Дело № 2-2236/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Белгород 27 сентября 2018 года

Белгородский районный суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи Лукьяновой Л.Н.

при секретаре Коротких М.С.

с участием прокурора Заздравных И.Э., истца ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФИО1 к ООО «ШУ СТУДИО» о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании задолженности по заработной плате, за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 с 21 марта 2011 года по 05 ноября 2017 года работала в ООО «ШУ СТУДИО» в филиале г. Белгорода в должности продавца, последняя замещаемая должность – старший продавец. Приказом от 20 октября 2017г. № 178-у уволена по пункту 1 части 1 статьи 81 Трудового кодекса РФ (в связи с ликвидацией организации).

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 10 сентября 2018 года ООО «ШУ СТУДИО» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство сроком на 6 месяцев. Функции конкурсного управляющего возложены на ФИО2

ФИО1 обратилась в суд с иском, в котором, ссылаясь на незаконность увольнения, поскольку на момент увольнения была беременной, уточнив и увеличив требования в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса РФ просила признать увольнение незаконным; восстановить ее с 05 ноября 2017г. в должности старшего продавца салона обуви «CHESTER» ООО «ШУ СТУДИО», расположенного по адресу: 

<

...> –летия Белгородской области, д. 2; взыскать с ООО «ШУ СТУДИО» задолженность по заработной плате (за март, апрель, май 2017 года), по отпускным, штраф за просрочку в общей сумме 51 447,63 руб.; компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб., штраф за отказ от добровольного урегулирования заявленных требований в досудебном порядке, заработную плату за время вынужденного прогула с 05 марта 2018 года по день принятия судом решения, исходя из среднего заработка в размере 21 508,65 руб. (т.1 л.д. 4-9, т.2 л.д.70-74,162, т.3 л.д.93).

В судебном заседании истец ФИО1 заявленные требования поддержала по основаниям, изложенным в иске.

Ответчик ООО «ШУ СТУДИО», третье лицо – конкурсный управляющий ООО «ШУ СТУДИО» ФИО2, извещенные о судебном разбирательстве дела судебными извещениями, направленными посредством электронной почты, не явились. Ходатайств и заявлений об отложении слушания дела, документов, подтверждающих уважительность причин своей неявки, в суд не представили. На основании пункта 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса РФ суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие ответчика и 3 лица.

Заслушав истца, заключение прокурора, считавшего иск не подлежащим удовлетворению, и исследовав обстоятельства дела по представленным сторонами доказательствам, суд приходит к следующему.

Исходя из положений части 2 статьи 57 Трудового кодекса Российской Федерации в случае, когда работник принимается для работы в филиале, представительстве или ином обособленном структурном подразделении организации, расположенном в другой местности, обязательным для включения в трудовой договор является условие о месте работы с указанием обособленного структурного подразделения и его местонахождения.

Пункт 1 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации предусматривает, что трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае ликвидации организации, т.е. в случае прекращения его деятельности без перехода прав и обязанностей в порядке правопреемства к другим лицам (ст. 61 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу части 4 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации в случае прекращения деятельности филиала, представительства или иного обособленного структурного подразделения организации, расположенного в другой местности, расторжение трудовых договоров с работниками этого подразделения производится по правилам, предусмотренным для случаев ликвидации организации.

В соответствии с Конвенцией Международной организации труда N 183 "О пересмотре Конвенции (пересмотренной) 1952 года об охране материнства" (заключена в г. Женеве 15 июня 2000 г.) защита беременности, в том числе путем установления гарантий для беременных женщин в сфере труда, является общей обязанностью правительств и общества.

