Дело № 2-3316/2017

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

07 ноября 2017 года город Барнаул

Индустриальный районный суд г.Барнаула Алтайского края в составе:

председательствующего судьи Костяной Н.А.

при секретаре Тенгерековой Л.В. 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству Финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд иском к Министерству Финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда за счет казны Российской Федерации в размере 1 000 000 руб.

В обоснование иска указывала, что работала в должности ветеринарного врача в Петропавловском Краевом бюджетном учреждении ветеринарии по Алтайскому краю. С момента назначения на должность начальника Управления ветеринарии по Петропавловскому району Алтайского края ФИО3 ФИО2., он назначил на должность кассира-бухгалтера свою супругу ФИО3 ИЗЪЯТЫ10., не имеющую специального образования, которая, не имея навыков работы с финансовыми документами, ненадлежащим образом вела бухгалтерский учет, допускала утрату бухгалтерских и кассовых документов, выдавала бланки строгой отчетности без ведения надлежащего их учета и отчетности. В результате в отношении истца была выявлена недостача. При проведении проверки в связи с выявленной недостачей работодатель некачественно провел инвентаризацию, показав заведомо недостоверный результат. В связи с выявленной недостачей в отношении ФИО1 было возбуждено уголовное дело по ч. 3 ст. 160 УК РФ.

При расследовании уголовного дела ФИО1 неоднократно сообщала о недостатках проведенной работодателем проверки, однако, следователем не было проведено надлежащих следственных действий, направленных на проверку доводов о невиновности, и не было осуществлено надлежащих процессуальных действий, направленных на содействие истцу в сборе доказательств. Несмотря на то, что истец указывала на неполучение документов, подложность подписей, на стадии предварительного следствия почерковедческой экспертизы не проводилось.

Допущенные нарушения права на защиту повлекли за собой возможность предъявления ФИО1 обвинения в совершении тяжкого преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 160 УК РФ.

Узнав, что максимальный срок наказания предусматривает лишение свободы до 10 лет, истец почувствовала себя не только униженной и оскорбленной, но и испытала несусветный ужас от осознания возможности лишения свободы по несправедливому обвинению. 

Прокуратура Петропавловского района, несмотря на наличие со стороны истца жалоб на действия следователя, утвердила обвинительное заключение, направив дело в суд. Более того, прокурор разъяснял, что если ФИО1 по-прежнему не буду признавать себя виновной, ее непременно осудят к лишению свободы, вследствие отсутствия смягчающих вину обстоятельств, советовал признать вину и согласиться на рассмотрение дела в особом порядке, что позволит назначить наказание не связанное с лишением свободы.

Указанное не только больно ударило по психике, но и привели к стрессовому состоянию, которое повлекло за собой обострение всех имеющихся хронических заболеваний на фоне стресса.

В ходе рассмотрения уголовного дела Петропавловским районным судом работодателем неоднократно доносились разные бухгалтерские документы. При их проверке была установлена фальсификация, в том числе кассовой книги за 2011-2012 год. При этом, были установлены расхождения кассовой книги с иными документами первичного бухгалтерского учета. Предоставление дополнительных доказательств со стороны потерпевшего в разное время повлекло за собой неоднократное назначение судом бухгалтерских экспертиз.

Всего на стадии предварительного следствия было проведено две бухгалтерских экспертизы и на стадии судебного разбирательства — пять. Вместе с тем, уже с первой экспертизы, проведенной на стадии судебного следствия и допроса эксперта-бухгалтера, из показаний которого суд установил, что пороки ведения бухгалтерского учета не позволяют установить ни наличие, ни отсутствие недостачи в кассе КГБУ «Управление ветеринарии по Петропавловскому району» в совокупности с заключением эксперта почерковеда, стала очевидной несостоятельность предъявленного обвинения.

Однако, суд еще трижды в разные экспертные учреждения назначал бухгалтерские экспертизы по ходатайству стороны обвинения, ставя на разрешение экспертов одни и те же вопросы.

При постановке вопросов на разрешение экспертов суд, несмотря на исключение экспертом-почерковедом факта получения ФИО1 200 квитанций строгой отчетности, экспертизы назначал в том числе и по этим квитанциям, чем неоправданно увеличивал экспертную нагрузку, и, как следствие, срок проведения экспертизы.

Указанные обстоятельства привели к неоправданному затягиванию сроков рассмотрения дела судом, переживаниям истца по поводу результата рассмотрения дела, необходимости изыскивать средства на защиту, в связи с чем истцу пришлось прекратить помощь своим детям, ограничить в гостинцах внуков, увеличить поголовье скота и птицы.

