Дело №

УИД 03RS0№-02

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

27 июня 2024 г. 

<

адрес>

Кармаскалинский межрайонный суд Республики Башкортостан в составе:

председательствующего судьи Иткуловой Я.А., 

при секретаре Гизатуллиной Э.Ф.,

с участием представителя истца по первоначальному иску и ответчика по встречному иску ФИО1 – ФИО2,

представителя ответчика по первоначальному иску и истца по встречному иску ФИО3 – ФИО4, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № по иску ФИО1 ФИО14 к ФИО5 ФИО15 о взыскании долга по договору займа, встречному исковому заявлению ФИО5 ФИО16 к ФИО1 ФИО17 о признании договора займа недействительным, 

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО3 о взыскании долга по договору займа, в обоснование иска указав следующее. ДД.ММ.ГГГГ между ней и ответчиком был заключен договор займа, по условиям которого ФИО3 передана в долг сумма 3 900 000 рублей, со сроком возврата – до ДД.ММ.ГГГГ. Сумма займа передана ответчику целиком наличными денежными средствами в размере 3 900 000 рублей, что подтверждается подписанным сторонами актом приема-передачи денежных средств. В установленный договором срок ответчик долг не возвратил. В связи с чем для закрытия своих долговых обязательств перед третьими лицами истец была вынуждена оформить кредит в ПАО Сбербанк на сумму 2 363 268,60 рублей под 10,334% годовых, что подтверждается договором № от ДД.ММ.ГГГГ, что повлекло за собой дополнительные расходы истца в виде уплату банку процентов за пользование кредитом За период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ сумма уплаченных процентов по кредитному договору составила 784 998,68 рублей. На направленные претензии ответчик не отвечает. 

Истец ФИО1 просит взыскать с ответчика ФИО3 в свою пользу задолженность по договору займа в размере 3 900 000 рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 1 048 097 рублей, проценты, уплаченные по кредитному договору, в размере 784 998 рублей, а также расходы по оплате услуг представителя в размере 150 000 рублей, расходы по уплате государственной пошлины в размере 36 865,50 рублей.

ФИО3 обратился в суд со встречным исковым заявлением к ФИО1 о признании договора займа от ДД.ММ.ГГГГ недействительным, в котором указал следующее. В ноябре 2020 года между ФИО3 и Корошевым ФИО18, действующим от имени и в интересах ФИО1, была достигнута договоренность о приобретении жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: РБ, 

<

адрес>, с/с Чесноковский, СНТ «Мир», участок 1. Указанные объекты ФИО1 продавала по цене 3 500 000 рублей. По итогам достигнутых переговоров между ФИО3 и ФИО6 было принято решение оформить данную сделку на сына и свата ФИО3 – ФИО5 ФИО19 и ФИО8 ФИО20, соответственно, в результате чего ДД.ММ.ГГГГ был подписан договор купли-продажи объектов недвижимого имущества. Пунктом 2.2.1 данного договора установлено, что на момент подписания договора покупатели единовременно произвели предварительную оплату в размере 100% от цены договора, путем передачи наличных денежных средств продавцу в размере 3 500 000 рублей. В тот же день – ДД.ММ.ГГГГ – документы по указанной сделке были сданы в Управление Росреестра по РБ для оформления регистрации перехода права собственности. В ходе проверки представленных документов, уполномоченным регистрирующим органом было установлено, что на момент заключения договора купли-продажи, доверенность, выданная ФИО1 – ФИО6 отменена, в результате чего переход права собственности объектов недвижимого имущества покупателям не состоялся. При этом уплаченные по договору денежные средства в размере 3 500 000 рублей не были возвращены. ФИО3 разыскал ФИО1, которая в ходе переговоров сообщила, что готова довести сделку до логического конца, но с условием – пока она не заберет у ФИО6 полученную им денежную сумму в размере 3 500 000 рублей, покупатели напрямую заплатят ей эту сумму еще раз, так как по ее мнению, участники сделки могли быть в сговоре, а в качестве гаранта по оплате стоимости покупателями объектов недвижимости выступит ФИО3, который, в свою очередь, подпишет договор займа. Воронцова также озвучила, что при разрешении ею финансовых вопросов с ФИО6, подписанный ФИО3 договор займа будет ею аннулирован. Таким образом, заключая договор займа, его стороны ФИО1 и ФИО3 фактически «маскировали» финансовые взаиморасчеты по не состоявшейся сделке купли-продажи объектов недвижимого имущества от ДД.ММ.ГГГГ, из чего следует, что спорный договор займа – является притворной сделкой, которая прикрывает сделку другого вида, на других условиях и с другим субъектным составом. На момент заключения договора займа ФИО3 находился под влиянием заблуждения относительно природы сделки и ее последствий, в частности, в силу доверия к ФИО1, которая продала объекты недвижимости близким членам семьи ФИО3

