... 

Дело 2-2586 (2018 г.)

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

27 ноября 2018 года город Ноябрьск, ЯНАО

Ноябрьский городской суд Ямало-Ненецкого автономного округа в составе:

председательствующего судьи: Шабловской Е.А.,

при секретаре Баранцевой Г.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Трансгаз» к ФИО1 о возмещении убытков,

УСТАНОВИЛ:

ООО «Трансгаз» обратилось в суд с иском к ФИО1 о возмещении убытков в размере 290 628 рублей 97 копеек и судебных расходов в размере 6 106 рублей 30 копеек. В обосновании заявленных требований истец указал, что между сторонами был заключен трудовой договор № от 02.08.2016 года. 25.07.2017 года в адрес истца поступила претензия от филиала «Газпромнефть-Муравленко» АО «Газпромнефть-Ноябрьскнефтегаз» о том, что 12.07.2017 года в ходе оказания автотранспортных услуг был установлен факт нахождения ФИО1 в состоянии алкогольного опьянения, 15.08.2017 года обнаружен факт провоза ФИО1 на территорию месторождения алкогольной продукции. В своем письменном объяснении по данному факту ФИО1 употребление алкоголя признал, от медицинского освидетельствования отказался. 17.08.2017 года и 28.12.2017 года ООО «Трансгаз» произвел оплату штрафа в размере 300000 рублей за допущенные нарушения ответчиком. С учетом частичного погашения в период работы в Обществе размер причиненных убытков составил 290628 рублей 97 копеек, ответчиком дано письменное обязательство о возмещении причиненного ущерба, однако до настоящего времени обязательство не исполнено. 

В судебном заседании представитель истца ООО «Трансгаз» ФИО2 исковые требования поддержала, дополнив, что указанные штрафы предусмотрены договором, заключенным между заказчиком АО «Газпромнефть-Ноябрьскнефтегаз» и ООО «Трансгаз» от 26.12.2017 года.

Ответчик ФИО1 в судебном заседании с исковыми требованиями не согласился, указав, что оспаривал факт нахождения в состоянии алкогольного опьянения на режимном объекте – месторождении. Факт провоза алкогольной продукции на территории месторождения был установлен, когда в транспортном средстве, на котором он передвигался на месторождение, обнаружили бутылку водки. Ему данная бутылка не принадлежит, о том, что бутылка со спиртосодержащей жидкостью лежала в машине, ему стало известно, когда его остановили на КПП и досматривали машину. 

С учетом позиции истца, ответчика, исследовав материалы гражданского дела, представленные доказательства, суд приходит к следующему.

Как следует из приказа № от 02 августа 2016 года, ФИО1 был принят в ООО «Трансгаз» на работу со 02 августа 2016 года на должность ...

Согласно трудовому договору № от 02 августа 2016 года ФИО1 обязан добросовестно выполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором и должностной инструкцией. 

12 июля 2017 г. в ходе оказания автотранспортных услуг сотрудниками АО «Газпромнефть-Ноябрьскнефтегаз» на Вынгапуровском месторождении был установлен факт нахождения ФИО1 в состоянии алкогольного опьянения. 

Данный факт устанавливался по результатам теста (... мг/л), проведенного инспекторами тревожной группы в ... ч. при помощи алкотестера "№".

Однако ответчик нахождение в состояние опьянения на рабочем месте не признавал. Кроме того указал, что предоставленный алкотестер был без сменной трубки, не предоставлено никаких документов на прибор, в том числе и на прохождения поверки. Ответчик стал требовать, чтобы вызвали наряд ДПС ГИБДД ОВМД по г.Ноябрьску для прохождения его на месте освидетельствования.

Доводы ответчика нашли свое подтверждение в судебном заседании.

Так из прикрепленного к Акту от 12.07.2017 года № АО «Газпромнефть-Ноябрьскнефтегаз» о появлении работника на работе в состоянии опьянения, чека следует, что на данном приборе последняя дата регулировки 22 мая 2016 года, дата поверки прибора - 07 июня 2016 года. 

Периодичность поверки указана в описании типа прибора, которое не предоставлено, но для большинства моделей алкометров, проверка проводится раз в год.

Таким образом, на дату освидетельствования 12 июля 2017 года срок поверки прибора истек. Доказательств иного не предоставлено.

Ответчиком не отрицается остаточные явления после употребления накануне спиртосодержащей продукции в своем объяснении от 12.07.2017 года и в судебном заседании.

Состояние опьянение было установлено сотрудниками тревожной группы дежурной части службы по режиму и охране производственных объектов АО «Газпромнефть-ННГ» и сотрудниками ЧОП «...» по внешним признакам и результату проведенного тестирования при помощи вышеуказанного алкотестера.

В этот же день ответчик был освидетельствован на состояние алкогольного опьянения сотрудниками ОР ДПС ГИБДД ОМВД по г.Ноябрьск, что следует из акта, однако опьянения не установлено.