Дополнительная физическая и психологическая нагрузка привели к формированию бессонницы, болевым ощущениям, повышению артериального давления, обострению всех имевшихся ранее заболеваний, госпитализациям и лечению на дому.

При этом, на протяжении около трех лет истец находилась под подпиской о невыезде и всякий раз, когда ей было необходимо выехать на лечение в Бийск или Барнаул, а также навестить детей и внуков, которые проживают в г. Барнауле, она была вынуждена получать письменное разрешения у суда. Иизбрание в качестве меры пресечения - подписки о невыезде на три года лишило истца права выезжать в отпуск.

По итогам исследования доказательств установлено, что недостачи по подотчету истца в кассе КГБУ «Управление ветеринарии по Петропавловскому району» не выявлено, что позволило прокурору Петропавловского района отказаться от обвинения.

Постановлением Петропавловского районного суда от 07 ноября 2016 года уголовное преследование истца прекращено по реабилитирующим основаниям в связи с отказом прокурора от обвинения, в связи с отсутствием в действиях состава преступления, истцу разъяснено право на реабилитацию.

В действительности, при соблюдении принципов разумности и справедливости, объективности проводимых следственных мероприятий и эффективности работы органов полиции и прокуратуры, данный вопрос мог быть разрешен еще на стадии доследственной проверки.

Истец находится в почтенном возрасте, имеет положительные характеристики, ведет абсолютно законопослушный образ жизни.

Общая продолжительность уголовного преследования составила около трех лет, считая с момента проведения доследственной проверки с января 2014 года до вынесения постановления о прекращении уголовного преследования 07 ноября 2016 года.

Степень физических и нравственных страданий оценивает в 1 000 000 руб., полагая, что данная компенсация носит разумный и справедливый характер за несколько лет беспросветного страха за будущее и разочарование в эффективности деятельности правоохранительной и судебной системы.

Более того, на дату начала и окончания уголовного преследования ФИО1 проживала в сельской местности, по делу было опрошено и допрошено большое количество местного населения, каждому из которых сообщено об уголовном преследовании истца, в связи с чем, истец, общаясь по роду деятельности ежедневно с людьми, терпела на себе пристальные и презрительные взгляды.

После окончания рассмотрения дела судом ФИО1 была вынуждена сменить место жительства, потому услышала мнение, что она откупилась от суда наворованными деньгами.

Сумма заявленной компенсации морального вреда частично необходима для организации приобретения жилья в городе Барнауле. В настоящее время она проживает у дочери, принимает меры по продаже дома, однако, вырученной суммы будет недостаточно для приобретения своего жилья, а проживание с семьей взрослой дочери в ее маленькой квартире невозможно. Не случись уголовного преследования, истец не была бы вынуждена менять место жительства.

Судом к участию в деле в качестве ответчиков привлечены Генеральная Прокуратура Российской Федерации, Министерство Внутренних дел РФ, в качестве третьих лиц Прокуратура Алтайского края, СО МО МВД России «Петропавловский», ФИО4

В возражениях на иск Министерство Финансов Российской Федерации просит истцу в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме, указывая, что не является надлежащим ответчиком по делу, доводы истца о причинении морального вреда в виде нравственных страданий основаны только на пояснениях истца, иными доказательствами не подтверждены, заявленная сумма не отвечает требованиям разумности и справедливости.

В возражениях на иск ответчик МВД России указывает на то, что истцом не представлено доказательств причинения ей морального вреда, полагает, что необоснованно привлечено в качестве ответчика по делу, поскольку надлежащим ответчиком является Министерство Финансов РФ.

В возражениях представленных помощником прокурора Индустриального района г. Барнаула Головановой Д.Б., действующей на основании доверенностей, указано на то, что прокуратура является ненадлежащим ответчиком по делу. Полагает, что требования подлежат частичному удовлетворению. Истцом не представлено доказательств, подтверждающих наличие причинно-следственной связи между ухудшением состояния здоровья и осуществлением уголовного преследования, а также причине вреда репутации истца. При определении размера компенсации морального вреда необходимо учесть длительность осуществления уголовного преследования в отношении истца, избранную меру пресечения. Заявленная сумма компенсации морального вреда является чрезмерно завышенной и подлежит уменьшению с учетом требований разумности и справедливости компенсации, а также с учетом представленных доказательств, с учетом достижения баланса частных и публичных интересов.

В судебном заседании истец и ее представитель на удовлетворении исковых требований настаивали по основаниям, изложенным в исковом заявлении, требований к привлеченным судом ответчикам не заявили. 

Представители ответчиков возражали по доводам, изложенным в письменных возражениях.

Остальные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом.

С учетом требований ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приступил к рассмотрению дела при имеющейся явке.

