Дело № 2-1128/2017

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

26 апреля 2017г. г. Биробиджан ЕАО

Биробиджанский районный суд ЕАО

в составе судьи Лаврущевой О.Н.

при секретаре Мажак Н.Н. 

Рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Муниципальному унитарному предприятию «Городские тепловые сети» о признании приказа незаконным и компенсации морального вреда,- 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к ответчику о признании приказа незаконным и компенсации морального вреда. Свои требования мотивировал тем, что он работает на предприятии МУП «Городские тепловые сети» в должности инспектора по кадрам. Приказом от 09.03.2017 № он привлечен к дисциплинарной ответственности в виде выговора за ненадлежащее исполнение своих трудовых обязанностей. Считает, что ему причинен моральный вред неправомерными действиями работодателя, который выразился в стрессе, депрессии, бессоннице. Причиненный вред оценивает в 100 000 рублей.

Истец просит суд: 1) отменить дисциплинарное взыскание, наложенное на него приказом № от 09.03.2017 в виде выговора с занесением в личное дело; 2) взыскать с МУП «Городские тепловые сети» в его пользу в счет компенсации морального вреда 100 000 рублей; 3) взыскать с МУП «Городские тепловые сети» судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 30 000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель ФИО2 исковые требования поддержали и уточнили. Просили суд: 1) признать незаконным и отменить приказ МУП «Городские тепловые сети» от 09.03.2017 №; 2) взыскать с МУП «Городские тепловые сети» в пользу истца в счет компенсации морального вреда 100 000 руб.; 3) взыскать с МУП «Городские тепловые сети» в пользу истца судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 30 000 руб.

Суду пояснили, что при вступлении в 2015г. ФИО1 в должность инспектора по кадрам, он принимал кадровые документы работников. Трудовой договор заключенный с ФИО3 отсутствовал. Истец сразу же (в 2015г.) доложил руководителю об отсутствии этого договора. Помимо этого трудового договора, при вступлении истца в должность отсутствовали договоры и с другими сотрудниками предприятия. Поэтому прежний руководитель МУП "ГТС" издал приказ о заключении договоров. ФИО3 отказалась подписывать договор, об этом ФИО1 докладывал руководителю. До издания спорного приказа у истца не отбиралось объяснение по факту нарушения трудовой дисциплины. Ответчиком пропущен срок привлечения к ответственности. 

Представители ответчика ФИО4, ФИО5 в судебном заседании с исковыми требованиями не согласились. Суду пояснили, что до 2015г. работу по заключению трудовых договоров проводила ФИО3 В 2015г. практически полностью отсутствовали трудовые договора работников предприятия. В январе 2017г. при проверке прокуратуры выяснилось, что трудовой договор заключенный с ФИО3 отсутствует. Руководитель МУП "ГТС" 19.01.2017 издал приказ о заключении дополнительных соглашений к трудовым договорам. После этого договора были заключены со всеми сотрудниками. ФИО4 также суду пояснил, что 24.01.2017 он подписал с юрисконсультом ФИО3 трудовой договор и понял, что до этого трудового договора с этим сотрудником не было. Поэтому он запросил у истца и юрисконсульта сведения об отсутствии на предприятии трудового договора. После ему стало известно, что еще прежний руководитель дал истцу указание заключить договора, но он не сделал этого. Считает, что компенсация морального вреда необоснованна стрессов у ФИО1 нет, он всегда в хорошем настроении.

Суд, исследовав материалы дела, заслушав лиц участвующих в деле, считает, что иск подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со ст.193 ТК РФ до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников. Дисциплинарное взыскание не может быть применено позднее шести месяцев со дня совершения проступка.

