Дело № 2-447/2024

74RS0028-01-2023-005872-19

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

30.01.2024 года город Копейск

Копейский городской суд Челябинской области в составе:

Председательствующего : Ботовой М.В.,

При секретаре: Семеновой Н.А.,

рассмотрев гражданское дело по иску Челябинского транспортного прокурора, действующего в интересах ФИО1 к ОАО «Российские железные дороги» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного производственной травмой, 

УСТАНОВИЛ:

Челябинский транспортный прокурор, действующий в интересах ФИО1 обратился в суд с иском к ОАО «Российские железные дороги» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного производственной травмой, где в обоснование указано, что Челябинской транспортной прокуратурой в ноябре 2023 года проведена проверка по обращению ФИО1 по вопросу возмещения морального вреда. Установлено, что ФИО1 с 17.06.1994 года трудоустроен в Путевую машинную станцию №42.В соответствии со ст.212 ТК РФ обеспечение безопасности труда- обязанность работодателя. Ссылаются на то, что ФИО1 получил производственную травму при разгрузке автомобиля- самосвал МАРКА. Согласно комиссионному акту №1 о несчастном случае на производстве от 12.03.1998, травма, полученная ФИО1 14.01.1998 года, признана производственной. На основании медицинского заключения ФИО1 получил ТРАВМА. Согласно заключению Копейского бюро МСЭ от 24.09.2001 ФИО1 определена третья группа инвалидности с причиной трудовое увечье и утрата профессиональной трудоспособности. Согласно справки от 24.05.2011 с 01.06.2011 ФИО1 установлена вторая группа инвалидности, причина общее заболевание. Указывает, что ФИО1 на протяжении многих лет он испытывает ухудшение состояния здоровья, в связи с полученной травмой в 1998 году. С каждым годом его здоровье ухудшается, живет на лекарствах, кроме того, испытывает сильную душевную боль от действий работодателя, который проигнорировал его травмирование. Он неоднократно обращался за возмещением вреда к своему непосредственному начальнику, просил предоставить путевку на лечение в профилакторий, однако, ему было отказано. Просит взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда, причиненного производственной травмой в размере 500000 рублей.

В судебном заседании представитель транспортной прокуратуры Беляев В.Г. доводы иска поддержал, с возражениями ответчика не согласился, так как в акте о несчастном случае на производстве грубой неосторожности в действиях ФИО1 не установлено, полагает сумму соразмерной и разумной, так как ФИО1 установлено 40 % утраты трудоспособности вследствие травмы, 3 группа инвалидности, он испытывает постоянные боли, работодателем мер по заглаживанию вреда не было предпринято, напротив факт несчастного случая попытались скрыть. Ссылается на нормы законодательства и указывает, что ОАО «РЖД» является правопреемником работодателя ПМС№42, вследствие чего обязано возместить причиненный вред здоровью.

В судебном заседании истец ФИО1 пояснил, что с ним произошла травма на производстве, задание он выполнял по распоряжению мастера, акт был составлен только через 16 дней. Он обратился в больницу самостоятельно, так как плохо себя почувствовал. Вследствие травмы у него отсутствовало 2 зуба, болели поясница, грудь, крестец, за период с 2001 по 2008 год 6 раз лежал в реанимации с сотрясением мозга, так как терял сознание. На МСЭ установлено 40 % утраты трудоспособности и третья группа инвалидности, после увольнения установили 2 группу инвалидности. Рекомендовали массаж и лечение. До настоящего времени испытывает боли в спине, крестце, головные боли, шум в ушах. Просит иск удовлетворить.

Представитель ответчика ФИО2 в судебном заседании поддержала письменные возражения, дополнив их тем. что в действиях ФИО1 имела место грубая неосторожность, из акта следует об его частичной вине. Полагает, что истцом не представлены доказательства иных повреждений, полученных вследствие травмы, ссылается на установление инвалидности вследствие общего заболевания, а также полагает, что сумма требуемой компенсации морального вреда является завышенной, подлежащей снижению. Кроме того, полагает, что между работодателем ПМС№42 и ОАО «РЖД» отсутствует универсальное правопреемство, ссылается на имеющуюся судебную практику. Просит в иске отказать.

Выслушав стороны, изучив материалы дела, суд пришел к следующему выводу.

Исходя из положений ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации, обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагается на работодателя.

В соответствии со ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации. 

В соответствии со ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В пункте 46,47 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 О практике применения судами норм о компенсации морального вреда, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, компенсируется в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора, а в случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (статья 237 ТК РФ).

При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе, если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем.

Суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.

Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае.

В соответствии с ч. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. 

В соответствии со ст.ст. 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации при определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя, степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред. 

