Судья Горнакова О.А. Дело № 33-14643/2025

24RS0035-01-2025-000448-33

2.206

КРАСНОЯРСКИЙ КРАЕВОЙ СУД

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

24 декабря 2025 года г. Красноярск

Судебная коллегия по гражданским делам Красноярского краевого суда в составе:

председательствующего судьи Туровой Т.В.,

судей Александрова А.О., Глебовой А.Н.,

при ведении протокола помощником судьи Курганской А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи Туровой Т.В. гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда, по апелляционной жалобе представителя третьего лица ГСУ СК России по Красноярскому краю и Республике Хакасия ФИО2 на решение Минусинского городского суда Красноярского края от 27 июня 2025 года, которым постановлено:

«Исковые требования ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда - удовлетворить частично.

Взыскать в пользу ФИО3, 

<

дата> года рождения, уроженки 

<

данные изъяты> (паспорт №) с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации компенсацию морального вреда в размере 250 000 (двести пятьдесят тысяч) руб., а также судебные расходы в размере 25 000 руб., в удовлетворении остальной части исковых требований - отказать».

Заслушав докладчика, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО3 обратилась в суд с иском к Министерству финансов Российской о компенсации морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование; требования мотивированы тем, что приговором Минусинского городского суда Красноярского края от 08.06.2023 ФИО3 признана виновной и осуждена по 

<

данные изъяты> РФ к наказанию в виде 3 лет лишения свободы условно с лишением права занимать должности, связанные с осуществлением функций представителя власти, организационного-распорядительных и административно-хозяйственных полномочий в органах местного самоуправления на срок 2 года.

В ходе кассационного рассмотрения приговор от 08.06.2023 отменен, ФИО4 оправдана, и за ней признано право на реабилитацию.

Указывает, что в результате незаконного уголовного преследования и осуждения ей причинен моральный вред, в течение длительного времени она находилась в психотравмирующей ситуации, в ходе расследования проводились обыски, была предана огласке тайна переписки и телефонных разговоров, на ТВ-каналах, в соцсетях постоянно демонстрировались видеоролики, порочащие ее имя и репутацию, на фоне переживаний истец постоянно находилась в состоянии нервного напряжения, испытывала нравственные страдания, выразившиеся в длительных переживаниях, беспокойстве и стрессовом состоянии. Также гонения со стороны общественности отразились на ее дочерях, старшая дочь была вынуждена бросить обучение в 

<

данные изъяты>, а младшая отказывалась ходить в школу, и ей потребовалась помощь психолога.

Приводя правовые основания заявленных исковых требований, истец просила суд взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в общем размере 12600000 рублей и судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 25000 рублей.

Судом постановлено приведенное выше решение.

В апелляционной жалобе представитель третьего лица ГСУ СК России по Красноярскому краю и Республике Хакасия ФИО2 просит решение суда отменить и принять новое, которым в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме, ссылаясь на то, что истцом не доказан факт причинения ей морального вреда в степени соразмерной сумме, установленной судом в размере 250000 рублей.

Проверив материалы дела в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобах, обсудив вопрос о возможности рассмотрения дела в отсутствие неявившихся лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте заседания суда апелляционной инстанции, обсудив доводы апелляционной жалобы, заслушав представителя ГСУ СК России по Красноярскому краю и Республике Хакасия ФИО2, поддержавшего доводы апелляционной жалобы, заслушав представителя истца ФИО5, принимавшую участие посредством ВКС с Минусинским городским судом Красноярского края, просившую решение суда проверить в полном объеме и увеличить размер компенсации морального вреда, выслушав прокурора отдела прокуратуры Красноярского края Гераскевич А.С., полагавшую решение суда не подлежащим отмене по доводам апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

В силу п. 1 ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта РФ или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В отношении лиц, незаконно или необоснованно подвергнутых уголовному преследованию, такой порядок определен Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации (ст. ст. 133 - 139, 397 и 399).

Исходя из содержания данных статей право на компенсацию морального вреда, причиненного незаконными действиями органов уголовного преследования, возникает только при наличии реабилитирующих оснований (вынесение в отношении подсудимого оправдательного приговора, а в отношении подозреваемого или обвиняемого - прекращение уголовного преследования по реабилитирующим основаниям). При этом установлено, что иски за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства (ст. 136 УПК РФ).

В силу п. 1 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная жизнь, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу абзаца 3 ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

Как следует из материалов дела и установлено судом, на основании решения председателя сельского Совета депутатов №-рс от 07.08.2020 ФИО3 избрана главой 

<

данные изъяты> (т.1 л.д.31).

