Дело № 2-780/2017

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Пенза 24 апреля 2017 года

Октябрьский районный суд г. Пензы в составе

председательствующего судьи Романовой В.А.,

при секретаре Беляковой А.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Пензе гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «Микрофинансовая организация «Айрис» и ООО «Лайф» о признании договора уступки права требования (цессии) недействительным, 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратилась в суд с вышеназванным иском, в котором указала, что 23 октября 2016 года между ней и ООО МФО «Айрис» был заключен договор займа №, в соответствии с которым ООО МФО «Айрис» (в договоре - кредитор) обязался предоставить ей займ в сумме 8 000 рублей, а она обязалась возвратить данную сумму кредитору, уплатив проценты за пользование им. 30 ноября 2016 г. она получила уведомление от ООО МФО «Айрис», из данного письма стало известно о том, что между ООО «Лайф» и ООО МФО «Айрис» 24 ноября 2016 года был заключен договор уступки права требования (цессии), в соответствии с которым требования кредитора по названному выше договору займа от 23 октября 2016 года № ООО МФО «Айрис» передал ООО «Лайф». Считает, данный договор об уступке права требования является недействительной сделкой по основанию п. 1 ст. 168 ГК РФ ввиду следующего. По смыслу ст.ст. 819, 388 ГК РФ, кредитором по кредитному договору может выступать только банк или иная кредитная организация, обладающая специальной правоспособностью. ООО МФО «Айрис» включено в государственный реестр микрофинансовых организаций и в соответствии с Федеральным законом от 02.07.2010 № 151-ФЗ «О микрофинансовой деятельности и микрофинансовых организациях» осуществляет деятельность по предоставлению микрозаймов физическим лицам. ООО «Лайф» не является микрофинансовой организацией. Согласно разъяснению, содержащемуся в п. 51 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», разрешая дела по спорам об уступке требований, вытекающих из кредитных договоров с потребителями (физическими лицами), суд должен иметь в виду, что Законом о защите прав потребителей не предусмотрено право банка, иной кредитной организации передавать право требования по кредитному договору с потребителем (физическим лицом) лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности, если иное не установлено законом или договором, содержащим данное условие, которое было согласовано сторонами при его заключении. По смыслу приведенного разъяснения право банка (либо иной кредитной организации) на уступку права требования по кредитному договору, заключенному с физическим лицом, лицу, не имеющему лицензии на право осуществления банковской деятельности, должно быть специально установлено законом либо договором с заемщиком. Данное правило распространяется на микрофинансовые организации, осуществляющие предоставление потребительских кредитов гражданам в соответствии с положениями Федерального закона «О микрофинансовой деятельности и микрофинансовых организациях». Названным Федеральным законом определяется порядок регулирования деятельности микрофинансовых организаций, устанавливается размер, порядок и условия предоставления микрозаймов, порядок приобретения статуса и осуществления деятельности микрофинансовых организаций, а также права и обязанности ЦБ РФ. Наличие у заимодавца статуса микрофинансовой организации и регламентация его деятельности Федеральным законом «О микрофинансовой деятельности и микрофинансовых организациях», а также соответствующими нормативными актами Банка России имеет существенное значение для заемщика. Следовательно, передача прав заимодавца по договору займа организации, не включенной в реестр микрофинансовых организаций, может быть осуществлена только по соглашению с заемщиком путем соответствующего указания в договоре займа. Договор займа № от 23 октября 2016 года содержит условие о возможности переуступки прав третьим лицам без согласия заемщика (п. 4.2.2), однако