Дело №2-128/2017

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

29 мая 2017 года г.Рудня 

Руднянский районный суд Смоленской области

В составе:

Председательствующего судьи О.М. Горчаковой 

При секретаре Н.В. Ефименковой,

Рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску М, Е3 к П о признании недействительным договора дарения и применении последствий недействительности сделки,

УСТАНОВИЛ:

М, Е3 обратились в суд с иском к П о прекращении права собственности на 1/3 долю в праве общей долевой собственности на квартиру № в , выплате денежной компенсации стоимости доли, признании за М права собственности на 1/3 долю названной квартиры.

ДД.ММ.ГГГГ истцами предъявлено дополнительное требование к П о признании недействительным договора дарения 1/3 доли квартиры под № в , заключенного ДД.ММ.ГГГГ между ответчиком П и Е, исключении записи регистрации права собственности П на 1/3 долю в праве общей долевой собственности на квартиру под № от ДД.ММ.ГГГГ из ЕГРП на недвижимое имущество и сделок с ним. 

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ требование М, Е3 к П о признании недействительным договора дарения, применении последствий недействительности сделки выделено в отдельное производство и принято к производству суда. 

В обоснование заявленных требований истцы указали, что Е, приходившийся отцом М, являлся собственником 1/3 доли в праве собственности на указанную квартиру. Сособственниками данной квартиры также являются истцы (по 1/3 доли каждая). ДД.ММ.ГГГГ Е умер, М в установленный законом срок, как единственный наследник по закону первой очереди, обратилась к нотариусу с заявлением о принятии наследства, в ходе сбора необходимых документов выяснилось, что между ее умершим отцом и ответчиком заключен оспариваемый договор дарения, собственником наследственного имущества является ответчик. Указывают, что на день заключения договора дарения Е не был способен понимать значение своих действий и руководить ими, договор был заключен им под влиянием другого человека, воспользовавшегося его состоянием, так как он страдал 

<

данные изъяты>, а с ДД.ММ.ГГГГ болезнь быстро прогрессировала, он перестал 

<

данные изъяты>. 

В судебном заседании истцы М, Е3 и представитель истицы М – Е1 заявленные требования поддержали, обосновав их вышеизложенными обстоятельствами, и указали, что сделка подлежит признанию недействительной по основаниям п.1 ст.177 ГК РФ. Е3 пояснила, что ее бывший супруг Е постоянно злоупотреблял спиртными напитками, вел себя неадекватно, проявлял агрессию, избивал ее, в связи с чем она потеряла слух. Е мучили головные боли, из-за которых он постоянно обращался в больницу, провалы в памяти, терял сознание, с ДД.ММ.ГГГГ года случались приступы 

<

данные изъяты>. В конце ДД.ММ.ГГГГ Е попросил документы на квартиру, чтобы завещать свою долю в ней внучке, то есть не помнил о совершенном им договоре дарения. Истец М также пояснила, что ее отец Е употреблял спиртные напитки, мучился головными болями, за собой ухаживать не мог, проявлял агрессию, ломал мебель в доме. О том, что подарил свою долю квартиры ответчику, никогда ничего не говорил.

Ответчик П и его представитель К требования не признали, указав, что истцами не доказано то обстоятельство, что договор дарения был совершен Е в таком состоянии, когда он не мог понимать значение своих действий и руководить ими. Е на учете у врача психиатра не состоял и соответствующий диагноз ему не выставлялся, а проведенная по делу судебная экспертиза носит вероятностный характер. 

Заслушав объяснения сторон, показания свидетелей, исследовав письменные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что на основании договора о бесплатной передаче в собственность граждан занимаемых квартир (жилых домов) в государственном и муниципальном жилищном фонде от ДД.ММ.ГГГГ Е, Е3, Е (после заключения брака М) О.В. в общую долевую собственность (в равных долях) передана квартира по адресу: . Договор зарегистрирован в 

<

данные изъяты> БТИ ДД.ММ.ГГГГ под № (л.д.38-39).

Распоряжением Главы МО 

<

данные изъяты> района Смоленской области от ДД.ММ.ГГГГ № спорной квартире присвоен новый адрес: (л.д.37).

