Дело №2-225/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

13 февраля 2019 года г. Северобайкальск

Северобайкальский городской суд Республики Бурятия в составе судьи Атрашкевич В.В., при секретаре Шилкиной А.С. рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО Охранное агентство «Железнодорожная охрана» о признании срочного трудового договора бессрочным, признания увольнения незаконным, взыскании недополученной заработной платы, денежной компенсации морального вреда

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с данным иском к ответчику, указывая в обоснование заявленных требований, что работал охранником 4 разряда ООО ОА «Железнодорожная охрана», перед этим прошел 1,5 месячное обучение в школе безопасности «Право», выдержал все требования, экзамены, поборы, все за свой счет, а это около 12000 руб. и в 2017 году получил государственное удостоверение охранника 4 разряда сроком на 5 лет. В 2018 году с ним был заключен срочный трудовой договор, который сразу вызвал вопросы: «Почему срочный, почему не указана в договоре причина, почему отсутствует раздел оплата труда», ответов не было. С удивлением увидел, что после получения оригинала, оплата труда занижена как минимум в три раза, и это сразу стало видно за январь 2018 года. В последующем он неоднократно обращался к руководству, посылал выписку из газеты, расчеты. В ноябре 2018 года его обязали пройти проверку, сдать экзамен на профпригодность. Но в начале декабря 2018 года пришло извещение, что будет уволен по окончанию срочного трудового договора. Он написал «не согласен», но тем не менее 27 декабря 2018 г. ему было объявлено, что его увольняют. 28 декабря 2018 г. он получил расчет, ему была выдана трудовая книжка. 

Просил суд признать трудовой договор бессрочным, увольнение незаконным, взыскать с ответчика часть недополученной заработной платы за 2018 год в сумме 29995 руб., денежную компенсацию морального вреда в сумме 3000 руб., считать вынужденным прогулом с 28 декабря 2018 года.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал, суду пояснил, что срочный договор, заключенный с ним, не соответствует Трудовому кодексу, в нем не указана причина, по которому договор является срочным. Трудовой кодекс подразумевает выполнение временных работ сроком до двух месяцев и трудовой договор, составлены на срок 1 год ущемляет его права. Как правило, договора заключались в конце года, изначально ему был предоставлен трудовой договор для подписания без указания оплаты труда, он его подписал, поскольку на него было оказано давление, ему поясняли, что если он не подпишет договор, то не будет работать. В дальнейшем договор ушел в г. Иркутск, он получил заполненный договор только в марте 2018 года, заработная плата оказалась занижена в три раза. Уведомление об увольнении в связи с истечением срока трудового договора он получил 20 декабря 2018 года, 27 декабря пришел начальник сектора, сообщил, чтобы он забрал вещи, в трудовой книжке указана дата увольнения 31 декабря 2018 года. В случае удовлетворения требований готов выйти на работу. Им заявлены требования о взыскании заработка за те месяца, за которые он смог собрать документы, количество отработанных часов были указаны им из табелей, расчетных ведомостей. Расчет суммы за январь 2018 года приведен им в заявлении, ранее направленном в адрес руководства организации. Настаивает на своих расчетах, не согласен с предложением ответчика о выплате ему суммы задолженности с учетом компенсации. Сразу в суд по вопросу заключения срочного трудового договора он не обращался, поскольку полагал, что на него будет оказано давление на работе. Полагает, что у работодателя имелось возможность его устроить на работу, поскольку работающие с ним охранники в настоящее время осуществляют работу на других объектах.

