П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. Улан-Удэ 14 сентября 2018 года.

Президиум Верховного Суда Республики Бурятия в составе:

Председательствующего: Кирилловой А.А.,

членов Президиума: Сокольниковой Н.А., Ховрова О.Е., Урмаевой Т.А., Ивановой В.А., 

при секретаре: Базаровой О.М.,

рассмотрев кассационную жалобу адвоката Гуслякова С.И. в интересах осужденного ФИО1 на приговор Советского районного суда г.Улан-Удэ Республики Бурятия от 02 марта 2018 года, которым

ФИО1, родившийся ... в 

<

...>, не судимый,

осужден по ч. 3 ст. 30 - ч. 1 ст. 105 УК РФ, с применением ст. 64 УК РФ к 5 годам лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

В апелляционном порядке приговор суда не обжаловался.

Заслушав доклад судьи Верховного суда Республики Бурятия Ралкова А.В., пояснение осужденного ФИО1, мнение адвоката Гуслякова С.И., поддержавших доводы кассационной жалобы, мнение заместителя прокурора Республики Бурятия Магомедова Т.Ф., полагавшего, что кассационное производство возбуждено обоснованно, просившего переквалифицировать действия ФИО1 на ч. 2 ст. 111 УК РФ,

Президиум

У С Т А Н О В И Л:

Приговором суда ФИО1 признан виновным в покушении на убийство ФИО10, совершенном в период времени с 20 часов до 20 часов 46 минут, 30 марта 2017 года, в доме на участке ... садово-огородного товарищества "

<

...>" г.Улан-Удэ, расположенном в 

<

...> метрах в 

<

...> направлении от остановочного пункта «

<

...>» Восточно-Сибирской железной дороги на Транссибирской магистрали, недоведенном до конца по независящим от Посельского обстоятельствам, в связи со своевременно оказанной медицинской помощью.

Преступление совершено при обстоятельствах, подробно изложенных в описательно-мотивировочной части приговора.

В судебном заседании ФИО1 вину признал частично.

В апелляционном порядке приговор не обжаловался.

В кассационной жалобе адвокат Гусляков С.И. в интересах осужденного выражает несогласие с приговором. Полагает, что приговор является незаконным вследствие неправильного применения уголовного закона. Приводит доводы об отсутствии у Посельского умысла на причинение смерти ФИО10. Полагает, что установленные судом фактические обстоятельства дела не соответствуют квалификации его действий по ч. 3 ст. 30 - ч. 1 ст. 105 УК РФ. Так, не установлено, являлось ли полученное ФИО10 ранение безусловно смертельным в случае неприбытия скорой помощи. Судом не приняты во внимание показания потерпевшего ФИО10, свидетелей ФИО12 и ФИО21 о том, что ФИО10 находился в нетрезвом состоянии, выражался в адрес Посельского нецензурной бранью, выкрикивал: "Зарублю!" и после этого бросился в комнату за топором, а когда кинулся на Посельского, то наткнулся на нож выставленный последним в целях самообороны. В этот момент в комнате было темно, а осужденный является фактически слепым. Мер по дальнейшему нанесению ударов ножом ФИО1 не предпринимал. Кроме того, судом проигнорировано мнение потерпевшего, не лишать его свободы, не в полной мере учтено состояние здоровья Посельского у которого отсутствует нога и плохое зрение. 

Просит приговор суда отменить, дело направить на новое судебное рассмотрение.

Проверив доводы кассационной жалобы, изучив представленные материалы уголовного дела, Президиум считает, что приговор подлежит изменению, по следующим основаниям. 

В соответствии с ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ основанием отмены или изменения приговора, определения или постановления суда при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного или уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела. 

В соответствии с ч. 2 ст. 297 УПК РФ приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

В силу ч. 4 ст. 302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления, подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств.

Согласно п. 2 ч. 1 ст. 73 УПК РФ при производстве по уголовному делу подлежат доказыванию, в том числе виновность лица в совершении преступления, форма его вины и мотивы.

Вышеперечисленные требования закона судом не соблюдены.

