63RS0№-20

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

17 ноября 2023 года г. Самара

Куйбышевский районный суд г. Самары в составе

председательствующего судьи Космынцевой Г.В.,

при секретаре Цыпленкове Е.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-1469/2023 по иску ФИО6 ФИО26 к ФИО6 ФИО27 о признании завещания недействительным, о признании недостойным наследником,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в суд с исковым заявлением к ФИО3 о признании завещания недействительным, указав, что 

<

дата> умер его отец ФИО1, 

<

дата> года рождения. Наследниками первой очереди по закону, после смерти ФИО1 являются истец ФИО2 и ответчик ФИО3 Истец обратился в установленный законом срок к нотариусу с заявлением о принятии наследства. Было открыто наследственное дело №, из сообщения нотариуса 

<

адрес> ФИО7 истец узнал о том, что по данным ЕНС имеется завещание, согласно которому умерший все свое имущество завещал ответчику. 

Ссылаясь на то, что отношения между отцом, ответчиком с истцом были испорчены, отец истца и ответчика более 30 лет проживал один, ответчик проживала в соседнем с умершим доме, настраивала ФИО1 против истца, умерший находился под постоянным психологическим воздействием ответчика, кроме того, умершему на момент составления завещания было 73 года, полагал, что завещание отцом было составлено исключительно под психическим насилием со стороны ФИО3 в связи с чем, с учетом уточнений, просил суд, признать недействительным завещание, составленное ФИО1 

<

дата>, удостоверенное нотариусом 

<

адрес> ФИО23 и признать ФИО3 недостойным наследником.

Истец ФИО2 в судебное заседание не явился, о дате и времени судебного заседания извещен надлежащим образом, предоставил суду письменные пояснения, согласно которым ФИО1 (отец истца и ответчика) как при составлении оспариваемого завещания в 2014 году, так и намного ранее, в силу своего состояния здоровья перестал понимать значение своих действий, вел себя неадекватно, ситуация ухудшилась после 2007 года. Примерно в 2008 году состояние ФИО1 стало резко ухудшаться, стало заметно как по его речи, так и по его поведению. Его стали сильно мучить головные боли, высокое давление, он часто жаловался на бессонницу. От головных болей, бессонницы, ФИО1 стал принимать феназепам. При этом резко ухудшилось и его психическое состояние, ФИО1 стал все более нетерпимым, раздражительным, порой еще более агрессивным, допускал неадекватные высказывания, давая невменяемые оценки. В период времени с 2010 по 2011г., когда истец проживал с семьей по соседству, ФИО1 и ФИО3 лишь пару раз зашли повидаться с внучкой Марией. За это время состояние ФИО1 ухудшилось совсем: постоянное высокое давление, головокружение, головные боли, боли в сердце. О состоянии своего отца истец узнавал из телефонных разговоров с ответчиком, которая звонила для того чтобы в очередной раз поскандалить. Находясь под постоянным воздействием со стороны ФИО3, ФИО1 «отлучил» его от дома. Несмотря на попытки через какое-то время пойти с ним на сближение (через социальные сети), ФИО1 отвергал все его действия по примирению. До конца своих дней ФИО1 так и не помирился с истцом. В ноябре 2022 года о смерти ФИО1 его оповестил один из родственников. В марте 2023 года он обратился к ФИО3 с предложением о заключении с ней мирового соглашения. Предложил выгодный для нее вариант, квартиру отца разделить пополам, а все остальное, включая деньги и другое имущество передать ей, но она отказалась (т.1 л.д. 13-17). 

Представитель истца ФИО8, действующая на основании доверенности, заявленные исковые требования поддержала по основаниям, изложенным в исковом заявлении.

