Дело № 2-100/2020

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Анадырь 3 сентября 2020 года

Анадырский городской суд Чукотского автономного округа в составе председательствующего судьи Гребенщикова Е.В..,

при секретаре Веселовская А.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 К,В. к Управлению социальной политики Администрации Анадырского муниципального района о взыскании незаконно удержанной части заработной платы в качестве материальной помощи, процентов за просрочку выплаты заработной платы, компенсации морального вреда,

установил:

ФИО2 обратилась в суд с иском к Управлению социальной политики Администрации Анадырского муниципального района о взыскании незаконно удержанной части заработной платы в качестве материальной помощи в размере 18 197 рублей 73 копейки, процентов за просрочку выплаты заработной платы в размере 822 рубля 73 копейки, компенсации морального вреда в размере 50 000 рублей. В обоснование иска указала, что с 19 марта 2018 года по 1 августа 2019 года она состояла в трудовых отношениях с Управлением социальной политики Администрации Анадырского муниципального района (далее - Управление) на основании трудового договора от 19 марта 2018 года № 214. За время прохождения муниципальной службы ФИО2 предоставлялся ежегодный оплачиваемый отпуск в период с 13 мая 2019 года по 11 июля 2019 года. При уходе в отпуск истцу выплачены единовременная выплата и материальная помощь, которые составили 51 000 рублей и 50 202 рубля соответственно. Служебные отношения между сторонами по делу прекращены 1 августа 2019 года. При окончательном расчёте ответчиком произведён перерасчет материальной помощи и выплаченных ранее сумм при предоставления ежегодного оплачиваемого отпуска, в связи с чем удержана сумма в размере 36 684 рубля 73 копейки. Данная сумма удержана из её денежного содержания незаконно. 2 августа 2019 года она с целью подтверждения своих предположений о нарушении её прав обратилась в Государственную инспекцию труда в Чукотском автономном округе (обращение за № 87/7-298-19-ОБ), по результатам проверки, проведённой последней, ответчиком произведён возврат части ранее удержанных сумм в размере 18 487 рублей со ссылкой на допущенную счётную ошибку. При этом удержанная её заработная плата в размере 18 197 рублей 73 копейки не была возвращена. В обоснование законности удержаний ответчик необоснованно ссылается на Положение о размере и условиях выплаты денежного содержания, оклада за классный чин, особые условия муниципальной службы, премий за выполнение особо важных и сложных заданий, ежемесячного денежного поощрения, единовременной выплаты при предоставлении ежегодного оплачиваемого отпуска, оказания материальной помощи и иных выплат муниципальным служащим Анадырского муниципального района, утверждённое решением Совета депутатов Анадырского муниципального района от № 176 от 14 марта 2019 года, которое не может применяться к настоящим правоотношениям. Ответчиком при удержании денежных средств из её заработной платы в размере 18 197 рублей 73 копейки не учтены нормы трудового законодательства, устанавливающие основания и порядок удержаний из заработной платы. В связи с изложенным указывает, что действия ответчика о взыскании ранее выплаченных сумм материальной помощи в размере 18 197, 73 рублей, полученных в качестве заработной платы, являются незаконными. Кроме того, неисполнение обязательств по возврату денежных средств является основанием для взыскания процентов за период с 1 августа по 5 ноября 2019 года в размере 822,24 рубля. Действия ответчика причинили ей моральный вред, выразившийся в стрессе, сильных переживаниях из-за несправедливости, необходимости обращаться за консультацией к юристам, ухудшение материального положения, компенсацию которого она оценивает в 50 000 рублей. С учётом изложенного, просила удовлетворить её требования (л.д. 1-5).

В возражениях на иск ответчик Управление просил отказать в его удовлетворении, ссылаясь на законность удержания у истца денежных средств в размере 18 197,73 копейки в связи с перерасчётом ранее выплаченной материальной помощи исходя из пропорционального числа полных отработанных месяцев в рабочем году (л.д. 49-50).

Протокольным определение от 13 марта 2020 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика, привлечено Муниципальное казенное учреждение Анадырского муниципального района "Межотраслевая централизованная бухгалтерия учреждений социальной сферы Анадырского муниципального района".

