Дело № 2-1332/2020

УИД: 18RS0003-01-2019-007234-49

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

28 июля 2020 года г. Ижевск

Октябрьский районный суд города Ижевска Удмуртской Республики в составе:

председательствующего судьи Городиловой Д.Д.,

при секретаре Мельникове М.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Открытого акционерного общества «Ликероводочный завод «Глазовский» к КЕМ, Межрегиональному общественному фонду имени КМТ о признании сделки недействительной,

у с т а н о в и л :

ОАО «Ликероводочный завод «Глазовский» (далее по тексту – истец) обратился в суд с исковыми требованиями КЕМ, Межрегиональному общественному фонду им. КМТ (далее по тексту – ответчики) о признании недействительным договора цессии от 

<

дата>, заключенного между КЕМ, КВМ и Межрегиональным общественным фондом им. КМТ. Свои требования мотивировали следующим. 

В декабре 

<

дата> года в адрес ОАО «Ликероводочный завод «Глазовский» от Межрегионального общественного фонда им. КМТ поступило уведомление об уступке права требования и претензия о необходимости уплаты Межрегиональному общественному фонду им. КМТ 2/3 доли суммы вознаграждения по договору 

<

номер> от 

<

дата>, заключенному между ОАО ЛВЗ «Глазовский» и КМТ и дополнительных соглашений к вышеуказанному договору 

<

номер> за период с 

<

дата> по 

<

дата> года. Требование мотивировано тем, что договором цессии от 

<

дата> КВМ (умер 

<

дата>, наследник по закону – КЛЯ) и КЕМ уступили Межрегиональному общественному фонду им. КМТ 2/3 доли требования вознаграждения по договору 

<

номер> от 

<

дата>, заключенному между ОАО ЛВЗ «Глазовский» и КМТ, и дополнительных соглашений к вышеуказанному договору 

<

номер> за период с 

<

дата> по 

<

дата> года.

Правоотношения между КМТ и ОАО ЛВЗ «Глазовский» возникли на основании договора 

<

номер> от 

<

дата>. Пунктами 9,10 договора 

<

номер> от 

<

дата> за действие по предоставлению согласия на использование имени предусмотрено встречное предоставление, а именно – уплата денежных средств, договор является возмездным, а значит, влечет возникновение взаимных обязательств для обеих сторон договора. В данном случае каждая из сторон являлась как должником, так и кредитором по соответствующему обязательству. По договору КМТ предоставил право на использование части своего имени, а именно фамилии в обозначениях «КМТ» и «К» (п.2 договора), следовательно, по данному обязательству он являлся должником, а ОАО ЛВЗ «Глазовский», соответственно, кредитором. По обязательству выплаты вознаграждения ОАО ЛВЗ «Глазовский» являлся так называемым должником, поскольку КМТ был вправе требовать этой уплаты на основании договора и, следовательно, являлся кредитором по данному обязательству.

В дальнейшем стороны заключили дополнительные соглашения к договору от 

<

дата>, а именно: дополнительное соглашение 

<

номер> от 

<

дата>; дополнительное соглашение 

<

номер> от 

<

дата>; дополнительное соглашение б/н от 

<

дата>. При этом дополнительное соглашение 

<

номер> от 

<

дата> о выплате вознаграждения за присвоение изделию имя «КМТ» в размере 25 руб. с 1 дала продукции, но не менее суммы, эквивалентной 60 000,00 евро в год, в том числе положенное в основу договора цессии от 

<

дата> со стороны ОАО ЛВЗ «Глазовский» не подписано.

Истец считает, правоотношения, сложившиеся в рамках договора 

<

номер> от 

<

дата>, заключенного между ОАО ЛВЗ «Глазовский» и КМТ, неразрывно связаны с личностью КМТ, предметом данного договора являлось возмездное предоставление великим конструктором права на использование его имени для индивидуализации товаров другой стороны договора – водочного изделия, выпускаемого ОАО ЛВЗ «Глазовский» (п.2 договора).

