Дело № 2-151/2018

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

19 ноября 2018 г. г. Тамбов

Советский районный суд города Тамбова в составе: 

председательствующего судьи Елоховой М.В. 

при секретаре Трункиной М.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2 к ООО «Газпром Межрегионгаз Тамбов», АО «Газпром газораспределение Тамбов» о взыскании убытков, денежной компенсации морального вреда, штрафа за нарушение прав потребителя,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, ФИО2 обратились в суд с иском к ООО «Газпром Межрегионгаз Тамбов», АО «Газпром газораспределение Тамбов» о взыскании убытков, денежной компенсации морального вреда, штрафа за нарушение прав потребителя.

В обоснование заявленных требований указали, что им на основании брачного договора принадлежит по доли в праве собственности на земельный участок в квартале лесничества района области. С момента приобретения права собственности на земельный участок, за счет собственных средств истцом было осуществлено строительство жилого дома лит. Б и гаража лит. А с жилым блоком, площадью кв.м. 

В целях завершения строительства, ФИО1 заключил с АО «Газпром газораспределение Тамбов» договор о подключении объекта капительного строительства к сети газораспределения. В этот же день были также заключены договоры с АО «Газпром газораспределение Тамбов» о техническом обслуживании и ремонте внутридомового газового оборудования, а также с ООО «Газпром межрегионгаз Тамбов» договор о поставке газа для обеспечения коммунально-бытовых нужд. 

Свои обязательства по всем договорам истец исполняет надлежащим образом, в соответствии со сроками оплачивает оказываемые услуги и потребляемую энергию.

Однако, в период отопительного сезона гг. ООО «Газпром Межрегионгаз Тамбов» в нарушение условий договора неоднократно не исполняло обязательств по бесперебойной поставке природного газа для отопления, а АО «Газпром газораспределение Тамбов» не надлежаще оказывало услуги по техническому обслуживанию магистрали.

В результате чего в объекте незавершенного строительства лит. А - гараж с жилым блоком произошло размораживание системы отопления, что привело к повреждению газового котла, труб, кранов и радиаторов.

По факту прекращения поставки газа он неоднократно обращался в аварийно - диспетчерскую службу АО «Газпром газораспределение Тамбов» (далее АДС), однако причины аварийной ситуации не устранялись, а лишь временно восстанавливалась работоспособность газопровода.

После произошедшей аварии , приведшей к причинению убытков также была вызвана АДС и ее специалистами были зафиксированы возникшие в результате замерзания воды порывы отопительных приборов.

В дальнейшем ФИО1 обратился к ответчикам с претензией по факту неисполнения договорных обязательств, однако кроме ответа о вероятных причинах произошедшего никаких действий к урегулированию возникшей ситуации ими предпринято не было, убытки не возмещены.

В связи с этим, был произведен экспертный осмотр поврежденного имущества, согласно результатов которого стоимость восстановления системы отопления составила руб.

В адрес ответчиков были направлены требования об оплате суммы убытков, которые удовлетворены не были.

В связи с чем, истцы просили взыскать в их пользу в равных долях и солидарно с ответчиков ООО «Газпром межрегионгаз Тамбов» и АО «Газпром газораспределение Тамбов» убытки, вызванные ненадлежащим качеством оказания услуг в сумме 50203 рублей, компенсацию морального вреда в сумме 15 000 рублей и штраф в соответствии с п. 6 ст. 13 Закона РФ «О защите прав потребителей».

В ходе судебного разбирательства стороной истца неоднократно уточнялись исковые требования, в окончательном варианте они просили взыскать с ООО «Газпром межрегионгаз Тамбов» и АО «Газпром газораспределение Тамбов» убытки в пользу истцов сумме 248 541 рубль компенсацию морального вреда в сумме 50000 рублей и штраф в сумме 134270 рублей солидарно по 201405 рублей 75 копеек в пользу каждого из истцов.

В судебное заседание истцы не явились, просили дело рассмотреть в их отсутствие.

Представитель ФИО1 - ФИО3 исковые требования поддержал по тем же основаниям. Полагает, что к спорным правоотношениям не подлежат применению нормы ГК РФ о возмещении вреда, на которые ссылался представитель АО «Газпром газораспределение Тамбов», а подлежат применению нормы об ответственности за нарушение договорных обязательств (Глава 25 и Закон РФ «О защите прав потребителей»). Не согласен с доводами ответчика о том, что участок газопровода, на котором образовалась ледяная закупорка не входил в предмет технического обслуживания АО, а следовательно организация не может нести ответственность за его надлежащее техническое состояние.

Представитель истца считает, что условия договора о техническом обслуживании и ремонте внутридомового газового оборудования в части состава ВДГО и минимального перечня работ по его содержанию установлены Правительством РФ и не могут быть изменены по соглашению сторон, а если они изменены, то таковые условия являются ничтожными, поскольку п. 2 Постановления Правительства РФ № 410 установлено понятие и состав ВДГО в домовладениях - это находящиеся в пределах земельного участка, на котором расположено домовладение, газопроводы, проложенные от источника газа (при использовании сжиженных углеводородных газов) или места присоединения указанных газопроводов к сети газораспределения до бытового газоиспользующего оборудовании.