Протокольными определениями от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены ПАО Сбербанк, ФИО8 ФИО21 и ФИО5 ФИО22. 

В судебное заседание истец, ответчик и третьи лица не явились, о времени и месте его проведения извещены надлежащим образом. От ответчика и третьих лиц имеются заявления с просьбой рассмотреть дело в их отсутствие.

Представитель ФИО1 – ФИО2 в судебном заседании первоначальный иск поддержал в полном объеме, просил его удовлетворить, отказать в удовлетворении встречного искового заявления. Суду пояснил, что заключенный между ФИО1 и ФИО3 договор займа отвечает всем требованиям закона, заключен добровольно между сторонами, которые долгое время знакомы и доверяют друг другу, между ними длительные коммерческие отношения. В момент заключения договора займа ФИО1 была в 

<

адрес>, поскольку в тот же день между ФИО1 и ФИО3 также заключалась другая сделка – по купле-продаже объектов недвижимого имущества по адресу: РБ, 

<

адрес>, д. Кабаково, 

<

адрес>. Со слов ФИО1 – ФИО3 срочно необходимы были денежные средства на короткий срок. ФИО1 располагала наличными денежными средствами в необходимом ФИО3 объеме, поскольку сама планировала приобретение небольшой гостиницы, собирала денежные средства, в том числе у родных и знакомых. Поскольку она верила, что ФИО3 вернет денежные средства в срок до ДД.ММ.ГГГГ, передала ему деньги в долг ДД.ММ.ГГГГ Однако, ФИО3 деньги в положенный срок не возвратил, в связи с чем ей пришлось взять кредит в банке, чтобы совершить ранее запланированные сделки. Соответственно, она была вынуждена платить проценты по кредитному договору. На претензии, которые были направлены ФИО3, а также и его сыну ФИО7, который был в курсе заключенного договора займа, ответов не получено. Никаких действий, направленных на погашение задолженности, либо на перезаключение договора займа на других условиях, ФИО3 не совершалось. В период рассмотрения дела никаких обоснованных, надлежащим образом оформленных возражений от ФИО3 не поступило. Отметил, что несмотря на размер оборотов денежных средств, представленных в выписке по счетам ФИО3, из нее также прослеживается, что этот оборот в размере 40 млн. рублей прошли по одним и тем же счетам в течение трех дней, фактически к концу 2020 г. у ФИО3 имеется задолженность в размере 80 000 рублей, что подтверждает его нахождение в указанный период времени в крайне тяжелом финансовой ситуации и нуждаемость в денежных средствах. Доводы, приведенные во встречном исковом заявлении, направлены лишь на уход от ответственности по договору займа, фактически никак не относятся к спорному договору займа. Поскольку ФИО3 не возвратил заемные денежные средства в предусмотренный договором срок, ФИО1 имеет право требовать взыскания с него с вою пользу процентов за пользование чужими денежными средствами. Расчет указанных процентов приведен за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Также между ним и ФИО1 был заключен договор об оказании юридических услуг, стоимость которых определена сторонами в размере 150 000 рублей, однако в настоящее время у него не имеется платежных документов, подтверждающих уплату ему ФИО1 денежных средств в указанном размере. 

