Дело № 2-1740/2018

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

«05» июля 2018 года г. Челябинск

Калининский районный суд г. Челябинска в составе:

председательствующего судьи Максимовой Н.А.,

при секретаре Мазуриной Е.Д., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Мемориал-Сервис № 1» об изменении формулировки причины увольнения, взыскании задолженности, компенсации за задержку выплаты при увольнении, компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратилась в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Мемориал-Сервис № 1» (далее по тексту ООО «Мемориал-Сервис № 1»), в котором с учетом уточнения просила изменить формулировку причины увольнения с увольнения по п.7 ч.1 ст.81 Трудового кодекса Российской Федерации (совершение виновных действий работником, непосредственно обслуживающим денежные или товарные ценности, если эти действия дают основание для утраты доверия к нему со стороны работодателя) на увольнение по ст.78 Трудового кодекса Российской Федерации (расторжение трудового договора по соглашению сторон трудового договора), взыскании задолженности по заработной плате в общей сумме 68 501 рубль 57 копеек, компенсации за задержку выплаты при увольнении в размере 599 рублей 39 копеек, компенсации морального вреда в размере 60 000 рублей, а также возмещении понесенных по делу судебных издержек в виде расходов на оплату услуг представителя в размере 15 000 рублей, а также расходов, понесенных в связи с удостоверением доверенности на представителя, в размере 1 500 рублей (л.д.4-5 том 1, л.д.50 том 2).

В обоснование заявленных требований истец указала, что состояла в трудовых отношениях с ООО «Мемориал-Сервис № 1», была принята на работу в службу эвакуации и захоронения в качестве приемщика заказов, впоследствии переведена на должность начальника службы эвакуации и захоронения. Приказом № от 12 февраля 2018 года трудовой договор расторгнут по инициативе работодателя на основании п.7 ч.1 ст.81 Трудового кодекса Российской Федерации, в связи с совершением виновных действий работником, непосредственно обслуживающим денежные или товарные ценности, если эти действия дают основание для утраты доверия к нему со стороны работодателя. С расторжением трудового договора по данному основанию истец не согласна, поскольку действий, дающих работодателю основания для утраты доверия к ней, не совершала. Кроме того, работодателем не в полном объеме была выплачена заработная плата за период с декабря 2017 года по день расторжения трудового договора, задолженность ответчика по заработной плате составила 68 501 рубль 57 копеек. За задержку выплаты заработной платы с ответчика также подлежат взысканию проценты в соответствии со ст.236 Трудового кодекса Российской Федерации. Действиями ответчика по несвоевременной выплате заработной платы истцу причинены нравственные страдания, которые она оценивает в 60 000 рублей. В связи с обращением в суд истец понесла расходы на оплату услуг представителя в размере 15 000 рублей и расходы по оформлению нотариальной доверенности в размере 1 500 рублей, которые подлежат возмещению ответчиком.

В судебном заседании истец ФИО1 и её представитель ФИО2, действующий на основании доверенности от (дата) (л.д.28 том 1), заявленные требования поддержали в объеме и по основаниям, указанным в иске, с учетом последующего уточнения.

Представитель ответчика ООО «Мемориал-Сервис № 1» ФИО3, действующий на основании доверенности от (дата) (л.д.168 том 1), против удовлетворения заявленных требований возражал, представил письменный отзыв на исковое заявление (л.д.164-167 том 1), ссылался на соблюдение установленного порядка привлечения к дисциплинарной ответственности, и наличие у работодателя оснований для утраты доверия к работнику. 

Суд, выслушав стороны, допросив свидетелей, исследовав письменные материалы дела, оценив и проанализировав их по правилам ст.67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, находит заявленные требования подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Как установлено судом, 01 августа 2016 года между ООО «Мемориал-Сервис № 1» и ФИО1 заключен трудовой договор № №, в соответствии с условиями которого последняя принята на работу в службу эвакуации и захоронения на должность приемщика заказов, и впоследствии, с 01 ноября 2016 года, переведена на должность начальника службы эвакуации и захоронения, при этом после перевода на нее было возложено исполнение обязанностей приемщика заказов в порядке совмещения должностей без освобождения от основных обязанностей, что подтверждается трудовым договором с последующими дополнительными соглашениями (л.д.33,35, 36 том 1), приказом о приеме работника на работу № от 01 августа 2016 года (л.д.37 том 1), приказом о переводе работника на другую работу № от 01 ноября 2016 года (л.д.38 том 1), приказом о совмещении должностей № от 01 ноября 2016 года (л.д.39 том 1), личной карточкой работника (л.д.41-42 том 1), заявлением работника о приеме на работу (л.д.43 том 1), 

В день заключения трудового договора, 01 августа 2016 года, с ФИО1 также был заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности (л.д.34 том 1).

В соответствии с должностной инструкцией приемщика заказов ООО «Мемориал-Сервис № 1» от 13 апреля 2016 года, с которой ФИО1 была ознакомлена при трудоустройстве, приемщик заказов, в том числе осуществляет прием заказов на оказание комплекса ритуальных услуг или отдельных его элементов для физических и юридических лиц; заключает на основании выданной ООО «Мемориал-Сервис № 1» доверенности договоры на организацию похорон с физическими лицами; оформляет счет-заказ на оказание ритуальных услуг; принимает наличные денежные средства, применяет контрольно-кассовую технику при осуществлении наличных расчетов и выдает документ, подтверждающий оплату (в случае реализации товара – кассовый чек, в случае оказания услуг – кассовый чек или бланк строгой отчетности); применяет при расчетах утвержденные в прейскуранте на оказание ритуальных услуг цены; полученные наличные денежные средства в конце рабочего дня сдает в кассу, соблюдает установленные лимиты (л.д.134-126 том 1).