В заявлении, поступившем в суд 9 июня 2020 года, ФИО2, увеличив размер исковых требований, просила суд: взыскать с Управления в её пользу удержанную часть заработной платы в качестве материальной помощи в размере 18 197,73 рублей; проценты за просрочку выплаты заработной платы с даты увольнения в размере 2 424,24 рубля ( произведя расчёт процентов за период с 1 августа 2019 года по 9 июня 2020 года), с 10 июня 2020 года производить взыскание процентов за просрочку выплаты заработной платы до момента фактического исполнения обязательства; взыскать с Управления в её пользу компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей.

Протокольным определением от 30 июня 2020 года данное заявление ФИО2, поданное в порядке ст. 39 ГПК РФ, принято в рамках рассматриваемого дела.

В судебном заседании лица, участвующие в деле, извещённые надлежащим образом о дате, времени и месте слушания дела, отсутствуют; ФИО2 направила в суд ходатайство с просьбой рассмотреть дело без её участия.

Огласив показания свидетеля, исследовав письменные доказательства по делу, суд приходит к следующему.

С учётом уточнений, увеличений размера исковых требований, их предмета и основания, фактически ФИО2 предъявлены требования к Управлению о взыскании: 

- незаконно удержанного при увольнении части денежного содержания в размере 18 197 рублей 73 копейки; 

- процентов за просрочку выплаты денежного содержания за период с 1 августа 2019 года по день фактического расчёта включительно;

- компенсации морального вреда в размере 50 000 рублей.

Судом установлено, что в период с 19 марта 2018 года ФИО2 состояла в служебных отношениях с Управлением и занимала должность консультанта отдела образования и молодёжной политики Управления, что подтверждается копиями приказа о приёме на работу № 56-лс от 19 марта 2018 года, трудового договора № 214 от 19 марта 2018 года, дополнительных соглашений к нему № 01 от 10 мая 2018 года, № 2 от 9 января 2019 года, № 3 от 26 марта 2019 года (л.д. 37, 38-44).

Исходя из приказа Управления № 40-лс от 26 марта 2019 года, истцу с 19 марта 2019 года присвоен классный чин – референт муниципальной службы Чукотского АО 1 класса, в связи с чем установлена надбавка в размере 1 547 рублей за этот классный чин (л.д. 45).

Согласно приказу от 26 марта 2019 года № 50-лс с 1 марта 2019 года ФИО2 установлен должностной оклад в размере 6 820 рублей (л.д. 46). 

В период работы 11 апреля 2019 года ФИО2 обратилась к работодателю с заявлением о предоставлении ей с 13 мая 2019 года отпуска за период работы с 19 марта 2018 года по 18 марта 2019 год с оплатой проезда к месту проведения отпуска и обратно ей и члену её семьи – несовершеннолетнему сыну (л.д. 137).

В этот же день 11 апреля 2019 года ФИО2 также подано Управлению заявление о выплате единовременной выплаты к ежегодному оплачиваемому отпуску и материальной помощи в соответствии с Положением, утверждённым решением Совета депутатов Анадырского муниципального района № 176 от 14 марта 2019 года (л.д.99).

Приказом Управления № 69-лс от 17 апреля 2019 года ФИО2 за период работы с 19 марта 2018 года по 18 марта 2019 год был предоставлен основной и дополнительный отпуск с 13 мая 2019 года по 11 июля 2019 года включительно (л.д. 138).

На основании приказа Управления № 70-лс от 17 апреля 2019 года ФИО2 произведена единовременная выплата в размере 17 000 рублей в связи с предоставлением ежегодного оплачиваемого отпуска за период с 19 марта 2018 года по 18 марта 2019 год; выплачена материальная помощь за 2019 год в размере двух должностных окладов и двух окладов за классный чин, имеющийся у муниципального служащего; произвести выплаты с учётом районного коэффициента и процентной надбавки за работу в районах Крайнего Севера (л.д. 114).

Как следует из расчётных листков, справок о доходах истца, при уходе в отпуск за период работы с 19 марта 2018 года по 18 марта 2019 год ФИО2 Управлением, помимо прочих выплат, была выплачена, в частности материальная помощь за 2019 год в размере 50 202 рубля 00 копеек (л.д. 84).

18 июля 2019 года от ФИО2 работодателю поступило заявление об увольнении по собственному желанию (л.д. 139).

Приказом № 145-лс от 18 июля 2019 года с ФИО3 прекращён (расторгнут) трудовой договор по инициативе работника (по собственному желанию) на основании п. 3 ч.1 ст. 77 ТК РФ с 1 августа 2019 года (л.д. 48).

