Дело № 2-393/2018

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

пгт. Кировский 02 октября 2018 года

Кировский районный суд Приморского края в составе:

председательствующего судьи Щербелева А.Ю.,

при секретаре Рудневой О.А.,

с участием помощника прокурора Кировского района Безноговой Е.О., истца ФИО8, его представителя Кузьмина К.А., представителя ответчика Центрального Банка Российской Федерации ФИО9,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО8 к Дальневосточному главному управлению Центрального банка Российской Федерации о взыскании морального вреда в связи с причинением вреда здоровью, 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО8 обратился в Кировский районный суд Приморского края с иском к Дальневосточному главному управлению Центрального банка Российской Федерации о взыскании морального вреда в связи с причинением вреда здоровью, указав, что ДД.ММ.ГГГГ в санатории им. 50-летия Октября, в результате прорыва трубы стояка системы отопления на 2 этаже спального корпуса, во время осуществления помощи при эвакуации, им были получены термические ожоги правой и левой стоп, в результате чего он был госпитализирован в Кировскую ЦРБ с указанным диагнозом. В указанный период он находился в трудовых отношениях с ответчиком, при исполнении своих обязанностей, а согласно Акта № от ДД.ММ.ГГГГ событие признано несчастным случаем на производстве. В данной ситуации причинами несчастного случая стало попадание ног в горячую воду. При этом согласно указанного Акта, каких либо нарушений техники безопасности с его стороны не было. При этом следует учесть, что его действия как работника были направлены на предотвращение большего ущерба, на эвакуацию людей их спасение, то есть я делал всё возможное, чтобы минимизировать последствия аварии, тем самым для работодателя он принёс только благо своими действиями - уменьшил количеств жертв, а соответственно сохранил для предприятия материальные ресурсы по возмещению вреда пострадавшим. Вместе с тем, несмотря на всё это, работодатель, достоверно зная о полученном им вреде в результате несчастного случая, достоверно зная об его поведении по минимизации ущерба в виде действий по оказанию помощи в эвакуации и спасению людей - так как это прямо прописано в акте о несчастном случае, работодатель компенсацию морального вреда полученного при несчастном случае ему даже не предложил. После всех этих событий Работодатель уведомил его о сокращении и уволил без выплаты каких либо компенсаций. Тем самым действия работодателя ещё больше усугубили его нравственные страдания и переживания. В связи с чем истец просит взыскать с ответчика в его пользу компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей. 

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ привлечен в качестве соответчика Центральный Банк Российской Федерации.

Истец ФИО8 в судебном заседании заявленные требования поддержал полностью по доводам, изложенным в исковом заявлении, пояснил, что в момент причинения ему вреда он находился в личным туфлях, то есть в не форменной обуви, в момент происшествия действовал согласно производственной инструкции, прибыл к месту происшествия для осмотра, получил ожог ног, после чего по рации сообщил о происшествии ФИО8, и стал организовывать и принимать участие в эвакуации детей, считает, что наличие форменной обуви не исключило бы ожога ног.

Представитель истца - адвокат Кузьмин К.А. в судебном заседании требования истца поддержал и пояснил, что документального подтверждения того, что ответчики компенсировали моральный вред истцу не представлено, свидетельские показания в указанной части не могут являться достаточными и допустимым доказательством, специальная обувь ФИО8 не выдавалась, а форменная не исключала причинения вреда. Поскольку вред причинен на производстве и признан как несчастный случай, работодатель отвечает перед работником за причиненный работнику вред. 