В соответствии с должностной инструкцией начальника службы эвакуации и захоронения от 13 апреля 2016 года, с которой ФИО1 была ознакомлена 01 ноября 2016 года, начальник службы эвакуации и захоронения осуществляет контроль за работой службы эвакуации и захоронения по погребению умерших, в том числе неопознанных и отказных трупов из медицинских учреждений, а также умерших, имеющих установленные законодательством льготы; осуществляет контроль за своевременным приемом заказов и предоставлением комплекса ритуальных услуг или отдельных его элементов для физических и юридических лиц; осуществляет контроль за взаимодействием службы эвакуации и захоронения с гаражом в целях своевременного и качественного выполнения заказов на погребение тел; ведет учет по всем направлениям своей деятельности; осуществляет контроль за ведением документации по предоставлению ритуальных услуг; составляет графики и ведет табель учета рабочего времени сотрудников службы; разрабатывает должностные инструкции и проекты графиков отпусков на работников службы эвакуации и захоронения; предоставляет в установленные сроки отчеты и необходимые сведения по захоронению малоимущих, одиноких, неопознанных, отказных умерших (погибших) и умерших, имеющих установленные законодательством льготы, в органы социальной защиты населения; контролирует надлежащее оформление приемщиками заказов счетов-заказов и других бланков строгой отчетности на оказание услуг, правильность подсчета стоимости услуг строго в соответствии с прейскурантом цен, утвержденным на предприятии, правильность взимания денежных средств за оказание услуг и своевременную сдачу приемщиками заказов документов и денежных средств в бухгалтерию предприятия; консультирует граждан и юридических лиц о предоставляемых ритуальных услугах и их стоимости; рассматривает жалобы и принимает необходимые меры к устранению недостатков; обеспечивает своевременное заключение договоров на оказание ритуальных услуг с органами социальной защиты населения, пенсионными фондами, медицинскими учреждениями, домами-интернатами, другими учреждениями, предприятиями; контролирует соблюдение подчиненными работниками трудовой и производственной дисциплины, правила охраны труда, техники безопасности, производственной санитарии, противопожарной безопасности, использования средств индивидуальной защиты; контролирует работу бригад по захоронению; соблюдает правила внутреннего трудового распорядка, правила техники безопасности, противопожарной безопасности, охраны труда; своевременно и безукоризненно выполняет отдельные задания и поручения руководителя, включенные в настоящую должностную инструкцию, но вытекающие из профиля работы; бережно относится к имуществу ООО «Мемориал-Сервис № 1», обеспечивает сохранность вверенного ему имущества (л.д.133 том 1).

В период работы ФИО1 в ООО «Мемориал-Сервис № 1» в качестве начальника службы эвакуации и захоронения и приемщика заказов в порядке совмещения должностей, приказом директора № от 09 февраля 2018 года в целях расследования факта причинения ущерба начальником службы эвакуации и захоронения ФИО1, приемщиком заказов ФИО6, рабочим ритуальных услуг (по подготовке тела к погребению) Свидетель №1 назначена комиссия для проведения расследования причин и обстоятельств причинения ущерба в составе: председателя комиссии – главного бухгалтера ФИО4, членов комиссии – приемщика заказов Свидетель №2, юрисконсульта ФИО5, при этом комиссии предписано не позднее 16 февраля 2018 года провести расследование, составить протокол и предоставить его на рассмотрение руководителю (л.д.97 том 1).

В этот же день, 09 февраля 2018 года, комиссией в составе главного бухгалтера ФИО4, юрисконсульта ФИО5, приемщика заказов Свидетель №2 был составлен акт, из которого следует, что 09 февраля 2018 года в ООО «Мемориал-Сервис № 1» поступила информация от заказчиков о том, что на протяжении нескольких месяцев в структурном подразделении ООО «Мемориал-Сервис № 1», расположенном по адресу: (адрес), с заказчиков сотрудниками ООО «Мемориал-Сервис № 1», а именно начальником службы эвакуации и захоронения ФИО1, приемщиком заказов ФИО6 получены наличные денежные средства за оказание услуги «подготовка тела умершего к погребению (основная)», при этом как ФИО1, так и ФИО6 действовали от лица ООО «Мемориал-Сервис № 1», указанная услуга фактически оказывалась сотрудником ООО «Мемориал-Сервис № 1» - рабочим ритуальных услуг (по подготовке тела к погребению) Свидетель №1 в рабочее время, но документ, подтверждающий внесение денежных средств не оформлялся и, соответственно, не выдавался заказчику, денежные средства в кассу ООО «Мемориал-Сервис № 1» не поступали.

По информации, поступившей от заказчиков, за декабрь 2017 года – январь 2018 года без оформления договоров ФИО1 получены денежные средства в размере 3 825 рублей за одного умершего за оказание услуги «подготовка тела умершего к погребению (основная)» в отношении следующих умерших: ФИО40, ФИО41, ФИО43, ФИО44, ФИО45, ФИО46, ФИО47, ФИО48, Блок.

Из анализа заключенных договоров за декабрь 2017 года – январь 2018 года, и полученных документов следует, что денежные средства в размере 3 825 рублей за оказание услуги «подготовка тела умершего к погребению (основная)» были получены ФИО1 и ФИО6 при заключении следующих договоров на организацию похорон: договор от (дата), умерший ФИО7; договор от (дата), умерший ФИО8; договор от (дата), умершая ФИО9; договор от (дата), умершая ФИО10; договор от (дата), умерший ФИО11; договор от (дата), умершая ФИО12; договор от (дата), умерший ФИО13; договор от (дата), умершая ФИО14; договор от (дата), умерший ФИО15; договор от (дата), умершая ФИО16; договор от (дата), умерший ФИО17; договор от (дата), умерший ФИО18; договор от (дата), умерший ФИО19; договор от (дата), умершая ФИО20; договор от (дата), умерший ФИО21; договор от (дата), умершая ФИО22; договор от (дата), умершая ФИО23; договор от (дата), умерший ФИО24; договор от (дата), умершая ФИО25; договор от (дата), умерший ФИО26; договор от (дата), умерший ФИО27; договор от (дата), умершая ФИО28; договор от (дата), умерший ФИО29; договор от (дата), умершая ФИО30; договор от (дата), умершая ФИО31; договор от (дата), умерший ФИО32; договор от (дата), умерший ФИО33; договор от (дата), умершая ФИО34; договор от (дата), умершая ФИО35; договор от (дата), умерший ФИО36; договор от (дата), умершая ФИО37; договор от (дата), умерший ФИО38; договор от (дата), умершая ФИО39

В счет-заказ к договору на организацию похорон эта услуга не включалась.