Предметом договора цессии от 

<

дата> является передача наследниками КМТ – КВМ и КЕМ Межрегиональному общественному фонду им. КМТ прав требования по денежному обязательству в части, а именно: части денежных требований в размере 2/3 от требований, основанных на договоре 

<

номер> от 

<

дата> между КМТ и ОАО ЛВЗ «Глазовский» и дополнительных соглашений к вышеуказанному договору №

<

номер>, в соответствии с п.10 которого ОАО ЛВЗ «Глазовский» ежеквартально обязан был выплачивать КМТ вознаграждение за присвоение изделию имени «КМТ» в размере 25 руб. с 1 дала продукции, но не менее суммы, эквивалентной 60 000,00 евро в год, за период с 

<

дата> по 

<

дата> года.

ОАО ЛВЗ «Глазовский» считает, что положенной в основу требования сделкой (договором цессии от 

<

дата>) переданы требования (права), уступка которых запрещена законом, в связи с чем, указанный договор цессии ничтожен.Кроме того, по мнению истца из совокупности фактических обстоятельств следует, что гражданским законодательством не установлен иной способ защиты прав истца на право собственности на имущество – денежные средства, требование которых возникает у цессионария на основании указанного договора цессии от 

<

дата>, кроме применения последствий недействительности ничтожной сделки – возврата каждой из сторон всего полученного по сделке. В результате возврата каждой из сторон всего полученного по сделке будет обеспечено право истца на собственность.

Свои требования ОАО «ЛВЗ «Глазовский» основывает на положениях ст.ст. 166, 168, 209, 383, 390, 452, 453 ГК РФ.

В судебном заседании представители истца ОАО «ЛВЗ «Глазовский» - ФИО1, ФИО2, действующие на основании доверенностей, исковое требование поддержали в полном объеме, просили его удовлетворить, подтвердили доводы и обстоятельства, изложенные в заявлении, указали, что постановлением Суда по интеллектуальным правам от 

<

дата> установлено, что обязательство истца по оплате вознаграждения за присвоение продукции завода имени КМТ возникли не из договора от 

<

дата>, по договору цессии переданы права, неразрывно связанные с личностью конструктора, что прямо противоречит действующему законодательству. Данные преюдициальные, по мнению истца, обстоятельства изложены на странице 15 постановления вышеуказанного суда, и подтверждают законность оснований предъявленного иска, а также свидетельствуют, что все обязательства по договорам, заключенным между Обществом и КМТ прекратились после смерти последнего, заменить кредитора его наследниками невозможно. Уведомление об уступке прав получено заводом через отделения почты 

<

дата>.

В судебном заседании представитель ответчика Межрегионального общественного фонда им. КМТ – Бондарев А.В., действующий на основании доверенности, исковые требования не признал, считает, что обязательства завода по договору от 

<

дата> не прекратились со смертью КМТ поскольку переданные права не связаны с его личностью, ОАО «ЛВЗ «Глазовский» выплачивает вознаграждение в пользу Фонда на основании дополнительного соглашения от 

<

дата> к договору от 

<

дата>, помимо прочего, исполнение подтверждается совершением конклюдентных действий со стороны обеих сторон. Данные доводы ответчика подтверждаются постановлением Суда по интеллектуальным правам от 

<

дата> (условие 

<

номер> утвержденного судом мирового соглашения).

В судебное заседание ответчик КЕМ не явилась, о дне, месте и времени рассмотрения дела извещалась надлежащим образом, о причинах неявки не сообщила.

В судебное заседание третьи лица КЛЯ, ВНМ не явились, о дне, месте и времени рассмотрения дела извещались надлежащим образом, направили в суд своих представителей.