На основании этого приказа Муниципальному казённому учреждению Анадырского муниципального района «Межотраслевая централизованная бухгалтерия учреждений социальной сферы Анадырского муниципального района» необходимо произвести окончательный расчёт с ФИО2, выплатить компенсацию за неиспользованный отпуск, а также произвести перерасчёт материальной помощи, выплаченной в 2019 году согласно приказу Управления № 70 от 17 апреля 2019 года «О единовременной выплате материальной помощи ФИО2» пропорционально числу полных отработанных календарных месяцев в соответствии с решением Совета Депутатов от 14 марта 2019 года № 176 «Об утверждении Положения о размере и условиях выплаты денежного содержания, оклада за классный чин, особые условия муниципальной службы, премий за выполнение особо важных и сложных заданий, ежемесячного денежного поощрения, единовременной выплаты при предоставлении ежегодного оплачиваемого отпуска, оказания материальной помощи и иных выплат муниципальным служащим Анадырского муниципального района».

Увольняя ФИО2, ответчик при окончательном расчёте (с учётом частичного возврата денежных средств впоследствии) удержал у неё денежные средства в сумме 18 197 рублей 73 копейки, которые являются частью ранее выплаченной материальной помощи за 2019 год (л.д. 87-89).

Таким образом, ФИО2 в период времени с 19 марта 2018 года по 1 августа 2019 года состояла в служебных отношениях с Управлением и занимала должность консультанта отдела образования и молодёжной политики Управления. При это ответчик, осуществляя окончательный расчёт с истцом, удержал денежные средства в сумме 18 197,73 рублей, являющиеся частью ранее выплаченной при уходе в очередной отпуск суммы материальной помощи.

Утверждение ФИО2 в судебном заседании о том, что в действительности её последним рабочим днем в Управлении был день 2 августа 2019 года, опровергается приведёнными выше доказательствами по делу. Доказательств, свидетельствующих об иной дате увольнения, отличной от даты, указанной в приказе № 145-лс от 18 июля 2019 года, сторонами не представлено, материалы дела не содержат.

Как установлено ст. 2 Федерального закона от 02.03.2007 N 25-ФЗ "О муниципальной службе в Российской Федерации" (в редакции от 27 декабря 2018 года, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений), муниципальная служба - профессиональная деятельность граждан, которая осуществляется на постоянной основе на должностях муниципальной службы, замещаемых путем заключения трудового договора (контракта). 

В соответствии с п. 1 ст. 10 указанного выше Федерального закона, муниципальным служащим является гражданин, исполняющий в порядке, определенном муниципальными правовыми актами в соответствии с федеральными законами и законами субъекта Российской Федерации, обязанности по должности муниципальной службы за денежное содержание, выплачиваемое за счет средств местного бюджета.

Общими принципами оплаты труда муниципального служащего, предусмотренными ст. 22 Федерального закона от 02.03.2007 N 25-ФЗ "О муниципальной службе в Российской Федерации", устанавливается, что оплата труда муниципального служащего производится в виде денежного содержания, которое состоит из должностного оклада муниципального служащего в соответствии с замещаемой им должностью муниципальной службы (далее - должностной оклад), а также из ежемесячных и иных дополнительных выплат, определяемых законом субъекта Российской Федерации. Органы местного самоуправления самостоятельно определяют размер и условия оплаты труда муниципальных служащих. Размер должностного оклада, а также размер ежемесячных и иных дополнительных выплат и порядок их осуществления устанавливаются муниципальными правовыми актами, издаваемыми представительным органом муниципального образования в соответствии с законодательством Российской Федерации и законодательством субъектов Российской Федерации.

Статьей 26 указанного Федерального закона предусмотрено, что виды поощрения муниципального служащего и порядок его применения устанавливаются муниципальными правовыми актами в соответствии с федеральными законами и законами субъекта Российской Федерации.

Согласно п. 2 ст. 3 этого же Федерального закона на муниципальных служащих распространяется действие трудового законодательства с особенностями, предусмотренными настоящим Федеральным законом.

Следовательно, при разрешении настоящего спора подлежат применению специальные нормы права, регулирующие отношения, связанные с прохождением муниципальной службы муниципальными служащими, а при отсутствии норм специального права подлежат применению иные нормативные правовые акты, в том числе Трудовой кодекс Российской Федерации (далее – ТК РФ).

