Судья Демьянов А.Е. Дело № 22-107/2026

УИД 76RS0024-01-2024-000896-90

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. Ярославль 21 января 2026 года

Ярославский областной суд в составе:

председательствующего Груздевой О.В.,

при ведении протокола помощником судьи Никитиной А.А.,

с участием прокурора Погуляева И.В.,

представителя потерпевшего – адвоката Степановой Л.М.,

осужденных ФИО5 Р.о, ФИО6 А.о,

защитников – адвокатов Воронина В.В., Сентищевой Е.В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу представителя потерпевшего ФИО2 – адвоката Степановой Л.М. на приговор Фрунзенского районного суда г. Ярославля от 21 ноября 2025 года, которым

ФИО5, судимый:

23 декабря 2022 года Кировским районным судом г. Ярославля по ч.3 ст.264 УК РФ к 2 годам лишения свободы, на основании ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком в 2 года, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортным средством на 2 года, снят с учета УИИ 23 декабря 2024 года в связи с истечением испытательного срока, 09 января 2025 года в связи с отбытием дополнительного наказания;

осужден:

по п. «г» ч.2 ст. 112 УК РФ к 2 годам лишения свободы.

На основании ст.73 УК РФ назначенное наказание постановлено считать условным с испытательным сроком 2 года.

В соответствии с ч.5 ст.73 УК РФ возложено исполнение обязанностей: не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного – уголовно-исполнительной инспекции (УИИ) по месту жительства осужденного; являться на регистрацию в УИИ по месту жительства один раз в месяц – в день и время, указанное уголовно-исполнительной инспекцией.

Приговор Кировского районного суда г. Ярославля от 23 декабря 2022 года в отношении осужденного ФИО5 Р.о признан исполненным самостоятельно.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения.

ФИО6, не судимый,

осужден:

по п.п. «г,з» ч.2 ст. 112 УК РФ к 1 году 8 месяцам лишения свободы.

На основании ст.73 УК РФ назначенное наказание постановлено считать условным с испытательным сроком в 1 год 6 месяцев.

В соответствии с ч.5 ст.73 УК РФ возложено исполнение обязанностей: не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного – уголовно-исполнительной инспекции (УИИ) по месту жительства осужденного, являться на регистрацию в УИИ по месту жительства один раз в месяц, в день и время, указанное уголовно-исполнительной инспекцией.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу, оставлена без изменения.

По делу определена судьба вещественных доказательств.

Заслушав выступления представителя потерпевшего – адвоката Степановой Л.М., в поддержание доводов апелляционной жалобы, мнение осужденных ФИО5 Р.о, ФИО6 А.о, их защитников – адвокатов Воронина В.В. и Сентищевой Е.В., прокурора Погуляева И.В., об оставлении приговора без изменения, суд апелляционной инстанции

У С Т А Н О В И Л :

ФИО5 Р.о и ФИО6 А.о осуждены за совершение умышленного причинения средней тяжести вреда здоровью человека – потерпевшему ФИО2 , группой лиц; кроме того, ФИО6 А.о, в том числе, за умышленное причинение иного средней тяжести вреда здоровью человека – тому же потерпевшему, с применением предмета, используемого в качестве оружия.

Преступление совершено 20 июня 2023 года в г. Ярославле при обстоятельствах, подробно приведенных в приговоре.

Согласно приговору, ФИО5 Р.о и ФИО6 А.о свою вину по предъявленному обвинению признали частично.

В апелляционной жалобе представитель потерпевшего – адвокат Степанова Л.М. считает приговор не обоснованным, а назначенное осужденным наказание несправедливым, не соответствующим тяжести совершенного преступления, а также личности осужденных, вследствие чрезмерной мягкости.

Утверждает, что предварительное расследование по делу было проведено не в полном объёме, не были проведены очные ставки, не проверены многие факты, не устранены противоречия, не приобщены вещественные доказательства. Потерпевший, по мнению автора жалобы, только чудом остался жив, в связи с чем, органом следствия была дана неверная квалификация действиям осужденных.

