2-1-9/2017

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

15 февраля 2017 года город Балашов

Балашовский районный суд Саратовской области в составе

председательствующего судьи Ерохиной И.В.

при секретаре Неретиной Е.Г.,

с участием истца ФИО1, ответчика ФИО2, его представителя по доверенности ФИО7,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 ича к ФИО2 о взыскании материального ущерба, причиненного ДТП, 

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском о взыскании изначально с ФИО2 в счет восстановительного ремонта транспортного средства 93491 руб. 87 коп., убытки по оплате независимой технической экспертизы в размере 12000 руб., по отправлению почтовой корреспонденции в размере 147 руб. 14 коп., а также судебных расходов в виде: оплаты услуг представителя, оформления нотариальной доверенности и оплаченной государственной пошлины. В обоснование своих требований указывает на то, что ДД.ММ.ГГГГ произошло дорожно-транспортное происшествие с участием его автомобиля 

<

данные изъяты>, и мотоцикла 

<

данные изъяты>, без государственного регистрационного знака, под управление собственника ФИО2, которого считает виновным в совершении ДТП. В результате столкновения автомобилю истца причинены механические повреждения. Гражданская ответственность ответчика на момент ДТП не была застрахована, ввиду чего отсутствовали основания для обращения в страховую компанию. Согласно самостоятельно проведенной оценки ущерба у ИП ФИО5 стоимость восстановительного ремонта автомобиля составила 93491 руб. 

По результатам проведенной по делу комплексной судебной экспертизы истец ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ увеличил исковые требования и просил взыскать с ФИО2 в счет восстановительного ремонта транспортного средства 110291 руб. 26 коп., остальные требования оставил без изменения.

В судебном заседании истец ФИО1 настаивал на удовлетворении исковых требований, подтвердил ранее данные в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ объяснения, согласно которым ДД.ММ.ГГГГ в 22 часа 10 минут передвигался со скоростью не более 40 км/ч на автомобиле марки 

<

данные изъяты>, по 

<

адрес>. В районе 

<

адрес>, за 100-150 метров до перекрестка, предварительно включив левый сигнал указателя поворота, занял крайне левое положение на дороге, при этом убедился в отсутствие транспортных средств. Перед тем, как совершить маневр поворота налево на перекрестке улиц Карла Маркса и ФИО3, заблаговременно включил левый сигнал указателя поворота, остановился, чтобы убедиться в отсутствие встречного транспорта и людей на пешеходном переходе, посмотрел в зеркала дальнего вида, попутного транспорта не было, начал совершать маневр, при котором услышал звук мотора приближающегося мотоцикла, после чего последовал удар в дверь и крыло автомобиля, который остался стоять на месте после столкновения, а мотоцикл ответчика отбросило в район тротуара, мотоциклиста – в сторону остановки «ФИО3». Выйдя из машины, направился к водителю мотоцикла, чтобы убедиться в его целостности. 

На разбирательство дела представитель истца по доверенности ФИО4 не явился, надлежаще извещен о дне и времени судебного заседания.

Ответчик ФИО2, его представитель по доверенности ФИО7 с иском не согласились, так же как и истец подтвердил ответчик ФИО2 свои объяснения, изложенные им в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ, о том, что двигался на мотоцикле за автомобилем 

<

данные изъяты>, начиная с перекрестка улиц Карла Маркса и Володарского в 

<

адрес>, примерно в 3-4 метрах со скоростью 30-40 км/ч. За 10 метров до перекрестка улиц Карла Маркса и ФИО3 автомобиль стал перестраиваться в правый ряд, его (ФИО2) полоса движения была свободной. За 2-3 метра до начала самого перекрестка, до первого светофора, он начал выравниваться с автомобилем истца, заметил резко включенный левый сигнал поворота на переднем крыле транспортного средства. Почти в момент обгона истец резко повернул автомобиль налево, а он, пытаясь уйти от столкновения, взял еще левее, удар пришелся в переднее левое крыло машины, после чего он отлетел за остановку «ФИО3», мотоцикл лежал рядом. Уверял ответчик, что автомобиль истца был затонирован, а потому последний его не заметил. После случившегося истец проехал еще 2-3 метра, выровнял автомобиль на перекрестке и стал расклеивать автомобиль от тонировки. 

