Дело № 33-1165/2026 (№ 33-17512/2025)

(№ 2-3521/2025)

УИД 66RS0006-01-2025-002370-89

Мотивированное 

апелляционное определение

 изготовлено 02.02.2026

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Екатеринбург 29.01.2026

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе: председательствующего Подгорной С.Ю., судей Кочневой В.В., Селивановой О.А., при ведении протокола помощником судьи Базловой Ю.А., рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело

по иску ФИО1 к ФИО2, акционерному обществу «Почта Банк», обществу с ограниченной ответственностью Микрофинансовая компания «Мани Мен», акционерному обществу «Банк Русский Стандарт», Банку ВТБ (ПАО) о признании действий незаконными, возложении обязанности, компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе истца на решение Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга от 24.09.2025.

Заслушав доклад судьи Кочневой В.В., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась в суд с вышеуказанным иском, в обоснование которого указала, что с октября 2024 года и до настоящего времени на принадлежащий ей номер телефона регулярно поступают звонки от банковских и микрофинансовых организаций по оставленным заявкам на получение кредита или микрозайма, от коллекторских и иных организаций с требованиями о погашении существующей задолженности по кредитному договору. Никаких заявок на получение кредита или микрозайма истец не оформляла, принадлежащий ей номер телефона не указывала. Истец не имеет задолженности по кредитам перед банками, микрофинансовыми организациями и коллекторскими агентствами. Звонки поступали от АО «Банк Русский Стандарт», ООО «Мани Мен», АО «Почта Банк», Банк ВТБ (ПАО), от других неизвестных коллекторских организаций и микрофинансовых организаций. Номер телефона истца банкам, микрофинансовым и коллекторским организациям сообщает ФИО2 при оформлении кредитов и микрозаймов. Истец согласия на разглашение, передачу ее персональных данных не давала. Передача и использование ее персональных данных, а именно принадлежащего ей номера телефона осуществляются незаконно.

С учетом изложенного, истец просила суд признать незаконными действия ФИО2 по передаче ее персональных данных банкам, микрофинансовым организациям, коллекторским агентствам, обязать ответчиков прекратить незаконное использование персональных данных истца, взыскать с ФИО2 в пользу истца компенсацию морального вреда за незаконную передачу персональных данных в размере 50000 руб. взыскать с АО «Почта Банк», ООО МФК «Мани Мен», АО «Банк Русский Стандарт», Банк ВТБ (ПАО) компенсацию морального вреда за незаконное использование персональных данных в размере 25000 руб. с каждого.

Определением Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга от 05.08.2025 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Управление Роспотребнадзора по Свердловской области в Орджоникидзевском, Железнодорожном районах города Екатеринбурга, городе Березовский, городе Верхняя Пышма.

В судебном заседании истец, ее представитель исковые требования поддержали в полном объеме. Истец указала, что начиная с осени 2024 года на ее телефон поступают звонки от кредитных и коллекторских организаций о том, что у нее имеется кредитная задолженность. Ее аккаунт на Госуслугах взломали, пытались оформить кредит, в связи с чем она обращалась в полицию, МФЦ. Позже стало известно, что ФИО2 при оформлении займов указывал ее номер телефона. Истец состояла в отношениях с ФИО2 около года, с 2023 по 2024 год. ФИО2 пояснил ей, что оформлял займы на себя. Указанная ситуация приносит истцу нравственные и моральные страдания, от постоянных звонков она находится в стрессе. Наименования банков и микрофинансовой организации истец определила по номерам телефонов, которые имеются в открытых источниках в сети Интернет.

В судебном заседании представитель ответчика АО «Банк Русский Стандарт» указала, что возражает против исковых требований. Договорные отношения между Банком и истцом отсутствуют, в связи с чем ее персональные данные Банком не обрабатываются и не используются. ФИО2 ранее являлся клиентом Банка, договорные отношения с ним прекращены в 2015 году, номер телефона истца ФИО2 не сообщал Банку. Доказательств использования Банком персональных данных истца не представлено.

