Дело № 2-439/2017 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Омск 02 февраля 2017 года

Кировский районный суд г. Омска в составе

председательствующего судьи Крупкиной Е.П.,

при секретаре Филипповой С.О.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным договора дарения,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о признании недействительным договора дарения, в обоснование которого указала, что она являлась собственником домостроения 

<

адрес>, общей площадью 74,8 кв.м. и земельного участка, расположенного по адресу: 

<

адрес>, общей площадью 379 кв.м. ДД.ММ.ГГГГ она произвела отчуждение домостроения и земельного участка в пользу ФИО2, который приходится ей сыном двоюродного брата. Переход права собственности на вышеуказанное недвижимое имущество на имя ответчика оформлен договором дарения. Полагает, что сделка совершена под влиянием обмана, заблуждения и злоупотреблением ее доверием. ФИО2 посредством помощи своей матери, с которой она поддерживала дружеские отношения, преднамеренно создала у нее не соответствующее действительности представление о характере, условиях, возможных правовых последствиях сделки, прочих обстоятельствах, влияющих на ее решение. Она находится в преклонном возрасте 72 лет, является лицом юридически не грамотным, страдает потерей зрения, слуха, имеет неврологические расстройства, находится на инвалидности 2 группы, бессрочно с ДД.ММ.ГГГГ. Истинные правовые последствия подписанного договора ей сообщил ответчик после того, как сделка по отчуждения домостроения и земельного участка прошла государственную регистрацию в регистрирующем органе в ДД.ММ.ГГГГ г. Просила признать договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ недействительным и применить последствия недействительности сделки. 

Истец ФИО1 в судебное заседание не явилась, о времени и месте судебного заседания извещена надлежащим образом, просила рассмотреть дело в ее отсутствие (л.д. 38, 46). 

В судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ истец ФИО1 исковые требования поддержала, суду пояснила, что в настоящее время проживает в спорной квартире, несет бремя расходов по ее содержанию. Указала, что не понимала значение своих действий, документы, которые ей было предложено подписать, не читала, так как у нее плохое зрение. Ответчик обещал, что будет ухаживать за ней, поскольку она является инвалидом 2 группы. Полагала, что право собственности на спорное домовладение и земельный участок перейдет к ответчику после ее смерти (л.д.41-45) 

Представитель истца ФИО3, действующая на основании ордера в судебном заседании исковые требования поддержала, указала, что договор дарения заключен путем обмана, заблуждения. Истец продолжает проживать в спорной квартире, оплачивать коммунальные услуги. Ответчик обещал, что он и его мать будут помогать ФИО1 в быту, по хозяйству, готовить пищу, поскольку истец лишена этой возможности. 

Ответчик ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признал, пояснил, что ФИО1 сама изъявила желание подарить ему дом, он согласился из- за того, чтобы спорный дом не перешел к другим лицам и чтобы никто не выселил истца из ее дома. В спорном домовладении проживает ФИО1, которая оплачивает коммунальные услуги. 

Представитель ответчика ФИО4, действующий на основании доверенности (л.д.37-38) в судебном заседании возражал против удовлетворения требований истца, пояснил, что никто не понуждал истца к заключению договора дарения, заключение сделки было волей самого истца, которая хотела подарить квартиру ответчику. Ранее истец оформляла на ответчика завещание на спорную квартиру. Истец проживает в спорной квартире, поскольку это было оговорено при заключении сделки. 

Третье лицо Управление Росреестра о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, просили рассмотреть исковое заявление в их отсутствие (л.д.30-31, 47) 

Выслушав лиц, участвующих в деле, свидетелей, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 420 ГК РФ, договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

В силу положений ст.ст.1,421, 434 ГК РФ граждане свободны в приобретении о осуществлении гражданских прав и обязанностей, руководствуясь своей волей и действуя в своем интересе, в том числе посредством вступления в договорные правоотношения путем выбора формы, вида договора, определении его условий.

С учетом правового содержания ст. 153 ГК РФ, а также общий условий действительности сделок, последние представляют собой осознанные, целенаправленные, волевые действия лица, совершая которые, они ставят цель достижения определенных правовых последствий. 

Обязательным условием сделки, как волевого правомерного юридического действия субъекта гражданских правоотношений, является направленность воли лица при совершении сделки на достижение определенного правового результата (правовой цели), влекущего установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей на основе избранной сторонами договорной формы. 