В судебном заседании представитель третьего лица КЛЯ – ФИО3, действующий по доверенности, считает исковые требования не подлежат удовлетворению, поддержал доводы, изложенные в письменном отзыве на иск, указал, что правоотношения, возникшие из договора от 

<

дата>, не связаны с личностью КМТ, данные доводы подтверждаются решением Арбитражного суда УР от 

<

дата> и постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 

<

дата>. Право КМТ на получение вознаграждения после его смерти перешло к его наследникам в силу универсального правопреемства, а потому могут быть предметом договора цессии. Также просит учесть, что истец не является стороной сделки от 

<

дата>, не имеет права на ее оспаривание, права и интересы завода не затронуты и не нарушены, каких-либо дополнительных обязательств у ОАО «ЛВЗ «Глазовский» в результате договора цессии не возникли. Ходатайство о применении срока исковой давности представителем третьего лица отозвано.

В судебном заседании представитель третьего лица ВНМ – ФИО4 Н-оглы, действующий по доверенности, также считает, что исковые требования не подлежат удовлетворению, доводы истца не обоснованы, ОАО «ЛВЗ «Глазовский» лишь желает избежать исполнения своих обязательств по договору от 

<

дата>, заключенного с КМТ

В соответствии со ст.167 ГПК РФ дело судом рассмотрено при имеющейся явке.

Выслушав участников процесса, изучив материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.

<

дата> между ГУП ликероводочный завод «Глазовский» и КМТ заключен договор 

<

номер>, в соответствии с которым КМТ предоставляет ГУП ЛВЗ «Глазовский» исключительное право на присвоение новому водочному изделию имени «КМТ» и «К». В соответствии с п.9 данного договора за присвоение новому изделию имя «КМТ» ГУП ЛВЗ «Глазовский» выплачивает другой стороне вознаграждение 50 000 долларов США в год по 12 500 USD ежеквартально. В соответствии с п. 10 договора выплата вознаграждения производится в рублях по курсу ЦБ РФ на день оплаты. Согласно п.11 договора сумма вознаграждения может быть пересмотрена сторонами по истечении календарного года по заявлению одной из сторон. Все изменения оформляются дополнительным соглашением.

<

дата> между сторонами вышеуказанного договора было заключено дополнительное соглашение 

<

номер>, в соответствии с которым вносились изменения в п.9,10 и 11 договора. Пункт 10 после изменения звучал следующим образом – Сумма вознаграждения за присвоение водочному изделию имени «КМТ» исчисляется и выплачивается в рублях – государственной валюте Российской Федерации. Пункт 9 договора был изменен следующим образом – Сохранить размер денежного вознаграждения на уровне 1998 года. Денежное вознаграждение подлежит перечислению на р/счетный счет 

<

номер> в Октябрьском филиале Сбербанка 

<

номер> в сумме определенной сторонами- 300 000 руб. 00 коп. в год. Выплаты производятся ежеквартально, не позднее 30 числа месяца следующего за отчетным кварталом. Пункт 11 был изменен в следующей редакции – Размер денежного вознаграждения на каждый последующий квартал 

<

дата> г. согласовывается сторонами до 0 числа месяца следующего за отчетным кварталом. Все изменения оформляются дополнительным соглашением сторон.

<

дата> между сторонами заключено дополнительное соглашение 

<

номер>, которым внесены изменения в п.10 и 12.4 договора. Так, п.10 договора в новой редакции звучал следующим образом – Сумма вознаграждения за присвоение водочном изделию ГУП ЛВЗ «Глазовский» имени «КМТ», начисляемая в рублях (государственной валюте РФ), выплачивается в сумме 650 000 рублей 00 копеек в год. Выплата указанного вознаграждения производится с 

<

дата>, ежеквартально, но не позднее 30 числа месяца следующего за отчетным кварталом. После изменений внесенных в п.12.4 договор КМТ самостоятельно производит уплату налогов с суммы вознаграждения.

