Судья Пекарь М.А.

Дело № 33-614/2025, № 2-1709/2025

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

5 декабря 2025 г. г. Биробиджан

Судебная коллегия по гражданским делам суда Еврейской автономной области в составе:

председательствующего Золотаревой Ю.Г.,

судей Никитченко А.А., Тимирова Р.В.,

при секретаре Русаковой Л.О.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Биробиджанского районного суда ЕАО от 28.08.2025, которым с учётом определения об исправлении описки от 13.10.2025 постановлено:

Исковое заявление общества с ограниченной ответственностью профессиональная коллекторская организация юридическая фирма «НЕРИС» к ФИО1 о взыскании процентов за пользование кредитом по кредитному договору удовлетворить.

Взыскать с ФИО1, 

<

...> года рождения, (паспорт серии № 

<

...>) в пользу общества с ограниченной ответственностью профессиональная коллекторская организация юридическая фирма «НЕРИС» (ИНН № 

<

...>) проценты за пользование кредитом по кредитному договору № 

<

...> от 

<

...> за период с 

<

...> по 

<

...> в размере 350 708 рублей 68 копеек, расходы на оплату государственной пошлины в размере 11 268 рублей, всего взыскать 361 976 рублей 68 копеек.

Заслушав доклад судьи Никитченко А.А., пояснения представителя ответчика ФИО2, судебная коллегия

У С Т А Н О В И Л А:

Общество с ограниченной ответственностью профессиональная коллекторская организация юридическая фирма «НЕРИС» (далее - ООО ПКО ЮФ «НЕРИС») обратилось в суд с иском к ФИО1 о взыскании процентов за пользование кредитом по кредитному договору.

Требования мотивировало тем, что 

<

...> нотариусом выдан исполнительный документ - исполнительная надпись нотариуса № 

<

...> о взыскании с ФИО1 в пользу Банка ВТБ (ПАО) задолженности по кредитному договору № 

<

...> от 

<

...>.

<

...> между банком и ООО ЮФ «НЕРИС» (с 

<

...> ООО ПКО ЮФ «НЕРИС») заключён договор цессии № 

<

...>, на основании которого все права (требования) по взысканию с ответчика просроченной задолженности по кредитному договору перешли к ООО ПКО ЮФ «НЕРИС» в размере общей суммы требований, которая согласно акту приёмки-передачи прав (требований) составляет 790 841 рубль 70 копеек, из них: 694 303 рубля 13 копеек - задолженность по основному долгу, 96 538 рублей 57 копеек - проценты за пользование кредитом.

Ответчик задолженность оплатил только 

<

...>, в связи с чем с него подлежат взысканию проценты за пользование кредитом в пределах срока исковой давности за период с 

<

...> по 

<

...> в размере 350 708 рублей 68 копеек.

Истец просил суд взыскать с ФИО1 проценты за пользование кредитом по кредитному договору № 

<

...> от 

<

...> за период с 

<

...> по 

<

...> в размере 350 708 рублей 68 копеек, расходы по оплате государственной пошлины в размере 11 268 рублей.

В судебное заседание представитель истца ООО ПКО ЮФ «НЕРИС» не явился, о времени и месте его проведения извещён надлежащим образом, просил рассмотреть дело без его участия.

Ответчик ФИО1 в судебное заседание не явился, о времени и месте его проведения извещён надлежащим образом.