Согласно представленным документам ФИО1 работает в МУП "ГТС" с 23.07.2015 в должности инспектора по кадрам. Приказом от 09.03.2017 № истец привлечен к дисциплинарной ответственности в виде выговора, за отсутствие у работодателя с 26.02.2008 по 23.01.2017 экземпляра трудового договора заключенного МУП "ГТС" с ФИО3 

В должностные обязанности ФИО1 входит: ведение установленной документации по кадрам; ведение учета личного состава организации в соответствии с унифицированными формами первичной учетной документации; оформление приема, перевода и увольнения работников в соответствии с трудовым законодательством, положениями и приказами руководителя организации; а также введение другой установленной документации по кадрам; формирование и ведение личных дел работников, вносение в них изменений, связанных с трудовой деятельностью. 

Из материалов дела установлено, что при вступлении ФИО1 в должность 23.07.2015 составлялась инвентаризационная опись документов по личному составу работников МУП "ГТС". При этом некоторые трудовые договора заключенные с сотрудниками отсутствовали, в том числе и трудовой договор заключенный с ФИО3, что отражено при инвентаризации. 

Согласно докладной от 27.07.2015 истец сообщил директору МУП "ГТС" ФИО об отсутствии трудового договора с ФИО3 28.07.2015 ФИО1 сообщил директору о наличии только 8 трудовых договоров при наличии 182 работников.

Из приказа директора МУП "ГТС" от 30.10.2015 № следует, что инспектору по кадрам ФИО1 до 02.11.2015 необходимо было разработать проект трудового договора с работниками предприятия. Руководителям структурных подразделений во взаимодействии с истцом необходимо было в кратчайшие сроки обеспечить подписание трудовых договоров с подчиненными работниками. Инспектору по кадрам ФИО1 необходимо было доложить об исполнении приказа до 09.11.2015. Контроль за исполнением приказа директор ФИО оставил за собой. 

Следовательно, работодатель знал об отсутствии договора с ФИО3 в 2015г. и поручил ФИО1 обеспечить подписание трудовых договоров с подчиненными работниками и доложить об исполнении до ДД.ММ.ГГГГ. 

В судебном заседании истец пояснил, что после инвентаризации он заключал трудовые договора с сотрудниками у которых они отсутствовали. С ФИО3 договор не был заключен, так как она отказалась. В последствии трудовой договор с ФИО3 был заключен только 24.01.2017. 

Согласно представленным документам об отсутствии трудового договора с ФИО3 работодатель (директор ФИО4) узнал 24.01.2017 когда подписал с ней трудовой договор. Указанные обстоятельства в судебном заседании подтвердил представитель ответчика ФИО4 В связи с этим 27.01.2017 он запросил у истца и ФИО5 договоры действовавшие ранее. Из объяснительных истца и юрисконсульта следует, что ранее заключенного договора нет, он отсутствовал при передаче документов ФИО1 в 2015г. 

Из материалов дела следует, что со 02.02.2017 по 10.02.2017 (9 дней) ФИО1 выдавался листок нетрудоспособности. 28.02.2017 истцу предоставлялся отпуск без сохранения заработной платы. 

Таким образом суд приходит к выводу, что ФИО1 привлечен к дисциплинарной ответственности в нарушение ст. 193 ТК РФ по истечении 6 месяцев со дня совершения проступка и 1 месяца со дня обнаружения проступка. В судебном заседании установлено, что о совершении проступка работодатель узнал 24.01.2017, следовательно должен был привлечь ФИО1 к ответственности по 24.02.2017. Однако в указанный период истец болел 9 дней, а 28.02.2017 находился в отпуске. Период привлечения к ответственности продлевается на этот срок (по 06.03.2017 включительно) и соответственно приказ должен был быть издан не позднее 07.03.2017. Однако ФИО1 привлечен к ответственности только 09.03.2017. Следовательно, месячный срок, установленный ст. 193 ТК РФ пропущен. 

Нарушен работодателем и срок привлечения истца к ответственности со дня совершения проступка. Суд считает, что проступок ФИО1 совершен 09.11.2015, так как до указанного времени он вместе с руководителями структурных подразделений должен был обеспечить подписание трудовых договоров и доложить руководителю об исполнении. 