В судебном заседании представитель ответчика по доверенности ФИО7 поддержал позицию ФИО2

Выслушав лиц, участвующих в деле, допросив свидетелей, исследовав и оценив письменные доказательства, суд приходит к следующему выводу.

Согласно п. 1.2 ПДД РФ, утвержденных Постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года № 1090, дорожно-транспортным происшествием является событие, возникшее в процессе движения по дороге транспортного средства и с его участием, при котором погибли или ранены люди, повреждены транспортные средства, сооружения, грузы либо причинен иной материальный ущерб.

В судебном заседании достоверно установлено, поскольку подтверждено доказательствами, имеющимися в материалах дела, что ДД.ММ.ГГГГ около 22 часов 20 минут на регулируемом перекрестке, образованном пересечением двух дорог, соответственно расположенных на 

<

адрес> в 

<

адрес>, произошло столкновение мотоцикла 

<

данные изъяты>, без государственного регистрационного знака, под управлением собственника ФИО2 и автомобиля 

<

данные изъяты>, которым управлял собственник ФИО1 Транспортные средства получили механические повреждения, что следует из протоколов осмотра транспортных средств от ДД.ММ.ГГГГ, справки о дорожно-транспортном происшествии, составленной ДД.ММ.ГГГГ.

Оба водителя привлечены были ДД.ММ.ГГГГ к административной ответственности по ч.2 ст.12.37 КоАП РФ за неисполнение обязанности по страхованию гражданской ответственности полисом ОСАГО.

В отношении водителя ФИО2 также вынесены постановления по делу об административном правонарушении: ДД.ММ.ГГГГ по ч.1 ст.12.1 КоАП РФ – управление транспортным средством, не зарегистрированным в установленном порядке; ДД.ММ.ГГГГ по ч.1 ст.12.7 КоАП РФ – управление транспортным средством водителем, не имеющим права управления транспортным средством (не имеет категории «А»).

В силу ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

На основании ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (п. 2 ст. 1064 ГК РФ). Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с абз.2 п.3 ст.1079 ГК РФ при причинении вреда владельцам источников повышенной опасности в результате их взаимодействия вред возмещается на общих основаниях (статья 1064 ГК РФ), то есть по принципу ответственности за вину.

В силу п. 1.5 Правил дорожного движения участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Из содержания п.8.1 Правил дорожного движения следует, что перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения (п.8.1 Правил дорожного движения).

Подача сигнала указателями поворота или рукой должна производиться заблаговременно до начала выполнения маневра и прекращаться немедленно после его завершения (подача сигнала рукой может быть закончена непосредственно перед выполнением маневра). При этом сигнал не должен вводить в заблуждение других участников движения. Подача сигнала не дает водителю преимущества и не освобождает его от принятия мер предосторожности (п.8.2 Правил дорожного движения).

Пункт 8.5 Правил дорожного движения определяет положение транспортного средства непосредственного перед началом маневра: водитель обязан заблаговременно занять соответствующее крайнее положение на проезжей части, предназначенной для движения в данном направлении, кроме случаев, когда совершается поворот при въезде на перекресток, где организовано круговое движение.

При отсутствии разметки, определяющей границы полос движения на перекрестке при повороте налево, к водителю предъявляется предусмотренное п.8.6 Правил дорожного движения единственное требование: при выезде с пересечения проезжих частей транспортное средство не должно оказаться на стороне встречного движения.

Пунктом 10.1 Правил дорожного движения предусмотрено, что водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Прежде чем начать обгон, водитель обязан убедиться в том, что полоса движения, на которую он собирается выехать, свободна на достаточном для обгона расстоянии и в процессе обгона он не создаст опасности для движения и помех другим участникам дорожного движения. Водителю запрещается выполнять обгон в случаях, если: транспортное средство, движущееся впереди по той же полосе, подало сигнал поворота налево; по завершении обгона он не сможет, не создавая опасности для движения и помех обгоняемому транспортному средству, вернуться на ранее занимаемую полосу. Обгон запрещен на регулируемых перекрестках, а также на нерегулируемых перекрестках при движении по дороге, не являющейся главной, на пешеходных переходах (п.п.11.1,11.2,11.4 Правил дорожного движения).