Полагает, что действия осужденных подлежали квалификации по ч.1 ст. 111 УК РФ, поэтому постановлением Фрунзенского районного суда г. Ярославля от 21 февраля 2025 года уголовное дело было возвращено прокурору Фрунзенского района г. Ярославля для устранения препятствий его рассмотрения судом в порядке ст.ст. 237, 256 УПК РФ. Апелляционным постановлением Ярославского областного суда от 16 мая 2025 года постановление Фрунзенского районного суда от 21 февраля 2025 года было отменено, что, по мнению автора жалобы, является незаконным. 10 июня 2025 года потерпевшим была подана кассационная жалоба на апелляционное постановление Ярославского областного суда от 16 мая 2025 года. Постановлением Второго кассационного суда общей юрисдикции от 09 июля 2025 года кассационная жалоба была возвращена без рассмотрения по основаниям, изложенным в ч. 2 ст. 389.2 УПК РФ, что противоречит положениям ч. 3 ст. 389.2 УПК РФ.

Обращает внимание суда апелляционной инстанции на то, что судом не было учтено право потерпевшего, установленное ч.3 ст. 389.2 УПК РФ, в связи с чем, постановление о возвращении кассационной жалобы вынесено с существенным нарушением уголовно-процессуального законодательства и должно подлежать отмене.

Приводит доводы о несогласии с апелляционным постановлением Ярославского областного суда, которым отменено постановление Фрунзенского районного суда г. Ярославля о возвращении уголовного дела прокурору.

Сообщает, что в ходе предварительного расследования уголовного дела надзирающей прокуратурой было вынесено требование об устранении нарушений уголовно-процессуального законодательства от 10 июня 2024 года. Однако, несмотря на то, что эти нарушения органом следствия не были устранены, обвинительное заключение было утверждено прокурором. Судом апелляционной инстанции, отменившей постановление о возвращении уголовного дела прокурору, не было дано надлежащей правовой оценки данному факту.

При рассмотрении уголовного дела судом, отмечает автор жалобы, было установлено, что удар по левой руке потерпевшему ФИО6 А.о нанес не тем предметом, который указан в обвинительном заключении, как «отрезок металлической трубы», а иным предметом - металлической монтировкой. Считает, что данный факт имеет существенное значение по делу, поскольку указанные предметы не являются идентичными. Монтировка, как орудие преступления, была приобщена в материалы уголовного дела непосредственно в судебном заседании. На этапах предварительного следствия и дознания, монтировка не изымалась, не исследовалась и не приобщалась, также, как и не изымался и не исследовался отрезок металлической трубы, который на протяжении всего времени совершения преступления находился в руках у свидетеля ФИО3

Обращает внимание суда апелляционной инстанции на то, что отрезок металлической трубы находился в руках именно у ФИО3 , а не у подсудимого ФИО6 А.о, что также, подтверждается вещественным доказательством – видеозаписью события преступления. Считает, что в данном случае имеет место подмена понятий и самого вещественного доказательства, т.к. есть ещё одно лицо, которое непосредственно им располагало, что описано в обвинительном заключении как орудие преступления.

Рассуждает о том, что труба – полый предмет, монтировка – цельный предмет, монтировка тяжелее трубы почти в два раза. Утверждает, что данный факт имеет важное значение, поскольку осужденный ФИО6 А.о, нанося удар потерпевшему, целился целенаправленно ему в голову, и, если бы потерпевший не выставил на защиту левую руку, удар пришёлся бы в голову, что могло повлечь за собой летальный исход, поскольку монтировка весит почти 2 кг.

Заявляет о том, что два разных по весу, размеру и внешнему виду предмета отождествлять нельзя, в обвинительном заключении неверно указан предмет, использованный в качестве оружия.

