Дело № 2-358/2017

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

г.Ардатов 07 августа 2017 года

Ардатовский районный суд Республики Мордовия в составе

судьи Батяркиной Е.Н.,

при секретаре Чернышевой Е.В.,

с участием:

истца ФИО1,

представителя истца адвоката Юкова Д.Ю., действующего по ордеру № 17 от 23.06.2017 г., выданному Адвокатским кабинетом Адвокатской палаты Чувашской республики,

ответчика ФИО2, 

представителя ответчика ФИО3 – ФИО4, действующего на основании доверенности от 01.12.2016 г., 

представителя ответчиков ФИО2 и ФИО3- адвоката Петрушиной Н.В., действующей по ордеру № 21 от 23.06.2017 г., выданного Столичной коллегией адвокатов Республики Мордовия,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании права общей собственности на недвижимое имущество и денежный вклад, выделе - - доли из наследственного имущества, признании права собственности на - - долю наследственного имущества,

установил:

Истец ФИО1 обратился в суд с вышеуказанным иском, с учетом увеличенных в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, к ФИО2 и ФИО3, указав, что с 1995 г. зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя и осуществлял предпринимательскую деятельность на территории Республики Мордовия. В этот период он познакомился с ФИО5, с которой они стали совместно проживать и совместно заниматься предпринимательской деятельностью, в том числе на территории п

<

адрес>. В период совместного проживания, в том числе за счет денежных средств истца, и полученных от совместной предпринимательской деятельности, ФИО5 были приобретены трехкомнатная квартира, расположенная по адресу: 

<

адрес>, однокомнатная квартира, расположенная по адресу: 

<

адрес>, часть здания, расположенная по адресу: 

<

адрес>, здание магазина, расположенное по адресу: 

<

адрес> а также открыт денежный вклад в ПАО «Сбербанк России». 27.11.2016 г. ФИО5 умерла, после ее смерти открылось наследство, состоящее в том числе из вышеперечисленного недвижимого имущества и денежного вклада. Указанное имущество они с ФИО5 считали общим. Просит суд признать трехкомнатную квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, однокомнатную квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, часть здания, расположенную по адресу: 

<

адрес>, здание магазина, расположенное по адресу: 

<

адрес> и денежный вклад, открытый в ПАО «Сбербанк России» на имя ФИО5, общим имуществом, выделить из вышеперечисленного наследственного имущества - - долю и признать за ним в порядке наследования право собственности на - - долю вышеперечисленного недвижимого имущества и денежного вклада.

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержал полностью, привел доводы, изложенные в исковом заявлении, дополнительно суду пояснив, что с ФИО5 они познакомились в 1992 г.. Он являлся индивидуальным предпринимателем, привозил товары в п.Тургенево Ардатовский район, а она работала в одном из магазинов п. Тургенево Ардатовского района. Почти сразу они стали проживать вместе в квартире ФИО5. В 2001 г. он закрыл ИП, ФИО5 напротив зарегистрировалась в качестве ИП. Но фактически они продолжили заниматься предпринимательской деятельностью вместе, он привозил товар, она занималась ведением необходимой документации. После закрытия ИП у него имелись денежные средства, точную сумму назвать не может, которые он передал ФИО5 в качестве стартового капитала для развития ее ИП. В 2001 г. ФИО5 приобрела однокомнатную квартиру по адресу: 

<

адрес>, в которую он вселился в качестве ее любимого человека. В это же период данная однокомнатная квартира, при его непосредственном участии была расширена до трехкомнатной. Стоимость данной квартиры назвать не может, но он занимал у знакомого ФИО6 100000 руб., которые потратил на ремонт в квартире. Долг ФИО6 за него отдала его сестра. Однокомнатную квартиру по адресу: 

<

адрес> пробрели в 2014 г. Стоимость квартиры назвать не может, но он занимал у знакомого ФИО19 денежные средства в размере 600000 руб., которые отдал ФИО5. 200000 руб. были потрачены на однокомнатную квартиру, а 400000 руб. на благоустройство магазина по адресу: Республика Мордовия, 

<

...> «б». Ранее по ул. Заводская п. Тургенево располагалась небольшая торговая площадь, принадлежавшая его родной сестре ФИО7. После ее смерти в 2005 г., его зять предложил ему и ФИО5 выкупить магазин сестры за 160000 руб.. Он отдал за этот магазин 100000 руб. личных денег. Источник данных денежных средств назвать не может. Также в 2005 г. ФИО5 приобрела часть здания по адресу: 

<

адрес>. Стоимость части здания назвать не может, предполагает, что около 250000 руб. При этом, он взял у сестры ФИО8 300000 руб., которые передал ФИО5 для приобретения и обустройства указанной части здания- кафе. Все взятые в долг денежные средства им до сих пор кредиторам не отданы, никто от него возврата денежных средств не требует. Все перечисленное недвижимое имущество они считали с ФИО5 общим, но по договоренности указанное имущество было оформлено на ФИО5. При жизни ФИО5 был открыт денежный вклад в отделении ПАО «Сбербанк России», на который она клала свои личные деньги. Считает, что ФИО5 откладывала деньги на счет с намерением подарить ему, как любимому мужчине. Также в период совместного проживания лично им были приобретены два автомобиля марки Тойота и марки Газель, половина жилого дома и земельный участок по адресу: 