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред. При определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Как указано в разъяснениях, содержащихся в пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10 от 20 декабря 1994 года «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда », размер компенсации зависит от характера и объема, причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 1 от 26 января 2010 года «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ).

При этом суду следует иметь ввиду, что, поскольку потерпевший, в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Кроме того, разъяснения по вопросу применения норм, регулирующих правоотношения, возникшие в связи с необходимостью взыскания компенсации морального вреда, содержатся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" (далее - постановление Пленума).

Так, согласно пункту 14 указанного постановления Пленума под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Исходя из выше приведенного нормативного правового регулирования, работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья, исходя из положений трудового законодательства, предусматривающих обязанности работодателя обеспечить работнику безопасные условия труда и возместить причиненный по вине работодателя вред, в том числе моральный, а также норм гражданского законодательства о праве на компенсацию морального вреда, работник имеет право на возмещение работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного в результате повреждения здоровья работника.

В материалах дела имеется Устав ОАО «Российские железные дороги», где указано, что общество является юридическим лицом, учредителем общества Российская Федерация. Главными задачами деятельности являются обеспечение потребностей государства, юридических и физических лиц в железнодорожных перевозках, работах, услугах, осуществляемых обществом, а также извлечение прибыли.

В материалах дела имеется Положение о центральной дирекции по ремонту пути-филиале открытого акционерного общества «Российские железные дороги», где указано, что Центральная дирекция не является юридическим лицом и осуществляет деятельность от имени ОАО «РЖД». Ответственность по обязательствам Центральной дирекции несет ОАО «РЖД», 

Согласно Положения о Южно-Уральской дирекции по ремонту пути –структурном подразделении Центральной дирекции по ремонту пути-филиала открытого акционерного общества «Российские железные дороги», основной задачей является организация всех видов ремонта и реконструкции железнодорожного пути, сооружений, земляного полотна в объемах, необходимых для безопасного пропуска поездов с установленными скоростями.

Согласно Положения о путевой машинной станции №42 Южно-Уральской дирекции по ремонту пути- структурном подразделении центральной дирекции по ремонту пути-филиала открытого акционерного общества «Российские железные дороги», основной задачей является выполнение всех видов ремонта и реконструкции (модернизации) железнодорожного пути, работ по укладке верхнего строения пути машинизированными комплексами в установленных объемах с высоким качеством на основе внедрения прогрессивных технических средств и технологий.

Судом установлено, что стороны состояли в трудовых правоотношениях, что следует из трудовой книжки истца от 06.01.1968 года, где указано о периодах работы с 09.09.1993 по 07.06.1994 в Путевой машинной станции ЮУЖД каменщиком, с 17.06.1994 по 31.12.1996 каменщиком в Путевой машинной станции -41, с 01.01.1997 по 15.12.2008 в Путевой машинной станции №42 ЮУЖД №1 каменщиком, монтером пути, швейцаром, подсобным рабочим.

В материалах дела имеется акт №1 о несчастном случае на производстве от 13.03.1998 года, где указано, что 14.01.1998 года в 15 часов на Путевой машинной станции №42 с ФИО1 произошел несчастный случай.

Так, по заданию мастера строительного цеха П.Е.В. каменщик ФИО1 должен был после обеденного перерыва заниматься бетонированием полов в автогараже механического цеха ПМС -42 ст.Чурилово. По приезду автомашины самосвал МАРКА с раствором для кладки кирпича во вновь строящемся доме ФИО1 по собственной инициативе приступил к выгрузке раствора для того, чтобы доехать на этой машине до механического цеха. Для выгрузки раствора Г.Б.Г. поднялся в кузов автомашины и стал выгружать обычной совковой лопатой, вместо того, чтобы зачищать поднятый кузов самосвала лопатой с удлиненной ручкой с земли. В результате чего поскользнулся, упал с машины в «мульду» с раствором и получил ушиб лица и грудной клетки.

Причины несчастного случая указаны отсутствие контроля за трудовой, технологической дисциплиной в цехе со стороны мастера П.Е.В., ослабление спроса с подчиненных за соблюдением трудовой и технологической дисциплины со стороны прораба В.Г.П., нарушение пункта 2.1.ГОСТ 12.3.009-76 со стороны каменщика ФИО1, выразившееся в том, что он производил зачистку раствора с поднятого кузова самосвала, а не с земли лопатой с удлиненной ручкой, то есть не применил приспособление отвечающее требованиям безопасности.

В медицинском заключении о диагнозе повреждения здоровья указано на ушиб грудной клетки, перелом 2 ребра, сотрясение головного мозга.