Указывает, что аварийная закупорка газопровода произошла после места врезки, а следовательно, по смыслу п. 2 Постановления Правительства РФ № 410 на газопроводе, который входит в силу закона в состав ВДГО и который в силу условий договора определенных законом было обязано обсуживать АО «Газпром газораспределение Тамбов», поэтому в данном случае имеет место быть обязательственные правоотношения между сторонами, что исключает применение к спорным правоотношениям ст. 1064 ГК РФ.

По мнению представителя истца, нарушение принятых обязательств усматривается и в отношении ООО «Межрегионгаз Тамбов». Так в силу Постановления Правительства РФ № 549 и заключенного договора поставки газа (п. 2.2.1.) Общество было обязано осуществлять бесперебойную поставку газа абоненту. При этом, ни в договоре, ни в подзаконном акте не оговорено до какого места Общество должно было бесперебойно поставлять газ.

Полагает, что этим местом является место окончательного использования газа - газопотребляющее оборудование. Экспертным заключением установлено, что авария на системе отопления произошла из-за прекращения поставки газа, которая в свою очередь произошла из-за закупорки газопровода, входящего в состав ВДГО, поэтому материалами дела установлен факт отсутствия бесперебойной поставки газа до газопотребляющего оборудования. Следовательно, факт нарушения договорных обязательств со стороны обоих ответчиков имеет подтверждение.

Довод ответчиков о необходимости доказывания истцами наличия оснований для их привлечения к гражданско-правовой ответственности по ст.ст. 15 и 393 ГК РФ не соответствует нормам ст. 401 ГК РФ и положениям Закона РФ «О защите прав потребителей», которые подлежит применению в спорной ситуации.

Представитель АО «Газпром газораспределение Тамбов» исковые требования не признала, указав, что все работы со стороны АО «Газпром газораспределение Тамбов» по договору о техническом обслуживании и ремонту ВДГО проводились надлежащим образом, в том числе аварийное обслуживание по вызову. По ее мнению, на возникшие правоотношения сторон, должны распространяться положения ст. ст. 15, 1064 ГК РФ, а не Закона РФ «О защите прав потребителей».

Кроме того, к ВДГО, которое подлежит обслуживанию по данному договору, относится лишь отопительный котел «Novien», а участок трубы, в которой образовалась ледяная закупорка (от места присоединения к сети газораспределения до газоиспользующего оборудования) не относится к предмету договора, следовательно, Общество не обязано возмещать в этом случае понесенные истцами убытки.

Полагают, что вода в газопроводе приведшая к образованию ледяной закупорки могла появиться по различным причинам, в том числе из-за самовольной перепланировки газовой магистрали. Однако со стороны истцов не было установлено самовольного вмешательства в работу газового оборудования, поставка газа не приостанавливалась.

Полагает, что именно нарушение истцом эксплуатации отопительного прибора (котла) привело к его дальнейшему выходу из строя. На момент приезда бригады АДС - , газовый котел был снят, отключен от системы газоснабжения, что по мнению представителя ответчика, привело к размораживанию системы отопления.

Кроме того, не согласна с заключением эксперта АНО «Строительная судебно-экспертная лаборатория». Считает, что суд должен критически отнестись к данному заключению, поскольку в нем не указано место проведение экспертизы, отсутствуют объяснения перерыва в производстве экспертизы и пропуска установленного судом месячного срока для ее производства, вызывает сомнение квалификация эксперта. В заключении не содержится описание представленных экспертам на исследование материалов, включая количество томов и листов дела. Среди использованной литературы не указаны ни СП, ни СНиПы, что обычно применяется при производстве строительно-технической экспертизы. В представленном исследовании отсутствуют ссылки на реальные методы исследования и методику их проведения. Кроме того, отсутствует указание на вид и технические характеристики оборудования, с помощью которого была произведена фотосъемка, расчет восстановительной стоимости оборудования выполнен без указания стоимостного выражения (рублей или тысяч). 

В целом считают, что заключение содержит слабое обоснование выбора методов исследования или выбор неинформативных методов, а также недостаточную обоснованность (мотивированность) вероятностных выводов, не имеющих доказательственного значения. 

Вместе с тем, в описании экспертами отмечено, что при осмотре газовый котел, трубы и радиаторы отопления были частично демонтированы, нарушена целостность радиатора отопления в гараже. В связи с этим, Общество полагает, что изменение фактического состояния объекта осмотра, произошедшего в период с по не позволяет объективно судить о причинах повреждения системы отопления. Полагают, что на истцов в силу закона возложена обязанность представления доказательств о виновности Общества в причинении им убытков.

Представитель ООО «Газпром межрегионгаз Тамбов» ФИО4 исковые требования не признала, пояснив, что Общество не осуществляет работы по обслуживанию принадлежащих истцу газопроводов, проложенных от места их присоединения к сети газораспределения до газоиспользующего оборудования. Ими поставлялся газ надлежащего качества, что подтверждается паспортами качества газа и со своей стороны Общество каких-либо работ по его приостановке не осуществляло.