Представитель ответчика по доверенности ФИО2 в судебном заседании с заявленными исковыми требованиями согласилась частично, пояснила, что ООО АО «Железнодорожная охрана» принимало участие в конкурсах на охрану объектов и имущества, которое проводило ОАО «РЖД», по итогам отборов были заключены договора по возмездному оказанию услуг по охране имущества ОАО «РЖД» и его структурных подразделений, в том числе расположенных в г. Северобайкальск, сроком с 01 января по 31 декабря 2018 года, в связи с чем с ФИО1 также был заключен срочный трудовой договор на период временного оказания услуг. ФИО1 было отправлено уведомление о расторжении договора 20 декабря 2018 г. уведомление было подписано, также ФИО1 было написано заявление о высылке трудовой книжке. Увольнение было произведено 31 декабря, расчет был произведен ранее. ОАО «РЖД» было выдано уведомление, что объект закрывается 27 декабря 2018 г., и охранники на работу уже не заступают, но поскольку ранее уже были высланы табеля, был произведен расчет по 31 декабря 2018 г. На настоящее время на тот объект, где работал ФИО1 договор между ООО ОА «Желдорохрана» и ОАО «РЖД» не заключен. В штатном расписании должности охранников предусматриваются сроком на 1 год, поскольку не известно будут выиграны торги администрацией на будущий год либо нет. Действительно несколько месяцев размер заработка истца не соответствовал МРОТ, в связи с чем был произведен расчет и с учетом компенсации за задержку выплат сумма составляет 10161 руб. 16 коп, которая подлежит выплате истцу, в связи с чем признает требования только на указанную сумму.

В представленном отзыве на иск генеральный директор ООО АО «Железнодорожная охрана» ФИО3 также указал на пропуск истцом срока исковой давности по требованиям ФИО1 о признании срочного трудового договора бессрочным и увольнения незаконным.

Изучив материалы дела, выслушав помощника прокурора Ильязову С.Д., суд полагает, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 01 января 2018 между работодателем ООО Охранное агентство «Железнодорожная охрана» и ФИО1 заключен срочный трудовой договор на период с 01 января 2018 г. по 31 декабря 2018 г. место работы в договоре определено как «сектор Северобайкальск», в качестве основания срока действия трудового договора указано, что он заключен на период временного оказания услуг по охране объекта.

Согласно положениям ст. 58 ТК РФ трудовые договоры могут заключаться на неопределенный срок и на определенный срок не более пяти лет (срочный трудовой договор), если иной срок не установлен настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

Срочный трудовой договор заключается, когда трудовые отношения не могут быть установлены на неопределенный срок с учетом характера предстоящей работы или условий ее выполнения, а именно в случаях, предусмотренных ч. 1 ст. 59 ТК РФ.

Так, ч. 1 ст. 59 ТК РФ предусмотрена возможность заключения срочного трудового договора с лицами, принимаемыми для проведения работ, выходящих за рамки обычной деятельности работодателя (реконструкция, монтажные, пусконаладочные и другие работы), а также работ, связанных с заведомо временным (до одного года) расширением производства или объема оказываемых услуг (абзац 6).

Как следует из представленных стороной ответчика документов пояснений участников процесса, фактически истцом ФИО1 выполнялась работа по охране объекта ОАО «Российские железные дороги» который был передан под охрану ответчику на основании договора№2696692 от 28.12.2017 г., заключенного между ОАО «РЖД» и ООО ОА «Железнодорожная охрана»

По условиям указанного договора исполнитель (ООО ОА «Железнодорожная охрана» принял на себя обязательства по оказанию услуг, в том числе охрану объектов и имущества, находящихся в собственности, владении, пользовании, хозяйственном ведении, оперативном управлении или доверительном управлении заказчика (ОАО «РЖД») срок начала оказаний услуг был установлен с 01.01.2018 г., срок окончания оказаний услуг по 24 часа 31 декабря 2018 г. ( п.п. 1.3 Договора)

Таким образом, суд приходит к выводу, что истец ФИО1 был принят на рабочее место не для обеспечения хозяйственной деятельности работодателя, а для выполнения работ по заключенному работодателем с третьим лицом договору оказания услуг на определенный срок. Как следует из пояснений истца ФИО1 был ознакомлен с тем, что трудовой договор заключается с ним на один год, срочный трудовой договор подписан ФИО1 Из трудовой книжки истца установлено, что с 2014 года по настоящее время ФИО1 принимается на работу к ответчику по срочному трудовому договору, при этом с 2015 г. по 2018 года принимался на работу каждый год сроком на один год на должность охранника.