не указывает на возможность отсутствия у такого третьего лица статуса субъекта банковской деятельности и может не обладать статусом микрофинансовой организации, что свидетельствует о возможности признания оспариваемого договора цессии недействительным. Из указанного толкования следует, что право банка, иной кредитной организации передавать право требования по кредитному договору с потребителем (физическим лицом) лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковский деятельности, возможно, если такое условие установлено законом или договором, содержащим данное условие, которое было согласовано сторонами при его заключении. Таким образом, ООО МФО «Айрис» уступило ООО «Лайф» права, которыми может обладать лишь микрофинансовая организация, в то время как ООО «Лайф» такого правового статуса не имеет Многочисленная судебная практика по делам об оспаривании договоров цессии заключенных между субъектами банковской деятельности и лицами, не имеющих лицензий на осуществление банковской деятельности, идет по пути признания недействительными таких договоров при условии, если кредитный договор, права и обязанности кредитора по которому являются предметом переуступки, не содержит условия о возможности переуступки прав и обязанностей кредитора лицу, не имеющему лицензии на осуществление банковской деятельности. Аналогичной позиции придерживается Роспотребнадзор, который выступает против уступки банками права требования долга коллекторам. Из системного толкования п. 1 ст. 382, а также ст. ст. 388 и ст. 819 ГК РФ и ст. 13 Федерального закона № 395-1 от 2 декабря 1990 года «О банках и банковской деятельности», следует, что для кредитного правоотношения характерен особый субъектный состав, установлена специальная правосубъектность кредитора, поэтому право требования из кредитного договора может быть передано лишь субъектам, имеющим лицензию на осуществление банковской деятельности. Кроме того, вступление гражданина в заемные отношения с организацией, имеющей лицензию на осуществление банковской деятельности, означает, что личность кредитора имеет для должника существенное значение. Помимо этого, при уступке права требования возврата кредита субъекту небанковской сферы кредитная организация передает информацию, составляющую банковскую тайну, в нарушение норм как общегражданского, так и специального законодательства. Следовательно, уступка банком своих прав требования третьему лицу, не равноценному банку (иной кредитной организации) по объему прав и обязанностей в рамках лицензируемого вида деятельности, в соответствии с п. 2 ст. 388 ГК РФ допускается только с согласия должника. Подписывая договор займа с условием о возможности переуступки права кредитора по нему третьему лицу (п. 4.2.2.), истец имел в виду возможность переуступки кредитором прав требования субъекту банковской деятельности, а не кому угодно независимо от его статуса и наличия лицензии на банковскую деятельность. Для истца личность кредитора имеет принципиальное значение: он никогда не согласился взять займ у физического лица или юридического лица без лицензии на осуществление банковской деятельности, поскольку наличие такой лицензии предполагает подчинение кредитора требованиям законодательства о банковской деятельности и законодательства о защите прав потребителей и является дополнительной гарантией его прав, как должника. ООО «Лайф» неоднократно нарушал 152 ФЗ, распространяли информацию о ее задолженности третьим лицам - соседям, также на работе ее коллегам. В нарушении 230 ФЗ, без письменного согласия лиц, которые были указаны в анкете, осуществляют им звонки и отправляют CMC сообщения о задолженности. Также в нарушении закона о персональных данных сотрудники ООО «Лайф» развешивали листовки о задолженности в районе ее дома. В случае с прежним кредитором - ООО МФО «Айрис» - такая ситуация была бы априори исключена, и истец вправе был рассчитывать на исключительно цивилизованное разрешение конфликта в судебном порядке.