Представитель ответчика ФИО2 в судебном заседании с исковыми требованиями не согласилась. Пояснила, что из исполнительной надписи нотариуса не следует, каким образом рассчитана сумма задолженности, за какой период она сформировалась, надпись содержит только итоговую сумму задолженности. Указала, что её доверитель с 

<

...> года постоянно зарегистрирован по адресу: 

<

...>. Однако в период с 

<

...> по 

<

...> был зарегистрирован по месту пребывания: 

<

...>, с 

<

...> по 

<

...> по месту пребывания: 

<

...>. В материалах дела мирового судьи имеется договор найма, согласно которому её доверитель с 

<

...> года снимает жилое помещение по адресу: 

<

...>. Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что ответчик от кредитора не скрывался, производил регистрацию по месту своего жительства, а также подтверждают невозможность получения от кредитора требований по месту постоянной регистрации. Нотариус, первоначальный и последующий кредиторы не уведомляли ФИО1 об исполнительной надписи нотариуса. В 2021 году в возбуждении исполнительного производства на основании исполнительной надписи нотариуса было отказано, после чего первоначальный кредитор её на исполнение не предъявлял. Договор уступки прав (требований) № 

<

...> от 

<

...> не содержит условий о передаче истцу права на начисление и взыскание с ФИО1 процентов за пользование суммой основного долга за период после передачи прав по договору цессии. Со стороны истца имеет место недобросовестное поведение, так как ответчик не был уведомлён о наличии долга и перемене лиц в обязательстве, истец допустил просрочку исполнения обязательств, что является основанием для отказа в удовлетворении иска.

Суд постановил указанное решение.

В апелляционной жалобе ответчик ФИО1 просил его отменить, вынести новое решение об отказе в удовлетворении иска. Жалобу мотивировал тем, что суд, указав на буквальное толкование договора цессии, самостоятельно расширил объём перешедших по договору прав на начисление новым кредитором процентов.

Суд не учёл недобросовестное поведение кредитора, злоупотребление истцом своими правами.

Кроме того, истцом пропущен срок исковой давности, который начал течь с даты вынесения исполнительной надписи нотариусом и истёк 

<

...>.

В возражениях на апелляционную жалобу истец ООО ПКО ЮФ «НЕРИС» не согласился с её доводами, указав, что истец имеет право на взыскание процентов за пользование кредитом, что следует из пункта 3.1 договора уступки прав (требований) от 

<

...> и положений пункта 1 статьи 384 Гражданского кодекса РФ с учётом разъяснений, изложенных в пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки».

Срок исковой давности не пропущен, поскольку кредитный договор расторгнут не был, поэтому истец имел право на начисление процентов по кредитному договору в пределах срока исковой давности по дату фактической оплаты задолженности.

Представитель истца ООО ПКО ЮФ «НЕРИС», ответчик ФИО1 в апелляционную инстанцию не явились. О времени и месте слушания дела извещены надлежащим образом, в связи с чем судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело без их участия.

В суде апелляционной инстанции представитель ответчика ФИО2 требования апелляционной жалобы поддержала по изложенным в ней доводам.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений на неё, выслушав пояснения лица, участвующего в апелляционной инстанции, судебная коллегия не находит оснований для отмены решения суда.

В соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса РФ (далее - ГПК РФ) суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Судом первой инстанции установлено и материалами дела подтверждается, что 

<

...> между Банком ВТБ (ПАО) и ФИО1 заключён кредитный договор № 

<

...> на сумму 780 625 рублей 81 копейку под 17,9 % годовых, сроком на 60 месяцев.

В связи с тем, что обязательства по кредитному договору ФИО1 исполнялись ненадлежащим образом, Банк ВТБ (ПАО) обратился к нотариусу за взысканием в бесспорном порядке просроченной задолженности (пункт 26 Индивидуальных условий кредитного договора).

<

...> нотариусом нотариального округа г. Хабаровска выдана исполнительная надпись № 

<

...> о взыскании с ФИО1 в пользу Банка ВТБ (ПАО) неуплаченной за период с 

<

...> по 

<

...> по договору потребительского кредита от 

<

...> № 

<

...> задолженности в размере 694 303 рублей 13 копеек, а также процентов, предусмотренных договором, в размере 87 628 рублей 91 копейки, расходов в связи с совершением исполнительной надписи в размере 8 909 рублей 66 копеек, всего взыскано 790 841 рубль 70 копеек.