До произошедшего автомобиль под управлением истца и мотоцикл, водителем которого являлся ответчик, двигались в попутном направлении, в момент дорожно-транспортного происшествия водитель автомобиля совершал маневр поворота налево по ходу своего движения на регулируемом перекрестке, водитель мотоцикла – его обгон.

Приведенные обстоятельства установлены на основании отвечающей требованиям ст. 67 ГПК РФ совокупности всех собранных по делу ниже исследованных доказательств. Соответственно подлежат анализу в аспекте допустимости и безопасности действия водителей на соответствие требованиям Правил дорожного движения, которыми они должны были руководствоваться в данной ситуации.

То обстоятельство, что движение участниками дорожного происшествия производилось на разрешающий «зеленый» сигнал светофора не отрицалось спорящими сторонами в судебных заседаниях. 

Как видно из представленного на запрос суда материала об административном правонарушении по факту ДТП от ДД.ММ.ГГГГ, на место дорожно-транспортного происшествия ДД.ММ.ГГГГ выезжали сотрудники ГИБДД, старший следователь СО МО МВД РФ «Балашовский» ФИО8, которые осмотрели место дорожно-транспортного происшествия, составили ее схему с участием понятых (в ней наличествуют подписи сторон по делу), взяли объяснения от участников аварии, очевидца ФИО9, описали осмотренные поврежденные транспортные средства, выдали справку о ДТП, вынесли определение о возбуждении дела об административном правонарушении и проведении административного расследования от ДД.ММ.ГГГГ. 

Исходя из справки о ДТП от ДД.ММ.ГГГГ инспектор по ИАЗ ОГИБДД МО МВД России «Балашовский» ФИО10 усмотрел в действиях ФИО2 нарушение п.11.2 Правил дорожного движения, не установил он никаких нарушений в действиях ФИО1

Из схемы места совершения административного правонарушения от ДД.ММ.ГГГГ, акта выявленных недостатков в содержании дорог, дорожных сооружений и технических средств организации дорожного движения от ДД.ММ.ГГГГ также следует, что на участке дороги, на котором произошло дорожно-транспортное происшествие, отсутствует дорожная разметка и уличное освещение.

Сама схема дорожного происшествия, составленная старшим следователем СО МО МВД РФ «Балашовский» ФИО8 ДД.ММ.ГГГГ в 22 часа 46 минут, отражает расположение автомобиля 

<

данные изъяты>, и мотоцикла 

<

данные изъяты>, без государственного регистрационного знака, после столкновения и место их удара.

Допрошенная в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ в качестве свидетеля ФИО8 пояснила, что схема дорожно-транспортного происшествия составлялась после соответствующих промеров, обозначено в ней все, как было на самом деле, включая место расположения транспортных средств после происшествия и место их соприкосновения во время столкновения. 

Истец ФИО1 и допрошенный в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ свидетель ФИО11, подписавший в статусе понятого обозначенную схему, подтвердили правильность составления данного документа, не отрицал ответчик ФИО2 обозначения в ней места удара его мотоцикла и автомобиля истца.

Согласно схеме места совершения административного правонарушения от ДД.ММ.ГГГГ проезжая часть попутного автомобилю Mitsubishi Lancer, государственный регистрационный знак 

<

***> и мотоцикла PATRON, без государственного регистрационного знака, направления составляет 14,5 м., место удара транспортных средств зафиксировано на расстоянии 3,2 м. от воображаемой линии начала перекрестка со стороны 

<

адрес>, следовательно, дорожно-транспортного происшествия произошло на полосе встречного движения для автомобиля и мотоцикла, движущихся со стороны 

<

адрес> в сторону 

<

адрес>.

При этом задние колеса автомобиля 

<

данные изъяты>, находятся в 7,2 м. от воображаемой линии начала перекрестка, передние - в 15,7 м. до его окончания по ходу движения, а мотоцикл 

<

данные изъяты>, без государственного регистрационного знака, расположен практически в 18 м. от места удара, левее перекрестка, на тротуаре, за деревьями.

Выводы суда о нахождении места дорожно-транспортного происшествия на полосе встречного движения для автомобиля и мотоцикла подтвердил в судебном заседании приглашенный специалист ФИО12 – инспектор ДПС ГИБДД МО МВД РФ «Балашовский», не отрицался данный факт сторонами по делу.