Представитель ответчика Центрального банка Российской Федерации ФИО9 в судебном заседании заявленные требования не признала, поддержала письменные возражения на исковое заявление, из которых следует, что санаторий «им.50-летия Октября» Дальневосточного ГУ Банка России (далее - Санаторий) является структурным подразделением Дальневосточного главного управления Центрального банка Российской Федерации, а последнее в свою очередь является территориальным учреждением Банка России и не имеют статуса юридического лица, в связи с чем не могут являться ответчиками по делу. Считает, что истец не указывает обстоятельства, свидетельствующие о тяжести перенесённых им нравственных страданий. При приеме на работу ФИО8 ДД.ММ.ГГГГ прошел вводный инструктаж и инструктаж на рабочем месте по охране труда и пожарной безопасности, также инструктаж по электробезопасности 1-й группы допуска. С производственной инструкцией сторожа 1 разряда отдела охраны, утверждённой ДД.ММ.ГГГГ ФИО8 ознакомлен ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ с ФИО8 проведен внеплановый инструктаж по охране труда на рабочем месте. Помимо производственной инструкции сторожа 1 разряда отдела охраны работа ФИО8 была регламентирована следующими инструкциями: Инструкция № ИПБ по эвакуации работников и отдыхающих Санатория в случае пожара (чрезвычайной ситуации) от ДД.ММ.ГГГГ (ФИО8 ознакомлен ДД.ММ.ГГГГ); Инструкция № ИПБ о мерах пожарной безопасности на территории, в зданиях, помещениях и сооружениях Санатория от ДД.ММ.ГГГГ (ФИО8 ознакомлен ДД.ММ.ГГГГ); Инструкция № действия сотрудников отдела охраны Санатория при пожаре, возгорании или взрыве от ДД.ММ.ГГГГ (ФИО8 ознакомлен ДД.ММ.ГГГГ); Инструкция № действия сотрудников отдела охраны Санатория при выходе из строя, сбоях в работе оборудования ИТСО от ДД.ММ.ГГГГ (ФИО8 ознакомлен ДД.ММ.ГГГГ); Инструкция № действия сотрудников отдела охраны Санатория при возникновении чрезвычайных и нештатных ситуаций или предпосылок к ним от ДД.ММ.ГГГГ (ФИО8 ознакомлен ДД.ММ.ГГГГ). Кроме этого, ФИО8 был безвозмездно обеспечен форменной одеждой в ДД.ММ.ГГГГ и в ДД.ММ.ГГГГ. Считает, что ответчиком обеспечены безопасные условия труда в полном объеме, и вывод истца не соответствует действительности, противоречит фактическим обстоятельствам дела и не может быть принят судом. ДД.ММ.ГГГГ в Санатории произошла нештатная ситуация, а именно порыв трубы отопления на 2-м этаже спального корпуса блок «Б». В ходе происшествия ДД.ММ.ГГГГ ФИО8 получил травму в результате своих действий, в этот же день обратился за медицинской помощью в Кировскую ЦРБ и после оказания помощи был отпущен домой ввиду отсутствия необходимости в госпитализации. Ответчиком своевременно проведено расследование по факту несчастного случая на производстве, по окончании которого результаты были направлены ДД.ММ.ГГГГ в Фонд социального страхования РФ для оплаты листка нетрудоспособности ФИО8 В ходе расследования причин было установлено, что травма ФИО8 была получена по его вине, так как в нарушение производственной инструкции сторожа 1 разряда отдела охраны Санатория, в момент случившегося истец был одет в форменную одежду, но не был обут в форменную обувь (ботинки зимние), что подтверждается записью видеонаблюдения от ДД.ММ.ГГГГ. Согласно медицинского заключения о характере полученных повреждений здоровья от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО8 получил повреждение легкой степени тяжести, которое завершилось выздоровлением, то есть истец полностью трудоспособен. Поскольку в своем исковом заявлении истец подтверждает, что травму он получил в результате своих действий, так как в Инструкциях по действиям сотрудников (1,2,4,5) в случае нештатной ситуации действия сторожа 1 разряда не предусматривают участие в эвакуации, учитывая, что причина аварии в настоящее время не установлена, ответчик не является причинителем вреда, вина его не доказана, следовательно, оснований для компенсации морального вреда не имеется, так как одно из обязательных условий наступления ответственности является вина причинителя. Истцом не представлены доказательства перенесенных им морально-нравственных или физических страданий, в чем они выразились, их объем и характер, а также доказательства их связи с действиями работодателя. Факт причинения морального вреда, а также причинно-следственную связь с конкретными действиями работодателя должен доказать работник. Кроме того, размер компенсации морального вреда, указанный истцом в заявлении неоправданно и несоразмерно завышен. При этом жизнь и здоровье всех работников Банка России застрахованы от несчастных случаев в связи с исполнением трудовых обязанностей на основании Договора № от ДД.ММ.ГГГГ с Акционерным обществом «Страховое общество газовой промышленности» АО «СОГАЗ». Заявление о страховой выплате вместе с перечнем документов было подготовлено при участии инженера по охране труда 1 категории Санатория ФИО1 и ДД.ММ.ГГГГ направлено в АО «СОГАЗ». Кроме того, ответчиком в лице начальника отдела охраны ФИО2 совместно с заместителем директора - заведующим лечебно-оздоровительным комплексом Санатория ФИО10 были переданы денежные средства от работодателя в сумме 9000 рублей истцу в период его нахождения в Кировской ЦРБ. С ДД.ММ.ГГГГ в связи изменением штатного расписания произошло сокращение отдела охраны Санатория. Поскольку процедура сокращения, предусмотренная ТК РФ работодателем была полностью соблюдена, то она не могла принести истцу нравственных страданий. Поэтому, считает требования истца о компенсации морального вреда не могут быть удовлетворены на этом основании, поскольку они необоснованны и незаконны. Довод истца о том, что вред его здоровью причинен источником повышенной опасности - отопительной системой Санатория не может быть принята судом как законный и обоснованный, поскольку истец пострадал не в результате эксплуатации системы отопления Санатория, а в результате нарушения истцом требований производственной инструкции сторожа 1 разряда и инструкции № ИПБ по эвакуации работников и отдыхающих Санатория в случае пожара (чрезвычайной ситуации). Федеральным законом от 21.07.1997 года №116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов» четко определены основы обеспечения безопасной эксплуатации опасных производственных объектов и перечень таких объектов, в который не входят системы отопления, следовательно, законных оснований для признания отопительной системы санатория источником повышенной опасности не имеется. Также пояснила, что ФИО8 действовал в нарушение производственной инструкции, самонадеянно направился к месту аварии, получил ожоги ног и не мог принять участие в эвакуации, не перекрыл теплоснабжение. В нарушении инструкции в момент причинения вреда, находился вне форменной обуви. Вина ответчика в причинении вреда здоровью ФИО8 не доказана. Истцом не представлены доказательств морального вреда, причинно-следственной связи с действиями работодателя. Размер компенсации морального вреда завышен. Помощь ФИО8 Банк России не мог оказать, по причине не явки истца, при этом, работодателем переданы денежные средства в сумме 9000 руб. истцу в период его нахождения в Кировской ЦРБ.