<

дата> между сторонами было заключено дополнительное соглашение без номера, которым в договор были внесены следующие изменения. Стороной договора вместо ГУП ЛВЗ «Глазовский» после реорганизации становится ОАО ЛВЗ «Глазовский». Пункт 10 после внесенных изменений звучал следующим образом: Сумма вознаграждения за присвоение водочному изделию ОАО ЛВЗ «Глазовский» имени «КМТ» начисляемая в рублях (государственной валюте Российской Федерации) выплачивается с 

<

дата> в сумме 1 000 000 руб. 00 коп., включая налоги, в год. Выплата указанного вознаграждения производится, начиная с 

<

дата> ежеквартально, равными долями по ? от общей суммы вознаграждения за год, но не позднее 30 числа месяца следующего за отчетным кварталом.

Дополнительное соглашение

<

номер> от 

<

дата>, имеющееся в деле, которым КМТ М.Т. предлагался пункт 10 в новой редакции, стороной ОАО «ЛВЗ «Глазовский» не подписано. 

<

дата> КМТ умер. 

<

дата> между КВМ, КЕМ и Межрегиональным общественным фондом им. КМТ заключен договор цессии, согласно которому Цеденты (КВМ. и КЕМ) уступают цессионарию (Межрегиональный общественный фонд им. КМТ) денежные требования к ОАО «Глазовский ЛВЗ» (далее - должник). Передаваемые требования являются частью денежных требований в размере 2/3 от требований, основанных на договоре 

<

номер> от 

<

дата> между КМТ и должником и дополнительных соглашений 

<

номер> в соответствии с пунктом 10 которого должник ежеквартально обязан был выплачивать КМТ вознаграждение за присвоение изделию имя «КМТ» в размере 25,00 руб. с 1 дала продукции, но не менее суммы, эквивалентной 60 000,00 евро в год. Уступаемые требования переданы безвозмездно на условиях дарения (п.3 Договора цессии).

В соответствии со свидетельством о праве на наследство 

<

номер> от 

<

дата> КВМ является наследником 

<

данные изъяты> доли имущества КМТ, умершего 

<

дата>.

КВМ умер 

<

дата>, его наследником является КЛЯ

В соответствии со свидетельством о праве на наследство 

<

номер> от 

<

дата> КЕМ является наследником 

<

данные изъяты> доли имущества КМТ, умершего 

<

дата>.

В соответствии с ч.1 ст.382 ГК РФ право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона. 

Согласно ч.1, ч.2 ст.388 ГК РФ уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону. Не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника.

В соответствии с ч.1 ст.166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно ч.3 ст.166 ГК РФ требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

В силу ч.2 ст.168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Как разъяснено в п. 78 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" применительно к статьям 166 и 168 ГК РФ под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды. 

Сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы, например, сделки о залоге или уступке требований, неразрывно связанных с личностью кредитора (пункт 1 статьи 336, статья 383 ГК РФ), сделки о страховании противоправных интересов (статья 928 ГК РФ). 

В силу ст.383 ГК РФ переход к другому лицу прав, неразрывно связанных с личностью кредитора, в частности требований об алиментах и о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, не допускается.

Кроме того, согласно пункта 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки" уступка права, совершенная в нарушение законодательного запрета, является ничтожной (пункт 2 статьи 168 ГК РФ, пункт 1 статьи 388 ГК РФ). Например, ничтожной является уступка прав бенефициара по независимой гарантии без одновременной уступки тому же лицу прав по основному обязательству (абзац второй пункта 1 статьи 372 ГК РФ). Статья 383 ГК РФ устанавливает запрет на уступку другому лицу прав (требований), если их исполнение предназначено лично для кредитора-гражданина либо иным образом неразрывно связано с его личностью. При этом следует принимать во внимание существо уступаемого права и цель ограничения перемены лиц в обязательстве. 

При оценке того, имеет ли личность кредитора в обязательстве существенное значение для должника, для целей применения пункта 2 статьи 388 ГК РФ необходимо исходить из существа обязательства (пункт 10).

Исходя из вышеуказанных положений закона, следует, что уступка другому лицу прав (требований), если их исполнение предназначено лично для кредитора-гражданина либо иным образом неразрывно связано с его личностью, прямо запрещено законом, т.е. установлен законодательный запрет на заключение таких сделок.