Обращает внимание суда апелляционной инстанции на то, что потерпевший неоднократно ходатайствовал о переквалификации преступления на ст. 111 и на ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ – умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, выразившееся в неизгладимом обезображивании лица и покушение на убийство.

Сообщает, что в показаниях свидетеля ФИО4, указано, что, зачинщик преступления – ФИО3 , вбегая на склад, кричал группе Р-вых: «Бейте его до смерти», что, по мнению автора жалобы, свидетельствует о совершении осужденными именно покушения на убийство.

Отмечает, что такие же показания ФИО4 давал и в суде (т.4 л.д.90), однако в приговоре данный факт не отражен и, вопреки требованиям уголовно-процессуального закона, судом первой инстанции оставлен без оценки.

Автор жалобы отмечает, что суд, ссылаясь на показания свидетеля ФИО4 недоверия им не выразил, сознательно не сослался на «самые важные показания свидетеля ФИО4» о том, что ФИО3 кричал: «Бейте его до смерти»», чем нарушил право потерпевшего на защиту.

Отмечает, что в ходе расследования ни органом дознания, ни органом следствия не были обнаружены и приобщены в материалы дела имеющие существенное значение вещественные доказательства, а именно: железный прут, запирающий ворота помещения склада, который в начале драки вынул из ворот ФИО3 ФИО51, длинной 84 см.; железная монтировка, которой обвиняемый ФИО6 А.о нанёс удар потерпевшему по руке, длиной 75 см, чем причинил потерпевшему телесные повреждения, указанные в заключении судебно-медицинской экспертизы.

При исследовании видеозаписи (Диск «Драка 2»), отмечает автор жалобы, указанный выше предмет – монтировка находилась в руках ФИО5 Р.о, в дальнейшем, монтировку использовал ФИО6 А.о при попытке нанесения удара потерпевшему по голове. ФИО1 на протяжении всего происходящего, перемещается по территории и в помещении склада с железным прутом, что подтверждается приобщенной к материалам дела видеозаписью (диск «Драка 2»).

При проведении судебно-медицинской экспертизы тяжести вреда здоровью, причиненного потерпевшему, установлено, что у него имеются телесные повреждения являющиеся неизгладимыми. Считает, что судом не дано надлежащей правовой оценки заключению судебно-медицинской экспертизы, где говорится о неизгладимости и проигнорированы ходатайства потерпевшего о переквалификации действий осужденных на ст. 111 УК РФ. Кроме того, суд безосновательно отказал и в удовлетворении ходатайств потерпевшего о вызове в качестве эксперта для дачи разъяснений и о проведении дополнительной судебно-медицинской экспертизы.

Критикует вывод суда о том, что рубец не обезображивает лицо потерпевшего. Утверждает, что это является оценочным суждением и, обезображивает рубец лицо или нет, может решать лишь сам потерпевший, который теперь на всю жизнь является носителем рубца и чёрной подглазины, образовавшейся вследствие его появления.

На основании анализа показаний осужденных и свидетелей заключает, что осужденные действовали группой лиц по предварительному сговору. Из показаний осужденных следует, что они и другие . приехали на склад овощной базы, предварительно созвонившись по телефону. Кроме того, если исследовать видеозапись события, при появлении на складе, группа ФИО14 сразу же начала драку, без выяснения каких-либо обстоятельств и мирного, с их слов, урегулирования конфликта. Полагает, что у группы ФИО14 уже был сговор о том, что, когда они приедут на склад, они будут наносить побои потерпевшему.

Обращает внимание, что частичное возмещение морального вреда потерпевшему было произведено осужденными перед последним словом подсудимого, то есть на финальной стадии судебного разбирательства и не в том размере, в котором действительно был причинён моральный вред.

В нарушение правовых позиций, приведенных в п. 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2016 № 55 «О судебном приговоре», суд не исследовал и не мотивировал вопрос «почему снизил наказание осужденным», не указал мотивы, по которым пришел к выводу о необходимости назначения условного осуждения.

