РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

28 июня 2018 года город Нижневартовск 

Нижневартовский городской суд Ханты – Мансийского автономного округа – Югры Тюменской области, в составе:

председательствующего судьи Байдалиной О.Н.,

при секретаре судебного заседания Анисимовой Е.В., 

с участием прокурора г.Нижневартовска Никитиной Л.М., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-36282018 по исковому заявлению ФИО1 к закрытому акционерному обществу « Ермаковское предприятие по ремонту скважин» о взыскании компенсации морального вреда, в связи с причинением вреда здоровью на производстве, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с вышеуказанным иском, мотивируя требования тем, что с 

<

дата> он состоял в трудовых отношениях с ответчиком в должности помощника бурильщика капитального ремонта скважин 5 разряда. 

<

дата> при исполнении трудовых обязанностей он получил производственную травму: «компрессионный неосложненный перелом тела Th12-1 степени». Согласно «Схеме определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве» указанное повреждении относится к категории тяжелых. По факту произошедшего несчастного случая был составлен акт Н-1 о несчастном случае на производстве, согласно которому причинами произошедшего явилось то, что при производстве работ по демонтажу оборудования, работник не оценил безопасность рабочего места, не определил возможную опасность и допустил собственную неосторожность, а также неудовлетворительный контроль за безопасным ведением работ со стороны старшего по смене ИТР ЗАО «ЕПРС». Вследствие причинения вреда здоровью он утратил трудоспособность, ему противопоказаны подъем и перемещение тяжестей сроком на три месяца с 

<

дата> по 

<

дата>. В связи с причинением вреда здоровью ему причинен моральный вред, физические и нравственные страдания, которые он испытывал после произошедшего несчастного случая. После травмы он испытывал острую физическую боль, как от воздействия травмирующих элементов, так и в результате медицинских операций, утратил многие жизненные навыки, не имеет возможности самостоятельно, без посторонней помощи, обслуживать себя, вследствие утраты трудоспособности лишился любимой работы, не в полной мере имеет возможность реализовать свое право на труд. Просит взыскать с ответчика закрытого акционерного общества «Ермаковское предприятие по ремонту скважин» компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей.

В судебное заседание истец ФИО1 не явился, извещен надлежащим образом, предоставил заявление о рассмотрении дела в его отсутствие, на заявленных требованиях настаивает. 

Представитель ответчика по доверенности ФИО2 в судебном заседании с исковыми требованиями не согласилась, ссылаясь на отсутствие вины работодателя в причинении вреда здоровью истца. Считает, что истец в получении травм виноват сам, так как допустил неосторожность при проведении работ. Со стороны ответчика истцу была оказана своевременно медицинская помощь, приобретен ортопедический корсет. Просила снизить размер компенсации морального вреда с учетом принципов разумности и праведливости.

Выслушав представителя ответчика, заключение прокурора, полагавшего иск подлежащим удовлетворению с учетом принципов разумности и справедливости, суд приходит к следующему. 

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь (часть 1 статьи 41), на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37).

Трудовой кодекс РФ особо закрепляет право работника на труд в условиях, отвечающих требованиям охраны труда, гарантируя его обязательным социальным страхованием от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в соответствии с федеральным законом (ст.219 Трудового кодекса РФ).

Статьей 220 Трудового кодекса РФ предусмотрено, что государство гарантирует работнику защиту его права на труд в условиях, соответствующих требованиям охраны труда. Условия труда, предусмотренные трудовым договором, должны соответствовать требованиям охраны труда.

Судом установлено, что с 

<

дата> истец был принят на работу в закрытое акционерное общество «Ермаковское предприятие по ремонту скважин» помощником бурильщика капитального ремонта скважин 5 разряда, что подтверждается трудовой книжкой ТК-IV №, трудовым договором № от 

<

дата>, приказом о приеме на работу № от 

<

дата>.

<

дата> в рабочее время с истцом произошел несчастный случай, по факту которого ответчиком была создана комиссия, проведено расследование и составлен акт № от 

<

дата> по форме Н-1.

Согласно Акту о несчастном случае на производстве № от 

<

дата> несчастный случай произошел на разведывательной скважине №Р Косухинского месторождения (производственная территория ООО «РН-Уватнефтегаз»), находящегося на территории 

<

адрес> Тюменской области. Непосредственным местом происшествия является рабочая площадка, которая установлена на устье скважины № Р и имеет размеры (фактические): ширина 3,06 м, длина 3,05 м, высота 1,7 м. Опасный производственный фактор: производство демонтажа оборудования при разности уровней высот. 