<

адрес>. Данный жилой дом приобретался по фактически безденежным сделкам купли-продажи, и по наследству за умершей матерью. Автомобили им приобретались за счет собственных средств – пенсии. Считает, что вышеназванные автомобили и жилой дом общим имуществом с ФИО5 не являются, так как ее денежных средств на них не затрачивалось. В период с - - - г. по - - - г. он состоял в зарегистрированном браке с другой женщиной – ФИО14. Супруга отказывалась расторгать брак, ФИО5 также на этом не настаивала. Все это время отношения с супругой были дружескими, он содержал и воспитывал дочь – ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, для чего по выходным ездил в свою квартиру в г. Саранске к семье. За время совместного проживания вопрос о переоформлении части недвижимого имущества ФИО5 на него поднимался, но до оформления сделки так и не доходило из-за нехватки времени. О магазине по 

<

адрес> покойная всегда говорила, что он только его, без него (ФИО1) у нее ничего бы не было. Обращение в суд с заявлением о признании его иждивенцем умершей ФИО5 имело место, от дальнейших пояснений по данному поводу отказывается.

Представитель истца Юков Д.Ю. в судебном заседании поддержал позицию своего доверителя, указав, что между ФИО5 и ФИО1 были фактические брачные отношения, велось совместное хозяйство и предпринимательская деятельность, доходы от которой вкладывались в совместное недвижимое имущество- две квартиры, часть здания и здание магазина в п. Тургенево Ардатовского района Республики Мордовия. Отсутствие регистрации брака с ФИО5 и факт нахождения в зарегистрированном браке с другой женщиной не влияет на наследственные права истца.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признала, суду пояснила, что о характере взаимоотношений между ФИО1 и ее умершей матерью ФИО5 пояснить ничего не может, но как о супруге, о ФИО1, ФИО5 никогда не отзывалась. Со слов матери, истец был наемным работником, ее правой рукой, поэтому совместного хозяйства и совместной предпринимательской деятельности не велось. Официально заработную плату ФИО5 платила немногим работающим у нее, так как это очень большая нагрузка для ИП по пенсионным и налоговым отчислениям. Она тоже работала у матери в магазине и кафе не официально. Платила ли ФИО5 ФИО1 официально заработную плату не знает. У ФИО1 в г. Саранске жила семья- жена и дочь. Мама всю жизнь проработала в торговле, после ухода из магазина РТП в конце девяностых годов она неофициально открыла небольшую торговую точку в центре п. Тургенево (по ул. Заводская) Ардатовского района Республики Мордовия, где продавала продукты питания. Мама жила скромно, деньги копила для своих детей и внуков. Квартиру, по адресу: 

<

адрес>, приобрела в порядке приватизации в 2001 г.. Квартира была однокомнатная, затем расширена до трехкомнатной. Никакого участия в приобретении данной квартиры ФИО1 не принимал и не мог принимать. С ремонтом квартиры он помог тем, что, нашел строительную бригаду и решал с ними все вопросы. Но деньги были мамины. После смерти в 2013 г. сестры ответчицы Татьяны (дочери ФИО5) здоровье матери сильно пошатнулось. Мать предложила бывшему супругу покойной сестры ФИО4 продать ей их жилой дом. В 2014 г., продав дом сестры за 800000 руб., а купила за 1500000 руб. однокомнатную квартиру по адресу: 

<

адрес> для внука ФИО3. В договоре купли-продажи указали цену в 600000 руб., чтобы уменьшить налог. Магазин по 

<

адрес> мама обустраивала на собственные накопленные денежные средства. Здание магазина ей было предоставлено администрацией Ардатовского района Республики Мордовия еще в 2004 г., в качестве помощи как развивающемуся ИП. Часть здания, под кафе, расположенное по адресу: 

<

адрес> мама выкупила у Тургеневожилкомхоза на собственные денежные средства. Никакого отношения к названному недвижимому имуществу ФИО1 не имеет. Денежные средства на банковском счете тоже были исключительно ФИО5. Указывает на недобросовестное поведение ФИО1, который после смерти ФИО5 любыми способами пытается присвоить себе ее имущество. Просит суд в удовлетворении исковых требований отказать.

Представитель ответчика ФИО3 – ФИО4 в судебном заседании исковые требования не признал, пояснил, что до 2011 г. состоял в зарегистрированном браке с дочерью умершей ФИО5 – Татьяной. В 2013г. Татьяна умерла, после чего к нему обратилась ФИО5 с предложением продать ей жилой дом, приобретенный им в браке с Татьяной, чтобы взамен купить квартиру его сыну Никите. ФИО5 уже присмотрела квартиру и обговорила ее стоимость с владельцем. Он согласился, продал ФИО5 жилой дом за 800000 руб. по договору купли-продажи, но фактически он продал ей только свою 1/3 долю жилого дома (2/3 доли он считали принадлежащими покойной супруге ФИО10 и сыну Никите) за 400000 руб.. Затем она приобрела квартиру по адресу: 

<

адрес> для Никиты за 1500000 руб.. ФИО5 всю жизнь провела в торговле, сначала в государственных магазинах, а в конце девяностых годов стала самостоятельно торговать продуктами в центре п. Тургенево Ардатовского района в небольшом магазине. У него в собственности был автомобиль марки Газель, на которой он ездил с ФИО5 за продуктами. Иногда ФИО5 просила его тайно съездить за товаром, не говорить об этом ФИО1. ФИО5 часто говорила о том, чтобы они избегали общения с ФИО1. Он никогда не слышал, чтобы ФИО5 говорила о том, что они с ФИО1 ведут совместное хозяйство и предпринимательскую деятельность, наоборот она очень гордилась собственными достижениями- одна из первых местных тургеневских жителей стала ИП, магазин и кафе открыла. ФИО5 при жизни была очень бережливой и неприхотливой, деньгами не разбрасывалась, старалась копить и вкладывать их в бизнес. Были слухи о том, что они с ФИО1 сожительствуют, но достоверно утверждать этого не может, потому что у ФИО1 была официальная семья в г. Саранске, куда он уезжал каждые выходные. Просит суд в удовлетворении исковых требований отказать.

