Судья Исхаков Р.М. дело № 22-535/2024

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Салехард 23 мая 2024 года

Суд Ямало-Ненецкого автономного округа в составе:

председательствующего судьи Палея С.А.,

при секретаре судебного заседания Пановой Я.С.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению прокурора Приуральского района Колочева А.М., апелляционной жалобе защитника Займидороги А.А., а также апелляционной жалобе представителя потерпевших - адвоката Перемитина К.Н. на приговор Лабытнангского городского суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 8 апреля 2024 года, по которому 

ФИО3, родившийся ДД.ММ.ГГГГ 

<

адрес>, несудимый,

осуждён по ч. 3 ст. 264 УК РФ к 2 годам лишения свободы с лишением права заниматься определенной деятельностью в виде лишения права управления механическими транспортными средствами сроком на 2 года.

В соответствии со ст. 531 УК РФ ФИО5 заменено наказание в виде лишения свободы принудительными работами на срок 2 года с удержанием 5% из заработной платы в доход государства, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением механическими транспортными средствами, на срок 2 года.

Приговором также разрешены вопросы об исчислении срока наказания,о мере пресечения и вещественных доказательствах.

С ФИО5 в пользу Потерпевший №1 и несовершеннолетнего ФИО2 взыскана компенсация морального вреда, причинённого в результате преступления в размере по 1 000 000 рублей в пользу каждого.

Заслушав выступления прокурора Тарашнина Д.А., потерпевших Потерпевший №1 и ФИО1, их представителя - адвоката Перемитина К.Н., поддержавших доводы апелляционных представления и жалобы представителя потерпевшего, а также мнение осуждённого ФИО5 и его защитника Займидорога А.А., просивших удовлетворить апелляционную жалобу защитника, суд

установил:

ФИО5 по приговору суда признан виновным в том, что, управляя автомобилем, нарушил правила дорожного движения, что повлекло по неосторожности смерть ФИО4

Преступление совершено ДД.ММ.ГГГГ на 1324 км + 830 метров асфальтированной автомобильной дороги «Сургут - Салехард» Приуральского района Ямало-Ненецкого автономного округа (в географических координатах 66°33"22 северной широты 66°49"55 восточной долготы) при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционном представлении прокурор Приуральского района Колочев А.М., не оспаривая фактические обстоятельства дела, считает, что осуждённому назначено несправедливо мягкое наказание. В обоснование доводов указывает, что суд первой инстанции, назначив ФИО5 наказание в виде лишения свободы, при отсутствии оснований для применения ч. 6 ст. 15, ст. 73 УК РФ, а так же оснований для применения ст. 64 УК РФ, посчитал возможным заменить лишение свободы на принудительные работы, тем самым допустив противоречия в обосновании определения вида наказания. Полагает, что приговор не содержит выводов о том, как применение наказания в виде принудительных работ согласуется со степенью общественной опасности совершённого ФИО5о преступления, и как такое решение повлияет на восстановление социальной справедливости. Находит в целом назначенное осуждённому наказание несправедливым ввиду чрезмерной мягкости. Кроме того, полагает, что без должной оценки остались сведения о привлечении ФИО5о к административной ответственности в сфере безопасности дорожного движения, его поведение после совершения преступления, отношенное к содеянному. Просит приговор изменить, исключить ссылку суда о применении положений ст. 531 УК РФ, считать назначенным наказание в виде лишения свободы сроком 2 года с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, с лишением права заниматься определенной деятельностью в виде лишения права управления механическими транспортными средствами на срок 2 года. 

В апелляционной жалобе представитель потерпевших - адвокат Перемитин К.Н. такженаходит приговор несправедливым вследствие его чрезмерной мягкости. Просит приговор изменить, исключить указание на применение ст. 531 УК РФ, увеличить срок наказания в виде лишения свободы, местом отбывания наказания в виде лишения свободы определить исправительную колонию общего режима. В обоснование указывает, что ФИО5 не раскаялся в содеянном, вину в совершении преступления не признал, в ходе расследования и судебного разбирательства давал показания, суть которых сводилась к виновности потерпевшего в наступлении дорожно-транспортного происшествия, извинения потерпевшим до настоящего времени не принёс, не принял мер к компенсации морального вреда, причинённого преступлением, не оказал помощи семье в погребении. Кроме того, при назначении наказания судом в качестве смягчающих обстоятельств учтено только лишь его семейное положение, иных смягчающих обстоятельств, судом первой инстанции не установлено. Обращает внимание, что семье погибшего причинён колоссальный вред, его близкие родственники лишились сына, мужа, отца, основного источника дохода семьи. Несовершеннолетний потерпевший ФИО2 вынужден получать помощь психиатра вследствие тяжелого переживания утраты отца. 