Автор жалобы считает применение правил ст. 73 УК РФ при назначении наказания осужденным немотивированным, незаконным, необоснованным и несправедливым.

Обращает внимание на то, что суд апелляционной инстанции в силу правовых позиций, приведенных в п. 36 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.06.2010 № 17 “О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве” должен дать оценку всем содержащимся в жалобе доводам. Просит об отмене приговора, возвращении уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

В возражениях на апелляционную жалобу представителя потерпевшего – адвоката Степановой Л.М. защитник осужденного ФИО5 Р.о – адвокат Воронин В.В. считает приговор законным и обоснованным и не подлежащим ни отмене, ни изменению.

Проверив материалы уголовного дела, выслушав участников процесса, обсудив доводы апелляционной жалобы представителя потерпевшего – адвоката Степановой Л.М., суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Уголовное дело рассмотрено с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон; потерпевшему и его представителю предоставлены равные со стороной защиты возможности для реализации своих прав; заявленные участниками процесса ходатайства разрешены по существу в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, по всем ходатайствам приняты основанные на законе и мотивированные решения.

Существенных нарушений уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения прав участников уголовного судопроизводства, в том числе потерпевшего, повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, при рассмотрении уголовного дела судом не допущено.

Обвинительный приговор соответствует требованиям ст. ст. 303, 304, 307 - 309 УПК РФ, содержит описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины осужденных, их мотивов, целей и последствий преступления, доказательства, на которых основаны выводы суда, а также мотивы, по которым суд отверг иные доказательства.

Вопреки доводам апелляционной жалобы представителя потерпевшего, выводы суда о виновности ФИО5 Р.о и ФИО6 А.о, в объеме, указанном в приговоре, соответствуют установленным судом фактическим обстоятельствам и подтверждаются совокупностью исследованных при разбирательстве по делу и приведенных в приговоре доказательств.

Доводы потерпевшего и его представителя о неверной правовой оценке действий осужденных и наличии оснований для возвращения уголовного дела прокурору, в том числе для утяжеления обвинения, тщательно проверялись судом первой инстанции и обоснованно отвергнуты на основании анализа и оценки представленных сторонами доказательств.

Фактические обстоятельства по делу судом первой инстанции установлены правильно.

Вина осужденных в объеме, указанном в приговоре, подтверждается признательными показаниями осужденных ФИО5 Р.о, ФИО6 А.о, показаниями потерпевшего ФИО2 , свидетелей Свидетель №3 ., Свидетель №1 ., ФИО15 ФИО24., Свидетель №2 .., Свидетель №4 ., Свидетель №6 ., Свидетель №5 ., ФИО3 ., совокупностью письменных материалов уголовного дела, исследованных судом.

Согласно заключению основной и дополнительной судебно-медицинской экспертизы, у ФИО2 . имелись: а) закрытая черепно-мозговая травма: по одному кровоподтеку на веках правого и левого глаз, кровоизлияние на белочной оболочке левого глаза с наружной стороны в нижнем полюсе, подкожные гематомы в лобной области справа, лобно-теменной области справа и в левой скуловой области, рана на нижнем веке левого глаза, закрытый оскольчатый перелом передней (наружной) стенки лобной пазухи справа, сотрясение головного мозга; б) травма левой руки: массивный циркулярный (на всех поверхностях) кровоподтек на левой руке от верхней трети плеча до нижней трети предплечья, рана на задней поверхности левого предплечья в верхней трети и кнутри, с нарушением функции движения в ней и хвата кисти; в) кровоподтеки на передней поверхности груди слева в проекции крыла большой грудной мышцы, в левой подвздошной области по передне-подмышечной линии, ссадины в левой подвздошной области.

