Судья: Круглов В.Н. Дело № 22-611/25

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Саранск 10 июля 2025 года

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Республики Мордовия в составе:

председательствующего судьи Петелиной Л.Г.,

при секретаре Филимоновой Е.С.,

с участием прокурора Аверкина А.Г., 

осужденного ФИО2, адвоката Барановой К.Э.

рассмотрела в судебном заседании апелляционную жалобу адвоката Барановой К.Э. в интересах осужденного ФИО2, возражения на нее на приговор Краснослободского районного суда Республики Мордовия от 20 мая 2025 года в отношении ФИО2.

Заслушав доклад председательствующего, осужденного ФИО2, адвоката Баранову К.Э. в защиту его интересов, поддержавших доводы апелляционной жалобы, прокурора Аверкина А.Г. об оставлении приговора без изменения, судебная коллегия 

установила:

приговором Краснослободского районного суда Республики Мордовия от 20 мая 2025 года

ФИО1, 

<

дата> года рождения, уроженец 

<

адрес>, гражданин 

<

данные изъяты>, зарегистрирован 

<

адрес>, проживает 

<

адрес>, ранее не судим,

осужден по ч.1 ст.166 УК РФ к 1 году 6 месяцам ограничения свободы с установлением ограничений: не выезжать за пределы территории муниципального образования Ельниковского муниципального района Республики Мордовия; не изменять места жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, с возложением обязанности являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, один раз в месяц для регистрации. 

До вступления приговора в законную силу мера процессуального принуждения в виде обязательства о явке в отношении ФИО2 оставлена без изменения.

Гражданский иск АЛВ в части взыскания компенсации морального вреда удовлетворен частично, с ФИО2 взыскано в счет компенсации морального вреда 10 000 рублей. 

По делу разрешена судьба вещественных доказательств.

ФИО2 осужден за неправомерное завладение 2 октября 2024 года в г. Краснослободск Республики Мордовия автомобилем марки «ГАЗ-53» государственный регистрационный знак 

<

№>, принадлежащим АЛВ, без цели хищения (угон).

В судебном заседании ФИО2 свою вину не признал.

В апелляционной жалобе адвокат Баранова К.Э. считает приговор незаконным, необоснованным, подлежащим отмене. Полагает, что причастность ФИО2 к совершению преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 166 УК РФ, не нашла своего подтверждения. Отмечает, что умысла на угон транспортного средства у ФИО2 не было. ФИО2 неофициально осуществлял трудовую деятельность у ИП АИВ с 2016 года, выполнял различные поручения работодателя, с которым за время работы у него сложились доверительные отношения. 2 октября 2024 года ФИО2 попросил разрешение у АЕВ (брата ИП АИВ) воспользоваться автомобилем марки ГАЗ-53 помочь соседу, кому лично принадлежал автомобиль на праве собственности, он не знал. АЕВ дал разрешение при свидетелях – КПП и КНВ В обеденное время ФИО2 сообщил АИВ, что с разрешения АЕВ уезжает на ассенизаторской машине в с. Ельники. На территории СТО Камаз КПП проверил в машине масло, охлаждающую жидкость и аккумулятор, ни у кого из сотрудников не возникло даже подозрений, что ФИО2 совершает угон, потому что он как работник ИП АИЕ мог воспользоваться любым автотранспортом, а ключи от всех автомашин находятся в замках зажиганий. В процессе эксплуатации машины произошла деформация бочки, о чем ФИО2 сообщил своему работодателю, хотел приобрести бочку на денежные средства, которые ему задолжал АИЕ в качестве заработной платы с сентября по декабрь 2024 года. Отмечает, что в материалах дела отсутствует видеофиксация в период с 12 час. до 14 час. 2 октября 2024 года с камер на территории 

<

адрес>. ФИО2 характеризуется положительно, имеет хроническое заболевание – 

<

данные изъяты>, а также 

<

данные изъяты>. Считает, что во взыскании с него компенсации морального время в пользу потерпевшей должно быть отказано в связи с тем, что ФИО2 цели на неправомерное завладение транспортным средством не имел. Просит приговор отменить, вынести в отношении ФИО2 оправдательный приговор, отказать в компенсации морального вреда в полном объеме. 

В возражениях на апелляционную жалобу потерпевшая АЛВ и заместитель прокурора Краснослободского района Республики Мордовия Мелешкин А.И. приговор в отношении ФИО2 считают законным и справедливым, просят оставить его без изменения, апелляционную жалобу адвоката – без удовлетворения. 