Вместе с тем было установлено, что причиной прекращения поставки газа стало попадание воды и образование ледяных закупорок в газопроводе низкого давления по причинам, не зависящим от них.

Представители Управления Роспотребнадзора по Тамбовской области, СУ Верхнедонское управление Ростехнадзора, ООО «Союзгазмонтаж» в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом, в связи с чем, суд, с согласия сторон, рассмотрел дело в их отсутствие.

Допрошенный судом в качестве специалиста П.А.А. пояснил, что монтаж газопровода истца был произведен в соответствии с проектом, к газораспределительным сетям были подключены дом, баня, в том числе и гараж о чем составлялись соответствующие акты.

Свидетель У.А.Г. пояснил, что зимой (точную дату не помнит) выезжал по заявке ФИО1 Было установлено, что поставка газа прекратилась из-за образования ледяной закупорки в газовой трубе, выходящей из земли до ввода в домовладение. После того как закупорка была устранена, они проверили работу системы отопления и было установлено, что произошло размораживание системы отопления. На момент осмотра, котел находился на полу, был разобран кран на стояке, данные обстоятельства были зафиксированы на фото. Однако в этом случае не составлялся акт о самовольном отключении газового оборудования, система газоснабжения не опломбировалась, сотрудники полиции не вызывались.

Допрошенный в судебном заседании эксперт Е.И.В., выводы и обстоятельства проведенной им экспертизы поддержал.

Выслушав лиц, участвующих в деле, свидетелей, специалиста, эксперта, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему выводу.

Гражданское законодательство основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, свободы договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности сторон гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Судом установлено, что ФИО1 и ФИО2 на основании брачного договора принадлежит по доли в праве собственности на земельный участок в квартале лесничества района области. С момента приобретения права собственности на земельный участок, за счет собственных средств истцом было осуществлено строительство жилого дома лит. Б и гаража лит. А с жилым блоком, площадью кв.м.

В целях завершения строительства, ФИО1 заключил с АО «Газпром газораспределение Тамбов» договор о подключении объекта капительного строительства к сети газораспределения. В этот же день были также заключены договоры с АО «Газпром газораспределение Тамбов» о техническом обслуживании и ремонте внутридомового газового оборудования (далее договор о ТО), а также с ООО «Газпром межрегионгаз Тамбов» договор о поставке газа для обеспечения коммунально-бытовых нужд.

Свои обязательства по всем договором истцом исполнены надлежащим образом, в соответствии со сроками оплачивает оказываемые услуги и потребляемую энергию.

Однако, в период отопительного сезона гг. в объекте незавершенного строительства лит. А - гараж с жилым блоком произошло размораживание системы отопления, что привело к повреждению газового котла, труб, кранов и радиаторов.

Конкретно, в период с по в аварийно-диспетчерскую службу (далее АДС) от ФИО1 поступило 4 аварийных заявки о прекращении подачи газа по указанному адресу, при этом причиной прекращения подачи газа в газоиспользующее оборудование домовладения стало образование ледяных закупорок в газопроводе. В указанный период ледяные закупорки устранялись силой АДС, газоснабжение восстанавливалось.

, после очередной аварийной заявки от ФИО1 об отсутствии подачи газа, было также установлено наличие ледяной закупорки. Однако при дальнейшем обследовании обнаружено, что в доме и гараже разморожена система отопления и отопительный котел « » (л.д. 109).

Истцы полагают, что именно ненадлежащее исполнение обязательств со стороны АО «Газпром газораспределение Тамбов» по техническому обслуживанию внутридомового газового оборудования (далее ВДГО) привело к причинению им убытков.

Возражая против данных доводов АО «Газпром газораспределение Тамбов» указывает, что в силу заключенного договора о ТО аварийная ситуация, возникшая на участке газопровода и приведшая к прекращению поставки газа и возникновению аварии на системе отопления и водоснабжения, находилась за пределами ответственности Общества по вышеуказанному договору. То есть, участок газопровода, на котором образовалась ледяная закупорка не входил в предмет технического обслуживания АО «Газпром газораспределение Тамбов», а следовательно организация не может нести ответственность за его надлежащее техническое состояние. Кроме того, истцы по мнению АО «Газпром газораспределение Тамбов» не доказали вины Общества в неисполнении договорных обязательств.

Однако данный довод ответчика суд признает несостоятельным по следующим основаниям.

Действительно между ФИО1 и АО «Газпром газораспределение Тамбов» был заключен договор о техническом обслуживании и ремонте внутридомового газового оборудования.

Согласно п. 1.1 договора АО «Газпром газораспределение Тамбов» обязалось выполнить работы по техническому обслуживанию и ремонту внутридомового газового оборудования, указанного в п. 1.2. по адресу произошедшей аварии.