Представитель ответчиков ФИО2 и ФИО3 - Петрушина Н.В. в судебном заседании поддержала позицию своих доверителей, исковые требования не признала, дополнив, что представленные стороной истца доказательства, а именно денежные расписки ФИО1, кредитный договор на 600000 руб., товарные накладные на приобретение различных строительных материалов, договоры подряда, заключенные между ФИО1 и различными строительными бригадами на выполнение ремонтных работ в трехкомнатной квартире и части здания (кафе) не свидетельствуют о ведении им с ФИО5 совместного хозяйства и совместной предпринимательской деятельности. Скорее они подтверждают наличие посреднических услуг ФИО1 между заказчиком ФИО5 и ремонтными бригадами. Более того, совместное проживание ФИО1 с ФИО5 подтвердили только свидетели стороны истца, в то время как свидетели стороны ответчика это опровергали. Также данный довод опровергается наличием зарегистрированного брака между ФИО1 и ФИО14, который был расторгнут уже после смерти ФИО5. ФИО5 длительное время занималась предпринимательской деятельностью, была аккуратна в ведении документации, поэтому если бы имела намерение передать какое-либо недвижимое имущество ФИО1, то сделала бы это. Время на оформление нотариальной доверенности на представительство ФИО1 ее интересов в государственных учреждениях, судах у ФИО5 было. Отметила, что ФИО1 обращался в суд с заявлением об установлении факта нахождения его на иждивении ФИО5, в котором он указывал, что с 2004 г. по дату смерти последней находился на ее иждивении, кроме небольшой пенсии никакого дохода не имел, доход ФИО5 в несколько раз превышал его. Соответственно следует понимать, что сам ФИО1 подтверждает, что все недвижимое имущество с 2004 г. по дату смерти ФИО5 было приобретено исключительно на ее денежные средства. Ранее ФИО5 приобрела только трехкомнатную квартиру в порядке приватизации, на которую в силу закона не может распространяться режим общей собственности. Просит суд в удовлетворении исковых требований отказать.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явился, о месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом, его представители ФИО4 и ФИО11 ходатайствовали о рассмотрении дела в его отсутствие с их участием, в связи с чем, на основании статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд пришел к выводу о возможности рассмотрения дела в его отсутствие. 

Третье лицо- нотариус Ардатовского нотариального округа Республики Мордовия – ФИО12 в судебное заседание не явилась, о дне, времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом, представила в суд заявление, в котором просит рассмотреть дело в ее отсутствие, в связи с чем, на основании статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд пришел к выводу о возможности рассмотрения дела в ее отсутствие. 

Выслушав лиц, участвующих в деле, свидетелей, изучив материалы настоящего гражданского дела и наследственного дела № - - , суд приходит к следующим выводам.

Как установлено в судебном заседании и следует из материалов дела, ФИО5 умерла - - - г., что подтверждается записью акта о смерти № - - от - - - г. (т.1, л.д. 70) и копией свидетельства о смерти серии - - № - - , выданного Отделом ЗАГС администрации Ардатовского муниципального района Республики Мордовия - - - г. (т.1, л.д.106). 

Из наследственного дела № - - г. заведенного нотариусом Ардатовского нотариального округа Республики Мордовия - - - г. к имуществу умершей ФИО13 по заявлениям наследников ФИО2 и ФИО3 следует, что в состав наследственного имущества умершей, входит, в том числе следующее спорное имущество: 

- трехкомнатная квартира, расположенная по адресу: 

<

адрес>

- однокомнатная квартира, расположенная по адресу: 

<

адрес>

- часть здания (кафе), расположенная по адресу: 

<

адрес>

- здание магазина, расположенное по адресу: 

<

адрес>

-денежный вклад с процентами и компенсациями (т.1, л.д. 107-108).

Завещания ФИО5 оставила.

Оформление наследства не завершено, и в настоящее время приостановлено, в связи с судебными спорами между ФИО1 с наследниками по закону – дочерью умершей ФИО2 и внуком умершей -ФИО3 о праве на вышеперечисленное наследственное имущество.

Согласно записи акта о заключении брака № - - в Городском отделе ЗАГС г. Саранска Мордовской АССР - - - г. был зарегистрирован брак между ФИО1 и ФИО14 ( т.1, л.д. 83).

Данный брак расторгнут на основании совместного заявления супругов уже после смерти ФИО5 - - - г., что подтверждается записью акта о расторжении брака № - - (т.1, л.д. 84).

Поскольку ФИО1 на момент смерти ФИО5 - - - г., в зарегистрированном браке с ней не состоял, и состоял в зарегистрированном браке с другой женщиной - ФИО15, то оснований для применения норм семейного законодательства о законном режиме имущества супругов ( совместная собственность супругов) для разрешения настоящего спора не имеется.

В соответствии с частью 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Статья 244 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что имущество, находящееся в собственности двух или нескольких лиц, принадлежит им на праве общей собственности.

Имущество может находиться в общей собственности с определением доли каждого из собственников в праве собственности (долевая собственность) или без определения таких долей (совместная собственность).