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений на нее, выслушав участников процесса, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст.297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым. Он признается таковым, если постановлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона.

Постановленный по делу приговор в полной мере соответствует указанным требованиям.

Вина ФИО2 в совершении преступления при установленных судом обстоятельствах подтверждается исследованными судом доказательствами, в том числе: показаниями в судебном заседании:

- потерпевшей АЛВ, собственника автомобиля марки «ГАЗ-53» государственный регистрационный знак 

<

№>, пояснившей, что разрешения на управление автомобилем она ФИО2 не давала, на машине «ГАЗ-53» он не работал, ее управление ему она никогда не доверяла. От мужа, АИВ, узнала, что ФИО2 взял машину без разрешения, вернул с поврежденной бочкой. АЕВ и АИВ ей ничего не поясняли о том, что ФИО2 просил разрешения на транспортное средство; 

свидетелей:

- АИВ о том, что автомашиной «ГАЗ-53» управляют он и его брат АЕВ, ФИО2 работал у него в доме, на базе не работал, его работа в доме не была связана с управлением транспортными средствами. Ни он, ни АЕВ, ни АЛВ не давали разрешения ФИО2 на управление автомашиной «ГАЗ-53». Свидетель отрицал факт наличия какого-либо долга перед ФИО2; 

- АЕВ, пояснившего суду, что машина марки «ГАЗ-53» принадлежит АЛВ, а работает на данной машине он. 2 октября 2024 года ФИО2 действительно говорил, что необходимо съездить в с. Ельники откачать канализацию, но разрешение на это ни он, ни АИВ не давали, так как машине надо было ехать на далекое расстояние; 

- КПП в судебном заседании, согласно которым ФИО2 на грузовой машине не работал, 2 октября 2024 года попросил у АЕВ автомашину «ГАЗ-53», чтобы съездить в с. Ельники, но АЕВ отказал ему. Позже свидетель показал ФИО2, как пользоваться краном в машине и включать насос, и его же аналогичными показаниями на следствии, полностью им подтвержденными (т.1 л.д. 124-125);

- КНВ в судебном заседании, исходя из которых автомашиной «ГАЗ-53» пользуются АЕВ и АИВ, ФИО2 на данной машине не работал. 2 октября 2024 года он слышал, как ФИО2 просил у АЕВ разрешения взять автомашину «ГАЗ-53» для откачки канализации, на что получил отказ, так как машине далеко ехать, и его же показаниями на следствии (т. 1 л.д. 126-127); 

- МВС о том, что просил 2 октября 2024 года ФИО2 помочь откачать канализацию. ФИО2 приехал на автомашине марки «ГАЗ-53», в ходе работы деформировал бочку; 

- письменными материалами дела: протоколом осмотра места происшествия (т.1 л.д. 151-153); протоколами выемки от 15 марта 2025 года DVD-диска с видеозаписью за 2 октября 2024 года с территории «

<

адрес>» (т.1 л.д.135-138) и его осмотров от 15 марта 2025 года (т.1 л.д.154-157) и от 17 марта 2025 года с пояснениями участвующего в ходе просмотра видеозаписи ФИО2 что на файлах видеозаписи зафиксированы он и КПП, после того как он заправил автомашину марки «ГАЗ-53» (первый файл), а также его возвращение на территорию «

<

адрес>» на автомашине марки «ГАЗ-53» с помятой ассенизаторской бочкой (второй файл- т.1 л.д.166-168); другими приведенными в приговоре доказательствами.

Вышеприведенные доказательства получили надлежащую оценку по правилам ст. 88 УПК РФ, верно признаны относимыми, допустимыми, достоверными, а в своей совокупности – достаточными для установления вины ФИО2 в совершении преступления.

Действия ФИО2 по ч.1 ст. 166 УК РФ квалифицированы правильно. 

Суд в полной мере проверил доводы подсудимого о получении разрешения на использование транспортного средства от АЕВ, и, исследовав материалы уголовного дела, признал их несостоятельными, так как они опровергаются показаниями свидетелей АЛВ, АИВ, АЕВ, КПП, КНВ, которые являются последовательными, взаимодополняющими друг друга, свидетельствующими об отсутствии разрешения ФИО2 использовать транспортное средство. 