В п. 1.2. установлено, что в состав ВДГО входит газоиспользующее оборудование - котел настенный .

При этом, в п. 1.5. договора установлено, что техническое обслуживание ВДГО осуществляется в соответствии с Правилами утв. Постановлением Правительства РФ № 410 от .

Учитывая это, АО «Газпром газораспределение Тамбов» утверждает, что участок газопровода, на котором произошла аварийная закупорка, не входил в предмет заключенного договора.

Однако данное утверждение, по мнению суда, является ошибочным и не соответствует нормам материального права.

Так, в соответствии со статьей 539 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) установлено понятие и условия договора энергоснабжения.

Исходя из данной нормы, можно установить, что представленный в дело договор поставки газа для бытовых нужд физических лиц от относится к категории договоров энергоснабжения.

Пунктом 1 ст. 543 ГК РФ установлена обязанность абонента (в том числе физического лица) по договору энергоснабжения обеспечить надлежащее техническое состояние и безопасную эксплуатацию энергетических сетей, приборов и оборудования.

Аналогичное положение закона воспроизведено и в п.2.1.9. Договора о поставке газа.

Таким образом, на абоненте (физическом лице) в силу закона и заключенного на его основе договора лежит обязанность по содержанию сети энергопотребления и приборов учета.

В то же время, ст. 32 Федерального закона РФ№ 69-ФЗ от 31 марта 1999«О газоснабжении в Российской Федерации» установлен запрет для неуполномоченного физического лица вмешиваться в работу объектов системы газоснабжения.

Таким образом, физическое лицо в рамках договора энергоснабжения осуществлять технические работы на этих сетях самостоятельно не имеет права.

При этом, часть 1 ст. 7 Закона РФ от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей» устанавливает, что потребитель имеет право на то, чтобы товар (работа, услуга) при обычных условиях его использования, хранения, транспортировки и утилизации был безопасен для жизни, здоровья потребителя, окружающей среды, а также не причинял вред имуществу потребителя. Требования, которые должны обеспечивать безопасность товара (работы, услуги) для жизни и здоровья потребителя, окружающей среды, а также предотвращение причинения вреда имуществу потребителя, являются обязательными и устанавливаются законом или в установленном им порядке.

Согласно федерального закона РФ № 69-ФЗ от 31 марта 1999 «О газоснабжении в РФ» газоснабжение - одна из форм энергоснабжения, представляющая собой деятельность по обеспечению потребителей газом, в том числе деятельность по формированию фонда разведывательных месторождений газа, добыче, транспортировке, хранению и поставке газа.

Статьей 2 указанного федерального закона определено, что поставщик (газоснабжающая организация) - это собственник газа или уполномоченное им лицо, осуществляющие поставки газа потребителям по договорам, потребитель газа (абонент, субабонент газоснабжающей организации - юридическое или физическое лицо, приобретающее газ у поставщика и использующее его в качестве топлива или сырья.

В соответствии с Приказом Ростехнадзора от 15 ноября 2013 г. № 542 «Об утверждении федеральных норм и правил в области промышленной безопасности «Правила безопасности сетей газораспределения и газопотребления» к газоопасным работам относятся техническое обслуживание и ремонт действующих наружных и внутренних газопроводов, газового оборудования, газоиспользующих установок, удаление закупорок, установка и снятие заглушек на действующих газопроводах, а также отключение или подключение к газопроводам газоиспользующих установок, продувку газопроводов при отключении или включении газоиспользующих установок в работу и т.д.

Учитывая это законодатель, в целях исполнения вышеуказанных положений закона, а так же обеспечения доступа к энергоресурсу для физических лиц с соблюдением условий промышленной безопасности в сфере газоснабжения, в лице Правительства Российской Федерации утвердил соответствующие Правила - Постановления № 410 от 14 мая 2013 года и № 549 от 21 июля 2008 года.

При этом, Постановлением Правительства РФ № 549 «О порядке поставки газа для обеспечения коммунально-бытовых нужд граждан» установлены типовые правила заключения договора поставки газа и условия такого договора, а Постановлением Правительства РФ № 410 «О мерах по обеспечению безопасности при использовании внутридомового и внутриквартирного газового оборудования» типовые правила заключения договора и условия договора о техническом обслуживании ВДГО (внутридомового газового оборудования).

Вместе с тем, что исходя из Постановления № 549 (пп. к п. 9), заключение договора о ТО (техническом обслуживании) ВДГО со специализированной организацией является обязательным условием, при котором поставщик энергоресурса заключит с абонентом договор энергоснабжения это же положение воспроизведено и в вышеупомянутом п.2.1.9.Договора поставки газа.

Таким образом, законодателем установлен механизм правового регулирования, при котором обязанность абонента по надлежащему содержанию энергетических сетей в сфере газоснабжения в рамках договора поставки газа сводится к заключению и надлежащему исполнению договора о ТО ВДГО со специализированной организацией и соблюдением правил эксплуатации газовых приборов.

