям охраны труда на каждом рабочем месте. 

Исходя из п. 4.6 Положения о системе управления охраной труда, утверждённого генеральным директором ОАО «

<

данные изъяты>», начальник цеха несёт персональную ответственность за создание условий труда, соответствующих требованиям охраны труда, реализацию мероприятий по улучшению условий труда и охраны труда в структурном подразделении производственного участка, обеспечивает условия труда, соответствующие требованиям охраны труда; согласно п. 5 должностной инструкции начальника цеха №, утверждённого генеральным директором ЗАО – фирмы «

<

данные изъяты>», он обеспечивает технически правильную эксплуатацию оборудования и других основных средств, выполнение графиков их ремонта, безопасные и здоровые условия труда.

Начальник цеха № ФИО25 был обязан разработать и соблюдать правила техники безопасности и охраны труда при выполнении работ по загрузке извести в бункер извести печи обжига №, а также обеспечить безопасные условия ведения работ ФИО1, в ходе которых она получила повреждения, несовместимые с жизнью.

ФИО1 нарушений требований охраны труда, техники безопасности, отступления от правил при проведении работ не допущено, т.к. Инструкция по охране труда для выгрузчика извести, утверждённая генеральным директором ОАО «Чебоксарская керамика» ФИО16 01.06.2023, не содержит требований безопасного выполнения работ по погрузке известковой муки ручным способом в опудривающую установку печи, и по осуществлению контроля количества известковой муки в опудривающей установке печи, следовательно, ФИО1 с ними ознакомлена не была.

Между нарушениями требований нормативных документов, связанных с охраной труда, начальником цеха № ОАО «

<

данные изъяты>» ФИО25 и наступившими последствиями в виде получения ФИО1 - выгрузчиком извести ОАО «

<

данные изъяты>» травм, от последствий которых последняя скончалась на месте происшествия, имеется прямая причинно-следственная связь (т. 3 л.д. 195-245).

Приведённое заключение экспертом АНО ДПО «Центр независимой экспертизы» ФИО8, проведено в соответствии с требованиями УПК Российской Федерации, а также требованиями действующего законодательства об экспертной деятельности, с использованием соответствующей и действующей на момент её проведения литературы, а также материалов уголовного дела, поставленные перед ним вопросы и ответы, приведённые им в своих выводах, однозначны, ясны и понятны, противоречий не содержат.

При этом эксперт ФИО8 имеет соответствующую подготовку и квалификацию.

В связи с приведёнными обстоятельствами судом первой инстанции сделан обоснованный вывод о допустимости приведённой экспертизы и об отсутствии каких – либо сомнений в правильности изложенных в ней выводов. 

Исходя из изложенного, судом обоснованно не усмотрено предусмотренных законом оснований для назначения по делу повторной либо дополнительной экспертизы. Выводы суда основаны на законе, являются мотивированными и обоснованными, и суд апелляционной инстанции считает их правильными.

Таким образом, совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств достоверно установлено, что ФИО25, зная, что опудривающий ковш вращающейся печи обжига № не имеет специальных ограждений, что высота перил лестницы менее 1,1 м, а угол лестницы более 45 градусов, допустил преступную небрежность в виде бездействия, не разработав и не реализовав мероприятия по исключению опасности от воздействия движущихся частей оборудования и механизмов, допустил эксплуатацию вращающейся печи обжига без ограждения этого вращающего ковша, установленного на данной печи, исключающего возможность затягивания работника в металлическое корыто для сбора извести указанным ковшом; не разработал требований безопасного выполнения работ подчинёнными ему сотрудниками по погрузке известняковой муки и не привёл рабочее место выгрузчика извести ФИО1 в соответствие с государственными нормативными требованиями охраны труда. 

В результате допущенных нарушений требований охраны труда, выгрузчик извести ФИО1, находясь на лестнице, попала в зону действия опудривающего ковша вращающейся печи обжига и была затянута указанным ковшом в металлическое корыто для сбора извести. В результате этого ФИО1 получила сочетанную тупую травму головы, туловища, конечностей в виде тупой травмы головы, которая квалифицируется как причинившая тяжкий вред здоровью, и от последствий этой травмы ФИО1 скончалась на месте происшествия – на своём рабочем месте. 