Общая собственность на имущество является долевой, за исключением случаев, когда законом предусмотрено образование совместной собственности на это имущество.

Общая собственность возникает при поступлении в собственность двух или нескольких лиц имущества, которое не может быть разделено без изменения его назначения (неделимые вещи) либо не подлежит разделу в силу закона.

Общая собственность на делимое имущество возникает в случаях, предусмотренных законом или договором.

По соглашению участников совместной собственности, а при не достижении согласия по решению суда на общее имущество может быть установлена долевая собственность этих лиц.

В соответствии со статьей 245 Гражданского кодекса Российской Федерации, если доли участников долевой собственности не могут быть определены на основании закона и не установлены соглашением всех ее участников, доли считаются равными.

Соглашением всех участников долевой собственности может быть установлен порядок определения и изменения их долей в зависимости от вклада каждого из них в образование и приращение общего имущества.

Участник долевой собственности, осуществивший за свой счет с соблюдением установленного порядка использования общего имущества неотделимые улучшения этого имущества, имеет право на соответствующее увеличение своей доли в праве на общее имущество.

Отделимые улучшения общего имущества, если иное не предусмотрено соглашением участников долевой собственности, поступают в собственность того из участников, который их произвел.

Исходя из вышеприведенный законоположений, имущественные отношения лиц, проживающих совместно, но не состоящих в браке, регулируются нормами Гражданского кодекса Российской Федерации о создании общей собственности исключительно на период совместного проживания. При доказанности факта договоренности о создании общей собственности лицами, не состоящими в браке, доли в праве собственности на общее имущество определяются в зависимости от объема вложений каждого из участников в создание общего имущества и при этом сам по себе факт совместного проживания сторон не является доказательством состоявшейся между сторонами договоренности о создании общего имущества, указанная договоренность, а также размер материальных вложений в создание общего имущества должны быть подтверждены соответствующими допустимыми доказательствами.

Согласно статье 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, истец, оспаривающий существующее право ответчиков на спорное имущество, должен доказать условия приобретения такого имущества и размер своих средств, вложенных в его приобретение. В силу статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации указанные факты могут быть подтверждены любыми, предусмотренными законом средствами.

В обоснование заявленных требований о признании вышеперечисленного недвижимого имущества и денежных средств на банковском счете ФИО5 общим имуществом, выделе ? доли в общем имущества и признании за истцом права собственности на ? доли в указанном наследственном имуществе ФИО1 указывает, что вел с ФИО5 общее хозяйство, вместе занимались предпринимательской деятельностью, у них был единый бюджет. Между истцом и ФИО5 была договоренность об общем имуществе, в приобретение либо ремонт которого он вкладывал в том числе личные средства.

Между тем, установлено, что истец являлся индивидуальным предпринимателем с 1995 г., с разрешенным видом деятельности – торгово-закупочная деятельность (кроме скоропортящихся продуктов питания), транспортные услуги ( т.1, л.д. 6), в 2001 году прекратил свою деятельность в качестве индивидуального предпринимателя. ФИО5 осуществляла предпринимательскую деятельность неофициально с конца девяностых годов, официально с 2001 года.

Из выписки из Единого реестра индивидуальных предпринимателей по состоянию на 03.08.2017 г. следует, что ФИО1 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя с 05.12.2016 г., то есть уже после смерти ФИО5.

Согласно справки ИФНС России № 3 по Республике Мордовия от 21.06.2017 г., размер вмененного дохода ФИО1 за 4 квартал 2016 г. (период с 07.12.2016 г. по 31.12.2016 г.) составил 17372 руб., 1 квартал 2017 г. (период с 01.01.2017 г. по 31.03.2017г.) составил 62139 руб. (т.1, л.д. 89).

Согласно материалов дела, трехкомнатная квартира, расположенная по адресу: 

<

адрес>, собственником которой до настоящего времени является ФИО5, что подтверждается копией свидетельства о государственной регистрации права собственности на вышеуказанную квартиру от - - - г. № - - (л.д. 1, л.д. 7), выпиской из Единого государственного реестра недвижимости об объекте недвижимости (т.1, л.д. 121-122), была приобретена последней на основании договора о передаче жилой площади в собственность граждан от 21.05.2001 г. № 2072.

Согласно статье 1 Закона Российской Федерации от 04.07.1991 № 1541-1 «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» приватизация жилых помещений - бесплатная передача в собственность граждан Российской Федерации на добровольной основе занимаемых ими жилых помещений в государственном и муниципальном жилищном фонде, а для граждан Российской Федерации, забронировавших занимаемые жилые помещения, - по месту бронирования жилых помещений.

В соответствии с частью 1 статьи 2 названного Закона граждане Российской Федерации, имеющие право пользования жилыми помещениями государственного или муниципального жилищного фонда на условиях социального найма, вправе приобрести их на условиях, предусмотренных настоящим Законом, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации, в общую собственность либо в собственность одного лица, в том числе несовершеннолетнего, с согласия всех имеющих право на приватизацию данных жилых помещений совершеннолетних лиц и несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет.

Постановлением главы местного самоуправления г. Ардатов Республики Мордовия № 38 от 13.04.2001 г. ФИО5 разрешена приватизация муниципальной квартиры, общей площадью 87,6 кв.м., по адресу: 

<

адрес> ( т. 2, л.д. 36).

На момент приватизации нанимателем ФИО5 вышеназванной квартиры в состав ее семьи никто не входил, что подтверждается копией справки о составе семьи от 19.03.2001 г. (т.2, л.д. 38).