Ответчик ФИО3 и ее представитель - ФИО9 возражали против удовлетворения заявленных исковых требований, по существу заявленных исковых требований ответчиком были даны пояснения, согласно которым ФИО2 не общался с отцом более 10 лет, не интересовался его здоровьем, жизнью. Высказывания истца относительно забывчивости, вспыльчивости, неспособности ФИО1 руководить своими действиями и отдавать им отчет носят голословный характер и ничем подтверждены. На 2014 год никаких странностей в его поведении не было, изучал компьютер, занимался рыбалкой, у него были друзья. ФИО1 был разумным, образованным человеком, ориентировался в пространстве и времени, совершал обдуманные поступки, осознавал их последствия, самостоятельно руководил своими действиями. Транспортного средства у него не было, он пользовался общественным транспортом, мог поехать на набережную или в торговый центр. В ценах на проезд он разбирался. В 2014 году он самостоятельно вел хозяйство, ходил в магазины и ориентировался в ценах. Самостоятельно оплачивал коммунальные платежи, задолженностей никогда не имел. Пенсия поступала на его сберегательный счет. Социальный работник его никогда не посещал. Со ФИО1 ответчик имела нормальные семейные отношения, помогала ему в быту, следила за его здоровьем и помогала в случае необходимости лечения, отец при общении был вежливым, приятным в общении человеком, вспышек гнева, ненависти и забывчивости у него не было. Указывала, что ФИО10 не состоял на учете у психиатра и нарколога, не страдал расстройствами психики и не лечился в ПНД. О сущности завещания не знала, в день его составления он ходил в ПНД, где ему выдали заключение, что за психиатрической помощью он не обращался. Указывала, что не давила на отца и не просила о составлении завещания. На момент составления завещания, ФИО1 в уходе третьих лиц не нуждался, был дееспособным человеком и был в праве сам распоряжаться своей собственностью, отклонений в его поведении не было, провалов в памяти и забывчивость не отмечалось, был обычным человеком. Желания ФИО1, распорядиться своим имуществом по-другому не было, поскольку он был обижен на сына, постоянно ждал, что тот приедет к нему. Но звонков и подарков от ФИО2 не было, кроме подарка в виде открытки в социальной сети «Одноклассники». Доводы истца о недееспособности ФИО1 на период составления завещания 

<

дата> являются необоснованными, поскольку истец не обладает специальными познаниями в области психиатрии.

Третье лицо нотариус ФИО23 в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом, просила рассмотреть дело в ее отсутствие, ранее суду дала пояснения, согласно которым личности завещателя и лица, подписавшего завещание, установлена, сомнений в дееспособности наследодателя у нее не возникло. При составлении завещания рукоприкладчика не было, завещание составлял лично наследодатель, если бы у нее были малейшие сомнения, то сделку бы она не удостоверила (т.1 л.д. 123-125). 

Третье лицо нотариус ФИО24 в судебное заседание не явился, ходатайствовал о рассмотрении дела в его отсутствие.

Исследовав представленные документы, выслушав мнения явившихся сторон, суд приходит к следующему.

Согласно статье 1118 Гражданского кодекса Российской Федерации завещание является односторонней сделкой, которая создает права и обязанности после открытия наследства.

Как следует из статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В силу пункта 1 статьи 1119 Гражданского кодекса Российской Федерации завещатель вправе по своему усмотрению завещать имущество любым лицам, любым образом определить доли наследников в наследстве, лишить наследства одного, нескольких или всех наследников по закону, не указывая причин такого лишения, а в случаях, предусмотренных названным Кодексом, включить в завещание иные распоряжения.

Пунктом 1 статьи 1121 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что завещатель может совершить завещание в пользу одного или нескольких лиц (статья 1116), как входящих, так и не входящих в круг наследников по закону.

Законодатель установил приоритет завещания по сравнению с наследованием по закону, поскольку в завещании находит свою реализацию непосредственное и полное право собственника распоряжаться своим имуществом по своему усмотрению и по своим мотивам, которые не могут быть поставлены под сомнение государством или иными лицами.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, исходя из принципа свободы завещания, являющегося выражением личной воли завещателя, который вправе определить судьбу наследственного имущества с учетом отношений между ним и иными лицами, служат реализации предписаний статей 17, 35 и 55 Конституции Российской Федерации и в качестве таковых не могут рассматриваться как нарушающие какие-либо конституционные права заявителя.

Из материалов дела следует, что 

<

дата> умер ФИО1, 

<

дата> года рождения (т. 1 л.д. 18).