В силу раздела 4 Трудового договора истца, ФИО2 устанавливался должностной оклад с учётом районного коэффициента и процентных надбавок за работу в районах Крайнего Севера, а также ежемесячные выплаты к должностному окладу: за выслугу лет в соответствии с установленными нормативами; за имеющийся классный чин, в соответствии с установленными нормативами; за особые условия муниципальной службы, в размере, устанавливаемом приказом Управления (п. 4.1). Премия и иные выплаты, производятся в порядке, установленном Решениями Совета депутатов Анадырского муниципального района (п. 4.2). Заработная плата муниципальному служащему выплачивается в месте исполнения им работы либо перечисляется на указанный работником счет в банке по личному заявлению не реже чем каждые полмесяца: - 17 числа текущего месяца за 1-ю половину месяца в размере 40% (без ежемесячных выплат к должностному окладу) с учетом районного коэффициента и процентных надбавок к заработной плате за стаж работы в районах Крайнего Севера; - 02 числа следующего за отработанным месяцем со всеми ежемесячными выплатами в соответствии с табелем учёта рабочего времени и приказами об установлении ежемесячных выплат с учётом районного коэффициента и процентных набавок к заработной плате за стаж работы в районах Крайнего Севера; - при совпадении дня выплаты с выходным или нерабочим праздничным днем, выплата заработной платы производится накануне этого дня.

Решением Совета Депутатов от 14 марта 2019 года № 176 «Об утверждении Положения о размере и условиях выплаты денежного содержания, оклада за классный чин, особые условия муниципальной службы, премий за выполнение особо важных и сложных заданий, ежемесячного денежного поощрения, единовременной выплаты при предоставлении ежегодного оплачиваемого отпуска, оказания материальной помощи и иных выплат муниципальным служащим Анадырского муниципального района» утверждено обозначенное Положение (далее – Положение).

Согласно разделу 3 Положения оплата труда муниципального служащего производится в виде денежного содержания, состоящего из должностного оклада муниципального служащего в соответствии с занимаемой им должностью муниципальной службы (далее - должностной оклад), а также из ежемесячных и иных дополнительных выплат, к которым относятся: оклад за классный чин; ежемесячная надбавка к должностному окладу за выслугу лет; ежемесячная процентная надбавка к должностному окладу за работу со сведениями, составляющими государственную тайну; ежемесячная надбавка к должностному окладу за особые условия муниципальной службы; премии за выполнение особо важных и сложных задании, ежемесячное денежное поощрение; единовременная выплата при предоставлении ежегодного оплачиваемого отпуска; материальная помощь (л.д. 105).

В силу п. 4.9, 4.10 Положения материальная помощь выплачивается по решению руководителя соответствующего органа местного самоуправления или муниципального органа Анадырского муниципального района в пределах средств, предусмотренных в фонде на выплату материальной помощи на основании письменного заявления работника. 

Материальная помощь выплачивается один раз в календарном году. Муниципальным служащим Анадырского муниципального района, уволившимся в течение календарного года (не отработавшим полного календарного года), выплата материальной помощи производится, (а оплаченная материальная помощь подлежит перерасчёту), пропорционально числу полных отработанных календарных месяцев в данном рабочем году, за исключением случаев: а) увольнения в связи с ликвидацией органа местного самоуправления или муниципального органа, а так же сокращения численности или штата работников указанных органов Анадырского муниципального района; б) увольнения в связи с уходом на пенсию. 

В этих случаях работнику материальная помощь выплачивается в полном размере, не зависимо от фактически отработанного времени. 

Установленные настоящей частью ежемесячные и дополнительные выплаты производятся с учётом районного коэффициента и процентной надбавки к заработной плате за работу в районах Крайнего Севера, установленных нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Таким образом, материальная помощь, выплачиваемая муниципальным служащим, в том числе ФИО2, отнесена к системе оплаты её труда и входит в её состав.

В соответствии со ст. 80 ТК РФ (в редакции от 1 апреля 2019 года) в последний день работы работодатель обязан выдать работнику трудовую книжку, другие документы, связанные с работой, по письменному заявлению работника и произвести с ним окончательный расчет.