ФИО1 просит признать недействительным договор уступки права требования (цессии) от 24 ноября 2016 года, заключенный между ООО МФО «Айрис» и ООО «Лайф», в соответствии с которым права ООО МФО «Айрис» по договору займа от 23 октября 2016 года №, заключенному между ООО МФО «Айрис» (кредитор) и ФИО1 (заемщик) в полном объеме переданы ООО «Лайф».

Истец ФИО1 в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом, просила рассмотреть дело в ее отсутствие. 

Представитель истца по доверенности ФИО2 в судебном заседании заявленные требования поддержал в полном объеме, просил их удовлетворить. 

Представитель ответчиков ООО МФО «Айрис» и ООО «Лайф» ФИО3 в судебном заседании возражал против заявленных требований, просил в удовлетворении иска отказать по основаниям, изложенным в письменных возражениях. В связи с невыполнением ФИО1 обязательств по договору потребительского займа № от 23 октября 2016 года ООО «Микрофинансовая организация «Айрис» уступило право требования ООО «Лайф». Во исполнения договора о уступке права требования ФИО1 была извещена путем отправки заказным письмом уведомления об уступке права требования. Истцом сделан неверный вывод о распространение на правоотношения сторон действия Федерального закона от 03.02.1996 года "О банках и банковской деятельности". 23 октября 2016 года был заключен договор потребительского займа № ФИО1 с ООО «Микрофинансовая организация «Айрис». Правоотношения в рамках данного договора регулируются положениями Федерального закона от 02.07.2010 N 151-ФЗ "О микрофинансовой деятельности и микрофинансовых организациях", Федерального закона от 21.12.2013 № 353-ФЗ "О потребительском кредите (займе)". Микрозайм отличается по своей природе от кредитного договора, заключаемого с кредитной организацией. Предоставление микрозайма не является банковской услугой и на него не распространяются нормы Федерального Закона "О банках и банковской деятельности". Пунктом 13 договора потребительского займа № от 23 октября 2016года, предусмотрено, что запрет на уступку прав требования Заимодавцем (Кредитором) по Договору потребительского займа третьим лицам не установлен. С истцом данное условие согласовано. Таким образом, при заключении договора (п. 13) стороны предусмотрели право заимодавца передавать принадлежащее ему право (требование), так как имеется согласие должника (истца). При этом данное положение договора полностью соответствует ст. ст. 382, 384_ГК_РФ. Ссылки в иске на разъяснения п. 51 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2012 года N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", в соответствии с которыми при разрешении дел по спорам об уступке требований, вытекающих из кредитных договоров с потребителями (физическими лицами), суд должен иметь в виду, что Законом о защите прав потребителей не предусмотрено право банка, иной кредитной организации передавать право требования по кредитному договору с потребителем (физическим лицом) лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности, если иное не установлено законом или договором, содержащим данное условие, которое было согласовано сторонами при его заключении, суд считает несостоятельными, поскольку данные разъяснения даны в отношении банков и иных кредитных организаций, имеющих лицензии на право осуществления банковской деятельности и заключивших кредитный договор с потребителем (физическим лицом). Вместе с тем, микрофинансовые организации осуществляют свою деятельность в соответствии Федеральным законом от 02 июля 2010 года N 151-ФЗ "О микрофинансовой деятельности микрофинансовых организациях". Указанный Федеральный закон не содержит организации в части уступки прав требования. В соответствии с п. 2.1 ст. 3 названного Закона микрофинансовые организации вправе осуществлять профессиональную деятельность по предоставлению потребительских займов в порядке, установленном Федеральным законом "О потребительском кредите (займе)". В силу ст. 12 Федерального закона от 21.12.2013 N 353-ФЗ (ред. от 21.07.2014) "О потребительском кредите (займе)", кредитор вправе осуществлять уступку прав (требований) по договору потребительского кредита (займа) третьим лицам, если иное не предусмотрено федеральным законом или договором, содержащим условие о запрете уступки, согласованное при его заключении в порядке, установленном настоящим Федеральным законом. При этом заемщик сохраняет в отношении нового кредитора все права, предоставленные ему в отношении первоначального кредитора в соответствии с федеральными законами. При уступке прав (требований) по договору потребительского кредита (займа) кредитор вправе передавать персональные данные заемщика и лиц, предоставивших обеспечение по договору потребительского кредита (займа), в соответствии с законодательством Российской Федерации о персональных данных. Лицо, которому были уступлены права (требования) по договору потребительского кредита (займа), обязано хранить ставшую ему известной в связи с уступкой прав (требований) банковскую тайну и иную охраняемую законом тайну, персональные данные, обеспечивать конфиденциальность и безопасность указанных данных и несет ответственность за их разглашение. Таким образом, на момент заключения договора потребительского займа № от 23 октября 2016 года, в силу действующего законодательства РФ, заимодатель независимо от правового статуса лица, которому передается право требования, мог передать свое право требования по договору потребительского займа третьим лицам; согласовав данное условие договора с заемщиком. Ссылка на многочисленную судебную практику, указанную в исковом заявлении, считает несостоятельной (ошибочной), поскольку данные гражданские дела об оспаривании договоров цессии, заключенных исключительно субъектами банковской деятельности. В то время как на правоотношения сторон в рамках договора потребительского займа № от 23 октября 2016года нормы Федерального закона от 03.02.1996 года "О банках и банковской деятельности" не распространяются. Истец была ознакомлена со всеми условиями договора потребительского займа № от 23 октября 2016 года и согласна на заключение договора на изложенных в нем условиях, о чем свидетельствует подписание договора. Из содержания договора следует, что истец при заключении договора займа получила полную информацию о предоставляемых ей в рамках договора займа услугах, включая условия получения займа, сумму и условия возврата задолженности по договору. Истец была согласна со всеми положениями договора, и обязалась их выполнять. Доводы истца о том, что на момент заключения договора она «имела в виду возможность переуступки права требования кредитора по нему третьему лицу, истец имел в виду возможность переуступки кредитором права требования субъекту банковской деятельности, а не кому угодно независимо от его статуса и наличия лицензии на банковскую деятельность» несостоятельны.