Согласно разъяснениям Верховного Суда РФ, изложенным в п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", решая вопрос об обоснованности заключения с работником срочного трудового договора, следует учитывать, что такой договор заключается, когда трудовые отношения не могут быть установлены на неопределенный срок с учетом характера предстоящей работы или условий ее выполнения, в частности в случаях, предусмотренных частью первой статьи 59 ТК РФ, а также в других случаях, установленных Кодексом или иными федеральными законами (часть вторая статьи 58, часть первая статьи 59 ТК РФ). Если судом при разрешении спора о правомерности заключения срочного трудового договора будет установлено, что он заключен работником вынужденно, суд применяет правила договора, заключенного на неопределенный срок.

Согласно разъяснениям Верховного Суда РФ, изложенным в п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 если срочный трудовой договор был заключен для выполнения определенной работы в случаях, когда ее завершение не может быть определено конкретной датой (абзац восьмой части первой статьи 59 ТК РФ), такой договор в силу части второй статьи 79 Кодекса прекращается по завершении этой работы. При установлении в ходе судебного разбирательства факта многократности заключения срочных трудовых договоров на непродолжительный срок для выполнения одной и той же трудовой функции суд вправе с учетом обстоятельств каждого дела признать трудовой договор заключенным на неопределенный срок.

Вместе с тем, доводы истца ФИО1 о необоснованности заключения с ним срочного трудового договора суд считает не состоятельными, поскольку в ходе судебного заседания установлено, что трудовые отношения не могли быть установлены на неопределенный срок с учетом характера выполняемой работы и условий ее выполнения, обусловленных наличием заказчиков на охранные услуги. Из пояснений представителя истца следует, что объем оказания охранных услуг напрямую зависит от количества заключенных договоров с заказчиками охранных услуг и срока их действия. Вследствие этого все охранники принимаются ответчиком на срок один год на период действия договора оказания охранных услуг, равно как и истец.

Таким образом, факт многократности заключения срочных трудовых договоров для выполнения одной и той же трудовой функции в данном конкретном случае не свидетельствует о наличии оснований для признания трудового договора заключенным на неопределенный срок, так как действия работодателя при заключении договоров с указанием конкретного срока их действия были обусловлены сроками действия договоров на оказание охранных услуг.

Доводы истца о понуждении к подписанию срочного трудового договора, в нарушение ст. 56 ГПК РФ доказательствами не подтверждены. Истец не был введен в заблуждение относительно характера работы, выполняемых им трудовых функций, места работы, характера работы, ее временности.

При приеме на работу ФИО1 условия о том, что заключаемый с ним трудовой договор является срочным по вышеуказанным причинам, доведены до истца, что не оспаривалось последним, эти условия отражены в трудовом договоре который подписан истцом лично. Истец, давая согласие на заключение трудового договора на определенный срок, знал о возможности его прекращения по истечении срока, на который он был заключен, поскольку лично подписывал данный договор и согласился на исполнение трудовых обязанностей на оговоренных в срочном трудовом договоре условиях. Данные обстоятельства свидетельствуют о наличии соглашения сторон при заключении договоров.

В соответствии со ст. 79 ТК РФ срочный трудовой договор прекращается с истечением срока его действия. О прекращении трудового договора в связи с истечением срока его действия работник должен быть предупрежден в письменной форме не менее чем за три календарных дня до увольнения.

Как следует из материалов дела, пояснений истца письменное уведомление от работодателя о том, что он будет уволен 31.12.2018 г. в связи с истечением срочного трудового договора истец ФИО1 получил заблаговременно в 20 декабря 2018 г., т.е. не менее, чем за три календарных дня до увольнения, что соответствует ст. ст. 77, 79 ТК РФ.

Каких-либо нарушений трудовых прав истца заключением срочного трудового договора, влияющих на признание договора заключенным на неопределенный срок, а также при соблюдении работодателем процедуры увольнения судом не установлено.