Как указано выше, при окончательном расчёте с ФИО2 произведён перерасчёт выплаченной ранее материальной помощи, и она была удержана в размере 18 197 рублей 73 копеек, то есть фактически работодателем произведено удержание из денежного содержания истца в размере 18 197 рублей 73 копеек.

Согласно ч. 1 ст. 137 ТК РФ удержания из заработной платы работника производятся только в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

В силу ч. 2, 3 ст. 137 ТК РФ удержания из заработной платы работника для погашения его задолженности работодателю могут производиться: для возмещения неотработанного аванса, выданного работнику в счет заработной платы; для погашения неизрасходованного и своевременно не возвращенного аванса, выданного в связи со служебной командировкой или переводом на другую работу в другую местность, а также в других случаях; для возврата сумм, излишне выплаченных работнику вследствие счетных ошибок, а также сумм, излишне выплаченных работнику, в случае признания органом по рассмотрению индивидуальных трудовых споров вины работника в невыполнении норм труда (часть третья статьи 155 настоящего Кодекса) или простое (часть третья статьи 157 настоящего Кодекса); при увольнении работника до окончания того рабочего года, в счет которого он уже получил ежегодный оплачиваемый отпуск, за неотработанные дни отпуска. Удержания за эти дни не производятся, если работник увольняется по основаниям, предусмотренным пунктом 8 части первой статьи 77 или пунктами 1, 2 или 4 части первой статьи 81, пунктах 1, 2, 5, 6 и 7 статьи 83 настоящего Кодекса.

В случаях, предусмотренных абзацами вторым, третьим и четвертым части второй настоящей статьи, работодатель вправе принять решение об удержании из заработной платы работника не позднее одного месяца со дня окончания срока, установленного для возвращения аванса, погашения задолженности или неправильно исчисленных выплат, и при условии, если работник не оспаривает оснований и размеров удержания.

В силу ч. 4 ст. 137 ТК РФ заработная плата, излишне выплаченная работнику (в том числе при неправильном применении трудового законодательства или иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права), не может быть с него взыскана, за исключением случаев: счетной ошибки; если органом по рассмотрению индивидуальных трудовых споров признана вина работника в невыполнении норм труда (часть третья статьи 155 настоящего Кодекса) или простое (часть третья статьи 157 настоящего Кодекса); если заработная плата была излишне выплачена работнику в связи с его неправомерными действиями, установленными судом.

Подпунктом 3 ст. 1109 ГК РФ установлено, что не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки.

Приведённые выше положения ст. 137 ТК РФ, ст. 1109 ГК РФ согласуются с положениями Конвенции Международной организации труда от 01 июля 1949 года № 95 "Относительно защиты заработной платы" (ст. 8), статьей 1 Протокола № 1 к Конвенции о защите прав и основных свобод, обязательных для применения в силу ч. 4 ст. 15 Конституции Российской Федерации и ст. 10 ТК РФ; и содержат исчерпывающий перечень случаев, когда допускается взыскание с работника излишне выплаченной заработной платы (денежного содержания), в частности, при счётной ошибке, установлении вины работника (государственного гражданского служащего) в невыполнении норм труда, простое, установлении факта излишней выплаты заработной платы (денежного содержания) работнику в результате его неправомерных действий, установленных судом, а также при недобросовестности работника.

При этом законодатель разграничивает понятия удержание заработной платы (денежного содержания) и взыскание. Удержание возможно только при увольнении при наличии предусмотренных законом оснований и только с согласия работника. Взыскание денежных средств осуществляется в судебном порядке.

Статьей 137 ТК РФ не предусмотрено такое основание удержания, как результат перерасчёта выплаченной ранее материальной помощи.

Кроме того, письменное согласие истца ФИО2 на удержание у нее денежного содержания работодателем не было получено.

Доказательств иного ответчиком суду не представлено, материалы дела такого согласия ФИО2 не содержат.

Более того, как следует из служебной записки бухгалтера расчётной группы от 25 июля 2019 года, в этот день бухгалтером ФИО2 предлагалось вернуть сумму 18 198,50 рублей, на это предложение последняя (истец) ответила отказом. 

Факт своего отказа на удержание денежных средств в размере 18 197,73 рублей при окончательном расчёте ФИО2 подтвердила в судебном заседании 13 марта 2020 года.