Представитель ответчика Банк ВТБ (ПАО) в судебное заседание не явился, направил в суд письменный отзыв, в котором просил рассмотреть дело в свое отсутствие, в удовлетворении иска отказать, поскольку 20.04.2022 ФИО1 подано заявление о предоставлении комплексного обслуживания в Банке. 28.02.2023 истцом подписана единая форма согласия, в которой она предоставляет Банку согласие на обработку персональных данных на условиях, в объеме и в целях, указанных в Правилах обработки персональных данных. Указанное согласие действует с момента подписания настоящего согласия и до истечения 15 лет со дня расторжения всех договоров с Банком. Таким образом, Банк обрабатывает персональные данные истца на основании данного истцом согласия, каких-либо звонков Банк в адрес истца не осуществлял.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, просил рассмотреть дело в свое отсутствие.

Представители ответчиков АО «Почта Банк», ООО МФК «Мани Мен» в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом.

Представитель Управления Роспотребнадзора в судебное заседание не явился, о рассмотрении дела извещен надлежащим образом.

Руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд рассмотрел дело в отсутствие неявившихся лиц.

Решением Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга от 24.09.2025 в удовлетворении исковых требований ФИО3 отказано. (л.д. 89-94).

В апелляционной жалобе истец просит решение отменить, принять по делу новое решение об удовлетворении требований, указывая в обоснование доводов жалобы на то, что суд переложил бремя доказывания на истца, указав, что истцом не представлено доказательств использования ответчиками ее персональных данных. Вместе с тем истцом была представлена детализация телефонных звонков, где указаны номера телефонов, с которых поступали звонки, а также скриншоты переписки с ФИО2, подтверждающие передачу им персональных данных истца третьим лицам. Указывает, что именно ответчики (банки и микрофинансовые организации) должны были доказать наличие у них законных оснований для обработки персональных данных истца. Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда РФ № 45-КГ18-32 от 05.03.2019, сам факт поступления звонков на номер телефона субъекта персональных данных от организаций, с которыми он не состоит в договорных отношениях, свидетельствует об использовании его персональных данных. В отношении Банка ВТБ (ПАО) звонки стали поступать с октября 2024, то есть гораздо позже, чем истцом была подписана единая форма согласия на обработку персональных данных 28.03.2023. При этом кредитные договоры с данным банком истец не заключала, тогда как, звонки носили характер требований о погашении задолженности, которая у истца отсутствует. Суд не установил и не проверил, каким образом Банк ВТБ (ПАО) получил номер телефона истца для осуществления звонков, если истец не являлась клиентом банка и не обращалась за получением кредита (л.д. 125-126).

В возражениях на апелляционную жалобу ответчик АО «Банк Русский Стандарт» просит оставить решение суда без изменения, апелляционную жалобу истца без удовлетворения (т. 2, л.д. 155).

В отзыве на апелляционную жалобу Банк ВТБ (ПАО) просил оставить решение суда без изменения, апелляционную жалобу истца без удовлетворения.

Лица, участвующие в деле в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, о рассмотрении дела извещены надлежащим образом.

Кроме того, информация о времени и месте рассмотрения дела заблаговременно размещена на официальном сайте Свердловского областного суда. С учетом изложенного, и поскольку участие в судебном заседании является правом, а не обязанностью лиц, участвующих в деле, но каждому гарантируется право на рассмотрение дела в разумные сроки, руководствуясь ст. ст. 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело при установленной явке.

Изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность судебного решения в пределах доводов апелляционной жалобы в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

Обращаясь в суд с настоящим иском, ФИО1 указывала на то, что на принадлежащий ей номер телефона, начиная с осени 2024 года регулярно поступают звонки от кредитных, коллекторский и микрофинансовых организаций с требованием о погашении задолженности по кредитным договорам, которые она не заключала. ФИО1 указывает на то, что ее номер телефона был предоставлен указанным организациям ее знакомым ФИО2 при заключении кредитных договоров от своего имени.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что 28.03.2023 ФИО1 в Банке ВТБ (ПАО) подписана единая форма согласия, в соответствии с которой ФИО1 предоставляет Банку ВТБ (ПАО) согласие на обработку ее персональных данных на условиях, в объеме и в целях, указанных в Правилах обработки персональных данных. Единая форма согласия подписана простой электронной подписью истца, что подтверждается протоколом операции цифрового подписания. Подписывая единую форму согласия, истец дала согласие на обработку Банком персональных данных.

Доказательств осуществления Банком ВТБ (ПАО) звонков ФИО1, в материалы дела не представлено.

АО «Банк Русский Стандарт» не осуществляет обработку персональных данных ФИО1, истец не является клиентом Банка, договорных отношений с Банком не имеется, персональные данные истца Банку не передавались. Как следует из представленных Банком документов, ФИО2 являлся клиентом банка, договорные отношения прекращены до 2015 года, телефонные коммуникации с ФИО2 осуществлялись Банком по иным номерам и не позднее 2007 года.

К доводам истца, ссылающейся на скриншоты переписки с ФИО2 суд отнесся критически, указав на то, что такая переписка не подтверждает факт передачи персональных данных истца в адрес кредитных и микрофинансовой организации, поскольку каких-либо доказательств в подтверждение таких доводов в материалы дела не представлено, равно как и не представлено доказательств использования персональных данных истца со стороны ответчиков АО «Почта Банк», ООО МФК «Мани Мен», а также доказательств, подтверждающих принадлежность указанных истцом в иске номеров телефонов ответчикам, которые она определила исходя из открытых данных в сети Интернет, суду также не представлено.

Разрешая спор, оценив представленные по делу доказательства в соответствии со ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь ст.ст. 17, 23, 24, 55 Конституции Российской Федерации, ст.ст. 1, 2, 3, 6, 7, 9, 17, 18, 24 Федерального закона 27.07.2006 № 152-ФЗ «О персональных данных», ст.ст. 12, 56, 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, с учетом установленных по делу обстоятельств, суд не усмотрел правовых оснований для удовлетворения требований истца.

Вопреки доводам апелляционной жалобы истца судебная коллегия с такими выводами суда соглашается, поскольку судом правильно установлены юридически значимые по делу обстоятельства, выводы суда соответствуют требованиям законодательства и фактическим обстоятельствам дела. Нормы материального и процессуального права применены судом верно.

Гарантируемое ч. 1 ст. 23 Конституции Российской Федерации право на неприкосновенность частной жизни распространяется на ту сферу жизни, которая относится к отдельному лицу, касается только этого лица и охватывает охрану тайны всех тех сторон личной жизни лица, оглашение которых лицо по тем или иным причинам считает нежелательным.

Право на неприкосновенность частной жизни означает предоставленную человеку и гарантированную государством возможность контролировать информацию о самом себе, препятствовать разглашению сведений личного характера.

Отношения, связанные с обработкой персональных данных, осуществляемой федеральными органами государственной власти, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, иными государственными органами, органами местного самоуправления, иными муниципальными органами, юридическими лицами и физическими лицами с использованием средств автоматизации, в том числе в информационно-телекоммуникационных сетях, или без использования таких средств, если обработка персональных данных без использования таких средств соответствует характеру действий (операций), совершаемых с персональными данными с использованием средств автоматизации, то есть позволяет осуществлять в соответствии с заданным алгоритмом поиск персональных данных, зафиксированных на материальном носителе и содержащихся в картотеках или иных систематизированных собраниях персональных данных, и (или) доступ к таким персональным данным, регулируются Федеральным законом от 27.07.2006 № 152-ФЗ «О персональных данных» (далее - Закон о персональных данных).

Согласно ст. 2 Закона о персональных данных целью настоящего Федерального закона является обеспечение защиты прав и свобод человека и гражданина при обработке его персональных данных, в том числе защиты прав на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну.

На основании п. 1 ст. 3 Закона о персональных данных под персональными данными понимается любая информация, относящаяся к прямо или косвенно определенному или определяемому физическому лицу (субъекту персональных данных).

Согласно п. 1 ст. 19 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин приобретает и осуществляет права и обязанности под своим именем, включающим фамилию и собственно имя, а также отчество, если иное не вытекает из закона или национального обычая.

Таким образом, по смыслу указанных положений закона к персональным данным лица следует относить прежде всего, его фамилию, имя, отчество, год, месяц, дату и место рождения, адрес, семейное, социальное, имущественное положение, образование, профессию, доходы, а также другую информацию, при которой возможно идентифицировать конкретное лицо.