В соответствии с договором уступки прав (требований) от 

<

...> № 

<

...> Банк ВТБ (ПАО) (цедент) передал ООО ЮФ «Нерис» (цессионарий) права (требования) кредитора по кредитным договорам согласно перечню, являющемуся приложением № 

<

...> к договору, в объёме и на условиях, установленных договором.

Из приложения № 

<

...> к указанному договору следует, что ООО ЮФ «Нерис» были переданы права кредитора в отношении задолженности ФИО1 по кредитному договору от 

<

...> № 

<

...> в размере 790 841 рубля 70 копеек.

В ходе исполнительного производства, возбужденного 

<

...> в отношении ФИО1 на основании исполнительной надписи нотариуса от 

<

...> № 

<

...>, должник полностью оплатил сумму задолженности в размере 790 841 рубля 70 копеек (платёжное поручение от 

<

...> № 

<

...>), в связи с чем 

<

...> исполнительное производство окончено судебным приставом-исполнителем.

Обращаясь в суд, истец просил взыскать с ФИО1 сумму процентов, предусмотренных кредитным договором и начисленных на основной долг за период до даты фактического погашения задолженности по кредиту.

Разрешая спор, проанализировав условия кредитного договора, договора уступки прав (требований) и руководствуясь положениями статей 309, 382, 384, 408, 431, 809, 810, 811, 819 Гражданского кодекса РФ, разъяснениями, изложенными в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ № 13/14 от 08.10.1998 «О практике применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о процентах за пользование чужими денежными средствами», суд пришёл к выводу об удовлетворении исковых требований.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, как постановленными на основании исследованных доказательств, при правильном применении норм материального права.

Доводы апелляционной жалобы ответчика о том, что суд при толковании договора цессии самостоятельно расширил объём перешедших к истцу по указанному договору прав на начисление процентов, судебной коллегией отклоняются, как не соответствующие закону.

Статьёй 382 Гражданского кодекса РФ (далее - ГК РФ) предусмотрено, что право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона (пункт 1).

Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором (пункт 2).

В соответствии с пунктом 1 статьи 384 ГК РФ если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объёме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

В пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки» разъяснено, что в силу пункта 1 статьи 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, требование первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объёме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода требования. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

Из приведённых выше норм права и разъяснений по их применению следует, что, если иное прямо не предусмотрено законом или договором, к новому кредитору переходит право не только на начисленные к моменту уступки проценты, но и на те проценты, которые будут начислены позже.

Таким образом, ограничение договором объёма прав, переходящих к цессионарию, как исключение из общего правила, допустимо, однако такое ограничение должно быть явно выражено в договоре.

В пункте 3.1 договора уступки прав (требований) от 

<

...> № 

<

...>, заключённого между Банком ВТБ (ПАО) и ООО ЮФ «Нерис», указано, что в соответствии с требованиями статьи 384 ГК РФ к цессионарию переходят права (требования) цедента в полном объёме и на тех условиях, которые существуют на дату перехода прав, включая право требовать от заёмщика выполнения его денежных обязательств по возврату основного долга по кредиту (включая просроченную задолженность по основному долгу), уплате процентов за пользование кредитом (включая просроченные проценты и проценты, начисленные на просроченный основной долг), а также все существующие права по обеспечительным договорам в полном объёме, а также права (требования) по уплате предусмотренных условиями кредитных договоров и признанных судом неустоек, штрафов и пеней за несвоевременное исполнение заёмщиками обязательств.

Из буквального содержания данного условия договора следует, что право (требование), вытекающее из кредитного договора, передано цессионарию в полном объёме, поскольку какого-либо исключения из общего правила перехода прав договором цессии не предусмотрено.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, указание в договоре уступки прав (требований) на размер основного долга и начисленных к моменту заключения этого договора процентов, право на которые, в том числе переходит к цессионарию, само по себе не означает, что договором каким-либо образом ограничен объём перехода прав по отношению к тому, как это определено законом.