Выслушав участников процесса, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

На основании статьи 133 (часть 1) Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Согласно статье 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. При определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункты 1, 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", при рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

В п. 2 названного Постановления Пленум Верховного Суда РФ разъяснил, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина при наличии указания об этом в законе.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Пунктом 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 г. N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве", разъяснено, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.

В ходе рассмотрения дела установлено, что постановлением от 15.11.2013 Белокурихинского межрайонного следственного отдела следственного управления следственного комитета РФ по Алтайскому краю в отношении ФИО1 возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 292 УК РФ.

11.08.2014 постановлением начальника СО МО МВД России «Петропавловский» майором юстиции ФИО4 в отношении ФИО1 избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

01.09.2014 начальником СО МО МВД России «Петропавловский» вынесено постановление о привлечении ФИО1 в качестве обвиняемой, предъявив ей обвинений в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 160 УК РФ

Постановлением Петропавловского районного суда Алтайского края от 07.11.2016 прекращено уголовное дело в отношении ФИО1 по ч. 3 ст. 160 УК РФ на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в деянии состава преступления. За ФИО1 признано право на реабилитацию. Мера пресечения в отношении ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменена по вступлению постановления в законную силу.

Постановление вступило в законную силу по истечению срока обжалования.

Как следует из постановления, в судебных прениях по итогам рассмотрения уголовного дела по существу государственный обвинитель в лице прокурора заявил отказ от поддержания государственного обвинения по уголовному делу в отношении ФИО1 в полном объеме на основании ч. 7 ст. 246 УПК РФ.

Согласно представленным истцом листкам нетрудоспособности – ФИО1, являлась нетрудоспособной в период с 05.08.2013 по 08.08.2013, с 03.03.2014 по 12.03.2014, с 12.01.2015 по 05.02.2015, с 06.02.2015 по 27.02.2015, с 20.04.2015 по 30.04.2015, с 12.05.2015 по 20.05.2015, с 24.08.2016 по 02.09.2016, 05.09.2016 по 16.09.2016, с 03.10.2016 по 14.10.2016.

Согласно представленным истцом выпискам из медицинской карты амбулаторного больного, у ФИО1 имеются следующие диагнозы: **** 

Из пояснений свидетеля ФИО5 следует, что с момента начала уголовного преследования его жены ФИО1 у нее обострились ранее имевшиеся болезни, возникли новые, ранее она болела редко, в период расследования уголовного дела в больницу стала обращаться каждый месяц, не спала по ночам, замыкалась в себе. О возбуждении уголовного дела знали в селе, изменилось отношение односельчан, проживание в с. Петропавловское стало невозможным.

Разрешая настоящий спор, суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для взыскания в пользу ФИО1 компенсации морального вреда, поскольку факт ее незаконного уголовного преследования установлен, подтвержден представленными доказательствами, не оспаривается.

Данный факт, безусловно, причинил истцу моральные и нравственные переживания, более того, представленными доказательствами подтверждается, что в период уголовного преследования у истца значительно ухудшилось состояние здоровья, была испорчена репутация среди односельчан.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу ФИО1, суд учитывает фактические обстоятельства дела, категорию тяжести преступления, в котором обвинялась истец – ч. 3 ст. 160 УК РФ, предусматривающей в качестве наказания до 6 лет лишения свободы, возраст и должностное положение истца, в чьи обязанности входило частое общение с населением, степень и глубину нравственных переживаний, физических страданий, объем негативных последствий для нее в связи с незаконным привлечением к уголовной ответственности, длительность уголовного преследования, избрание в отношении истца меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, а также требования разумности и справедливости, с учетом баланса частных и публичных интересов с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, учитывая, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан, с учетом принципа не допустить неосновательного обогащения потерпевшего, полагает, что справедливым размером компенсации морального вреда в данном случае является сумма 100000 руб.

При таких обстоятельствах исковые требования истца подлежат удовлетворению в части.

Надлежащим ответчиком в данном случае является Российская Федерация в лице Министерства Финансов РФ, компенсация подлежит взысканию за счет средств казны Российской Федерации.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ

Исковые требования удовлетворить в части.

Взыскать с Министерства Финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб.

В удовлетворении остальной части требований отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Алтайского краевого суда в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Индустриальный районный суд города Барнаула.

Судья Н.А. Костяная

Решение суда в окончательной форме принято 13.11.2017.

Верно, судья: Н.А. Костяная 

секретарь с/з 

Решение на 14.11.2017 года в законную силу не вступило. 

Подлинный документ подшит в деле № 2-3316/2017 Индустриального районного суда г. Барнаула

секретарь с/з