Из справки ЗАГС следует, что ФИО1 является отцом ФИО2, ФИО3

<

дата> ФИО1 составил завещание, которое удостоверила нотариус 

<

адрес> ФИО23 Завещание зарегистрировано в реестре: №. Согласно завещанию наследодатель ФИО1 завещал ФИО3 все свое имущество (т.1 л.д. 45).

После смерти ФИО1 нотариусом ФИО24 заведено наследственное дело (т. 1 л.д. 48-81).

В силу пунктов 1 и 2 статьи 1118 Гражданского кодекса Российской Федерации распорядиться имуществом на случай смерти можно только путем совершения завещания. Завещание может быть совершено гражданином, обладающим в момент его совершения дееспособностью в полном объеме.

Согласно пункту 5 статьи 1118 Гражданского кодекса Российской Федерации завещание является односторонней сделкой, которая создает права и обязанное после открытия наследства.

Завещание должно быть составлено в письменной форме и удостоверено нотариусом (пункт 1 статьи 1124 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При нарушении положений указанного кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание) (п.п. 1 и 2 статьи 1131 этого же Кодекса).

В силу ч.1 ст. 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (ч.2 ст. 168 ГК РФ).

На основании п. 2 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. Основанием признания пункта второго завещания, является, по мнению истца, неисполнимость завещания и нарушения прав несовершеннолетней на ограничение по распоряжению денежными средствами, полученными от продажи наследственного имущества.

В силу ст. 1125 Гражданского кодекса РФ нотариально удостоверенное завещание должно быть написано завещателем или записано с его слов нотариусом. При написании или записи завещания могут быть использованы технические средства (электронно-вычислительная машина, пишущая машинка, другие) (п. 1). Завещание, записанное нотариусом со слов завещателя, до его подписания должно быть полностью прочитано завещателем в присутствии нотариуса. Если завещатель не в состоянии лично прочитать завещание, его текст оглашается для него нотариусом, о чем на завещании делается соответствующая надпись с указанием причин, по которым завещатель не смог лично прочитать завещание (п. 2). Завещание должно быть собственноручно подписано завещателем. При удостоверении завещания нотариус обязан разъяснить завещателю содержание ст. 1149 Гражданского кодекса РФ и сделать об этом на завещании соответствующую надпись (п. 6).

Основы законодательства Российской Федерации о нотариате, утвержденные ВС РФ 

<

дата> N 4462-1, в ст. ст. 42, 43, 44, 45.1 предусматривают, что при совершении нотариального действия нотариус обязан установить личность обратившегося за совершением нотариального действия лица и проверить его дееспособность, зачитать вслух содержание нотариально удостоверяемой сделки, при этом документы, оформляемые в нотариальном порядке, подписываются в присутствии нотариуса, текст нотариально оформляемого документа на бумажном носителе должен быть изготовлен с помощью технических средств или написан от руки и быть легко читаемым. При этом нотариусом выясняется воля завещателя, направленная на определение судьбы его имущества на день смерти, принимаются меры, позволяющие завещателю изложить волю свободно, без влияния третьих лиц на ее формирование, для чего текст завещания должен точно воспроизводить волю завещателя, а положения завещания - излагаться ясно и однозначно, исключая возможность различного толкования завещания.

Как разъяснено в пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 

<

дата> N 9 "О судебной практике по делам о наследовании" завещания относятся к числу недействительных вследствие ничтожности при несоблюдении установленных ГК РФ требований: обладания гражданином, совершающим завещание, в этот момент дееспособностью в полном объеме (пункт 2 статьи 1118 ГК РФ), недопустимости совершения завещания через представителялибо двумя или более гражданами (пункты 3 и 4 статьи 1118 ГК РФ), письменной формы завещания и его удостоверения (пункт 1 статьи 1124 ГК РФ), обязательного присутствия свидетеля при составлении, подписании, удостоверении или передаче завещания нотариусу в случаях, предусмотренных пунктом 3 статьи 1126, пунктом 2 статьи 1127 и абзацем вторым пункта 1 статьи 1129 ГК РФ (пункт 3 статьи 1124ГК РФ), в других случаях, установленных законом.

