УИД 59RS0004-01-2019-000598-61

Дело № 2 – 1781/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

08 июля 2019 года город Пермь

Ленинский районный суд г. Перми в составе: 

председательствующего судьи Будиловой О.В.,

при секретаре Голдобиной Е.В.,

с участием истца ФИО1,

представителя истца – адвоката Бедерсон О.С., действующей на основании ордера,

представителя ответчика ФИО2, действующего на основании доверенности, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФГБОУ ВО «Уральский государственный университет путей сообщения» в лице филиала – Пермского института железнодорожного транспорта об отмене дисциплинарных взысканий, взыскании компенсации морального вреда, 

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФГБОУ ВО «Уральский государственный университет путей сообщения» в лице филиала – Пермского института железнодорожного транспорта об отмене дисциплинарного взыскания в виде выговора, наложенного в соответствии с приказом директора Пермского института железнодорожного транспорта от ДД.ММ.ГГГГ. №-д, отмене дисциплинарного взыскания в виде выговора, наложенного в соответствии с приказом от ДД.ММ.ГГГГ. №-д директора Пермского института железнодорожного транспорта, отмене дисциплинарного взыскания в виде замечания, наложенного в соответствии с приказом от ДД.ММ.ГГГГ. №-д директора Пермского института железнодорожного транспорта, компенсации морального вреда в размере 30 000 рублей за каждое из указанных дисциплинарных взысканий (л.д.2, 15, 33).

В обоснование заявленных требований истец указала, что с ДД.ММ.ГГГГ работает в Пермском институте железнодорожного транспорта (филиале ФГБОУ ВО «Уральский государственный университет путей сообщения») в должности начальника центра дополнительного профессионального образования (ЦДПО). ДД.ММ.ГГГГ к ней (истцу) незаконно применено дисциплинарное взыскание в виде выговора за нарушения п.п. 1, 3, 4, 5, 11 раздела 3 и п.1 раздела 5 должностной инструкции, п.2.1 Положения ПИЖТ УрГУПС. 25.10.2018г. к ней (истцу) незаконно применено дисциплинарное взыскание в виде выговора, за нарушения 

<

...> «О порядке обработки и защиты персональных данных работников и лиц, обучающихся в Университете», п. 6.3. Инструкции «О порядке обеспечения конфиденциальности при обращении с информацией, содержащей персональные данные» и за ненадлежащие исполнение п.1 раздела 3, пункта 6 раздела 5 должностной инструкции. ДД.ММ.ГГГГ на ФИО1 наложено дисциплинарное взыскание в виде замечания за несоблюдение Кодекса этики и служебного поведения сотрудников и обучающихся ФГБОУ ВО ПИЖТ УрГУПС. Полагает, что действия ректора института носят длительный дискриминирующий характер, что выражается в проведении многократных служебных проверок. Незаконным привлечением к дисциплинарной ответственности истцу причинен моральный вред, который выражается в появлении у истца бессонницы, головных болей, нравственных переживаний.

Истец в судебном заседании поддержала исковые требования.

Представитель истца в судебном заседании настаивала на удовлетворении исковых требований. 

Представитель ответчика в судебном заседании иск не признал, полагал о наличии предусмотренных действующим законодательством оснований для наложения на истца дисциплинарных взысканий по результатам проведенных служебных проверок, а также соблюдении институтом установленной процедуры привлечения к дисциплинарной ответственности.

Заслушав объяснения истца, представителя истца, представителя ответчика, допросив свидетелей ФИО13., ФИО14., ФИО15 ФИО16 ФИО17 исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к выводу, что исковые требования подлежат удовлетворению в части на основании следующего.

В соответствии с положениями части 2 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации (ТК РФ) работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором.

Частью 2 статьи 22 ТК РФ предусмотрено право работодателя привлекать работников к дисциплинарной и материальной ответственности в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

На основании положений частей 1 и 5 ст.192 Трудового кодекса РФ за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: 1) замечание; 2) выговор; 3) увольнение по соответствующим основаниям.

При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

Согласно положениям частей 1 и 3 ст. 193 Трудового кодекса РФ до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников.

Судом установлено, что на основании приказа (распоряжения) о приеме работника на работу от ДД.ММ.ГГГГ. (л.д.17), трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ. (л.д.116) с дополнительными соглашениями к нему ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ. состоит в трудовых отношениях с Пермским институтом железнодорожного транспорта – филиалом ФГБОУ ВО «Уральский государственный университет путей сообщения» в должности начальника центра дополнительного профессионального образования.