Ориентируясь на схему места совершения административного правонарушения от ДД.ММ.ГГГГ, данный специалист опроверг версию стороны ответчика, изложенную в письменных объяснениях от ДД.ММ.ГГГГ в рамках расследования дела об административном правонарушении и данных в судебном заседании объяснениях о том, что за 10 метров до перекрестка улиц Карла Маркса и ФИО3 автомобиль истца начал перестраиваться в правый ряд, а за 2-3 метра до начала перекрестка, до первого светофора, в момент выравнивания транспортных средств, резко повернул налево, при этом скорость двух транспортных средств была в пределах 30-40 км.ч.

Действительно, не надо обладать специальными познаниями, чтобы по локализации механических повреждений на автомобиле истца (передняя левая часть автомобиля), расположения транспортных средств после столкновения, нахождения места их соприкосновения на встречной полосе движения, с учетом указанных промеров в схеме места совершения административного правонарушения, исключить как неправдоподобную заданную ответчиком дорожную ситуацию.

Исходя из показаний свидетеля ФИО8 единственным, кто изъявил желание быть опрошенным по факту дорожно-транспортного происшествия, был очевидец ФИО13, у которого она лично отбирала ДД.ММ.ГГГГ объяснения.

Так, из письменных объяснений ФИО9 от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ДД.ММ.ГГГГ примерно в 22 часа 20 минут, собираясь сдавать назад на своем автомобиле, осмотрелся по сторонам и увидел на перекрестке улиц Карла Маркса и ФИО3 автомобиль Mitsubishi Lancer, который притормозил перед пешеходным переходом с включенным левым указателем поворота, как он понял, водитель собирался пропускать пешехода, чью дорогу он пересекал при повороте налево. В это время в том же направлении по 

<

адрес> с левой от автомобиля стороны двигался мотоцикл, который стал его обгонять. В тот момент, когда автомобиль только начал трогаться с места, произошло столкновение.

ФИО13, будучи опрошенный в рамках расследования дела об административном правонарушении ДД.ММ.ГГГГ инспектором ИАЗ ОГИБДД Мо МВД РФ «Балашовский», уточнил свои показания тем, что выезжал автомобиль 

<

данные изъяты>, на искомый перекресток с включенным левым указателем поворота, левыми колесами находился на воображаемой осевой линии проезжих частей, и в этот момент увидел движущийся мотоцикл, удар произошел когда автомобиль начал движение поворота налево, случилось это на полосе, предназначенной для встречного движения при обгоне автомобиля на регулируемом перекрестке.

Вопреки доводам представителя ответчика, суд находит объяснения ФИО9 от 17 июля и ДД.ММ.ГГГГ в силу ст.ст.59,60,71 ГПК РФ относимыми и допустимыми письменными доказательствами, отдает им предпочтение как достоверным, а потому учитывает при принятии настоящего решения. 

Изложенные ФИО9 события произошедшего согласуются со схемой места совершения правонарушения от ДД.ММ.ГГГГ, письменными объяснениями участника аварии ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ, содержащимися в материале об административном правонарушении, и его же объяснениям, данным в судебном заседании. При этом доказательствами наличия у ФИО9 интереса в исходе дела суд не располагает.

При этом суд критически относится к показаниям допрошенных в судебном заседании по ходатайству стороны ответчиков свидетелей ФИО15, ФИО16, ФИО18, ФИО17 (за исключением его объяснений, касающихся составления схемы места административного правонарушения), ввиду их противоречивости в указании механизма развития дорожно-транспортного происшествия. Нельзя исключить и заинтересованность свидетелей ФИО14 и ФИО17 в силу их знакомства в исходе дела в пользу ответчика. 

Так, свидетель ФИО15 в своих показаниях озвучила версию произошедшего, поведанную ответчиком, которую суд из-за ее явной надуманности отклонил. При этом, как она поясняла, покинула место аварии примерно через 40 минут, сотрудников полиции еще не было. Вместе с тем схема дорожного происшествия от ДД.ММ.ГГГГ оформлена сотрудником полиции в 22 часа 46 минут, то есть спустя 26 минут после произошедшего.

