РЕШЕНИЕ

 № 7-29/2020

03 сентября 2020 года Санкт-Петербург

Судья 1-го Западного окружного военного суда ФИО1,

при секретаре судебного заседания – Усачевой Ю.А.,

с участием лица, подавшего жалобу, ФИО3 и ее представителя ФИО4, рассмотрев жалобу ФИО3 на решение судьи Петрозаводского гарнизонного военного суда от 30 июня 2020 года, которым постановление начальника отделения ГИБДД ОМВД России по 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ о прекращении производства по делу об административном правонарушении, возбужденному по ст.12.24 КоАП РФ в отношении военнослужащего ФИО7., оставлено без изменения, а жалоба ФИО3 – без удовлетворения, 

У С Т А Н О В И Л :

Постановлением начальника отделения ГИБДД ОМВД России по 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ прекращено производство по делу об административном правонарушении, возбужденному по ст. 12.24 КоАП РФ в отношении военнослужащего ФИО7

На данное постановление должностного лица отделения ГИБДД ОМВД России по 

<

адрес> ФИО3 подала жалобу в Петрозаводский гарнизонный военный суд.

Решением судьи Петрозаводского гарнизонного военного суда от 30 июня 2020 года указанное постановление оставлено без изменения, а жалоба ФИО3 - без удовлетворения.

Не согласившись с данным решением суда, ФИО3 обратилась в окружной суд с жалобой, которая вместе с материалами дела поступила в 1-й Западный окружной военный суд 23 июля 2020 года.

В жалобе ФИО3 просит отменить решение суда первой инстанции и направить дело на новое рассмотрение. 

В обоснование жалобы ФИО3 отмечает, что постановление начальника отделения ГИБДД ОМВД России по 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ принято с нарушением ее законных прав и без учета всех обстоятельств по административному делу и административного законодательства.

По мнению автора жалобы, указанное постановление подлежит отмене, так как нарушен принцип всестороннего, полного, объективного и своевременного выяснения обстоятельств каждого дела, установленный ст. 24.1 КоАП РФ.

ФИО3 не соглашается с выводами суда первой инстанции о соответствии заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ законодательству, а также о том, что обжалование заключения эксперта нормами КоАП РФ не предусмотрено, а должно происходить в ином судебном порядке, предусмотренном соответствующим Кодексом. Заявитель полагает, что существенное нарушение в порядке назначения и производства данной экспертизы влечет невозможность использования ее в качестве доказательства. Ссылаясь на п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2005 года N 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», в соответствии с которым при рассмотрении дела об административном правонарушении собранные по делу доказательства должны оцениваться в соответствии со статьей 26.11 КоАП РФ, а также с позиции соблюдения требований закона при их получении (часть 3 статьи 26.2 КоАП РФ), автор жалобы указывает на существенное нарушение порядка назначения и проведения экспертизы в части не соблюдения требований статьи 26.4 КоАП РФ, в соответствии с которой до направления определения для исполнения судья, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело об административном правонарушении, обязаны ознакомить с ним лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, и потерпевшего, разъяснить им права, в том числе право заявлять отвод эксперту, право просить о привлечении в качестве эксперта указанных ими лиц, право ставить вопросы для дачи на них ответов в заключении эксперта.

По мнению автора жалобы, ей не была представлена возможность поставить вопросы перед экспертом, заявить отвод эксперту.

Ссылаясь на п.4 Постановления Правительства РФ от 17.08.2007 года N 522 «Об утверждении Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», а также на Приказ Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008 года N 194н «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», ФИО3 отмечает в жалобе, что экспертом исследованы медицинские данные только по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ и только по материалам КУСП № от ДД.ММ.ГГГГ, иных исследований экспертом не проводилось.

В жалобе ее автор указывает, что гарнизонным военным судом не была дана оценка доказательствам причинения вреда здоровью потерпевшей, в частности, представлению на врачебную комиссию от ДД.ММ.ГГГГ, амбулаторной карте больного, листу нетрудоспособности и иным документам.

Проверив материалы дела, оценив приведенные в жалобы доводы, заслушав объяснения ФИО3 и ее представителя ФИО4, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 24.1 КоАП РФ задачами производства по делам об административных правонарушениях является всестороннее, полное, объективное и своевременное выяснение обстоятельств каждого дела, разрешение его в соответствии с законом, а также выявление причин и условий, способствовавших совершению административного правонарушения.

В соответствии с постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2005 года N 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» проведение административного расследования должно состоять из реальных действий, направленных на получение необходимых сведений, в том числе путем проведения экспертизы, установления потерпевших, свидетелей, допроса лиц, проживающих в другой местности.

В соответствии со статьей 26.4 КоАП РФ в случаях, если при производстве по делу об административном правонарушении возникает необходимость в использовании специальных познаний в науке, технике, искусстве или ремесле, судья, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело, выносят определение о назначении экспертизы. Определение обязательно для исполнения экспертами или учреждениями, которым поручено проведение экспертизы. 