Согласно п. 3 ст. 3 Закона о персональных данных обработка персональных данных представляет собой любое действие (операцию) или совокупность действий (операций), совершаемых с использованием средств автоматизации или без использования таких средств с персональными данными, включая сбор, запись, систематизацию, накопление, хранение, уточнение (обновление, изменение), извлечение, использование, передачу (распространение, предоставление, доступ), обезличивание, блокирование, удаление, уничтожение персональных данных.

Проанализировав приведенные правовые нормы применительно к установленным судом обстоятельствам дела, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд пришел к правомерному выводу о том, что каких-либо доказательств в подтверждение доводов истца о незаконном использовании банками и микрокредитной организацией ее персональных данных в материалы дела не представлено, равно как и доказательств, подтверждающих принадлежность указанных истцом в иске номеров телефонов ответчикам, которые она определила исходя из открытых данных в сети Интернет.

Довод апелляционной жалобы истца о том, что ответчик ФИО2 при заключении договоров указывал ее номер телефона, в подтверждение чего ею в материалы дела представлены скриншоты их переписки, обоснованно отклонен судом, поскольку такая переписка не подтверждает факт передачи им персональных данных истца в адрес кредитных и микрофинансовой организации, при том, что в отсутствие у кредитных организаций сведений о его владельце, даже если такой номер телефона и передавался ответчиком, не позволяет соотнести его с определенным лицом и не является персональными данными. Кроме того, истец не оспаривала, что в период с 2023-2024 года состояла в отношениях с ФИО2

Ссылка в апелляционной жалобе истца на судебную практику Верховного Суда РФ не свидетельствует о незаконности обжалуемого решения суда первой инстанции, поскольку судебные акты вынесены в отношении иных лиц в связи с иными конкретными обстоятельствами, не являющимися аналогичными.

Относительно довода апелляционной жалобы истца о том, что суд не установил и не проверил, каким образом Банк ВТБ (ПАО) получил номер телефона истца, в материалы дела Банком ВТБ (ПАО) представлено заявление ФИО1 на предоставление комплексного обслуживания в Банке ВТБ (ПАО), в котором самой ФИО1 представлены персональные данные, в том числе и номер телефона (л.д. 41). В отзыве на иск Банк ВТБ (ПАО) указал также на то, что 28.02.2023 ФИО1 подписана единая форма согласия, в соответствии с п. 1 которого ФИО1 предоставила Банку согласие на обработку ее персональных данных на условиях, в объеме и в целях, указанных в Правилах обработки персональных данных, являющихся неотъемлемой частью настоящего документа (л.д. 39). Доводы о незаконной обработке Банком персональных данных истца своего подтверждения в ходе рассмотрения дела не нашли своего подтверждения.

Иных доказательств, подтверждающих доводы истца о незаконном использовании ее персональных данных, в том числе поступлении в ее адрес звонков от кредитных организаций и микрокредитной организации в нарушение ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истцом в материалы дела не представлено.

Согласно ч. 2 ст. 24 Закона о персональных данных моральный вред, причиненный субъекту персональных данных вследствие нарушения его прав, нарушения правил обработки персональных данных, установленных настоящим Федеральным законом, а также требований к защите персональных данных, установленных в соответствии с настоящим Федеральным законом, подлежит возмещению в соответствии с законодательством Российской Федерации. Возмещение морального вреда осуществляется независимо от возмещения имущественного вреда и понесенных субъектом персональных данных убытков.

В силу статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При этом, суд должен устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя.

Поскольку нарушение ответчиками требований Закона о персональных данных в отношении истца в рамках судебного разбирательства судом установлено не было, доказательств претерпевания истцом физических или нравственных страданий материалы дела не содержат, суд обоснованно не усмотрел правовых оснований для взыскания с ответчиков в пользу истца компенсации морального вреда.

Иных доводов, способных повлиять на содержание постановленного судом решения апелляционная жалоба истца не содержит.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с ч. 4 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, безусловным основанием для отмены решения суда первой инстанции, судом не допущено.

Руководствуясь ст. 327.1, п. 1 ст. 328, ст. 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга от 24.09.2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу истца – без удовлетворения.

Председательствующий Подгорная С.Ю.

Судьи Кочнева В.В.

Селиванова О.А.