Учитывая изложенное, суд не находит оснований для удовлетворения заявленных исковых требований ФИО1 к ООО Охранное агентство «Железнодорожная охрана» о признании срочного трудового договора бессрочным, признания увольнения незаконным.

В соответствии со ст.56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Статья 129 ТК РФ определяет заработную плату (оплата труда работника) как вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

В указанной норме, также указывается: тарифная ставка - фиксированный размер оплаты труда работника за выполнение нормы труда определенной сложности (квалификации) за единицу времени без учета компенсационных, стимулирующих и социальных выплат.

Оклад (должностной оклад) - фиксированный размер оплаты труда работника за исполнение трудовых (должностных) обязанностей определенной сложности за календарный месяц без учета компенсационных, стимулирующих и социальных выплат.

Базовый оклад (базовый должностной оклад), базовая ставка заработной платы - минимальные оклад (должностной оклад), ставка заработной платы работника государственного или муниципального учреждения, осуществляющего профессиональную деятельность по профессии рабочего или должности служащего, входящим в соответствующую профессиональную квалификационную группу, без учета компенсационных, стимулирующих и социальных выплат.

В соответствии со ст.133 ТК РФ, минимальный размер оплаты труда устанавливается одновременно на всей территории Российской Федерации федеральным законом и не может быть ниже величины прожиточного минимума трудоспособного населения. 

Месячная заработная плата работника, полностью отработавшего за этот период норму рабочего времени и выполнившего нормы труда (трудовые обязанности), не может быть ниже минимального размера оплаты труда.

Таким образом, трудовым законодательством допускается установление окладов (тарифных ставок), как составных частей заработной платы работников, в размере меньше минимального размера оплаты труда при условии, что их заработная плата, включающая в себя все элементы, будет не меньше установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда.

Согласно Перечня районов Крайнего Севера и местностей, приравненных к районам Крайнего Севера, утвержденный постановлением Совета Министров СССР от 10 ноября 1967 г. N 1029 "О порядке применения Указа Президиума Верховного Совета СССР от 26 сентября 1967 г. "О расширении льгот для лиц, работающих в районах Крайнего Севера и в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера" - Северо-Байкальский район отнесен к местности, приравненной к районам Крайнего Севера. 

Вместе с тем, из указанных норм закона (ст.ст.129,133 ТК РФ) и Конституции РФ не следует, что в установленный минимальный размер оплаты труда должны включаться компенсационные выплаты за работу в неблагоприятных климатических условиях, поскольку понятия заработной платы, включающей в себя компенсационные выплаты, данное в ст.129 ТК РФ и понятие минимальной оплаты труда (ст.133 ТК РФ) различаются между собой и используются в разных целях. 

Общее понятие заработной платы работника (ст.129 ТК РФ), позволяющее определить состав заработной платы и предусматривающее включение в её состав всех получаемых работником стимулирующих и компенсационных выплаты, не означает, что законодатель включает в состав минимального размера оплаты труда, используемого в целях установления гарантируемого минимума денежных средств, выплачиваемых за труд компенсационные выплаты за работу в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях. 

В силу ст.148 ТК РФ оплата труда на работах в местностях с особыми климатическими условиями производится в порядке и размерах не ниже установленных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Исходя из положений ст.313 ТК РФ, государственные гарантии и компенсации лицам, работающим в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, устанавливаются Трудовым кодексом РФ, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации. Дополнительные гарантии и компенсации указанным лицам могут устанавливаться законами и иными нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации, нормативными правовыми актами органов местного самоуправления, коллективными договорами, соглашениями, локальными правовыми актами.

Согласно ст.315 ТК РФ оплата труда в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях осуществляется с применением районных коэффициентов и процентных надбавок к заработной плате. 

Статьей 316 ТК РФ установлен порядок установления размеров районных коэффициентов к заработной платы работников организаций, расположенных в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях.

Лицам, работающим в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, выплачивается процентная надбавка к заработной плате за стаж работы в данных районах или местностях. Размер процентной надбавки к заработной плате и порядок ее выплаты устанавливаются в порядке, определяемом статьей 316 Трудового Кодекса РФ для установления размера районного коэффициента и порядка его применения (ст.317 ТК РФ).