Представитель ФИО3 – ФИО4 в судебном заседании с иском ФИО1 не согласился, просил в его удовлетворении отказать, встречное исковое заявление поддержал по приведенным в нем доводам, просил его удовлетворить. Пояснил, что договор займа от ДД.ММ.ГГГГ его доверитель ФИО3 действительно подписал, однако, денег по нему не получал, поскольку подписание данного договора изначально не предполагало никаких предусмотренных по нему последствий. На самом деле данный договор был призван прикрыть другую сделку, которая подробно описана во встречном исковом заявлении. Также пояснил, что его доверитель познакомился с ФИО1 лишь в ноябре 2020 года, то есть незадолго до подписания спорного договора займа. Маловероятно, что ФИО1 передала бы малознакомому человеку такую крупную сумму денег в долг. Более того, ФИО3 не нуждался в денежных средствах, что, в том числе, подтверждается выписками по его счетам, из которых видно наличие у него достаточного количества денежных средств. В действительности ФИО3, подписав этот договор, лишь выступил гарантом финансовых взаиморасчетов по несостоявшейся ранее сделке от ДД.ММ.ГГГГ. И его доверитель, и ФИО1 были заинтересованы в урегулировании ранее сложившегося спора в связи с продажей объектов недвижимости в 

<

адрес> и неполучением денег от ФИО6, поэтому имели намерение совершить притворную сделку – договор займа, это являлось их целью и входило в их планы. В решении Уфимского районного суда РБ от ДД.ММ.ГГГГ (гражданское дело №) указано, что ФИО1 фактически получила денежные средства в сумме 3 500 000 рублей, так как ее волю исполнял ФИО6 Данное обстоятельство указывает, что финансовые отношения между ФИО1 и ФИО3, выступающего гарантом по сделке, фактически были исполнены, а обязательства, вытекающие из притворного договора займа – прекращены. Отметил, что ФИО1 на протяжении почти трех лет не вспоминала об этом договоре, лишь за несколько дней до истечения трехлетнего срока давности обратилась с иском в суд, что характеризует ее действия, как злоупотреблением своими правами.

Представленные суду письменные пояснения третьих лиц ФИО7, ФИО8 по своему содержанию аналогичны вышеописанной позиции представителя ФИО3 – ФИО4 

При этом, по смыслу ст. 35 ГПК РФ личное участие в судебном заседании является правом, а не обязанностью стороны.

На основании ст.9 ГК РФ, граждане и юридические лица осуществляют принадлежащие им гражданские права своей волей и в своем интересе.

При данных обстоятельствах, суд признает надлежащим извещение участников процесса о времени и месте рассмотрения дела, в связи с чем, полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся сторон, по правилам ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Суд, выслушав участников процесса, изучив материалы дела, исследовав доказательства, приходит к следующему.

В силу п. 1 ст. 9, ст. 12 ГК РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

Защита гражданских прав осуществляется, в том числе путем признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности. 

В силу положений статьи 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Согласно п. 1 и п. 3 ст. 154 ГК РФ сделки могут быть двух- или многосторонними (договоры) и односторонними. Для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонний сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).

В соответствии с п. 1 ст. 160 ГК РФ сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

В силу ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Согласно п.1 ст.807 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) по договору займа одна сторона (займодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне (заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми признаками, или ценные бумаги, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных бумаг. Если займодавцем в договоре займа является гражданин, договор считается заключенным с момента передачи суммы займа или другого предмета договора займа заемщику или указанному им лицу.

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей (п. 2 ст. 808 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 809, п. 1 ст. 810 ГК РФ заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа, в том числе с уплатой процентов, предусмотренных договором.

Судом установлено и из материалов дела усматривается, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ФИО3 заключен договор займа, по условиям которого займодавец передает заемщику денежные средства в размере 3 900 000 рублей, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) в срок до ДД.ММ.ГГГГ включительно.

