Дело № 1-109/2019

64RS022-01-2019-000811-89

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

16 августа 2019 года г. Маркс

Марксовский городской суд Саратовской области в составе:

председательствующего – судьи Алимбекова Т.Ф., 

при секретаре судебного заседания Айтикеновой А.Н.,

с участием государственного обвинителя – помощника Марксовского межрайонного прокурора Денисова А.С.,

потерпевших Л., И., Ш., П.А.,

подсудимого П.Р. и его защитника – адвоката Рожкова С.В.,

подсудимого К.В. и его защитника – адвоката Боярова В.В., 

подсудимого М.А., его законного представителя М. и защитника – адвоката Лазукина В.В., 

подсудимого К.Ю., его законного представителя ФИО1 и защитника – адвоката Б., 

подсудимого Б.В. и его защитника – адвоката Зариевой А.Б.,

рассмотрев в закрытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении 

П.Р., 

<

данные изъяты> 

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п. «а» ч.2 ст.158, п. «а» ч.2 ст.158, п. «а» ч.2 ст.158, п. «а» ч.2 ст.158, п. «а» ч.2 ст.158, п. «а» ч.2 ст.158, пп. «а», «в» ч.2 ст.158, пп. «а», «в» ч.2 ст.158 УК РФ, 

К.В., 

<

данные изъяты> 

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п. «а» ч.2 ст.158, п. «а» ч.2 ст.158, п. «а» ч.2 ст.158, п. «а» ч.2 ст.158, п. «а» ч.2 ст.158, пп. «а», «в» ч.2 ст.158, пп. «а», «в» ч.2 ст.158 УК РФ, 

М.А., 

<

данные изъяты>, 

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п. «а» ч.2 ст.158, п. «а» ч.2 ст.158, пп. «а», «в» ч.2 ст.158, пп. «а», «в» ч.2 ст.158 УК РФ, 

К.Ю., 

<

данные изъяты>», 

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных пп. «а», «в» ч.2 ст.158, пп. «а», «в» ч.2 ст.158 УК РФ,

Б.В., 

<

данные изъяты>

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного пп. «а», «в» ч.2 ст.158 УК РФ, 

установил:

П.Р. обвиняется в совершении восьми краж, то есть тайных хищений чужого имущества, группой лиц по предварительному сговору, две из которых с причинением значительного ущерба гражданам.

К.В. обвиняется в совершении семи краж, то есть тайных хищений чужого имущества, группой лиц по предварительному сговору, две из которых с причинением значительного ущерба гражданам.

ФИО2 обвиняется в совершении четырех краж, то есть тайных хищений чужого имущества, группой лиц по предварительному сговору, две из которых с причинением значительного ущерба гражданам.

ФИО3 обвиняется в совершении двух краж, то есть двух тайных хищений чужого имущества, группой лиц по предварительного сговору, с причинением значительного ущерба гражданам.

Б.В. обвиняется в совершении кражи, то есть тайного хищения чужого имущества, с причинением значительного ущерба гражданам. 

В судебном заседании при обсуждении вопроса о наличии препятствий для постановления итогового судебного решения по настоящему уголовному делу государственный обвинитель Денисов А.С. полагал, что подобных нарушений в ходе предварительного расследования не допущено и оснований для возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст.237 УПК РФ не имеется, тогда как противоречия в предъявленных П.Р. и К.В. обвинениях в части суммы материального ущерба, причиненного преступлением в отношении К. и Ч., а также противоречия в предъявленных П.Р. и М.А. обвинениях в части времени совершения преступления в отношении Л. носят технический характер, устранимы в судебном заседании путем изменения обвинения в указанной части, что он и планирует выполнить в ходе дальнейшего судебного разбирательства. При этом отсутствие в материалах уголовного дела отметки об объявлении постановления о привлечении в качестве обвиняемого Б.В., дате и времени выполнения указанного процессуального действия, разъяснении при этом обвиняемому прав, предусмотренных ст.47 УПК РФ, не свидетельствует о том, что данные действии фактически не были выполнены, при этом государственный обвинитель представил соответствующий документ о выполнении требований ч.5 ст.172 УПК РФ, с подписями от имени следователя, обвиняемого и защитника. Также полагал, что возвращение уголовного дела прокурору нарушит право участников судебного разбирательства на судопроизводство в разумный срок.

Потерпевшие Л., И., Ш., П.А. позицию государственного обвинителя в судебном заседании поддержали.

