Дело № 2-1211/2021 16 июня 2021 года 

УИД 42RS0013-01-2021-002066-02

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Междуреченский городской суд

Кемеровской области

в составе

председательствующего судьи Приб Я.Я.,

при секретаре Киселевой А.Е.,

с участием помощника прокурора г. Междуреченска: Гуковой Л.В.

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Междуреченске Кемеровской области дело по иску ФИО1 к Публичному акционерному обществу «Угольная компания «Южный Кузбасс» о выплате сумм в счет возмещения морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Публичному акционерному обществу «Угольная компания «Южный Кузбасс» о выплате сумм в счет возмещения морального вреда.

Требования истца мотивированы тем, что в период с 1987 по 2016 год он работал в профессиях проходчика, горнорабочего очистного забоя подземного на предприятиях ПАО «Южный Кузбасс».

26.04.2016 у него установлено профессиональное заболевание 

<

данные изъяты>

В связи с прогрессией заболевания признан нетрудоспособным во вредных условиях труда и направлен в БМСЭ, где определено 30% утраты трудоспособности.

На возникновение у него заболевания повлияла работа в условиях с тяжестью трудового процесса кл.3 ст. 2-3 в профессиях: проходчика, горнорабочего очистного забоя подземные.

Согласно заключению врачебной комиссии ФГБНУ «Научно-Исследовательский Институт Комплексных Проблем Гигиены и Профессиональных Заболеваний» № 317 от 08.09.2016 вина в развитии у него профессионального заболевания ПАО «Южный Кузбасс» установлена в размере 77,4%.

В связи с полученным профессиональным заболеванием он испытывает нравственные и физические страдания.

Несмотря на постоянный прием лекарственных препаратов назначенных ему в ПРП какого-то заметного улучшения здоровья не наблюдается.

Заболевание проявляется приступами 

<

данные изъяты>

В силу своего состояния здоровья, обусловленным наличием у него профессионального заболевания, даже незначительная физическая нагрузка или небольшое переохлаждение вызывают у него сильные боли в пояснице. Он постоянно испытывает нравственные и физические страдания.

Его болезнь сопровождается общим недомоганием, повышенной раздражительностью, нарушением сна, головокружением, диффузной головной болью.

В результате заболевания работать из-за болей он не имеет возможности, в связи с чем, испытывает чувство неполноценности, потому что не может в той же степени как и раньше содержать семью, лишает себя и свою семью достатка. К тому де из-за развития профессионального заболевания у него появились противопоказания в труде в подземных условиях. На момент установления ему профессионального заболевания он имел желание продолжать работать. В связи с этим, стал раздражительным, что сказывается на его близких людях.

Из-за последствий профессионального заболевания он не может полноценно вести свой прежний образ жизни, изменилась бытовая активность и качество жизни. Раньше он был активным человеком. Ходил в походы с семьей, занимался спортом, содержал дачу. В настоящее время все это стало недоступным для него.

В связи с развитием у него профессионального заболевания и его проявлений его жизнь существенно изменилась в худшую сторону, что причиняет ему нравственные страдания.

Просит взыскать с ПАО «Южный Кузбасс» компенсацию морального вреда за получение профессионального заболевания в размере 

<

данные изъяты> руб.

В судебном заседании истец ФИО1 на удовлетворении заявленных исковых требований настаивал по основаниям, изложенным в исковом заявлении. Дополнительно пояснил, что в период с 1987 по 2016 работал в профессиях проходчика, горнорабочего очистного забоя подземного на предприятиях ПАО «Южный Кузбасс». В связи с прогрессией заболевания признан нетрудоспособным во вредных условиях труда и направлен в БМСЭ, где определено 30% утраты трудоспособности. У него постоянно болит 

<

данные изъяты> Был уволен по состоянию здоровья. Ранее у него был дачный участок, пришлось его продать в связи с состоянием здоровья. У него нарушен сон из-за болей 

<

данные изъяты> Два раза в год проходит лечение в санатории. Раньше ходил в походы, вел активный образ жизни, сейчас большую часть времени проводит дома, так как 

<

данные изъяты> У него постоянные 

<

данные изъяты> При приеме на работу ему было известно, что работа связана с вредными условиями труда, предоставлялся дополнительный отпуск. Средствами индивидуальной защиты работодатель не обеспечивал. В счет возмещения морального вреда получена единовременная выплата от работодателя в размере 

<

данные изъяты> руб.