Договором также предусмотрено, что займодавец обязуется предоставить заемные денежные средства заемщику путем их передачи наличными денежными средствами. Возврат полученной суммы займа осуществляется заемщиком в безналичном порядке путем перечисления денежных средств на счет займодавца, по указанным в договоре реквизитам.

Согласно акту приема-передачи денежных средств от ДД.ММ.ГГГГ по договору займа от ДД.ММ.ГГГГ заемщик ФИО3 получил от займодавца ФИО1 наличные денежные средства в размере 3 900 000 рублей по договору займа от ДД.ММ.ГГГГ.

Представителями сторон отмечено, что при составлении указанных документов в отчестве ФИО3 допущена описка, вместе правильного «Геннадиевич» в договоре и акте от ДД.ММ.ГГГГ указано неверное «Геннадьевич». В ходе судебного заседания представитель ФИО3 – ФИО4 подтвердил подписание договора займа и акта приема-передачи его доверителем в указанный в них день, а именно – ДД.ММ.ГГГГ

Согласно ст.408 ГК РФ надлежащее исполнение прекращает обязательство. Кредитор, принимая исполнение, обязан по требованию должника выдать ему расписку в получении исполнения полностью или в соответствующей части. Если должник выдал кредитору в удостоверение обязательства долговой документ, то кредитор, принимая исполнение, должен вернуть этот документ, а при невозможности возвращения указать на это в выдаваемой им расписке. Расписка может быть заменена надписью на возвращаемом долговом документе. Нахождение долгового документа у должника удостоверяет, пока не доказано иное, прекращение обязательства.

Согласно статье 60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Факт возврата долга, как и передача денежных средств по договору займа являются стадиями сделки. Следовательно, при исполнении обязательства должны соблюдаться общие правила о форме сделки и последствиях ее нарушения.

То есть, если обязательство, в данном случае, договор займа, устанавливается в письменной форме, то и его исполнение должно быть оформлено письменно. Право должника требовать от кредитора расписку при надлежащем полном или частичном исполнении обязательства установлено пунктом 2 статьи 408 ГК РФ. В противном случае он при споре лишается права ссылаться в подтверждение факта исполнения на свои или свидетельские показания.

Согласно ст. 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

В силу положений ст. 310 ГК РФ односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются.

В соответствии со статьей 812 Гражданского кодекса Российской Федерации заемщик вправе оспаривать договор займа по его безденежности, доказывая, что деньги или другие вещи в действительности от заимодавца им не получены или получены в меньшем количестве, чем указано в договоре (пункта 1).

Если договор займа должен быть совершен в письменной форме (ст. 808), его оспаривание по безденежности путем свидетельских показаний не допускается, за исключением случаев, когда договор был заключен под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя заемщика с заимодавцем или стечения тяжелых обстоятельств (пункт 2).

Из разъяснений, изложенных в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации, № (2015), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации ДД.ММ.ГГГГ, в случае спора, вытекающего из заемных правоотношений, на кредиторе лежит обязанность доказать факт передачи должнику предмета займа и то, что между сторонами возникли отношения, регулируемые главой 42 Гражданского кодекса Российской Федерации, а на заемщике - факт надлежащего исполнения обязательств по возврату займа либо безденежность займа.

Согласно статье 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Если правила, содержащиеся в части первой данной статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» разъяснено, что условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, другими положениями данного кодекса, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права.

При толковании условий договора в силу абзаца первого статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (пункт 4 статьи 10, пункт 3 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.

Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.

Значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац 1 статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование).

Толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств (пункт 43).