Поскольку вышеназванная трехкомнатная квартира перешла в собственность ФИО5 в порядке приватизации, то есть безвозмездно, соответственно право собственности на нее возникло только лично у ФИО13. Признание названной квартиры общим имуществом ФИО5 и ФИО1 противоречит действующему гражданскому законодательству и Закону Российской Федерации от 04.07.1991 № 1541-1 «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации».

В силу вышеизложенного доводы ФИО1 о его финансовом участии за счет заемных средств (т.1, л.д. 8) в благоустройстве квартиры, выразившемся в передаче ФИО5 денежных средств на ремонт квартиры, найме ремонтной бригады, расчете с ней (т.1, л.д.9-11), приобретении строительных материалов (т.1, л.д. 12), не влекут за собой таких юридических последствий как приобретение права собственности на долю в спорной квартире.

Также в судебном заседании установлено, что бремя содержания квартиры несла только ФИО5, а после ее смерти дочь-ответчик по делу ФИО2, что подтверждается справкой МП «Тургеневожилкомхоз» от 29.06.2017 г.. 

Несение истцом затрат по содержанию квартиры, вопреки его доводам не подтвердились. 

Также ФИО5 до настоящего времени принадлежит на праве собственности однокомнатная квартира, расположенная по адресу: 

<

адрес>, что подтверждается копией свидетельства о государственной регистрации права собственности на вышеуказанную квартиру от - - - г. № - - (л.д. 1, л.д. 13), выпиской из Единого государственного реестра недвижимости об объекте недвижимости (т.1, л.д. 121-122), которая была приобретена последней на основании договора о купли-продажи от - - - г. за 600000 руб. (т.1, л.д. 14-16).

Из пояснений представителя ответчика ФИО16- ФИО4 и ответчика ФИО2 установлено, что вышеуказанная квартира ФИО5 приобреталась для сына умершей дочери ФИО17– внука ФИО3. В связи с расторжением брака между дочерью ФИО5 – ФИО17 и ФИО4 появилась необходимость в разделе принадлежащего им жилого дома по адресу: 

<

адрес>. Фактически ФИО5 выкупила у бывшего зятя - - долю жилого дома с земельным участком (другие - - доли по устному соглашению принадлежали дочери ФИО17 и внуку ФИО3).

Данные обстоятельства подтверждаются, имеющейся в материалах дела копией договора купли-продажи, согласно которого ФИО5 приобрела у ФИО4 жилой дом с земельным участком по адресу: 

<

адрес> за 800000 руб. (т.1, л.д. 238-239).

Указанный жилой дом с земельным участком ФИО5 продала ФИО18 за 800000 руб., что подтверждается договором купли-продажи от - - - г. (т.1, л.д. 240-241).

Суд относится критически к доводам ФИО1 о наличии у него долговых обязательств перед ФИО19 в размере 600000 руб., связанных именно с приобретением ФИО5 однокомнатной квартиры. Согласно представленной копии договора займа от 20.06.2013 г., ФИО1 взял в долг у ФИО19 600000 руб. на 3 года, обязался в случае просрочки исполнения обязательств, уплатить проценты за пользование денежными средствами на сумму займа, в порядке и размере, предусмотренном пунктом 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации со дня, когда она должна быть возвращена, до дня ее возврата Займодавцу (т.1, л.д. 17).

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО19 показал, что более 20 лет знает ФИО1. В 2013 г., последний взял у него в долг 600000 руб. на 4 или 5 лет, которые еще не вернул. По поводу процентов за пользование займом ничего не помнит. Для чего ФИО1 понадобились деньги не знает, вроде что-то связанное со строительством. Намерений в принудительном порядке взыскать с ФИО1 заемные денежные средства не имеет. О займе ФИО1 все время не напоминал. С ФИО5 также был знаком, они вместе с ФИО1 несколько раз приезжали за товаром – фруктами и овощами. Кто из них являлся индивидуальным предпринимателем не знает.

Оценивая показания вышеназванного свидетеля, а также содержание представленного договора займа от 20.06.2013 г. в совокупности другими исследованными материалами дела, суд не находит подтверждений передачи ФИО1 600000 руб. ФИО5 для приобретения спорной однокомнатной квартиры, поскольку саму передачу ФИО1 денежных средств ФИО5 свидетель не видел, о целях займа названных денежных средств не осведомлен.

Более того, после продажи дома в 2012 г. у ФИО5 было в наличии 800000 руб. собственных денежных средств. 

Также до настоящего времени ФИО5 является собственником части здания (кафе), расположенного по адресу: 

<

адрес>, что подтверждается копией свидетельства о государственной регистрации права собственности на вышеуказанную часть здания от - - - г. № - - (л.д. 1, л.д. 18), выпиской из Единого государственного реестра недвижимости об объекте недвижимости (т.1, л.д. 121-122), которая была приобретена последней на основании договора купли-продажи части здания от - - - г. у муниципального предприятия «Тургеневожилкомхоз» за 204390 руб. (т.2, л.д. 29-30).