Пунктом 3 названного Постановления № 410 предусмотрено, что взрывоопасность, механическая, пожарная, термическая, экологическая и электрическая безопасность, а также исправность внутридомового и внутриквартирного газового оборудования в процессе их использования и содержания достигаются путем технического обслуживания и ремонта указанного оборудования, выполняемых на основании договора, заключенного между заказчиком и исполнителем, а также соблюдения указанных сторонами договора иных требований, предусмотренных настоящими правилами и инструкцией по безопасному использованию газа при удовлетворении коммунально-бытовых нужд.

Пунктами 41 - 42 предусмотрены права и обязанности заказчика, в частности заказчик имеет право на выполнение работ (оказание услуг) по техническому обслуживанию и ремонту внутридомового и (или) внутриквартирного газового оборудования в соответствии с договором о техническом обслуживании и ремонте внутридомового и (или) внутриквартирного газового оборудования, настоящими Правилами, иными нормативными правовыми и нормативными техническими актами; возмещение ущерба, причиненного в результате действий (бездействия) исполнителя и т.д., а также обязан незамедлительно сообщать исполнителю о неисправности оборудования, входящего в состав внутридомового или внутриквартирного газового оборудования, а также об авариях, утечках и иных чрезвычайных ситуациях, возникающих при пользовании газом; эксплуатировать газоиспользующее оборудование в соответствии с установленными для такого оборудования техническими требованиями, а также незамедлительно уведомлять исполнителя об изменении состава внутридомового и (или) внутриквартирного газового оборудования.

Статьей 422 ГК РФ установлено изъятие из принципа ст. 421 ГК РФ в том случае, когда условия договора и обязанность его заключения определены законом, аналогичные правила установлены и для публичных договоров, коим является и представленный в дело договор о ТО ВДГО от .

Так согласно п. 1 ст. 426 ГК РФ публичным договором признается договор, заключенный лицом, осуществляющим предпринимательскую или иную приносящую доход деятельность, и устанавливающий его обязанности по продаже товаров, выполнению работ либо оказанию услуг, которые такое лицо по характеру своей деятельности должно осуществлять в отношении каждого, кто к нему обратится (розничная торговля, перевозка транспортом общего пользования, услуги связи, энергоснабжение, медицинское, гостиничное обслуживание и т.п.).

Пунктом 4 и 5 ст. 426 ГК РФ установлено, что в случаях, предусмотренных законом, Правительство Российской Федерации, а также уполномоченные Правительством Российской Федерации федеральные органы исполнительной власти могут издавать правила, обязательные для сторон при заключении и исполнении публичных договоров (типовые договоры, положения и т.п.). Условия публичного договора, не соответствующие данным требованиям ничтожны.

Пунктом 38 Постановления Правительства РФ № 410 установлено, что условия договора о техническом обслуживании и ремонте внутридомового и (или) внутриквартирного газового оборудования определяются в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации и настоящими Правилами.

Таким образом, исходя из взаимосвязанных положений ст. 422, 426 ГК РФ п. 38 Постановления Правительства РФ № 410, а так же п. 1.5. Договора о ТО ВДГО можно утверждать, что условия данного договора в части состава ВДГО и минимального перечня работ по его содержанию установлены Правительством РФ и не могут быть изменены по соглашению сторон, а если они изменены, то таковые условия являются ничтожными.

При этом, п. 2 Постановления Правительства РФ № 410 установлено понятие и состав ВДГО в домовладениях - это находящиеся в пределах земельного участка, на котором расположено домовладение, газопроводы, проложенные от источника газа (при использовании сжиженных углеводородных газов) или места присоединения указанных газопроводов к сети газораспределения до бытового газоиспользующего оборудования, резервуарные и (или) групповые баллонные установки сжиженных углеводородных газов, предназначенные для подачи газа в одно домовладение, индивидуальные баллонные установки сжиженных углеводородных газов, бытовое газоиспользующее оборудование, технические устройства на газопроводах, в том числе запорная регулирующая и предохранительная арматура, системы контроля загазованности помещений и приборы учета газа;

Аналогичные положения содержит и изданный во исполнение данного Постановления Приказ Минрегиона РФ от 26 июня 2009 года № 239.

Согласно пп. а п. 4.1. данного Приказа техническое обслуживание внутридомового газового оборудования, включает выполнение технического обслуживания и ремонта наружных и внутренних домовых газопроводов сети газопотребления, а так же аварийное обслуживание потребителей газа и проведение аварийно-восстановительных работ.

В материалы гражданского дела ООО «Газпром Межрегионгаз Тамбов» представлен акт разграничения эксплуатационной ответственности (л.д. 76), согласно которому ООО «Газпром Межрегионгаз Тамбов» отвечает за техническое состояние газопровода до места подключения (по смыслу данного акта - месту врезки).

Судом установлено, что ледяная закупорка образовалась в газопроводе на участке трубы от места присоединения (места врезки) к сети газораспределения до ввода в домовладение, а следовательно, по смыслу п. 2 Постановления Правительства РФ № 410 на газопроводе, который входит в силу закона в состав ВДГО и который в силу условий договора определенных указанным постановлением было обязано обсуживать АО «Газопром газораспределение Тамбов».