В судебном заседании представитель истца, привлеченный к участию в деле на основании ст. 53 ГПК РФ (л.д. 58), ФИО8 исковые требования в части процента вины ответчика уточнила, пояснив, что ошибочно включен период работы истца в ОАО «ОШПУ», в связи с чем процент вины в развитии у истца ФИО1 профессионального заболевания составил 60,2%. В остальной части исковых требований настаивала, просила взыскать с ответчика в счет компенсации морального вреда 

<

данные изъяты> рублей. 

В судебном заседании представитель ответчика ПАО «Южный Кузбасс» ФИО5, действующая на основании доверенности от 11.01.2021 (л.д. 82), в удовлетворении исковых требований возражала, ранее представлены письменные возражения (л.д. 64-65), сущность которых сводится к тому, что работодатель принимал все необходимые меры для уменьшения воздействия на работника вредных и опасных условий труда, обеспечивая его спецодеждой, респиратором «лепесток», «Беруши», очками, что подтверждается санитарно-гигиенической характеристикой условий труда работника. Работодатель проводил различные инструктажи, разъяснительные работы, мероприятия по охране труда. Для работника были установлены гарантии и льготы за период работы во вредных и опасных условиях труда, а именно доплата за вредность, сокращенная продолжительность рабочей недели, льготный трудовой стаж, дополнительный отпуск и так далее. ФИО1 обратился в ПАО «Южный Кузбасс» с письменным заявлением о выплате единовременной компенсации в счет возмещения морального вреда в размере 20% среднемесячного заработка за 30% утраты профессиональной трудоспособности. На основании заявления ФИО1, Коллективного договора ПАО «Южный Кузбасс» на 2014-2016 годы, ФИО1 выплачена компенсация морального вреда в размере 

<

данные изъяты> руб. Истец не возражал в отношении размера указанной суммы и принял ее, тем самым согласился с возмещением морального вреда. Считают, что добровольная выплата компенсации морального вреда ФИО1 влечен прекращение данного обязательства согласно п.3 ст. 407 ГК РФ и п. 1 ст. 408 ГК РФ. В данном случае возник вопрос о взыскании повторной компенсации морального вреда, что законом не предусмотрено.

Заслушав лиц, участвующих в деле, свидетеля ФИО6, заключение прокурора, полагавшего требования истца законными, обоснованными и подлежащими удовлетворению, при определении размера компенсации морального вреда просил учесть требования разумности и справедливости, предусмотренные ГК РФ, изучив материалы дела, суд пришел к выводу о частичном удовлетворении исковых требований по следующим основаниям.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (ч. 3 ст. 37), каждый имеет право на охрану здоровья (ч. 2 ст. 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (ч. 1 ст. 46).

Из данных положений Конституции РФ и в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке. 

В силу ст. 12, ст. 56 ГПК РФ, правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, при этом каждая сторона обязана доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Согласно части 3 статьи 55 Конституции РФ права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. 

Таким образом, никакие иные акты, за исключением федеральных законов в предусмотренных статьей 55 Конституции РФ случаях, не могут умалять и ограничивать право гражданина на полное возмещение вреда, причиненного повреждением здоровья. Соответственно, не могут ограничивать это право также и заключенные в соответствии с трудовым законодательством отраслевые соглашения и коллективные договоры. 

Приведенные выше конституционные положения конкретизированы в соответствующих нормах трудового права и разъяснениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации.

В соответствии со ст. 21 ТК РФ работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением им трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами. Работник обязан соблюдать требования по охране труда и обеспечению безопасности труда.

На основании ст. 22 ТК РФ работодатель обязан предоставлять работникам работу, обусловленную трудовым договором, обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, а также возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, федеральными законами и иными нормативными актами.