Более того, ФИО2 на следующий день после удержания обратилась в трудовую инспекцию о нарушении своих прав, в том числе в связи с этим удержанием, что объективно свидетельствует о несогласии истца с произведенным удержанием.

С учётом изложенных обстоятельств отсутствие письменных возражений ФИО2 относительно удержаний, распоряжение о которых приведено в тексте приказа об увольнении от 18 июля 2019 года № 145-лс, вопреки позиции ответчика, не свидетельствует о её согласии с этими удержаниями.

Ссылка на п. 4.9 Положения не свидетельствует о наличии оснований для удержания, а регулирует лишь отношения, связанные с правом работодателя произвести перерасчёт и предложить истцу дать согласие на удержание этой суммы, а при несогласии работодатель должен выплатить в полном объёме окончательный расчёт, при этом имея право обратиться в суд с иском о взыскании этих денежных средств в судебном порядке. 

Доказательств, свидетельствующих о наличии законных оснований для удержания (согласия истца на такое удержание), взыскания с ФИО2 в пользу ответчика сумм материальной помощи в размере 18 197 рублей 73 копейки, а именно: счётной ошибки, установления вины истца в невыполнении норм труда, простое, установление факта излишней выплаты денежного содержания ФИО2 в результате её неправомерных действий, при её недобросовестности, суду не представлено, материалы дела не содержат.

С учётом вышеизложенного требование истца о взыскании с Управления в её пользу незаконно удержанной суммы денежного содержания в размере 18 197 рублей 73 копейки подлежит удовлетворению.

Разрешая требование ФИО2 о взыскании с ответчика процентов за просрочку выплаты денежного содержания за период с 1 августа 2019 года по день фактического расчёта включительно, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч.1 ст. 236 ТК РФ при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Из положения указанной нормы следует, что работодатель обязан выплатить работнику проценты от невыплаченной в срок суммы за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно.

В соответствии с ч. 4 ст. 84.1 ТК РФ в день прекращения трудового договора работодатель обязан выдать работнику трудовую книжку и произвести с ним расчет в соответствии со статьей 140 настоящего Кодекса. 

В силу ч. 1 ст. 140 ТК РФ при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. 

Как указано выше, датой увольнения истца является 1 августа 2019 года, в связи с чем в этот день Управление должно было произвести с ФИО2 окончательный расчёт.

Поскольку у истца незаконно была удержана сумма в размере 18 197 рублей 73 копейки, которая подлежала выплате не позднее чем в день увольнения – 1 августа 2019 года, принимая во внимание, что данная сумма работодателем не выплачена в установленный законом срок, то на неё подлежат начислению проценты в соответствии со ст. 236 ТК РФ.

На момент вынесения настоящего решения ответчиком ФИО2 не выплачена вышеуказанная сумма. Доказательств иного не представлено.

Таким образом, ФИО2 имеет право на выплату ей Управлением процентов за задержку выплаты денежных средств в сумме 18 197,73 рублей за период со 2 августа 2019 года (со следующего дня с даты окончательного расчёта) по день фактического расчёта включительно, в связи с чем требование в данной части подлежит удовлетворению. При этом требование в части взыскания процентов за задержку выплаты денежных средств в сумме 18 197,73 рублей за 1 августа 2019 года (день окончательного расчёта) не подлежит удовлетворению, поскольку ответственность за несвоевременную выплату денежных средств у работодателя перед работником на основании ст. 236 ТК РФ наступает не в день окончательного расчёта, а со следующего дня после установленного срока выплаты, то есть со 2 августа 2019 года.

Проверяя расчёт процентов, представленный истцом, суд находит его неверным, поскольку ФИО2 проценты рассчитаны с 1 августа 2019 года (то есть с зачётом этого дня, как дня задержки выплаты сумм), а также определены по состоянию на 9 июня 2020 год, а не на момент рассмотрения дела судом.

Учитывая изложенное, суд считает возможным произвести собственный расчет процентов за просрочку выплаты денежного содержания, подлежащих взысканию с истца в пользу ответчика за период со 02 августа 2019 года по день вынесения решения судом 03 сентября 2020 года, исходя из размера удержанной суммы 18 197 рублей 73 копейки, с применением ключевых ставок Центрального Банка России, действующих в соответствующие периоды, применив следующую формулу: 18 197,73 х дни просрочки х 1/150 х ключевую ставку Центрального банка Российской Федерации, действующую в период просрочки = проценты за просрочку выплаты.