01.07.2022 решением №-РС 

<

данные изъяты> принята отставка и прекращены полномочия главы 

<

данные изъяты> ФИО3 с 01.07.2022 (т.1 л.д.32).

Из материалов дела также следует, что приговором Минусинского городского суда от 08.06.2023 ФИО3 признана виновной в совершении преступления, предусмотренного 

<

данные изъяты> УК РФ, и ей назначено наказание в виде лишения свободы на срок 3 года с лишением права занимать должности, связанные с осуществлением функций представителя власти, организационно-распорядительных и административно-хозяйственных полномочий в органах местного самоуправления на срок 2 года. На основании ст. 73 УК РФ наказание, назначенное ФИО3 в виде лишения свободы, постановлено считать условным с испытательным сроком 3 года, обязав ее в период испытательного срока: не менять постоянное место жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за условно осужденными по месту жительства: регулярно являться для регистрации в указанное данным органом время. Мера пресечения ФИО3 до вступления приговора в законную силу оставлена в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении (т.1 л.д.83-108).

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Красноярского краевого суда от 24.10.2023 приговор Минусинского городского суда от 08.06.2023 оставлен без изменения (т.1 л.д.69-82).

15.07.2024 кассационным определением Восьмого кассационного суда общей юрисдикции приговор Минусинского городского суда Красноярского края от 08.07.2023 и апелляционное определение Красноярского краевого суда от 24.10.2023 в отношении ФИО3 отменен, а уголовное дело прекращено на основании п.2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в деянии состава преступления, за ФИО3 признано право на реабилитацию в соответствии с п.3 ч.2 ст. 133 УПК РФ (т.1 л.д.109-113).

Разрешая исковые требования ФИО3 по существу суд первой инстанции, правильно применив нормы материального права, регулирующие спорное правоотношение, верно оценив доказательства по делу, в том числе показания свидетелей КН, КЛ, КА и СЛ, установив, что ФИО3 была незаконно подвергнута уголовному преследованию по преступлению, предусмотренного 

<

данные изъяты> УК РФ, правомерно исходил из того, что неправомерное ее привлечение к уголовной ответственности по обвинению в приведенном выше преступлении, которое впоследствии не нашло своего полного подтверждения в приговоре суда, причинило нравственные переживания и страдания истцу, и пришел к верному выводу о наличии оснований за ФИО3 права на реабилитацию в установленном законом порядке, в связи с чем, на основании ст. 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации взыскал в пользу истца компенсацию морального вреда с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации.

Определяя размер компенсации морального вреда в сумме 250000 рублей, суд первой инстанции принял во внимание степень и характер физических и нравственных страданий истца, связанных с ее незаконным уголовным преследованием по преступлению по 

<

данные изъяты> УК РФ, тяжесть преступления (согласно ч. 4 ст. 15 УК РФ относится к категории тяжких преступлений), ее личность (ранее не судима, работала официально на руководящей должности), семейное положение (

<

данные изъяты>), конкретные обстоятельства дела, срок предварительного расследования, срок рассмотрения дела в суде, степень нравственных страданий, причиненных ей незаконным уголовным преследованием, которое с момента возбуждения уголовного дела (2021 год) и до момента вступления в силу оправдательного приговора (2024) длилось три года, что неблагоприятным образом отразилось на личной жизни истца, ее привычном образе жизни, состоянии здоровья, благополучии семьи, репутации, а также требования разумности и справедливости.

Также в силу ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд с учетом объема проделанной представителем истца работы, категории спора, принципов разумности и справедливости взыскал с ответчика в пользу истца документально подтвержденные судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 25000 рублей.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, поскольку они основаны на исследовании доказательств, их оценке в соответствии с правилами, установленными в ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, и правильном применении норм материального права, регулирующих спорное правоотношение.

Анализируя доводы апелляционной жалобы третьего лица ГСУ СК России по Красноярскому краю и Республики Хакасия, полагающего, что отсутствует совокупность условий, необходимая для компенсации морального вреда, судебная коллегия исходит из следующего.

Как разъяснено в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.

В соответствии с частью 1 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

На основании пункта 1 части 2 этой статьи право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Судам следует исходить из того, что моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни. При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать в том числе длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий (пункт 42 Постановления).

Из взаимосвязанных положений статей 151 и 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что размер компенсации морального вреда определяется только судом.

Учитывая обстоятельства привлечения истца к уголовной ответственности, основания вынесения оправдательного приговора, категорию преступления, в которой истец обвинялась, степень нравственных страданий, причиненных ей незаконным уголовным преследованием, наличие права на реабилитацию, длительность уголовного преследования, принимая во внимание, что событие имело общественный резонанс, освещалось в средствах массовой информации, соц.сетях, исходя из степени и характера нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями истца, их длительность, возраст истца, потерю работы, нравственные страдания, связанные с разрушением семьи, а также требований разумности и справедливости, суд пришел к обоснованному выводу о взыскании с ответчика в пользу истца в счет компенсации морального вреда 250000 рублей.