В результате общая сумма документально подтвержденного ущерба, причиненного ООО «Мемориал-Сервис № 1» начальником службы эвакуации и захоронения ФИО1, приемщиком заказов ФИО6, рабочим ритуальных услуг (по подготовке тела к погребению) Свидетель №1, составляет 126 225 рублей.

Указанный выше акт внутреннего расследования от 09 февраля 2018 года подписан главным бухгалтером ФИО4, юрисконсультом ФИО5, приемщиком заказов Свидетель №2 (л.д.98 том 1).

Актом, составленным комиссией в составе главного бухгалтера ФИО4, юрисконсульта ФИО5, приемщика заказов Свидетель №2 12 февраля 2018 года в 11 часов 20 минут зафиксирован отказ ФИО1 от ознакомления с указанным выше актом внутреннего расследования от 09 февраля 2018 года (л.д.171 том 1).

12 февраля 2018 года начальнику службы эвакуации и захоронения ФИО1 вручено требование о предоставлении письменного объяснения о причинах непоступления в кассу ООО «Мемориал-Сервис №1» денежных средств за оказание услуги «подготовка тела умершего к погребению (основная)» при заключении следующих договоров на организацию похорон: договор от (дата), умерший ФИО7; договор от (дата), умерший ФИО8; договор от (дата), умершая ФИО9; договор от (дата), умершая ФИО10; договор от (дата), умерший ФИО11; договор от (дата), умершая ФИО12; договор от (дата), умерший ФИО13; договор от (дата), умершая ФИО14; договор от (дата), умерший ФИО15; договор от (дата), умершая ФИО16; договор от (дата), умерший ФИО17; договор от (дата), умерший ФИО18; договор от (дата), умерший ФИО19; договор от (дата), умершая ФИО20; договор от (дата), умерший ФИО21; договор от (дата), умершая ФИО22; договор от (дата), умершая ФИО23; договор от (дата), умерший ФИО24; договор от (дата), умершая ФИО25; договор от (дата), умерший ФИО26; договор от (дата), умерший ФИО27; договор от (дата), умершая ФИО28; договор от (дата), умерший ФИО29; договор от (дата), умершая ФИО30; договор от (дата), умершая ФИО31; договор от (дата), умерший ФИО32; договор от (дата), умерший ФИО33; договор от (дата), умершая ФИО34; договор от (дата), умершая ФИО35; договор от (дата), умерший ФИО36; договор от (дата), умершая ФИО37; договор от (дата), умерший ФИО38; договор от (дата), умершая ФИО39 (л.д.99 том 1).

Исходя из объяснительной ФИО1 от 12 февраля 2018 года по обстоятельствам, изложенным в указанном выше требовании, следует, что ущерб предприятию она не причиняла, денег не присваивала. Всю кассовую наличность сдавала в кассу предприятия согласно регламенту кассовых операций. С разрешения руководства компании, для «перебивки» похорон у других организаций, для предоставления скидки по просьбе заказчика в счете-заказе не ставили позицию «подготовка тела к захоронению», а за данную услугу брали с заказчика 1 000 рублей, и вместе с вещами умершего передавали санитару морга в виде вознаграждения от благодарных клиентов. Такая практика существовала и ранее, практиковалась на всех точках предприятия (л.д.154 том 1).

Согласно объяснительной ФИО6 от 12 февраля 2018 года, последняя признавала, что совместно с начальником службы эвакуации и захоронения ФИО1, рабочим ритуальных услуг (по подготовке тела к погребению) Свидетель №1 при заключении договоров на организацию похорон получала с заказчиков наличные денежные средства за оказание услуги «подготовка тела умершего к погребению (основная)», в счет-заказ к договорам эта услуга не включалась, документ, подтверждающий внесение денежных средств, не оформлялся и не выдавался заказчику, денежные средства в кассу ООО «Мемориал-Сервис №1» не передавались, чем был причинен ущерб ООО «Мемориал-Сервис №1» в сумме 126 225 рублей, что подтверждается актом причинения работниками ущерба организации от 09 февраля 2018 года. В связи с добровольным признанием своей вины, ФИО6 просила удержать из заработной платы в счет возмещения причиненного ею ущерба работодателю 17 055 рублей. При этом ФИО6 в объяснительной указала, что такая практика получения наличных денежных средств была заведена (л.д.170 том 1).

В этот же день, (дата), комиссией в составе главного бухгалтера ФИО4, юрисконсульта ФИО5, приемщика заказов Свидетель №2 составлен протокол, из которого следует, что вышеуказанной комиссией проведено расследование по факту причинения ООО «Мемориал-Сервис №1» ущерба начальником службы эвакуации и захоронения ФИО1, приемщиком заказов ФИО6, рабочим ритуальных услуг (по подготовке тела к погребению) Свидетель №1, в ходе расследования установлено, что по информации, поступившей от заказчиков, на протяжении нескольких месяцев в структурном подразделении ООО «Мемориал-Сервис №1», расположенном по адресу: (адрес), с заказчиков начальником службы эвакуации и захоронения ФИО1 и приемщиком заказов ФИО6 были получены наличные денежные средства за оказание услуги «подготовка тела умершего к погребению (основная)», при этом ФИО1 и ФИО6 действовали от имени ООО «Мемориал-Сервис №1», услуга фактически оказывалась рабочим ритуальных услуг (по подготовке тела к погребению) Свидетель №1 в рабочее время, но документ, подтверждающий внесение денежных средств не оформлялся, и, соответственно, не выдавался заказчику, денежные средства в кассу ООО «Мемориал-Сервис №1» не поступали.