Суд апелляционной инстанции считает, что судом дело рассмотрено полно и всесторонне, с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, доказательства оценены судом также в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. Все сомнения об обстоятельствах содеянного осуждённым, на которые указывается стороной защиты в апелляционной жалобе, судом проверены в соответствии с требованиями УПК РФ.

Таким образом, суд, верно установив фактические обстоятельства дела, правильно квалифицировал действия ФИО25 по ч. 2 ст. 143 УК Российской Федерации, как нарушение требований охраны труда, лицом, на которое возложены обязанности по их соблюдению, что повлекло по неосторожности смерть человека. Данная квалификация является правильной, в её обоснование судом приведены убедительные мотивы. Оснований для иной квалификации действий осуждённого ФИО25, не имеется, и суд апелляционной инстанции таковых не находит.

При определении ФИО25 вида и меры наказания судом первой инстанции в соответствии с требованиями ст. ст. 6, 43, 60 УК Российской Федерации учтены все фактические обстоятельства совершённого им преступления, степень его общественной опасности, данные о его личности, обстоятельства, смягчающие и отягчающие его наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осуждённого и условия жизни его семьи.

При назначении наказания судом принято во внимание, что ФИО25 ранее не судим, на учёте у врачей - нарколога и врача - психиатра не состоит, по месту жительства и по месту работы характеризуется положительно.

Судом учтено, что обстоятельств, отягчающих наказание ФИО25, предусмотренных ст. 63 УК Российской Федерации, не имеется.

Обстоятельством, смягчающим его наказание в соответствии с п. «к» ч. 1 ст. 61 УК Российской Федерации признано добровольное частичное возмещение ФИО25 морального вреда потерпевшим; в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК Российской Федерации обстоятельством, смягчающим его наказание признано наличие у него государственной награды. 

Иных обстоятельств, предусмотренных ст. 61 УК Российской Федерации и подлежащих учёту в качестве смягчающих наказание ФИО25, судом не установлено, из материалов дела не усматривается.

Каких-либо исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершённого осуждённым ФИО25, преступления, дающих основания для применения положений ч. 6 ст. 15 УК Российской Федерации и изменения категории тяжести совершённого осуждённым преступления, судом первой инстанции обоснованно не установлено, не усматривает таковых и суд апелляционной инстанции. 

Суд апелляционной инстанции также соглашается с выводами суда первой инстанции об отсутствии оснований для применения при назначении ФИО25 наказания положений ст. 64 УК Российской Федерации.

Принимая во внимание все установленные по делу обстоятельства, данные о личности ФИО25, суд пришёл к обоснованному выводу о возможности достижения целей наказания, восстановления социальной справедливости и его исправления без реального отбывания им наказания в виде лишения свободы и назначил наказание с применением ст. 73 УК Российской Федерации, условно с установлением соответствующего испытательного срока и возложением на него для исполнения определённых обязанностей.

Таким образом, суд апелляционной инстанции считает, что назначенное ФИО25 наказание за совершённое преступление соответствует требованиям закона, является справедливым и соразмерным содеянному, отвечает задачам исправления осуждённого и предупреждения совершения им новых преступлений.

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что доводы жалобы адвоката о не соответствии требованиям закона заключения эксперта № 14/ОХ-24 от 24.09.2024, выполненного экспертом АНО «Негосударственный экспертный центр» ФИО8, не имеющим опыта в области охраны труда, не основаны на материалах дела. Наряду с тщательным исследованием заключения экспертов, в судебном заседании был допрошен и сам эксперт, давший ответы на поставленные перед ними вопросы. Представленные на исследование материалы дела были достаточны для ответов на поставленные перед экспертом вопросы. Сомневаться в его компетенции, как и выводах эксперта, не заинтересованного в исходе дела, у суда первой инстанции не имелось, не имеется таковых оснований и у суда апелляционной инстанции. 

При этом при проведении экспертизы экспертом были использованы данные (замеры), полученные органами расследования в ходе осмотра места происшествия непосредственно после происшедшего несчастного случая с ФИО1 - 08 марта 2024 года, что, по мнению суда апелляционной инстанции, исключает возможность подвергать их сомнению со стороны защиты. 