По смыслу абзаца второго статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при неясности условий договора и невозможности установить действительную общую волю сторон иным образом толкование условий договора осуществляется в пользу контрагента стороны, которая подготовила проект договора либо предложила формулировку соответствующего условия. Пока не доказано иное, предполагается, что такой стороной было лицо, профессионально осуществляющее деятельность в соответствующей сфере, требующей специальных познаний (например, банк по договору кредита, лизингодатель по договору лизинга, страховщик по договору страхования и т.п.) (пункт 45).Из приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, следует, что буквальное толкование не является единственным и исключительным способом толкования договора. В частности, при толковании договора судом должна быть установлена действительная общая воля сторон с учетом их взаимоотношений, включая их переписку и практику, установившуюся во взаимных отношениях. Этому же корреспондируют и положения части 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.Как установлено судом, договор займа от ДД.ММ.ГГГГ до его приобщения к материалам настоящего гражданского дела находился у займодавца, факт получения заемщиком денег в размере 3 900 000 рублей подтверждается его подписью в акте приема-передачи денежных средств от ДД.ММ.ГГГГ. При этом из буквального содержания договора и акта приема-передачи следует, что денежные средства ответчику ФИО3 были переданы, поскольку предложение «получил от ФИО1 …… наличные денежные средства в размере 3 900 000 (три миллиона девятьсот тысяч) рублей» означает, что, подписывая указанный акт, ФИО3 уже получил денежные средства. В противном случае договор и акт приема-передачи он имел бы возможность не подписать и не передавать его истцу ФИО1 Ответчиком ФИО3 не представлены суду доказательства безденежности заключенного договора займа от ДД.ММ.ГГГГ на сумму в размере 3 900 000 рублей, а также доказательства полного исполнения долговых обязательств, истцом не признается возвращенной обозначенная в договоре денежная сумма. Представленные ответчиком копия решения Уфимского районного суда РБ от ДД.ММ.ГГГГ по иску ФИО7, ФИО8 к ФИО6 о признании договора купли-продажи незаключенным и по встречному иску о признании акта приема-передачи денежных средств мнимым, а также копия решения Уфимского районного суда РБ от ДД.ММ.ГГГГ по иску ФИО1 к ФИО7, ФИО9, ФИО8, ФИО3 о взыскании убытков, в обоснование своего встречного иска о том, что написанный договор займа был составлен в качестве «маскировки» иных финансовых взаиморасчетов по несостоявшейся сделке от ДД.ММ.ГГГГ, суд не признает доказательством безденежности спорного, заключенного между сторонами в настоящем споре, договора займа от ДД.ММ.ГГГГ, поскольку данные правоотношения возникли между двумя физическими лицами, а именно ФИО1 (займодавцем) и ФИО3 (заемщиком, при этом представленные копии решений содержат сведения о разрешении иных споров, возникших у ФИО1, в том числе, с другими лицами.Участие ФИО3, наряду с другими лицами, в вышеуказанных рассматриваемых Уфимским районным судом РБ спорах с ФИО1, не свидетельствует о том, что стороны спорного договора займа, заключая его, фактически выступали в рамках достигнутых устных договоренностей по иным сделкам.Доводы представителя ответчика о наличии у ФИО3 собственных денежных средств, недоказанности его нуждаемости в денежных средствах, что отражено в исследованных судом выписках по счету ответчика и представленных им налоговых декларациях за 2020-20222г.г. сами по себе не могут свидетельствовать о безденежности и недействительности договора займа. Длительное не обращение займодавца к заемщику с требованием о возврате суммы займа, не лишает первого права на обращение с заявленными требованиями в суд в пределах срока исковой давности. Кроме того, данная категория споров не предусматривает обязательное направление претензии в качестве соблюдения досудебного порядка разрешения возникшего спора.Согласно статье 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами. Пунктом 2 статьи 812 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что если договор займа должен быть совершен в письменной форме (статья 808), его оспаривание по безденежности путем свидетельских показаний не допускается, за исключением случаев, когда договор был заключен под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя заемщика с заимодавцем или стечения тяжелых обстоятельств. Как следует из материалов дела, ФИО1 в подтверждение факта передачи денежных средств предоставила акт приема-передачи денежных средств в размере 3 900 000 рублей. По договору займа от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 обязался в срок до ДД.ММ.ГГГГ возвратить указанную сумму денег ФИО1 При этом факт составления данных договора и акта приема-передачи и авторство подписи в ней ответчиком не оспаривались.Представитель ФИО3 в судебном заседании не пояснил суду в связи с чем, ни в договоре займа, ни в акте приема-передачи денежных средств не было отражено, что они составлены и заключены во исполнение финансовых взаиморасчетов по договору купли-продажи между иными лицами, не являющимися участниками договора займа, а также, что препятствовало ФИО3, имеющему высшее образование, сферой деятельности которого, в том числе, является коммерческая деятельность, отразить надлежащим договором действительную волю при заключении договора, при том, что гражданским законодательством предусмотрено множество вариантов обязательств, которые стороны могут заключить между собой в рамках исполнения условий договора купли-продажи.Также ответчик не ссылался на какие-либо негативные последствия, или иные обстоятельства для участников договора, которые могли бы повлечь за собой наступление неблагоприятных последствий в случае оформления сделки надлежащим образом. Согласно п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).Указанный во встречном исковом заявлении довод о том, что на момент заключения спорного договора ФИО3 находился под влиянием заблуждения относительно природы сделки и ее последствий в силу доверия к ФИО1, является голословным, опровергается отраженными в этом же встречном иске доводами о том, что ФИО1 и ФИО3 «имели непосредственное намерение совершить притворную сделку – заключить договор займа», «понимали, что заключают притворный договор займа, так как это входило в их планы и являлось их целью». Более того, в ходе судебного разбирательства представитель ФИО3 – ФИО4 неоднократно утверждал, что никаких доверительных отношений между истцом и ответчиком быть не могло, поскольку на момент подписания спорного договора, они были знакомы всего два месяца. Представителем ФИО1 – ФИО2 представлена суду аудиозапись телефонного разговора между истцом и ответчиком от ДД.ММ.ГГГГ, и расшифровка данной аудиозаписи, которые были приобщены к материалам дела.Положениями статьи 55 ГПК РФ предусмотрено, что доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены, в том числе, из аудиозаписи. Согласно статье 77 ГПК РФ, лицо, представляющее аудиозапись на электронном или ином носителе, обязано указать, когда, кем и в каких условиях осуществлялась запись.