По информации, поступившей от заказчиков, за декабрь 2017 года – января 2018 года без оформления договоров ФИО1 получены денежные средства в размере 3 825 рублей за одного умершего за оказание услуги «подготовка тела умершего к погребению (основная)» в отношении следующих умерших: ФИО40, ФИО41, ФИО43, ФИО44, ФИО45, ФИО46, ФИО47, ФИО48, Блок.

Из анализа заключенных договоров за декабрь 2017 года – январь 2018 года, и полученных документов следует, что денежные средства в размере 3 825 рублей за оказание услуги «подготовка тела умершего к погребению (основная)» были получены ФИО1 и ФИО6 при заключении следующих договоров на организацию похорон: договор от (дата), умерший ФИО7; договор от (дата), умерший ФИО8; договор от (дата), умершая ФИО9; договор от (дата), умершая ФИО10; договор от (дата), умерший ФИО11; договор от (дата), умершая ФИО12; договор от (дата), умерший ФИО13; договор от (дата), умершая ФИО14; договор от (дата), умерший ФИО15; договор от (дата), умершая ФИО16; договор от (дата), умерший ФИО17; договор от (дата), умерший ФИО18; договор от (дата), умерший ФИО19; договор от (дата), умершая ФИО20; договор от (дата), умерший ФИО21; договор от (дата), умершая ФИО22; договор от (дата), умершая ФИО23; договор от (дата), умерший ФИО24; договор от (дата), умершая ФИО25; договор от (дата), умерший ФИО26; договор от (дата), умерший ФИО27; договор от (дата), умершая ФИО28; договор от (дата), умерший ФИО29; договор от (дата), умершая ФИО30; договор от (дата), умершая ФИО31; договор от (дата), умерший ФИО32; договор от (дата), умерший ФИО33; договор от (дата), умершая ФИО34; договор от (дата), умершая ФИО35; договор от (дата), умерший ФИО36; договор от (дата), умершая ФИО37; договор от (дата), умерший ФИО38; договор от (дата), умершая ФИО39

В счет-заказ к договору на организацию похорон эта услуга не включалась.

Комиссией 12 февраля 2018 года были запрошены объяснения от начальника службы эвакуации и захоронения ФИО1, приемщика заказов ФИО6, рабочего ритуальных услуг (по подготовке тела к погребению) Свидетель №1, при этом ФИО6 предоставила в тот же день заявление о признании вины в причинении ущерба и добровольном его погашении, Свидетель №1 устно пояснил, что считал передаваемые ему ФИО1 денежные средства за подготовку тел к погребению причитающейся ему заработной платой. 

Общая сумма документально подтвержденного ущерба, причиненного работодателю ФИО1, ФИО6, Свидетель №1 составляет 126 225 рублей, ФИО1 – 59 775 рублей.

По результатам проведенного внутреннего расследования, полученных объяснений выявлено, что начальник службы эвакуации и захоронения ФИО1, приемщик заказов ФИО6 своими действиями допустили нарушение требований должностной инструкции № от 13 апреля 2016 года, обязательств, изложенных в заключенных с ними договорах о полной индивидуальной материальной ответственности, обязанностей по соблюдению кассовой дисциплины (л.д.100 том 1).

Приказом № от 12 февраля 2018 года с ФИО1 взыскан средний месячный заработок начальника службы эвакуации и захоронения в возмещение материального ущерба, причиненного ООО «Мемориал-Сервис №1» (л.д.101 том 1).

Актом, составленным комиссией в составе главного бухгалтера ФИО4, юрисконсульта ФИО5, приемщика заказов Свидетель №2 12 февраля 2018 года в 16 часов 10 минут зафиксирован отказ ФИО1 от ознакомления с указанным выше приказом № от 12 февраля 2018 года о взыскании суммы материального ущерба (л.д.172 том 1).

Приказом № от 12 февраля 2018 года, изданным на основании ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с хищением вверенных денежных средств, к начальнику службы эвакуации и захоронения ФИО1 применена мера дисциплинарного взыскания в виде увольнения по п.7 ч.1 ст.81 Трудового кодекса Российской Федерации (л.д.102 том 1).

Актом, составленным комиссией в составе главного бухгалтера ФИО4, юрисконсульта ФИО5, приемщика заказов Свидетель №2 12 февраля 2018 года в 16 часов 10 минут зафиксирован отказ ФИО1 от ознакомления с указанным выше приказом № от 12 февраля 2018 года о наложении дисциплинарного взыскания в виде увольнения (л.д.173 том 1).

Приказом № от 12 февраля 2018 года действие трудового договора, заключенного с ФИО1 01 августа 2016 года прекращено, работник уволен с занимаемой должности 12 февраля 2018 года на основании п.7 ч.1 ст.81 Трудового кодекса Российской Федерации (л.д.40 том 1).

В соответствии с п.7 ч.1 ст.81 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае совершения виновных действий работником, непосредственно обслуживающим денежные или товарные ценности, если эти действия дают основание для утраты доверия к нему со стороны работодателя.

Как разъяснено в п.45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» судам необходимо иметь в виду, что расторжение трудового договора с работником по п.7 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с утратой доверия возможно только в отношении работников, непосредственно обслуживающих денежные или товарные ценности (прием, хранение, транспортировка, распределение и т.п.), и при условии, что ими совершены такие виновные действия, которые давали работодателю основание для утраты довериям к ним.

В данном случае, договор о полной индивидуальной материальной ответственности заключен с ФИО1 01 августа 2016 года при трудоустройстве в ООО «Мемориал-Сервис №1» на должность приемщика заказов, и только в отношении данной должности (л.д.34 том 1).

Доказательства заключения с истцом договора о полной материальной ответственности при переводе ФИО1 на должность начальника службы эвакуации и захоронения, ответчиком в нарушение требований ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено. 