Согласно данному постановлению, нарушением, влекущим невозможность использования доказательств, может быть признано, в частности, получение объяснений потерпевшего, свидетеля, лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, которым не были предварительно разъяснены их права и обязанности, предусмотренные частью 1 статьи 25.1, частью 2 статьи 25.2, частью 3 статьи 25.6 КоАП РФ, статьей 51 Конституции Российской Федерации, а свидетели, специалисты, эксперты не были предупреждены об административной ответственности соответственно за дачу заведомо ложных показаний, пояснений, заключений по статье 17.9 КоАП РФ, а также существенное нарушение порядка назначения и проведения экспертизы.

При этом, следует учитывать, что указанное постановление устанавливает, что статьей 25.9 КоАП РФ эксперту не предоставлено право истребовать доказательства для производства экспертизы и выяснять у участников производства какие-либо обстоятельства. 

По смыслу статьи 12.24 КоАП РФ административная ответственность наступает у водителя, нарушившего Правила дорожного движения, в результате чего потерпевшему причинен легкий и средней тяжести вред здоровью.

Как следует из материалом дела, определением старшего инспектора ДПС ОГИБДД ОМВД России по 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ возбуждено дело об административном правонарушении в отношении ФИО5 по статье 12.24 КоАП РФ, поскольку в результате ДТП, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ, травмы получила водитель автомобиля 

<

данные изъяты>, гос.рег.знак №, ФИО3

Определением старшего инспектора ДПС ОГИБДД ОМВД России по 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ назначена судебно-медицинская экспертиза с целью установления степени причиненного вреда ФИО3, полученного в результате ДТП ДД.ММ.ГГГГ.

При этом, как следует из самого определения о назначении судебно-медицинской экспертизы, сама ФИО3 была ознакомлена с данным определением под роспись в установленном законом порядке, права ей также были разъяснены, что подтверждается наличием ее подписи в графе определения о назначении экспертизы «С определением ознакомлен, права разъяснены».

Следовательно, у суда нет обоснованных сомнений в том, что был нарушен порядок, установленный статьей 26.4 КоАП РФ, в соответствии с которой до направления определения для исполнения судья, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело об административном правонарушении, обязаны ознакомить с ним лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, и потерпевшего, разъяснить им права, в том числе право заявлять отвод эксперту, право просить о привлечении в качестве эксперта указанных ими лиц, право ставить вопросы для дачи на них ответов в заключении эксперта. Ссылки ФИО3 на то, что она, подписывая данный документ, его не читала, правового значения не имеют.

Как следует из Приказа МВД России от 23.08.2017 года N 664 «Об утверждении Административного регламента исполнения Министерством внутренних дел Российской Федерации государственной функции по осуществлению федерального государственного надзора за соблюдением участниками дорожного движения требований законодательства Российской Федерации в области безопасности дорожного движения» основанием для вынесения определения о возбуждении дела об административном правонарушении и проведении административного расследования является выявление административного правонарушения в области дорожного движения, в ходе производства по делу о котором осуществляются экспертиза или иные процессуальные действия, требующие значительных временных затрат.

Из материалов дела усматривается, что экспертиза была произведена за один день, что подтверждается заключением эксперта №, эксперту были предоставлены все необходимые медицинские документы, а именно амбулаторная карта больного и живое лицо, судебно-медицинская экспертиза была назначена в рамках срока давности привлечения к административной ответственности, а продление срок административного расследования в установленном законом порядке как раз и было обусловлено необходимостью назначения судебно-медицинской экспертизы, что следует из определения о продлении срока административного расследования от ДД.ММ.ГГГГ, вынесенного с соблюдением требований ч. 5.1 статьи 28.7 КоАП РФ.

Что касается требований, предъявляемых к порядку проведения самой судебно-медицинской экспертизы и содержанию заключения эксперта №, то суд апелляционной инстанции также находит их соблюденными.

В соответствии с Федеральным законом от 31.05.2001 года N 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» на основании проведенных исследований с учетом их результатов эксперт от своего имени или комиссия экспертов дают письменное заключение и подписывают его. Подписи эксперта или комиссии экспертов удостоверяются печатью государственного судебно-экспертного учреждения. В заключении эксперта или комиссии экспертов должны быть отражены: время и место производства судебной экспертизы; основания производства судебной экспертизы; сведения об органе или о лице, назначивших судебную экспертизу; сведения о государственном судебно-экспертном учреждении, об эксперте (фамилия, имя, отчество, образование, специальность, стаж работы, ученая степень и ученое звание, занимаемая должность), которым поручено производство судебной экспертизы; предупреждение эксперта в соответствии с законодательством Российской Федерации об ответственности за дачу заведомо ложного заключения; вопросы, поставленные перед экспертом или комиссией экспертов, объекты исследований и материалы дела, представленные эксперту для производства судебной экспертизы; сведения об участниках процесса, присутствовавших при производстве судебной экспертизы; содержание и результаты исследований с указанием примененных методов; оценка результатов исследований, обоснование и формулировка выводов по поставленным вопросам.