Представитель ответчика Дальневосточного главного управления Центрального банка Российской Федерации в судебное заседание не явился, уведомлен надлежащим образом, в письменных возражениях указал, что в иске следует отказать, поскольку Дальневосточное главное управление Центрального банка Российской Федерации не является самостоятельным юридическим лицом.

Свидетель ФИО3 суду пояснила, что и.о. ведущего эксперта по кадрам санатория «им. 50-летия Октября». Малукало был уволен в связи с сокращением штата, с выплатой всех пособий. В ДД.ММ.ГГГГ, после получения Малукало повреждений ног, ему предлагалась материальная помощь, однако, за ней он не обратился, каких-либо документов о материальных затратах связанных с лечением полученных повреждений Малукало не представлял.

Свидетель ФИО10 в суде пояснила, что является заместителем директора по лечебной части. ДД.ММ.ГГГГ после событий в вилле получения Малукало повреждений ног в санатории, она спрашивала у него об оказании ему помощи, на что Малукало заявил о том, что помощи не требуется, кроме организации транспорта для поездки в ЦРБ ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ Малукало госпитализировали в ЦРБ. ДД.ММ.ГГГГ она с начальником охраны посещала Малукало в ЦРБ, где она передала Малукало конверт с денежными купюрами, который был ей передан директором санатория для оказания материальной и моральной помощи. Каких-либо расписок в получении денежных средств Малукало не писал, приказ о выделении помощи Малукало в санатории не издавался, какие-либо финансовые документы об оказании помощи Малукало не оформлялись. 

Свидетель ФИО4 в суде пояснил, что работает начальником отдела эксплуатации. В обязанности сторожа не входило перекрывание задвижек системы отопления, в рассматриваемом событии Малукало должен был сообщить старшему. Старший охраны ему сообщил о происшествии, но не своевременно, после чего вызвали слесаря.

Свидетель ФИО1 в суде пояснил, что работает в санатории «им. 50-летия Октября» инженером по охране труда 1 категории, при этом, осуществляет общий контроль за форменной одеждой сторожей. Непосредственный контроль осуществлял начальник отдела охраны. Считает, что сторож Малукало в данном происшествии не верно принял решение в том, что побежал к месту происшествия и занялся эвакуацией детей. 