В апелляционной жалобе защитник Займидорога А.А. просит приговор отменить и направить уголовное дело на новое рассмотрение в ином составе суда. В обоснование апелляционной жалобы указывает, что приговор основан лишь на косвенных данных и показаниях свидетелей стороны обвинения, не являвшихся очевидцами происшествия, которые не могут быть положены в основу обвинительного приговора. Указывает на наличие противоречий в показаниях свидетелей, а также на несоответствие их показаний материалам дела, в том числе протоколу осмотра места происшествия от 27 августа 2023 года. Считает, что показания свидетелей о месте столкновения транспортных средств построены на предположениях. Оспаривает заключение экспертизы № 22-2023 от 23 октября 2023 года, указывая на её неполноту. Полагает что суд, необоснованно и незаконно отклонил ходатайство стороны защиты о назначении дополнительной экспертизы по делу, а также ходатайство о допросе специалиста, в то время как сторона защиты обеспечивала участие специалиста посредством ВКС, тем самым суд нарушил требования ч. 4 ст. 271 УПК РФ. Указывает, что суд не дал оценки имеющимся противоречиям в протоколах осмотра места происшествия от 27 августа 2023 года и 11 октября 2023 года и заключении эксперта, не выяснил причину изменения переноса экспертом места столкновения транспортных средств, указанную в осмотре места происшествия 27 августа 2023 года на прилагаемой схеме. В ходе судебного следствия и при постановлении приговора проигнорировано наличие в исследованных материалах дела - протоколе осмотра места происшествия, фототаблице к нему - не отражённых в экспертизе осколков транспортных средств и осыпи грязи с днища автомобиля подзащитного. Таким образом полагает, что сомнения виновности ФИО5о по рассматриваемым судом обстоятельствам дела не устранены.

В возраженияхна апелляционную жалобу стороны защитыпрокурор Приуральского района Колочев А.М. просит приговор в части осуждения ФИО5 оставить без изменения, а апелляционную жалобу защитника Займидороги А.А. - без удовлетворения. 

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных представления, жалоб и возражений, выслушав стороны, суд приходит к следующим выводам.

Приговор постановлен надлежащим судом в результате проведённого с участием сторон судебного заседания, ход которого отражён в протоколе. 

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с утверждением защитника Займидороги А.А. о нарушении судом принципа состязательности сторон и права ФИО5 на защиту. Судом первой инстанции разрешены все заявленные сторонами ходатайства, в том числе о назначении по делу дополнительной экспертизы, приобщении новых материалов, а также допросе свидетелей и специалиста, при этом решения об отказе в удовлетворении ряда ходатайств стороны защиты судом надлежащим образом мотивированы.

Вопреки доводам апелляционной жалобы защитника Займидороги А.А., нарушения требований ч. 4 ст. 271 УПК РФ судом не допущено. В судебное заседание 2 апреля 2024 года специалист по инициативе стороны защиты не явился, защитник Займидорога А.А. указывал о готовности обеспечить явку специалиста только 15 апреля 2024 года (т. 3 л.д. 140). 

Учитывая, что специалист приглашался стороной защиты исключительно в целях оценки выводов заключения авто-технической экспертизы, суд первой инстанции принял правильное решение об отказе в удовлетворении ходатайства защитника Займидороги А.А. об отложении рассмотрения дела, так как оценка заключения эксперта с точки зрения его достоверности является исключительной компетенцией суда, которая не может подменяться показаниями или заключением специалиста. 

Рассмотрев дело по существу, суд первой инстанции правильно установил фактические обстоятельства дела и сделал обоснованный вывод о доказанной виновности ФИО5 в совершении инкриминируемого ему преступления на основе объективной оценки исследованных в судебном разбирательстве дела убедительных, достоверных и достаточных доказательств, содержание и анализ которых приведены в приговоре. 

Фактические обстоятельства дела сомнений у суда не вызывают.