Должностные обязанности начальника центра дополнительного профессионального образования закреплены в разделе 3 должностной инструкции (л.д.118-120), с которой истец ознакомлена ДД.ММ.ГГГГ., согласно которому начальник ЦДПО, в том числе, обязан: осуществлять руководство ЦДПО в соответствии с Уставом ФГБОУ ВО «Уральский государственный университет путей сообщения», Положением о Пермском институте железнодорожного транспорта и законодательством РФ (п.1); определять цели и задачи, стратегию развития, осуществлять планирование работы и учет результатов деятельности ЦДПО (п.2); обеспечивать выполнение всех обязательств и договоров (п.4); организовывать деятельность на основе широкого использования новой техники и технологии образования, прогрессивных форм управления и организации труда, научно-обоснованных нормативов материальных, финансовых и трудовых затрат, изучения конъюнктуры рынка образовательных услуг с целью постоянного повышения их качестве и расширения номенклатуры, обеспечения рационального расходования всех видов ресурсов (п.5); соблюдать законность в деятельности ЦДПО, укрепление договорной и финансовой дисциплины (л.д.11). 

В соответствии с положениями раздела 5 должностной инструкции, определяющем ответственность начальника ЦДПО, начальник ЦДПО несет ответственность за недостоверную информацию о фактах получения слушателями курсов образования в Институте (п.1). 

Согласно приказу от ДД.ММ.ГГГГг. №-д «О применении дисциплинарного взыскания к начальнику ЦДПО ФИО1» (л.д.16), с которым ФИО1 ознакомлена ДД.ММ.ГГГГ., за несоблюдение требований законодательства РФ, пунктов 1, 2, 4, 5, 11 раздела 3, пункта 1 раздела 5 должностной инструкции начальника ЦДПО, пункта 2.1. Положения ПИЖТ УрГУПС к истцу применено дисциплинарное взыскание в виде выговора. 

Согласно приказу от ДД.ММ.ГГГГг. №-д «О применении дисциплинарного взыскания к начальнику ЦДПО ФИО1» (л.д.3), с которым ФИО1 ознакомлена ДД.ММ.ГГГГ., за несоблюдение требований законодательства РФ, 

<

...> «О порядке обработки и защиты персональных данных работников и лиц обучающихся в Университете», пункта 6.3 инструкции «О порядке обеспечения конфиденциальности при обращении с информацией, содержащей персональные данные» и ненадлежащее исполнение п.1 раздела 3, п.6 раздела 5 должностной инструкции, на истца наложено дисциплинарное взыскание в виде выговора. 

Согласно приказу от ДД.ММ.ГГГГг. №-д «О применении дисциплинарного взыскания к начальнику ЦДПО ФИО1» (л.д.34) на истца наложено дисциплинарное взыскание в виде замечания за нарушение пункта 2.1, 3.2 Кодекса этики и служебного поведения сотрудников и обучающихся Пермского института железнодорожного транспорта – филиала ФГБОУ ВО «Уральский государственный университет путей сообщения». 

Оценив в соответствии со ст.67 ГПК РФ представленные сторонами доказательства и доводы в совокупности с положениями трудового законодательства, суд не находит правовых оснований согласиться с выводами работодателя (ответчика) о привлечении ФИО1 к дисциплинарной ответственности на основании приказа от ДД.ММ.ГГГГг. №-д и приказа от ДД.ММ.ГГГГг. №-д.

В соответствии с разъяснениями Верховного Суда РФ, содержащимися в п. 35 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", при рассмотрении дела об оспаривании дисциплинарного взыскания следует учитывать, что неисполнением работником без уважительных причин является неисполнение трудовых обязанностей или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.). 

Из системного толкования положений ст.192 Трудового кодекса РФ, с учетом разъяснений Верховного Суда РФ следует, что привлекая работника к дисциплинарной ответственности и применяя к нему дисциплинарное взыскание, работодатель обязан доказать, что со стороны работника имелось виновное поведение, связанное с нарушением трудовой функции, а также то, что у работника имелись все условии для выполнения трудовой функции, в том числе и распоряжения работодателя. 

Вместе с тем, исходя из фактических обстоятельств дела, суд приходит к выводу, что в нарушение ст.56 ГПК РФ ответчиком не представлено относимых, допустимых, объективных доказательств виновного неисполнения или ненадлежащего исполнения истцом возложенных трудовых обязанностей в силу следующего.