Закрытая черепно-мозговая травма и травма левой руки не относятся к вреду здоровья, опасному для жизни человека, не сопровождались в своем течении угрожающим для жизни состоянием, в своем исходе не привели к значительной стойкой утрате общей трудоспособности не менее, чем на одну треть. Данные травмы как в совокупности, так и по отдельности повлекли длительное расстройство здоровья (более 21 дня) и по этому признаку причиненный вред здоровью относится к средней тяжести (в соответствии с п.7.1 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных Приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24.04.2008 № 194н).

На основе анализа представленных сторонами доказательств, в том числе просмотренной в судебном заседании видеозаписи исследуемых событий, суд первой инстанции верно установил, что черепно-мозговая травма, относящаяся к вреду здоровью средней тяжести, потерпевшему ФИО2 причинена совместными действиями осужденных ФИО6 А.о и ФИО5 Р.о, то есть группой лиц; а травма левой руки потерпевшему ФИО2 причинена ФИО6 А.о, с применением металлического предмета в виде монтажки-монтировки.

В приговоре приведен всесторонний анализ доказательств, на которых суд основывал свои выводы. Доказательства, положенные в основу приговора, согласуются между собой и не содержат существенных противоречий, получены с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации. Всем доказательствам дана оценка, соответствующая требованиям ст.ст.17, 87, 88 УПК РФ.

Судом верно действия ФИО6 А.о квалифицированы по п.п. «г,з» ч.2 ст. 112 УК РФ как умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью, не опасного для жизни человека, и не повлекшего последствий, указанных в статье 111 УК РФ, но вызвавшего длительное расстройство здоровья, группой лиц, с применением предмета, используемого в качестве оружия; действия ФИО5 Р.о по п. «г» ч.2 ст. 112 УК РФ как умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью, не опасного для жизни человека, и не повлекшего последствий, указанных в статье 111 УК РФ, но вызвавшего длительное расстройство здоровья, группой лиц.

Доводы, изложенные представителем потерпевшей – адвокатом Степановой Л.М. в апелляционной жалобе, были тщательно проверены судом первой инстанции и обоснованно отвергнуты.

Действительно, согласно заключению судебно-медицинской экспертизы, одно из повреждений на лице у потерпевшего ФИО2 – рубец на нижнем веке левого глаза, является следствием заживления раны, то есть неизгладимым. Вместе с тем, для признания в действиях виновных признаков состава преступления, предусмотренного ст. 111 УК РФ, необходимо обязательное наличие обезображивания лица.

Аналогичные доводы проверялись в ходе предварительного и судебного следствия и своего подтверждения не нашли. Все ходатайства потерпевшего и его представителя рассмотрены и следователем и судом в установленном уголовно-процессуальным законом порядке. Вопреки доводам жалобы, одного лишь мнения самого потерпевшего об обезображивании его лица, для квалификации действий виновных по ст. 111 УК РФ недостаточно.

Потерпевший присутствовал в заседании суда первой инстанции, судом исследованы его фотографии. Выводы суда об отсутствии обезображивания лица потерпевшего, образовавшимся в результате преступных действий осужденных рубцом, суд апелляционной инстанции считает правильными и соглашается с ними.

Заключение основной и дополнительной судебно-медицинской экспертизы выполнено незаинтересованным в исходе дела лицом – государственным судебным экспертом ГУЗ «Ярославское областное бюро судебно-медицинской экспертизы», обладающим специальными познаниями, значительным опытом работы, его выводы мотивированы, научно обоснованы и не противоречат иным собранным по делу доказательствам. Само заключение эксперта составлено в соответствии с требованиями ст.204 УПК РФ, в пределах поставленных вопросов, входящих в компетенцию эксперта. Исследовательская часть заключения соответствует предъявляемым законом требованиям, имеются и содержание, и результаты проведенного исследования с описанием примененных методов и всех этапов действий эксперта. Выводы эксперта подробны, конкретны и однозначны, надлежащим образом аргументированы, ясны и понятны, не содержат каких-либо противоречий, не вызывают сомнений в своей объективности. Оснований для допроса эксперта в разъяснение сделанных выводов, суд обоснованно не усмотрел. Исследовав все необходимые медицинские документы и результаты обследований потерпевшего ФИО2 , эксперт сделал однозначный вывод об отсутствии оснований для квалификации причиненного потерпевшему вреда здоровью как тяжкого.