Свидетель ФИО5 в суде пояснил, что на фотографиях на л.д. 195-199 т.2, представленных судом, изображены ноги с телесными повреждениями аналогичны повреждениям, которые он видел у брата ФИО8 В первую неделю после получения телесных повреждений, он оказывал брату помощь в передвижении, приобретении лекарств, перевязке полученных травм ног.

Рассмотрев материалы дела, выслушав стороны, заключение прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими удовлетворению в части с учетом разумности и справедливости, суд пришел к следующему.

В силу ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту ГК РФ) жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми.

Согласно ч. 2 ст. 7 Конституции РФ в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей, устанавливаются гарантии социальной защиты.

Работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами, на обязательное социальное страхование в случаях, предусмотренных федеральными законами (часть 1 статьи 21 ТК РФ).

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (часть 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 8 ст. 220 ТК РФ установлено, что в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.

Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" (далее - Федеральный закон от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ), абзац второй пункта 3 статьи 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", в соответствии со статьей 237 названного кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (статья 1099 ГК РФ).

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 ГК РФ).

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 1064 ГК РФ, определяющей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Вред, причиненный правомерными действиями, подлежит возмещению в случаях, предусмотренных законом (пункт 3 статьи 1064 ГК РФ).

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

В соответствии с п. 2 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации при грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

Как усматривается из материалов дела истец ФИО8 с ДД.ММ.ГГГГ состоял с Центральным банком Российской Федерации (Банк России), в лице Санатория «им. 50-летия Октября» Дальневосточного главного управления Центрального банка Российской Федерации в трудовых отношениях в должности сторожа 1 разряда. ДД.ММ.ГГГГ истец ФИО8 переведен в отдел охраны на должность сторожа 1 разряда. ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор с ФИО8 прекращен в связи с сокращением численности работников на основании п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, что подтверждается копией трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ, копией дополнительного соглашения к трудовому договору от ДД.ММ.ГГГГ, а также копией трудовой книжки № от ДД.ММ.ГГГГ. 

Судом установлено, что 04.01.2018г. в 05 час. 40 мин. сторож 1 разряда отдела охраны ФИО8 после получения информации о порыве трубы стояка системы отопления на 2 этаже спального корпуса (лит. А3) блок «Б» проследовал к месту происшествия. Весь второй этаж был заполнен паром, видимость была очень плохая. По прибытию на место происшествие, и оказанию помощи при эвакуации, сторож 1 разряда ФИО8 получил термический ожог правой и левой стоп. 

В связи с полученным вредом здоровью ФИО8 в 06 час. 20 мин. был доставлен в Кировскую районную больницу, где ему была оказан медицинская помощь и поставлен диагноз – термический ожог правой и левой стоп. 

Постановлением Минтруда России от 24 октября 2002 года N 73 "Об утверждении форм документов, необходимых для расследования и учета несчастных случаев на производстве, и положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях" утверждена форма Н-1 акта о несчастном случае на производстве.

В пункте 10 указанной формы должны содержаться сведения о лицах, допустивших нарушение требований охраны труда с указанием требований законодательства, иных нормативных правовых и локальных актов, предусматривающих их ответственность за нарушения, явившиеся причинами несчастного случая. Кроме того, при установлении факта грубой неосторожности пострадавшего в этом же пункте необходимо указать степень его вины в процентах.

По факту несчастного случая на производстве ДД.ММ.ГГГГ составлен акт № о несчастном случае на производстве, утвержденный директором Санатория «им. 50-летия Октября» Дальневосточного ГУ Банка России ФИО11, согласно п. 8.2 которого характер полученных повреждений и орган, подвергшийся повреждению ФИО8 является термический ожог правой и левой стоп. Согласно Медицинскому заключению от ДД.ММ.ГГГГ. № степень тяжести повреждения здоровья отнесена к категории "легких".

В соответствии с п. 9 указанного акта основной причиной несчастного случая является попадание ногами в горячую воду.

В данном акте факт грубой неосторожности, как и степень вины ФИО8 установлены не были. Указанные обстоятельства ответчиками не опровергнуты.

Доказательств того, что обстоятельства причинения вреда здоровью ФИО8 на производстве, признаны страховщиком страховым случаем, сторонами не представлено.