В соответствии с постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 09 декабря 2008 года N 25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения», под неправомерным завладением транспортным средством без цели хищения понимается завладение чужим автомобилем или другим транспортным средством (угон) и поездку на нем без намерения присвоить его целиком или по частям. Преступление окончено с момента начала движения на транспортном средстве либо перемещения транспортного средства с места, на котором оно находилось.

С учетом вышеприведенных доказательств и правопонимания института угона транспортного средства суждения стороны защиты об отсутствии у ФИО2 умысла на угон автомобиля, а также мнение подсудимого о том, что возвращение им автомашины по месту ее нахождения говорит о том, что он не хотел ее угонять, нельзя признать обоснованными.

Оценивая показания потерпевшей, свидетелей, суд первой инстанции верно исходил из того, что оснований для оговора подсудимого не установлено. Утверждения ФИО2 о даче свидетелями недостоверных показаний ввиду служебной зависимости от АИВ, являются его субъективным предположением и материалами дела не подтверждаются.

Тот факт, что с заявлением в правоохранительные органы потерпевшая обратилась спустя определенное время после события (23 января 2025 года) не свидетельствует о ложности обращения и ее оговоре ФИО2, так как уголовно-процессуальный закон не определяет конкретного промежутка времени, в течение которого гражданин может обратиться с заявлением о нарушении его имущественных либо иных прав.

Не свидетельствует о намерении потерпевшей разрешить ФИО2 пользоваться транспортным средством и то обстоятельство, что ФИО2 продолжал работать по прежнему месту работы. 

Сам по себе факт возможного наличия обязательства по выплате заработной платы не говорит о даче потерпевшей и свидетелями ФИО3 ложных показаний.

Оставление ключей от автомашин в замках зажигания нельзя признать своего рода разрешением на их использование. Свидетели показали, что ключи в замках зажигания оставлялись для своевременной транспортировки транспорта в случае чрезвычайных ситуаций (например, пожара), посторонние люди на территории не ходят, проводится фиксация на видеокамеру с передачей записи на телефон владельца.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, отсутствие видеозаписи с камер видеонаблюдения в полном объеме не влияет на вывод о доказанности виновности ФИО2 в совершении преступления, поскольку он подтверждается другими исследованными судом доказательствами, совокупность которых явилась достаточной для постановления обвинительного приговора. Кроме того, из представленного фрагмента видеозаписи усматривается достаточная доказательственная информация относительно того, что именно ФИО2 осуществлял движение на транспортном средстве.

С учетом изложенного, действия ФИО2 правильно квалифицированы по ч.1 ст. 166 УК РФ. Оснований для иной оценки его действий, в том числе для признания их самоуправными, а также для оправдания ФИО2, прекращения производства по делу суд первой инстанции верно не установил.

В соответствии с ч. 1 ст. 60 УК РФ лицу, признанному виновным в совершении преступления, назначается справедливое наказание в пределах, предусмотренных соответствующей статьей Особенной части УК РФ, и с учетом положений Общей части УК РФ.

Как видно из материалов дела, при назначении ФИО2 наказания требования закона судом не нарушены, поскольку учтены характер и степень общественной опасности совершенного преступления, все представленные сведения о личности осужденного, в том числе приведенные в апелляционной жалобе, влияние назначенного наказания на его исправление и условия жизни его семьи, смягчающие наказание обстоятельства – состояние здоровья, наличие на иждивении 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты>, положительная характеристика, также приняты во внимание данные о личности – 

<

данные изъяты>.

Обстоятельств, отягчающих наказание, суд первой инстанции обоснованно не установил.

Каких-либо иных, нежели приведены в приговоре, обстоятельств, подлежащих согласно закону обязательному учету в качестве смягчающих наказание, сведения о которых имеются в деле, но оставлены судом без внимания, по настоящему делу не имеется и сторонами суду апелляционной инстанции не представлено.

В приговоре приведены мотивы, по которым суд пришел к выводу о назначении ФИО2 наказания в виде ограничения свободы с установлением ограничений, невозможности достижения целей наказания назначением более мягкого вида наказания. Указанные аргументы сомнений не вызывают.

В приговоре в полном соответствии с требованиями п. 4 ст. 307 УПК РФ приведены мотивы решения остальных вопросов, относящихся к назначению осужденным наказания, в том числе отсутствие оснований для применения к осужденному положений ч. 6 ст. 15, ст.ст. 53.1, 64, 73 УК РФ, которые судебная коллегия признает убедительными. Никаких исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, поведением виновного во время или после совершения преступления и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, по делу не имеется.