Суд первой инстанции пришел к выводу, что смерть ФИО10 не наступила по не зависящим от воли осужденного обстоятельствам, поскольку потерпевшему была оказана своевременная и квалифицированная медицинская помощь. Мотивируя вывод о наличии у ФИО1 умысла на убийство, суд исходил из тяжести телесного повреждения, нанесенного осужденным потерпевшему, использование им в качестве орудия ножа, локализации колото-резаного ранения в области расположения жизненно-важных органов.

Между тем, по смыслу закона, при решении вопроса о направленности умысла виновного следует исходить из совокупности всех обстоятельств содеянного и учитывать, в частности, не только способ и орудие преступления, количество, характер и локализацию телесных повреждений, но и предшествующее преступлению и последующее поведение виновного и потерпевшего, их взаимоотношения.

Как следует из представленных материалов уголовного дела, достаточных доказательств, свидетельствующих о наличии у ФИО1 прямого умысла на умышленное причинение смерти ФИО10, не имеется. 

Из материалов дела усматривается, что ФИО1 в ходе предварительного следствия, в судебном заседании подтверждал нанесение ножевого ранения потерпевшему, однако отрицал умысел на убийство ФИО10, угроз убийством в адрес последнего он не высказывал и настаивал, что лишь опасался реализации угрозы потерпевшим, который, оскорбляя его нецензурной бранью, сказал: «Зарублю!». В доме было темно, и когда ФИО10 отошел за печь, он, испугавшись за свою жизнь, достал из кармана складной нож и выставил его перед собой. ФИО10 наткнулся на нож. Причин желать смерти потерпевшего, у него не было. 

Потерпевший ФИО10 в судебном заседании показал, что когда он стал выгонять ФИО1 нецензурной бранью, сказал: «Зарублю!», при этом убивать последнего не хотел, в руках ничего не держал. В этот момент ФИО1 ударил его чем-то в грудь. В момент нанесения удара ножом в помещении было темно. В настоящее время они помирились, претензий у него к Посельскому нет, просил не лишать того свободы. 

Свидетели ФИО12, ФИО13, ФИО14 дали аналогичные показания по обстоятельствам причинения потерпевшему ножевого ранения. 

Данные показания получены в соответствии с законом, устанавливают одни и те же фактические обстоятельства совершенного ФИО1 преступления, согласуются между собой в деталях, дополняют друг друга, поэтому обоснованно судом положены в основу приговора.

Таким образом, из вышеуказанных показаний не усматривается наличие у ФИО1 прямого умысла на убийство ФИО10 Конфликт между ними явных мотивов для убийства не давал, в момент нанесения удара ножом осужденный угроз убийством не высказывал, более одного удара не наносил, сразу после нанесения потерпевшему ножевого ранения, он прекратил свои действия.

Кроме того, показания допрошенных лиц подтверждаются другими исследованными судом доказательствами: протоколами осмотров мест происшествий, в ходе которых изъят нож, зафиксирована обстановка в помещении, где было совершено преступление; заключением судебно-медицинской экспертизы о характере, механизме образования, давности причинения и тяжести телесного повреждения, обнаруженного у потерпевшего. 

Вывод суда о том, что умысел Посельского на причинение смерти ФИО10 не был доведен до конца по независящим от виновного обстоятельствам, лишь вследствие своевременного прибытия врачей и оказания потерпевшему квалифицированной медицинской помощи, не подтверждаются материалами уголовного дела и исследованными судом доказательствами.

Сам факт нанесения удара в область груди, являющегося местом расположения жизненно важных органов, при отсутствии других объективных доказательств, подтверждающих умысел на причинение смерти потерпевшего, которая фактически не наступила, не может свидетельствовать о намерении Посельского убить ФИО10, поскольку осужденный, имея реальную возможность лишить его жизни при помощи ножа, каких-либо действий, направленных на убийство потерпевшего не предпринял, хотя при наличии у него такого умысла, ничто не мешало довести его до конца.