Виновность ФИО5 в совершении преступления подтверждается совокупностью исследованных в ходе судебного заседания доказательств. Помимо свидетельских показаний, вина ФИО5 в инкриминируемом ему преступлении подтверждается также рапортами оперативного дежурного ОМВД России по Приуральскому району от 27 августа 2023 года, протоколом осмотра места ДТП от 27 августа 2023 года, заключением эксперта № 01-2023-0140 от 16 октября 2023 года, заключением эксперта № 01-2023-0921 от 5 декабря 2023 года, заключением эксперта № 22-2023 от 23 октября 2023 года.

Заключением судебном-медицинской экспертизы у потерпевшего ФИО4 установлены телесные повреждения в виде 

<

данные изъяты>, которые причинены вероятнее всего в условиях дорожно-транспортного происшествия, и явились причиной наступления его смерти. 

Виновность осуждённого в совершении преступления подтверждается также другими доказательствами, содержание и анализ которых подробно приведены в приговоре суда, и в которых, вопреки доводам стороны защиты, не имеется существенных противоречий, влияющих на правильность выводов суда. 

Несмотря на то, что осуждённый ФИО5 свою вину в совершении преступления не признал, суд первой инстанции пришёл к обоснованному выводу, что именно нарушение Правил дорожного движения осуждённым состоит в причинной связи с дорожно-транспортным происшествием и наступлением смерти потерпевшего.

В частности, судом установлено и это не оспаривается стороной защиты, что осуждённый ФИО5, управляя автомобилем «DaewooNexiaGL», г/н №, осуществлял манёвр разворота с обочины дороги.

Пункты 1.3, 1.5, 8.1 и 8.8 Правил дорожного движения разрешают осуществление такого манёвра с правой обочины, однако предусматривают, что водитель не должен создавать опасности и помехи для движения других транспортных средств, а перед началом разворота должен уступить дорогу попутным и встречным транспортным средствам. 

В то же время, осуществляя разворот, ФИО5 не убедился в безопасности своего манёвра и не увидел приближающийся к нему сзади в попутном направлении мотоцикл под управлением потерпевшего ФИО6, не уступил ему дорогу, перекрыл корпусом управляемого автомобиля обе полосы движения проезжай части, в результате чего на проезжей части произошло столкновение мотоцикла под управлением потерпевшего с автомобилем под управлением осуждённого.

Вопреки доводам защитника Займидороги А.А., описание преступного деяния, признанного судом доказанным, не содержит указания на точное место столкновения транспортных средств. Приговор лишь содержит указание, что столкновение транспортных средств произошло на левой полосе проезжей части дороги (относительно направления из г. Салехарда в п. Аксарка). 

С учётом того, что помеху для движения создал именно осуждённый ФИО5, не имеет принципиального значения в каком именно месте левой полосы проезжей части произошло столкновение автомобиля осуждённого и мотоцикла потерпевшего (ближе к разделительной полосе или ближе к обочине дороги). В связи с этим, незначительные противоречия в представленных доказательствах (на схеме ДТП предполагаемое место ДТП определено на левой полосе проезжей части дороги примерно в 5-5,5 метрах от правой обочины, а в заключении эксперта - в 4,5 метрах от правой обочины по направлению из г. Салехарда) не влияют на правильность выводов суда первой инстанции.

При этом доводы стороны защиты о том, что столкновение транспортных средств произошло на левой обочине дороги, как и показания осуждённого ФИО5 о том, что до момента столкновения он уже закончил манёвра разворота, явно противоречат исследованным доказательствам.

В частности, как результаты осмотра места дорожно-транспортного происшествия и схема ДТП (т. 1 л.д. 12-25, 26), так и выводы заключения эксперта № 22-2023 (т. 1 л.д. 108-151) свидетельствуют о том, что место столкновения транспортных средств располагается на проезжей части дороги, на левой полосе относительно направления из г. Салехарда в п. Аксарка. Кроме того, версию стороны защиты опровергают также установленные на автомобиле осуждённого повреждения и деформации (которые преобладают на левой стороне кузова со стороны переднего левого крыла) в совокупности с направлением движения потерпевшего (по направлению из г. Салехарда в сторону п. Аксарка) и конечным расположением автомобиля осуждённого на проезжей части после ДТП (передняя часть автомобиля направлена в сторону п. Аксарка). 

Суд также дал надлежащую оценку доводам стороны защиты о наличии осыпи песка под днищем автомобиля, которая согласуется с выводами эксперта о стадиях развития дорожно-транспортного происшествия.