Такие показания наводят суд на вывод, что непосредственным очевидцем аварии она не была. К тому же, с ее слов, обратила внимание на дорожную ситуации в тот момент, когда услышала шум приближающегося мотоцикла, в то время как сторона ответчика выстраивала свою позицию, что водитель автомобиля мог не услышать приближающийся мотоцикл из-за хорошей шумоизоляции и «рева» мотора автомобиля истца, имеющего два глушителя.

Обращает суд внимание также на то обстоятельство, что в материале об административном правонарушении письменные пояснения ФИО15 появились спустя месяц после аварии – ДД.ММ.ГГГГ и ее хороший знакомый, как следует из письменных объяснений от ДД.ММ.ГГГГ, доводится другом мотоциклиста.

В своих показаниях свидетели ФИО16 и ФИО11 поведали суду, что автомобиль ФИО1 ехал медленно, посередине проезжей части. По словам свидетеля ФИО16, мотоцикл под управлением ФИО2 начал обгонять автомобиль, ФИО1 резко включил сигнал указателя поворота, авария произошла на встречной полосе. Свидетель ФИО17 в своих показаниях допустил фразу, что ФИО1, как он понял, вообще не включал левый сигнал поворота, а мотоцикл двигался параллельно автомобилю ФИО1 с левой стороны.

Убеждал ответчик ФИО2 в судебном заседании, что его госпитализировала в лечебное учреждение карета скорой помощи, уверял же свидетель ФИО16, что именно он или его знакомый Дмитрий его туда доставил на своем транспорте.

Свидетель ФИО18, который в момент установления в судебном заседании его отношения к лицам, участвующим в деле, из двоих присутствующих в судебном заседании участников рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия узнал сначала только ФИО2, показал суду, что машина ФИО1 была заметной, имела два глушителя, мотор ее «рычал», ехала она небыстро. Далее, следуя показаниям свидетеля, за 10-15 метров до перекрестка два транспортных средства поравнялись, мотоцикл ехал быстрее по своей полосе, машина поворачивала на перекрестке налево.

Если мотоцикл, как указал последний свидетель, ехал быстрее автомобиля, тогда как, по объяснениям ответчика ФИО2, он на протяжении долгого пути следования за автомобилем истца (с перекрестка улиц Карла Маркса и Володарского) выдерживал до него дистанцию в 4-5 метров.

Свидетель ФИО18 не подтвердил доводы ответчика ФИО2 о том, что после аварии ФИО1 выравнивал автомобиль. По данному поводу свидетель сказал, что машина ФИО1 как встала после столкновения, так и осталась стоять.

О том, что ФИО1 выравнивал после дорожно-транспортного происшествия автомобиль, показал в суде свидетель ФИО17, однако он, одновременно являясь понятым при составлении схемы дорожного происшествия, подписал ее без каких-либо замечаний, также подтверждал правильность ее составления в судебном заседании.

При противоречивости показаний свидетелей, приглашенных по инициативе ответчика, ФИО15, ФИО16, ФИО18, ФИО17, все они как по шаблону показали суду, что именно истец убирал тонировку со своего автомобиля после аварии. 

Вместе с тем, со слов ответчика ФИО2, делал он это не один, а вместе с лицами, которые ехали в его автомобиле (протокол судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ). 

Ни в данных следователю, ни сотруднику ГИБДД объяснениях ФИО9, оценка которым как доказательствам была дана выше, нет указаний на наличие в момент аварии тонировки на автомобиле истца, пояснял он, что после столкновения направление и положение автомобиля не менялось.

К тому же отсутствуют в материале об административном правонарушении сведения о привлечении к ответственности ФИО1 за управление транспортным средством, на котором установлены стекла, светопропускание которых не соответствует требованиям технического регламента о безопасности колесных транспортных средств.

Таким образом анализ и оценка исследованных в судебном заседании доказательств в их совокупности позволяет суду прийти к выводу о том, что на регулируемом перекрестке (пересечение улиц Карла Маркса и ФИО3 в г.Балашове) водитель ФИО1, заняв на своем автомобиле перед поворотом крайнее левое положение, с заблаговременно включенным указателем поворота осуществлял маневр поворота налево, а водитель мотоцикла ФИО2 совершал обгон транспортного средства ФИО1

Ввиду чего суд находит несостоятельной ссылку стороны ответчика о том, что ФИО2 выполнял опережение, а не обгон. 