Данным актом установлено, что 

<

дата> бригада КРС №, цеха ТКРС Тюменского проекта ЗАО «ЕПРС», под руководством мастера по ремонту скважин (подземного, капитального) ФИО3 в первую смену (с 08 часов 00 минут до 20 часов 00 минут) заступила вахта в составе: бурильщика капитального ремонта скважин 6-го разряда ФИО4; машиниста подъемника АПРС 6 разряда ФИО5; помощников бурильщика капитального ремонта скважин 5-го разряда ФИО1 и ФИО6 Согласно плану работ, выданному заданию мастером бригады, после приема смены, осмотра оборудования и проведению инструктажа, работники бригады приступили к заключительным работам по ремонту скважины №Р на Косухинском месторождении. С начала смены рабочая вахта бригады произвела допуск электроцентробежного насоса на насосно-компрессорных трубах в ремонтируемую скважину и приступила к демонтажу/монтажу бригадного, нефтепромыслового оборудования и подготовке к переезду. В 10 часов 00 минут работники бригады демонтировали противовыбросовое оборудование и установили на устье скважины фонтанную арматуру, при этом для производства работ, рабочей вахте пришлось снять с основания рабочей площадки часть сегментов настила, так как габариты оборудования не позволяли смонтировать её на скважину. Далее ФИО4 дал задание ФИО1 и ФИО6 произвести уборку территории вокруг рабочей зоны, собрать инструменты и демонтировать рабочую площадку, а сам в свою очередь направился к автовымотке, чтобы замерить изоляцию кабеля УЭЦН. В 11 часов 30 минут ФИО1, находясь на рабочей площадке, снял с места крепления сегмент перильного ограждения и при переноске оборудования оступился, потерял равновесие и упал в проем между настилами рабочей площадки с высоты 1.7 метра. В результате падения ФИО1 ударился спиной о землю и почувствовал боль в районе поясницы. В дальнейшем ФИО6, который в этот момент производил уборку территории, увидел ФИО1 лежащего на земле под рабочей площадкой, направился к пострадавшему и позвал к месту происшествия ФИО4 После того, как ФИО6 и ФИО4 узнали от ФИО1 о произошедшем, они помогли пострадавшему подняться на ноги и дойти до инструментального вагона, где ФИО3 дал ФИО1 обезболивающие таблетки и сообщил о случившемся руководству цеха ТКРС и отделу ОТ и ПБ Тюменского проекта ЗАО «ЕПРС». Далее был организован вывоз ФИО1 в Нижневартовскую окружную клиническую больницу, где пострадавшему была оказана квалифицированная медицинская помощь и назначена госпитализация.

Причиной несчастного случая явились: прочие причины, квалифицированные по материалам расследования несчастных случаев (код 015). При производстве работ по демонтажу оборудования, работник не оценил безопасность рабочего места, не определил возможную опасность и допустил собственную неосторожность (нарушение п.1.15 «Инструкция по безопасному передвижению пешим ходом ИПСР-6.003-17», утвержденная генеральным директором ЗАО «ЕПРС» ФИО7 

<

дата>); неудовлетворительный контроль за безопасным ведением работ со стороны старшего по смене ИТР ЗАО «ЕПРС» (нарушение п.2.21 «Тарифно – Квалификационная характеристика бурильщика капитального ремонта скважин», утвержденная генеральным директором ЗАО «ЕПРС» ФИО7 

<

дата>, п.2.14.2 «Должностная инструкция мастера по ремонту скважин (капитальному, подземному) №.2, утвержденная генеральным директором ЗАО «ЕПРС» ФИО7 

<

дата> (пункт 9 Акта).

Согласно пункту 10 Акта о несчастном случае лицами, допустившими нарушение требований охраны труда, являются: ФИО1 – помощник бурильщика капитального ремонта скважин 5 разряда бригады КРС № цеха ТКРС Тюменского проекта ЗАО «ЕПРС», при производстве работ по демонтажу оборудования, работник не оценил безопасность рабочего места, не определил возможную опасность и допустил собственную неосторожность, чем нарушил п.1.15 Инструкции по безопасному передвижению пешим ходом ИПСР-6.003-17, утвержденной генеральным директором ЗАО «ЕПРС» ФИО7 

<

дата>); ФИО4 – бурильщик капитального ремонта скважин 6-го разряда бригады КРС № цеха ТКРС Тюменского проекта ЗАО «ЕПРС», не обеспечил безопасное проведение работ по демонтажу, чем нарушил п.2.21 тарифно – квалификационную характеристику бурильщика капитального ремонта скважин, утвержденную генеральным директором ЗАО «ЕПРС» ФИО7 

<

дата>; ФИО3 – мастер по ремонту скважин (подземного, капитального) бригады КРС № цеха ТКРС Тюменского проекта ЗАО «ЕПРС», не осуществил должный контроль за соблюдением работником бригады требований безопасности, чем нарушил п.2.14.2 должностной инструкции мастера по ремонту скважин (капитальному, подземному) №.2, утвержденной генеральным директором ЗАО «ЕПРС» ФИО7 

<

дата>. 

Согласно медицинскому заключению от 

<

дата> №, выданному БУ «Нижневартовская окружная клиническая больница» истцу установлен диагноз: «компрессионный неосложненный перелом тела Th12- 1 степени». Согласно «Схеме определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве» указанное повреждении относится к категории тяжелых.