Таким образом, в сложившейся дорожно-транспортной ситуации предотвращение дорожно-транспортного происшествия зависело исключительно от выполнения водителем автомобиля «Daewoo Nexia GL» (то есть осуждённым ФИО5) требований пп. 1.3, 1.5, 8.1 и 8.8 Правил дорожного движения Российской Федерации. С учётом того, что опасность для движения других транспортных средств создал сам осуждённый, то не имеет значения, с какой скоростью двигался на мотоцикле потерпевший, были ли у него включены осветительные приборы, а также имелась ли у него техническая возможность предотвратить столкновение транспортных средств. 

С учётом этого, каких-либо сомнений в виновности ФИО5 в нарушении Правил дорожного движения у суда апелляционной инстанции не имеется. 

Учитывая, что в результате дорожно-транспортного происшествия водителю мотоцикла ФИО4 была причинена смерть, суд верно установил наличие причинной связи между допущенными ФИО5 нарушениями и наступившими последствиями. 

Таким образом, исследовав, проверив и оценив представленные доказательства в их совокупности, суд дал мотивированную правовую оценку действиям ФИО5 и правильно квалифицировал их по ч. 3 ст. 264 УК РФ. 

Вопреки доводам апелляционного представления, а также апелляционной жалобы представителя потерпевших, суд апелляционной инстанции не находит нарушений закона при назначении ФИО5 наказания.

Как это и предусмотрено положениями ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ при назначении ФИО5 наказания суд в полном объёме учёл все обстоятельства, влияющие на вид и размер назначаемого наказания, в частности, учёл характер и степень общественной опасности совершённого преступления, смягчающие наказание обстоятельства и отсутствие отягчающих, данные о личности осуждённого, а также влияние назначенного наказания на его исправление и на условия жизни его семьи.

Так, судом первой инстанции учтено, что осуждённый ФИО5 ранее не судим, по месту жительства характеризуется удовлетворительно, женат, на учёте врачей психиатра и нарколога не состоит, совершил неосторожное преступление средней тяжести.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО5, судом учтено: наличие малолетнего ребёнка у виновного (п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ); состояние здоровья подсудимого и его супруги, наличие у виновного дочери студентки, имеющей кредитные обязательства (ч. 2 ст. 61 УК РФ).

Тот факт, что ФИО5 не признал вину, указывал о нарушении Правил дорожного движения самим потерпевшим, на что ссылаются в своих представлении и жалобе прокурор и представитель потерпевших, не может быть учтён при назначении наказания в качестве негативного обстоятельства, так как подозреваемый, обвиняемый вправе защищаться от предъявленного обвинения всеми незапрещёнными способами (п. 11 ч. 4 ст. 46, п. 21 ч. 4 ст. 47 УПК РФ).

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО5, судом не установлено. 

При этом, не может являться основанием для усиления назначенного осуждённому наказания его поведение после совершения преступления, связанное с непринятием мер по оказанию первой медицинской помощи потерпевшему на месте дорожно-транспортного происшествия, не принесение извинений семье погибшего и не принятие мер по компенсации морального вреда, причинённого преступлением, поскольку данные обстоятельства не предусмотрены ст. 63 УК РФ в качестве обстоятельств, отягчающих наказание.

Вместе с тем, следует учитывать, что оснований для применения к осуждённому положений ч. 6 ст. 15, ст.ст. 64, 73 УК РФ суд не усмотрел, надлежащим образом мотивировав своё решение в приговоре. 

При этом, суд апелляционной инстанции не находит оснований считать, что назначенное ФИО5 наказание является явно несправедливым и не соответствует тяжести преступления и личности осуждённого.

Санкция ч. 3 ст. 264 УК РФ в качестве основного предусматривает два вида наказаний: принудительные работы сроком до 4 лет, а также лишение свободы сроком до 5 лет.

С учётом наличия по делу совокупности смягчающих наказание обстоятельств и отсутствия отягчающих обстоятельств, назначенное ФИО5 наказание в виде принудительных работ не может быть признано явно несправедливым.

Судом первой инстанции соблюдены требования ч. 1 ст. 60 УК РФ, в соответствии с которой более строгий вид наказания из числа предусмотренных за совершённое преступление назначается только в случае, если менее строгий вид наказания не сможет обеспечить достижение целей наказания.