Свидетель ФИО20 в судебном заседании показала, что с ФИО5 была знакома с 1981 года, с ФИО1 более 20 лет. ФИО5 работала в магазине РТП. В начале девяностых годов, продолжая еще работать в государственном магазине, ФИО5 начала потихоньку продавать собственные товары, без документов стала обделывать часть здания, в котором позже открыла кафе. Ни для кого не секрет, что стартовый капитал для начала собственной предпринимательской деятельности ФИО5 взяла с магазина РТП. Она была очень бережлива, бизнес вела только сама, никого к руководству магазином, кафе, документам не допускала, даже дочерей держала в качестве работников. У ФИО5 был автомобиль марки Газель, когда появилась необходимость в водителе автомобиля, появился ФИО1, который ездил для нее за товаром. Так как часто товар привозился и выгружался поздно ночью, что ФИО1 почти сразу начал оставаться ночевать на съемной квартире по адресу: 

<

адрес>. Точную дату не помнит, но после продажи съемного жилья ФИО1 временно попросился пожить на квартиру к ФИО5. До смерти ФИО5, ФИО1 проживал в ее квартире по адресу: 

<

адрес>. Семейной парой ФИО1 и ФИО5 не были, несмотря на то, что по поселку ходили слухи, что они любовники, но она их таковыми не считала. Каждые выходные ФИО1 уезжал к семье в г. Саранск, отдыхать тоже ездил без ФИО5. Несколько раз в п. Тургенево к ФИО1 приезжала его дочь. Покойная никогда не говорила, чтобы ФИО1 давал ей деньги, наоборот, она ему помогала деньгами в приобретении машины. Квартиру № - - в доме - - по ул. 

<

адрес> ФИО5 получила по приватизации как работник торговли Ардатвоского района. Никакого отношения к обеим квартирам и бизнесу ФИО5 ФИО1 не имеет. 

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО21, показал, что с 1976 г. по 2013 г. проживал по соседству с ФИО1 и ФИО5, с которыми был в хороших отношениях. Он считал их супругами, видел, что ФИО1 помогал ФИО5 в производстве ремонта квартиры № - - и кафе, расположенном в том же доме. О наличии у ФИО1 семьи в г. Саранске не знал. По поводу ведения ФИО1 и ФИО5 совместной предпринимательской деятельности и обстоятельствах приобретения ФИО5 недвижимого имущества ему ничего не известно.

Свидетель ФИО22 суду показал, что в 2001 г. в составе ремонтной бригады ФИО23 делал ремонт в помещении кафе по адресу: 

<

адрес>, расположенной в этом же доме. Бригаду нанимал ФИО1. По всем вопросам, касающихся ремонта кафе и квартиры, они обращались к ФИО1. Стройматериалы привозил ФИО1 и за работу расплачивался он же. Кто являлся собственником квартиры и кафе не знает, кому принадлежали деньги, которыми ФИО1 с ними рассчитывался не знает. ФИО5 видел, они приходила и в квартиру и в кафе, следила за ремонтом. 

Свидетель ФИО24 суду показал, что занимается ремонтом электроаппаратуры. ФИО1 приходится ему другом. С ФИО5 тоже были хорошие отношения. Он приходил к ним в гости в квартиру по адресу: 

<

адрес>, чинил электротехнику. Они для него были мужем и женой. Он знал о том, что у ФИО1 была семья, в г. Саранске, к которой он ездил по выходным дням. ФИО5 тоже об этом знала. Считает, что предпринимательской деятельностью они занимались совместно. 

В материалах дела имеется копия договора строительного подряда от 20.04.2015 г., заключенного между ФИО1 и ФИО23 согласно которого за 80000 руб. в срок до 25.05.2005 г. подрядчик ФИО23 обязался выполнить внутреннюю отделку части здания по адресу: 

<

адрес> (т.1, л.д. 20-21).

Оценивая показания вышеназванных свидетелей, содержание представленного договора строительного подряда от 20.04.2005 г., копий товарных и кассовых чеков на приобретение строительных материалов (т.1, л.д. 22,24) в совокупности другими исследованными материалами дела, суд не находит подтверждения факта приобретения ФИО5 части здания за счет финансовой помощи ФИО1. Более того, названные документы с достоверностью не подтверждают принадлежность затраченных денежных средств на ремонт именно истцу ФИО1. По мнению суда, показания свидетелей ФИО21 и ФИО22 вместе с договором строительного подряда подтверждают посредничество ФИО1 между собственником недвижимости ФИО5 и рабочей бригадой ФИО23. Каких- либо иных доказательств подтверждающих несение лично истцом, исключительно за счет собственных денежных средств, расходов на ремонт квартиры ФИО5 не представлено. При этом, само по себе наличие у истца данных документов, учитывая длительное проживание ФИО1 в квартире ФИО5, и его доступ в рабочее помещение кафе и магазина ФИО5 данных обстоятельств не подтверждает. 

Более того, осуществление ремонта части здания не влечет за собой переход права собственности на помещение, находящееся в собственности другого лица.

До настоящего времени ФИО25 является собственником магазина, расположенного по адресу: 

<

адрес> что подтверждается копией выписки из Единого государственного реестра недвижимости об объекте недвижимости (т.1, л.д. 121-122, 190-195), который был приобретен последней на основании постановления главы администрации Ардатовского района Республики Мордовия от 09.12.2004 г. № 272 об утверждении акта приемочной комиссии о приемке в эксплуатацию законченного строительством объекта, а именно магазина, расположенного по адресу: 

<

адрес>», общей площадью 49,7 кв.м. (т.2, л.д. 28,33).

