РЕШЕНИЕ

 

Именем Российской Федерации

3 мая 2018 года г. Ханты-Мансийск 

Ханты - Мансийский районный суд Ханты-Мансийского автономного округа-Югры в составе: председательствующего судьи Костиной О.В.,

при секретаре Разноглядовой А.Г.,

с участием: истца ФИО1, представителя третьего лица ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-37/18 по иску ФИО1 к акционерному обществу «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» о признании договора обязательного пенсионного страхования недействительным, применении последствий недействительности сделки путем возложения обязанности по передаче средств пенсионных накоплений, прекращении обработки персональных данных, взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к АО «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» о признании договора обязательного пенсионного страхования недействительным, применении последствий недействительности сделки путем возложения обязанности по передаче средств пенсионных накоплений, прекращении обработки персональных данных, ссылаясь на то, что ДД.ММ.ГГГГ от имени ФИО1 с АО «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» заключен договор об обязательном пенсионном страховании N 047-230-235 24, который истец не подписывала, заявления о переводе денежных средств в указанный негосударственный пенсионный фонд не писала. Между тем, в 2014 году между истцом и АО «Ханты-Мансийский НПФ» был заключен договор об обязательном пенсионном страховании №. В марте 2017 г. истцу стало известно о прекращении договора в связи с переводом средств пенсионных накоплений из АО «Ханты-Мансийский НПФ» в АО НПФ «Будущее» в соответствии с новым договором, якобы заключенным между сторонами. Однако истцом никакие договоры с другими фондами не заключались, доверенность на заключение договора не выдавалось, заявление о переходе/досрочном переходе не подписывалось и в ПФР не подавалось, поручения удостоверяющему центру на выпуск электронной подписи не подавались. Однако в единый реестр застрахованных лиц ПФР были внесены изменения, в результате чего накопительная пенсия истца была переведена в АО НПФ «Будущее». Таким образом, договор об обязательном пенсионном страховании N 047-230-235 24 является недействительным. Кроме того, вышеуказанные нарушения прав истца при выборе субъекта размещения и обслуживания пенсионных накоплений стали возможны в результате незаконной обработки и хранения персональных данных со стороны ответчика. Просит суд признать договор об обязательном пенсионном страховании N № от ДД.ММ.ГГГГ недействительным, применить последствия недействительности сделки, обязав ответчика не позднее 30 дней со дня получения соответствующего решения суда передать в АО «Ханты-Мансийский ГПФ» средства пенсионных накоплений истца в размере, установленном п. 5.3 ст. 36.6 Федерального закона № 75-ФЗ от 07.05.1998 г., взыскать расходы по оплате государственной пошлины.

В ходе судебного разбирательства истцом заявлено дополнительное требование о взыскании компенсации морального вреда в размере 5 000 руб.

Представитель ответчика в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом. В соответствии со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть дело в его отсутствие. 

Истец в судебном заседании заявленные требования поддержала по доводам, изложенным в иске.

Представитель третьего лица считает, что имеются законные основания для удовлетворения требований ФИО1

В возражениях ответчик указывает на отсутствие доказательств, подтверждающих недействительность сделки, что свидетельствует о недобросовестности истца. Поскольку по заявлению истца о досрочном переходе пенсионным фондом были осуществлены установление личности и проверка подлинности подписи, основания для сомнений в подлинности подписи истца на заявлении о досрочном переходе отсутствуют. Кроме того, в 2017 году ФИО1 был заключен договор с АО «Ханты-Мансийский НПФ», а также подано заявление о досрочном переходе, в связи с чем ДД.ММ.ГГГГ в единый реестр внесены изменения, то есть договор с АО «НПФ «Будущее» прекратил своей действие.

Заслушав пояснения истца, представителя третьего лица, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к выводу о том, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с п. 1 ст. 420 Гражданского кодекса Российской Федерации договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

В силу п. 1 ст. 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Согласно ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В соответствии со п. 3 ст. 154 Гражданского кодекса Российской Федерации для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).

Согласно п. 1 ст. 160 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

В силу требований ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Правовые, экономические и социальные отношения, возникающие при создании государственных пенсионных фондов, осуществлении ими деятельности по государственному пенсионному обеспечению, в том числе по досрочному государственному пенсионному обеспечению, обязательному пенсионному страхованию, организации и ликвидации указанных фондов регулируются Федеральным законом от 07.05.98 г. N 75-ФЗ "О негосударственных пенсионных фондах".

В соответствии с ч. 1 ст. 2 Федерального закона от 07.05.98 г. N 75-ФЗ "О негосударственных пенсионных фондах" негосударственный пенсионный фонд - организация, исключительной деятельностью которой является негосударственное пенсионное обеспечение, в том числе досрочное негосударственное пенсионное обеспечение, и обязательное пенсионное страхование.

Согласно ст. 32 Федерального закона от 15.12.01 г. N 167-ФЗ "Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации" предусмотрено право застрахованного лица передать свои накопления, учтенные в специальной части индивидуального лицевого счета, в НПФ, а следовательно, и право выбора НПФ, с которым бы застрахованное лицо желало заключить договор обязательного пенсионного страхования.

Как установлено судом и следует из материалов дела, договор об обязательном страховании N № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между Фондом и ФИО1, согласие на обработку персональных данных, заверенные копия паспорта и СНИЛС поступили в АО «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» в 2016 году от финансового консультанта ФИО4, заключившего с фондом гражданско-правовой договор о сотрудничестве в области распространения пенсионных продуктов.