Завещание может быть признано недействительным по решению суда, в частности, в случаях: несоответствия лица, привлеченного в качестве свидетеля, а также лица, подписывающего завещание по просьбе завещателя (абзац второй пункта 3 статьи 1125 ГК РФ), требованиям, установленным пунктом 2 статьи 1124 ГК РФ; присутствия при составлении, подписании, удостоверении завещания и при его передаче нотариусу лица, в пользу которого составлено завещание или сделан завещательный отказ, супруга такого лица, его детей и родителей (пункт 2 статьи 1124 ГК РФ); в иных случаях, если судом установлено наличие нарушений порядка составления, подписания или удостоверения завещания, а также недостатков завещания, искажающих волеизъявление завещателя.

В силу пункта 3 статьи 1131 ГК РФ не могут служить основанием недействительности завещания отдельные нарушения порядка составления завещания, его подписания или удостоверения, например отсутствие или неверное указание времени и места совершения завещания, исправления и описки, если судом установлено, что они не влияют на понимание волеизъявления наследодателя.

В данном случае, из материалов дела следует, что завещание составлено нотариусом со слов наследодателя ФИО1 машинопечатным текстом. Завещание имеет подпись наследодателя, составленную им собственноручно с полной ее расшифровкой. Подпись наследодателя стороной истца в установленном законом порядке не оспорена.

В ходе рассмотрения дела судом были допрошены в качестве свидетелей ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, Свидетель №1, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18

Из пояснений допрошенной в судебном заседании свидетеля ФИО11 (сестра ФИО1) следует, что ФИО1 на момент смерти проживал один, как и в 2014 году, самостоятельно обслуживал себя, психических отклонений у него не замечала, свидетель часто общалась и созванивалась с ним, была в курсе всего. С дочерью ФИО3 у него были хорошие отношения, а вот с сыном ФИО2 он не общался. ФИО1 запретил ей звонить ФИО2, поскольку сын не приезжал к отцу и никакого участия в жизни ФИО1 не принимал. О завещании, составленным ФИО19 она не знала. На здоровье ФИО1 не жаловался, как у всех, жаловался на давление, при этом он принимал лекарства, но серьезного ничего не было. В 2014 году никаких психологических отклонений у него не было, ФИО3 никакого влияния на него не имела. ФИО1 был самостоятельным, не любил, когда кто-то вмешивался. 

Свидетель ФИО12 (двоюродный внук) показал, что ФИО2 и ФИО3 являются ему дядей и тетей. В 2014г. общался со ФИО1, общались плотно, все праздники проводили вместе. Особенностей в поведении ФИО1 не замечал и их не было. Дни недели он не путал, как его звали не забывал, у него была военная выдержка. С дочерью он общался хорошо, а с сыном нет. С психикой у него проблем не было никогда. В 

<

адрес> в 2014г. был в каникулярные периоды в летние и зимние месяцы. О завещании узнал от бабушки, только после смерти ФИО1 

Свидетель ФИО13 (соседка) показала, что со ФИО1 проживали в одном подъезде. Знала только ФИО3, ФИО2 не знала. Общались около 14 лет, были в дружеских отношениях. Видела его каждый день и во дворе, на лестничной клетке и в городе. Психических отклонений у него не видела, он здоровался, был вежливым, поддерживал какой-то диалог. В 2014 году ФИО1 проживал один, к нему приходила ФИО3, обслуживал он себя сам. В 2014 году у свидетеля умерла мать и ФИО1 помогал ей в квартире, если что-то было нужно. Он ориентировался во времени, всех узнавал, общался с ее детьми. Странностей в одежде не было, так как он был человек военной закалки. Сам всегда принимал решения и отстаивал свое мнение. Отдавал отчет своим действиям и знал цены в магазине. Он как-то поделился с ней, что видел сына (ФИО2) в торговом центре, с которым не общался, а сын сделал вид, что не узнал отца, в связи, с чем ФИО1 был очень расстроен. ФИО1 принимал таблетки только от давления, заболеваний у него особо не было. 