Тем не менее, исходя из абз.2 п.45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» при установлении в предусмотренном законом порядке факта совершения хищения, взяточничества и иных корыстных правонарушений работники, непосредственно обслуживающие денежные или товарные ценности (прием, хранение, транспортировка, распределение и т.п.) могут быть уволены по основанию утраты к ним доверия и в том случае, когда указанные действия не связаны с их работой.

Кроме того, как разъяснено в п.47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» если виновные действия, дающие основание для утраты доверия, либо аморальный проступок совершены работником по месту работы и в связи с исполнением им трудовых обязанностей, то такой работник может быть уволен с работы (соответственно по пункту 7 или 8 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации) при условии соблюдения порядка применения дисциплинарных взысканий, установленного ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации.

В силу положений ст.193 Трудового кодекса Российской Федерации до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт.

Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников.

Дисциплинарное взыскание не может быть применено позднее шести месяцев со дня совершения проступка, а по результатам ревизии, проверки финансово-хозяйственной деятельности или аудиторской проверки - позднее двух лет со дня его совершения. 

За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание.

Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. 

Кроме того, согласно ст.192 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: замечание; выговор; увольнение по соответствующим основаниям.

Федеральными законами, уставами и положениями о дисциплине для отдельных категорий работников могут быть предусмотрены также и другие дисциплинарные взыскания.

Не допускается применение дисциплинарных взысканий, не предусмотренных федеральными законами, уставами и положениями о дисциплине.

При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

Как разъяснено в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», суд, являющийся органом по разрешению индивидуальных трудовых споров, в силу ч.1 ст. 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации должен вынести законное и обоснованное решение, при этом обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарного взыскания и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из ст.ст. 1,2,15,17,18,19,54,55 Конституции Российской Федерации и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а следовательно и дисциплинарной, ответственности, таких, как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм.

В этих целях работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен, а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

Разрешая вопрос о законности применения к ФИО1 дисциплинарного взыскания в виде увольнения по п.7 ч.1 ст.81 Трудового кодекса Российской Федерации суд учитывает, что вменяя ФИО1 получение денежных средств в размере 3 825 рублей за оказание услуги «подготовка тела умершего к погребению (основная)» при заключении следующих договоров на организацию похорон: договор от (дата), умерший ФИО7; договор от (дата), умерший ФИО8; договор от (дата), умершая ФИО9; договор от (дата), умершая ФИО10; договор от (дата), умерший ФИО11; договор от (дата), умершая ФИО12; договор от (дата), умерший ФИО13; договор от (дата), умершая ФИО14; договор от (дата), умерший ФИО15; договор от (дата), умершая ФИО16; договор от (дата), умерший ФИО17; договор от (дата), умерший ФИО18; договор от (дата), умерший ФИО19; договор от (дата), умершая ФИО20; договор от (дата), умерший ФИО21; договор от (дата), умершая ФИО22; договор от (дата), умершая ФИО23; договор от (дата), умерший ФИО24; договор от (дата), умершая ФИО25; договор от (дата), умерший ФИО26; договор от (дата), умерший ФИО27; договор от (дата), умершая ФИО28; договор от (дата), умерший ФИО29; договор от (дата), умершая ФИО30; договор от (дата), умершая ФИО31; договор от (дата), умерший ФИО32; договор от (дата), умерший ФИО33; договор от (дата), умершая ФИО34; договор от (дата), умершая ФИО35; договор от (дата), умерший ФИО36; договор от (дата), умершая ФИО37; договор от (дата), умерший ФИО38; договор от (дата), умершая ФИО39, работодатель, как то предусмотрено положениями действующего трудового законодательства, а также ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, соответствующие доказательства суду не предоставил.

При этом истец ФИО1 как в своей объяснительной от 12 февраля 2018 года (л.д.154 том 1), так и в судебном заседании факт получения ей по 3 825 рублей в связи с заключением ООО «Мемориал-Сервис №1» указанных выше договоров на организацию похорон отрицала. 

Не было подтверждено данное обстоятельство и показаниями допрошенных в судебном заседании в качестве свидетелей по делу приемщиком заказов ФИО6, рабочим ритуальных услуг (по подготовке тела к погребению) Свидетель №1

Существование в ООО «Мемориал-Сервис №1» сложившейся до трудоустройства ФИО1 практики, в силу которой с целью привлечения клиентов, им фактически предоставлялась скидка посредством оплаты за услугу «подготовка тела умершего к погребению (основная)» только работ, выполняемых рабочим ритуальных услуг в размере 1 000 рублей, подтверждается не только пояснениями истца ФИО1, но и показаниями допрошенных в качестве свидетелей по делу ФИО6, Свидетель №2, оснований не доверять которым суд не усматривает, данные свидетели предупреждены судом об уголовной ответственности по ст.307 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу заведомо ложных показаний.

Мало того, доказательств ознакомления ФИО1 с прейскурантами цен на услуги, оказываемые ООО «Мемориал-Сервис №1», в том числе в отношении услуги «подготовка тела умершего к погребению (основная)», в нарушение требований действующего законодательства, ответчиком суду не представлено, из представленных прейскурантов данное обстоятельство не усматривается (л.д.81-85 том 2).

Исходя из нарядов, сдаваемых ФИО1 за спорный период времени, а именно за декабрь 2017 года – февраль 2018 года, и принимаемых нормировщиком ФИО42 следует, что расценка за оказание услуги «подготовка тела к погребению» определена в размере 1 000 рублей. Правильность норм и расценок подтверждена нормировщиком ФИО42 (л.д.188-197 том 1).

Аналогичная расценка указана и в нарядах, предоставляемых нормировщику ФИО42 после применения к ФИО1 дисциплинарного взыскания в виде увольнения, в феврале-марте 2018 года (л.д.88-93 том 2).