Договор дарения является односторонне обязывающим.

Соответственно, правовой целью вступления одаряемого в правоотношения, складывающие по договору дарения, применительно к положениям ст. 572 ГК РФ, является принятие дара с оформлением владения, поскольку наступающий вследствие исполнения дарителем такой сделки правовой результат (возникновения пава владения) влечет для одаряемого возникновение имущественных прав и обязанностей. В свою очередь даритель, заинтересован исключительно в безвозмездной передаче имущества без законного ожидания какого-либо встречного предоставления от одаряемого (правовая цель). При этом предполагается, что даритель имеет правильное понимание правовых последствий дарения в виде утраты принадлежащего ему права на предмет дарения и возникновения данного права в отношении имущества у одаряемого.

Как установлено в судебном разбирательстве и следует из материалов дела ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., являлась собственником жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>, общей площадью 74,8 кв.м., и земельного участка, расположенного по адресу: 

<

адрес>, площадью 379 кв.м., кадастровый № (л.д.52).

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ФИО2 заключен договор дарения, по условиям которого ФИО1 подарила принадлежащие ей жилой дом, расположенный по адресу: 

<

адрес>, общей площадью 74,8 кв.м., и земельный участок, расположенный по адресу: 

<

адрес>, площадью 379 кв.м., кадастровый № (л.д.9). Из материалов дела также следует, что ФИО1 в настоящее время собственником спорного домовладения и земельного участка не является, зарегистрирована и проживает по адресу: 

<

адрес> (л.д.15 оборот, 16). ФИО2 в спорном домовладении не зарегистрирован и не проживает. 

Обращаясь в суд с требованиями о признании недействительным договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, истец ссылалась на отсутствие воли на отчуждение спорного имущество, а также на то, что указанная сделка была совершена под влиянием заблуждения и обмана.

На основании ст. 178 ГК РФ, сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения. Существенное значение имеет заблуждение относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению. Заблуждение относительно мотивов сделки не имеет существенного значения.

При этом по смыслу указанной нормы, заблуждение должно иметь место на момент совершения сделки и быть существенным. Неправильное представление о любых других обстоятельствах, помимо перечисленных в законе, не может быть признано заблуждением и не может служить основанием для признания сделки недействительной.

Характер заблуждения в случае спора оценивает суд с учетом всех обстоятельств дела.

Необходимым условием действительности сделки является соответствие волеизъявления воле лица, совершающего сделку. Таким образом, сделку, совершенную под влиянием заблуждения, нельзя считать действительной.

Как следует из п. 3.1.3 договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ даритель вправе сохранить право пользования жилым помещением, переданного в дар одаряемому, для личного проживания дарителя, а одаряемый в силу п. 3.4.4 обязуется не нарушать и не чинить препятствий дарителю в праве пользования жилым помещением, переданного в дар в соответствии с настоящим договором. 

Согласно пункту 1 статьи 572 ГК РФ при наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не признается дарением. К такому договору применяются правила, предусмотренные пунктом 2 статьи 170 настоящего Кодекса.

Пункт 2 статьи 170 ГК РФ устанавливает, притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки, применяются относящиеся к ней правила.

В соответствии с пунктом 3 статьи 572 ГК РФ договор, предусматривающий передачу дара одаряемому после смерти дарителя, ничтожен. К такого рода дарению применяются правила гражданского законодательства о наследовании.

Притворная сделка представляет собой двуединое правовое явление, в котором объединены два правоотношения: одно из них - квазиправоотношение, не направлено на создание юридических последствий, второе - реальное, их предполагает, но не открыто. Существовать отдельно друг от друга эти правоотношения не могут, и потому если сторона истца констатирует притворность сделки, она тем самым признает факт существования прикрываемой сделки, которую и надлежит оценивать. При этом условия прикрываемой сделки должны исследоваться не изолированно, а во взаимосвязи с притворной сделкой.

Таким образом, при совершении притворной сделки по основанию недействительности имеет место несовпадение сделанного волеизъявления с действительной волей сторон, которая направлена на установление между сторонами сделки гражданско-правовых отношений иных по сравнению с выраженными в волеизъявлении сторон. При этом намерение одного участника на совершение притворной сделки для применения вышеуказанной нормы не является достаточным - стороны сделки должны преследовать общую цель и с учетом правил ст. 432 Гражданского кодекса Российской Федерации достичь соглашения по всем существенным условиям той сделки, которую прикрывает юридически оформленная сделка. Квалификация сделки как притворной возможна только при наличии умысла на достижение цели прикрытия другой сделки у обеих сторон.