Нарушений уголовного или уголовно-процессуального закона при разрешении дела, которые повлияли либо могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, судебной коллегией не установлено.

Вместе с тем суд первой инстанции неверно разрешил вопрос по заявленному потерпевшей АЛВ гражданскому иску о возмещении морального вреда.

Согласно п. 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ №23 от 13 октября 2020 года «О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу», исходя из положений ч. 1 ст. 44 УПК РФ, ст. ст. 151, 1099 ГК РФ, в их взаимосвязи, гражданский иск о компенсации морального вреда подлежит рассмотрению судом и в случаях, когда в результате преступления, посягающего на чужое имущество или другие материальные блага, вред причиняется также личным неимущественным правам либо принадлежащим потерпевшему нематериальным благам.

В соответствии с постановлением Пленума Верховного Суда РФ № 33 от 15 ноября 2022 года «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», в случаях, если действия (бездействие), направленные против имущественных прав гражданина, одновременно нарушают его личные неимущественные права или посягают на принадлежащие ему нематериальные блага, причиняя этим гражданину физические или нравственные страдания, компенсация морального вреда взыскивается на общих основаниях. Например, умышленная порча одним лицом имущества другого лица, представляющего для последнего особую неимущественную ценность (единственный экземпляр семейного фотоальбома, унаследованный предмет обихода и др.) (п.4). Гражданин, потерпевший от преступления против собственности, вправе предъявить требование о компенсации морального вреда, если ему причинены физические или нравственные страдания вследствие нарушения личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага (п.5). И только тогда факт причинения морального вреда потерпевшему от преступления, в том числе преступления против собственности, не нуждается в доказывании, если судом на основе исследования фактических обстоятельств дела установлено, что это преступление нарушает личные неимущественные права потерпевшего либо посягает на принадлежащие ему нематериальные блага (п.17).

Как следует из искового заявления (т.2 л.д.59), в нем потерпевшая приводит расчет причиненного ей материального ущерба. Что касается компенсации морального вреда, испрашиваемой в размере 70 000 руб., то АЛВ его причинение никоим образом не мотивирует.

В судебном заседании потерпевшая поддержала заявленные исковые требования в размере 200 000 руб., не конкретизировав, относится ли данная сумма к компенсации материального либо морального вреда. Затем сумму морального вреда определила 100 000 руб., а впоследствии вновь обозначила ее в размере 70 000 руб. Причинение ей морального вреда объяснила тем, что она «потратила нервы», время на поиски объявления, а также фактом простоя автомобиля, уплаты налога, то есть теми обстоятельствами, что не связаны с личными неимущественными правами, нарушенными в результате совершенного ФИО2 преступления. Однако негативное восприятие потерпевшей факта причинения ей имущественного вреда и ее переживания по данному поводу не предусмотрены законом в качестве основания компенсации морального вреда.

В приговоре суд первой инстанции исходил из того, что умаление права собственности фактически всегда посягает на достоинство личности и может при определенных обстоятельствах причинять потерпевшему нравственные страдания, и лишь указал, что потерпевшая претерпела нравственные страдания, но не дал оценки каким-либо фактам в их обоснование.

При таких обстоятельствах решение суда в этой части подлежит отмене, а гражданский иск в части требования о компенсации морального вреда надлежит оставить без удовлетворения.

Что касается принятого судом решения относительно заявленных истцом требований о возмещении материального ущерба, то суд первой инстанции верно данный вопрос передал для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства, так как истицей не приведены надлежащие доказательства относительно размера исковых требований.

Руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

постановила:

приговор Краснослободского районного суда Республики Мордовия от 20 мая 2025 года в отношении ФИО2 в части удовлетворения гражданского иска АЛВ о компенсации морального вреда и о взыскании с ФИО2 в пользу АЛВ в счет компенсации морального вреда 10 000 руб. отменить.

Гражданский иск АЛВ о взыскании с ФИО2 компенсации морального вреда, причиненного преступлением, оставить без удовлетворения.

В остальной части приговор суда оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката – без удовлетворения.

Кассационная жалоба (представление) может быть подана в Первый кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вынесения апелляционного постановления по правилам, установленным Главой 47.1 УПК РФ.

В случае пропуска данного срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба (представление) могут быть поданы непосредственно в суд кассационной инстанции.

Осужденный вправе заявить ходатайство о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий Л.Г. Петелина