Суд, выслушав пояснения представителей сторон, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

Статьей 46 Конституции РФ, каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод. В соответствии со ст. 9 ГК РФ, граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им процессуальные права. Это включает в себя и реализацию права на их судебную защиту. По смыслу названной статьи полномочия суда ограничены позицией сторон, которые получили возможность в полной мере самостоятельно распоряжаться своими правами и приобрели обязанность доказывать в суде свои требования и возражения. Кроме того, на основании ст. 12 ГПК РФ, правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. 

В данном случае на правоотношения, возникшие между сторонами, распространяется действие закона РФ «О защите прав потребителей», поскольку эти правоотношения возникли из договора предоставления займа; получение займа направлено на удовлетворение личных нужд потребителя – гражданина ФИО1, не связанных с осуществлением ею предпринимательской деятельности.

В соответствии со ст. 1 закона РФ «О защите прав потребителей», отношения в области защиты прав потребителей регулируются Гражданским кодексом Российской Федерации, настоящим Законом, другими федеральными законами (далее - законы) и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В силу п.1 ст. 1 ГК РФ, гражданское законодательство основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, неприкосновенности собственности, свободы договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты.

Согласно ч. 1 ст. 8 ГК РФ, гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему. 

В соответствии с пунктами 1 и 4 статьи 421, пунктом 1 статьи 422 ГК РФ, граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами. Договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

По договору займа одна сторона (займодатель) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодателю такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей (ст. 807 Гражданского кодекса РФ).

В судебном заседании установлено и подтверждается материалами дела, а также пояснениями сторон, 23 октября 2016 года между ООО «Микрофинансовая организация «Айрис» и ФИО1 был заключен договор потребительского займа №, в соответствии с условиями которого ООО МФО «Айрис» предоставило ФИО1 займ в сумме 8000 рублей на срок до 22 ноября 2016 года включительно с условием начисления и выплаты процентов в размере 2,2 % от суммы займа за каждый день пользования займом. Свои обязательства ООО «Микрофинансовая организация «Айрис» выполнило в полном объеме. Денежные средства предоставлены ФИО1 путем наличного расчета, что ею не оспаривалось. Однако в нарушение условий договора ФИО1 задолженность не погасила в установленный срок, платежей об оплате суммы займа и начисленных процентов от нее не поступало.