Согласно информации Банка России, являющейся общедоступной информацией, в период незаконного удержания со 02 августа 2019 года по 03 сентября 2020 года в Российской Федерации были установлены следующие ключевые ставки: - с 29 июля 2019 года размер ключевой ставки (% годовых) – 7,25; с 9 сентября 2019 года – 7,00; с 28 октября 2019 года – 6,5; с 16 декабря 2019 года – 6,25; с 10 февраля 2020 года – 6,00; с 27 апреля 2020 года – 5,5; с 22 июня 2020 года – 4,5; с 27 июля 2020 года - 4,25. 

Исходя из размера задержанной суммы 18 197 рублей 73 копейки, ключевой ставки 7,25 %, действующей с 29 июля по 8 сентября 2019 года, размер процентов за просрочку за период со 2 августа по 8 сентября 2019 года составит: 18 197,73 х 38 х 1/150 х 7,25 % = 334 рублей 23 копейки. 

Исходя из размера задержанной суммы 18 197 рублей 73 копейки, ключевой ставки 7,00 %, действующей с 9 сентября по 27 октября 2019 года, размер процентов за просрочку за период с 9 сентября по 27 октября 2019 года составит: 18 197,73 х 49 х 1/150 х 7,00 % = 416 рублей 12 копеек. 

Исходя из размера задержанной суммы 18 197 рублей 73 копейки, ключевой ставки 6,50 %, действующей с 28 октября по 15 декабря 2019 года, размер процентов за просрочку за период с 28 октября по 15 декабря 2019 года составит: 18 197,73 х 49 х 1/150 х 6,50 % = 386 рублей 40 копеек.

Исходя из размера задержанной суммы 18 197 рублей 73 копейки, ключевой ставки 6,25 %, действующей с 16 декабря 2019 года по 9 февраля 2020 года, размер процентов за просрочку за период с 16 декабря 2019 года по 9 февраля 2020 года составит: 18 197,73 х 56 х 1/150 х 6,25 % = 424 рублей 61 копейка.

Исходя из размера задержанной суммы 18 197 рублей 73 копейки, ключевой ставки 6,00 %, действующей с 10 февраля 2020 года по 26 апреля 2020 года, размер процентов за просрочку за период с 10 февраля 2020 года по 26 апреля 2020 года составит: 18 197,73 х 77 х 1/150 х 6,00 % = 560 рублей 49 копеек.

Исходя из размера задержанной суммы 18 197 рублей 73 копейки, ключевой ставки 5,50 %, действующей с 27 апреля 2020 года по 21 июня 2020 года, размер процентов за просрочку за период с 27 апреля 2020 года по 21 июня 2020 года составит: 18 197,73 х 56 х 1/150 х 5,50 % = 373 рубля 66 копеек.

Исходя из размера задержанной суммы 18 197 рублей 73 копейки, ключевой ставки 4,50 %, действующей с 22 июня 2020 года по 26 июля 2020 года, размер процентов за просрочку за период с 22 июня 2020 года по 26 июля 2020 года составит: 18 197,73 х 35 х 1/150 х 4,50 % = 191 рубль 08 копеек.

Исходя из размера задержанной суммы 18 197 рублей 73 копейки, ключевой ставки 4,25 %, действующей с 27 июля 2020 года по 03 сентября 2020 года, размер процентов за просрочку за период с 27 июля 2020 года по 03 сентября 2020 года составит: 18 197,73 х 39 х 1/150 х 4,25 % = 201 рубль 09 копеек.

Таким образом, с Управления в пользу ФИО2 подлежат взысканию проценты (неустойка) за несвоевременную выплату денежного содержания в виде материальной помощи за период со 02 августа 2019 года по день вынесения решения судом – по 03 сентября 2020 года включительно - в размере 2 887 рублей 68 копеек (334,23 + 416,12 + 386,40 + 424,61 + 560,49 + 373,66 + 191,08 + 201,09).

Поскольку ч. 1 ст. 236 ТК РФ предусмотрено право работника, в частности ФИО2, на получение с работодателя – Управления процентов за задержку выплат по день фактического расчёта, принимая во внимание, что на настоящий момент такой день, а также размеры ключевой ставки и задолженности (с учётом возможного возврата суммы задолженности частями) не известен, суд полагает возможным внести в резолютивную часть решения суда указание на взыскание процентов до момента фактического расчёта включительно, в связи с чем требование ФИО2 о взыскании вышеуказанных процентов по день фактического расчёта включительно суд также находит подлежащим удовлетворению.