Доводы представителя ответчиков ФИО9 о том, что ФИО8 нарушил требования инструкции тем, что после получения информации о происшествии не доложил старшему смены охраны либо руководству санатория, и не принял мер по закрытию вентиля системы отопления, суд считает не состоятельными, поскольку согласно раздела 1 инструкции № от 01.09.2016г. «Действия сотрудников отдела охраны санатория при возникновении чрезвычайных и не штатных ситуаций или предпосылок к ним» ФИО8 после получения информации о происшествии, прибыл на место происшествия, где произошел порыв трубы отопления, где и получил термический ожог стоп ног в ходе осмотра, осмотр которого затруднялся плохой видимостью из-за наличия пара. Требования ответчика о том, что ФИО8 должен был сразу доложить вышестоящему должностному лицу и закрыть вентиль системы отопления, противоречат инструкции.

Судом установлено, что о происшествии сторожу ФИО8 и старшему смены ФИО6 сообщил воспитатель ФИО7

Именно старший смены ФИО6 доложил о происшествии начальнику отдела эксплуатации ФИО4, вызвал ответственного в выходные (праздничные) дни слесаря для устранения порыва системы отопления.

Таким образом, при наличии старшего смены охраны санатория, который обладал информацией от воспитателя о происшествии, доводы представителя ответчика о том, что сторож ФИО8 не доложил о происшествии вышестоящему должностному лицу, не состоятельны.

Кроме того, ответчиком не представлены доказательства того, что ФИО8 действовал в нарушении п. 2.18 Производственной инструкции сторожа 1 разряда отдела охраны (л.д. 33-44 т. 2), то есть действовал не под руководством старшего смены ФИО6

Согласно п. 2.18 Производственной инструкции сторожа 1 разряда отдела охраны, при возникновении аварийных ситуаций действует под руководством старшего смены, согласно инструкций по действиям при возникновении нештатных ситуаций или предпосылок к ним, в дневное время принимает меры к спасению людей, в ночное время до прибытия начальника отдела охраны организует работу по спасению людей…, не ослабляя внимания за состоянием охраняемых объектов.

Работой в ночное время является ночное время с 22 часов до 6 часов (ч. 1 ст. 96 ТК РФ).

Несчастный случай с ФИО8 произошел в 05 час. 45 мин. ДД.ММ.ГГГГ, то есть в ночное время, что следует из акта № о несчастном случае на производстве (л.д.136-139 т.2). 

Участие ФИО8 в эвакуации (спасении) людей не свидетельствует о том, что им не организована работа по спасению людей, поскольку алгоритм указанной работы инструкцией не предусмотрен.

Вместе с этим, представленные в суд представителем ответчиков инструкции, не содержат обязанность сторожа 1 разряда отдела охраны закрывать вентиль системы отопления в аварийных ситуациях, о чем подтвердил в судебном заседании свидетель ФИО4 

Согласно п. 2.35 Производственной инструкции сторожа 1 разряда отдела охраны (л.д. 33-44 т. 2), сторож 1 разряда отдела охраны во время дежурства обязан носить форменную одежду.

Согласно ведомостям выдачи форменной одежды № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО8 получал обувь летнюю, обувь зимнюю.

В акте № о несчастном случае на производстве (л.д.136-139 т.2) не отражено, в какой обуви находился ФИО8 в момент несчастного случая на производстве, при этом в п.10 указано, что отсутствуют лица, допустившие нарушение требований охраны труда.

Из представленной видеозаписи с достоверностью не следует, что ФИО8 находился вне форменной обуви в момент причинения ему вреда.

Однако, в судебном заседании истец ФИО8 заявил, что в момент причинения ему вреда здоровью, он находился вне форменной обуви.

Вместе с этим, в нарушение ст. 56 ГК РФ ответчиком не представлено доказательств того, что нахождение ФИО8 вне форменной обуви в момент причинения ему вреда, находилось в прямой причинно-следственной связи с наступившим вредом здоровья. Таким образом, суду не представлены достоверные и достаточные доказательства того, что нахождение ФИО8 в форменной обуви, исключало бы причинение вреда здоровью либо уменьшало бы его степень. 

При таких обстоятельствах, суд пришел к выводу, что ФИО8 не допущено существенных нарушений инструкций, действующих на момент несчастного случая на производстве, способствующих причинению ему вреда здоровью, и находившихся в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями в виде причинения вреда здоровью.