Согласно п. 13 индивидуальных условий договора потребительского займа, запрет на уступку прав требования Займодавцем (Кредитором) по Договору потребительского займа третьим лицам не установлен. Заключая настоящий договор, заемщик подтверждает свое согласие на права Займодавца (Кредитора) уступить права требования по настоящему договору третьим лицам. Заемщик также подтверждает, что до заключения настоящего договора он был уведомлен о своем праве не согласиться на заключение Договора на настоящих условиях. 

В соответствии с ч. 2 ст. 382 ГК РФ, для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

На основании ст. 388 ГК РФ, уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону.

Не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника.

Таким образом, при заключении договора истцу была предоставлена надлежащая и достаточная информация о его условиях, в том числе об уступке права требования. Указанный пункт содержит полную и исчерпывающую информацию, не допускающую неоднозначного толкования. Следовательно, при заключении договора (п. 13) стороны предусмотрели право займодавца передавать принадлежащее ему право (требование), так как имеется согласие должника (истца). При этом данное положение договора полностью соответствует ст. ст. 382, 384 ГК РФ.

В соответствии с п. 13 договора займа № от 23.10.2016 г. и вышеуказанных норм закона, ООО «Микрофинансовая организация «Айрис» уступило право требования ООО «Лайф», о чем между ними заключен договор уступки права требования № от 24.11.2016 г. Во исполнения указанного договора ФИО1 была извещена о совершенной уступке прав путем отправки заказного письма, что ею подтверждено в тексте иска. 

Ссылки в иске на разъяснения п. 51 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2012 года N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", в соответствии с которыми при разрешении дел по спорам об уступке требований, вытекающих из кредитных договоров с потребителями (физическими лицами), суд должен иметь в виду, что Законом о защите прав потребителей не предусмотрено право банка, иной кредитной организации передавать право требования по кредитному договору с потребителем (физическим лицом) лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности, если иное не установлено законом или договором, содержащим данное условие, которое было согласовано сторонами при его заключении, суд считает несостоятельными, поскольку данные разъяснения даны в отношении банков и иных кредитных организаций, имеющих лицензии на право осуществления банковской деятельности и заключивших кредитный договор с потребителем (физическим лицом).

Вместе с тем, договор № от 23.10.2016 г. не является кредитным и не был заключен с банком или иной кредитной организацией. ООО ИФО «Айрис» является микрофинансовой организацией и осуществляет свою деятельность в соответствии с Федеральным законом от 02 июля 2010 года N 151-ФЗ "О микрофинансовой деятельности и микрофинансовых организациях".

В соответствии со ст. 1 Федерального закона "О микрофинансовой деятельности и микрофинансовых организациях" настоящий Федеральный закон устанавливает правовые основы осуществления микрофинансовой деятельности, определяет порядок регулирования деятельности микрофинансовых организаций, устанавливает размер, порядок и условия предоставления микрозаймов, порядок приобретения статуса и осуществления деятельности микрофинансовых организаций, а также права и обязанности Центрального банка Российской Федерации.

Указанный Федеральный закон не содержит ограничений деятельности микрофинансовой организации в части уступки прав требования.

В силу части 6 статьи 7 Федерального закона от 21 декабря 2013 года 353-ФЗ "О потребительском кредите (займе)" договор потребительского займа считается заключенным, если между сторонами договора достигнуто согласие по всем индивидуальным условиям договора, указанным в части 9 статьи 5 настоящего Федерального закона.

Согласно пункту 13 части 9 статьи 5 Федерального закона "О потребительском кредите (займе)" при согласовании индивидуальных условий договора кредитором и заемщиком должна быть согласована в частности возможность (наличие либо отсутствие) запрета уступки прав (требований) по договору.

Указанная норма не устанавливает содержания конкретного условия договора, которое определяется сторонами индивидуально, а определяет лишь необходимость указания на наличие, либо отсутствие согласованного сторонами запрета на уступку прав (требований) по договору. Такое условие и согласовано сторонами в п. 13 договора займа. 