Согласно приказу от ДД.ММ.ГГГГг. №-д «О применении дисциплинарного взыскания к начальнику ЦДПО ФИО1» (л.д.16), заключению комиссии по служебной проверке от ДД.ММ.ГГГГ. (л.д.134-136) истец привлечена к дисциплинарной ответственности за совершение дисциплинарного проступка, выразившегося в том, что при проведении курсов ЦДПО, организованных в период обучения с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. «Предаттестационная подготовка ответственных за погрузку, размещение и крепление грузов в вагонах, контейнерах и выгрузку грузов» в нарушение ст.23 Налогового кодекса РФ и ненадлежащего исполнения истцом п.1, п.4, п.11 раздела 3 должностной инструкции начальника ЦДПО занятия проводятся в отсутствие оригиналов договоров, подписанных обеими сторонами; в нарушение п.3 раздела 3 должностной инструкции обучение на курсах ЦДПО организовано без приказа о зачислении в группу «Предаттестационная подготовка ответственных за погрузку, размещение и крепление грузов в вагонах, контейнерах и выгрузку грузов»; в нарушение п.4 раздела 3 должностной инструкции начальника ЦДПО отсутствуют документальные основания к привлечению преподавателей института к осуществлению образовательных услуг на вышеуказанном курсе; в нарушение п.2.1 Положения о Пермском институте железнодорожного транспорта – филиале ФГБОУ ВО «Уральский государственный университет путей сообщения» и п.5 раздела 3 должностной инструкции курсы проводятся по программе, утвержденной в 2012г., при наличии программы от ДД.ММ.ГГГГ. 

Как пояснил представитель ответчика в судебном заседании, заключение договоров на обучение является обязанностью ЦДПО, в результате допущенных истцом нарушений Пермский институт железнодорожного транспорта после окончания периода обучения на указанных курсах был вынужден возвратить заказчику денежные средства.

Истец в судебном заседании отрицала установленную каким-либо локальным нормативным актом обязанность ЦДПО по заключению договоров, в том числе обязанность по заключению договоров с преподавателями Института на оказание образовательных услуг.

Несмотря на предложения суда о предоставлении дополнительных доказательств по делу в соответствии с ч.1 ст.57 ГПК РФ (л.д.183-оборот), в нарушение ст.56 ГПК РФ ответчиком не представлено относимых, допустимых, объективных доказательств того, что обязанностью истца является заключение договоров с заказчиками образовательных услуг, заключение договоров с преподавателями Института на оказание образовательных услуг, оформление приказов о зачислении обучающихся в группу обучения, равно как не представлено каких-либо доказательств проведения обучения на курсах «Предаттестационная подготовка ответственных за погрузку, размещение и крепление грузов в вагонах, контейнерах и выгрузку грузов» в период с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. по программе, не соответствующей образовательным стандартам, а также наличия иной образовательной программы (от ДД.ММ.ГГГГ.).

Напротив, как пояснила в ходе допроса свидетель ФИО18 с ней как с преподавателем специальных дисциплин Пермского института железнодорожного транспорта, в том числе проводившей обучение на курсах «Предаттестационная подготовка ответственных за погрузку, размещение и крепление грузов в вагонах, контейнерах и выгрузку грузов» в период с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ., договоры на оказание образовательных услуг всегда заключал контрактный отдел Института (договоры подписывались иногда до начала занятий, иногда после начала занятий). Обучение на указанных курсах проводилось по программе, разработанной в 2016г., которая была утверждена директором Института и соответствует всем образовательным стандартам.

Кроме того, расписание учебных занятий курсов «Предаттестационная подготовка ответственных за погрузку, размещение и крепление грузов в вагонах, контейнерах и выгрузку грузов» в период с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. утверждено и.о. директора Института (л.д.127). 

Как следует из письменной претензии АО «Камтэкс-Химпром» в адрес директора Пермского института железнодорожного транспорта от ДД.ММ.ГГГГ. (л.д.123), от ДД.ММ.ГГГГ. (л.д.124-125) в связи с невыдачей Институтом удостоверений прошедшим обучение на курсах «Предаттестационная подготовка ответственных за погрузку, размещение и крепление грузов в вагонах, контейнерах и выгрузку грузов» двум работникам общества на основании договоров на дополнительные образовательные услуги от ДД.ММ.ГГГГ. и неисполнением Институтом п.3.3 указанных договоров АО «Камтэкс-Химпром» просило возвратить уплаченные по договорам денежные средства.