Таким образом, анализ действующего законодательства позволяет прийти суду к выводу, что ВДГО не может состоять только из отопительного котла, который был поименован в договоре о ТО. Поскольку Правила (утв. Постановлением правительства РФ № 410) содержат понятие ВДГО и состав элементов такого оборудования, ответчик должен проверять какие элементы ВДГО включены либо не включены в соответствующий договор.

Потребитель (абонент) в данном случае не обладает специальными познаниями в части конструктивных элементов газового оборудования, в то время как ответчик является профессиональным участником рынка и специализированной организацией, которая осуществляет техническое обслуживание ВДГО.

Таким образом, суд приходит к выводу, что участок газовой трубы, в которой образовалась ледяная закупорка в силу вышеназванных положений закона в составе ВДГО подлежал техническому обслуживанию со стороны АО «Газпром газораспределение Тамбов», а следовательно судом установлен факт наличия обязательственных правоотношений между сторонами.

Согласно позиции АО «Газпром Газораспредление Тамбов» возникшие у истцов убытки они квалифицируют как вред по правилам Главы 59 ГК РФ. Таким образом, возражая против удовлетворения требований, ответчик настаивает на том, что истцы не доказали полного состава деликтного правоотношения в контексте ст. 1064 ГК РФ (противоправность поведения, вред, причинно-следственная связь, размер), а следовательно в иске надлежит отказать.

Однако суд полагает, что к спорным правоотношениям не подлежат применению нормы ГК РФ о возмещении вреда (Глава 59), а подлежат применению нормы об ответственности за нарушение договорных обязательств (Глава 25 и Закон РФ «О защите прав потребителей»).

Так, согласно п. 1 ст. 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Таким образом, в отличие от правил ст. 1064 ГК РФ, нормы ст. 393 ГК РФ устанавливают иной состав правоотношения и условия для взыскания убытков - это 1) наличие обязательственных правоотношений между сторонами, 2) установление факта нарушения обязательства, 3) наличие и размер ущерба у пострадавшего лица, 4) причинно-следственная связь между нарушением обязательства и убытками, что исключает применение к спорным правоотношениям ст. 1064 ГК РФ.

Довод ответчиков о необходимости доказывания истцами наличия оснований для их привлечения к гражданско-правовой ответственности по ст.ст. 15 и 393 ГК РФ не соответствует нормам ст. 401 ГК РФ и положениям Закону РФ «О защите прав потребителей», которые подлежит применению в спорной ситуации.

Согласно ст. 401 ГК РФ лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности.

Как разъяснено в п.5 Постановления Пленума ВС РФ от 24 марта 2016 года № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» по смыслу статей 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ).

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.

Вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства доказывается должником (пункт 2 статьи 401 ГК РФ).

Если должник несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, что и имеет место в данном случае, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности, например, обстоятельств непреодолимой силы (пункт 3 статьи 401 ГК РФ).

Кроме того, согласно преамбулы Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» закон регулирует отношения, возникающие между потребителями и изготовителями, исполнителями, импортерами, продавцами при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг), устанавливает права потребителей на приобретение товаров (работ, услуг) надлежащего качества и безопасных для жизни, здоровья, имущества потребителей и окружающей среды, получение информации о товарах (работах, услугах) и об их изготовителях (исполнителях, продавцах), просвещение, государственную и общественную защиту их интересов, а также определяет механизм реализации этих прав.

В контексте данного закона потребителем является гражданин, имеющий намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий или использующий товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.

Исполнителем является организация независимо от ее организационно-правовой формы, а также индивидуальный предприниматель, выполняющие работы или оказывающие услуги потребителям по возмездному договору.

Из материалов дела следует, что между АО «Газпром газораспределение Тамбов» и ФИО1 был заключен возмездный договор оказания платных услуг по техническому обслуживанию и ремонту ВДГО.

По данному договору Общество должно производить как обслуживание ВДГО, так и аварийно-диспетчерское обеспечение 

Анализ данного договора позволяет прийти к выводу, что он заключен между физическим лицом, имеющим намерение получить услуги для личных целей и коммерческими юридическими лицами, оказывающими услуги на возмездной основе.

Таким образом, суд приходит к выводу, что к правоотношениям по поставке газа и выполнению работ по ТО и ремонту ВДГО применяются нормы Закона РФ «О защите прав потребителей» в той части, в которой они не урегулированы специальными нормативными актами.

Согласно п. 4 ст. 13 и п. 5 ст. 15 данного Закона, исполнитель, освобождается от ответственности за нарушение обязательства и причинение вреда в следствие ненадлежащего оказания услуг, если он докажет, что вред причинен вследствие непреодолимой силы илинарушения потребителем установленных правил использования, хранения или транспортировки товара (работы, услуги).