Таким образом, аудиозаписи отнесены Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации к самостоятельным средствам доказывания. Суду не были представлены исчерпывающие сведения о том, когда, кем и в каких условиях осуществлялась запись, не подтвержден факт телефонного разговора именно ФИО3 с ФИО1

Исходя из изложенного, представленная аудиозапись и расшифровка к ней не могут быть признаны судом соответствующими требованиям о допустимости доказательств. 

Судом не может быть нарушен принцип состязательности сторон, установленный статьей 12 ГПК РФ.

Распределив бремя доказывания по настоящему делу, суд предоставил ФИО3 и его представителю достаточно времени для подготовки к судебному заседанию, однако никаких иных доказательств, кроме имеющихся в материалах дела в обоснование доводов встречного искового заявления представлено не было. 

Все доводы были основаны исключительно на собственных пояснениях, не подтвержденных никакими доказательствами. В соответствии с пунктом 1 статьи 812 Гражданского кодекса Российской Федерации заемщик вправе оспаривать договор займа по его безденежности, доказывая, что деньги или другие вещи в действительности не получены им от заимодавца или получены в меньшем количестве, чем указано в договоре.

При этом в случае спора, вытекающего из заемных правоотношений, на кредиторе лежит обязанность доказать факт передачи должнику предмета займа и то, что между сторонами возникли отношения, регулируемые главой 42 Гражданского кодекса Российской Федерации, а на заемщике - факт надлежащего исполнения обязательств по возврату займа либо безденежность займа.

Таким образом, обязанность доказать безденежность договора займа, исходя из общего правила распределения обязанностей по доказыванию (ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), возлагается на заемщика.