В соответствии с п. 2.1 ст. 3 названного Закона микрофинансовые организации вправе осуществлять профессиональную деятельность по предоставлению потребительских займов в порядке, установленном Федеральным законом "О потребительском кредите (займе)".

В силу ст. 12 Федерального закона от 21.12.2013 N 353-ФЗ (ред. от 21.07.2014) "О потребительском кредите (займе)", кредитор вправе осуществлять уступку прав (требований) по договору потребительского кредита (займа) третьим лицам, если иное не предусмотрено федеральным законом или договором, содержащим условие о запрете уступки, согласованное при его заключении в порядке, установленном настоящим Федеральным законом. При этом заемщик сохраняет в отношении нового кредитора все права, предоставленные ему в отношении первоначального кредитора в соответствии с федеральными законами. При уступке прав (требований) по договору потребительского кредита (займа) кредитор вправе передавать персональные данные заемщика и лиц, предоставивших обеспечение по договору потребительского кредита (займа), в соответствии с законодательством Российской Федерации о персональных данных. Лицо, которому были уступлены права (требования) по договору потребительского кредита (займа), обязано хранить ставшую ему известной в связи с уступкой прав (требований) банковскую тайну и иную охраняемую законом тайну, персональные данные, обеспечивать конфиденциальность и безопасность указанных данных и несет ответственность за их разглашение. Настоящий Федеральный закон вступил в силу 1 июля 2014 года.

Таким образом, уступка прав (требований) по договору потребительского кредита (займа) допускается во всех случаях, кроме тех, когда такая уступка прямо запрещена законом или индивидуальными условиями договора потребительского кредита.

Из изложенного следует, что действующее законодательство, в данном случае, не содержит предписания о возможности реализации прав кредитора по договору займа только организации, имеющей определенный статус; при замене кредитора права ФИО1 не нарушены, поскольку уступка права требования не влияет на объем прав и обязанностей должника по договору займа. Для должника не может иметь значение, в чей адрес необходимо перечислять денежные средства с целью прекращения своего обязательства по договору.

Таким образом, на момент заключения оспариваемого договора займа № от 23.10.2016 г., в силу действующего законодательства РФ, займодатель независимо от правового статуса лица, которому передается право требования, мог передать свое право требования по договору потребительского займа третьим лицам; согласовав данное условие договора с заемщиком. 

В силу п. 5 ч. 1 ст. 6 Федерального закона "О персональных данных" обработка персональных данных допускается в том случае, если она необходима для исполнения договора, стороной которого либо выгодоприобретателем или поручителем по которому является субъект персональных данных, а также для заключения договора по инициативе субъекта персональных данных или договора, по которому субъект персональных данных будет являться выгодоприобретателем или поручителем.

Как следует из содержания данных норм, согласие субъекта персональных данных на обработку указанных данных не требуется в случае, если обработка персональных данных осуществляется в целях исполнения договора, одной из сторон которого является субъект персональных данных.

Поскольку при уступке права требования произошла перемена лиц в обязательстве и к ООО «Лайф» перешли права и обязанности кредитора, следовательно, данное лицо правомерно осуществляет обработку персональных данных истца. Нарушений в использовании персональных данных в рамках настоящего дела не выявлено. 

Учитывая, что п. 13 договора займа не противоречит закону, заключение договора уступки права (требования) не нарушают прав истца как должника по договору займа № от 23.10.2016 г.

С учетом изложенного, не подлежит удовлетворению исковое требование ФИО1. о признании недействительным договора уступки права требования № от 24.11.2016 г.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Оставить без удовлетворения исковые требования ФИО1 к ООО «Микрофинансовая организация «Айрис» и ООО «Лайф» о признании недействительным договора уступки права требования (цессии) от 24 ноября 2016 года, заключенного между ООО МФО «Айрис» и ООО «Лайф». 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пензенский областной суд через Октябрьский районный суд г. Пензы в течение одного месяца с момента вынесения в окончательной форме.

Мотивированное решение суда изготовлено 28 апреля 2017 года 

Председательствующий