Суд обоснованно пришел к выводу о том, что черепно-мозговая травма потерпевшему, относящаяся к вреду здоровью средней тяжести, причинена осужденными совместно, группой лиц. Они оба в одно и тоже время наносили удары в голову, видели действия друг друга.

В тоже время, вопреки доводам жалобы, на что справедливо указал суд первой инстанции, оснований для квалификации преступных действий осужденных по признаку группы лиц по предварительному сговору, не имелось.

Осужденные наличие предварительного сговора отрицают, никто из иных участников и свидетелей происшедшего очевидцами такого сговора не был. Судом установлено, что на место происшествия ФИО6 А.о и ФИО5 Р.о прибыли в разное время и между собой не созванивались. Суд совершенно верно признал виновным в причинении травмы левой руки, относящейся к вреду здоровью средней тяжести, лишь ФИО6 А.о, который использовал предмет – металлическую монтажку-монтировку в качестве оружия.

Такие выводы суда основаны на детальном и тщательном анализе представленных сторонами доказательств и соответствуют требованиям уголовного закона.

Никаких доказательств, вопреки доводам жалобы представителя потерпевшего, для квалификации действий осужденных по ч.3 ст. 30, ч.1 ст. 105 УК РФ, по делу не имеется.

Доводы адвоката Степановой Л.М. о том, что осужденный ФИО6 А.о, замахиваясь на ФИО2 , целился в голову и имел умысел на убийство, не основаны на материалах дела.

При нанесении ударов потерпевшему ФИО2 осужденные ФИО6 А.о и ФИО5 Р.о такого намерения не высказывали. В момент нанесения ФИО6 А.о удара монтажкой-монтировкой потерпевшему, сам потерпевший ФИО2 , держал в руках швабру.

Как следует из видеозаписи, первый удар монтажкой-монтировкой пришелся по швабре, а второй по руке. Сам осужденный ФИО6 А.о показал, что монтажкой-монтировкой нанес удар, чтобы выбить швабру из рук ФИО2 , первый удар пришелся по палке, а второй по левой руке.

Из видеозаписи также следует, что после нанесения ударов ФИО2 находился на ногах, передвигался, что было очевидно для осужденных.

Вопреки доводам жалобы, не все ФИО14, прибывшие на место происшествия, применяли насилие к ФИО2 . ФИО2 о том, что он слышал как ФИО3 кричал: «Выносите труп ФИО16 из помещения» и ФИО15 ФИО24о, что ФИО14 ФИО25о кричал: «Бейте до смерти», - выводы суда под сомнение не ставят и на правовую оценку действий осужденных не влияют.

ФИО3 .., когда осужденные наносили удары ФИО2 , находился рядом, тоже держал в руках металлический предмет, однако ударов им потерпевшему не наносил и в причинении повреждений, которые повлекли вред здоровью потерпевшего, наряду с осужденными, участия не принимал.

Суд первой инстанции установив, что при нанесении удара по руке потерпевшему ФИО6 А.о использовал металлический предмет в виде монтажки-монтировки, обоснованно уточнил это обстоятельство при описании деяния, признанного судом доказанным. Такое уточнение, обстоятельств предъявленного осужденному ФИО6 А.о обвинения, существенно не изменяет, положения ст. 252 УПК РФ, права осужденного и потерпевшего не нарушает.

Проверка законности решений, принимаемых судом кассационной инстанции, в полномочия апелляционного суда не входит.

Представленных сторонами доказательств было достаточно для вынесения законного и обоснованного приговора. Оснований для возвращения уголовного дела прокурору суд апелляционной инстанции не находит.