Из содержания заключения эксперта № усматривается, что данные требования были соблюдены, как и требования статьи 27 Федерального закона от 31.05.2001 года N 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», устанавливающей требования для производства судебной экспертизы в отношении живых лиц.

Относительно доводов ФИО3 о том, что иные исследования экспертом не проводились, а медицинские документы, в том числе листок временной нетрудоспособности, в котором установлен период нетрудоспособности до ДД.ММ.ГГГГ, надлежащим образом экспертом и судом учтены не были, суд отмечает, что характер и степень причиненного вреда здоровью оцениваются исходя из объективно установленных медицинских данных. Если продолжительность временной нетрудоспособности, указанная в медицинских документах, не соответствует характеру и клиническому течению обнаруженных в ходе осмотра повреждений, то эксперт отмечает это в своих выводах и устанавливает степень причиненного вреда, исходя только из объективно установленных данных о наличии и продолжительности нарушения функции, что и было установлено экспертом в рассматриваемом деле.

Представляются необоснованными и доводы ФИО3 относительно того, что в материалы дела были представлены доказательства причинения вреда здоровью в форме медицинских документов, которые не были учтены судом. 

Из материалов дела усматривается, что такие медицинские документы, как представление на врачебную комиссию от ДД.ММ.ГГГГ, амбулаторная карта больного, справки из ГБУЗ РК «

<

данные изъяты>» содержат следующий диагноз: сочетанная травма: ушиб правой стопы, ушиб шейного отдела позвоночника/шеи.

В соответствии с Приказом Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008 года N 194н «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» поверхностные повреждения, в том числе: ссадина, кровоподтек, ушиб мягких тканей, включающий кровоподтек и гематому, поверхностная рана и другие повреждения, не влекущие за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека.

Из правовой позиции Верховного Суда РФ, выраженной в решении от 25.12.2013 года N АКПИ13-1081 «Об отказе в удовлетворении заявления о признании частично недействующим пункта 27 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утв. приказом ФИО2 от 24.04.2008 года N 194н» следует, что медицинские критерии являются медицинской характеристикой квалифицирующих признаков, которые используются для определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, при производстве судебно-медицинской экспертизы в гражданском, административном и уголовном судопроизводстве на основании определения суда, постановления судьи, лица, производящего дознание, следователя. Данные критерии используются для оценки повреждений, обнаруженных при судебно-медицинском обследовании живого лица, исследовании трупа и его частей, а также при производстве судебно-медицинских экспертиз по материалам дела и медицинским документам (пункты 2 и 3 Медицинских критериев).

Из заключения эксперта № как раз и усматривается, что медицинские критерии были применены на момент проведения обследования ФИО3, а не применены экспертом к моменту получения автором жалобы травмы, то есть ретроспективно.

Более того, сам вред, причиненный ФИО3, как усматривается из медицинских документов, относится к ушибам, что, в соответствии с Приказом Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008 года N 194н «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека.

Вопреки доводам жалобы, судом была надлежащим образом дана оценка имеющимся доказательствам, процессуальных нарушений при рассмотрении дела допущено не было.

Ссылки ФИО3 на то, что решение по делу об административном правонарушении относительно препятствует её праву на получение страхового возмещения являются несостоятельными, так как спор о праве на страховое возмещение не является предметом судебного разбирательства по настоящему делу. Спор о праве является формально признанным разногласием между субъектами, возникшим по факту нарушения или оспаривания субъективных прав одной стороны гражданского правоотношения другой стороной, требующее урегулирования самими сторонами или разрешения судом. Однако в рамках производства по делам, возникающим из публичных правоотношений, по делам об административных правонарушениях, функция суда при рассмотрении данной категории дел состоит вовсе не в разрешении спора о праве, а в осуществлении судебного контроля за законностью действий государственных органов. В рамках такого производства не может разрешаться спор о праве, поскольку отсутствуют процессуальные гарантии искового производства, в том числе равенство сторон. Поэтому, доводы автора жалобы об интересе, выраженном в получении страхового возмещения, не могут являться предметом оценки суда по настоящему делу.

При таких обстоятельствах, решение судьи гарнизонного военного суда является законным и обоснованным, оснований для его отмены или изменения не усматривается.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 30.6, 30.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях,

Р Е Ш И Л :

Решение судьи Петрозаводского гарнизонного военного суда от 30 июня 2020 года оставить без изменения, а жалобу ФИО3 - без удовлетворения.

Судья 

ФИО1 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>