Согласно положениям ст.148 ТК РФ и главы 50 ТК РФ, работа в районах с неблагоприятными климатическими условиями оплачивается в повышенном размере путем установления для работников районных коэффициентов и надбавок к заработной плате.

Таким образом, при установлении системы оплаты труда в организациях, расположенных в районах Крайнего Севера, неблагоприятные факторы, связанные с работой в этих условиях, в соответствии со статьями 315, 316 и 317 Трудового кодекса РФ должны быть компенсированы специальными коэффициентом и надбавкой к заработной плате. Заработная плата работников организаций, расположенных в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, должна быть определена в размере не менее минимального размера оплаты труда, установленного федеральным законом, после чего к ней должны быть начислены районный коэффициент и надбавка за стаж работы в данных районах или местностях.

В соответствии со ст. 153 ТК РФ работа в выходной или нерабочий праздничный день оплачивается не менее чем в двойном размере: работникам, труд которых оплачивается по дневным и часовым тарифным ставкам, - в размере не менее двойной дневной или часовой тарифной ставки;

Согласно ст. 154 ТК РФ каждый час работы в ночное время оплачивается в повышенном размере по сравнению с работой в нормальных условиях, но не ниже размеров, установленных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Конкретные размеры повышения оплаты труда за работу в ночное время устанавливаются коллективным договором, локальным нормативным актом, принимаемым с учетом мнения представительного органа работников, трудовым договором.

Как следует из трудового договора, заключенного между ФИО1 и ООО ОА «Железнодорожная охрана» часовая тарифная ставка была установлена в размере 17,21 руб., также установлены надбавки –районный коэффициент – 30%, северная надбавка -50 %, за работу в ночное время установлена доплата в размере 40% от часовой тарифной ставки

В соответствии с дополнительным соглашением к трудовому договору от 01.02.2018 г., заключенным между истцом и ответчиком ФИО1 с 01.02.2018 г. была установлена оплата по часовому тарифу в размере 18,00 руб.

Вместе с тем, заработная плата истцу ФИО1 была установлена без учета положений Трудового законодательства ниже Минимального размера оплаты труда, установленного Законом, что стороной ответчика не оспаривалось.

Согласно ст.1 Федерального закона «О минимальном размере оплаты труда» №82 от 19.06.2000 г. с 1 января 2018 года установлен минимальный размер оплаты труда в сумме 9 489 руб., в месяц, с 1 мая 2018 года минимальный размер оплаты труда составляет 11163 руб.

Исходя из изложенных норм права, суд приходит к выводу, что истцу в период работы январь, февраль, март, май, июнь 2018 года выплата заработной платы произведена не в полном объеме.

Так в январе 2018 года при норме рабочего времени при 40- часовой рабочей неделе 136 часов, размер часовой оплаты труда составляет 69,77 руб. ( 9489/136=69,77)

Согласно представленных расчетных ведомостей, и табелей учета рабочего времени в январе 2018 года ФИО1 было отработано 136 часов, из которых 48 часов в выходные дни и 36 часов в ночное время, таким образом, размер его заработка за январь 2018 года должен был составлять:

при количестве отработанных часов 136Х69,77= 9489;

за работу в выходные дни по двойному тарифу 48Х69,77=3348,96;

доплата за работу в ночные часы 36Х69,77Х40%=1947,14.

Всего 14785, 10 руб. ( 9489+3348,96+1947,14=14785,10)

С учетом северного и районного коэффициентов 14785,10Х30%Х50%=26613,18 руб.

За вычетом налога 13% сумма подлежащая выплате ФИО1 составила 23153,47 руб.

За январь 2018 г. ФИО1 было фактически выплачено 14171,80 руб., таким образом размер заработной платы, подлежащей доплате ответчиком за январь 2018 года составляет 8981 руб. 67 коп. ( 23153,47-14171,80=8981,67).