Согласно ответу Пермского института железнодорожного транспорта от 20.12.2018г. во исполнение обязательств по указанным договорам Институт сообщает о готовности выдать удостоверения, подтверждающие повышение квалификации (л.д.126).

<

данные изъяты>

В связи с изложенным, суд приходит к выводу, что ответчиком по рассматриваемому дисциплинарному проступку не доказаны факты ненадлежащего исполнения (неисполнения) истцом возложенных на него обязанностей и вина истца в ненадлежащем исполнении (неисполнении) должностных обязанностей, в связи с чем в действиях ФИО1 отсутствуют предусмотренные ст.192 Трудового кодекса РФ признаки дисциплинарного проступка.

Согласно приказу от ДД.ММ.ГГГГг. №-д «О применении дисциплинарного взыскания к начальнику ЦДПО ФИО1» (л.д.57), заключению комиссии по служебной проверке от ДД.ММ.ГГГГ. (л.д.59-60) истец привлечена к дисциплинарной ответственности за совершение дисциплинарного проступка, выразившегося в том, что в нарушение ст.7 Федерального закона от 27.07.2006г. №152-ФЗ «О персональных данных», 

<

...> «О порядке обработки и защиты персональных данных работников и лиц, обучающихся в Университете», утвержденных приказом УрГУПС от ДД.ММ.ГГГГ. №, п.6.3 Инструкции о порядке обеспечения конфиденциальности при обращении с информацией, содержащей персональные данные, утвержденной ректором УрГУПС от ДД.ММ.ГГГГ., и ненадлежащее исполнение п.1 раздела 3, п.6 раздела 5 должностной инструкции начальника ЦДПО, ФИО1 рассылала в электронном письме бланки удостоверений, содержащих персональные данные студентов. 

В судебном заседании истец не оспаривала то обстоятельство, что в ходе переговоров о проведении обучения с ПАО «Метафракс» на основании запроса представителя ПАО «Метафракс» ФИО19 истец посредством электронной почты направила ФИО20 в качестве образца копии свидетельства ранее прошедших в Пермском институте железнодорожного транспорта обучение ФИО21 и ФИО22 что подтверждается также письменными доказательствами по делу (л.д.62, 65, 66-67). 

Согласно ст.7 Федерального закона от 27.07.2006г. №152-ФЗ «О персональных данных» операторы и иные лица, получившие доступ к персональным данным, обязаны не раскрывать третьим лицам и не распространять персональные данные без согласия субъекта персональных данных, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Частью 1 ст.9 указанного Федерального закона установлено, что субъект персональных данных принимает решение о предоставлении его персональных данных и дает согласие на их обработку свободно, своей волей и в своем интересе. Согласие на обработку персональных данных должно быть конкретным, информированным и сознательным. Согласие на обработку персональных данных может быть дано субъектом персональных данных или его представителем в любой позволяющей подтвердить факт его получения форме, если иное не установлено федеральным законом. 

В силу п.3 ст.3 Федерального закона от 27.07.2006г. №152-ФЗ «О персональных данных» обработка персональных данных - любое действие (операция) или совокупность действий (операций), совершаемых с использованием средств автоматизации или без использования таких средств с персональными данными, включая сбор, запись, систематизацию, накопление, хранение, уточнение (обновление, изменение), извлечение, использование, передачу (распространение, предоставление, доступ), обезличивание, блокирование, удаление, уничтожение персональных данных.

Согласно п.1 ч.1 ст.6 указанного закона обработка персональных данных допускается, если осуществляется с согласия субъекта персональных данных на обработку его персональных данных.

В подтверждение своих доводов о том, что копии свидетельств были направлены с письменного согласия получателей удостоверения, истцом представлены письменные согласия ФИО23 и ФИО24 на обработку персональных данных в части их использования при составлении образцов документов (л.д.121, 122).