Довод директора предприятия ФИО4 о том, что он не мог знать о совершении истцом проступка в 2015г. суд не может принять. Смена руководителя не влияет на факт совершения проступка. Контроль за исполнением приказа от 30.10.2015 директор МУП "ГТС" ФИО оставил за собой.

Следовательно ФИО1 привлечен к ответственности с нарушением ст. 193 ТК РФ по истечении 6 месяцев со дня совершения проступка. 

При указанных обстоятельствах суд считает, что исковые требования подлежат удовлетворению. Приказ о привлечении ФИО1 к дисциплинарной ответственности от 09.03.2017 № следует признать незаконным. Исходя из совокупности положений Трудового кодекса РФ, на работодателя необходимо возложить обязанность по отмене приказа, поскольку издание приказов это прерогатива работодателя. 

Рассматривая требование истца о взыскании компенсации морального вреда суд приходит к следующим выводам. 

В соответствии со ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (ч.2 ст. 1101 ГК РФ).

В судебном заседании ФИО1 пояснил, что после незаконного привлечения к дисциплинарной ответственности у него появилась бессонница, дома случаются нервные срывы, все это сказывается на работе. 

Суд считает, что истец в результате незаконного увольнения испытывал нравственные страдания. 

Учитывая характер причиненных ФИО1 нравственных страданий: его переживания, плохой сон; исходя их фактических обстоятельств дела, а именно того, что работодателем нарушены сроки привлечения к ответственности, за защитой своего права истец был вынужден обратиться в суд, с учетом его личности и возраста, периода урегулирования спора, степени нравственных страданий, руководствуясь принципами разумности и справедливости, суд считает возможным взыскать с ответчика в пользу истца в счет компенсации морального вреда денежную сумму в размере 7000руб.. 

В соответствии ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Из представленных в суд документов установлено, что ФИО1 для защиты своих интересов по вопросу отмены спорного приказа заключил договор и оплатил услуги представителя ФИО2 в сумме 30000руб. 

В судебном заседании представитель истца ФИО2 суду пояснил, что он консультировал истца, участвовал при опросе в суде и в самом судебном заседании. Исковое заявление в суд представитель не готовил. 

В соответствии с Постановлением Пленума Верховного суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. № 1 разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно. В целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер (п.11).

При указанных обстоятельствах учитывая продолжительность рассмотрения дела в суде первой инстанции, участие представителя в судебном заседании и при подготовке дела, сложность дела, которая обусловлена его категорией, сложившуюся в регионе стоимость оплаты услуг по данному виду дел, фактические расходы на оплату услуг представителя понесенные стороной, с учетом степени разумности, суд считает, необходимым взыскать с ответчика судебные расходы по оплате услуг представителя в сумме 20 000 руб. 

Согласно ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Принимая во внимание, что заявленные истцом требования удовлетворены судом, а от уплаты государственной пошлины он освобожден, с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 руб. 

Руководствуясь ст.ст. 56, 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО1 к Муниципальному унитарному предприятию «Городские тепловые сети» о признании приказа незаконным и компенсации морального вреда, удовлетворить. 

Приказ директора Муниципального унитарного предприятия «Городские тепловые сети» от 09 марта 2017 года № 75 о привлечении к дисциплинарной ответственности в виде выговора ФИО1 признать незаконным, возложить обязанность по его отмене на ответчика.

Взыскать с Муниципального унитарного предприятия «Городские тепловые сети» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 7 000 руб., судебные расходы по оплате услуг представителя в сумме 20 000 руб., а всего взыскать 27 000 руб. 

Взыскать с Муниципального унитарного предприятия «Городские тепловые сети» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 (триста) руб.

Решение может быть обжаловано в суд Еврейской автономной области в течение месяца через Биробиджанский районный суд.

Судья О.Н. Лаврущева