Подсудимые, законные представители подсудимых и защитники также выразили позицию, аналогичную государственному обвинителю, против приобщения к уголовному делу документов о выполнении следователем в отношении Б.В. требований ч.5 ст.172 УПК РФ не возражали.

Рассмотрев материалы уголовного дела, выслушав лиц, участвующих в судебном заседании, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч.1 ст.73, п. 4 ч.2 ст.171, п. 3 ч.1 ст.220 УПК РФ при производстве по уголовному делу подлежат доказыванию и приведению в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого и в обвинительном заключении время совершения инкриминируемого преступления, его последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для дела.

В силу п.1 ч.4 ст.47 УПК РФ право обвиняемого на защиту включает в себя право знать, в чем он обвиняется.

Вместе с тем по настоящему уголовному приведенные выше требования уголовно-процессуального закона в ходе предварительного следствия были нарушены.

Так, согласно постановлениям о привлечении в качестве обвиняемых и обвинительного заключения, П.Р. и К.В. обвиняются в совершении в ночь на ДД.ММ.ГГГГ преступления, предусмотренного п. «а» ч.2 ст.158 УК РФ, кражи, то есть тайного хищения имущества К. и Ч. группой лиц по предварительному сговору (л.д.187-204 т.11, л.д.28-44. л.д.123-250 т.12, л.д.1-250 т.13, л.д.1-61 т.14). 

При этом постановление о привлечении в качестве обвиняемых П.Р. и К.В. по данному эпизоду уголовного дела, как и обвинительное заключение в отношении П.Р. содержат выводы следователя о причинении инкриминируемым преступлением материального ущерба К. в сумме 4050 рублей, а Ч. в сумме 5800 рублей, в общей сумме 9850 рублей.

Вместе с тем в обвинительном заключении в отношении К.В. при изложении того же эпизода обвинения указано о причинении тем же преступлением К. материального ущерба в сумме 1050 рублей, Ч. в сумме 5800 рублей, а в общей сумме 6850 рублей.

Доводы государственного обвинителя о том, изложение существа обвинения, предшествующее указанным выводам следователя в отношении обоих подсудимых содержит указание о причинении потерпевшим материального ущерба в сумме 4050 рублей и 5800 рублей не соответствуют действительности, поскольку при изложении указанного эпизода уголовного дела вывод о размере причиненного материального ущерба потерпевшим приводится следователем только в одной части обвинения, в которой и содержатся указанные выше противоречия. 

Однако, по смыслу уголовного закона, изложенному в примечании к статье 158 УК РФ, причинение имущественного вреда потерпевшему является обязательным признаком объективной стороны любого хищения, а соответственно имеет существенное значение для уголовного дела о краже, подлежит доказыванию и указанию в предъявленном обвинении.

Кроме того, различия в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого и в обвинительном заключении в отношении К.В., является существенным нарушением требований ст.220 УПК РФ, препятствующим постановлению итогового судебного решения по делу, поскольку, помимо прочего нарушило право К.В. знать, в чем он обвиняется.

Мнение государственного обвинителя, поддержанное и другими участниками судебного разбирательства о том, что указанные противоречия могут быть устранены путем изменения обвинения, являются ошибочным, поскольку в силу ст.252 УПК РФ, судебное разбирательство проводится лишь по предъявленному обвинению, а изменение обвинения в судебном разбирательстве допускается, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту, согласно п.1 ч.1 ст.6 УПК РФ уголовное судопроизводство имеет своим назначением защиту прав и законных интересов лиц, потерпевших от преступлений.

При этом следует отметить, что П.Р. по описанному эпизоду уголовного дела инкриминируется общий материальный ущерб, причиненный преступлением в сумме 9850 рублей, тогда как К.В. вменено причинение ущерба тем же преступление в сумме 6850 рублей, что не позволяет изменить обвинение с соблюдением требований ст.ст.6, 252 УПК РФ, приведенных ранее.

Помимо этого, существенные противоречия содержатся и в обвинении П.Р. и М.А. в совершении в конце августа 2018 года кражи, то есть тайного хищения имущества Л. в части времени совершения данного преступления.

Так, при изложении обвинения в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого и в обвинительном заключении в отношении П.Р. указано о совершении им совместно с М.А. преступления в вечернее время, которое, вопреки утверждениям государственного обвинителя, в силу закона оканчивается в 22 часа 00 минут. 