Между сторонами имеет место спор относительно характера переданного по договору цессии от 

<

дата> права на получение вознаграждения за присвоение продукции ОАО «ЛВЗ «Глазовский» имени «КМТ», возникшее из договора 

<

номер> от 

<

дата>, в частности, имеется ли неразрывная связь между данным правом и личностью КМТ. Разрешая данный спор, суд приходит к следующему.

Так, в соответствии с ч.1 ст.150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Согласно ч.4 ст.19 ГК РФ приобретение прав и обязанностей под именем другого лица не допускается.

Имя физического лица или его псевдоним могут быть использованы с согласия этого лица другими лицами в их творческой деятельности, предпринимательской или иной экономической деятельности способами, исключающими введение в заблуждение третьих лиц относительно тождества граждан, а также исключающими злоупотребление правом в других формах.

Предметом договора 

<

номер> от 

<

дата>, заключенного между ГУП ЛВЗ «Глазовский» (в настоящее время – ОАО) и КМТ, является предоставление последним в пользу завода исключительного права на присвоение новому водочному изделию имени «КМТ» и «К» за соответствующее вознаграждение, договор является возмездным. Таким образом, ОАО «ЛВЗ «Глазовский» было предоставлено право использования личного неимущественного права КМТ, а именно, право на имя. Очевидно, что использование указанного неимущественного права – имени знаменитого и уважаемого конструктора, исходя из характера предпринимательской деятельности завода, имело цель повысить рейтинг и доверие к продукции завода, увеличивая тем самым процент продаж и, соответственно, прибыли. В свою очередь, КМТ, согласно условиям договора, получал вознаграждение за использование заводом своего знаменитого имени. 

Оспариваемым договором цессии, заключенным 

<

дата> между КВМ, КЕМ и Межрегиональным общественным фондом им. КМТ, цедентом цессионарию передается возникшее в результате договора 

<

номер> от 

<

дата> право на получение вознаграждения за использование личного неимущественного права КМТ – его имени. 

Вопреки позиции ответчиков и третьих лиц, суд считает, что данное право неразрывно связано с личностью непосредственного носителя имени – М.Т.КМТ, а потому не могло быть предметом договора цессии. Сделка совершена в нарушение законодательного запрета, а потому является недействительной в силу своей ничтожности, исковые требования ОАО «ЛВЗ «Глазовский» являются обоснованным и подлежат удовлетворению.

Срок исковой давности стороной истца не пропущен. Так, в соответствии со сведениями почтового идентификатора, уведомление о состоявшейся по договору от 

<

дата> уступке, копия данного договора и претензия о выплате задолженности по вознаграждению, направлено в адрес завода 

<

дата>, 

<

дата> состоялась неудачная попытка вручения, факт вручения имел место быть 

<

дата> Настоящее исковое заявление направлено в адрес суда через отделение почты 

<

дата>, при этом 

<

дата> являлось выходным днем, трехлетний срок исковой давности не пропущен.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. Поскольку решение состоялось в пользу истца, с ответчиков в равных долях подлежат возмещению судебные расходы по уплате при подаче иска государственной пошлины в общем размере 6 000 руб. (т.е. по 3 000 руб. с каждого из ответчиков).

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 94-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования Открытого акционерного общества «Ликероводочный завод «Глазовский» к КЕМ, Межрегиональному общественному фонду имени КМТ о признании сделки недействительной удовлетворить.

Признать недействительным договор цессии от 

<

дата>, заключенный между КЕМ, КВМ и Межрегиональным общественным фондом имени КМТ.

Взыскать с КЕМ в пользу Открытого акционерного общества «Ликероводочный завод «Глазовский» судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 3 000 руб.

Взыскать с Межрегионального общественного фонда имени КМТ в пользу Открытого акционерного общества «Ликероводочный завод «Глазовский» судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 3 000 руб.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Удмуртской Республики в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме через Октябрьский районный суд г.Ижевска. 

Решение в окончательной форме изготовлено 04.08.2020 года.

Председательствующий судья: Д.Д.Городилова