ДД.ММ.ГГГГ между Е (даритель) и П (одаряемый) совершен договор дарения 1/3 доли в праве собственности на названное жилое помещение. В соответствии с условиями договора Е безвозмездно передал в собственность ответчика 1/3 долю в праве собственности на спорную квартиру, при этом сохраняет за собой право проживания. На основании заявлений сторон договора от ДД.ММ.ГГГГ Управлением Росреестра по Смоленской области № 

<

данные изъяты> отдел произведена государственная регистрация указанного договора и перехода права собственности, о чем в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним ДД.ММ.ГГГГ внесены записи регистрации № и № соответственно (л.д.40-43).

ДД.ММ.ГГГГ Е умер.

Разрешая заявленные требования, суд исходит из следующего.

В соответствии с п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В силу положений ст.166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с п.1 ст.177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Основание недействительности сделки, предусмотренное п.1 ст.177 ГК РФ связано с пороком воли - формированием воли стороны сделки, происходящим под влиянием обстоятельств, порождающих несоответствие истинной воли стороны ее волеизъявлению, вследствие чего сделка, совершенная гражданином, находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, не может рассматриваться в качестве сделки, совершенной по его воле.

Предметом доказывания по данному основанию иска является обстоятельство, наличие которого могло лишить Е возможности адекватно воспринимать значение своих действий - болезненное состояние, которое могло повлиять на волеизъявление, при этом, вопрос о том, был ли способен Е в юридически значимый период понимать значение своих действий и руководить ими, требует специальных познаний в области психиатрии.

В ходе рассмотрения дела для разрешения возникшего вопроса относительно психического состояния здоровья Е на момент совершения им оспариваемого договора дарения по ходатайству стороны истцов судом назначена комиссионная судебная психолого-психиатрическая экспертиза, проведение которой поручено экспертам ОГБУЗ «Смоленская областная клиническая психиатрическая больница» (л.д.53-55).

По результатам проведенного исследования, отраженного в заключении комиссии экспертов названного учреждения № от ДД.ММ.ГГГГ , эксперты пришли к заключению о том, что при жизни Е обнаруживал признаки 

<

данные изъяты>. Сведения о 

<

данные изъяты> Е противоречивы. Однако с ДД.ММ.ГГГГ неврологом неоднократно подтверждалось наличие у Е 

<

данные изъяты>. Данный диагноз подтверждается инструментальными методами исследования. Таим образом, с высокой степенью вероятности можно утверждать, что на момент составления дарственной ДД.ММ.ГГГГ Е не мог понимать значение своих действий и руководить ими.

В соответствии с заключением психолога, выставленный Е диагноз 

<

данные изъяты> которые оказали существенное влияние на его свободное волеизъявление в момент составления договора дарения ДД.ММ.ГГГГ . 

К данному выводу эксперты пришли на основании исследования медицинской документации Е, материалов дела, объяснений сторон, показаний допрошенных свидетелей.

Судебная экспертиза проведена в порядке, установленном ст.84 ГПК РФ, компетентными экспертами, имеющими значительный стаж работы в соответствующих областях экспертизы, соответствует требованиям Федерального закона от 31.05.2001 №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ», эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, заключение экспертов выполнено в соответствии с требованиями ст.86 ГПК РФ.

Выводы экспертов ОГБУЗ «

<

данные изъяты>» не опровергнуты сторонами по делу. Ходатайство о проведении повторной экспертизы в соответствии с ч.2 ст.87 ГПК РФ сторонами по делу не заявлялось. Мнение ответчика о том, что в медицинскую документацию могли быть внесены изменения, голословны и ничем не подтверждены. Указание на то, что Е на учете у врача психиатра не состоял и соответствующий диагноз ему не выставлялся, а выводы эксперта носят вероятностный характер, не свидетельствует об ошибочности выводов экспертов.

У суда не имеется оснований ставить под сомнение достоверность заключения судебной экспертизы, которая должна быть оценена в совокупности с иными доказательствами по делу, в том числе письменными и показаниями допрошенных в судебном заседании свидетелей.