В Трудовом кодексе Российской Федерации содержатся нормы, закрепляющие для беременных женщин повышенные гарантии по сравнению с другими его нормами, регламентирующими расторжение трудового договора. Так, в соответствии с частью первой ст. 261 Трудового кодекса Российской Федерации запрещается расторжение трудового договора по инициативе работодателя с беременными женщинами, за исключением случаев ликвидации организации либо прекращения деятельности индивидуальным предпринимателем.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 января 2014 года N 1 "О применении законодательства, регулирующего труд женщин, лиц с семейными обязанностями и несовершеннолетних" в соответствии с частью первой статьи 261 Трудового кодекса Российской Федерации запрещается расторжение трудового договора по инициативе работодателя с беременными женщинами, за исключением случаев ликвидации организации либо прекращения деятельности индивидуальным предпринимателем.

Следует иметь в виду, что в случае прекращения деятельности филиала, представительства или иного обособленного структурного подразделения организации, расположенного в другой местности, расторжение трудового договора с беременной женщиной этого подразделения производится по правилам, предусмотренным для случаев ликвидации организации (часть четвертая статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации), если иное не предусмотрено коллективным договором, соглашением.

Судом установлено, что решением учредителя ООО «ШУ СТУДИО» от 27 апреля 2005г. создан филиал ООО «ШУ СТУДИО» в г. Белгороде и утверждено Положение о филиале в г. Белгороде (т.3 л.д.10, 11-12).

В соответствии с пунктами 1.1.,1.3, 7.1 и 7.2 названного Положения филиал ООО «ШУ СТУДИО» в г. Белгороде является обособленным структурным подразделением общества, и его место нахождение: 

<

...>. Прекращение деятельности филиала может осуществляться в виде его ликвидации, которая производится на основании решения учредителя общества (т.3 л.л.11-12).

(дата обезличена)г. истица была принята на работу в филиал ООО «ШУ СТУДИО» в г. Белгороде на должность продавца, последняя замещаемая ею должность – старший продавец, что подтверждено приказом о приеме на работу №25-пр от 18.03.2011г., трудовым договором и соглашениями к нему, трудовой книжкой (т.1 л.д.11-14, 15-16,21,22,23 т.2 л.д.84, т.3 л.д.7,91).

Решением учредителя ООО «ШУ СТУДИО» от 03 августа 2017 года принято с 01 октября 2017 года ликвидировать филиал, расположенный по адресу: 

<

...> (т.1 л.д.36).

Ответчик, как требуют того положения части 2 ст. 180 Трудового кодекса Российской Федерации, уведомил истца под роспись о предстоящем расторжении трудового договора за два месяца до увольнения - 05 сентября 2018 года (т.1 л.д.37), что не отрицалось истцом в судебном заседании.

Приказом № 179-у от 20.10.2017г. ФИО1 уволена с 05 ноября 2018г. по пункту 1 части 1 статьи 81 Трудового кодекса РФ (в связи с ликвидацией организации) (т.3 л.д.8).

Листками нетрудоспособности и медицинской справкой от 12 сентября 2017г. (т.1 л.д. 24-35) подтверждается, что истица на момент увольнения (05.11.2017г.) была беременна.

Согласно уведомления ИФНС по г. Белгороду Белгородской области и информации представленной данным налоговым органом филиал ООО «ШУ СТУДИО» 01 октября 2017 года снят с налогового учета по месту нахождения обособленного подразделения – филиала по адресу: 

<

...> на основании сведений, поступивших в ИФНС России № 10 по г. Москве (т.2 л.д.23, т. 3 л.д.83).

Таким образом, на момент увольнения истицы (05 ноября 2017г.) ликвидация филиала ООО «ШУ СТУДИО» в г. Белгороде была завершена.

По этим причинам доводы истца о том, что филиал ООО «ШУ СТУДИО» на момент ее увольнения не был ликвидирован несостоятелен.

В связи с прекращением деятельности филиала, у ответчика имелись основания для увольнения истицы по пункту 1 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, порядок увольнения отвечтиком был соблюден, истица уволена по истечении установленного законом срока предупреждения о предстоящем увольнении.

При таких обстоятельствах, в силу вышеприведенных положений трудового законодательства оснований для признания увольнения истицы незаконным, а, равно как и оснований для удовлетворения таких требований и требований о восстановлении на работе, не имеется. 

И как следствие этому не подлежат удовлетворению требования истца о взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, так как данные требования являются производными от требований о признании увольнения незаконным и восстановлении на работе.

Довод истца о том, что ООО «КЛ ГРУПП» является правопреемником филиала ООО «ШУ СТУДИО», поскольку руководителем ООО «ШУ СТУДИО» и учредителем ООО «КЛ ГРУПП» является одно и тоже лицо, не нашел своего подтверждения в судебном заседании. 

Согласно представленным истцом выписок из ЕГРЮЛ (т.т.2 л.д.34-39, 40-56) основной государственный регистрационный номер юридического лица (ОГРН) ООО «КЛ ГРУПП», который присваивается при его создании и после записи о нем в ЕГРЮЛ, не идентичен ОГРН ООО «ШУ СТИДО». При этом ООО «ШУ СТУДИО» зарегистрирован в качестве юридического лица 07.09.2004 года, а ООО «КЛ ГРУПП» - 31 января 2017 года. 

Как следует из договора аренды от 01.08.2016г. и соглашения к нему от 24.07.2017г., актов приема - передачи (т.3 л.д.14-15,16,17,18) ООО «ШУ СТУДИО» приняло в аренду сроком до 30 сентября 2017 года нежилое помещение, расположенное по адресу: 

<

...>

30 сентября 2017 года по истечении срока действия договора аренды арендатор ООО «ШУ СТУДИО» передал (вернул) указанное помещение арендодателю.

Доказательств, свидетельствующих о реорганизации как ООО «ШУ СТУДИО», так и его филиала материалы дела не содержат.

При таких обстоятельствах оснований считать, что ООО «КЛ ГРУПП» является правопреемником филиала ООО «ШУ СТУДИО», как утверждает истец, не имеется.

Что касается требований о взыскании задолженности по заработной плате за март, апрель и май 2017 года, по премии, отпускным, выплатам при увольнении и штрафа, то данные требования не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В обоснование заявленных требований истец ссылается на то, что работодателем премия за март, апрель и май 2017 года была выплачена не в полном объеме, поскольку ранее получаемый ею размер премии был намного выше, в связи с чем, по ее мнению, отпускные и выплаты при увольнении также были выплачены не в полном объеме.

На основании положений статей 22 и 56 Трудового кодекса РФ работодатель обязан в полном размере выплачивать причитающуюся работнику заработную плату в сроки, установленные данным Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовым договором.

Заработная плата работнику, в силу части 1 статьи 135 Трудового кодекса РФ, устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, согласно части 2 статьи 135 Трудового кодекса РФ, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

В соответствии со статьей 191 Трудового кодекса РФ работодатель поощряет работников, добросовестно исполняющих трудовые обязанности (объявляет благодарность, выдает премию, награждает ценным подарком, почетной грамотой, представляет к званию лучшего по профессии). Другие виды поощрений работников за труд определяются коллективным договором или правилами внутреннего трудового распорядка, а также уставами и положениями о дисциплине.

В силу статьи 57 Трудового кодекса РФ в трудовом договоре указываются условия оплаты труда (в том числе размер тарифной ставки или оклада (должностного оклада) работника, доплаты, надбавки и поощрительные выплаты).

При этом заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты) (статья 129 Трудового кодекса РФ).

Пунктом 8.1 трудового договора и соглашения к нему от 29.07.2016г. (т.1 л.д.11-14,23) предусмотрено, что за выполнение обязанностей, предусмотренных настоящим трудовым договором, работнику устанавливается должностной оклад в размере 9 500 руб. в месяц.

Также может быть выплачена премия в соответствии с Положением о премировании в размере, установленном приказом генерального директора по результатам работы.