Вместе с тем доказательств, свидетельствующих о безденежности договора займа, либо об отсутствии у ответчика заемного обязательства перед истцом, прекращении обязательства, в материалы дела не представлено.

Факт возврата долга является стадией сделки. Следовательно, при исполнении обязательства должны соблюдаться общие правила о форме сделки и последствиях ее нарушения. То есть, если обязательство, в данном случае договор займа, устанавливается в письменной форме, то и его исполнение должно быть оформлено письменно. Право должника требовать от кредитора расписку при надлежащем полном или частичном исполнении обязательства установлено пунктом 2 статьи 408 ГК РФ. В противном случае он при споре лишается права ссылаться в подтверждение факта исполнения на свидетельские показания.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что надлежащих доказательств в подтверждение возврата суммы займа ответчиком не представлено, как и не представлено доказательств безденежности договора займа, заключения его под влиянием заблуждения относительно природы сделки и ее последствий со стороны ФИО1, в соответствии с требованиями статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Согласно п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Пунктом 2 названной статьи предусмотрено, что в случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Суд считает необходимым отметить, что в день заключения договора займа – ДД.ММ.ГГГГ между сторонами, его подписавшими, также была заключена иная сделка – договор купли-продажи недвижимого имущества, расположенного по адресу: РБ, 

<

адрес>, д. Кабаково, 

<

адрес>. Указанный договор после его подписания ФИО1 и ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ был сдан в регистрационный орган для регистрации перехода права собственности.

При таких обстоятельствах суд полагает, что поведение ФИО3, подписавшего договор займа, а затем и акт приема-передачи денежных средств к договору займа, принимая во внимание совершение в этот же день между ними иной сделки, давало основания ФИО1 полагаться также на действительность сделки и по договору займа. 

В связи с этим заявленное ФИО3 требование о недействительности сделки после предъявления к нему иска о взыскании задолженности по договору займа, оценивается судом как злоупотребление правом на признание сделки недействительной.

Допустимых доказательств, позволяющих отнести рассматриваемый договор займа от ДД.ММ.ГГГГ к мнимой или притворной сделке в соответствии со статьей 170 ГК РФ, равно как и признать данную сделку, совершенную ФИО3 под влиянием существенного заблуждения в рамках статьи 178 ГК РФ, суду не представлено.

Оценив представленные доказательства в их совокупности, с учетом вышеизложенных норм права, суд приходит к выводу о доказанности истцом факта заключения договора займа и передачи денег ответчику, который в нарушение договорных обязательств их не вернул. Доказательств обратного ответчиком не представлено, достаточных оснований для признания недействительным договора займа не имеется, никаких относимых и допустимых доказательств тех оснований, с которыми закон связывает недействительность договора, ответчиком также не представлено.

При таких обстоятельствах суд находит исковые требования ФИО1 в части взыскания в ее пользу с ФИО3 задолженности по договору займа от ДД.ММ.ГГГГ в размере 3 900 000 рублей обоснованными и подлежащими удовлетворению.

В своем исковом заявлении истец ФИО1 также просит взыскать проценты на сумму займа за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ по ст. 395 ГК РФ в размере 1 048 097,05 рублей.

В соответствии со статьей 395 ГК РФ за пользование чужими денежными средствами вследствие их неправомерного удержания, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате либо неосновательного получения или сбережения за счет другого лица подлежат уплате проценты на сумму этих средств. Размер процентов определяется существующими в месте жительства кредитора или, если кредитором является юридическое лицо, в месте его нахождения, опубликованными Банком России и имевшими место в соответствующие периоды средними ставками банковского процента по вкладам физических лиц. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 37 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», проценты, предусмотренные пунктом 1 статьи 395 ГК РФ, подлежат уплате независимо от основания возникновения обязательства (договора, других сделок, причинения вреда, неосновательного обогащения или иных оснований, указанных в ГК РФ).