ФИО2 оспаривалась вина в дорожно-транспортном происшествии, по ходатайству его представителя была назначена определением Балашовского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ судебная экспертиза, проведение которой поручено ФБУ Саратовская ЛСЭ Минюста России.

Согласно выводам судебной комплексной судебной экспертизы ФБУ Саратовская ЛСЭ Минюста России от ДД.ММ.ГГГГ №, не представилось возможным ответить на поставленный судом вопрос, имели ли водители ФИО2 и ФИО1 техническую возможность предотвратить дорожно-транспортное происшествие из-за отсутствия сведений о скорости движения транспортных средств, а также о расстоянии, на котором возникла опасность для движения. Отнес эксперт к правовым вопрос: какие обстоятельства данного дорожно-транспортного происшествия с технической точки зрения находится в причинной связи с происшествием и наступившими последствиями.

По заключению эксперта в данной дорожно-транспортной ситуации водителю автомобиля Mitsubishi Lancer, государственный регистрационный знак 

<

***> следовало руководствоваться п.п.8.1,8.2,8.5 Правил дорожного движения, водитель мотоцикла, без государственного регистрационного знака, – п.10.1 указанных Правил.

Поскольку установлено в судебном заседании, что столкновение попутно движущихся транспортных средств произошло на встречной полосе регулируемого перекрестка, в момент осуществления соответственно одним маневра поворота налево, другим – обгона, суд приходит к выводу, что водитель ФИО1 также должен был руководствоваться п.8.6 Правил дорожного движения, а водитель ФИО2 - п.п.11.1,11.2,11.4 Правил дорожного движения.

При установленных обстоятельствах по делу, суд не усматривает нарушений правил дорожного движения в действиях водителя ФИО1, который руководствовался требованиями п.п. 8.1,8.2,8.5 Правил дорожного движения, то есть перед поворотом налево подал сигнал поворота, перед перекрестком заблаговременно занял соответствующее крайнее левое положение на проезжей части, предназначенной для движения в данном направлении.

Довод стороны ответчика о том, что водитель ФИО1 перед осуществлением маневра сигнал поворота налево заблаговременно не подавал, выезжал из правого крайнего ряда, не замечая следовавший левее от него мотоцикл, как установлено в судебном заседании является несостоятельным из-за отсутствия бесспорных доказательств.

Водитель же ФИО2 не должен был осуществлять движение по левой полосе проезжей части, предназначенной для встречного движения, совершая обгон на регулируемом перекрестке, где такой маневр запрещен, к тому же выбранная им скорость движения не позволила обеспечить возможность постоянного контроля за движением для выполнения требований Правил дорожного движения и вовремя обнаружить, что впереди движущееся транспортное средство заблаговременно заняло крайнее левое положение и подало сигнал поворота налево.

Таким образом, с учетом конкретной дорожной обстановки, суд приходит к выводу о том, что дорожно-транспортное происшествие явилось результатом несоблюдения ответчиком п.п.11.1,11.2,11.4,10.1 Правил дорожного движения.

Между тем, не может суд оставить без внимания и то обстоятельство, что столкновение транспортных средств произошло на полосе встречного движения для обоих водителей, до центра перекрестка, когда задние колеса автомобиля истца находились на расстояние 7,2 м. от начала перекрестка, передние – 15,7 до его окончания, следовательно, водитель ФИО1 в отсутствие разметки не совсем правильно выбрал безопасную траекторию поворота, вследствие чего оказался он на встречной полосе, имея крен в левую сторону, усматривая в таких действиях нарушение п.8.6 Правил дорожного движения.

Принимая во внимание изложенные обстоятельства, а также требования пункта 2 ст. 1083 ГК РФ, согласно которому размер возмещения вреда должен быть уменьшен, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, суд приходит к выводу о наличии в произошедшем дорожном происшествии также вины истца. 

Учитывая выводы о виновном характере действий обоих водителей, суд, исходя из конкретных обстоятельства происшествия, определяет размер вины каждого из водителей в процентном соотношении: ФИО2 – 70%, ФИО1 – 30 %.

Установлено в ст.8 ГК РФ, что гражданские права и обязанности возникают, в том числе, из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

Граждане, юридические лица являются собственниками имущества, созданного ими для себя или приобретенного от других лиц на основании сделок об отчуждении этого имущества, а также перешедшего по наследству или в порядке реорганизации (статья 218 ГК РФ). 