Материалами дела установлено, что ФИО1, в связи с полученной травмой, в период с 

<

дата> по 

<

дата> находился на стационарном лечении БУ «Нижневартовская окружная клиническая больница», в период с 

<

дата> по 

<

дата> на амбулаторном лечении в БУ «Нижневартовская окружная клиническая больница». В период с 

<

дата> по 

<

дата> и с 

<

дата> по 

<

дата> в ГБУЗ 

<

адрес> «Ишимбайская ЦРБ» на амбулаторном лечении. 

Согласно справке ВК от 

<

дата> №, ФИО1 по состоянию здоровья противопоказан подъем и перемещения тяжести сроком на три месяца с 

<

дата> по 

<

дата>. 

Обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя (ст.212 Трудового кодекса РФ).

Согласно ст.21 Трудового кодекса РФ работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном данным Кодексом, иными федеральными законами.

Согласно ст.151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд возлагает на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с п.2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная 

<

данные изъяты> и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права.

В силу п.3 ст.8 Федерального закона от 24 июля 1998г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» моральный вред, причиненный застрахованному в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, подлежит компенсации причинителем вреда.

По смыслу положений ст.151 Гражданского кодекса РФ, ст.ст.219, 220, 212 Трудового кодекса РФ, ст.8 Федерального закона «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», работодатель должным образом не обеспечивший безопасность и условия труда на производстве, является субъектом ответственности за вред, причиненный работнику, когда такой вред причинен в связи с несчастным случаем на производстве либо профессиональным заболеванием.

Согласно разъяснению, содержащемуся в п.63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со ст.237 названного Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Аналогичные критерии определения размера компенсации морального вреда содержатся и в п.8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда».

Возражая относительно заявленных исковых требований, представитель ответчика ссылался на наличие вины самого истца в причинении вреда своему здоровью, неисполнение инструкции по безопасному передвижению пешим ходом (ИПСР-0.003-17).

В соответствии с требованиями ст.230 Трудового кодекса Российской Федерации в акте о несчастном случае на производстве № от 

<

дата> подробно изложены обстоятельства и причины несчастного случая, а также указаны лица, допустившие нарушения требований охраны труда.

Согласно выводам комиссии, изложенным в акте о несчастном случае на производстве от 

<

дата>, причиной, вызвавшей несчастный случай, явился, в том числе, неудовлетворительный контроль за безопасным ведением работ со стороны старшего по смене ИТР ЗАО «ЕПРС»

Поскольку материалами дела подтверждается наличие в действиях истца неосторожности выразившейся в нарушении инструкции по безопасному передвижению пешим ходом (ИПСР-0.003-17), вместе с тем, Актом о несчастном случае на производстве № грубой неосторожности самого истца повлекшей причинение вреда его здоровью не установлено, на основании вышеуказанных норм права и фактических обстоятельств дела, суд считает, что истец получил травму при исполнении обязанностей по трудовому договору по вине работодателя, не исполнившего обязанность по обеспечению безопасности работника при осуществлении им трудовой функции. Поскольку доказательств обратного, суду не представлено, суд приходит к выводу о возложении на работодателя обязанности по возмещению морального вреда, причиненного здоровью ФИО1. 

В силу ст.1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Согласно разъяснениям, данным в п.32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Европейский суд указал на сложность задачи оценки тяжести травм для компенсации ущерба. Особенно она сложна в деле, где предметом иска является личное страдание, физическое или душевное. Не существует стандарта, в соответствии с которым боль или страдания, физический дискомфорт и душевный стресс или мучения могли быть измерены в денежной форме (Постановление от 07.07.2011 по делу Шишкина против Российской Федерации).

Учитывая степень тяжести причиненного вреда здоровью истца, длительность стационарного и амбулаторного лечения, характер и степень физических и нравственных страданий, перенесенных в результате полученной травмы, проведенное лечение, степень вины работодателя, отсутствие грубой неосторожности потерпевшего, оказание работодателем своевременной медицинской помощи и приобретение медицинских предметов для выздоровления истца, принимая во внимание, что закон не устанавливает ни минимального, ни максимального размера компенсации морального вреда, стоимость человеческих страданий не высчитывается, компенсация предназначена для сглаживания нанесенных человеку моральных травм, исходя из принципа разумности и справедливости, руководствуется вышеприведенным нормам права с учетом правовой позиции, изложенной как в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», так и Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», суд приходит к выводу о том, что требования истца о компенсации морального вреда подлежат удовлетворению частично в сумме 100000 рублей.

На основании ст.103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с закрытого акционерного общества «Ермаковское предприятие по ремонту скважин» в доход бюджета г.Нижневартовска подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 рублей. 

Руководствуясь ст.ст.103, 198, 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

РЕШИЛ:

Взыскать с закрытого акционерного общества «Ермаковское предприятие по ремонту скважин» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 100000 рублей.

Взыскать с закрытого акционерного общества «Ермаковское предприятие по ремонту скважин» в бюджет города Нижневартовска государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры в течение месяца со дня его вынесения через Нижневартовский городской суд.

Судья: подпись

Копия верна:

Судья О.Н. Байдалина

Мотивированное решение составлено 

<

дата>