Дополнительно в п. 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» разъяснено, что при разрешении требований потребителей необходимо учитывать, что бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, в том числе и за причинение вреда, лежит на продавце(изготовителе, исполнителе, уполномоченной организации или уполномоченном индивидуальном предпринимателе, импортере) (п. 4 ст. 13, п. 5 ст. 14, п. 5 ст. 23.1, п. 6 ст. 28 Закона о защите прав потребителей, ст. 1098 ГК РФ).

Принимая во внимание вышеизложенное, суд приходит к выводу, что ГК РФ (ст. 401 ГК РФ) и Законом РФ «О защите прав потребителей» (ст.13 и 15 Закона) установлены иные правила распределения бремени доказывания обстоятельств являющихся основанием возмещения убытков в следствии нарушения договора с потребителем, а именно: вина ответчика в возникновении убытков у истцов презюмируется пока ими не будет доказано, что вина лежит на потребителе или охватывается непреодолимой силою.

Таким образом, на ответчиках лежит обязанность по предоставлению доказательств, явно свидетельствующих о наличие вины истцов в возникновении убытков или обстоятельств непреодолимой силы.

Вместе с тем истцы, в лице своего представителя полагают, что нарушение принятых обязательств усматривается и в отношении ООО «Газпром Межрегионгаз Тамбов». Считают, что в силу вышеуказанного Постановления Правительства РФ № 549 и заключенного договора поставки газа (п. 2.2.1.) ООО было обязано осуществлять бесперебойную поставку газа абоненту.

При этом, ни в договоре, ни в подзаконном акте не оговорено до какого места ООО должно было бесперебойно поставлять газ.

По их мнению, этим местом является место окончательного использования газа - газопотребляющее оборудование. Поскольку экспертом установлено, что авария на системе отопления произошла из-за прекращения поставки газа, которая в свою очередь произошла из-за закупорки газопровода, входящего в состав ВДГО, материалами дела установлен факт отсутствия бесперебойной поставки газа до газопотребляющего оборудования.

Следовательно факт нарушения договорных обязательств со стороны как ООО «Газпром Межрегионгаз Тамбов» так и АО «Газпром газораспределение Тамбов» имеет подтверждение.

Однако, с учетом установленных судом обстоятельств, а также того, что ООО «Газпром межрегионгаз Тамбов» самостоятельно не приостанавливало поставку газа, поставляло газ надлежащего качества, что стороной истца не оспаривалось, ледяная закупорка образовалась вне зоны ответственности Общества, суд полагает, что оснований для взыскания убытков с данного ответчика не имеется. 

В связи с чем, убытки подлежат возмещению за счет АО «Газпром газораспределение Тамбов».

Размер причиненных истцам убытков, а также вероятные причины аварии в системе отопления истцов нашли свое отражение в назначенной судом строительно-технической экспертизе.

Согласно заключению эксперта от АНО «Строительная Судебно-экспертная Лаборатория» вероятной причиной аварии в системе отопления здания, лит.А квартала лесничества района области является образование снежно-ледяных закупорок в наружном газопроводе, диаметром 25 мм., служащем для подачи газа в указанное здание, на выходе из земли перед домом.

Из исследовательской части экспертизы, а также допрошенного в ходе судебного разбирательства пояснений эксперта Е.И.В. следует, что механизм аварии произошедшей и в здании лит. А квартала лесничества района области (авария в системе отопления) состояла в следующем: прекращение нагрева теплоносителя, и как следствие остановка циркуляции теплоносителя, в результате остановки котла .

Вероятно причиной прекращения подогрева теплоносителя также является образование снежно-ледяных закупорок (ответ на вопрос № 4 экспертного заключения).

Далее произошло понижение температуры воздуха в помещении и понижение температуры теплоносителя до температур, сопоставимых с уличными температурами. По итогам произошло замерзание и расширение теплоносителя в системе отопления (образование льда), по итогам которого произошло частичное нарушение целостности (разрушение) элементов системы отопления (трубопроводов, радиаторов, запорной арматуры, а также самого котла).

Также эксперт пояснил, что на момент экспертного осмотра в системе отопления произошло замерзание и расширение теплоносителя (образование льда), по итогам которого произошло частичное нарушение целостности (разрушение) элементов системы отопления (трубопроводов, радиаторов, запорной арматуры), а также самого котла , при этом категорично установить находился ли котел в исправном состоянии до момента прекращения его работы , , , в и , не представляется возможным, однако следует отметить тот факт, что после каждой остановки котла в указанные даты, кроме остановки , котел пускался в работу, в том числе в присутствии представителей АДС, при этом коды ошибок на нем не появлялись.

Аналогичные доводы содержатся и в первоначальном акте экспертного исследования . Экспертом также было установлено, что вероятными причинами разгерметизации соединений между секциями радиаторов и разрыва шаровых кранов является превышение давления в системе отопления в результате замерзания воды в системе и увеличении ее в объеме (л.д. 5 экспертного заключения).

Поскольку выводы судебной строительно-технической экспертизы со стороны ответчика, надлежащими доказательствами не опровергнуты, а следовательно, могут быть приняты судом при принятии решения.