Свидетель ФИО14 показал, что ФИО1 знал с 1988 года, они служили в учебной дивизии. Стали общаться только после того, как вернулись в 2010 году в 

<

адрес>, часто общались по поводу компьютера, ФИО1 спрашивал, как оплатить коммуналку. Показал, что знал его дочь ФИО3, а сына ФИО2 не знал. Проживал ФИО1 с дочерью, но особых подробностей он не знал. Очень часто видел его в 2022 году в маршрутке, они часто созванивались. Человек не был с психическими расстройствами, в 2019 году приглашал ФИО1 на работу специалистом. Особенностей поведения у него не было, даже выпившим его не видел, ФИО1 был из тех военных, которые всегда были выглажены, чистые и опрятные. За время службы он никогда не хамил, не вел себя резко. О семье ФИО1 не делился и о сыне не рассказывал, также тему здоровья он не любил обсуждать, если болел, то в госпиталь не обращался, 

Свидетель Свидетель №1 (соседка) показала, что знала ФИО1 по-соседски, тот всегда подходил к ним, когда она с матерью занималась цветами возле дома. Показала, что ФИО1 был всегда общительным, корректным, по-военному строгим, всегда был одет по сезону, очень аккуратный и модный. Дочь ФИО5 она хорошо знала, отношения у них были отличные, она всегда была рядом с ним, они вместе ходили в госпиталь, даже просто гуляли, дочь уделяла ему много внимания. Показал, что ФИО1 никогда не жаловался, что ФИО3 его к чему-то принуждала. О сыне его узнала только из социальных сетей. В 2014 году никаких отклонений у ФИО1 не отмечала, он был контактным, «ровно оживленным», даже бывало, шутил. Никогда не говорил о болезнях, потому что вел себя по-мужски. 

Свидетель ФИО15 (сослуживец) показал, что со ФИО1 был знаком с 1981 году, постоянно поддерживали связь, он очень часто гулял, был всегда аккуратным и одетым по сезону, никаких психических отклонений у него не было. ФИО1 всегда был в рассудке. Отношения с дочерью ФИО3 у него были нормальные. О сыне ему было известно, но он его не видел, ни разу. В 2012 году ФИО1 сам делал ремонт, свидетель был у него в гостях. В 2014 году они также общались, при этом ФИО1 ничего не путал. Автомобиля у ФИО1 не было, он передвигался на общественном транспорте, никогда не терялся. В магазины он ходил самостоятельно, ориентировался в ценах. Относительно здоровья пояснял, что они вместе лечились, так как у них была онкология, которая была обнаружена у ФИО1 ближе к 2020 году. Никаких болевых симптомов у него не было, наркотические препараты он не принимал. Про завещание ему было известно со слов ФИО1 в 2014 году, он оставил все дочери. С сыном (ФИО1) тот не общался.

Свидетель ФИО16 (соседка) показала, что была знакома со ФИО1 с декабря 1984 года. Видела, как росли его дети, он уделял им много внимания. Чувствовал себя он хорошо, видела его 

<

дата>, когда он собирался идти в госпиталь с дочерью. ФИО1 всегда, много гулял, никаких психических отклонений у него не было, память у него была «отменная». Вторая жена сына не разрешала ФИО1 встречаться с внучкой Лизой. Об этом он сам ей рассказывал. ФИО1 обслуживал себя сам, дочь помогала ему, приходила готовила еду. 

Свидетель ФИО17 (соседка) показала, что ФИО1 был порядочным, внимательным, общительным. Дети были спокойными и воспитанными, но когда выросли, сына она, ни разу не видела. Показала, что ФИО1 был обижен на сына, всегда ждал его. Как то он рассказала, что видел сына на остановке, а тот отвернулся и ждал свой транспорт. ФИО1 был очень расстроен. Показала, что с 2008 года, когда она овдовела, ФИО1 всегда помогал ей. Никаких психических отклонений у него никогда не было, на здоровье он никогда не жаловался, отмечалось только давление (т.1 л.д. 203-213).