Лица, допустившие нарушение государственных требований нормативных актов по охране труда : П.Е.В. не осуществлял контроль за трудовой и технологической дисциплиной в цехе, прораб В.Г.П. ослабил спрос с подчиненных за соблюдением трудовой и технологической дисциплины, каменщик ФИО1 нарушил пункт 2.1.ГОСТ 12.3.009-76 производил зачистку раствора с поднятого кузова самосвала совковой лопатой с кузова, а не с земли лопатой с удлиненной ручкой.

В материалах дела имеется протокол оперативного совещания по травматическому случаю с каменщиком ФИО1, произошедшему 14.01.1998 года на участке строительства жилого дома. В указанном протоколе описаны обстоятельства произошедшего несчастного случая на производстве. Указано, что водитель самосвала ФИО3 оказал ФИО1 первую помощь, направил его в комнату отдыха стройцеха и проинформировал бригадира Б.Н.М. и мастера строительного цеха П.Е.В. Отдохнув до конца дня ФИО1 продолжал работать до 17.01.1998 года, а 17.01.1998 почувствовав себя плохо обратился в амбулаторию ст.Челябинск- Южный, где получил направление в дорожную больницу. Находился на лечении с 19.01.1998 по 23.02.1998.Шифр на больничном листке стоял 29-бытовая травма, в объяснении для оплаты больничного листка ФИО1 написал, что получил травму 14.01. 1998 в 18 часов вечера, когда дома ходил за водой на колонку. Прораб В.Г.П. о случившемся не сообщил руководству ПМС, поэтому факту случая травмирования каменщика ФИО1 на производстве своевременно не был расследован. Оперативное совещание постановило признать травматический случай с ФИО1 связанным с производством, основной причиной отсутствие контроля за трудовой и технологической дисциплиной в цехе со стороны мастера П.Е.В., ослабление спроса с подчиненных за соблюдением трудовой и технологической дисциплины со стороны прораба В.Г.П., нарушение п.2.1. ГОСТ 12.3.000-76 со стороны каменщика ФИО1. В пункте 5 указано, что расходы на приобретение лекарств каменщику ФИО1 возместить за счет виновного прораба В.Г.П. по предъявлению рецептов лечащих врачей Н. и Ш. и чеков об их оплате, расходы на проезд в поликлинику оплатить по предъявлении ФИО1 справки от лечащего врача о посещении поликлиники.

В материалах дела имеется заявление об увольнении с работы в связи с уходом на пенсию от 01.11.2008 года от имени ФИО1 в адрес работодателя, приказ НОМЕР от 15.12.2008 года о расторжении трудового договора с ФИО1, в связи с выходом на пенсию, копия паспорта на имя ФИО1, акт о несчастном случае на производстве №1 от 13.03.1998 года.

Таким образом, представленные в материалы дела доказательства, подтверждают, что работодателем ФИО1 при выполнении им трудовых обязанностей не было должным образом обеспечено безопасное проведение работ, в связи, с чем по вине работодателя работнику причинен моральный вред, в результате повреждения здоровья.

Доводы представителя ответчика о том, что причиной травмирования ФИО1 явилась его грубая неосторожность и нарушение правил личной безопасности, суд находит не состоятельными, поскольку сам акт не содержит таких сведений, нарушение ФИО1 пункта 2.1 ГОСТ 12.3.009-76 не указано в качестве основной и единственной причины несчастного случая.

Доводы представителя ответчика о том, что они не являются надлежащими ответчиками, в силу того, что ОАО «РЖД» зарегистрировано в качестве юридического лица 23.09.2003 года, создано как новое юридическое лицо, а не путем реорганизации организаций федерального железнодорожного транспорта, суд находит несостоятельными.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 18 сентября 2003 года N 585 "О создании открытого акционерного общества "Российские железные дороги" в соответствии со статьей 4 Федерального закона от 27 февраля 2003 года N 29-ФЗ "Об особенностях управления и распоряжения имуществом железнодорожного транспорта" в процессе приватизации имущества федерального железнодорожного транспорта, создан единый хозяйствующий субъект путем изъятия имущества у организаций федерального железнодорожного транспорта и внесения его в уставной капитал единого хозяйствующего субъекта - ОАО "РЖД".

В силу пункта 6 статьи 4 названного Федерального закона права и обязанности по обязательствам организаций федерального железнодорожного транспорта, имущество которых вносилось в уставный капитал единого хозяйствующего субъекта, в отношении их кредиторов и должников передано единому хозяйствующему субъекту на основе сводного передаточного акта в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Во исполнение положений данного Закона распоряжением Министерства имущественных отношений Российской Федерации, Федеральной энергетической комиссии Российской Федерации и Министерства путей сообщения Российской Федерации от 30 сентября 2003 года N 4557-р/6-р/884р, был утвержден и подписан Сводный передаточный акт на имущество и обязательства организаций федерального железнодорожного транспорта, передаваемые в качестве вклада в уставный капитал ОАО "РЖД".

