Дело № 2-126/2017 

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Челябинск 08 августа 2017 года

Центральный районный суд г. Челябинска в составе: 

председательствующего Г.С. Важенина,

при секретаре О.А. Поповой, 

с участием представителя ГБУЗ «Областная клиническая больница № 3» – ФИО4,

третьего лица ФИО5, 

прокурора П.В. Черепанова, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО6, ФИО7, действующей за себя, а также в интересах несовершеннолетнего ФИО8, к ГБУЗ «Областная клиническая больница №», Министерству финансов РФ, Министерству финансов Челябинской области о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО6, ФИО7, действующая за себя и за несовершеннолетнего ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ г.р., обратились, с учетом уточнений, в суд с иском к ГБУЗ «Областная клиническая больница № 3», Министерству финансов РФ, Министерству финансов Челябинской области о взыскании компенсации морального вреда: ФИО7, действуя в интересах несовершеннолетнего, просила взыскать 1 000 000 рублей, в свою пользу просила взыскать 500 000 рублей, ФИО6 просил взыскать 500 000 рублей, в связи с причинением ФИО8 травмы в результате некачественно оказанной медицинской помощи сотрудниками ГБУЗ «Областная клиническая больница № 3» и получения несовершеннолетним химического ожога руки.

Требования по иску мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ у ФИО6 и ФИО7 родился сын ФИО8. ДД.ММ.ГГГГ во время нахождения в роддоме ГБУЗ «Областная клиническая больница № 3» из-за халатности персонала больницы – медицинской сестры ФИО3, ребенок получил химический ожог левой кисти, отчего длительное время находился на стационарном лечении в других больницах с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Амбулаторное лечение продолжается до нашего времени. В результате травмы ребенку причинены физические страдания, его родителям причинены нравственные страдания, оцененные в искомом размере, который истцы просят взыскать в свою пользу солидарно с ответчиков. 

Истцы в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом, уважительных причин неявки не предоставили. 

Представитель ответчика ГБУЗ «Областная клиническая больница № 3» и третье лицо ФИО5 в судебном заседании просили в удовлетворении исковых требований отказать. 

Представители Министерства финансов РФ, Министерства финансов Челябинской области, третье лицо ФИО3 в судебное заседание не явились, просили рассмотреть дело в свое отсутствие. 

Выслушав представителя ответчика, третье лицо, заключение прокурора, полагавшего заявленные требования необоснованными, исследовав письменные материалы дела, суд считает исковые требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Судом установлено, что у ФИО8, родившегося ДД.ММ.ГГГГ, в период нахождения в роддоме ГБУЗ «Областная клиническая больница № 3» ДД.ММ.ГГГГ был диагностирован химический ожог левой кисти. 

По данному факту в ОП Калининский УМВД России по 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ в отношении неустановленных лиц возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 112 УК РФ. 

ДД.ММ.ГГГГ данное уголовное дело прекращено в связи с отсутствием в действиях ФИО3 состава преступления, поскольку не доказан умысел на причинение вреда здоровью средней тяжести. 

В ходе рассмотрения дела истцом ФИО7 было заявлено ходатайство о назначении комплексной судебно-медицинской экспертизы, с целью установления наличия либо отсутствия дефектов оказания медицинской помощи ФИО8

Данное ходатайство удовлетворено судом, проведение экспертизы поручено государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Челябинское областное бюро судебно-медицинской экспертизы».

В соответствии с выводами комиссии судебных экспертов, изложенными в заключении №, врачебным персоналом родильного дома «Областной клинической больницы №» при рождении ребенку ФИО8 был выставлен диагноз: «Задержка внутриутробного развития 3 (тяжёлой) степени, гипотрофический вариант. Вторичная острая дыхательная недостаточность 1 степени на фоне болевого синдрома. Кровоизлияние в кожу. Доношенный новорожденный с признаками морфофункциональной незрелости (гестационный возраст 38 недель». 