Обвинение же М.А. в том же преступлении содержит указание о его совершении в 23 часа 30 минут, что также нарушило право названных обвиняемых знать, в чем они обвиняются, а исключение указания о времени совершения преступления, что полагал возможным выполнить государственный обвинитель, нарушит вышеприведенные требования ст.ст.73, 171, 220 УПК РФ об обстоятельствах, подлежащих установлению и доказыванию по уголовному делу (л.д.135-147 т.11).

Судом принимаются во внимание представленные в судебном заседании государственным обвинителем письменные документы, свидетельствующие об объявлении ДД.ММ.ГГГГ в 09 часов 00 минут Б.В. в присутствии его защитника постановления о привлечении в качестве обвиняемого с разъяснением прав, предусмотренных ст.47 УПК РФ.

Вместе с тем данные документы не позволяют установить текст объявленного Б.В. постановления, учитывая, что в материалах настоящего уголовного дела содержится постановление о привлечении его в качестве обвиняемого от ДД.ММ.ГГГГ, последний лист которого с резолютивной частью и подписью следователя, представлен в материалах дела в двух вариантах. При этом структура данных листов свидетельствует о различном содержании предыдущих листов документа, что также не позволяет с достоверностью установить описание преступного деяния, инкриминированного Б.В., сравнить его с обвинительным заключением, имеющимся в деле, и удостоверится в соблюдении при этом всех вышеприведенных требований уголовно-процессуального закона.

Таким образом, судом установлено, что по уголовному делу в ходе предварительного расследования допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона, как при предъявлении обвинения подсудимым, так и при составлении обвинительного заключения, которые не могут быть в установленном законом порядке устранены в судебном заседании, а потому препятствуют постановлению итогового судебного решения по делу, в связи с чем уголовное дело подлежит возвращению прокурору на основании п.1.ч.1 ст.237 УПК РФ. 

Возвращая уголовное дело прокурору суд решает вопрос о мере пресечения в отношении обвиняемых.

При этом с учетом характера и степени общественной опасности инкриминируемых деяний, данных о личности обвиняемых, содержащихся в материалах уголовного дела, суд приходит к выводу о необходимости оставления в отношении них меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении без изменения.

При рассмотрении доводов государственного обвинителя о разумном сроке уголовного судопроизводства суд полагает необходимым обратить внимание на положения ст.6.1 УПК РФ, согласно которым при определении этого срока, помимо прочего, должны учитываться эффективность действий, производимых в целях своевременного осуществления уголовного преследования или рассмотрения уголовного дела со стороны прокурора, руководителя следственного органа и следователя, которыми, учитывая вышеприведенные выводы суда, по данному уголовному делу нарушены требования уголовно-процессуального закона, что препятствует рассмотрению уголовного дела по существу. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.237 УПК РФ, суд

постановил:

уголовное дело в отношении П.Р., обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п. «а» ч.2 ст.158, п. «а» ч.2 ст.158, п. «а» ч.2 ст.158, п. «а» ч.2 ст.158, п. «а» ч.2 ст.158, п. «а» ч.2 ст.158, пп. «а», «в» ч.2 ст.158, пп. «а», «в» ч.2 ст.158 УК РФ, К.В., обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п. «а» ч.2 ст.158, п. «а» ч.2 ст.158, п. «а» ч.2 ст.158, п. «а» ч.2 ст.158, п. «а» ч.2 ст.158, п. «а» ч.2 ст.158, пп. «а», «в» ч.2 ст.158, пп. «а», «в» ч.2 ст.158 УК РФ, М.А., обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п. «а» ч.2 ст.158, п. «а» ч.2 ст.158, пп.«а», «в» ч.2 ст.158, пп. «а», «в» ч.2 ст.158 УК РФ, К.Ю., обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных пп. «а», «в» ч.2 ст.158, пп. «а», «в» ч.2 ст.158 УК РФ, Б.В., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного пп. «а», «в» ч.2 ст.158 УК РФ возвратить Марксовскому межрайонному прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении П.Р., К.В., М.А., К.Ю., Б.В. оставить без изменения.

Постановление может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Саратовского областного суда в течение 10 суток со дня вынесения путем принесения апелляционной жалобы (представления) через Марксовский городской суд 

<

адрес>. 

Обвиняемые, их законные представители вправе участвовать в рассмотрении уголовного судом апелляционной инстанции, о чем должны заявить в апелляционной жалобе, возражениях на апелляционную жалобу (представление) других лиц, либо в отдельном ходатайстве. 

Судья Т.Ф. Алимбеков