Таким образом, все представленные сторонами доказательства суд первой инстанции оценил в полном соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, по своему внутреннему убеждению и совокупности имеющихся в уголовном деле доказательств. Оценка данных доказательств иным образом не основана на законе, а ее обоснование носит субъективный характер.

Вынесение одним и тем же судьей постановления о возвращении уголовного дела прокурору, а затем и приговора, соответствует правовым позициям, приведенным в п. 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 39 от 17.12.2024 «О практике применения судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих основания и порядок возвращения уголовного дела прокурору» и нарушением уголовно-процессуального закона не является.

При назначении наказания суд учел требования ст.ст.6, 34, 43, 60 УК РФ, в том числе характер и степень общественной опасности совершенного преступления, характер и степень фактического участия каждого в совершении группового преступления, данные о личности, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, влияние назначенного наказания на исправление осужденных, условия жизни их семей.

К смягчающим наказание осужденных обстоятельствам суд отнес полное признание вины, в объеме, указанном в приговоре, раскаяние в содеянном, активное способствование в расследовании преступления, частичное возмещение потерпевшему морального вреда, причиненного преступлением; осужденному ФИО6 о еще и отсутствие судимостей, наличие троих малолетних детей у виновного; осужденному ФИО5 о явку с повинной.

Исследуя личность осужденных суд принял во внимание, что они оба совершили умышленное преступление средней тяжести, по месту жительства характеризуются удовлетворительно, жалоб и заявлений в полицию на их поведение в быту или в общественных местах не поступало, на учетах у врачей нарколога и психиатра не состоят.

Суд учел наличие благодарственных писем, адресованных ФИО6 о, и ФИО5 о, из которых следует, что ФИО6 о оказывал помощь в проведении церковного праздника в приходе церкви; ФИО5 о многократно в городских школах № и № участвовал в проведении просветительской деятельности в сфере безопасности дорожного движения; в благотворительной деятельности в ГБУЗ ЯО «Станция скорой медицинской помощи и центр медицины катастроф»; принимал активное участие в деятельности местного городского отделения партии «Единая Россия».

Не оставил без внимания суд и тот факт, что осужденный ФИО5 о совершил настоящее преступление, находясь на испытательном сроке, имея условное осуждение по приговору от 23 декабря 2022 года.

С учетом всех приведенных обстоятельств, суд пришел к верному выводу о том, что цели наказания могут быть достигнуты при назначении наказания в виде лишения свободы, условно, с применением ст. 73 УК РФ и вопреки доводам жалобы, свои выводы в приговоре подробно мотивировал. Приведенные в приговоре выводы суда основаны на правильном применении уголовного закона.

Суд обоснованно не нашел оснований для применения при назначении наказания правил ст. 64 УК РФ и ч. 6 ст. 15 УК РФ.

При определении размера наказания осужденным судом первой инстанции правильно применены положения ч.1 ст. 62 УК РФ.

Таким образом, все заслуживающие внимание обстоятельства были в полной мере учтены судом, наказание осужденным назначено в соответствии с законом, с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, данных о личности, наличия смягчающих и отсутствия отягчающих наказание обстоятельств и оно является справедливым.

Доводы автора апелляционной жалобы о частичном возмещении осужденными морального вреда лишь на финальной стадии судебного разбирательства, выводы суда первой инстанции не опровергают и основанием для усиления наказания являться не могут.

Оснований для отмены либо изменения приговора суд апелляционной инстанции не находит, не содержат их и доводы жалобы представителя потерпевшего.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.389.13, 389.20 и 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

Приговор Фрунзенского районного суда г. Ярославля от 21 ноября 2025 года в отношении ФИО5, ФИО6 оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя потерпевшего – адвоката Степановой Л.М. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Второго кассационного суда общей юрисдикции через суд первой инстанции, постановивший приговор, в течение 6 месяцев со дня его вынесения. В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении – путем подачи кассационной жалобы непосредственно во Второй кассационный суд общей юрисдикции. Осужденные вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Судья О.В. Груздева