В феврале 2018 года при норме рабочего времени при 40 часовой рабочей неделе 151 часов, размер часовой оплаты труда составляет 62,84 руб. ( 9489/151=62,84)

Согласно представленных расчетных ведомостей, и табелей учета рабочего времени в феврале 2018 года ФИО1 было отработано 147 часов, из которых 24 часа в ночное время, таким образом размер его заработка за февраль 2018 года должен был составлять :

при количестве отработанных часов 151Х62,84= 9237,48;

доплата за работу в ночные часы 24Х62,84Х40%=603,26;

Всего 9840,74 руб. ( 9237,48+603,26=9840,74)ю

С учетом северного и районного коэффициентов 9840,74Х30%Х50%=17713,33 руб.

За вычетом налога 13% сумма подлежащая выплате ФИО1 составила 15410,60 руб.

За февраль 2018 г. ФИО1 было фактически выплачено 11134,94 руб., таким образом размер заработной платы, подлежащей доплате ответчиком за февраль 2018 года составляет 4275 руб. 66 коп. ( 15410,60-11134,94=4275,66).

В марте 2018 года при норме рабочего времени при 40 часовой рабочей неделе 159 часов, размер часовой оплаты труда составляет 59,68 руб. ( 9489/159=59,68)

Согласно представленных расчетных ведомостей, и табелей учета рабочего времени в марте 2018 года ФИО1 было отработано 156 часов, из которых 32 часа в ночное время, таким образом, размер его заработка за март 2018 года должен был составлять 

при количестве отработанных часов 156Х59,68= 9489,12;

доплата за работу в ночные часы 32Х59,68Х40%=763,90;

Всего 10253,02 руб. ( 9489,12+763,90=10253,02).

С учетом северного и районного коэффициентов 10253,02Х30%Х50%=18455,44 руб.

За вычетом налога 13% сумма подлежащая выплате ФИО1 составила 16056,23 руб.

За март 2018 г. ФИО1 было фактически выплачено 9583,71 руб., таким образом размер заработной платы, подлежащей доплате ответчиком за март 2018 года составляет 6472 руб. 52 коп. ( 16056,23-9583,71=6472,52)

В мае 2018 года при норме рабочего времени при 40 часовой рабочей неделе 159 часов, размер часовой оплаты труда составляет 70,21 руб. ( 11163/159=70,21)

Согласно представленных расчетных ведомостей, и табелей учета рабочего времени в мае 2018 года ФИО1 было отработано 159 часов, из которых 8 часов в выходные дни и 32 часа в ночное время, таким образом, размер его заработка за май 2018 года должен был составлять: 

при количестве отработанных часов 159Х70,21= 11163;

за работу в выходные дни по двойному тарифу 8Х70,21=561,68;

доплата за работу в ночные часы 32Х70,21Х40%=898,69.

Всего 12623,37 руб. ( 11163+561,68+898,69=12623,37)

С учетом северного и районного коэффициентов 12623,37Х30%Х50%=22722,07 руб.

За вычетом налога 13% сумма подлежащая выплате ФИО1 составила 19768,20 руб.

За май 2018 г. ФИО1 было фактически выплачено 14033,83 руб., таким образом размер заработной платы, подлежащей доплате ответчиком за май 2018 года составляет 5734 руб. 37 коп. ( 19768,20-14033,83= 5734,37).

В июне 2018 года при норме рабочего времени при 40 часовой рабочей неделе 159 часов, размер часовой оплаты труда составляет 70,21 руб. ( 11163/159=70,21)

Согласно представленных расчетных ведомостей, и табелей учета рабочего времени в июне 2018 года ФИО1 было отработано 132 часа, из которых 24 часа в ночное время, таким образом размер его заработка за июнь 2018 года должен был составлять 

При количестве отработанных часов 132Х70,21= 9267,72

Доплата за работу в ночные часы 24Х70,21Х40%=674,02

Всего 9941,74 руб. (9267,72+674,02=9941,74)

С учетом северного и районного коэффициентов 9941,74Х30%Х50%=17895,13 руб.