При таких обстоятельствах факт нахождения истцом в состоянии алкогольного опьянения на Вынгапуровском месторождении 12 июля 2018 года нельзя признать установленным.

15 августа 2017 года согласно акта № инспекторами отдела по режиму и охране Управления корпоративной защиты при проверке пропускного режима на КПП-1 Вынгаяхинского месторождения был осмотрен автомобиль ..., регистрационный номер №, принадлежащий и находящийся на заказе ООО «Трансгаз», под управлением водителя ФИО1, в ходе проверки, в грузовом отсеке указанного автомобиля, обнаружена запечатанная заводской крышкой бутылка водки «...» (объемом ... л.). 

С данным актом ответчик был ознакомлен, факт провоза алкогольной продукции оспаривал, по данному факту было дано ответчиком объяснение на имя генерального директора Филиала «Газпромнефть-Муравленко» АО «Газпромнефть-Ноябрьскнефтегаз».

Согласно объяснению ответчика от 15.08.2017 года, ФИО1 указывал, что машина им была забрана с ремонта в п.Ханымей, как оказалась там бутылка водки в багажнике ему неизвестно.

Указанные доводы ответчиком приводились и в судебном заседании.

Согласно предоставленной суду переписки, следует, что между АО «Газпромнефть-Ноябрьскнефтегаз» и ООО «Трансгаз» 27 декабря 2016 года заключено соглашение по организации производства работ и проезда транспортных средств на объектах АО «Газпромнефть-Ноябрьскнефтегаз».

25 июля 2017 в адрес ООО «Трансгаз» поступила претензия от АО «Газпромнефть - ННГ» № о взыскании штрафных санкций в размере 100 000 рублей, за допущенное работником ООО «Трансгаз» - ФИО1 нарушение, а именно нахождение его в состоянии алкогольного опьянения 12 июля 2017 года на Вынгапуровском месторождении.

17 августа 2017 года указанный штраф был оплачен работодателем ООО «Трансгаз» перед АО «Газпромнефть-ННГ» в размере 100 000 рублей, что следует из платежного поручения №.

Исходя из переписки, предоставленной суду, следует, что между филиалом «Газпромнефть-Муравленко» АО «Газпромнефть-Ноябрьскнефтегаз» и ООО «Трансгаз» заключен договор № от 26.12.2017 года, по условиям которого запрещается провозить (проносить) на территорию Объектов и месторождений алкогольные, спиртосодержащие напитки (продукцию), наркотические средства и психотропные вещества.

Самого договора суду не предоставлено с приложениями.

В письме АО «Газпромнефть-ННГ» от 25.08.2017 года указывает, что в п.№ приложения № к договору № от 16.08.2016 года Перечня нарушений и штрафных санкций за нарушение в области промышленной, пожарной, экологической безопасности и охраны труда, а именно за пронос/провоз (включая попытку совершения указанного действия), хранение веществ, взрывчатых, алкогольное, наркотическое, токсическое или иное опьянение определен размер ущерба в сумме 200000 рублей, но не более суммы договора.

25 августа 2017 в адрес ООО «Трансгаз» поступила претензия от филиала «Газпромнефть-Муравленко» ОАО «Газпромнефть - ННГ» № о взыскании штрафных санкций в размере 200 000 рублей, за допущенное ФИО1 нарушение, а именно обнаружения факта провоза 15 августа 2017 года работником ООО «Трансгаз» ФИО1 спиртных напитков на территорию Вынгояхинского месторождения.

Факт обнаружения спиртосодержащей жидкости отражен в Акте № от 15.08.2018 года, где зафиксировано, что при проверки на КПП-1 Вынгояхинского месторождения автотранспорта ... госномер № в багажном (грузовом) отсека обнаружена бутылка водки объемом ... литра (...). ФИО1 пояснил, что бутылка водки ему не принадлежит.

Такие же пояснения давал ответчик ФИО1 15 августа 2018 года на имя генерального директора филиала «Газпромнефть-Муравленко» АО «Газпромнефть-Ноябрьскнефтегаз».

Путевой лист на данный автомобиль выдан с 11 августа по 31 августа 2017 года на водителя ФИО1. 

28 декабря 2017 года указанный штраф был оплачен работодателем ООО «Трансгаз» перед АО «Газпромнефть-ННГ» в размере 200 000 рублей, что следует из платежного поручения №.

11 октября 2017 года ФИО1 был уволен по инициативе работника по п.3 ч.1 ст.77 Трудового кодекса Российской Федерации. 

Согласно ст.232 Трудового кодекса Российской Федерации сторона трудового договора (работодатель или работник), причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

Расторжение трудового договора после причинения ущерба не влечет за собой освобождения стороны этого договора от материальной ответственности, предусмотренной настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

В силу ст.233 Трудового кодекса Российской Федерации материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба.