С учетом установленных обстоятельств, принимая во внимание, что доказательств обратного ответчиком в соответствии с требованиями ст.56 ГПК РФ не представлено, суд приходит к выводу об отсутствии в действиях ФИО1 дисциплинарного проступка в части нарушения ст.7 Федерального закона от 27.07.2006г. №152-ФЗ «О персональных данных», п.1 раздела 3 должностной инструкции начальника ЦДПО. При этом суд отмечает, что ответчиком локальные нормативные акты - Положение ПЛ 1.2.5-2017 «О порядке обработки и защиты персональных данных работников и лиц, обучающихся в Университете», утвержденное приказом УрГУПС от ДД.ММ.ГГГГ. №, Инструкция о порядке обеспечения конфиденциальности при обращении с информацией, содержащей персональные данные, от ДД.ММ.ГГГГ. суду при рассмотрении дела не представлены (ст.56 ГПК РФ). Кроме того, п.6 раздела 5 должностной инструкции начальника ЦДПО, о нарушении которого указано в рассматриваемом приказе от ДД.ММ.ГГГГг. №-д, в должностной инструкции начальника ЦДПО фактически отсутствует (л.д.120).

Согласно приказу от ДД.ММ.ГГГГг. №-д «О применении дисциплинарного взыскания к начальнику ЦДПО ФИО1» (л.д.154), заключению комиссии по служебной проверке от ДД.ММ.ГГГГ. (л.д.155-156) истец привлечена к дисциплинарной ответственности за совершение дисциплинарного проступка, выразившегося в нарушении п.2.1, п.3.2 Кодекса этики и служебного поведения сотрудников и обучающихся Пермского института железнодорожного транспорта – филиала ФГБОУ ВО «Уральский государственный университет путей сообщения» в ходе конфликтной ситуации со своим непосредственным руководителем - заместителем директора по экономике и финансам ФИО25 ДД.ММ.ГГГГ

В ходе судебного разбирательства представитель ответчика пояснил, что истцом были нарушены пп.«г», «е», «ж» п.2.1 и пп.«в» п.3.2 Кодекса этики и служебного поведения.

Согласно положениям Кодекса этики и служебного поведения (л.д.171-176), с которым ФИО1 была ознакомлена ДД.ММ.ГГГГ. (л.д.177), работник или обучающийся призван принимать все необходимые меры для соблюдения положений Кодекса (п.1.4); целью Кодекса является определение этических норм и правил служебного поведения работников для достойного выполнения ими своей профессиональной деятельности, а также содействие укреплению авторитета института (п.1.5); знание и соблюдение работниками положений Кодекса является одним из критериев оценки качества их профессиональной деятельности и служебного поведения (п.1.7).

В соответствии с положениями п.2.1 Кодекса работники института призваны исключать действия, связанные с влиянием каких-либо личных, имущественных (финансовых) и иных интересов, препятствующих добросовестному исполнению ими должностных обязанностей (пп.«г»); соблюдать нормы служебной, профессиональной этики и правила делового поведения (пп.«е»); проявлять корректность и внимательность в обращении с гражданами и должностными лицами (пп.«ж»).

В силу положений п.3.2 Кодекса в служебном поведении работник института воздерживается от грубости, проявлений пренебрежительного тона, заносчивости, предвзятых замечаний, предъявлений неправомерных, незаслуженных обвинений (пп.«б»); угроз, оскорбительных выражений или реплик, действий, препятствующих нормальному общению или провоцирующих противоправное поведение (пп.«в»).

В ходе судебного разбирательства истец не оспаривала факт конфликтной ситуации со своим непосредственным руководителем - заместителем директора по экономике и финансам ФИО26 ДД.ММ.ГГГГ., пояснила, что с ФИО27 не ругалась, просила вернуть случайно попавшие к ней вместе со служебными документами ее (истца) личные документы; не оспаривала, что ФИО28 в силу занимаемой должности является ее (истца) непосредственным руководителем, а также то обстоятельство, что позднее нашла личные документы, т.е. в переданных ФИО29 документах они не находились. 

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО30 показала, что в конце сентября 2018г. она (свидетель) исполняла обязанности главного бухгалтера Пермского института железнодорожного транспорта. В один из рабочих дней (точную дату не помнит по прошествии времени) в первой половине рабочего дня в кабинет бухгалтерии пришла ФИО1 и стала требовать у нее (свидетеля) вернуть ей какие-то документы, которые случайно попали в пакет служебных документов. Она (свидетель) объяснила ФИО1, что в настоящее время занимается оформлением платежных документов в банк и в связи с ограниченным временем выполнения данной работы не имеет возможности прерваться и незамедлительно просмотреть документы, которые ранее передала истец; объяснила истцу, что сделает это после окончания выполняемой работы. После этого ФИО1 без разрешения сама вошла в кабинет главного бухгалтера (кабинет, являющийся смежным с кабинетом бухгалтерии) и стала искать документы на рабочем столе главного бухгалтера, перебирая все имеющиеся на столе документы. Она (свидетель) потребовала у истца прекратить данные действия и выйти из кабинета главного бухгалтера, на что истец ответила отказом. В целях предотвращения утраты документов, незаконного распространения персональных данных в документах, она (свидетель) зашла в кабинет главного бухгалтера, собрала все имеющиеся на столе документы и вышла из кабинета. Поскольку истец разговаривала высокомерно, оскорбительно, агрессивно, без соблюдения требований субординации (ФИО31 в силу занимаемой должности является непосредственным руководителем ФИО1), на ее (свидетеля) замечания, требования не реагировала, она (свидетель) попросила сотрудников бухгалтерии вызвать помощника директора по безопасности ФИО32 ФИО1 покинула кабинет бухгалтерии только после разговора с ФИО33 После ухода истца она (свидетель) просмотрела все документы, никаких личных, посторонних документов истца не обнаружила. 