Согласно правовой позиции, изложенной в п.2 постановления Пленума Верховного суда РФ от 27.01.1999г. № 1 (в ред. от 03.03.2015г.) "О судебной практике по делам об убийстве", покушение на убийство возможно лишь с прямым умыслом, то есть когда содеянное свидетельствовало о том, что виновный осознавал общественную опасность своих действий (бездействия), предвидел возможность или неизбежность наступления смерти другого человека и желал ее наступления, но смертельный исход не наступил по не зависящим от него обстоятельствам. При этом виновный выполнил все действия, направленные на причинение смерти потерпевшему, которая не наступила ввиду активного сопротивления жертвы или вмешательства других лиц, либо оказания своевременной медицинской помощи.

Из этого следует, что покушение на преступление представляет собой целенаправленную деятельность лица и может совершаться лишь с прямым умыслом, так как, не желая достигнуть определенного результата, лицо не может и покушаться на его достижение. 

Поскольку по делу не усматривается наличие у осужденного прямого умысла на умышленное убийство, он должен нести ответственность не за те последствия, которые могли наступить, а только за те последствия, которые реально наступили, то есть по ч. 2 ст. 111 УК РФ. 

В действиях ФИО1 усматривается квалифицирующий признак «с применением предмета, используемого в качестве оружия», поскольку он, с целью умышленного причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшему ФИО10 взял складной нож, и, используя его в качестве оружия, умышленно нанес им 1 удар в правую часть груди последнего. 

При таких обстоятельствах, Президиум приходит к выводу, что судом первой инстанции допущено существенное нарушение уголовного закона, повлиявшее на исход дела, искажающее саму суть правосудия и смысл судебного решения как акта правосудия, в связи с чем, приговор необходимо изменить, действия ФИО1 переквалифицировать с ч. 3 ст. 30 - ч. 1 ст. 105 УК РФ на п. "з" ч. 2 ст. 111 УК РФ - как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенное с применением предмета, используемого в качестве оружия, с назначением ему наказания в соответствии с санкцией данной статьи. 

Из фактических обстоятельств дела установленных судом следует, что ФИО1 с целью реализации умысла, направленного на причинение тяжкого вреда здоровью ФИО10, нанес ему один удар ножом в правую часть груди с достаточной силой. В этой связи, доводы стороны защиты о наличии в действиях осужденного необходимой обороны, пределы которой были превышены, являются необоснованными. 

При назначении ФИО1 наказания, Президиум в соответствии с требованиями ст. 60 УК РФ, учитывает характер и степень общественной опасности совершённого преступления, данные о личности осужденного, смягчающие наказание обстоятельства, а также влияние наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи. 

В связи с наличием установленных по делу обстоятельств, смягчающих наказание, предусмотренных п.п. «з», «и» ч.1 ст. 61 УК РФ, и отсутствия обстоятельств, отягчающих наказание, при назначении наказания подлежат применению положения ч.1 ст. 62 УК РФ.

С учетом конкретных обстоятельств совершенного преступления, его характера и степени общественной опасности, данных о личности осужденного, Президиум приходит к выводу, что исправление ФИО1 возможно в условиях изоляции от общества, без назначения дополнительного наказания в виде ограничения свободы. 

Принимая во внимание, что санкция ч. 2 ст. 111 УК РФ предусматривает только наказание в виде лишения свободы, не устанавливает нижнего предела размера данного наказания, оснований для применения положений ст. 64 УК РФ, Президиум не находит.

В соответствии с п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ отбывать наказание в виде лишения свободы ФИО1 надлежит в исправительной колонии общего режима.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 40113 - 40116 УПК РФ, Президиум

П О С Т А Н О В И Л:

Кассационную жалобу адвоката Гуслякова С.И. в интересах осужденного ФИО1 – удовлетворить частично. 

Приговор Советского районного суда г.Улан-Удэ Республики Бурятия от 02 марта 2018 года, в отношении ФИО1, изменить.

Переквалифицировать действия ФИО1 с ч. 3 ст. 30 – ч. 1 ст. 105 УК РФ на п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, по которой назначить наказание в виде 3 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима. 

В остальной части приговор оставить без изменения. 

Председательствующий А.А. Кириллова