У суда нет оснований не доверять показаниям, допрошенным в ходе судебного разбирательства свидетелям, какой-либо заинтересованности их в исходе дела не установлено, пояснения даны свидетелями исходя из объективной оценки, происходивших на юридически значимый период, обстоятельств. 

В ходе судебного разбирательства, по ходатайству стороны истца, была допрошена ФИО18, которая суду показала, что ФИО1 - отец ее отчима ФИО2. ФИО4 нейтрально общался с сыном и с ними. Сестра ФИО5 настраивала ФИО4 против ФИО2. 

<

дата> произошел скандал, это было в день рождения сестры свидетеля, сначала было все нормально, но потом ФИО5 (ответчик) начала придираться к столу. ФИО5 была не довольна, что не присутствует дочь ФИО2 от первого брака. ФИО4 ничего не сказал, он поддержал ФИО5, отчитывал сына. ФИО2 на слова сестры и отца сказал, что сам разберется, что он взрослый. На дне рождении сестры ФИО4 был достаточно вспыльчивым, раздражительным, у него наблюдалась смена настояния, выходил из-за стола, чтобы принять таблетки. У него были проблемы со здоровьем. Достоверно свидетелю неизвестно, что ФИО5 настаивала ФИО4 против ФИО2, все это было косвенно, прослеживалось в разговоре. ФИО2 предпринимал попытки наладить контакт с отцом, на 23 февраля через социальную сеть «Одноклассники» отправили подарок, но ФИО4 подарок отклонил. Мать свидетеля (представитель истца по делу) предлагала отчиму наладить контакт с отцом. Однако отчим говорил, что они не знают настолько хорошо его сестру. ФИО4 свидетель видела в 2014 г. это было осенью в ТЦ «Гудок». Он был одет неряшливо, не по погоде, верхней одежды у него не было. Он был один, походка была старческая, при встрече он их не узнал. 

К пояснениям свидетеля ФИО18 суд относится критически, поскольку она является дочерью представителя истца, и падчерицей истца соответственно. Кроме того, умершего свидетель видела не часто, и не в юридически значимый период, то есть период предшествующий составлению завещания, что также обусловлено конфликтными отношениями в их семье. Последний временной промежуток между встречей семьи свидетеля и умершего составлял примерно 3 года. Мнение свидетеля относительно личностной характеристики завещателя, его поведения в быту и с окружающими, при семейной встрече, является ее субъективным восприятием и оценкой поведения завещателя в определенный период времени. А личное суждение свидетеля о том, что ответчица настраивала умершего против истца, опровергается иными собранными по делу доказательствами.

В ходе рассмотрения дела, по ходатайству представителей истца, судом была назначена посмертная судебно-психиатрическая экспертиза, производство которой было поручено ФГБУ «Национальный медицинский центр психиатрии и наркологии им.ФИО20».

Из заключения комплексной судебной психолого - психиатрической комиссии экспертов от 

<

дата>г. №/з следует, что согласно представленным материалам гражданского дела и медицинской документации, данных о наличии у ФИО1 какого-либо психического расстройства, в том числе и в юридически значимый период, не содержится. Поэтому, в юридически значимый период он мог понимать значение своих действий и руководить ими. 

При жизни ФИО1 обнаруживал достаточный интеллектуальный уровень, просоциальность личностных установок и ориентацию на традиционные морально-этические нормы, высокий самоконтроль и в целом самостоятельность в принятии решений при сдержанности и дифференцированности поведенческих проявлений. Психологический анализ материалов гражданского дела не выявляет данных, указывающих на то, что в период, относящийся к составлению оспариваемого завещания ФИО1 мог находиться под давлением третьих лиц.

Суд считает возможным положить в основу решения данное заключение комиссии экспертов, поскольку оно научно обоснованно, выводы экспертов ясны, конкретны, однозначны и непротиворечивы, согласуются с другими материалами дела, заключение экспертов содержит подробное описание проведенного исследования, в результате которого сделаны вышеприведенные выводы.