Указанные обстоятельства подтвердили также допрошенные в судебном заседании в качестве свидетелей ФИО34 ФИО35 сотрудники бухгалтерии, которые были очевидцами произошедшего.

Свидетель ФИО36 пояснил, что в конце сентября 2018г. был вызван по телефону в бухгалтерию Института, где увидел, что ФИО1 выходит из кабинета главного бухгалтера. На его вопросы ничего конкретного о произошедшем истец пояснить не смогла, была очень эмоциональна. 

Таким образом, проверив законность и обоснованность применения к истцу за совершение указанного дисциплинарного проступка дисциплинарного взыскания в виде замечания, суд приходит к выводу о том, что при установленных обстоятельствах у работодателя имелись основания для привлечения ФИО1 к дисциплинарной ответственности, поскольку факт совершения дисциплинарного проступка установлен, сроки и порядок наложения дисциплинарного взыскания в соответствии с требованиями ст.ст.193, 194 Трудового кодекса РФ ответчиком соблюдены. При этом суд учитывает, что Пермский институт железнодорожного транспорта является образовательной организацией, в силу п.2.2 трудового договора истец обязана соблюдать требования, установленные законодательством об образовании, Уставом УрГУПС, Положением о ПИЖТ УрГУПС, иными локальными нормативными актами работодателя. Вместе с тем, истцом допущено несоблюдение требований п.2.1, п.3.2 Кодекса этики и служебного поведения, в связи с чем отсутствуют правовые основания для удовлетворения требований истца об отмене дисциплинарного взыскания, наложенного в соответствии с приказом от ДД.ММ.ГГГГ. №-д.

В соответствии со ст.237 Трудового кодекса РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Поскольку в судебном заседании установлено нарушение трудовых прав истца ответчиком в связи с незаконным привлечением к дисциплинарной ответственности на основании приказа от ДД.ММ.ГГГГг. №-д, приказа от ДД.ММ.ГГГГг. №-д, руководствуясь ст.237 Трудового кодекса РФ суд признает правомерным требование истца о взыскании с ответчика компенсации морального вреда, определив сумму компенсации в размере 2 000 рублей, учитывая объем и характер допущенных нарушений ответчиком, их длительность, степень и характер нравственных страданий истца с учетом состояния здоровья истца (л.д.190), принимая во внимание то обстоятельство, что истец была вынуждена обращаться в суд за защитой своих прав, а также исходя из принципа разумности и справедливости.

Оснований для взыскания компенсации морального вреда в большем размере суд не усматривает, так как с учетом положений ст.151 Гражданского кодекса РФ размер заявленной истцом суммы – 60 000 рублей суд признает завышенным, учитывая, что доказательств наступления каких-либо тяжких, необратимых последствий для истца в соответствии с требованиями ст.56 ГПК РФ истец суду не представила. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить в части, отменить дисциплинарное взыскание в виде выговора, наложенное в соответствии с приказом директора Пермского института железнодорожного транспорта от ДД.ММ.ГГГГг. №-д «О применении дисциплинарного взыскания к начальнику ЦДПО ФИО1»; отменить дисциплинарное взыскание в виде выговора, наложенное в соответствии с приказом директора Пермского института железнодорожного транспорта от ДД.ММ.ГГГГг. №-д «О применении дисциплинарного взыскания к начальнику ЦДПО ФИО1».

Взыскать с ФГБОУ ВО «Уральский государственный университет путей сообщения» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 2 000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 отказать. 

Решение суда может быть обжаловано в Пермский краевой суд через Ленинский районный суд г.Перми в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий - подпись

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>