Указанным пунктом договора установлено, что заработная плата выплачивается путем перечисления на банковскую карту не позднее 12 числа текущего месяца, аванс выплачивается не позднее 27 числа текущего месяца, размер аванса учитывает фактически отработанное время.

Положением о премировании работников ООО «ШУ СТУДИО» предусмотрено, что премирование работников является экономическим методом материального стимулирования каждого работника в решении уставных задач ООО «ШУ СТУДИО». Премии выплачиваются работникам по результатам финансово-хозяйственной деятельности предприятия (пункты 2.1 и 2.3) ( т.3 л.д.9).

Пунктом 2.4 Положения предусмотрено, что размер сумм, выделяемых для премирования работников, персональный состав работников, и размер премии каждого премируемого работника определяются приказом генерального директора ООО «ШУ СТУДИО»

Таким образом, премия является дополнительной стимулирующей выплатой, начисление которой работнику является правом, а не обязанностью работодателя, поскольку премии начислялись исключительно по инициативе, решению и в размере, установленном работодателем, и напрямую зависит от степени выполнения установленных количественных и качественных показателей работы в отчетном периоде, финансового состояния предприятия и прочих факторов, оказывающих влияние на сам факт и размер премирования. 

При разрешении данного спора суд исходит из того, что стимулирующие выплаты устанавливаются при достижении работником и всей организацией в целом определенных показателей и не могут носить привычный и систематический характер наравне с постоянно установленной заработной платой (окладом, тарифами).

В отличие от компенсационных выплат доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты не связаны с оплатой труда в каких-либо особых условиях и не ограничены законодательно минимальным или максимальным размером. В этой связи определение условий, порядка выплаты стимулирующих начислений, а также их размера - прерогатива работодателя.

При этом уменьшение размера или полное лишение работника стимулирующих выплат в связи с ухудшением показателей в работе или нарушениями трудовой дисциплины отдельного работника не может расцениваться как дискриминация при оплате труда, снижение уровня государственных гарантий, а является лишь следствием ненадлежащего выполнения работником своих трудовых обязанностей, в результате чего у него не возникает право на поощрительное вознаграждение, установленное за добросовестное исполнение служебных обязанностей.

В связи с этим, довод истца со ссылками на расчетные листки по заработной плате за январь и февраль 2017г. (т.1 л.д.75,76) о том, что размер премии за спорный период уменьшился по сравнению с прошлыми месяцами, несостоятелен.

Представленными стороной ответчиком расчетными листками, реестрами денежных средств (т.2 л.д. 27, т. 3 л.д. 19-21, 22-81) подтверждается перечисление работодателем ежемесячно заработной платы и премиальных выплат за март, апрель и май 2017 года на карточку истца, а также выплата истцу денежных средств в размере 193 791 руб. при увольнении, что не оспаривалось в судебном заседании истцом.

Приказов работодателя о начислении истцу за спорный период премии в большем размере, чем начислено и выплачено, материалы дела не содержат.

С учетом изложенного и в виду доказательств обратного, суд приходит к выводу об отсутствии у ответчика перед истцом задолженности по выплате заработной платы, премиальных выплат за март, апрель и май 2017г., отпускным и по выплатам при увольнении истца. В связи с чем оснований для удовлетворения исковых требований в данной части не имеется.

И как следствие этому не подлежат удовлетворению требования истца о взыскании компенсации (истцом поименована как штраф), за просрочку выплат заработной платы в соответствии со ст. 236 Трудового кодекса РФ.

Поскольку со стороны ответчика факт нарушения трудовых прав истца не нашел своего подтверждения в судебном заседании, следовательно и оснований для удовлетворения требований о взыскании компенсации морального вреда не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил

в удовлетворении иска ФИО1 к ООО «ШУ СТУДИО» о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании задолженности по заработной плате, за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Белгородского областного суда в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Белгородский районный суд.

Судья Л.Н.Лукьянова

Мотивированный текст решения изготовлен 08 октября 2018 года.