Свидетели ФИО26 и ФИО27, в судебном заседании показали, что в различные годы работали в должности главы поселка Тургенево Ардатовского района. ФИО26 в период с 1989 г. по 2001 г., ФИО27 в период с 2002 г. по 2008 г.. По их мнению, предпринимательская деятельность ФИО5, осуществлялась при непосредственном участии ФИО1. ФИО1 занимался оформлением разрешительной документации по магазину 

<

адрес>. Чьи именно денежные средства, тратились на приобретение, оформление магазина сказать не могут, но считают что общие истца с ФИО5. Кроме того, им известно что ФИО1 и ФИО25 жили вместе как муж и жена. 

В подтверждение своих требований ФИО1 относительно здания магазина представлены копии товарных и кассовых чеков на приобретение строительных материалов, инвентаря и др. (т.1, л.д.195-198), и договора купли-продажи оборудования от 15.09.2013 г. - двух холодильных витрин, морозильного ларя, шкафа-холодильника от 15.09.2013 г. за 80000 руб., заключенного между ним и ФИО8 (т.1, л.д. 199).

По вышеприведенным мотивам о необоснованности исковых требований ФИО1 относительно признания части здания (кафе) общим имуществом с ФИО5, суд отклоняет его исковые требования относительно признания общим имуществом здания магазина.

Кроме того, договор купли-продажи оборудования от 15.09.2013 г., заключенный с сестрой истца ФИО8, допустимым доказательством, подтверждающим обоснованность требований истца применительно к объекту недвижимости – зданию магазина, не является. Наличие в собственности истца какого-либо имущества или оборудования внутри здания магазина не может повлечь за собой признание права собственности на само здание магазина.

Также в судебном заседании, была допрошена в качестве свидетеля ФИО28 которая показала, что около 14 лет являлась соседкой покойной ФИО5. ФИО1 несколько лет снимал комнату в квартире ФИО5 по адресу: 

<

адрес> Об этом ей говорила знакомая ФИО29 и сама ФИО5. Своего жилья у ФИО1 в п. Тургенево не было. Работая у ФИО5, он и ночью возвращался с товаром для магазина и кафе, поэтому оставался ночевать в своей комнате в ее квартире. Брачных отношений между ними не было, у него есть семья в г. Саранске, куда он уезжал каждые выходные. Она видела их вдвоем только в магазине или кафе в рабочей обстановке. Действительно, некоторое время назад у нее был конфликт с ФИО5 по поводу деятельности ее кафе и пекарни, но он был исчерпан и отношения между ними неприязненными не стали. 

Свидетель ФИО30, в судебном заседании показала, что истцу приходится дочерью. Отец был индивидуальным предпринимателем, но бизнес в г. Саранске прибыли не приносил, поэтому он стал возить товары в п. Тургенево Ардатовского района, так как там у ее тети (сестры отца) имелся магазин. Там же отец познакомился с ФИО5 и примерно с 1995 г. ушел из семьи, стал проживать с ней в п. Тургенево. С - - - по - - - г. ее родители состояли в зарегистрированном браке, но несмотря на раздельное проживание расторгать его по каким-то причинам не хотели. С ФИО5 она общалась очень хорошо, ездили друг к другу в гости, ФИО5 была у них на всех семейных мероприятиях, в том числе юбилее отца и ее свадьбе. Умершая финансово помогала ей, оплатила дорогостоящую операцию, называла дочкой, а ее дочь Милану внучкой. Однокомнатную квартиру в п. Тургенево Ардатвоского района ФИО5 купила для нее с мужем, и в 2015 г. попросила переехать в нее, что бы быть к ней с отцом поближе. ФИО5 всегда говорила, что все (квартиры, кафе, магазин) принадлежит им, то есть ФИО31. Однокомнатную квартиру, часть здания (кафе) ФИО5 пробрела за счет заемных денежных средств отца. Со своими дочерьми ФИО5 теплых отношений не поддерживала. С дочерьми ФИО5 она лично не была знакома.

В материалах дела имеется копия предписания должностного лица –ведущего врача-эксперта Территориального отдела Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Республике Мордовия в Чамзинском, Ардатовском, Атяшевском, Большеберезниковском, Дубенском районах от 23.06.2016 г. согласно которого, по результатам рассмотрения жалобы ФИО28 ИП ФИО5 предписано прекратить производство хлеба в мини-пекарне, расположенной по адресу: - - - (т.2, л.д. 73). 23.06.2016 г. в отношении ИП ФИО5 был составлен протокол об административном правонарушении, предусмотренном статьей 6.4 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (т.2, л.д. 74-75). Впоследствии, решением Арбитражного суда Республики Мордовия от 25.10.2016 г. вышеназванное предписание в отношении ИП ФИО5 признано недействительным и отменено (т.2, л.д. 66-72).

Вопреки доводам ФИО1, вышеперечисленные документы, а также пояснения свидетеля ФИО28 в этой части, наличие в прошлом конфликта между ФИО28 и ФИО5 не указывает на недостоверность показаний данного свидетеля. 

В то же время наличие родственных отношений между истцом и свидетелем ФИО30, единственной из свидетелей утверждающей, что ФИО5 считала спорное недвижимое имущество фактически принадлежащим ФИО1, по мнению суда свидетельствует о заинтересованности свидетеля в положительном для истца исходе дела.

Кроме того, суд считает, что показания всех вышеприведенных свидетелей как со стороны истца, так и со стороны ответчика не могут быть положены в основу удовлетворения исковых требований ФИО1, поскольку, в контексте заявленного истцом требования о признании права общей собственности на объекты недвижимости- две квартиры, часть здания, здания магазина, показания свидетелей не отвечают принципу допустимости средств доказывания (статья 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Показаниями свидетелей можно установить только факт пользования ФИО1 трехкомнатной квартирой, частью здания (кафе) и магазином, однако на каких условиях это осуществлялось, свидетелям неизвестно.