При определении суммы, подлежащей взысканию, следует учитывать, что в силу статьи 238 ТК РФ работник обязан возместить лишь прямой действительный ущерб, причиненный работодателю, под которым понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе находящегося у работодателя имущества третьих лиц, если он несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение или восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам, (п.15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16.11.2006 N 52 (ред. от 28.09.2010) "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю"). 

Под ущербом, причиненным работником третьим лицам, следует понимать все суммы, которые выплачены работодателем третьим лицам в счет возмещения ущерба. При этом необходимо иметь в виду, что работник может нести ответственность лишь в пределах этих сумм и при условии наличия причинно-следственной связи между виновными действиями (бездействием) работника и причинением ущерба третьим лицам.

Как указано выше штрафные санкции за провоз алкогольной продукции на месторождения предусмотрены договором между работодателем ответчика ООО «Трансгаз» и заказчиком филиала «Газпромнефть-Муравленко» ОАО «Газпромнефть - ННГ», а также нахождение в состоянии алкогольного опьянения предусмотрены соглашением по организации производства работ и проезда транспортных средств на объектах АО «Газпромнефть-Ноябрьскнефтегаз».

Работник ФИО1 к данным договорам и соглашения не имеет никакого отношения. С ответчиком никакого договора о полной материальной ответственности не подписано. Доказательств того, что работодатель ознакомил ответчика с Правилами внутреннего трудового распорядка ООО «Трансгаз» не предоставлено. Кроме того, данные Правила не предусматривают взыскания штрафных санкций к работникам за провоз на месторождения алкогольной продукции нахождения в состоянии алкогольного опьянения на месторождении. А тем более не устанавливают размеры штрафов.

Не предусматривает взыскания штрафных санкций с работника и трудовой договор, заключенный с ответчиком.

Законодателем предусмотрен исчерпывающий печень случаев полной материальной ответственности работка, согласно ст.243 Трудового кодекса Российской Федерации. Основание, по которому истец просит взыскать с ответчика материальный ущерб, не относится к данным случаям.

Кроме того, должность ответчика не относится должности материально ответственного лица в силу закона.

Суд обращает внимание и на то, что в силу ст.247 Трудового кодекса Российской Федерации до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов.

Истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт.

Работник и (или) его представитель имеют право знакомиться со всеми материалами проверки и обжаловать их в порядке, установленном настоящим Кодексом.

Работодателем не предоставлено доказательств проведения такой проверки, истребования объяснений от своего работника.

Работодатель согласился с претензиями, которые были направлены заказчиком и оплатил штрафные санкции, предусмотренные договорными обязательствами.

Ссылка истца на составленное письменное обязательство между истцом и ответчиком, по которому работник обязался возместить ущерб в добровольном порядке, не имеет юридической силы, поскольку в данном случае работник слабая сторона по отношению к работодателю и находиться в прямой зависимости. 

Согласно разъяснениям, данным в пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 г. № «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю» при определении суммы, подлежащей взысканию, судам следует учитывать, что в силу статьи 238 Трудового кодекса РФ работник обязан возместить лишь прямой действительный ущерб, причиненный работодателю. Под ущербом, причиненным работником третьим лицам, следует понимать все суммы, которые выплачены работодателем третьим лицам в счет возмещения ущерба. При этом необходимо иметь в виду, что работник может нести ответственность в пределах этих сумм и при условии наличия причинно-следственной связи между виновными действиями (бездействием) работника и причинением ущерба третьим лицам.

Таким образом, материальная ответственность применяется к работнику при наличии одновременно четырех условий: прямого действительного ущерба; противоправности поведения работника; вины работника в причинении ущерба; причинной связи между противоправным поведением работника (действиями или бездействием) и наступившим ущербом.

С учетом приведенных норм материального права и разъяснений высшей судебной инстанции, уплаченный ООО «Трансгаз» в рамках договора, заключенного с АО «Газпромнефть-Ноябрьскнефтегаз» штраф за провоз алкогольсодержащей продукции на объект АО «Газпромнефть-Ноябрьскнефтегаз» в силу статьи 330 Гражданского кодекса РФ является неустойкой, а не прямым действительным ущербом, понятие которого содержится в статье 238 Трудового кодекса РФ и расширительному толкованию не подлежит.

При этом правовые последствия за выплату предусмотренной договором меры ответственности не могут быть возложены на работника в соответствии со ст. 238 Трудового кодекса РФ.

Поскольку исковые требования не подлежат удовлетворению, то оснований для взыскания с ответчика судебных расходов, в силу ст. 98 ГПК РФ понесённых истцом при подаче иска в суд не имеется.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении искового заявления Общества с ограниченной ответственностью «Трансгаз» к ФИО1 о возмещении убытков в размере 290628,97 рублей, судебных расходов 6106,30 рублей отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня принятии решения в окончательной форме в окружной суд Ямало-Ненецкого автономного округа через Ноябрьский городской суд.

Председательствующий ...

...

...

... 

... 

... 

... 

...