Помимо прочего, суд обращает внимание на то обстоятельство, что в части представленных ответчиком договорах на организацию похорон, в связи с заключением которых ФИО1 вменяется получение денежных средств за оказание услуги «подготовка тела умершего к погребению (основная)» в размере 3 825 рублей и невнесение их в кассу работодателя отсутствуют подписи ФИО1, в частности в договоре на организацию похорон от (дата), умершая ФИО7 (л.д.200-202 том 1), в договоре на организацию похорон от (дата), умерший ФИО8 (л.д.203-205 том 1), в договоре на организацию похорон от (дата), умерший ФИО13 (л.д.218-220 том 1), в договоре на организацию похорон от (дата), умершая ФИО27 (л.д.10 том 2).

В части представленных ответчиком договорах на организацию похорон, в связи с заключением которых ФИО1 вменяется получение денежных средств за оказание услуги «подготовка тела умершего к погребению (основная)» в размере 3 825 рублей и невнесение их в кассу работодателя, истцом оспаривается факт принадлежности ей подписи, в частности в договоре на организацию похорон от (дата), умершая ФИО10 (л.д.209-211 том 1), договор от (дата), умерший ФИО13 (л.д.218-220 том 1); договор от (дата), умерший ФИО17(л.д.230-232 том 1); договор от (дата), умерший ФИО18 (л.д.233-235 том 1); договор от (дата), умершая ФИО20 (л.д.239-241 том 1); договор от (дата), умерший ФИО21 (л.д.242-244 том 1); договор от (дата), умершая ФИО23 (л.д. 248-250 том 1); договор от (дата), умерший ФИО24(л.д.1-3 том 2); договор от (дата), умершая ФИО25 (л.д.4-6 том 2); договор от (дата), умерший ФИО26 (л.д.7-9 том 2); договор от (дата), умерший ФИО29 (л.д.16-18 том 2); договор от (дата), умерший ФИО32 (л.д.25-27 том 2); договор от (дата), умерший ФИО33 (л.д.28-30 том 2); договор от (дата), умершая ФИО34 (л.д. 31-33 том 2); договор от (дата), умершая ФИО35 (л.д.34-36 том 2); договор от (дата), умершая ФИО39 (л.д.46-48 том 2).

Тем не менее, в нарушение положений действующего трудового законодательства и положений ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, доказательств подписания указанных выше документов истцом ФИО1, ответчиком не представлено, ходатайство о назначении почерковедческой экспертизы не заявлено.

Возражения истца о недопустимости указанных выше доказательств, частично подтверждаются представленными стороной ответчика табелями учета рабочего времени за декабрь 2017 года – январь 2018 года (л.д.128-131 том 1), исходя их которых (дата), (дата), (дата), (дата) у ФИО1 были дни отдыха, тем не менее, истцу вменяется заключение в указанные дни договоров на организацию похорон, получение в эти дни денежных средств за оказание услуги «подготовка тела умершего к погребению (основная)» в размере 3 825 рублей и невнесение их в кассу работодателя, а именно: договора от (дата), умерший ФИО15 (л.д.224-226 том 1); договора от (дата), умершая ФИО16 (л.д.227-229 том 1); договор от (дата), умершая ФИО23 (л.д. 248-250 том 1); договор от (дата), умерший ФИО24(л.д.1-3 том 2); договор от (дата), умершая ФИО25 (л.д.4-6 том 2); договор от (дата), умерший ФИО26 (л.д.7-9 том 2); договор от (дата), умершая ФИО27 (л.д.10-12 том 2).

При таких обстоятельствах, само по себе наличие указанных выше договоров не свидетельствует о получении ФИО1 денежных средств за оказание услуги «подготовка тела умершего к погребению (основная)» в размере 3 825 рублей.

Кроме того, исходя из акта внутреннего расследования от 09 февраля 2018 года (л.д.98 том 1), протокола от 12 февраля 2018 года (л.д.100 том 1) усматривается, что ФИО1 также вменяется получение денежных средств в размере 3 825 рублей за одного умершего за оказание услуги «подготовка тела умершего к погребению (основная)» в отношении следующих умерших: ФИО40, ФИО41, ФИО43, ФИО44, ФИО45, ФИО46, ФИО47, ФИО48, Блок, однако доказательств истребования у ФИО1 объяснений по данному обстоятельству, как то предусмотрено ст.193 Трудового кодекса Российской Федерации, работодателем не представлено.

Объяснительная ФИО1 без даты (л.д.152-153 том 1), не содержащая ссылки на указанные выше договоры, не свидетельствует о соблюдении установленного ст.193 Трудового кодекса Российской Федерации порядка привлечения к дисциплинарной ответственности в связи с указанным выше обстоятельством, поскольку из содержания объяснительной не усматривается её относимость к данному событию. 

Исходя из содержания приказа № от 12 февраля 2018 года основанием для привлечения ФИО1 к дисциплинарной ответственности в виде увольнения по п.7 ч.1 ст.81 Трудового кодекса Российской Федерации послужило хищение ей, как начальником службы эвакуации и захоронения вверенных денежных средств, однако в ходе рассмотрения спора по существу соответствующих доказательств, отвечающих требованиям относимости, допустимости, достаточности, достоверности ответчиком не представлено, судом не добыто.

Таким образом, факт совершения работником дисциплинарного проступка работодателем не доказан.

Также суд находит недоказанным работодателем и то обстоятельство, что при наложении на ФИО1 дисциплинарного взыскания учитывались тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен, предшествующее поведение работника, его отношение к труду, из приказов № от 12 февраля 2018 года о применении меры дисциплинарного взыскания в виде увольнения (л.д.102 том 1) и № от 12 февраля 2018 года о прекращении трудового договора (л.д.40 том 1), данное обстоятельство не усматривается.

При таких обстоятельствах, учитывая, что работодателем не представлено доказательств, свидетельствующих о правомерности наложения на ФИО1 дисциплинарного взыскания в виде увольнения, приказ № от 12 февраля 2018 года о расторжении с истцом трудового договора на основании нельзя п.7 ч.1 ст.81 Трудового кодекса Российской Федерации признать правомерным.