В силу ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В соответствии со ст. 79 ГПК РФ при рассмотрении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных познаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла по ходатайству сторон судом была назначена экспертиза.

Доводы представителей ответчика относительно наличия сомнений в заключении не могут быть приняты во внимание, поскольку экспертиза проведена с соблюдением требований ст. 84-86 ГПК РФ, выводы эксперта мотивированы, имеются ссылки на источники информации, оснований не доверять эксперту в силу его заинтересованности в исходе дела либо не компетенции не имеется.

Выражая не согласие с выводами эксперта о вероятных причинах аварии в системе отопления, а также суммой восстановительного ремонта, тем не менее представители ответчиков надлежащих и допустимых доказательств, опровергающих данные выводы суду не представили.

К доводам представителя ответчика о том, что на момент аварии котел был демонтирован, что подтверждено представленными фотографиями и показаниями свидетеля У.А.Г., суд относится критически, поскольку в заявке в АДС (л.д. 108), где отражен полный ход выполнения заявки данное обстоятельство не зафиксировано, акт АДС с фотографиями суду представлен не был.

Представитель истцов не отрицает, что после произошедшей аварии и на момент первоначального экспертного осмотра, отопительный котел снимался и направлялся в сервисную службу с целью определения стоимости ремонта.

Однако, на самовольного вмешательства со стороны ФИО1 в работу газоиспользующего оборудования установлено не было, система газоснабжения АДС не опломбировалась, приостановка поставки газа не осуществлялась.

Суд полагает, что представленные стороной ответчика фотографии были сделаны в момент экспертного осмотра, а показания свидетеля, являющегося сотрудником АО «Газпром газораспределение Тамбов» подлежат критической оценке.

Помимо возмещения убытков, истцами заявлено о взыскании денежной компенсации морального вреда.

Суд признает заявленные требования обоснованными, поскольку в силу положений ст. 15 Закона «О защите прав потребителей», при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.

Размер компенсации морального вреда определяется судом независимо от размера возмещения имущественного вреда, в связи с чем, размер денежной компенсации, взыскиваемой в возмещение морального вреда, не может быть поставлен в зависимость от стоимости товара (работы, услуги) или суммы подлежащей взысканию неустойки. Размер присуждаемой потребителю компенсации морального вреда в каждом конкретном случае должен определяться судом с учетом характера причиненных потребителю нравственных и физических страданий исходя из принципа разумности и справедливости. С учетом обстоятельств дела, суд полагает целесообразным определить размер взыскиваемой компенсации морального вреда 30000 рублей, взыскав его в пользу истцов в равных долях, тем самым удовлетворив их требования частично.

Кроме того, частью 6 ст. 13 Закона «О защите прав потребителей» предусмотрено, что при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке требований потребителя штраф в размере 50 процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Истец, реализовывая свое право на защиту, обращался в АО «Газпром газораспределение Тамбов» по вопросу возмещения причиненных ему убытков, однако его требование осталось без удовлетворения, в связи с чем, суд полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истцов в равных долях штраф в размере 50 % от взыскиваемой судом суммы.

Вместе с тем, в силу ст. 207 ГПК РФ, суд полагает, что истцы обладают правом солидарного взыскания с АО «Газпром газораспределение Тамбов» убытков, поскольку предметом спора является общее право истцов и вред причинен их общему имуществу.

Поскольку истцы при предъявлении иска в суд в соответствии с требованиями Налогового кодекса РФ (ст. 333.36 НК РФ) были освобождении от уплаты государственной пошлины, государственная пошлина в силу ст. 103 ГПК РФ должна быть взыскана с ответчика пропорционально удовлетворенным требованиям в доход местного бюджета.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ суд,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1, ФИО2 к ООО «Газпром Межрегионгаз Тамбов», АО «Газпром газораспределение Тамбов» о взыскании убытков, компенсации морального вреда и штрафа за нарушение прав потребителей удовлетворить частично.

На праве солидарного взыскания взыскать с АО «Газпром газораспределение Тамбов» (ИНН ) в пользу ФИО1 и ФИО2 в счет возмещения убытков 248541 руб. 15 коп.

Взыскать с АО «Газпром газораспределение Тамбов» (ИНН ) в пользу ФИО1 и ФИО2 компенсацию морального вреда 30000 руб. и штраф за нарушение прав потребителей - 139270 руб. 27 коп. в равных долях. 

В удовлетворении исковых требований о взыскании денежной компенсации морального вреда в большем размере и о взыскании убытков, компенсации морального вреда и штрафа к ООО «Газпром Межрегионгаз Тамбов» отказать.

Взыскать с АО «Газпром газораспределение Тамбов» (ИНН ) в доход муниципального образования городской округ г. Тамбов государственную пошлину в размере 5685 руб. 41 коп. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Тамбовский областной суд через Советский районный суд г. Тамбова в течение месяца со дня вынесения в окончательной форме.

Судья: Елохова М.В. 

Решение в окончательной форме изготовлено 26 ноября 2018 г.

Судья: Елохова М.В.