ПОСТАНОВЛЕНИЕ

21 июня 2018 г. г. Самара

Заместитель председателя Приволжского окружного военного суда ФИО1, рассмотрев жалобу лица, в отношении которого ведётся производство по делу № 5-31/2017 об административном правонарушении, военнослужащего 141 военной автомобильной инспекции ФИО2, привлечённого к административной ответственности по части 1 статьи 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП Российской Федерации), на вступившие в законную силу постановление судьи Ульяновского гарнизонного военного суда от 12 декабря 2017 года и решение судьи Приволжского окружного военного суда от 30 января 2018 года, 

установил:

10 мая 2018 года в Приволжский окружной военный суд от ФИО2 поступила жалоба на вступившие в законную силу постановление судьи Ульяновского гарнизонного военного суда от 12 декабря 2017 года о привлечении его к административной ответственности по части 1 статьи 12.26 КоАП Российской Федерации и решение судьи Приволжского окружного военного суда от 30 января 2018 года, которым вышеназванное постановление оставлено без изменения.

Согласно названным судебным решениям по делу установлено, что ФИО2 в 22 часу ДД.ММ.ГГГГ при управлении в районе 

<

адрес> автомобилем «Mitsubishi Outlander», государственный регистрационный знак «№», с признаками алкогольного опьянения в нарушение пункта 2.3.2 Правил дорожного движения Российской Федерации (далее – ПДД) отказался выполнить законное требование должностного лица, уполномоченного на осуществление федерального государственного надзора в области безопасности дорожного движения, пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

ФИО2 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.26 КоАП Российской Федерации, на основании которой ему назначено административное наказание в виде штрафа в размере 30 000 рублей с лишением права управления транспортными средствами сроком на 1 год 10 месяцев. 

В своей жалобе ФИО2 просит отменить состоявшиеся по настоящему делу судебные постановления и прекратить производство по делу. 

В обоснование жалобы, как и ранее, он, ссылаясь на положения КоАП Российской Федерации и Правил освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов, утверждённых постановлением Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №, утверждает, что в нарушение содержащихся в них требований прибор, с помощью которого было произведено освидетельствование, и его номер «остались неизвестными»; приобщённая к материалам дела видеозапись не содержит данной процедуры, не отражает информации о подписании акта и чека и представлена фрагментами с элементами монтажа.

Изложенное, с его точки зрения, свидетельствует о том, что должностным лицом ГИБДД не соблюдён предусмотренный КоАП Российской Федерации и названными выше Правилами порядок проведения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и установления факта нахождения лица, которое управляет транспортным средством, в состоянии опьянения.

Далее ФИО2 в своей жалобе отмечает, что, признавая его виновным в совершении правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.26 КоАП Российской Федерации, судья исходил из того, что он, являясь водителем транспортного средства, не выполнил законное требование сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, однако фактические обстоятельства дела в части управления в 21 час 10 минут ДД.ММ.ГГГГ (время, указанное в протоколе об отстранении от управления транспортным средством) судьями обеих инстанций не установлены.

Факт употребления им алкоголя при составлении протоколов по делу об административном правонарушении он не оспаривал, но последовательно утверждал и утверждает, что спал в машине на заднем сиденье, а транспортным средством управлял Более того, к моменту приезда сотрудников полиции автомобиль не двигался. При этом в 21 час 10 минут ДД.ММ.ГГГГ он не мог управлять транспортным средством, так как находился в автомашине вместе с сотрудниками полиции с 19 часов 50 минут, когда была составлена схема места совершения правонарушения, отобраны объяснения от (с 20 часов до 20 часов 15 минут).

Далее ФИО2 указывает, что понятые не видели, кому предлагалось пойти освидетельствование и медицинское освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, не видели прибора и документов к нему, не слышали предложения от должностного лица о прохождении освидетельствования и медицинского освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, а только лишь подписали заранее подготовленные документы.

При таких обстоятельствах, по мнению автора жалобы, протокол об отстранении от управления транспортным средством, акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и протокол о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения являются недопустимыми доказательствами по делу.

Необоснованно отвергнутыми находит ФИО2 показания свидетеля , поскольку его заинтересованность в исходе дела в силу его дружеских отношений с ним, Вишнёвым, не доказана. 

Рассмотрев надзорную жалобу и изучив материалы истребованного дела об административном правонарушении в отношении ФИО2, прихожу к следующим выводам.

Вопреки содержащимся в жалобе доводам, вина ФИО2 в совершении вышеназванного административного правонарушения полностью установлена имеющимися в деле и исследованными судьями материалами и доказательствами, приведёнными и проанализированными в обжалуемых постановлении и решении, в которых дана надлежащая оценка и доводам, тождественным вышеприведённым.

Как правильно указано в обжалуемом решении судьи окружного военного суда, согласно пункту 2.3.2 ПДД Российской Федерации, утверждённых постановлением Совета Министров – Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №, водитель транспортного средства обязан по требованию должностных лиц, которым предоставлено право государственного надзора и контроля за безопасностью дорожного движения и эксплуатации транспортного средства, проходить освидетельствование на состояние алкогольного опьянения и медицинское освидетельствование на состояние опьянения. 