Материалами дела подтверждено, что при жизни в ДД.ММ.ГГГГ Е установлена 

<

данные изъяты> инвалидности, в ДД.ММ.ГГГГ – 

<

данные изъяты> инвалидности (с ДД.ММ.ГГГГ 

<

данные изъяты>) по общему заболеванию (л.д.14,15).

На учете у врача-психиатра ОГБУЗ «

<

данные изъяты> ЦРБ» Е не состоял (л.д.16).

Из представленной суду копии медицинской карты амбулаторного больного ОГБУЗ «

<

данные изъяты> диспансер» усматривается, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ Е находился в 

<

данные изъяты>». В диспансер доставлен по направлению 

<

данные изъяты>, около 4-х суток находился в 

<

данные изъяты> за то, что 

<

данные изъяты>», последних 4 года не работает. Из направления: в 

<

данные изъяты>. Из объяснений родственника (брата) установлено, что 

<

данные изъяты>

Как следует из медицинской документации Е: карт стационарного больного ОГБУЗ «

<

данные изъяты> ЦРБ» за №, индивидуальной программы реабилитации инвалида за ДД.ММ.ГГГГ , медицинской карты амбулаторного больного ОГБУЗ «

<

данные изъяты> ЦРБ» №, медицинской карты стационарного больного № ОГБУЗ «

<

данные изъяты>», Е с ДД.ММ.ГГГГ неоднократно проходил лечение с диагнозами «

<

данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ был осмотрен психиатром, которым выставлен диагноз 

<

данные изъяты>

Свидетель Е2 показала суду, что Е был двоюродным братом ее мужа. Квартиру семье Е дали в ДД.ММ.ГГГГ , о том, что Е подарил свою долю, ей стало известно на его похоронах от постороннего человека. Е злоупотреблял спиртными напитками, у него были провалы в памяти, не помнил, что говорил. Проживал в отдельной комнате в квартире, но одного его оставлять было нельзя. Вел себя неадекватно, алкогольные запои продолжались до двух месяцев, годами не работал, за водку мог продать что угодно.

Из показаний свидетеля Б следует, что когда свидетель приходила в гости к Е3, Е всегда был пьяный, нигде не работал, пропивал из дома вещи, ломал мебель. У Е были приступы эпилепсии, провалы в памяти, жаловался на головные боли, проявлял агрессию.

Свидетель О показал суду, что был знаком с Е, который бы нормальным адекватным человеком, был опрятным, одежда всегда чистой. Спиртные напитки употреблял, но не злоупотреблял, в последнее время не пил вообще. Говорил о своем намерении подарить долю квартиры своему крестнику П еще лет 10 назад, так как с женой и дочерью у него были плохие отношения.

Анализ приведенных доказательств, медицинской документации, объяснений сторон в соответствии с правилами ст.67 ГПК РФ, позволяет суду придти к выводу о том, что договор дарения ДД.ММ.ГГГГ был совершен Е с пороком воли, поскольку в момент его заключения он страдал психическим расстройством, которое лишало его способности понимать значение своих действий и руководить ими. К показаниям свидетеля О при этом суд относится критически, как к единственным, противоречащим всем иным собранным по делу доказательствам.

При таком положении оспариваемый договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ по основаниям п.1 ст.177 ГК РФ подлежит признанию недействительным.

В соответствии с п.3 ст.177, абз.2 п.1 ст.171 ГК РФ стороны подлежат приведению в первоначальное положение путем исключения записи за № от ДД.ММ.ГГГГ о регистрации права на 1/3 долю спорной квартиры за П из ЕГРП на недвижимое имущество и сделок с ним.

При таких обстоятельствах, требования истцов обоснованны и подлежат удовлетворению.

Руководствуясь ст. ст. 194-198,199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ :

Исковые требования М, Е3 удовлетворить.

Признать недействительными договор дарения, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между Е и П, в отношении 1/3 доли в праве общей долевой собственности на квартиру № в доме . 

Исключить из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним запись за № от ДД.ММ.ГГГГ о регистрации права собственности П в отношении 1/3 доли в праве общей долевой собственности на квартиру № в доме .

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Смоленский областной суд через Руднянский районный суд Смоленской области в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья О.М. Горчакова

Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ .