Дело № 1-841/2023

УИД:12RS0003-01-2023-001508-78

ПРИГОВОР

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Йошкар-Ола 11 декабря 2023 года

Йошкар-Олинский городской суд Республики Марий Эл в составе: председательствующего судьи Ивановой Ж.Г.,

при секретаре Симоновой О.И.,

с участием государственного обвинителя – помощника прокурора г.Йошкар-Олы Республики Марий Эл ФИО1,

защитника – адвоката Васениной Ю.Е., представившей удостоверение № и ордер №,

подсудимого ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО2, 

<

иные данные>, не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 умышленно причинил тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, повлекший по неосторожности смерть потерпевшего Б. В.С., при следующих обстоятельствах.

ДД.ММ.ГГГГ с 16 часов до 17 часов 53 минут в доме по адресу: 

<

адрес>, у ФИО2 на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений возник преступный умысел, направленный на причинение Б. В.С. тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека.

Реализуя задуманное, ДД.ММ.ГГГГ в указанное время, находясь в том же помещении, ФИО2, действуя умышленно, из личных неприязненных отношений, с целью причинения Б. В.С. тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, осознавая преступный характер и общественную опасность своих действий, предвидя возможность наступления общественно опасных последствий в виде причинения Б. В.С. телесных повреждений, в совокупности влекущих тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, и желая этого, не предвидя возможности наступления общественно опасных последствий в виде причинения смерти Б. В.С., хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, осознавая, что Б. В.С., находившийся в указанное выше время в помещении указанного выше дома, не представляет опасности и какой-либо угрозы жизни и здоровью ФИО2, с применением значительной физической силы нанес не менее двух ударов кулаками своих рук по жизненно важному органу – по голове Б. В.С. После чего ФИО2 взял находившуюся поблизости от него компьютерную клавиатуру и, используя данный предмет в качестве оружия, с применением большой физической силы, нанес ею не менее трех ударов по жизненно важному органу – по голове Б. В.С. 

В последующем, через непродолжительное время ДД.ММ.ГГГГ, в результате умышленных преступных действий ФИО2 Б. В.С. был госпитализирован в 

<

иные данные>.

От полученных в результате преступных действий ФИО2 телесных повреждений Б. В.С. скончался ДД.ММ.ГГГГ в 

<

иные данные>. Смерть его наступила от отека вещества головного мозга со сдавлением его стволового отдела и развитием фазы грубой клинической декомпенсации, возникшего вследствие закрытой черепно-мозговой травмы.

Своими умышленными преступными действиями ФИО2 причинил потерпевшему Б. В.С. следующие повреждения:

– кровоподтеки на лице, кровоподтек в затылочной области справа, с переходом в правую заушную область, с кровоизлиянием в подлежащие мягкие ткани; линейный перелом затылочной кости справа, правой теменной кости и правой височной кости, с переходом на верхнюю и медиальную стенки правой орбиты и на основание черепа в задней черепной ямке; наличие крови под твердой мозговой оболочкой правого полушария головного мозга общим объемом 65 мл и левого полушария головного мозга общим объемом 100 мл; диффузные очаговые кровоизлияния под мягкой мозговой оболочкой верхнелатеральной поверхности теменной и затылочной доли правого полушария головного мозга – ударные повреждения; пятнистые кровоизлияния под мягкой мозговой оболочкой на нижней поверхности лобных и височных долей – противоударные повреждения. Данные повреждения, как составляющие закрытую черепно-мозговую травму, давностью образования около 3-5 суток на момент наступления смерти Б. В.С., образовались в результате не менее чем от четырех травмирующих воздействий твердого тупого предмета (предметов). Данная травма по признаку опасности для жизни квалифицируется как причинившая тяжкий вред здоровью человека и имеет прямую причинно-следственную связь с наступлением смерти Б. В.С.

Совершая вышеописанные преступные действия, ФИО2 осознавал их общественную опасность, предвидел неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде причинения Б. В.С. телесных повреждений, в совокупности влекущих тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, и желал этого, при этом проявил неосторожность к возможному наступлению смерти Б. В.С. в форме преступной небрежности, а именно – не предвидел возможности наступления общественно опасных последствий своих действий в виде смерти потерпевшего, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия.

В судебном следствии ФИО2 вину в совершенном преступлении признал полностью, пояснил, что умысла убивать Б. В.С. у него не было, от дачи показаний в суде отказался, воспользовавшись правом, предоставленным ст.51 Конституции РФ.

В связи с отказом ФИО2 от дачи показаний в суде, его письменные показания, данные в ходе предварительного расследования, были исследованы в порядке п.3 ч.1 ст.276 УПК РФ.

Согласно показаниям ФИО2, он является 

<

иные данные>. 

ДД.ММ.ГГГГ около 16 часов он прогуливался, когда проходил по 

<

адрес>, шел мимо дома, в котором он раньше жил – 

<

адрес>. В настоящее время данный дом расселен, там никто не проживает. 

Он решил войти в этот дом, чтобы слить из пакетов-мочеприемников содержимое. Он зашел во второй подъезд этого дома, слил в подъезде содержимое пакетов, после чего к нему в подъезде указанного дома неожиданно подошел ранее незнакомый мужчина (позже узнал, что это был Б. В.С.). Увидев его, Б. В.С. сразу пошел в левую секцию второго подъезда, в последнюю квартиру справа. Когда он следом за Б. В.С. вошел в указанную квартиру, увидел, что в квартире был полный беспорядок – везде был разбросан мусор, там стояли диван и шкаф. Ему это не понравилось, он стал недоволен тем, что Б. В.С. развел там беспорядок. Он потребовал, чтобы Б. В.С. убирался отсюда. 

В ответ на его слова Б. В.С. замахнулся на него – ФИО2 закрылся от него рукой, получил удар по руке, затем Б. В.С. толкнул его, отчего ФИО2 потерял равновесие, упал, ударился затылком об шкаф, испытал сильную физическую боль. Далее он встал, из-за того, что Б. В.С. ударил его и толкнул, ФИО2 решил ему ответить, ударил Б. В.С. по лицу не менее двух раз, без применения значительной физической силы ввиду его состояния здоровья. От данных ударов Б. В.С. не падал, повернулся к нему спиной, встав коленями на диван, располагающийся в данной комнате, стал что-то искать. ФИО2 подумал, что тот что-то ищет там, что могло представлять для него угрозу. В этот момент он увидел на полу комнаты старую тяжелую компьютерную клавиатуру, поднял ее левой рукой, так как правая рука у него травмирована, и с силой ударил этой клавиатурой Б. В.С. по затылку. Какой частью клавиатуры он попал, сказать не может, возможно, ребром. После этого он бросил клавиатуру на пол, вышел из квартиры около 16 часов 50 минут и пошел домой. ФИО2 подумал, что он мог убить своими действиями Б. В.С., но делать этого не хотел. Больше он не возвращался и этого мужчину не видел. От его ударов Б. В.С. присел на диване, пытался встать, за ним не пошел. 

Об этом конфликте он никому не рассказывал. Он понимает, что ему не стоило избивать Б. В.С., бить его по голове. Убивать Б. В.С. он не хотел, просто хотел побить его за то, что тот его ударил и толкнул.

В содеянном он раскаивается, явку с повинной дал добровольно, без какого-либо принуждения со стороны следователя или сотрудников органов внутренних дел.

Просмотрев видеозаписи с камер видеонаблюдения, направленных на 

<

адрес>, он узнал на видеозаписи себя, как в 16 часов 50 минут ДД.ММ.ГГГГ он выходит из подъезда № этого дома (т.1 л.д.52-55, 62-65, т.2 л.д.161-164).

Аналогичные пояснения даны ФИО2 в протоколе явки с повинной, которую он в суде подтвердил, указал, что явку с повинной писал добровольно (т.1 л.д.41-43).

Свои показания ФИО2 подтвердил в ходе проверки показаний на месте, где указал на находившуюся там же клавиатуру (т.1 л.д.97-104).

Все оглашенные показания, содержание протокола проверки его показаний на месте ФИО2 подтверждены в судебном следствии. При этом подсудимый дополнил, что в начале описанных событий Б. В.С. держал в руке черенок, которым ударил по шкафу, затем этот черенок выкинул.

Изложенные выше показания подсудимого суд признает правдивыми, поскольку они согласуются с совокупностью исследованных судом иных доказательств, причин для самооговора подсудимого не установлено, поэтому они положены судом в основу приговора.

Помимо признательных показаний ФИО2, его вина в совершенном преступлении нашла свое полное подтверждение совокупностью следующих исследованных судом доказательств.

Письменные показания потерпевшей Б. В.И., свидетелей оглашены с согласия сторон в соответствии с ч.1 ст.281 УПК РФ. 

Согласно письменным показаниям потерпевшей Б. В.И., Б. В.С. являлся ее сыном, был 

<

иные данные>, состоял в 

<

иные данные> на диспансерном наблюдении по поводу 

<

иные данные>, из-за данного заболевания он очень примитивно мыслил, был достаточно внушаемым человеком, боялся громких звуков, становился беззащитным в момент, когда у него начинался «приступ», он начинал сильно волноваться, суетиться, у него появлялся панический страх, но агрессии она у него никогда не наблюдала. В целом Б. В.С. был как маленький ребенок, если возникали какие-либо конфликтные ситуации, то он избегал их, замыкался в себе. С посторонними людьми Б. В.С. практически не общался, как будто даже боялся их. Каких-либо трудностей при передвижении у Б. В.С. не было, походка у него была всегда уверенная, был очень доброжелательным, спокойным по темпераменту, у него ни с кем никогда не было конфликтов, в драках он никогда не участвовал. Он не мог первым инициировать драку, какой-либо конфликт, алкогольными напитками не злоупотреблял, мог иногда выпить по праздникам, но в состоянии сильного алкогольного опьянения его никогда не видела, наркотические средства он никогда не употреблял. Б. В.С. всю жизнь проживал с Б. В.И., у него всегда было постоянное место жительства, каждый день он ночевал дома. Б. В.С. не работал, получал пенсию по инвалидности в связи с вышеуказанным психическим заболеванием, на которую она приобретала для него одежду, еду, оплачивала коммунальные платежи. В течении дня он собирал металлолом, бутылки, другие предметы и сдавал их в соответствующие пункты приема, получал за это деньги. Для перевозки указанных предметов Б. В.С. использовал найденные им у мусорных контейнеров детские коляски. Полученные денежные средства в пунктах приема металлолома, стекла он передавал сразу ей, желая материально помочь, себе их он не оставлял. В 

<

адрес> Б. В.С. собирал пустые бутылки, металлолом, мог складировать их там, чтобы потом их перевезти в пункты приема. В данном доме он не проживал, не ночевал. Последний раз при жизни она видела сына ДД.ММ.ГГГГ после обеда, когда он пошел гулять.

Около 23 часов ДД.ММ.ГГГГ ей стало известно, что Б. В.С. попал в больницу с телесными повреждениями. Впоследствии, ДД.ММ.ГГГГ около 09 часов Б. В.С. скончался в больнице, не приходя в сознание. 

Б. В.С. с собой какие-либо предметы – ножи, газовые баллончики и т.п. с целью их использования, в том числе для самообороны, не носил.

Просмотрев представленные на обозрение видеозаписи, пояснила, что на видеозаписи 

<

иные данные> в 16 часов 09 минут 56 секунд ДД.ММ.ГГГГ изображен Б. В.С.; на видеозаписи 

<

иные данные> в 16 часов 10 минут 10 секунд также изображен Б. В.С.

Совершенным в отношении Б. В.С. преступлением ей причинен моральный вред (т.1 л.д.126-128, т.2 л.д.43-45, 104-107).

Показания Б. В.И. о сыне согласуются с письменными материалами дела о нем, об установлении над ним опеки в т.2 на л.д.108-110.

Из письменных показаний несовершеннолетнего свидетеля Е. А.К. следует, что около ее дома, в районе центра, есть 

<

адрес>. Этот дом является заброшенным, в нем никто не проживает, однако, доступ в указанный выше дом неограниченный, может зайти каждый, потому что окна и двери в его подъездах не закрыты. Она в этот дом никогда не заходила, потому что видела, как туда часто заходят люди без определенного места жительства, в состоянии алкогольного опьянения. 

В районе этого дома она гуляла достаточно часто и в этом районе она видела мужчину со светлыми волосами, на вид лет 40 (Б. В.С.). Б. В.С. ходил с детской коляской, в которой возил различный мусор, также он часто заходил в указанный выше дом, чем он там занимался, ей неизвестно, возможно, хранил мусор. К детям он никогда не подходил, он ходил всегда один, в состоянии алкогольного опьянения она никогда его не видела. 

ДД.ММ.ГГГГ около 17 часов она гуляла около вышеуказанного дома. Около 17 часов 30 минут она проходила мимо подъезда № этого дома, посмотрела внутрь, но не заходила туда, с улицы она увидела, что около выхода из данного подъезда стоит Б. В.С., он вытаскивал с собой из дома детскую коляску. Больше в доме никого она не видела. Она решила заснять этот момент на камеру своего мобильного телефона, потому что думала, что это будет смешно, и для этого отошла в сторону. Когда она начала съемку, через непродолжительное время, из подъезда № дома вышел Б. В.С., который катил перед собой коляску, в ней находился мусор. У Б. В.С. на глазах были огромные отеки, из-за которых он ничего не видел, был дезориентирован. Б. В.С. вышел из дома один, с ним никого не было. Так как Б. В.С. из-за отека на глазах не видел, куда идет, ей стало его жалко, и она решила вызвать скорую медицинскую помощь, чтобы ему оказали помощь. 

С мобильного телефона позвонила в скорую помощь около 17 часов 53 минут и сообщила, что Б. В.С. требуется медицинская помощь. 

Пока скорая помощь ехала, она находилась рядом с Б. В.С., он сидел на бордюре, у него из носа шла кровь, при себе у него никаких вещей не было. После того, как Б. В.С. вышел из дома, он практически ничего не говорил, один раз только сказал, что дома его ждет мама, и что ему нужно идти домой, более он ничего не пояснял, в том числе об обстоятельствах получения им травм. Когда приехала скорая помощь, его осмотрели и госпитализировали. 

Е. А.К. пришла во двор этого дома около 17 часов, она не видела, чтобы кто-либо заходил в этот дом, не видела, как туда заходил Б. В.С., также она не видела, чтобы кто-либо, кроме Б. В.С., выходил из этого дома. Шума, звуков драки из данного дома она не слышала. Обстоятельства получения Б. В.С. травмы ей не известны (т.2 л.д.126-129).

Свидетель Д. В.С., проживающая в 

<

адрес>, в своих показаниях подтвердила, что ДД.ММ.ГГГГ около 18 часов в окно увидела, что во дворе их дома на бордюре сидел мужчина (Б. В.С.), которому оказывали медицинскую помощь сотрудники скорой медицинской помощи. Криков, шума в указанный день она не слышала (т.2 л.д.83-85).

Свидетели М. Н.И. и С. Т.Э., инспекторы 

<

иные данные>, подтвердили, что ДД.ММ.ГГГГ, проезжая по 

<

адрес>, около проезжей части заметили сидевшего на бордюре мужчину лет 40, у которого из носа шла кровь, на глазах были отеки, из-за которых он практически ничего не видел (Б. В.С.), около него находились дети. Когда они подошли к Б. В.С., тот пояснить по поводу произошедшего ничего не смог, у него была невнятная речь, он даже не мог назвать свои данные. Дети сказали, что они вызвали скорую медицинскую помощь. Через 5-10 минут приехала бригада скорой медицинской помощи, оказала Б. В.С. медицинскую помощь и госпитализировала его. 

Все время, что они там находились, Б. В.С. с бордюра не вставал, никуда не уходил, не падал, какие-либо повреждения не получал. Об обстоятельствах получения Б. В.С. повреждений им не известно (т.2 л.д.139-141, 147-149).

Фельдшеры выездной бригады 

<

иные данные> Г. Н.О., Б. Ю.А., допрошенные в качестве свидетелей, подтвердили, что ДД.ММ.ГГГГ в 17 часов 53 минуты поступил вызов о травмах лица и головы у неизвестного мужчины по адресу: 

<

адрес> (Б. В.С.). В 18 часов 03 минуты в составе выездной бригады прибыли по указанному адресу, где на улице находился Б. В.С., который в контакт вступал плохо, о себе не говорил, обстоятельства получения травмы не сообщал. У Б. В.С. была параорбитальная гематома, ушибленная рана волосистой части головы справа и носовое кровотечение. Б. В.С. оказана медицинская помощь на месте: тампонада носа с целью остановки носового кровотечения. В последующем Б. В.С. был незамедлительно доставлен в 

<

иные данные>, в отделение челюстно-лицевой хирургии, где ему оказали медицинскую помощь: затампонировали нос, после чего бригада доставила его в 

<

иные данные>, где его оставили в приемном покое с целью госпитализации (т.2 л.д.36-38, 40-42).

Показания свидетелей Г. Н.О., Б. Ю.А. нашли свое подтверждение копией карты вызова скорой медицинской помощи № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой в 17:53 поступил вызов по адресу: 

<

адрес>, неизвестный мужчина, возраст 40 лет, повод к вызову: травма лица, кровотечение. Основной диагноз: закрытая черепно-мозговая травма, сотрясение головного мозга. Сопутствующий: носовое кровотечение, параорбитальная гематома; ушибленная рана волосистой части головы справа (т.1 л.д.21-22).

Характер травм Б. В.С., описанный свидетелями Е. А.К., Г. Н.О., Б. Ю.А., М. Н.И. и С. Т.Э., полностью согласуются с показаниями свидетеля Е. Д.В., врача-нейрохирурга 

<

иные данные>, согласно которым ДД.ММ.ГГГГ с бригадой скорой медицинской помощи от 

<

адрес> в реанимационное отделение больницы поступил Б. В.С. в тяжелом состоянии. 

В этот же день Б. В.С. была проведена компьютерная томография головного мозга, по результатам которой проведена операция по удалению субдуральной гематомы слева. ДД.ММ.ГГГГ Б. В.С. была проведена контрольная томография головного мозга с целью контроля послеоперационных изменений в головном мозге, по результатам которой выявлено сдавление субдуральной гематомой справа, после чего была проведена операция по удалению субдуральной гематомы справа. После операций Б. В.С. все время находился в реанимационном отделении, ему проводилась интенсивная терапия, состояние оставалось крайне тяжелым. Также была проведена трахеотомия в связи с необходимостью проведения длительной искусственной вентиляции легких. 

ДД.ММ.ГГГГ Б. В.С. скончался в отделении реанимации больницы, после чего труп Б. В.С. был направлен в 

<

иные данные> для проведения судебно-медицинской экспертизы.

В период с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ Б. В.С. находился в крайне тяжелом состоянии, в сознание не приходил, был в состоянии глубокой комы, соответственно, пояснения об обстоятельствах получения им травмы давать не мог (т.2 л.д.57-59).

Показания свидетеля Е. Д.В. полностью подтверждаются справками из истории болезни № от ДД.ММ.ГГГГ., № от ДД.ММ.ГГГГ, заключениями экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ., № от ДД.ММ.ГГГГ

Так, согласно справке, Б. В.С. поступил в 

<

иные данные> с ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом:

Основной: тяжелая открытая проникающая ЧМТ. Сдавление головного мозга острой субдуральной гематомой с обеих сторон. Острая эпидуральная гематома затылочной части. Ушиб головного мозга тяжелой степени. Травматическое субарахноидальное кровоизлияние. Переломы затылочной, правой височной костей с переходом на основание черепа. Пневмоцефалия. Ушиб мягких тканей, подкожные гематомы волосистой части головы. Подкожные гематомы, кровоподтеки обеих параорбитальных областей.

Осложнение: отек головного мозга. Дислокационный синдром в фазе глубокой клинической декомпенсации (т.1 л.д.14).

Согласно справке из истории болезни №, пациент Б. В.С. находился на лечении в нейрохирургическом отделении 

<

иные данные> в крайне тяжелом состоянии с ДД.ММ.ГГГГ тяжелой проникающей открытой ЧМТ. Скончался ДД.ММ.ГГГГ в 9:30, не приходя в сознание (т.1 л.д.20).

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы № от 14.09.2023 г. смерть Б. В.С. наступила от отека вещества головного мозга со сдавлением его стволового отдела и развитием фазы грубой клинической декомпенсации, возникших вследствие закрытой черепно-мозговой травмы, о чем свидетельствуют: кровоподтек в затылочной области справа, с переходом в правую заушную область, с кровоизлияниями в подлежащие мягкие ткани; линейный перелом затылочной кости справа, правой теменной кости и правой височной кости, с переходом на верхнюю и медиальную стенки правой орбиты и на основание черепа в задней черепной ямке; наличие крови под твердой мозговой оболочкой правого полушария головного мозга объемом 65 мл. (по данным медицинской карты стационарного больного – 50 мл., при судебно-медицинском исследовании – 15 мл.); и левого полушария головного мозга общим объемом 100 мл. (по данным медицинской карты стационарного больного – 90 мл., при судебно-медицинском исследовании – 10 мл.) кровоизлияния под мягкую мозговую оболочку лобных, височных долей полушарий головного мозга, теменной и затылочной доли правого полушария головного мозга, резко выраженная сглаженность борозд и уплощенность извилин полушарий головного мозга, выбухание прямых извилин лобных долей и вдавление их в горизонтальную пластинку решетчатой кости, полосовидное вдавление на нижней поверхности стволового отдела головного мозга и миндалин мозжечка, кровоизлияния в стволовой отдел головного мозга; и данные судебно-гистологического исследования (выраженный отек головного мозга; субдуральная гематома с реактивными изменениями; субарахноидальные кровоизлияния в теменной доли правого полушария головного мозга, в полушарии головного мозга, с реактивными изменениями, кровоизлияния в полушарии головного мозга, в подкорковой области и стволовом отделе головного мозга, полнокровие органов с расстройством микроциркуляции и реологических свойств крови).

Выраженность трупных явлений, с учетом хранения трупа, дает основание считать, что его смерть наступила в срок, указанный в данных медицинской документации – 16.08.2023 в 09 часов 30 минут.

При экспертизе трупа обнаружены следующие повреждения: 

а) кровоподтеки на лице (повреждения 1-3), кровоподтек в затылочной области справа, с переходом в правую заушную область, с кровоизлиянием в подлежащие мягкие ткани (повреждение №4); линейный перелом затылочной кости справа, правой теменной кости и правой височной кости, с переходом на верхнюю и медиальную стенки правой орбиты и на основание черепа в задней черепной ямке; наличие крови под твердой мозговой оболочкой правого полушария головного мозга общим объемом 65 мл. (по данным медицинской карты стационарного больного – 50 мл., при судебно-медицинском исследовании – 15 мл.); и левого полушария головного мозга общим объемом 100 мл. (по данным медицинской карты стационарного больного – 90 мл., при судебно-медицинском исследовании – 10 мл.); диффузные очаговые кровоизлияния под мягкой мозговой оболочкой верхнелатеральной поверхности теменной и затылочной доли правого полушария головного мозга– ударные повреждения; пятнистые кровоизлияния под мягкой мозговой оболочкой на нижней поверхности лобных и височных долей – противоударные повреждения. Данные повреждения, как составляющие закрытую черепно-мозговую травму, давностью образования около 3-5 суток на момент наступления смерти Б. В.С., образовались в результате не менее чем от четырех травмирующих воздействий твердого тупого предмета (предметов). Данная травма по признаку опасности для жизни квалифицируется как причинившая тяжкий вред здоровью человека и имеет прямую причинно-следственную связь с наступлением смерти Б. В.С. (т.1 л.д.27-38).

Согласно заключению ситуационной судебно-медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ., данному на основании заключения эксперта № на имя Б. В.С., копии протокола явки с повинной, копии протоколов допросов подозреваемого, обвиняемого ФИО4 и проверки его показаний на месте:

1. При экспертизе трупа обнаружены следующие повреждения: кровоподтеки на лице (повреждения №1-3), кровоподтек в затылочной области справа, с переходом в правую заушную область, с кровоизлиянием в подлежащие мягкие ткани; линейный перелом затылочной кости справа, правой теменной кости и правой височной кости, с переходом на верхнюю и медиальную стенки правой орбиты и на основание черепа в задней черепной ямке; наличие крови под твердой мозговой оболочкой правого полушария головного мозга общим объемом 65 мл. и левого полушария головного мозга общим объемом 100 мл; диффузные очаговые кровоизлияния под мягкой мозговой оболочкой верхнелатеральной поверхности теменной и затылочной доли правого полушария головного мозга – ударные повреждения; пятнистые кровоизлияния под мягкой мозговой оболочкой на нижней поверхности лобных и височных долей – противоударные повреждения. Данные повреждения, как составляющие закрытую черепно-мозговую травму, давностью образования около 3-5 суток на момент наступления смерти Б. В.С., образовались в результате не менее чем от четырех травмирующих воздействий твердого тупого предмета (предметов). Данная травма по признаку опасности для жизни квалифицируется как причинившая тяжкий вред здоровью человека и имеет прямую причинно-следственную связь с наступлением смерти Б. В.С.

2. Не исключается возможность образования повреждений, указанных в пункте №1, при обстоятельствах, указанных в предоставленных материалах уголовного дела, а именно при нанесении трех ударов кулаком в область лица и трех ударов клавиатурой в область головы.

3. Образование повреждений, указанных в пункте №1, не могли образоваться при падении Б. В.С. с высоты собственного роста.

4. Взаимное расположение потерпевшего Б. В.С. и нападавшего в момент получения повреждений, указанных в пункте №1, могло быть различным.

5. После причинения повреждений, указанных в пункте №1, потерпевший Б. В.С. мог совершать активные самостоятельные действия в течении короткого промежутка времени.

6. Определить последовательность причинения повреждений, указанных в пункте №1, не представляется возможным ввиду короткого промежутка времени (схожей давности) между их образованием.

7. Каких-либо признаков, указывающих на возможность причинения повреждений до события с ФИО2, и после, а также самим потерпевшим, при проведении судебно-медицинской экспертизы не обнаружено.

8. Повреждения, указанные в пункте №1, образовались в результате не менее чем от четырех травмирующих воздействий твердого тупого предмета (предметов). Каких-либо специфических признаков, позволяющих предполагать о свойствах травмирующего предмета, которым (которыми) были причинены данные повреждения, при проведении судебно-медицинской экспертизы, не обнаружено.

9. На вопросы №№3, 5 стороны защиты (одним или несколькими предметами причинены повреждения, все ли повреждения в области головы причинены одновременно) не представилось возможным по причинам, указанным в п.п.6, 8 заключения.

10. Ответить на вопрос №4 стороны защиты (причинены ли повреждения от ударов левой руки) не представляется возможным ввиду отсутствия в вопросе конкретных обстоятельств нанесения ударов левой рукой (т.2 л.д.92-102).

Участок местности, расположенный на углу 

<

адрес> осмотрен. Согласно протоколу осмотра, в ходе осмотра с поверхности бордюра, расположенного в 5 метрах от угла указанного дома, изъят смыв с пятна вещества бурого света, установлено наличие на прилегающей территории камер видеонаблюдения (т.1 л.д.15-18).

Оперуполномоченный ОУР МВД 

<

адрес> Б. А.А., допрошенный в качестве свидетеля, в своих письменных показаниях пояснял, что ДД.ММ.ГГГГ он занимался установлением обстоятельств получения Б. В.С. травм, из-за которых последний был доставлен в городскую больницу, где в последствии скончался. В ходе проведенных мероприятий была установлена причастность ФИО2 к данному преступлению, а также были установлены камеры видеонаблюдения у медицинского центра 

<

иные данные>, записи с которых были изъяты на 2 оптических диска (т.2 л.д.46-48).

ДД.ММ.ГГГГ у свидетеля Б. А.А. были изъяты два оптических диска с видеозаписями (т.2 л.д.50-54).

Видеозаписи на оптических дисках были осмотрены. Согласно протоколу осмотра, на диске 2 обнаружена видеозапись, произведенная ДД.ММ.ГГГГ, на которой зафиксировано, как в 17 часов 04 минуты из-за угла здания, на котором установлена камера наблюдения, выходит ФИО2, одетый в темную футболку, темные спортивные брюки, темные кроссовки с белой подошвой. В 17 часов 05 минут ФИО2 заходит во двор указанного дома, в 17 часов 06 минут ФИО2 выходит из-за угла вышеуказанного дома, направляется вдоль по улице.

Также осмотрены видеозаписи, захватывающие 

<

адрес> в период с 16 часов до 17 часов 30 минут ДД.ММ.ГГГГ

На видеозаписи 

<

иные данные> (парковки 

<

адрес> в 16 часов 09 минут видено, как Б. В.С. подходит к 

<

адрес>.

На видеозаписи 

<

иные данные> зафиксирована обстановка на детской площадке за 

<

адрес>. В 16 часов 10 минут Б. В.С. заходит в вышеуказанный 

<

адрес>, при этом он катит перед собой детскую коляску. В 16 часов 50 минут ФИО2 выходит из указанного 

<

адрес> и идет вдоль 

<

адрес> (т.2 л.д.71-81).

6 оптических дисков с осмотренными видеозаписями признаны и приобщены к уголовному делу в качестве вещественных доказательств (т.2 л.д.82).

Согласно рапорту оперуполномоченного УУР МВД 

<

адрес> П. А.А., ФИО2 в 09 часов 55 минут ДД.ММ.ГГГГ был доставлен в полицию по подозрению в совершении преступления в отношении Б. (т.1 л.д.196).

ДД.ММ.ГГГГ осмотрено помещение комнаты, расположенной в левой секции первого этажа второго подъезда 

<

адрес> Согласно протоколу осмотра, в ходе осмотра обнаружена и изъята компьютерная клавиатура, на которую обвиняемый ФИО2 указал, как на орудие совершения преступления в отношении Б. В.С. (т.1 л.д.105-112).

Изъятая клавиатура осмотрена – она выполнена из полимерного материала белого цвета, вес клавиатуры составляет 642 грамма (т.1 л.д.240-246).

Клавиатура признана и приобщена к уголовному делу в качестве вещественного доказательства (т.1 л.д.247).

Согласно протоколу выемки от ДД.ММ.ГГГГ., у несовершеннолетнего свидетеля Е. А.К. изъят оптический диск с видеозаписью событий ДД.ММ.ГГГГ (т.2 л.д.134-138).

Изъятый у свидетеля Е. А.К. диск с видеозаписью осмотрен – на видеозаписи, произведенной на камеру мобильного телефона, зафиксирован вход в подъезд 

<

адрес>, из которого выходит Б. В.С., везет перед собой детскую коляску. Б. В.С. одет в шорты, кроссовки. На глазах Б. В.С. имеются отеки. Б. В.С. направляется во двор, к кирпичному зданию (т.2 л.д.142-145).

Диск с видеозаписью признан и приобщен к уголовному делу в качестве вещественного доказательства (т.2 л.д.146).

ДД.ММ.ГГГГ у ФИО2 изъяты футболка черного цвета, спортивные брюки черного цвета, кроссовки с белой подошвой (т.1 л.д.114-117).

Изъятая одежда ФИО2 была осмотрена, следов вещества, похожего на кровь, на осмотренной одежде не обнаружено (т.1 л.д.240-246), одежда признана и приобщена к уголовному делу в качестве вещественного доказательства (т.1 л.д.247). Отсутствие следов крови на одежде подсудимого согласуется с его показаниями о том, что Б. В.С. во время нанесения ему ударов находился к нему спиной.

Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ у ФИО2 обнаружены следующие повреждения: ссадина на коже левого предплечья – могла возникнуть от прямого и касательного травматического воздействия твердого тупого предмета, с ограниченной травмирующей поверхностью, имеющего в следообразующей части ребра и грани, давностью 3-5 суток, на момент проведения экспертизы. Данное повреждение не повлекло за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности и по этому критерию относится к повреждению, не причинившему вред здоровью человека (т.1 л.д.94-95).

Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ на клавиатуре обнаружены пот и эпителиальные клетки; кровь человека не обнаружена. Генетические признаки, выявленные в поте и эпителиальных клетках на клавиатуре, не пригодны для интерпретации (т.2 л.д.5-11).

Допрошенная эксперт С. А.В. относительно заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ пояснила, что достоверно установить генетические профили лиц, от которых произошла ДНК в поте и эпителиальных клетках на клавиатуре, не представилось возможным, поскольку исследуемая клавиатура находилась длительное время в местах общего пользования, на нее мог попасть биологический материал многих лиц. Ввиду того, что на клавиатуре смешение биологического материала нескольких лиц, дифференцировать биологический материал ФИО2 не представляется возможным, однако, это не исключает наличия следов биологического происхождения ФИО2 на поверхности данной клавиатуры (т.2 л.д.13-15).

У свидетеля Л. Т.М., фельдшера-лаборанта 

<

иные данные> изъят марлевый тампон с образцами крови трупа Б. В.С.(т.1 л.д.220-222, 224-227). 

У свидетеля З. У.И., лаборанта-техника 

<

иные данные> изъяты срезы с ногтевых пластин рук трупа Б. В.С.(т.1 л.д.228-231, 234-239).

Изъятый у свидетелей Л. Т.М. предмет осмотрен (т.1 л.д.24-246), приобщен к уголовному делу в качестве вещественного доказательства (т.1 л.д.247).

Согласно заключению судебной биологической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ на фрагментах ногтевых пластин рук Б. В.С. обнаружены кровь человека, пот и эпителиальные клетки, которые произошли от Б. В.С. и не произошли от ФИО2 (т.2 л.д.26-34). Данное заключение не противоречит показаниям подсудимого о взаимном расположении его и потерпевшего Б. В.С., о действиях каждого из них во время совершения преступления.

Все изложенные выше и положенные в основу приговора протоколы следственных действий, где зафиксированы их содержание, ход и результаты, оформлены надлежаще, сами следственные, процессуальные действия проведены в соответствии с требованиями УПК РФ, поэтому эти доказательства являются допустимыми, они собраны с соблюдением требований закона, являются относимыми к событию преступления, находятся во взаимосвязи, дополняют друг друга, являются достоверными, в своей совокупности устанавливают одни и те же события преступления (дату, место, способ и другие обстоятельства). Совокупности исследованных доказательств достаточно для разрешения дела по существу, суд приходит к выводу, что виновность ФИО2 в совершении вышеуказанного оконченного преступления полностью нашла свое подтверждение.

У суда нет оснований не доверять показаниям подсудимого ФИО2, допрошенных свидетелей, потерпевшей, поскольку они последовательны, не имеют существенных противоречий, согласуются между собой, а также полностью подтверждаются письменными материалами дела, в связи с чем суд также кладет показания указанных свидетелей и потерпевшей в основу приговора.

Все судебные экспертизы по делу проведены в соответствии с требованиями ст.ст. 196, 197, 204 УПК РФ, на основании постановлений следователя, в рамках возбужденного уголовного дела, компетентными экспертами, обладающими специальными познаниями. Заключения экспертов, также как и показания эксперта С. А.В., которым были разъяснены права и ответственность, предусмотренные уголовно-процессуальным и уголовным законодательством, соответствуют требованиям ст.204 УПК РФ, даны экспертами, имеющими специальное высшее образование и стаж экспертной работы. Они доступно и подробно мотивированы, в связи с чем каких-либо оснований сомневаться в их правильности не имеется.

Судом установлено, что ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ в помещении комнаты 

<

адрес> на почве личных неприязненных отношений к Б. В.С. с силой нанес последнему не менее двух ударов кулаками по жизненно важному органу – голове Б. В.С., после чего, взяв в руки клавиатуру, используя ее в качестве оружия, с применением большой физической силы нанес ею не менее трех ударов по голове Б. В.С., чем причинил последнему телесные повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью человека, от которых Б. В.С. скончался ДД.ММ.ГГГГ в 

<

иные данные>.

Объективная сторона описанного выше преступления, в том числе его способ, время, место, помимо признательных показаний подсудимого и согласующихся с ними показаний свидетелей, заключений экспертов, подтверждаются также протоколом осмотра места происшествия, протоколом проверки показаний ФИО2 на месте. 

Телесные повреждения Б. В.С., перечисленные в заключении судебно-медицинской экспертизы, были причинены именно ФИО2, поскольку после полученных повреждений Б. В.С. мог совершать активные самостоятельные действия только в течении короткого промежутка времени, в этот дом он пришел самостоятельно, возможность получения повреждений в результате падения с высоты собственного роста экспертом исключена, в 

<

адрес> в одно и то же время находились и подсудимый и потерпевший, что зафиксировано камерами видеонаблюдения, и из этого дома, как следует из показаний свидетеля Е. А.К., Б. В.С. вышел с телесными повреждениями, которые существенно ограничивали его физические возможности, кроме того, подсудимый проявил преступную осведомленность о механизме, локализации травмы потерпевшего Б. В.С. – все это в совокупности исключает возможность получения Б. В.С. тяжкого вреда здоровью, повлекшего смерть, в другом месте, от действий иного лица и при других обстоятельствах. 

Факт нанесения ФИО2 с силой ударов Б. В.С. по голове подтверждается заключениями экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ

При описанных подсудимым обстоятельствах нанесения им ударов потерпевшему Б. В.С., в том числе клавиатурой, когда тот сидел спиной к подсудимому, и препятствий ФИО2 покинуть помещение не имелось, нет оснований полагать в действиях подсудимого необходимую оборону или превышение ее пределов, также, с учетом заключения экспертов №, приведенного ниже, о состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения.

Нанося удары Б. В.С. по жизненно важному органу – по голове, ФИО2 не в полной мере, но осознавал общественную опасность своих действий, предвидел возможность наступления общественно опасных последствий в виде причинения вреда здоровью Б. В.С. и желал их наступления, не предвидел возможности наступления общественно опасных последствий своих действий в виде причинения смерти потерпевшего, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности мог и должен был предвидеть такие последствия, тем самым реализовал преступный умысел, направленный на причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего Б. В.С.

На основании изложенных выше доказательств судом установлена прямая причинная связь между повреждениями, причиненными ФИО2 Б. В.С., повлекшими его смерть, и действиями подсудимого, так как они были причинены именно в результате не менее четырех ударов по голове потерпевшего.

Судом изучены показания подсудимого ФИО2, приведенные в суде, о наличии у Б. В.С. черенка и ударе этим черенком по шкафу, вместе с тем, данный факт не влияет на юридическую оценку содеянного, поскольку Б. В.С. этот черенок выбросил до описанных в обвинении событий, и свои удары ФИО2 наносил ему, когда у того не было в руках никаких предметов.

Также судом изучены доводы стороны защиты о переквалификации действий подсудимого на ч.1 ст.109 УК РФ – причинение смерти по неосторожности.

Оснований для переквалификации не имеется, поскольку к смерти потерпевшего Б. В.С., которой подсудимый не желал, привели именно его умышленные действия, причинившие тяжкий вред его здоровью. Доводы стороны защиты о возможном неосторожном нанесении повреждений потерпевшему признаются не соответствующим действительности, по мнению суда, они вызваны желанием подсудимого умалить общественную опасность содеянного. О наличии умысла подсудимого на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего свидетельствуют не только локализация, механизм и характер причиненного Б. В.С. телесного повреждения. Как показывал подсудимый в исследованных протоколах допросов, при проверке показаний на месте, удары по голове потерпевшему Б. В.С. он наносил умышленно, об этом свидетельствует количество и прицельность ударов, для увеличения силы физического воздействия применил обнаруженную им клавиатуру. ФИО2 видел, что после нанесенных ударов Б. В.С. присел, тем не менее, покинул место преступления, медицинскую помощь потерпевшему не вызвал. Кроме того, указанные доводы стороны защиты опровергаются заключением судебно-медицинской экспертизы трупа Б. В.С., которым установлена причина его смерти, установлено наличие перелома кости, что говорит о значительной силе ударов.

Показания подсудимого об использовании им в отношении потерпевшего клавиатуры полностью согласуется с заключением судебно-медицинского эксперта, согласно которому телесное повреждение Б. В.М. могло быть причинено воздействием тупых твердых предметов. В данном случае применение подсудимым клавиатуры, по своим поражающим свойствам способствующей значительному увеличению травмирующей силы ударного воздействия, свидетельствует о доказанности квалифицирующего признака «совершенное с применением предмета, используемого в качестве оружия», что позволяет суду сделать вывод о том, что он желал причинения такого вреда.

Причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего, приведшего к смерти потерпевшего Б. В.С., находится в прямой причинно-следственной связи с умышленными действиями подсудимого.

На основании изложенного суд пришел к выводу о виновности ФИО2 и квалифицирует его действия по ч.4 ст.111 УК РФ – как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Судом исследовано психическое здоровье подсудимого.

<

иные данные> 

<

иные данные>

<

иные данные> 

<

иные данные>

Согласно ст.22 УК РФ вменяемое лицо, которое во время совершения преступления в силу психического расстройства не могло в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий либо руководить ими, подлежит уголовной ответственности. Психическое расстройство, не исключающее вменяемости, учитывается судом при назначении наказания и может служить основанием для назначения принудительных мер медицинского характера.

С учетом обстоятельств совершения преступления, заключения судебно-психиатрической экспертизы, положений ст.22 УК РФ, материалов уголовного дела, характеризующих личность ФИО2, 

<

иные данные> поведения подсудимого в ходе судебного заседания, его адекватного поведения в ходе расследования уголовного дела и при рассмотрении его судом, суд признает ФИО2 вменяемым и подлежащим уголовной ответственности. Оснований для освобождения ФИО2 от уголовной ответственности в соответствии со ст.21 УК РФ не имеется.

Подсудимый совершил преступление против жизни и здоровья человека, которое в силу ч.5 ст.15 УК РФ является особо тяжким.

При назначении ФИО2 наказания учитываются характер и степень общественной опасности преступления, личность ФИО2, в том числе обстоятельства, смягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

<

иные данные>

Старший участковый уполномоченный отдела полиции № УМВД 

<

адрес> З. Е.С. охарактеризовал ФИО2 как ранее неоднократно привлекавшегося к уголовной ответственности, в настоящее время судимость погашена. На профилактическом учете ФИО2 не состоит, профилактическая работа с ним не проводилась. По месту жительства ФИО2 характеризуется посредственно, жалоб от соседей и родственников не поступало (т.2 л.д.111-113).

Свидетели В. О.Е., А. В.Е. – дочери подсудимого ФИО2 – показали суду о состоянии его здоровья, которое отражено в исследованных судом медицинских документах, в связи с чем он нуждается в посторонней помощи, пояснили об оказании им помощи, охарактеризовали отца с положительной стороны. Свидетель А. В.Е. показала о передаче денежных средств потерпевшей, принесении ей ФИО2 извинений, которые ею приняты. 

Подробная явка с повинной дана ФИО2 (в 11 часов 15 минут ДД.ММ.ГГГГ) до возбуждения уголовного дела (в 12 часов ДД.ММ.ГГГГ) в отношении него, в явке с повинной ФИО2 сообщил следственным органам об обстоятельствах произошедшего, в том числе ранее неизвестные, и позволившие оперативно раскрыть и расследовать данное преступление (т.1 л.д.41-43). Сам по себе факт доставления в полицию (т.1 л.д.196) не препятствует признанию явки с повинной в качестве смягчающего наказания обстоятельства, поскольку данных, указывающих на ФИО2, как на лицо, совершившее преступление, на момент написания явки с повинной не было, преступление было совершено не в условиях очевидности.

Подробные признательные показания подсудимого как при допросах, так и при проверке показаний на месте, указание на орудие преступления, выдача одежды для исследования судом признаются в качестве активного способствования раскрытию и расследованию преступления.

Явка с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления в соответствии с п.«и» ч.1 ст.61 УК РФ признаются в качестве смягчающих наказание ФИО2 обстоятельств.

Передачу денег Б. В.И. суд расценивает в качестве смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п.«к» ч.1 ст.61 УК РФ, как добровольное возмещение морального вреда и иные действия, направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшему.

Противоправное поведение Б. В.С., явившееся поводом для совершения преступления, о котором указал подсудимый, не опровергнутый представленными суду доказательствами, с учетом заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ., признается судом смягчающим наказание обстоятельством, предусмотренным п.«з» ч.1 ст.61 УК РФ. 

В соответствии со ст. 61 УК РФ также в качестве смягчающих наказание ФИО2 обстоятельств судом признаются признание вины, раскаяние, 

<

иные данные>.

Кроме того, в соответствии с ч.2 ст.22, ст.61 УК РФ, суд признает в качестве смягчающего наказание обстоятельства наличие у ФИО2 психического расстройства, не исключающего вменяемости.

Обстоятельств, отягчающих ФИО2 наказание, не установлено.

Учитывая обстоятельства совершенного преступления, его характер и степень общественной опасности, также все данные о личности подсудимого ФИО2, смягчающие наказание обстоятельства и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, поведения ФИО2 во время и после совершения преступления, суд считает необходимым в целях его исправления и предупреждения совершения новых преступлений назначить наказание в виде лишения свободы, полагая, что только такое наказание будет соответствовать требованиям ст.ст.6, 43, 60 УК РФ.

Судом не установлено наличие каких-либо исключительных и других обстоятельств, связанных с ролью, целями и мотивами совершенного ФИО2 преступления, его поведением во время и после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, а, следовательно, для применения положений ст. 64 УК РФ о назначении более мягкого наказания, чем предусмотрено за данное преступление. 

Наличие психического расстройства, не исключающего вменяемости, само по себе не влияет на степень общественной опасности преступления, которая устанавливается судом в зависимости от конкретных обстоятельств содеянного, в том числе характера и размера наступивших последствий, способа совершения преступления, от вида умысла.

При назначении наказания судом применены положения ч.1 ст.62 УК РФ.

Несмотря на наличие у ФИО2 тяжелых заболеваний, данных о наличии заболеваний, свидетельствующих о невозможности отбывания ФИО2 наказания в виде лишения свободы, в том числе и по состоянию здоровья, суду не представлено. 

С учетом фактических обстоятельств преступления, направленного против жизни, степени его общественной опасности, оснований для применения положений ч.6 ст.15 УК РФ и изменения категории преступления на менее тяжкую, не имеется.

Судом не установлено оснований для применения правил ст.73 УК РФ об условном осуждении, поскольку условное наказание с учетом обстоятельств совершения особо тяжкого преступления против жизни, совокупности сведений о личности ФИО2 не обеспечит необходимого воспитательного и исправительного воздействия, явно не будет способствовать предупреждению преступлений, а также достижению и других целей наказания.

Преступление, совершенное ФИО2, являющимся 

<

иные данные>, относится к категории особо тяжких, и не содержит в санкции альтернативы в виде принудительных работ, что исключает возможность применения ст.53.1 УК РФ о замене лишения свободы на принудительные работы.

Принимая во внимание категорию, характер, обстоятельства преступления, все данные о личности подсудимого, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, его положительную характеристику, оснований для назначения ФИО2 дополнительного наказания в виде ограничения свободы суд не усмотрел.

В соответствии с п.«в» ч.1 ст.58 УК РФ суд назначает ФИО2 отбывание наказания в исправительной колонии строгого режима.

Согласно заключению комиссии экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 страдает психическим расстройством. Имеющиеся у него нарушения психики связаны с возможностью причинения им иного существенного вреда, либо с опасностью для себя или других лиц. Поэтому ФИО2, в случае осуждения, нуждается в амбулаторном принудительном наблюдении и лечении у психиатра, в соответствии со ст. 22, 97, 99 УК РФ.

Согласно ч.2 ст.99 УК РФ лицам, осужденным за преступления, совершенные в состоянии вменяемости, но нуждающимся в лечении психических расстройств, не исключающих вменяемости, суд наряду с наказанием может назначить принудительную меру медицинского характера в виде принудительного наблюдения и лечения у врача-психиатра в амбулаторных условиях.

Учитывая изложенное, заключение комиссии экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ, суд полагает необходимым на основании п.«в» ч.1 ст.97 УК РФ и п.«а» ч.1 ст.99 УК РФ назначить ФИО2 принудительную меру медицинского характера в виде принудительного наблюдения и лечения у врача-психиатра в амбулаторных условиях.

В порядке ст.91 УПК РФ ФИО2 не задерживался.

ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО2 избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

В целях обеспечения исполнения приговора мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении в отношении ФИО2 подлежит изменению на заключение под стражу.

В соответствии с п.«а» ч.3.1 ст.72 УК РФ время содержания под стражей ФИО2 с 11.12.2023 г. до вступления приговора в законную силу подлежит зачету в срок отбывания наказания из расчета один день задержания, содержания под стражей за один день лишения свободы.

Вопрос о вещественных доказательствах разрешен в соответствии с ч.3 ст.81 УПК РФ.

Гражданский иск по уголовному делу не заявлен.

По уголовному делу имеются расходы, связанные с выплатой вознаграждения адвокату Петровой А.И. за защиту ФИО2 при производстве по уголовному делу в ходе предварительного расследования в размере 3120 рубля (т.1 л.д.166-167), которые в соответствии с ч.2 ст.131 УПК РФ относятся к процессуальным издержкам.

Подсудимый ФИО2 согласился возместить указанные расходы. 

Вместе с тем, учитывая возраст ФИО2, нетрудоспособность, его материальное положение, его пояснения о тратах на медицинские препараты и расходные медицинские материалы, превышающие размер его пенсии, суд приходит к выводу о наличии оснований, предусмотренных ч.6 ст.132 УПК РФ, для полного освобождения ФИО2 от возмещения процессуальных издержек.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.299, 304, 307-310 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО2 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 5 лет 6 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения ФИО2 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении изменить на заключение под стражу, взяв его под стражу в зале суда.

Начало срока отбывания наказания ФИО2 исчислять со дня вступления настоящего приговора в законную силу.

На основании с ч.3.1 ст.72 УК РФ зачесть в срок лишения свободы время содержания ФИО2 под стражей с 11.12.2023 г. до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

На основании ст.22, п. «в» ч.1 ст.97, п. «а» ч.1, ч.2 ст.99 УК РФ назначить ФИО2 принудительную меру медицинского характера в виде принудительного наблюдения и лечения у врача-психиатра в амбулаторных условиях.

Освободить ФИО2 от уплаты процессуальных издержек на оплату труда адвоката, участвовавшего в уголовном судопроизводстве в качестве защитника.

Вещественные доказательства: 

– 

<

иные данные> хранящиеся при уголовном деле – уничтожить,

– 

<

иные данные>, хранящиеся при уголовном деле – хранить при уголовном деле.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Республики Марий Эл в течение 15 суток со дня его постановления, а осужденным ФИО2, находящимся под стражей – в тот же срок со дня получения копии приговора.

В случае желания участвовать в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, осужденный имеет право указать об этом в своей апелляционной жалобе или в возражениях на жалобы, представления, принесенные другими участниками уголовного процесса. При этом осужденный вправе поручать осуществление своей защиты в суде апелляционной инстанции избранному им защитнику либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника.

Председательствующий Ж.Г. Иванова