Пунктом 39 названного постановления разъяснено, что если иной размер процентов не установлен законом или договором, размер процентов за пользование чужими денежными средствами определяется на основании ключевой ставки Банка России, действовавшей в соответствующие периоды (пункт 1 статьи 395 ГК РФ в редакции Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 315-ФЗ "О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации").

Поскольку ответчиком не представлено доказательств полного либо частичного исполнения принятых на себя обязательств по возврату суммы займа в размере 3 900 000 рублей по договору займа от ДД.ММ.ГГГГ, суд признает обоснованными требования истца о взыскании с ответчика суммы процентов за пользование чужими денежными средства. При этом суд учитывает, что начало течения данного периода определяется днем, следующим за днем, определенным сторонами договора в качестве предельного срока возврата суммы займа – ДД.ММ.ГГГГ, то есть начало периода для расчета процентов за пользование чужими денежными средствами – ДД.ММ.ГГГГ

Учитывая ненадлежащее исполнение принятых обязательств по возврату долга, истец имеет право на взыскание процентов, установленных ст. 395 ГК РФ, производя расчет которых, суд приходит к выводу, что с ФИО3 в пользу ФИО1 подлежит взысканию сумма процентов за пользование чужими денежными средствами за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 1 047 642,94 рублей.

Оценивая требования первоначального иска о взыскании с ФИО3 в пользу ФИО1 процентов, уплаченных последней по кредитному договору в размере 784 998 рублей, суд приходит к следующему.

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ПАО Сбербанк заключен кредитный договор №, согласно условиям которого заемщик получил кредитные денежные средства в размере 4 000 000 рублей для приобретения объектов недвижимости – жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: РФ, 

<

адрес>.

Данный кредитный договор заключен после заключения договора займа между сторонами в рассматриваемом деле, в то же время – до истечения срока возврата заемных денежных средств, предусмотренного договором от ДД.ММ.ГГГГ. 

Какой-либо взаимосвязи между заключением ФИО1 кредитного договора и договора займа с ФИО3 суд не усматривает, в связи с чем обязательства ФИО1 по уплате процентов по заключенному ею кредитному договору не влекут правовых последствий для ответчика ФИО3 Следовательно отсутствуют основания и для удовлетворения в этой части иска ФИО1

При вышеуказанных обстоятельствах, учитывая отсутствие доказательств безденежности и недействительности заключенного между ФИО1 и ФИО10 договора займа, суд не находит оснований для удовлетворения встречного искового заявления о признании договора займа от ДД.ММ.ГГГГ недействительным.

Учитывая отсутствие платежных документов в обоснование заявленного ФИО1 требования о взыскании судебных расходов в размере 150 000 рублей, понесенных ею на оплату услуг представителя, принимая во внимание положения статей 98, 203.1 ГПК РФ, суд не смог рассмотреть заявленное требование по существу. 

В силу положений ст.98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика ФИО3 в пользу истца ФИО1 подлежат взысканию также расходы по оплате государственной пошлины в размере 32 938,21 рублей.

Руководствуясь ст.194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 ФИО23 к ФИО5 ФИО24 о взыскании долга по договору займа удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО5 ФИО25, паспорт №, в пользу ФИО1 ФИО26, паспорт №, задолженность по договору займа от ДД.ММ.ГГГГ в размере 3 900 000 рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 1 047 642 рубля 94 копейки, расходы по уплате государственной пошлины в размере 32 938 рублей 21 копейка.

Заявленное ФИО1 ФИО27 требование о взыскании с ФИО5 ФИО28 в ее пользу судебных расходов на оплату юридических услуг в размере 150 000 рублей – оставить без рассмотрения.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 ФИО29 отказать.

В удовлетворении требований встречного искового заявления ФИО5 ФИО30 к ФИО1 ФИО31 о признании договора займа недействительным отказать. 

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Кармаскалинский межрайонный суд Республики Башкортостан.

Судья Я.А. Иткулова

Решение в окончательной форме изготовлено ДД.ММ.ГГГГ