Заключение сделки дарения предполагает передачу не только юридической судьбы предмета дарения, но и фактическую передачу вещи во владение, распоряжение и пользование. Одним из важных элементов дарения, которые позволяют его квалифицировать в качестве самостоятельного вида договора, является безвозмездность сделки, то есть отсутствие какого-либо встречного предоставления. 

В ходе разбирательства дела суд на основании представленных по делу доказательств, пришел к выводу о том, что договор дарения сторонами не исполнялся, фактической передачи вещи во владение и пользование одаряемому не произошло, поскольку дом и земельный участок осталась во владении и пользовании дарителя. После перехода права собственности к одаряемому, даритель продолжал нести все расходы, связанные с содержанием жилого помещения, что подтверждается квитанциями (л.д.13-14).

При разрешении спора судом установлено, что истец на момент заключения сделки по отчуждению имущества являлась пожилым человеком, договор дарения заключила с целью осуществления за ней постоянного ухода родным человеком, так как нуждается в постоянном постороннем уходе.

Как следует из пояснений истца, при заключении спорного договора, последняя рассчитывала на помощь со стороны ФИО2, при этом при заключении спорного договора, истец намеревалась проживать в спорном доме и в дальнейшем, получая помощь и уход от ФИО2.

Указанное обстоятельство также не оспаривалось ФИО2, которым указывалось, что при заключении сделки он, полагал, что ФИО1 останется хозяйкой до смерти, будет проживать в спорном доме, иного жилого помещения у нее нет и выезжать из дома она не имела намерения.

Таким образом, стороны при заключении сделки дарения не преследовали цель прекращения всех прав ФИО1 в отношении спорного дома, предполагали, что она будет обладать правом проживания в доме, учитывая отсутствие у ФИО1 прав в отношении иного имущества она не имела возможности выехать из дома и сменить место жительства, данное обстоятельство было известно одаряемому, указанное подтверждает, что стороны не хотели создать подобные последствия.

В судебном заседании также установлено, что волеизъявление истца на заключение договора дарения без осуществления обязанностей со стороны ответчика, не соответствовали действительной воле дарителя и последствиям заключенного договора. Фактически истец передала имущество с целью получения в дальнейшем ухода в течение всей жизни, предоставления данного имущества ей для проживания. 

Указанные правоотношения соответствуют характеру договора ренты и не отвечают положениям договора дарения. 

Соответственно, по изложенным выше основаниям суд приходит к выводу, что ФИО1, заблуждалась относительно существа сделки, сделка дарения фактически являлась притворной, прикрывала сделку ренты в виде пожизненного содержания с иждивением.

По правилам статьи 170 к данной сделке должны быть применены положения о договоре ренты – пожизненного содержания с иждивением.

Вместе с тем, по правилам статьи 584 ГК РФ договор ренты подлежит нотариальному удостоверению.

Указанное условие в настоящем случае сторонами не исполнено.

По правилам статьи 168 ГК РФ несоблюдение нотариальной формы, а в случаях, установленных законом, - требования о государственной регистрации сделки влечет ее недействительность. Такая сделка считается ничтожной.

Доводы истца о заблуждении относительно правовых последствий сделки, несоответствии волеизъявления истца её действительной воле, безусловно, нашли своё подтверждение в настоящем судебном заседании.

Так, свидетель ФИО5 в судебном заседании пояснила, что от ФИО1 ей стало известно, что последняя оформила на ответчика свое домовладение, которое, полагала, ему будет принадлежать после ее смерти, а ответчик в свою очередь будет заботиться о ней. Ввиду инвалидности, ФИО1 не может самостоятельно готовить пищу, принимает ее с помощью трубочки, не может открыть либо закрыть газ. В ДД.ММ.ГГГГ г. ФИО1 принесла ей договор дарения, при этом последняя сказала, что она что- то подписывала и видимо ее обманули (л.д.44-45). 

Суд критически относится к пояснениям свидетелей ФИО6 (л.д.61), ФИО7 (л.д.60), ФИО8 (л.д.58-59) о том, что ФИО1 хотела переписать спорное домовладение на ответчика, поскольку они являются родственниками последнего и заинтересованы в исходе дела. 