Конкретных данных о личности осуждённого, которые свидетельствовали бы о том, что исправление ФИО5 возможно только в случае реального отбывания им наказания, в апелляционных жалобе и представлении, а также в судебном заседании суда апелляционной инстанции не приведено. 

Привлечение ФИО5 ранее к административной ответственности за нарушение Правил дорожного движения к таким обстоятельствам отнесено быть не может, так как эти данные должны учитываться в совокупности с иными обстоятельствами, влияющими на вид и размер наказания (ч. 3 ст. 60 УК РФ). 

Таким образом, все заслуживающие внимания обстоятельства, имеющие значение для определения вида и размера наказания, были надлежащим образом учтены судом. 

Вопреки доводам апелляционного представления, судом не допущено противоречий при назначении наказания (сначала указано о необходимости назначения лишения свободы, об отсутствии оснований для применения положений ч. 6 ст. 15, ст.ст. 64, 73 УК РФ, а затем указано о возможности исправления ФИО5 без реального отбывания наказания в местах лишения свободы), так как процедура назначения принудительных работ путём замены лишения свободы предусмотрена самим уголовным законом, который предусматривает, что принудительные работы применяются исключительно как альтернатива лишению свободы (ч. 1 ст. 531 УК РФ). 

При таких обстоятельствах, назначенное осуждённому ФИО5 наказание по своему виду и размеру полностью отвечает принципам индивидуализации и справедливости. Чрезмерно мягким или несправедливым оно не является.

В то же время, суд неправильно применил уголовный закон при назначении ФИО5 дополнительного наказания.

В частности, суд не учёл разъяснения, содержащиеся в пункте 22.3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2015 года № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», согласно которым при замене лишения свободы принудительными работами дополнительное наказание, предусмотренное к лишению свободы, в том числе и в качестве обязательного, не назначается; суд, заменив лишение свободы принудительными работами, должен решить вопрос о назначении дополнительного наказания, предусмотренного санкцией соответствующей статьи Особенной части УК РФ к принудительным работам.

Суд первой инстанции, в нарушение указанных требований, назначил ФИО5 дополнительное наказание как к лишению свободы, так и к принудительным работам. Указанная ошибка подлежит исправлению судом апелляционной инстанции. 

Вопрос о взыскании с осуждённого в пользу потерпевших компенсации морального вреда, разрешён судом в соответствии с требованиями ст.ст. 151, 1099-1101 ГК РФ. 

При определении размера компенсации морального вреда суд, руководствуясь критериями разумности и справедливости, в совокупности оценил конкретные незаконные действия ФИО5, соотнеся их с тяжестью причинённых потерпевшим нравственных страданий, а также учёл заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, в том числе характер и степень нравственных страданий потерпевших, их индивидуальные особенности, характер взаимоотношений между погибшим ФИО4 и гражданскими истцами.

Очевидно, что никакая денежная компенсация не способна компенсировать утрату близкого родственника, однако с учётом установленных обстоятельств, следует признать, что судом при определении суммы компенсации причинённого потерпевшим морального вреда соблюдены требования разумности и справедливости (п. 2 ст. 1101 ГК РФ). Размер присужденной компенсации морального вреда, подлежащий взысканию с ФИО5 в пользу каждого потерпевшего, в данном случае направлен на сглаживание остроты их страданий.

При таких обстоятельствах, нарушений уголовно-процессуального закона, существенным образом отразившихся на содержании судебного решения, либо затронувших права участников уголовного судопроизводства, влекущих отмену приговора, по делу не допущено.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 38913,38920, 38928 УПК РФ, суд 

постановил:

Приговор Лабытнангского городского суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 8 апреля 2024 года в отношении ФИО3 изменить:

- исключить из резолютивной части приговора указание о назначении ФИО5 дополнительного наказания к лишению свободы;

- считать, что дополнительное наказание в виде лишения права управления механическими транспортными средствами сроком на 2 года назначено ФИО5 дополнительно к принудительным работам.

В остальном приговороставить без изменения, а апелляционное представление прокурора, апелляционные жалобы представителя потерпевших Перемитина К.Н. и защитника Займидороги А.А. - без удовлетворения. 

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции путём подачи кассационной жалобы, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу с соблюдением требований статьи 4014УПК РФ.

В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном статьями 40110- 40112УПК РФ.

В случае подачи кассационных жалобы, представления лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий подпись