Длительно текущее внутриутробное нарушение развития плода является одной из наиболее частых причин снижения адаптации и перинатальной смертности (первые четыре надели жизни), которые обусловлены: большей (по сравнению со здоровыми новорожденными) потерей первоначальной массы тела и более медленным её восстановлением; длительно протекающими транзиторными желтухами; нарушениями терморегуляции; нарушением метаболизма углеводов; наличием полицитемического синдрома (повышение вязкости крови), приводящего к сердечной недостаточности, респираторным нарушениям и другим осложнениям. Учитывая наличие у ребенка ФИО8 задержки внутриутробного развития тяжелой степени, дыхательной недостаточности, признаков морфофункциональной незрелости, новорожденный правильно и обоснованно, сразу после рождения, был переведен в палату интенсивной терапии. В течении всего времени пребывания в родильном доме у ребенка были абсолютные показания для проведения ему инфузионной терапии, а именно: воспалительные изменения в общем анализе крови, склонность к развитию полицитемического синдрома, гипогликемический синдром (низкое содержание глюкозы в крови), не усваивание необходимого объема питания в течении всего периода госпитализации. Учитывая абсолютные показания для проведения инфузионной терапии, гр. ФИО8 была необходима постановка (в том числе повторная) периферического венозного катетера.

Для постановки периферических катетеров у новорожденных используются вены дорсальной дуги, которые находятся на тыле кости. Таким образом, доступ для постановки катетера гр. ФИО8 (тыльная поверхность кисти) был выбран правильно. Согласно протоколу катетеризации периферических вен, содержащемуся в истории развития новорожденного №, периферический катетер с рождения (ДД.ММ.ГГГГ) был установлен в правую кисть ребенка, и инфузия через данный катетер продолжалось до ДД.ММ.ГГГГ, затем катетер был удален из-за отсутствия функционирования. Так как сохранялась необходимость проведения ребенку инфузионной и антибактериальной терапии, ДД.ММ.ГГГГ был установлен внутривенный периферический катетер в левую кисть, который был удален ДД.ММ.ГГГГ в 17:00. Показанием для удаления катетера из вены на левой кисти явилась местная реакция кожи в месте стояния катетера, описанная в протоколе катетеризации как «отек». Через три часа после удаления катетера дежурным неонатологом кожные покровы тыльной поверхности кисти были охарактеризованы следующим образом: «… с тыльной стороны левой кисти участок эрозии (ожоговая поверхность от спиртового шарика диаметром 3,5 см), без отека…».

Позже, врачами комбустиологами и хирургами МУЗ «Детская городская клиническая больница №8» и ГБУЗ «Челябинская областная детская клиническая больница» повреждение на левой кисти гр. ФИО8 было обозначено как «некроз кожи тыльной поверхности кисти», новорожденному был выставлен диагноз «химический ожог левой кисти III Б степени».

Каких – либо указаний на то, что обработка кожи новорожденного производилась 70% этиловым спиртом, в представленных медицинских документах не содержится. Одновременно с этим, в истории развития новорожденного есть запись о том, что обработка кожи была произведена «Диасептиком». «Диасептик» - это кожное дезинфицирующее средство, которое содержит в своем составе в качестве действующих веществ – изопропанол (изопропиловый спирт) и полигексаметиленбигуанид гидрохлорид, а так же функциональные добавки - кондиционер воды, эмульгатор, смягчающие добавки, витамин Е и воду питьевую деионизированную.

ДД.ММ.ГГГГ, во время проведения ребенку операции на левой кисти, врачом-хирургом было отмечено – «… освежены края раны и удалена измененная клетчатка…». Из этого следует, что повреждение тканей кисти ребенка захватывало кожу и глубжележащие ткани, что нехарактерно для ожогов органическими спиртами (как этиловым, так и изопропиловым). Отсутствие отека левой кисти уже через несколько часов после образования повреждения так же не характерно для химического ожога, поскольку ожоги органическими спиртами и кислотами всегда сопровождаются длительными выраженными отеками кожи. В представленных медицинских документах нет каких – либо указаний на индивидуальную непереносимость спирта ребенком, так как место постановки катетера на другой кисти обрабатывалось тем же антисептиком. Да и в случае непереносимости спирта, повреждение на кисти сопровождалось бы аллергическим отеком.