Согласно абз. 2 п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" установленная ст. 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Суд исходит из того, что не привлечение к уголовной ответственности лица в рамках возбужденного уголовного дела СК РФ по ст.238 ч.1 УК РФ от ДД.ММ.ГГГГ по факту порыва трубы отопительной системы санатория и причинения вреда здоровью, в том числе истцу ФИО8, не свидетельствует об отсутствии вины работодателя в причинении истцу морального вреда. 

Совокупность исследованных доказательств, в том числе показаний свидетелей, пояснений истца, подтверждает причинение ответчиком – работодателем вреда здоровью истцу – работнику, в результате порыва трубы отопительной системы структурного подразделения Дальневосточного ГУ Банка России – санатория «им. 50-летия Октября», а также наличие причинно-следственной связи с наступившими последствиями.

Поскольку ответчик - Центральный банк Российской Федерации является юридическим лицом, а ответчик Дальневосточное ГУ Банка России территориальным учреждением, не обладающим статусом юридического лица, надлежащим ответчиком при разрешении настоящего спора является Центральный банк Российской Федерации (Банк России).

Доказательств отсутствия вины ответчика - Банка России в причинении вреда здоровью истцу ФИО8, ответчик в нарушении ст.56 ГПК РФ не представил.

Доводы представителя ответчика о том, что работодателем не нарушены требования условий охраны труда, не состоятельны, поскольку они противоречат фактическим обстоятельствам, установленным по делу, поскольку ФИО8 действовал согласно действующей инструкции и прибыл для осмотра места происшествия, где по прибытию и получил ожог ног, доложил старшему смены о происшествии, и после этого только начал организовывать эвакуацию людей и сам участвовать в эвакуации. 

Судом установлено, что на момент несчастного случая на производстве, инструкция о действиях работников охраны санатория и в целом, в связи с аварией систем горячего тепло и водоснабжения, инструкция пользователя системы оповещения и управления эвакуацией людей, не разработаны, и соответственно не доведены до работников отдела охраны санатория.

Выдача специальных средств индивидуальной защиты, в том числе специальной обуви, для работников санатория, при возникновении чрезвычайных и нештатных ситуаций или предпосылок к ним, санаторием не предусмотрена.

Вместе с этим, производственная инструкция сторожа 1 разряда не содержит алгоритм действий по организации спасения людей, следовательно, доводы истца ФИО8 в том, что им организовано спасение людей после осмотра места происшествия, ответчиком не опровергнуты.

Возмещение ответчиком – Банком России имущественного вреда в виде передачи 9000 руб. ФИО8 в период лечения и для него, не освобождает ответчика от компенсации морального вреда, причиненного здоровью.

Доводы представителя ответчика о том, что заявленные исковые требования направлены на неосновательное обогащение, не состоятельны, поскольку противоречат фактическим обстоятельствам по делу.

С учётом степени причинённых истцу нравственных и физических страданий, что нашло подтверждение в медицинских документах, акте № о несчастном случае на производстве, вины работодателя – ответчика Центрального банка Российской Федерации, а также обстоятельства того, что представителем ответчика не представлено доказательств освобождения ответчика – работодателя от компенсации морального вреда, принципа разумности и справедливости, имущественного положения сторон, суд считает, что размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика Банка России в пользу истца ФИО8 следует, определить в размере 50 000 рублей.

В соответствии с ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

В соответствии ст. 333.19 НК РФ, истец был освобожден от уплаты государственной пошлины, однако, поскольку Центральный Банк РФ обусловлен особым статусом, обладающим определенными государственными функциями и полномочиями, в порядке п.п.19 п.1 ст. 333.36 НК РФ ответчика следует освободить от уплаты государственной пошлины, следовательно, государственная пошлина за рассмотрение дела судом взысканию не подлежит. 

На основании изложенного и руководствуясь ст. 198 ГПК РФ,

р е ш и л:

Исковые требования ФИО8 к Дальневосточному главному управлению Центрального банка Российской Федерации о взыскании морального вреда в связи с причинением вреда здоровью - оставить без удовлетворения.

Исковые требования ФИО8 к Центральному банку Российской Федерации о взыскании морального вреда в связи с причинением вреда здоровью - удовлетворить частично.

Взыскать с Центрального банка Российской Федерации (Банка России) в пользу ФИО8 компенсацию морального вреда в размере 50 000 (пятидесяти тысяч) рублей, в остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Приморский краевой суд через Кировский районный суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Решение в мотивированной форме составлено 05 октября 2018 года.

Судья: А.Ю. Щербелев