В соответствии с п. 1 ст. 223 ГК РФ право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором. При этом российским законодательством не предусмотрено того, что право собственности на автотранспортное средство возникает у приобретателя с момента его государственной регистрации. 

В соответствии с п. 3 ст. 15 Федерального закона от 10 декабря 1995 года № 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения» допуск транспортных средств, предназначенных для участия в дорожном движении на территории РФ, осуществляется в силу законодательства РФ путем регистрации транспортных средств и выдачи соответствующих документов.

Введение государственной регистрации автотранспортных средств производится не для регистрации прав владельцев на них (прав на имущество) и сделок с ними, а в целях регистрации предметов (объектов) сделок, то есть самих транспортных средств для допуска их к дорожному движению.

Никакого специального режима оформления сделок купли-продажи и возникновения права собственности на автотранспортные средства закон не предусматривает.

Ответчик ФИО2 в момент аварии являлся собственником мотоцикла 

<

данные изъяты>, без государственного регистрационного знака, на основании договора купли-продажи транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ, документы на спорное транспортное средство, как и сам мотоцикл, находились в полном распоряжении ответчика, о чем он сам не отрицал, поясняя, что действительно с продавцом ФИО19 заключил данную сделку.

При таком положении нельзя назвать правовыми суждения представителя ответчика о том, что ФИО2 не являлся законным владельцем транспортного средства, поскольку продавец до отчуждения мотоцикла не регистрировал его в органах МРЭО ГИБДД. Пояснения о намерении расторгнуть состоявшийся договор купли-продажи между ФИО19 и ФИО2 юридически значимыми для рассматриваемого дела не являются. 

В соответствии с п. 5 ст. 393 ГК РФ размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. Суд не может отказать в удовлетворении требования кредитора о возмещении убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, только на том основании, что размер убытков не может быть установлен с разумной степенью достоверности. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению обязательства.

По смыслу положений ст. 86 ГПК РФ экспертное заключение является одним из самых важных видов доказательств по делу, поскольку оно отличается использованием специальных познаний и научными методами исследования, тем не менее, суд при наличии в материалах рассматриваемого дела заключения эксперта не может пренебрегать иными добытыми по делу доказательствами, в связи с чем, законодателем в ст. 67 ГПК РФ установлено правило о том, что ни одно доказательство не имеет для суда заранее установленной силы, а в положениях ч. 3 ст. 86 ГПК РФ отмечено, что заключение эксперта для суда необязательно и оценивается наряду с другими доказательствами.

Рассматривая исковые требования о возмещении стоимости восстановительного ремонта, исходя из позиции истца ФИО1 по данному вопросу, суд находит достаточным, объективным и достоверным вывод, сделанный по результатам судебной экспертизы ФБУ Саратовская ЛСЭ Минюста России от ДД.ММ.ГГГГ №, о том, что стоимость восстановительного ремонта автомобиля Mitsubishi Lancer, государственный регистрационный знак 

<

***> принадлежащего на праве собственности ФИО1 с учетом износа составляет 110291 руб. 26 коп.

Суд приходит к выводу, что вышеприведенный размер ущерба отвечает разумной степени достоверности, а потому, учитывая процентный размер вины ответчика ФИО2 (70%), присуждает к взысканию с последнего в пользу ФИО1 77203 руб. 88 коп. (110291,26*70%).

В соответствии с п.3 ст.1083 ГК РФ суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

Однако об уменьшении размера возмещения вреда не заявлялось, материалы дела не содержат каких-либо доказательств того, что его имущественное положение ответчика не позволяет исполнить возлагаемое на него судом денежное обязательство.

При этом согласно п.3 ст.1083 ГК РФ уменьшение размера ущерба является правом, а не обязанностью суда.

Согласно п.1 ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, которые состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Материалами дела подтверждается, что истцом понесены расходы на досудебную оценку стоимости восстановительного ремонта поврежденного транспорта в сумме 12000 руб. (квитанция № от ДД.ММ.ГГГГ, кассовый чек от ДД.ММ.ГГГГ). Указанные расходы суд находит вынужденными, понесенными в связи с обязанностью доказать свою позицию по иску, ввиду чего полагает требования истца о их возмещении обоснованными, подлежат они удовлетворении ввиду частичного удовлетворения исковых требований в размере 8400 руб. (12000*70%).