Подобное развитее некроза на тыле кисти ребенка, возможно, при попадании лекарственных препаратов в подкожно – жировую клетчатку. В таких случаях происходит асептический некроз подкожной клетчатки и мелких сосудов, питающих кожу над этим участком. В результате происходит возникновение ишемических пузырей, которые очень сложно отличить от ожоговых. После вскрытия пузыря эрозия быстро высыхает и превращается в плотный струп. В пользу ишемического некроза свидетельствует тот факт, что площадь повреждения на кисти в первые несколько дней уменьшилась, что возможно за счет восстановления кровообращения на периферических участках кожи. При контактных и химических ожогах площадь повреждения, в основном, остается неизменной. Отсутствие отека в месте поражения свидетельствует так же о том, что количество попавшего в ткани лекарственного препарата было незначительным, то есть, заметить момент попадания препарата в подкожную клетчатку было практически невозможно. В обычной практике попадание небольшого количества инфузионного раствора в подкожную клетчатку компенсируется организмом самостоятельно и постепенно рассасывается, не вызывая образования повреждений. Следует так же отметить, что для лечения новорожденного ФИО8 гиперосмолярные (неразведенные) растворы не использовались.

В настоящем случае наиболее вероятной причинной образования у ребенка некроза кожи левой кисти в месте стояния периферического катетера явилась совокупность факторов, взаимно отягощающих друг- друга, серди которых: попадание незначительного количества лекарственных препаратов в подкожно - жировую клетчатку; анатомно- физиологическая особенность кровоснабжения на тыльной поверхности кисти, которые приводят к замедлению и нарушению тока крови и являются наиболее частой локализацией возникновения тромбов; наличие у ребенка внутриутробной гипоксии и тяжелой гипотрофии, при которых стенки мелких сосудов становятся тонкими, хрупкими и проницаемыми, что способствует выпотеванию любой жидкости из сосудов в окружающую ткань; на рушение нервной регуляции и реологических характеристик крови у ребенка с морфофункциональной незрелостью.

Комиссия экспертов считает необходимым отметить, что попадание вводимых растворов в подкожно- жировую клетчатку кисти новорожденного могло произойти в результате нескольких причин: выход периферического катетера из вены, разрыв мелкой вены во время введения препаратов, выпотевание лекарственных препаратов из вены в окружающую ткань. Установить точную причину попадания незначительного количества лекарственных препаратов в подкожно - жировую клетчатку левой кисти ребенка, в рамках настоящей экспертизы, не представляется возможным, в связи с чем, расценивать данное состояние как дефект медицинской помощи, допущенный при катетеризации периферической вены ребенка, будет неправомочным. Как было отмечено выше, новорожденный нуждался в проведении инфузионной терапии по абсолютным показаниям.

Под понятием «вред здоровью» понимается умаление здоровья человека, обусловленное травмой, заболеванием или патологическим состоянием, объективно проявляющееся признаками нарушения функции организма в сравнении с теми, которые имели место до совершения нарушения функции организма в сравнении с теми, которые имели место до совершения противоправного действия. Согласно пункту 25 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека (утв. Приказом МЗ и СР РФ от 24.04.2008 №194н), ухудшение состояние здоровья человека рассматривается как причинение вреда здоровью, если это ухудшение обусловлено дефектом оказания медицинской помощи.

Настоящим экспертным исследованием дефектов оказания медицинской помощи гр. ФИО8 в родильном доме ГБУЗ «Областная клиническая больница №3» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, а так же на последующих этапах ее оказания, выявлено не было. Медицинская помощь в родильном доме новорожденному была оказана правильно, своевременно и в полном объеме.