В соответствии со ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор.

Орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы.

По заявлению работника орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, может ограничиться вынесением решения о взыскании в пользу работника указанных в части второй настоящей статьи компенсаций.

В случае признания увольнения незаконным орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, может по заявлению работника принять решение об изменении формулировки основания увольнения на увольнение по собственному желанию.

В случае признания формулировки основания и (или) причины увольнения неправильной или не соответствующей закону суд, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, обязан изменить ее и указать в решении основание и причину увольнения в точном соответствии с формулировками Трудового кодекса Российской Федерации или иного федерального закона со ссылкой на соответствующие статью, часть статьи, пункт статьи Трудового кодекса Российской Федерации или иного федерального закона.

Если увольнение признано незаконным, а срок трудового договора на время рассмотрения спора судом истек, то суд, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, обязан изменить формулировку основания увольнения на увольнение по истечении срока трудового договора.

Если в случаях, предусмотренных данной статьей, после признания увольнения незаконным суд выносит решение не о восстановлении работника, а об изменении формулировки основания увольнения, то дата увольнения должна быть изменена на дату вынесения решения судом. В случае, когда к моменту вынесения указанного решения работник после оспариваемого увольнения вступил в трудовые отношения с другим работодателем, дата увольнения должна быть изменена на дату, предшествующую дню начала работы у этого работодателя. Если неправильная формулировка основания и (или) причины увольнения в трудовой книжке препятствовала поступлению работника на другую работу, то суд принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула.

В случаях увольнения без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконного перевода на другую работу суд может по требованию работника вынести решение о взыскании в пользу работника денежной компенсации морального вреда, причиненного ему указанными действиями. Размер этой компенсации определяется судом.

Из буквального толкования приведенной выше нормы права следует, что при признании увольнения незаконным суд принимает решение либо о восстановлении работника на работе (ч. 1), либо по заявлению работника изменяет формулировку основания увольнения на увольнение по собственному желанию (ч. 4), либо изменяет формулировку основания увольнения на увольнение по истечении срока трудового договора, если был заключен срочный трудовой договор, срок которого истек к моменту вынесения решения (ч. 6).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если при разрешении спора о восстановлении на работе суд признает, что работодатель имел основание для расторжения трудового договора, но в приказе указал неправильную либо не соответствующую закону формулировку основания и (или) причины увольнения, суд в силу ч.5 ст.394 Трудового кодекса Российской Федерации обязан изменить ее и указать в решении причину и основание увольнения в точном соответствии с формулировкой Трудового кодекса Российской Федерации или иного федерального закона со ссылкой на соответствующие статью, часть статьи, пункт статьи Трудового кодекса Российской Федерации или иного федерального закона, исходя из фактических обстоятельств, послуживших основанием для увольнения.

Таким образом, изменение формулировки основания и (или) причины увольнения в соответствии с ч.5 ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации не связывается с признанием увольнения незаконным, а применяется в тех случаях, когда формулировка увольнения работника, изложенная в приказе (в трудовой книжке), не соответствует точной формулировке, предусмотренной соответствующей статьей Трудового кодекса Российской Федерации, по которой работник был уволен, т.е. направлена на приведение формулировки основания увольнения в соответствии с реальной его причиной.

Учитывая, что в данном случае между работником и работодателем не было достигнуто обоюдного согласия на прекращение трудового договора по соглашению сторон, как просит изменить причину увольнения в исковом заявлении истец, каких-либо письменных соглашений между сторонами также заключено не было, напротив, исходя из объяснительной от 12 февраля 2018 года ФИО1 готова к увольнению по собственному желанию (л.д.154 том 1), то с учетом установленных выше обстоятельств, свидетельствующих о незаконности увольнения ФИО1 по п.7 ч.1 ст.81 Трудового кодекса Российской Федерации, суд полагает возможным удовлетворить требование истца об изменении формулировки увольнения, при этом изменив причину увольнения с п.7 ч.1 ст.81 Трудового кодекса Российской Федерации на увольнение по собственному желанию (по п.3 ч.1 ст.77 Трудового кодекса Российской Федерации).

Кроме того, истцом заявлено требование о взыскании задолженности по заработной плате в общей сумме 68 501 рубль 57 копеек.

В соответствии со ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.

Исходя из положений ст. 129 Трудового кодекса Российской Федерации под заработной платой (оплатой труда работника) следует понимать вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

В силу ст. 135 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда, при этом системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Согласно ст.136 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата выплачивается не реже чем каждые полмесяца в день, установленный правилами внутреннего трудового распорядка, коллективным договором, трудовым договором.

Как установлено судом, за декабрь 2017 года истцу начислена заработная плата в размере 50 513 рублей 75 копеек, за январь 2018 года – в размере 46 835 рублей 59 копеек, за февраль 2018 года – размере 40 530 рублей 84 копейки, что подтверждается представленными ответчиком расчетными листками (л.д. 66 том 1) и справкой о заработной плате (л.д.198-199 том 2).

Между тем, за декабрь 2017 года истцу фактически выплачена заработная плата в общей сумме 35 947 рублей 75 копеек (л.д.71 том 2), за январь 2018 года – в размере 14 467 рублей 23 копейки, за февраль 2018 года выплата заработной платы не произведена, доказательств обратного ответчиком, в нарушение требований ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не представлены.

Наличие приказа № от 12 февраля 2018 года о взыскании с ФИО1 среднего месячного заработка в возмещение материального ущерба, причиненного ООО «Мемориал-Сервис №1», о законности удержания указанных выше денежных средств не свидетельствует, поскольку в нарушение требований ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, размер причиненного ответчику ущерба не доказан.