Иных доказательств, отвечающих требованиям относимости и допустимости (статьи 59 и 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), в том числе подтверждающих наличие договоренности между ФИО1 и ФИО5 о создании общей собственности и соответственно права ФИО1 на - - долю недвижимого имущества - две квартиры, часть здания, здания магазина материалы дела не содержат.

Из выписки из Единого государственного реестра недвижимости об объекте недвижимости по состоянию на 23.06.2017 г. следует, что в период с 2001 г. по 2009 г. ФИО1 приобретено в общую долевую собственность 60/100 долей в жилом доме и земельного участка по адресу: 

<

адрес>, в том числе и по договорам купли-продажи (т.1, л.д. 101-102). Из пояснений истца следует, что указанное недвижимое имущество было приобретено им без финансовой помощи ФИО5, исключительно за счет личных денежных средств. 

Учитывая вышеприведенные обстоятельства, содержание справок о размере пенсии (т.1, л.д. 27,28) и об инвалидности (т.1, л.д. 29), наличие у истца кредитных обязательств перед ПАО «Сбербанк России» в размере 103965,41 руб. (т.1, л.д. 25-26) по мнению суда не доказывает его участие в приобретении ФИО5 спорного имущества.

К таковым доказательствам не относятся также и справки администрации Тургеневского городского поселения о месте жительства ФИО1 (т.1, л.д. 30), копия нотариальной доверенности ФИО5, которой последняя уполномочила ФИО1 быть ее представителем и представлять ее интересы по всем вопросам.

В состав наследственного имущества умершей ФИО5 входит, в том числе денежный вклад на банковском счете, открытом в ПАО «Сбербанк России» на ее имя, с остатком в размере 536343,20 руб. (т.1, л.д. 140), что также подтверждается справой ПАО «Сбербанк России» от 04.07.2017 г. (т.2, л.д.21-22).

Завещательное распоряжение на вклад отсутствует

В подтверждение обоснованности исковых требований в данной части ФИО1 в судебном заседании 11.07.2017 г. (т.2, л.д. 6) приведено утверждение о том, что ФИО5 из личных денежных средств (пенсии) производила накопления на банковском счете с целью подарить указанные денежные средства истцу. 

Суд находит, что высказанное ФИО1 предположение относительно намерений умершей подарить ему денежные средства с банковского счета, не подтверждает законность и обоснованность его исковых требований относительно денежного вклада. Иных доводов ФИО1 не приведено.

Имеющиеся в материалах дела фотографии ФИО1 с ФИО5 на его юбилее, свадьбе его дочери, праздновании Нового года в рабочем коллективе ИП ФИО5 не свидетельствуют о законности и обоснованности заявленных исковых требований, поскольку никаким образом не раскрывают обстоятельств приобретения спорного недвижимого имущества и открытия и пополнения банковского счета. 

Таким образом, установленные по делу обстоятельства свидетельствуют о недоказанности факта возникновения у истца какого-либо вида права собственности на спорное недвижимое имущество ФИО5 и ее денежный вклад на банковском счете.

Относимых и допустимых доказательств наличия оснований возникновения права собственности на спорные объекты недвижимости, денежный вклад на банковском счете истцом в нарушение требований статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено.

Более того, в материалах дела имеется копия заявления ФИО1 об установлении факта нахождения его на иждивении ФИО5 в период с 2004 г. по день ее смерти, в котором, он указал, что после установления ему третьей группы инвалидности, основным и постоянным источником его дохода являлись денежные средства ФИО5, которая осуществляла предпринимательскую деятельность. Размер его пенсии не покрывал его расходов, иных средств к существованию не имел (т.1, л.д. 145-147).

Определением Ленинского районного суда г. Саранска Республики Мордовия от 25.05.2017г. вышеназванное заявление оставлено без рассмотрения в связи с наличием справе о праве (т.1, л.д. 170-171).

На данное определение суда ФИО1 была подана частная жалоба, в которой он оспаривает наличие спора о праве (т.1, л.д. 168-169).

Определением судебной коллеги по гражданским делам Верховного Суда Республики Мордовия от 20.07.2017 г. определение суда от 25.05.2017 г. оставлено без изменения, частная жалоба без удовлетворения.

Таким образом, самим ФИО1 при рассмотрении его заявления об установлении факта нахождения на иждивении умершей ФИО5 были изложены обстоятельства, характеризующие его материальное положение, прямо противоречащие его доводам о ведении совместной предпринимательской деятельности и его финансовой помощи ФИО5 в приобретении всего заявленного в настоящем гражданском деле спорного имущества умершей.

При указанных обстоятельствах, исковые требования ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании права общей собственности на недвижимое имущество и денежный вклад суд находит подлежащими оставлению без удовлетворения.

Поскольку исковые требования о признании права общей собственности на недвижимое имущество и денежный вклад суд оставляет без удовлетворения, то и требования о выделе - - доли из наследственного имущества и признании права собственности на - - долю наследственного имущества также подлежат оставлению без удовлетворения.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании права общей собственности на недвижимое имущество и денежный вклад, выделе ? доли из наследственного имущества, признании права собственности на - - долю наследственного имущества отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Республики Мордовия в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме через Ардатовский районный суд Республики Мордовия.

Судья Ардатовского районного суда

Республики Мордовия Е.Н. Батяркина 

Мотивированное решение изготовлено 11.08.2017 г.