На основании уведомления Пенсионного фонда о внесении изменений в единый реестр застрахованных лиц от ДД.ММ.ГГГГ № и финансового реестра застрахованных лиц от ДД.ММ.ГГГГ Фонд осуществлял зачисление поступивших средств пенсионных накоплений на пенсионный счет ФИО1 

По данным ГУ – ОПФ РФ по ХМАО – Югре, в ДД.ММ.ГГГГ от имени ФИО1 было подано заявление о досрочном переводе средств пенсионных накоплений в АО «НПФ «Будущее». Указанное заявление поступило в Отделение ПФР по 

<

адрес> в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью (УКЭП). Удостоверяющим центром, выдавшим УКЭП, является ООО «Спецоператор».

На запрос суда ООО «Спецоператор» представлена копия сертификата ключа проверки электронной подписи, содержащая подпись владельца сертификата – ФИО1, которая визуально отличается от подписи ФИО1

В материалах дела имеется копия оспариваемого договора N № от ДД.ММ.ГГГГ, направленная истцу Управлением Службы по защите прав потребителей и обеспечению доступной финансовых услуг в Уральском федеральном округе.

На запрос суда о предоставлении оригинала договора, АО «НПФ «Будущее» представило заверенную нечитаемую копию документа.

Истец настаивает на том, что никакого заявления не подавал, договор обязательного пенсионного страхования с ответчиком не подписывал, намерений перевести средства пенсионных накоплений к ответчику не имел.

По ходатайству стороны истца по делу была назначена судебная почерковедческая экспертиза на предмет подлинности подписи истца в оспариваемом договоре, на ответчика возложена обязанность предоставить оригинал договора.

Оригинал договора N 047-230-235 24 ответчиком не был предоставлен, материалы, направленные на экспертизу, возвращены без исполнения в связи с отсутствием оригинала объекта исследования.

При назначении экспертизы сторонам в определении суда разъяснялись последствия уклонении стороны от участия в экспертизе, непредставлении экспертам материалов и документов для исследования и в иных случаях, если по обстоятельствам дела без участия этой стороны экспертизу провести невозможно.

Непредставление ответчиком оригинала договора суд расценивает как удержание доказательств и уклонение от экспертизы, в связи с чем, с учетом ч. 3 ст. 79 Гражданского процессуального кодекса оссийской Федерауии Российской Федерации, суд признает установленным то обстоятельство, что подпись в оспариваемом договоре выполнена не ФИО1

Представленные в материалы дела доказательства свидетельствуют о наличии порока воли со стороны истца, поскольку ФИО1 своего волеизъявления на переход из одного НПФ в другой НПФ не выражала.

В ходе судебного разбирательства ответчиком не представлено доказательств, опровергающих доводы истца по заявленным исковым требованиям. 

При указанных обстоятельствах, руководствуясь ст. ст. 154, 160, 161, 162, 167, 168, 420, 432 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федерального закона от дата N 75-ФЗ "О негосударственных пенсионных фондах", суд приходит к выводу об удовлетворении требований истца о признании договора об обязательном пенсионном страховании № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между истцом и ответчиком, недействительным.

Правовым последствием признания договора недействительным, в данном случае является передача ответчиком средств предыдущему страховщику – АО «Ханты-Мансийский НПФ» в соответствии с п. 5.3 ст. 36. 6 Федерального закона от 7 мая 1998 года № 75-ФЗ «О негосударственных пенсионных фондах», которым установлен порядок передачи средств в случае прекращения договора об обязательном пенсионном страховании в соответствии с абзацем седьмым пункта 2 статьи 36.5 настоящего Федерального закона, то есть признания судом договора об обязательном пенсионном страховании недействительным.

Поскольку законодательство не предусматривает компенсацию морального вреда в случае признания договора об обязательном пенсионном страховании недействительным, факт причинения истцу нравственных или физических страданий не подтвержден какими-либо доказательствами, а также, истцом не указано, в чем выражались нравственные или физические страдания, суд пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для взыскания с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда.

Также суд не усматривает оснований для возложения на ответчика обязанности прекратить обработку персональных данных истца, так как в судебном заседании установлено, что в настоящее время ответчик обработку персональных данных истца не осуществляет, так как страховщиком не является, на основании заявления ФИО1 о переходе и уведомления Пенсионного фонда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № в Единый реестра застрахованных лиц внесены изменения, пенсионные накопления переданы в АО «Ханты-Мансийский НПФ».

В соответствии со ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы на оплату государственной пошлины в размере 300 рублей.

Руководствуясь статьями 56, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к акционерному обществу «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» о признании договора обязательного пенсионного страхования недействительным, применении последствий недействительности сделки путем возложения обязанности по передаче средств пенсионных накоплений, прекращении обработки персональных данных, взыскании компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Признать договор обязательного пенсионного страхования № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между акционерным обществом «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» и ФИО1, недействительным.

Применить последствия недействительности сделки, обязав акционерное общество «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» передать в акционерное общество «Ханты-Мансийский негосударственный пенсионный фонд» средства пенсионных накоплений ФИО1 в размере и порядке, установленным п. 5.3 ст. 36. 6 Федерального закона от 7 мая 1998 года № 75-ФЗ «О негосударственных пенсионных фондах».

Взыскать с акционерного общества «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» в пользу ФИО1 расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 рублей.

В остальной части требований отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы, представления прокурора в суд Ханты-Мансийского автономного округа-Югры через Ханты-Мансийский районный суд.

Мотивированное решение суда составлено и подписано 8 мая 2018 года.

Судья Ханты-Мансийского

районного суда подпись судьи О.В. Костина

копия верна

Судья О.В. Костина