Также ответчику ФИО2 надлежит возместить истцу государственную пошлину в размере 2103 руб. 50 коп. (70% от 3005 руб.).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 1 от 21 января 2016 года «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», в случаях, когда законом либо договором предусмотрен претензионный или иной обязательный досудебный порядок урегулирования спора, расходы, вызванные соблюдением такого порядка (например, издержки на направление претензии контрагенту, на подготовку отчета об оценке недвижимости при оспаривании и результатов определения кадастровой стоимости объекта недвижимости юридическим лицом, на обжалование в вышестоящий налоговый орган актов налоговых органов ненормативного характера, действий или бездействия их должностных лиц), в том числе расходы по оплате юридических услуг, признаются судебными издержками и подлежат возмещению исходя из того, что у истца отсутствовала возможность реализовать право на обращение в суд без несения таких издержек (статьи 94, 135 ГПК РФ).

Поскольку ни договором, ни законом не предусмотрен обязательный досудебный порядок урегулирования настоящего спора, почтовые расходы ФИО1 на отправку ответчику досудебной претензии не являются судебными издержками, и отнести их в силу ст.15 ГК РФ к убыткам, поскольку не находятся в прямой причинно-следственной связи действиями ответчиков, у суда нет правовых оснований, а потому взысканию в пользу истца с ответчика они не подлежат.

В абз. 3 п. 2 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 года №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» предусмотрено, что расходы на оформление доверенности представителя также могут быть признаны судебными издержками, если такая доверенность выдана для участия представителя в конкретном деле или конкретном судебном заседании по делу.

Из представленной в материалы дела доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, уполномочивающей ФИО4 и ФИО20 на представление интересов ФИО1, не следует, что данная доверенность выдана для участия в конкретном деле или в конкретном судебном заседании.

Таким образом, расходы в сумме 1300 руб., связанные с составлением доверенности, удовлетворению не подлежат.

На основании ст.100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает с другой стороны расходы по оплате услуг представителя в разумных пределах. 

Согласно правовой позиции, изложенной в п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №1 от 21 января 2016 года «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ).

При неполном (частичном) удовлетворении требований расходы на оплату услуг представителя присуждаются каждой из сторон в разумных пределах и распределяются в соответствии с правилом о пропорциональном распределении судебных расходов (статьи 98, 100 ГПК РФ).

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №1 от 21 января 2016 года).

Суд, учитывая сложность и характер спора, реальный объем оказанных услуг, не связанный с досудебным урегулированием спора: консультация, составление искового заявления, его содержание, принимая во внимание то обстоятельство, что имущественные требования были удовлетворены частично, а также требования разумности и справедливости, присуждает к взысканию в пользу истца с ответчика расходы на оплату услуг представителя в размере 3000 руб. 

С учетом заявления о возмещении понесенных расходов учреждением, проводившем на основании определения суда от ДД.ММ.ГГГГ комплексную судебную экспертизу, суд считает необходимым в силу положений ст.98, ч.2 ст.85 ГПК РФ взыскать за проведение экспертизы в пользу ФБУ Саратовская ЛСЭ Минюста РФ с ФИО2 11270 руб. (70% от 16100 руб.), с ФИО1 4830 руб. (30 % от 16100 руб.)

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 ича к ФИО2 о взыскании материального ущерба, причиненного ДТП, удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 Гаковича в пользу ФИО1 ича в счет возмещения материального ущерба 77203 руб. 88 коп., расходы на проведение экспертного заключения в размере 8400 руб., расходы по оплате юридических услуг в размере 3000 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 2103 руб. 50 коп., а всего 90707 руб. 38 коп.

В удовлетворении остальных требований отказать.

Взыскать с ФИО2 Гаковича в пользу Федерального бюджетного учреждения Саратовская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции РФ судебные расходы по оплате комплексной судебной экспертизы в размере 11270 руб.

Взыскать с ФИО1 ича в пользу Федерального бюджетного учреждения Саратовская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции РФ судебные расходы по оплате комплексной судебной экспертизы в размере 4830 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Саратовский областной суд в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме (20 февраля 2017 года) путем подачи жалобы через Балашовский районный суд.

Судья И.В.Ерохина