При этом невыполнение водителем законного требования сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения влечёт административную ответственность по части 1 статьи 12.26 КоАП Российской Федерации в виде административного штрафа в размере 30000 рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок от полутора до двух лет.

По делу установлено, что ФИО2 при вышеизложенных обстоятельствах в присутствии двух понятых в связи с наличием у него признаков алкогольного опьянения (запаха алкоголя из полости рта, нарушения речи) был отстранён от управления транспортным средством, а затем на предложение инспектора ДПС отказался пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения и медицинское освидетельствование на состояние опьянения, о чём произведена запись в протоколе о направлении на медицинское освидетельствование, заверенная его, ФИО2, подписью.

Указанные обстоятельства, в том числе факт управления автомобилем именно Вишнёвым, подтверждаются имеющимися в деле и исследованными судьями доказательствами, не доверять которым оснований не имеется, а именно:

- протоколом об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ФИО2 в нарушение пункта 2.3.2 Правил дорожного движения при наличии признаков алкогольного опьянения отказался от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и медицинского освидетельствования на состояние опьянения;

- актом освидетельствования на состояние алкогольного опьянения от ДД.ММ.ГГГГ и протоколом о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения от ДД.ММ.ГГГГ, в соответствии с которыми ФИО2 в присутствии понятых отказался от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения;

- показаниями свидетелей согласно которым ДД.ММ.ГГГГ при несении службы в вечернее время у 

<

адрес> на месте ДТП, одним из участников которого являлся водитель ФИО2, обнаружив у последнего признаки опьянения, они предложили ему пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, а затем медицинское освидетельствование на состояние опьянения, от прохождения которых ФИО2 в присутствии понятых отказался;

- показаниями свидетелей из которых следует, что они являлись очевидцами того, как непосредственно после ДТП из автомобиля «Mitsubishi Outlаnder» с водительского места вышел именно ФИО2.

Более того, как видно из протокола судебного заседания суда первой инстанции от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 74-75), допрошенный в качестве свидетеля Трембицкий показал, что в первичной беседе с ним на месте ДТП ФИО2 не только не отрицал, что являлся водителем автомобиля «Mitsubishi Outlаnder», но и пояснял, что совершил столкновение со стоявшим впереди автомобилем, поскольку «отвлёкся от дороги», а изменение через некоторое время позиции ФИО2 по данному поводу явилось для него неожиданным.

Учитывая то, что приведённые доказательства полностью согласуются между собой, перечисленные свидетели не имеют каких-либо причин для оговора ФИО2, что было подтверждено им самим в судебных заседаниях, надлежит констатировать, что выводы судей обеих инстанций об установлении события рассматриваемого административного правонарушения и виновности ФИО2 в его совершении являются правильными и обоснованными.

В этой связи надлежит признать правильным и то, что к приведённым в жалобе показаниям свидетеля ФИО3 о том, что автомобилем «Mitsubishi Outlаnder» в указанное время и в указанном месте якобы управлял он, судьи отнеслись критически, и эти показания были отвергнуты как недостоверные и противоречащие иным доказательствам по делу, а заинтересованность данного свидетеля в исходе данного дела объясняется его нахождением в дружеских отношениях с Вишнёвым.

Что касается претензий ФИО2 в жалобе к якобы имевшим место нарушениям порядка составления протоколов по делу и акта освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, то, как правильно указано в обжалуемом решении судьи окружного военного суда, с содержанием перечисленных документов ФИО2 был своевременно ознакомлен и имел объективную возможность зафиксировать в них свои замечания и возражения относительно указанных обстоятельств, чего не сделал, при этом не отрицая факта нахождения его в состоянии алкогольного опьянения.

Каких-либо замечаний понятых либо ФИО2 по поводу совершаемых с их участием процессуальных действий, как это предусмотрено частью 5 статьи 25.7 КоАП Российской Федерации, данные протоколы не содержат, составлены надлежащими должностными лицами, соответствуют предъявляемым к ним требованиям закона, согласуются между собой и с установленными в судебном заседании обстоятельствами произошедшего.

При таких обстоятельствах действия ФИО2 квалифицированы по части 1 статьи 12.26 КоАП Российской Федерации правильно, а административное наказание назначено ему в соответствии с требованиями статей 3.1 и 4.1 КоАП Российской Федерации и в пределах санкции части 1 статьи 12.26 названного Кодекса.

На основании изложенного, руководствуясь пунктом 1 части 2 статьи 30.17, статьёй 30.18 КоАП Российской Федерации,

постановил:

Постановление судьи Ульяновского гарнизонного военного суда от 12 декабря 2017 года и решение судьи Приволжского окружного военного суда от 30 января 2018 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 1 статьи 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в отношении ФИО2 оставить без изменения, а жалобу ФИО2 - без удовлетворения.

"Согласовано"

Заместитель председателя Приволжского окружного военного суда ФИО4