При таких обстоятельствах, требование истца о взыскании невыплаченной заработной платы за период с декабря 2017 года по февраль 2018 года также является законным и обоснованным, с ответчика в пользу истца подлежала бы взысканию невыплаченная заработная плата в размере 87 465 рублей 20 копеек (50 513 рублей 75 копеек + 46 835 рублей 59 копеек + 40 530 рублей 84 копейки - 35 947 рублей 75 копеек - 14 467 рублей 23 копейки), однако с учетом положений ч.3 ст.196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика в пользу истца подлежит взысканию в счет погашения имеющейся задолженности 68 501 рубль 57 копеек.

В силу положений ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации, в редакции действующей с 03 октября 2016 года, при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм. Обязанность по выплате указанной денежной компенсации возникает независимо от наличия вины работодателя.

Согласно ст. 140 Трудового кодекса Российской Федерации при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете. В случае спора о размерах сумм, причитающихся работнику при увольнении, работодатель обязан в указанный в настоящей статье срок выплатить не оспариваемую им сумму.

Учитывая, что при расторжении трудового договора с ФИО1 12 февраля 2018 года выплата всех причитающихся истцу денежных средств произведена не была, то учетом положений ч.3 ст. 196 Трудового кодекса Российской Федерации с 13 февраля 2018 года по 19 марта 2018 года с ООО «Мемориал-Сервис №1» в пользу ФИО1 также подлежит взысканию денежная компенсация за задержку выплаты денежных средств в размере 599 рублей 39 копеек (68 501 рубль 57 копеек * 35 дней * 1/150* 7,5 % (ключевая ставки Центрального банка Российской Федерации в спорный период времени) = 1 198 рублей 78 копеек).

В силу ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Поскольку при разрешении настоящего спора судом были установлены грубые нарушения требований трудового законодательства, в результате которых были ущемлены права истца, суд приходит к выводу, что действиями работодателя ФИО1 безусловно причинены нравственные страдания.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает характер и степень причиненных истцу страданий, фактические обстоятельства причинения вреда, требования разумности и справедливости, и считает возможным взыскать в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда 5 000 рублей.

Оснований для удовлетворения требований истца в заявленном размере 60 000 рублей, суд не находит.

В силу ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае если иск удовлетворен частично, указанные судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано. 

В соответствии со ст. 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся: суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам; расходы на оплату услуг переводчика, понесенные иностранными гражданами и лицами без гражданства, если иное не предусмотрено международным договором Российской Федерации; расходы на проезд и проживание сторон и третьих лиц, понесенные ими в связи с явкой в суд; расходы на оплату услуг представителей; расходы на производство осмотра на месте; компенсация за фактическую потерю времени в соответствии со ст. 99 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации; связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесенные сторонами; другие признанные судом необходимыми расходы, которые в силу ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, также подлежат возмещению стороне, в пользу которой состоялось решение суда.

Как следует из материалов дела, истец понесла расходы на оплату услуг представителя в размере 15 000 рублей, что подтверждается соответствующей распиской от (дата) (л.д.20 том 1).

Согласно ч. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах. 

С учетом требований разумности и справедливости, объема фактически оказанных представителем услуг, активной позиции представителя истца по делу, принимая во внимание категорию настоящего судебного спора, объем удовлетворенных судом исковых требований, суд полагает возможным удовлетворить требование истца о возмещении расходов на оплату услуг представителя частично и взыскать с ответчика в пользу истца в счет компенсации вышеуказанных расходов 10 000 рублей, поскольку указанная сумма соответствует требованиям разумности, установленным ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Истец также просит взыскать с ответчика расходы в размере 1 500 рублей (л.д.19 том 1), связанные с удостоверением доверенности на представителя.

В указанной части требования ФИО1 удовлетворению не подлежат, поскольку из содержания доверенности от (дата) усматривается, что данная доверенность наделяет указанных в ней лиц широким кругом полномочий при представлении интересов ФИО1 не только в суде при разрешении спора с ООО «Мемориал-Сервис №1», но в других учреждениях и организациях, в том числе при разрешении иных вопросов, не связанных с трудовой деятельностью истца в ООО «Мемориал-Сервис №1», доверенность выдана сроком на три года, и в течение указанного срока может быть неоднократно использована.

Кроме того, при обращении в суд с настоящим иском истец, в силу положений подп. 1 п.1 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации, был освобожден от уплаты государственной пошлины. 

Принимая во внимание положение ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации о взыскании с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, государственной пошлины, от уплаты которых истец был освобожден, с ООО «Мемориал-Сервис №1» подлежит взысканию в доход муниципального бюджета государственная пошлина в размере 2 573 рубля, исчисленная в соответствии с подп. 1, 3 п. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. ст. 12, 98, 100, 103, 193, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

р е ш и л:

Исковые требования ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Мемориал-Сервис № 1» об изменении формулировки причины увольнения, взыскании задолженности, компенсации за задержку выплаты при увольнении, компенсации морального вреда удовлетворить частично. 

Изменить формулировку причины увольнения ФИО1 из общества с ограниченной ответственностью «Мемориал-Сервис № 1» с п.7 ч.1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации (в связи с совершением виновных действий работником, непосредственно обслуживающим денежные или товарные ценности, если эти действия дают основание для утраты доверия к нему со стороны работодателя) на увольнение по п.3 ч.1 ст.77 Трудового кодекса Российской Федерации (по собственному желанию).

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Мемориал-Сервис № 1» в пользу ФИО1 невыплаченную заработную плату в размере 68 501 рубль 57 копеек, компенсацию за задержку выплаты денежных средств за период с 13 февраля 2018 года по 19 марта 2018 года в размере 599 рублей 39 копеек, в счет компенсации морального вреда 5 000 рублей, в счет возмещения расходов на оплату услуг представителя 10 000 рублей.

В остальной части в удовлетворении заявленных требований отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Мемориал-Сервис № 1» в доход муниципального бюджета государственную пошлину в размере 2 573 рубля.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Челябинский областной суд через Калининский районный суд г. Челябинска в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы.

Председательствующий Н.А. Максимова