Более того, из пояснений свидетеля ФИО8, являющейся матерью ответчика, следует, что она говорила ФИО1, что вместо завещания лучше оформить договор дарения, поскольку будет меньше затрат, меньше оформлять документов (л.д.58-59).

Из пояснений свидетеля ФИО9 следует, что к ней записывалась на прием супруга ответчика по оформлению договора дарения. Впоследствии к ней пришли ФИО1, ФИО2 и супруга последнего. После беседы с истцом, она составила договор дарения, который ФИО1 в ее присутствие не читала (л.д.59-60).

Согласно справке № ФИО1 является инвалидом 2 группы бессрочно (л.д.16), состоит на диспансерном учета в БУЗОО «ГБ №9» с диагнозом: дисциркуляторная энцефалопатия 2-3, болезнь Паркисона, гиперкинеческий синдром (л.д.63). 

В судебном заседании представителем ответчика заявлено ходатайство о применении срока исковой давности. 

По правилам ст. 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

На основании п. 2 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка, либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В суд с настоящими требованиями истица обратилась ДД.ММ.ГГГГ, то есть по истечении годичного срока с момента заключения договора дарения - ДД.ММ.ГГГГ.

Между тем, как установлено в судебном заседании в ДД.ММ.ГГГГ г. ФИО2 сообщил ФИО1, что он является собственником жилого 

<

адрес>. 

Суд полагает, что при подписании договора дарения ФИО1 не понимала правовую природу совершаемой сделки. Объективному восприятию содержания и последствий договора дарения препятствовали возраст истца, наличие заболевания, подтвержденного медицинскими документами. В судебном разбирательстве ФИО1 пояснила, что намерения дарить квартиру не имела, так как это ее единственное жилье, и больше ей жить негде, оплачивает сама коммунальные услуги. 

При указанных обстоятельствах, суд полагает, что истцом не пропущен срок исковой давности. 

Учитывая вышеизложенное, суд полагает, что требования ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным договора дарения жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>, общей площадью 74,8 кв.м. и земельного участка, расположенного по адресу: 

<

адрес>, площадью 379 кв.м., кадастровый №, заключенного ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ФИО2, подлежат удовлетворению..

Учитывая требования ст.167 ГК РФ имеются основания для применения последствий недействительности сделки, а именно о прекращении права собственности ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р. в праве собственности на жилой дом, расположенный по адресу: 

<

адрес>, общей площадью 74,8 кв.м. и земельный участок, расположенный по адресу: 

<

адрес>, площадью 379 кв.м., кадастровый № и исключении из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним регистрационную запись о праве собственности на жилой дом, расположенный по адресу: 

<

адрес>, общей площадью 74,8 кв.м. и земельный участок, расположенный по адресу: 

<

адрес>, площадью 379 кв.м., кадастровый № в отношении ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р., восстановив запись о предыдущем собственнике жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>, общей площадью 74,8 кв.м. и земельного участка, расположенного по адресу: 

<

адрес>, площадью 379 кв.м., кадастровый № ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным договора дарения удовлетворить. 

Признать недействительным договор дарения жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>, общей площадью 74,8 кв.м. и земельного участка, расположенного по адресу: 

<

адрес>, площадью 379 кв.м., кадастровый №, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ФИО2 

Применить последствия недействительности сделки, прекратить право собственности А.В., ДД.ММ.ГГГГ г.р. в праве собственности на жилой дом, расположенный по адресу: 

<

адрес>, общей площадью 74,8 кв.м. и земельный участок, расположенный по адресу: 

<

адрес>, площадью 379 кв.м., кадастровый №, исключить из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним регистрационную запись о праве собственности на жилой дом, расположенный по адресу: 

<

адрес>, общей площадью 74,8 кв.м. и земельный участок, расположенный по адресу: 

<

адрес>, площадью 379 кв.м., кадастровый № в отношении ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р., восстановив запись о предыдущем собственнике жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>, общей площадью 74,8 кв.м. и земельного участка, расположенного по адресу: 

<

адрес>, площадью 379 кв.м., кадастровый № ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Омский областной суд через Кировский районный суд г. Омска в течение одного месяца со дня изготовления мотивированного решения. 

Судья Е.П. Крупкина

Решение вступило в законную силу 08.03.2017, не обжаловалось