Напротив, пункт 3.1 договора прямо предусматривает переход всех прав в полном объёме по кредитному договору, исключения из общего правила перехода прав договором цессии не предусмотрено.

Указывая в апелляционной жалобе на недобросовестное поведение истца, злоупотребление им своими правами, ответчик мотивирует эти доводы тем, что в его адрес ни первоначальным кредитором, ни новым кредитором не направлялись сведения об исполнительном документе, а также о переходе прав требований.

Между тем, в соответствии со статьёй 91.2 «Основ законодательства Российской Федерации о нотариате» (утверждены ВС РФ 11.02.1993 № 44462-1), обязанность по извещению должника о совершённой исполнительной надписи возложена на нотариуса, а не на кредитора.

Факт неуведомления ответчика о состоявшейся уступке прав (требований) не свидетельствует о недобросовестности истца и не освобождает ответчика от исполнения своих обязательств по кредитному договору, а может лишь повлечь последствия, предусмотренные пунктом 3 статьи 382 ГК РФ.

В силу указанной нормы при неуведомлении должника в письменной форме о состоявшемся переходе прав кредитора к другому лицу, новый кредитор несёт риск вызванных этим неблагоприятных для него последствий, а именно, обязательство должника прекращается его исполнением первоначальному кредитору, произведённым до получения уведомления о переходе права к другому лицу.

Таким образом, неуведомление должника о перемене лиц в обязательстве влечёт наступление определённых правовых последствий для нового кредитора, но не для должника, и не предполагает отказа судом в удовлетворении заявленных требований по такому основанию.

Нельзя согласить с доводами апелляционной жалобы о том, что со стороны истца, предъявившего исполнительный документ ко взысканию в сентябре 2023 года, имеется просрочка кредитора, предусмотренная пунктом 1 статьи 406 ГК РФ, поскольку кредитор, согласно данной правовой нормы, считается просрочившим, если он отказался принять предложенное должником надлежащее исполнение или не совершил действий, предусмотренных законом, иными правовыми актами или договором либо вытекающих из обычаев или из существа обязательства, до совершения которых должник не мог исполнить своего обязательства.

Доказательств того, что первоначальный или последующий кредитор отказался принять предложенное должником ФИО1 надлежащее исполнение, а также того, что до предъявления исполнительной надписи нотариуса к принудительному исполнению ФИО1 не мог исполнить своё обязательство по погашению просроченной задолженности по кредиту, материалы дела не содержат, в связи с чем оснований считать кредитора просрочившим не имеется.

Кроме того, исполнительная надпись нотариуса о взыскании с ФИО1 задолженности по кредиту, совершённая нотариусом 

<

...>, была предъявлена к исполнению в установленный статьёй 94 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате трёхлетний срок со дня её совершения, что подтверждено материалами исполнительного производства, имеющимися в деле.

Довод апелляционной жалобы о пропуске истцом срока исковой давности судебной коллегией отклоняется, поскольку в силу пункта 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Из материалов дела не следует, что ответчик заявлял о применении срока исковой давности при рассмотрении дела судом первой инстанции. В связи с чем судом апелляционной инстанции данное заявление не может быть рассмотрено.

Иных доводов, ставящих под сомнение или опровергающих выводы суда первой инстанции, а также указывающих на нарушение судом норм материального либо процессуального права, апелляционная жалоба не содержит.

При таких обстоятельствах решение суда является законным и обоснованным, правовых оснований для его отмены по доводам апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 328-330 ГПК РФ, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

Решение Биробиджанского районного суда ЕАО от 28.08.2025 с учётом определения об исправлении описки от 13.10.2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

Председательствующий Ю.Г. Золотарева

Судьи А.А. Никитченко

Р.В. Тимиров

Апелляционное определение изготовлено в окончательной форме 17.12.2025.