Таким образом, ОАО "РЖД" создано в результате приватизации, к единому хозяйствующему субъекту ОАО "РЖД" перешло не только имущество железных дорог, но и имущественная обязанность, в связи с чем, ответственность по возмещению вреда, причиненного истцу, должна быть возложена на ОАО "РЖД".

При определении размера компенсации морального вреда, суд полагает необходимым учесть следующее.

Так, в материалах дела имеется выписка из акта освидетельствования во ВТЭК ФИО1 с установлением 24.09.2001 года ему 40% утраты трудоспособности, в связи с производственной травмой 14.01.1998 года, в срок до 24.09.2002 года. 

В материалах дела имеется ответ ФКУ «ГБ МСЭ по Челябинской области «Минтруда России от 27.12.2023 года №1379.7.6.74/2023 о том, что в отношении ФИО1 проводилось медицинское освидетельствование, он является инвалидом 3 группы «общее заболевание» с 2006 года, в 2010 году установлена 2 группа «общее заболевание», с 24.05.2011 бессрочно.

В материалах дела имеется выписной эпикриз на имя ФИО1, составленным ГБУЗ «Городская больница №1 г.Копейск», где указано, что он находился на лечении в стационаре с 21.06.2023 по 26.06.2023 ДИАГНОЗ, справка МСЭ от 24.05.2011 года об установлении ФИО1 второй группы инвалидности бессрочно, решение Копейского городского суда от 06.02.2008 года о назначении пенсии.

В материалах дела имеется ответ начальника Путевой машинной станции №42 в адрес старшего помощника транспортного прокурора от 09.11.2023 года, где отражено, что в соответствии с актом №1 формы Н-1 от 13.03.1998 года, 14.01.1998 года произошел несчастный случай на производстве Путевой машинной станции №42, ФИО1 будучи каменщиком при выполнении работы по зачистке кузова самосвала в нарушение пункта 2.1.ГОСТ 12.3.009-76 самостоятельно залез в самосвал и приступил к зачистке, в процессе которой поскользнулся и упал с машины. На основании медицинского заключения ФИО1 получил ТРАВМА. На основании лицевых карточек работнику ФИО1 установлен легкий труд по 01.12.2000 года с сохранением среднего заработка. С 01.12.2000 года установлен нормальный режим работы. ФИО1 проработал до 15.12.2008, на основании личного заявления от 01.11.2008 года трудовой договор расторгнут по инициативе работника, в связи с выходом на пенсию.

В ответ на запрос суда ГБУЗ «Городская больница №1г.Копейск» №1 от 03.01.2023 года сообщают, что медицинской документации на имя ФИО1 по травме в январе 1998 года не сохранилось, в связи с истечением сроков хранения, аналогичный ответ следует из поликлиники «РЖД Медицина».

Оценив представленные сторонами доказательства в совокупности, суд пришел к выводу об удовлетворении требований истца.

При определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика в пользу истца, суд учитывает его нетрудоспособный возраст, отсутствие у истца грубой неосторожности в действиях по причинению вреда, наличие вины работодателя в возникновении вреда, степень нравственных и физических страданий истца, физической боли, и переживаний за дальнейшую судьбу, наличие степени утраты трудоспособности в размере 40 %, инвалидности, а также с учетом того, что работодателем не принимались попытки загладить причиненный вред, с учетом степени разумности и справедливости, суд полагает, что с ответчика в пользу истца надлежит взыскать компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей. Оснований для снижения размера компенсации морального вреда, суд не усматривает, полагая сумму разумной и обоснованной, в полной мере компенсирующей истцу его физические и нравственные страдания.

Ссылки представителя ответчика на судебные постановления судов по конкретным делам, основанием для отказа в иске служить не могут, поскольку в силу положений статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации преюдициального значения для рассмотрения настоящего дела не имеют, приняты по итогам рассмотрения конкретного дела с учетом фактических обстоятельств.

В силу ст.103 ГПК РФ с ответчика в доход местного бюджета надлежит взыскать государственную пошлину в размере 300 рублей.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд-

РЕШИЛ:

Взыскать с ОАО «Российские железные дороги» в пользу ФИО1, ДАТА года рождения компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей. 

Взыскать с ОАО «Российские железные дороги» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение суда может быть обжаловано сторонами в Челябинский областной суд через Копейский городской суд Челябинской области в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме.

Председательствующий : Ботова М.В.