Оснований полагать, что суд не учел требований закона и неверно определил размер компенсации морального вреда с учетом фактических обстоятельств дела, не имеется, поскольку судом приняты во внимание при определении размера компенсации морального вреда все заслуживающие внимание обстоятельства.

Взысканный в пользу ФИО3 размер компенсации морального вреда согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (статьи 21 и 53 Конституции Российской Федерации), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение вреда.

Кроме того, судебная коллегия отмечает, что моральный вред, являясь оценочной категорией, включающей в себя оценку совокупности всех обстоятельств, по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в денежной форме и не поддается точному денежному подсчету.

Данная категория дел носит оценочный характер, и суд вправе при определении размера компенсации морального вреда, учитывая указанные выше нормы материального права, определить размер денежной компенсации морального вреда по своему внутреннему убеждению, исходя из конкретных обстоятельств дела, вместе с тем компенсация морального вреда должна быть соразмерной и адекватной обстоятельствам причинения морального вреда потерпевшему, должна обеспечить баланс частных и публичных интересов, с тем чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала права других категорий граждан с учетом того, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, на оказание социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.

В связи с чем иная, чем у суда, оценка степени физических, нравственных страданий и переживаний истца, критериев разумности и справедливости не указывает на то, что выводы суда являются ошибочными, размер компенсации морального вреда в каждом деле носит индивидуальный характер и зависит от совокупности конкретных обстоятельств дела, подлежащих исследованию и оценке судом.

Основания и мотивы, по которым суд пришел к таким выводам, а также доказательства, принятые во внимание, их оценка надлежаще приведены в обжалуемом судебном акте, размер компенсации морального вреда правильно определен судом первой инстанции по своему внутреннему убеждению, исходя из конкретных обстоятельств дела, также, как указывалось выше, приняты во внимание длительность уголовного преследования, тяжесть предъявленного обвинения, степень и характер причиненных истцу нравственных страданий, применяя общее правовое предписание к конкретным обстоятельствам дела, суд верно определили компенсацию морального вреда в пределах предоставленной законом свободы усмотрения.

Приведенные в апелляционной жалобе доводы не содержат фактов, которые не были проверены и не учеты судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения оспариваемого судебного акта, влияли на его обоснованность и законность, либо опровергали выводы суда первой инстанций, являются процессуальной позицией стороны, основаны на субъективной оценке фактических обстоятельств дела и представленных доказательств, и не свидетельствуют о том, что при рассмотрении дела были допущены нарушения, влекущие отмену обжалуемого решения. Вопреки доводам апелляционной жалобы за истцом признано право на реабилитацию, и в связи с приведенными выше нормами права она имеет право на компенсацию морального вреда.

С утверждениями представителя истца ФИО5 о необходимости проверки решения в полном объеме в интересах законности, поскольку истец не согласна с размером компенсации морального вреда, ею пропущен срок на подачу апелляционной жалобы, в восстановлении которого судом отказано, судебная коллегия не может согласиться.

Так, в силу ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, п. 46 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 июня 2021 года № 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции» суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность судебного постановления суда первой инстанции только в обжалуемой части, исходя из доводов, изложенных в апелляционной жалобе, представлении и возражениях относительно них.

В то же время суд апелляционной инстанции на основании абзаца второго части 2 статьи 327.1 ГПК РФ вправе в интересах законности проверить обжалуемое судебное постановление в полном объеме вне зависимости от доводов жалобы, представления.

Под интересами законности с учетом положений статьи 2 ГПК РФ следует понимать необходимость проверки правильности применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права в целях защиты нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов участников гражданских, трудовых (служебных) и иных правоотношений, а также в целях защиты семьи, материнства, отцовства, детства; социальной защиты; обеспечения права на жилище; охраны здоровья: обеспечения права на благоприятную окружающую среду; защиты права на образование и других прав и свобод человека и гражданина; в целях защиты прав и законных интересов неопределенного круга лиц и публичных интересов и в иных случаях необходимости охраны правопорядка.

С учетом приведенных выше норм права и разъяснений по их применению, оснований для проверки решения суда в полном объеме судебная коллегия не усматривает.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием к отмене судебного решения, судебной коллегией не установлено.

Руководствуясь ст. ст. 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Минусинского городского суда Красноярского края от 27 июня 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 26.12.2025.