На основании ч. 1 ст. 212 Трудового кодекса РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Таким образом, требованиями действующего законодательства предусмотрена материальная ответственность работодателя за вред, причиненный здоровью работника трудовым увечьем или профессиональным заболеванием.

Федеральным законом № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» установлено, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с профессиональным заболеванием или производственной травмой, осуществляется причинителем вреда, то есть непосредственно работодателем (ст. 8).

В соответствии со ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье относятся к нематериальным благам, принадлежащим человеку от рождения.

Согласно ст. 151 ГК РФ, «если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред».

В соответствии со ст. 1101 ГК РФ размер компенсации определяется судом в зависимости от характера причиненных физических и нравственных страданий, фактических обстоятельств, при которых причинен моральный вред, индивидуальные особенности потерпевшего, степенью вины причинителя вреда. В соответствии со ст. 1101 ГК РФ при определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. 

Согласно п. 2 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Согласно п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом, поскольку, потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. 

При определении размера компенсации морального вреда суду, с учетом требований разумности и справедливости, следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Судом установлено и следует из материалов дела, ФИО1 в период с 1987 по 2016 годы на ПАО «Южный Кузбасс», в условиях воздействия вредных факторов, в связи с чем, у истца развилось профессиональное заболевание – 

<

данные изъяты>

Согласно записи в трудовой книжке, ФИО1 состоял в трудовых отношениях с шахтой «Усинской» в должности 

<

данные изъяты> в период с января 1987 года по июнь 1994 года; с октября 1994 по июль 1995 состоял в трудовых отношениях с шахтой «Усинской» в должности 

<

данные изъяты> с января 1997 по март 1997 состоял в трудовых отношениях с ООО «ПЦП» в должности 

<

данные изъяты>; с мая 1997 по июнь 2000 состоял в трудовых отношениях с АООТ шахта «Усинская» в должности 

<

данные изъяты>; с июля 2000 по июнь 2003 состоял в трудовых отношениях с ОАО шахта «Усинская-Н» в должности 

<

данные изъяты>; с июня 2003 по февраль 2008 состоял в трудовых отношениях с ОАО «ОШПУ» в должности 

<

данные изъяты>; с июня 2008 по июль 2014 состоял в трудовых отношениях с шахтой «им. ФИО7» в должности 

<

данные изъяты>; с июля 2014 по август 2018 состоял в трудовых отношениях с шахтой «Ольжерасская-Новая» в должности 

<

данные изъяты>; на основании Приказа от 05.08.2016 №к уволен в связи с отсутствием работы, необходимой в соответствии медицинским заключениям (л.д.11-21).

Согласно Санитарно-гигиенической характеристике условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания № от 16.03.2016, ФИО1 поставлен предварительный диагноз: 

<

данные изъяты> ведущим вредням производственным фактором в развитии данного заболевания является тяжесть трудового процесса, усугубляющее действие оказывает вибрация и неблагоприятный микроклимат. Воздействия данных факторов подвергался в течение 27 лет, работая в профессиях 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты>. В профессии 

<

данные изъяты>- условия труда характеризуются превышением гигиенических нормативов по тяжести трудового процесса (л.д. 24-30).

Согласно Медицинскому заключению от 29.04.2016, ФИО1 поставлен основной диагноз: 

<

данные изъяты>». Заболевание профессиональное, установлено впервые. Сопутствующий диагноз: 

<

данные изъяты> принято решение: 

<

данные изъяты>, подтвержденных данными МРТ ПКО от 25.07.2015, а также данными ИЭМГ от 2013 и от 2016, наличие профессиональных заболеваний в данной профессиональной группе,- аргументы в пользу профессионального 

<

данные изъяты>. Частая обращаемость (4 обострения с временной утратой трудоспособности- 93 дня)- показание к постоянному трудоустройству и реабилитации. Рекомендации: тяжелый труд противопоказан. Направить в БМСЭ. Диспансерный учет 4 группа. Санаторно-курортное лечение, медикаментозная реабилитация (л.д. 34).