Все доводы стороны защиты об отсутствии вины ФИО25 в совершении преступления, а именно, нарушении требований охраны труда судом первой инстанции обоснованно признаны несостоятельными, поскольку они полностью опровергаются совокупностью исследованных по делу доказательств, совокупность которых признана судом достаточной для постановления обвинительного приговора, с чем полностью соглашается суд апелляционной инстанции.

Все доводы, приведённые в апелляционной жалобе адвокатом, фактически сводятся к переоценке исследованных по делу доказательств, что не влияет на правильность выводов суда в приговоре о виновности ФИО25 При этом доводы, изложенные адвокатом в жалобе, уже являлись предметом исследования судом первой инстанции, им дана надлежащая оценка, и они являются правильными и обоснованными. 

Суд апелляционной инстанции не усматривает каких-либо оснований для исследования вопросов, касающихся правовой оценки действий иных должностных лиц ОАО «

<

данные изъяты>», поскольку в соответствии с ч. 1 ст. 252 УПК Российской Федерации судебное разбирательство проводится только в отношении конкретного обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению. В этой части доводы стороны защиты основаны на неправильном толковании закона. Помимо этого в материалах уголовного дела также имеется вступившее в законную силу постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении конкретных должностных лиц ОАО «Чебоксарская керамика», о которых упоминается стороной защиты в жалобе (т. 5, л.д. 18).

При разрешении гражданского иска потерпевшего ФИО3 о компенсации ему морального вреда, причинённого ФИО25, суд первой инстанции руководствовался требованиями ст. 151 ГК Российской Федерации, в соответствии с которой, если гражданину причинён моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

По настоящему уголовному делу ФИО25 как лицо, на которое возложены обязанности по соблюдению требований охраны труда, признан виновным в их нарушении, повлекшее по неосторожности смерть человека. 

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции считает, что компенсация морального вреда непосредственно с ФИО25, признанного виновным в совершении преступления, повлекшего смерть человека, является обоснованным и соответствующим требованиям закона. 

При определении размера компенсации морального вреда судом приняты во внимание степень вины ФИО25, его имущественное положение, степень физических и нравственных страданий, причинённых потерпевшему, а также требования соразмерности и справедливости. 

С учётом приведённых обстоятельств, размер компенсации морального вреда с ФИО25 в пользу потерпевшего ФИО3 суд апелляционной инстанции считает справедливым. 

В связи с изложенным, доводы стороны защиты о неправомерности взыскания непосредственно с осуждённого ФИО25 в пользу потерпевшего ФИО3 компенсации морального вреда суд апелляционной инстанции считает несостоятельными. 

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции считает, что приговор суда первой инстанции подлежит изменению по доводам апелляционного представления. 

Согласно п.п. 3, 4 ч. 1 ст. 308 УПК Российской Федерации в резолютивной части обвинительного приговора должны быть указаны, в том числе, пункт, часть, статья Уголовного кодекса Российской Федерации, предусматривающие ответственность за преступление, в совершении которого подсудимый признан виновным, вид и размер наказания, назначенного подсудимому.

Из материалов уголовного дела следует, что ФИО25 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 143 УК Российской Федерации. При этом суд первой инстанции, описывая преступные действия ФИО25 и квалифицируя их в описательно-мотивировочной части приговора по ч. 2 ст. 143 УК Российской Федерации, в резолютивной части неверно указал о признании ФИО25 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 143 УК Российской Федерации, и в этой части приговор подлежит изменению.

Каких-либо иных нарушений уголовно-процессуального и уголовного закона, повлиявших на исход дела, и которые явились бы основанием для изменения приговора, по делу судом не допущено.

Таким образом, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о необходимости удовлетворения апелляционного представления, а доводы, изложенные защитником в апелляционной жалобе, отклонению, как необоснованные.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.28 УПК Российской Федерации, суд апелляционной инстанции

постановил:

приговор Ленинского районного суда г.Чебоксары Чувашской Республики от 21 февраля 2025 года в отношении ФИО25 изменить:

- указать в резолютивной части приговора о признании ФИО25 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 143 УК Российской Федерации. 

В остальной части приговор оставить без изменения, а апелляционную жалобу адвоката - без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть обжаловано в Шестой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, установленном главой 47.1 УПК Российской Федерации, в течение шести месяцев со дня его вступления в законную силу. Осуждённый вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий судья: Л.Г. Ермолаев