За вычетом налога 13% сумма подлежащая выплате ФИО1 составила 15568,76 руб.

За июнь2018 г. ФИО1 было фактически выплачено 11515,76 руб., таким образом размер заработной платы, подлежащей доплате ответчиком за июнь 2018 года составляет 4053 руб. ( 15568,76-11515,76=4053).

Таким образом, общая сумма недоплаченной истца заработной платы подлежащей взысканию с ответчика составляет 29517 руб. 22 коп., исходя из следующего расчета: 

(8981,67+4275,66+6472,52+5734,37+4053= 29517,22).

Доводы представителя ответчика, изложенные в отзыве на иск о том, что в остальные месяцы 2018 года начисленная и выплаченная ФИО1 заработная плата соответствовала требованиям МРОТ, поскольку надлежащих доказательств, подтверждающих это, суду не представлено.

Также суд не принимает во внимание доводы ответчика о том, что на момент увольнения в декабре 2018 года истцу была произведена доплата по МРОТ за февраль и май 2018 г. вместе с компенсацией в размере 7350,72 руб., поскольку согласно сведений из расчетного листка за декабрь 2018 года указанная сумма является доплатой по МРОТ не за отдельные месяцы, а за 2018 год, кроме того расчет данной суммы суду не представлен, и установить факт доплаты данных денежных средств именно за спорный период работы не представляется возможным. 

В соответствии со ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Поскольку факт не произведения ответчиком в полном объеме выплаты причитающейся истцу заработной платы свидетельствует о нарушении прав работника, в соответствии со ст. 237 ТК РФ с учетом конкретных обстоятельств дела, степени нравственных страданий, причиненных ответчиком ФИО1, вины работодателя, периода недоплаты, а также требований разумности и справедливости, суд считает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца денежную компенсацию морального вреда в размере 3000 рублей. 

В силу ст. 393 ТК РФ при обращении в суд с иском по требованиям, вытекающим из трудовых отношений, работники освобождаются от оплаты пошлин и судебных расходов независимо от результатов разрешения спора, что является исключением из общего правила, установленного ч. 1 ст. 98 и ч. 1 ст. 100 ГПК РФ.

В пункте 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса РФ" также указывается на то, что, исходя из правового смысла подпункта 1 пункта 1 статьи 333.36 Налогового кодекса РФ и статьи 393 Трудового кодекса РФ работники при обращении в суд с исками о восстановлении на работе, взыскании заработной платы (денежного содержания) и иными требованиями, вытекающими из трудовых отношений.

Таким образом, на основании ст. 103 ГПК РФ, п. 8 ч. 1 ст. 333.20 НК РФ, ст. 61.2 БК РФ, с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в бюджет МО г. Северобайкальск в размере 1085, 52 руб. по требованиям имущественного характера и 300 руб. по требованиям о взыскании компенсации морального вреда, в сего в общей сумме 1385 руб. 52 коп.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично

Взыскать с ООО Охранное агентство «Железнодорожная охрана» в пользу ФИО1 недополученную заработную плату за январь, февраль, март, май, июнь 2018 г. в сумме 29 517 руб. 22 коп.

Взыскать с ООО Охранное агентство «Железнодорожная охрана» в пользу ФИО1 денежную компенсацию морального вреда в сумме 3000 руб.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ООО Охранное агентство «Железнодорожная охрана» о признании срочного трудового договора бессрочным, признания увольнения незаконным – отказать.

Решение в части взыскания в пользу ФИО1 недополученной заработной платы обратить к немедленному исполнению.

Взыскать с ООО Охранное агентство «Железнодорожная охрана» в доход муниципального бюджета МО «г. Северобайкальск» государственную пошлину в сумме 1385 руб. 52 коп.

Решение может быть обжаловано в Верховный суд Республики Бурятия путем подачи апелляционной жалобы через Северобайкальский городской суд Республики Бурятия в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме. 

Решение принято в мотивированной форме 17 февраля 2019 года

Судья: В.В. Атрашкевич