Согласно Акту № (№*) о случае профессионального заболевания от 17.05.2016 ФИО1 поставлен заключительный диагноз: 

<

данные изъяты> ФИО1 противопоказан тяжелый труд, направлен в БМСЭ. профессиональное заболевание выявлено при медицинском осмотре. Причиной профессионального заболевания послужило: длительное воздействие на организм человека вредных производственных факторов. Тяжесть трудового процесса. Условия труда в зависимости от тяжести трудового процесса в профессии 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты> очистного забоя относятся к вредному 3 классу 2-3 степени согласно Р.ДД.ММ.ГГГГ-05. Наличие вины работника отсутствует. Непосредственной причиной заболевания послужило: тяжесть трудового процесса (л.д.32-33).

Согласно Программе реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания

От 07.06.2016, ФИО1 является 

<

данные изъяты>, 5 разряда, ему поставлен диагноз: «

<

данные изъяты> (л.д. 53).

Согласно Справке Серии МСЭ-2006 №, выданной 05.07.2016 ФИО1 29.04.2016 установлено 30% степени утраты профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием на основании Акта № (7*) от 17.05.2016 на срок с 07.06.2016 до 01.07.2017 (л.д. 50).

Согласно Заключению врачебной экспертной комиссии № от 08.09.2016, ФИО1 поставлено профессиональное заболевание: 

<

данные изъяты> Установлено в 2016 году. На возникновение заболевания повлияла работа в условиях с перенапряжением 

<

данные изъяты> Признан нетрудоспособным во вредных условиях труда и направлен в БМСЭ, где было определено 30% утраты трудоспособности. Общий стаж с воздействием вредного фактора согласно профмаршруту 27 лет 2 месяца (л.д. 31).

Приказом от 10.10.2016 ПАО «Южный Кузбасс» ФИО1 в счет морального вреда единовременно выплачена компенсация в размере 

<

данные изъяты> руб. (л.д. 67).

Согласно Программе реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания от 05.07.2017, ФИО1 не работает, ему поставлен диагноз: «

<

данные изъяты> (л.д. 54).

Согласно Справке Серии МСЭ-2006 №, выданной 05.07.2017 ФИО1 29.04.2016 установлено 30% степени утраты профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием на основании Акта № (7*) от 17.05.2016 на срок с 05.07.2017 до 01.08.2019 (л.д. 51). 

Согласно Программе реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания от 11.06.2019, ФИО1 поставлен диагноз «

<

данные изъяты> (л.д. 55).

Согласно Справке Серии МСЭ-2017 №, выданной 26.06.2019, ФИО1 имеет 30% утраты профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием на основании Акта о профессиональном заболевании № (№*) от 17.05.2016 с 11.06.2019 бессрочно (л.д. 22-23, 52).

Согласно Выписке из медицинской карты стационарного больного, ФИО1 не работает с 05.08.2016. находился в стационарном отделении № (профневрологии) клиники НИИ КПГПЗ с 27 апреля по 04.05.2017 года. Основной диагноз: «

<

данные изъяты> Заболевание профессиональное, подтверждено повторно. Степень функциональных нарушений прежняя (л.д. 36).

28.04.2021 ФИО1 обратился в ПАО «Южный Кузбасс» с заявлением о возмещении морального вреда в размере 

<

данные изъяты> руб. (л.д. 38-39).

В судебном заседании свидетель ФИО6 пояснила, что истец ее супруг, в браке состоят с 2018 года, проживают совместно с 2014 года. Супруг работал в шахте «Ленина», после в шахте «Ольжерасская Новая» в должности 

<

данные изъяты> У истца начались боли в 

<

данные изъяты> из-за его трудовой деятельности. Он проходил лечение, но это не помогало устранить боли. 26.04.2016 у истца установлено профессиональное заболевание, определено 30% утраты трудоспособности. На предприятии истцу выплачена компенсация морального вреда в размере 

<

данные изъяты> руб. Супруг был активным человеком до наступления у него заболевания, ходил в походы, зимой катался на лыжах. Истец плохо спит в связи с болями. В настоящее время у него снизилась физическая активность, из-за чего он прибавил в весе. У истца болят 

<

данные изъяты> Из-за болей истец стал раздражительным. Супруг проходит лечение в санатории сезонно, но это облегчает боль на короткий период. У супруга изменилось психическое состояние, он стал очень раздражительным, это отражается на членах семьи. С момента установления утраты профессиональной трудоспособности 30%, его состояние здоровья ухудшилось. У супруга имеются дети и внуки, после наступления болезни он стал меньше с ними общаться, так как он стал раздражительным. 

В силу ст. 40 Трудового кодекса РФ коллективный договор - правовой акт, регулирующий социально-трудовые отношения в организации или у индивидуального предпринимателя и заключаемый работниками и работодателем в лице их представителей.

В соответствии со ст. 41 Трудового кодекса РФ содержание и структура коллективного договора определяются сторонами.

Согласно ч. 3 ст. 43 Трудового кодекса РФ действие коллективного договора распространяется на всех работников организации, индивидуального предпринимателя, а действие коллективного договора, заключенного в филиале, представительстве или ином обособленном структурном подразделении организации, - на всех работников соответствующего подразделения.

Согласно ст. 45 Трудового кодекса Российской Федерации отраслевое (межотраслевое) соглашение устанавливает общие условия оплаты труда, гарантии, компенсации и льготы работникам отрасли (отраслей).

Пунктом 5.4 Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности на период с 01.04.2013 по 31.03.2016 (действующего на момент установления истцу степени утраты профессиональной трудоспособности и разрешения настоящего спора) определено, что в случае установления впервые работнику, занятому в организациях, осуществляющих добычу (переработку) угля (сланца), утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания в счет возмещения морального вреда работодатель обеспечивает выплату единовременной компенсации из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременного пособия, выплачиваемого из Фонда социального страхования Российской Федерации) в порядке, оговоренном в коллективном договоре, соглашении или локальном нормативном акте, принятом по согласованию с соответствующим органом профсоюза.

В случае, когда ответственность за причинение вреда здоровью работника в виде профессионального заболевания возложена на несколько организаций, Работодатель несет долевую ответственность, которая определяется пропорционально степени вины работодателей.

При этом в коллективных договорах (соглашениях) или локальных нормативных актах, принятых по согласованию с соответствующим органом профсоюза, могут предусматриваться случаи, при которых работодатель принимает на себя ответственность по выплатам за иные организации (л.д. 72). Положение указанной статьи аналогичные пункту 10.2.2 Коллективного договора ОАО «Южный Кузбасс» 2014–2019 годов (л.д. 78 оборот), пункту 3.1 Положения о выплате единовременного пособия и компенсации морального вреда в ПАО «Южный Кузбасс» (л.д. 75).

В соответствии с частью 2 статьи 9 Трудового кодекса РФ коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению. 

Согласно статье 237 Трудового кодекса РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1). 

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (часть 2). 

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со статьёй 237 названного кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учётом объёма и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

На основании представленных медицинских документов, в том числе выписки из амбулаторной карты (л.д. 89-97), программы реабилитации пострадавшего (л.д. 53, 54, 55), выписок из медицинской карты стационарного больного (л.д. 36, 37), судом установлено, что истец регулярно обращается за медицинской помощью, в том числе и в связи с профессиональными заболеваниями. 

Таким образом, суд считает заслуживающим внимание доводы истца о том, что вследствие возникшего профессионального заболевания «Радикулопатия (компрессионно-ишемический синдром) пояснично-крестцового уровня, корешка S1 слева и мышечно-тонические (миофасциальные) синдромы пояснично-кресцового уровня, нарушение функции позвоночника 2 (второй) степени» истец испытывает нравственные и физические страдания, поскольку возникли ограничения обычной жизнедеятельности, обусловленные указанным заболеванием. 

Факт причинения вреда здоровью истца подтвержден в судебном заседании в полной мере.

Разрешая вопрос о размере компенсации морального вреда, суд исходит из Постановления Президиума № 6-ПВ16 Верховного Суда РФ от 26.10.2016, где Верховный Суд РФ указал, что в случае спора, размер компенсации морального вреда определяется судом вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника. Положения соглашений означают лишь обязанность работодателя при наличии соответствующих оснований выплатить в бесспорном порядке компенсацию морального вреда в предусмотренном размере.

При определении размера компенсации морального вреда, суд руководствуется принципами разумности и справедливости, учитывает представленные в материалы дела доказательства, характер причиненных истцу нравственных и физических страданий, степень тяжести профессионального заболевания, его последствия в виде утраты профессиональной трудоспособности 30% по заболеванию «Радикулопатия (компрессионно-ишемический синдром) пояснично-крестцового уровня, корешка S1 слева и мышечно-тонические (миофасциальные) синдромы пояснично-кресцового уровня, нарушение функции позвоночника 2 (второй) степени», степень вины ответчика в причинении вреда здоровью истцу в 60,2% (л.д. 31,67), а также отсутствие вины истца в развитии у него профессионального заболевания. 

Поскольку, факт и степень нравственных и физических страданий, испытываемых истцом в связи с профзаболеванием, подтвержден в судебном заседании, с учетом требований разумности и справедливости, суд считает необходимым взыскать с ответчика в счет компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием: «

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> рублей, с учетом выплаченных работодателем на основании приказа от 10.10.2016 № № в размере 

<

данные изъяты> рублей, степени вины ответчика в развитии у истца ФИО1 профессионального заболевания 60,2% определив к взысканию сумму в размере 

<

данные изъяты> рублей, из расчета (

<

данные изъяты>) – 

<

данные изъяты> руб., отказывая в удовлетворении остальной части иска, полагая требования истца о компенсации морального вреда в размере 

<

данные изъяты> руб. завышенными, не отвечающими требованиям разумности и справедливости.

В соответствии со ст. ст. 88, 98, 100 ГПК РФ, а также разъяснений Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», с учетом принципа пропорциональности возмещения судебных расходов, поскольку исковые требования удовлетворены в размере 66% от заявленных, суд считает возможным удовлетворить требования истца о взыскании в его пользу, понесенные судебные расходы по оплате юридических услуг за составление искового заявления и участие представителя в одном судебном заседании в размере 

<

данные изъяты> рублей, находя данный размер разумным с учетом обстоятельств настоящего дела, количества судебных заседаний, объема выполненной представителем работы по оказанию истцу правовой помощи. Несение истцом соответствующих расходов подтверждается договором по оказанию юридических услуг № от 28.04.2021, актом выполненных работ от 28.04.2021, распиской в получении денежных средств от 16.06.2021 (л.д. 84-88).

Истец освобожден от уплаты госпошлины в соответствии со ст. 333.36 Налогового Кодекса Российской Федерации, в соответствии со ст. 103 Гражданского Процессуального Кодекса Российской Федерации государственная пошлина подлежит взысканию с ответчика в доход местного бюджета в размере 300 рублей.

На основании изложенного выше, руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к Публичному акционерному обществу «Угольная компания «Южный Кузбасс» о выплате сумм в счет возмещения морального вреда, удовлетворить частично.

Взыскать с Публичного акционерного общества «Угольная компания «Южный Кузбасс» (ИНН № ОГРН №) в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца 

<

адрес> в счёт компенсации морального вреда, причиненного вследствие профессионального заболевания 

<

данные изъяты> в размере 

<

данные изъяты> копеек, в счет возмещения расходов по оплате услуг представителя 

<

данные изъяты> рублей.

В остальной части исковых требований отказать. 

Взыскать с Публичного акционерного общества «Угольная компания «Южный Кузбасс» в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 300 (триста) рублей.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме в Кемеровский областной суд путем подачи апелляционной жалобы в Междуреченский городской суд.

Судья: подпись Я.Я. Приб

Резолютивная часть решения оглашена 16.06.2021 года

Мотивированное решение в полном объеме изготовлено 23.06.2021 года 

Копия верна, подлинник решения подшит в деле № 2-1211/2021 Междуреченского городского суда Кемеровской области.

Судья: Я.Я. Приб