Оснований, вызывающих сомнений в правильности данной судебной экспертизы не имеется, экспертиза проведена комиссией экспертов ФГБУ "Национальный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии им. ФИО20", то есть государственной организацией, проводившие ее эксперты имеют необходимый стаж и опыт работы, а также квалификацию в данной области, предупреждены об уголовной ответственности, в распоряжение экспертов были предоставлены все медицинские документы о состоянии здоровья ФИО1, экспертами были учтены все имеющиеся у него заболевания и степень их влияния на способность понимать значение совершаемых действий, разумно руководить ими в юридически значимый период.

Допрошенные в судебном заседании эксперты, выводы заключения подтвердили в полном объеме, ответы на поставленные им вопросы сомнений не вызывают. Имевшиеся у умершего неврологические заболевания и принятие в связи с этим лекарственных средств не могли повлиять на сознание и волю умершего. 

Помимо заключения судебной экспертизы, доводы истца опровергаются представленными в материалы дела медицинскими документами, из которых следует, что с мая 1998 года ФИО1 обращался к врачам с различными соматическими жалобами на перебои в работе сердца, головокружения, слабость, головные боли, которые сохранялись в течение нескольких лет. Жалоб по поводу нарушений психического состояния не зафиксировано. 

<

дата> ФИО1 был осмотрен врачебной комиссией Самарского ПНД, которая дала заключение, что он ранее за психиатрической помощью не обращался и расстройств в сфере психической деятельности на момент осмотра не выявлено (т.1 л.д 171).

Оснований сомневаться в достоверности указанного заключения у суда не имеется, выдача указанного заключения подтверждена ответом ГБУЗ «Самарская областная клиническая психиатрическая больница» (т.2 л.д.25).

С начала 2015 года ФИО1 обращается к врачам с жалобами на боли в области сердца и сухость во рту, с августа 2018 он наблюдается у терапевта с жалобами на слабость, головные боли, головокружение, головные боли, сердцебиение, повышение артериального давления, при этом указаний на когнитивное снижение или нарушении эмоционально волевой сферы в медицинской документации не имеется. В 2019 году у ФИО1 обнаруживают рак простаты, однако согласно медицинским записям статусе по прежнему доминировали жалобы обусловленные сердечно-сосудистыми проблемами. В июне 2022 года соматическое состояние. В октябре 2022 года боли в области сердца участились и усилились, 

<

дата> они приобрели резкий, жгучий характер и ФИО1 был доставлен в стационар, в процессе транспортировки отмечалось «угнетение сознания до комы и к вечеру была зафиксирована его смерть, основная причина которой была определена «аденокарцинома тела желудка».

Кроме того, отсутствие у ФИО1 психического расстройства, которое могло бы повлиять на осознанность его действий подтверждено показаниями свидетелей ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, Свидетель №1, ФИО15, ФИО16, ФИО17, которые на протяжении длительного времени общались с ФИО1 Свидетели были предупреждены судом за дачу заведомо ложных показаний по ст. 307 - 308 ГПК РФ, пояснения свидетелей стороной ответчика не опровергнуты, в связи с чем оснований сомневаться в достоверности показаний указанных свидетелей не имеется.

Таким образом, оснований сомневаться, что ФИО1 не был способен понимать значение своих действий и руководить ими, находился под влиянием ответчика не имеется, в этой связи, доводы истца признаются судом необоснованными.

Основания для признания гражданина недостойным наследником и отстранения от наследования содержатся в статье 1117 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 1117 Гражданского кодекса Российской Федерации не наследуют ни по закону, ни по завещанию граждане, которые своими умышленными противоправными действиями, направленными против наследодателя, кого-либо из его наследников или против осуществления последней воли наследодателя, выраженной в завещании, способствовали либо пытались способствовать призванию их самих или других лиц к наследованию либо способствовали или пытались способствовать увеличению причитающейся им или другим лицам доли наследства, если эти обстоятельства подтверждены в судебном порядке.

Пунктом 2 статьи 1117 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что по требованию заинтересованного лица суд отстраняет от наследования по закону граждан, злостно уклонявшихся от выполнения лежавших на них в силу закона обязанностей по содержанию наследодателя.

Из разъяснений, содержащихся в подпункте "а" пункта 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 

<

дата> N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", следует, что при разрешении вопросов о признании гражданина недостойным наследником и об отстранении его от наследования надлежит иметь в виду, что указанные в абзаце первом пункта 1 статьи 1117 Гражданского кодекса Российской Федерации противоправные действия, направленные против наследодателя, кого-либо из его наследников или против осуществления последней воли наследодателя, выраженной в завещании, являются основанием к утрате права наследования при умышленном характере таких действий и независимо от мотивов и целей совершения (в том числе при их совершении на почве мести, ревности, из хулиганских побуждений и т.п.), а равно вне зависимости от наступления соответствующих последствий.

Противоправные действия, направленные против осуществления последней воли наследодателя, выраженной в завещании, вследствие совершения которых граждане утрачивают право наследования по указанному основанию, могут заключаться, например, в подделке завещания, его уничтожении или хищении, понуждении наследодателя к составлению или отмене завещания, понуждении наследников к отказу от наследства.

Наследник является недостойным согласно абзацу первому пункта 1 статьи 1117 Гражданского кодекса Российской Федерации при условии, что перечисленные в нем обстоятельства, являющиеся основанием для отстранения от наследования, подтверждены в судебном порядке - приговором суда по уголовному делу или решением суда по гражданскому делу (например, о признании недействительным завещания, совершенного под влиянием насилия или угрозы). 

При этом указанные действия могут быть подтверждены только процессуальными документами, в деле не представлено допустимых доказательств, свидетельствующих о том, что он совершил в отношении наследодателя умышленные действия, направленные на завладение наследственным имуществом противоправным способом, не имеется и доказательств того, что такие действия способствовали увеличению причитающейся ему доли наследства иным противоправным способом.

Обстоятельства совершения ФИО21 умышленных противоправных действий, направленных против наследодателя, кого-либо из его наследников или против осуществления последней воли наследодателя, выраженной в завещании, либо действий, способствовавших призванию его к наследованию или увеличению причитающейся ей доли наследства, в рамках настоящего дела не установлено, наоборот ФИО3 на протяжении длительного времени ухаживала за отцом, всегда была рядом с ним, заботилась и его состоянии здоровья, обеспечивала его своей заботой, что свидетельствует о ее добросовестном поведении в отношении наследодателя.

Суду не представлено иных доказательств, свидетельствующих о том, что ФИО3 является недостойным наследником.

Доводы истца о том, что ответчиком после смерти наследодателя были совершены операции по снятию денежных средств со счета умершего подлежат отклонению по следующим основаниям.

В ходе рассмотрения дела ответчик объяснила, что денежные средства с банковских вкладов отца она сняла для изготовления памятника.

Вместе с тем, сам факт получения денежных средств по вкладам до истечения срока для принятия наследства не свидетельствует о противоправности действий ответчика, поскольку ответчик при жизни ФИО1 являлась его доверенным лицом в ПАО "Сбербанк России".

Ссылки истца на иную судебную практику в обоснование своих доводов судом не принимаются во внимание, поскольку конкретные судебные решения не носят преюдициального характера при разрешении дел других лиц. Обстоятельства по каждому конкретному делу устанавливаются непосредственно при его рассмотрении, и решение принимается судом в соответствии с представленными доказательствами с учетом норм права, регулирующих спорные правоотношения.

Совокупностью исследованных в ходе рассмотрения дела доказательств подтверждено, что ФИО1 осознавал значение своих действий при составлении завещания от 

<

дата>, не был введен в заблуждение или обманут при составлении завещания, не принужден к его составлению.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что предусмотренных законом оснований для признания недействительным завещания ФИО1, также как и признания ответчика недостойным наследником не имеется.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО6 ФИО29 к ФИО6 ФИО28 о признании завещания недействительным, о признании недостойным наследником - отказать.

Решение может быть обжаловано в Самарский областной суд через Куйбышевский районный суд 

<

адрес> в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Г.В. Космынцева

Решение в окончательной форме изготовлено 

<

дата>.