Аналогичные разъяснения содержатся в п. 48 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", предусматривающем возможность указания в резолютивной части решения суда на взыскание процентов до момента фактического исполнения обязательства (пункт 3 статьи 395 ГК РФ) при наличии требования истца об этом.

Требование ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда в размере 50 000 рублей подлежит частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно ст. 22 ТК РФ работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В соответствии со ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Как разъяснил Верховный Суд РФ в пунктах 2, 63 постановления Пленума от 17 марта 2004 года № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" учитывая, что Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы). Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Требование о взыскании компенсации морального вреда ФИО2 обосновывает сильным психологическим стрессом, обусловленным неправомерными действиями работодателя по удержанию сумм из её денежного содержания, в результате которого она испытывала нравственные страдания, выразившиеся в сильных переживаниях, вынуждена была затрачивать своё личное время на консультации и поиск юристов, удержание ухудшило её материальное положение.

Является общеизвестным и не нуждается в доказывании то обстоятельство, что незаконность действий работодателя по удержанию денежных средств (заработка) причиняет нравственные страдания в виде переживаний, является психологическим потрясением для лица. При этом иные обоснования данного требования в виде необходимости обращения к юристу, ухудшение материального положения истца могут свидетельствовать о нарушении имущественных прав истца, в связи с чем не могут быть отнесены судом к нравственным страданиям, причиняющим моральный вред, подлежащий компенсации.

Учитывая длительный период просрочки выплаты материальной помощи (более 1 года), размер удержанной суммы (18 197 рублей 73 копейки), принимая во внимание незаконность действий ответчика по удержанию денежных средств, конкретные обстоятельства дела, объём и характер нравственных страданий, причиненных в результате незаконных действий ответчика, степень его вины, требования разумности, справедливости и соразмерности, суд считает необходимым удовлетворить требование истца о взыскании с ответчика компенсации морального вреда в размере 5 000 рублей, а в удовлетворении части данного требования о взыскании компенсации морального вреда в сумме 45 000 рублей ФИО2 следует отказать.

Стороны в соответствии с подп. 1, 19 ч. 1 ст. 333.36 НК РФ освобождены от уплаты государственной пошлины, в связи с чем на основании ч. 4 ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, взысканию с них в доход бюджета не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь ст.194-198 ГПК РФ,

решил:

исковые требования ФИО2 к Управлению социальной политики Администрации Анадырского муниципального района о взыскании незаконно удержанной при увольнении части денежного содержания в размере 18 197 рублей 73 копейки; процентов за просрочку выплаты денежного содержания за период с 1 августа 2019 года по день фактического расчёта включительно; компенсации морального вреда в размере 50 000 рублей - удовлетворить частично.

Взыскать с Управления социальной политики Администрации Анадырского муниципального района в пользу ФИО2 незаконно удержанную при увольнении часть денежного содержания в размере 18 197 рублей 73 копейки.

Взыскать с Управления социальной политики Администрации Анадырского муниципального района в пользу ФИО2 проценты за просрочку выплаты денежного содержания за период со 2 августа 2019 года по 3 сентября 2020 года в размере 2 887 рублей 68 копеек.

Взыскать с Управления социальной политики Администрации Анадырского муниципального района в пользу ФИО2 проценты за просрочку выплаты денежного содержания, удержанного при увольнении в сумме 18 197 рублей 73 копейки, за каждый день задержки с 4 сентября 2020 года по день фактического расчёта (выплаты) включительно, рассчитанные в порядке ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации от невыплаченной суммы.

Взыскать с Управления социальной политики Администрации Анадырского муниципального района в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 5 000 рублей 00 копеек.

Отказать ФИО2 в удовлетворении части исковых требований о взыскании в пользу ФИО2 с Управления социальной политики Администрации Анадырского муниципального района процентов за нарушение срока выплаты денежного содержания за 1 августа 2019 года, а также компенсации морального вреда в размере 45 000 рублей.

Решение может быть обжаловано в суд Чукотского автономного округа через Анадырский городской суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья (подпись) Гребенщикова Е.В.

Копия верна

Судья Гребенщикова Е.В.