Как было отмечено выше, причиной наступления неблагоприятного исхода в виде некроза кожи тыльной поверхности левой кисти гр. ФИО8 явилась совокупность различных факторов. Следует отметить, что в отдельности, ни один из перечисленных факторов, в силу своей недостаточности, не мог вызвать наступление неблагоприятного исхода. Таким образом, ни один из указанных факторов, нельзя поставить в прямую причинно-следственную связь с неблагоприятным исходом в виде образования некроза кожи.

Согласно представленным медицинским документам, гр. ФИО8 в ГБУЗ «Областная клиническая больница №3» оказывалась медицинская помощь, направленная на предотвращение развития патологического процесса на коже левой кисти. При установлении того факта, что периферический катетер плохо работает, последний был удален. Асептическая повязка, наложенная на левую кисть, предотвратила развитее воспаления и нагноения. Ребенку в течение всего периода времени пребывания в родильном доме проводилась интенсивная терапия, направленная на общее улучшение кровообращения, что является патогенетическим и в случае возникновения подобного патологического процесса на кисти. Дальнейшая хирургическая тактика так же была выбрана максимально щадящая и соответствовала общему состоянию ребенка. Лечение повреждения левой кисти гр. ФИО8 после выписки его из родильного дома на всех этапах было правильным и своевременным.

Любые иные мероприятия не оказали бы существенного виляния на развитие патологического процесса. 

ФИО9 Е.С. в дополнительных диагностических мероприятиях для устранения правильного диагноза не нуждался. При ограниченных неосложненных ожогах, равно как и при ограниченных неосложненных некрозах кожи, дополнительных клинических и лабораторных исследований не проводится.

У суда не имеется оснований не доверять заключению экспертов, предупрежденных об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, квалификация которых в области медицинской деятельности у суда не вызывает сомнений. Данное заключение, проведенное комиссией экспертов на основе тщательного изучения материалов гражданского дела и медицинской документации, является полным и мотивированным, содержит обоснование приведенных выводов, подробный анализ качества оказания ФИО8 медицинской помощи на всех ее этапах, сомнений в своей достоверности не вызывает, в связи с чем суд ему доверяет и учитывает при принятии решения.

Кроме того, выводы экспертов согласуются и с результатами рецензий специалистов ФИО1 и ФИО2, приобщенными в дело по ходатайству ответчика (л.д. 

Согласно ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно правовой позиции, изложенной в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. В случаях, специально предусмотренных законом, вред возмещается независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, пункт 1 статьи 1095, статья 1100 ГК РФ). 

Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

По смыслу закона (ст. 1100 ГК РФ), по общему правилу основанием для наступления деликтной ответственности и компенсации морального вреда в случае его причинения ненадлежащим оказанием медицинских услуг, является наличие юридического состава: а именно установление обязательной совокупности следующих юридических фактов: наличия противоправных действий, наступления вреда, вины причинителя вреда, а также прямой причинно-следственной связи между противоправными деяниями и вредом. 

В силу ч. 1 ст. 12 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

Согласно ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Вместе с тем, достоверными, допустимыми и достаточными доказательствами подтверждается отсутствие вины ответчиков в причинении вреда ФИО8 при заявленных в иске основаниях и обстоятельствах.

Требования ФИО6 и ФИО7, действующей в своих интересах, фактически производны от требований о компенсации вреда, причиненного ФИО8

При таких обстоятельствах оснований для удовлетворения исковых требований суд не находит. 

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ,

РЕШИЛ.

В удовлетворении исковых требований ФИО6, ФИО7, действующей за себя, а также в интересах несовершеннолетнего ФИО8, к ГБУЗ «Областная клиническая больница № 3», Министерству финансов РФ, Министерству финансов Челябинской области о компенсации морального вреда – отказать. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Челябинский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме через Центральный районный суд г. Челябинска.

Председательствующий п/п Г.С. Важенин 

Копия верна. Решение не вступило в законную силу.

Судья Г.С. Важенин

Секретарь О.А. Попова

Решение вступило в законную силу. 

Судья Центрального

Районного суда г. Челябинска Г.С. Важенин